Как я вскоре поняла, путешествовать в одиночку нелюдю до смерти надоело. Тоже мне, горе-паломник! На его счастье нам пришлось продолжить путь вместе - в Эзорусе не работал закон случайностей. "На всё воля Ианны", так здесь говорят.
Со своим уставом в чужой монастырь не лезут. В иномирский монастырь - тем более.
Очень скоро выяснилось, что зовут эльфа Матиа и он не далеко не простого рода, хотя и в конец обедневшего. Одежда у него была латанная-перелатанная (гораздо хуже моей, якобы нище-крестьянской), сапоги разваливались, в животе отчётливо урчало... Но он всё-таки оставался эльфом, а значит подходил в спутники даже принцессе.
До храма оказалось идти всего нечего. Встретилась я с эльфом поздним утром, а уже в начале вечера мы стояли перед щедро вызолоченными воротами из светлого дерева. На стук нам открыла молоденькая девушка в белом хитонообразном одеянии. Из украшений на ней была только длинная нитка золотистых бус, несколько раз обвитая вокруг точёной шеи.
"Послушница или младшая жрица", - догадалась я.
- Мы пришли доверить себя Ианне, - почтительно произнёс Матиа. - Нам будет дозволен суд?
- Каждый имеет право быть судимым, - высокопарно ответила девушка. - Ступайте за мной.
Эльф склонил голову в церемониальном поклоне, и я поспешила его скопировать. Вышло сносно, раз на меня не бросили недоумённого взгляда.
Оказалось, что Третий даже не храм, а целый храмовый комплекс: сам центральный храм, три малых святилища, жилища главного жреца, младших жриц и послушниц, купальня, надстроенная над священными источниками. Наша сопровождающая, назвавшаяся Эйолой, провела целую экскурсию. Наверное, это входит в местный обычай - показывать паломникам достопримечательности, не дав бедным людям даже перевести дух с дороги.
- Наша купальня одна из лучших в королевстве, - хвастливо заявила Эйола. - Да и во всём Эзорусе найдётся мало превосходящих её по убранстве и удобству.
Матиа смущённо потупился. Видимо, в пути ему не удавалось как следует помыться и похвальбу девушки он воспринял совсем не так, как она задумывала.
Внезапно двери распахнулись, и прямо на нас вывалилась стайка раскрасневшихся - неужели после омовения? - девушек. Увидев Матиа, они сдавленно захихикали, схватили ошарашенного эльфа и утянули внутрь.
Бедняга! Он пал жертвой своей нечеловеческой привлекательности.
Когда стих грохот захлопнувшихся за шумной компанией створок, я спросила:
- А что делать мне?
Казалось, только сейчас Эйола решила удостоить меня вниманием, которым до сих пор безраздельно владел Матиа. Тщательно изучив мою бедную одёжку, она холодно заявила:
- Пресветлый удостоит вас аудиенции, когда сочтёт нужным.
Так я оказалась предоставлена сама себе, чему, собственно, была неимоверно рада.