День начинался как обычно. С утра - суета и хлопоты. Потом спешка, чтобы вовремя успеть на работу. Хотя, чем она там занимается, Анна никак не могла запомнить. Что само по себе, конечно, странно. Какие-то обсуждения, заседания, бумаги... Но все это смутно, как в тумане. А сослуживцы - одинаково безликие и лица словно вылеплены из теста.
Дома было то же самое. Вечера пролетали быстро и не задерживались в памяти.
Почти все время занимала борьба с пылью. Она была везде. Мелкая, противная, заполняла не только все укромные места, но толстым слоем ложилась повсюду, если ее вовремя не убрать тряпкой.
Были ли у нее выходные? Вряд ли. Потому что каждый день проходил так же, как и предыдущий.
Странно, почему она ничего не может запомнить? Все словно в тумане. А может так и должно быть?
Иногда она перебрасывалась несколькими словами с Димой. Он всегда сидел у дороги на одном и том же месте. Хотя собеседник он был никудышный и отвечал всегда односложно.
- Привет! - Говорила ему Анна.
- Привет, - отвечал Дима, пересыпая песок между пальцами.
- Сегодня хороший день!
- Да, - соглашался Дима.
Анна махала ему рукой и привычно направлялась к дому.
Дальше она должна была поздороваться с Валентиной Петровной. Она стояла у двери и смотрела на улицу.
- Здравствуйте, сказала Анна.
- Здравствуй, деточка! Я думаю, он сегодня не придет.
- Значит, придет завтра.
- Да, завтра. Но я еще подожду.
- Конечно, надо ждать.
На этом разговор закончился. Каждый день одно и то же. Слово в слово.
Дома ждала гора невымытой посуды. И пыль. Она придавала жилищу вид неприкаянный и грустный. Тоска и одиночество витали в воздухе.
Анна вздохнула и потянулась за тряпкой. Надо работать, потому что здесь темнело рано.
Вдруг в дверь постучали. Анна застыла. Такого никогда раньше не было!
Она открыла дверь и увидела мальчика. Не говоря ни слова, он прошел внутрь и уселся прямо на полу.
- Здравствуй, - сказал он.
- Здравствуй.
Анна нервно затеребила тряпку. Что-то в этом мальчугане ей показалось до боли знакомым.
В груди неприятно защемило.
"Это называется волнением." - неожиданно всплыло из памяти.
Как странно!
До этого всегда было спокойно. Поэтому - хорошо. А сейчас - больно.
- Посмотри на меня, - сказал малыш. - Я тебе никого не напоминаю?
Анна вгляделась.
- Разве что... - неуверенно сказала она, вглядываясь.
- Да, я очень на тебя похож. Прямо копия.
Анна посмотрелась в зеркало, которое висело тут же, в комнате и перевела взгляд на мальчика.
- Да, действительно! Но как это может быть?
- Мало того, я часть тебя.
- Часть?
- Да. Я раньше был совсем маленький, но теперь я вырос. И мне захотелось посмотреть на тебя. И спросить.
- Что?
- Я хотел спросить, зачем ты меня прогнала?
- Я никого не прогоняла!
Мальчик вздохнул и долго посмотрел на Анну.
Повисла пауза.
- Мне что-то неприятно, - сказала Анна и потерла грудь. - Зачем ты пришел? Раньше мне было спокойно. А теперь плохо.
- Да, кивнул головой мальчик. - Я знаю.
Он поднялся с пола.
- А теперь я пошел, - грустно, совсем не по-детски сказал он. - Больше я не приду. Мне захотелось посмотреть на тебя и я это сделал.
Он медленно направился к двери и повернулся уже у выхода.
- Мне скучно без тебя!..
Дверь закрылась.
Анна постояла еще некоторое время, потом принялась за свое обычное дело. И так она затянула.
Но работа не клеилась.
Где-то внутри возникла мысль. Она билась во все уголки памяти, как назойливая муха и зудела: "вспомни меня, вспомни меня!".
Потом муха уснула и все стало по-прежнему.
После этого прошло много времени.
Однажды ей захотелось побольше поговорить с Димой. Хотя раньше никогда не возникало такого желания.
Как всегда он сидел на одном и том же месте.
Анна села рядом.
- Привет!
- Здравствуй.
- Я давно хотела тебя спросить: почему ты здесь всегда сидишь? Тебе не хочется куда-нибудь пойти?
Дима пожал плечами.
- А куда я пойду? Мое место здесь. Я здесь всегда должен сидеть. Мне кажется, я никуда не должен уходить. Я должен ждать.
- Чего?
- Не знаю. Но мне кажется, если я уйду, кто-то может меня хватиться.
- И ты всегда будешь здесь сидеть?
- Да, наверное. Видишь, здесь всегда появляются цветы.
Он взял в руки четыре красные гвоздики.
- Когда они засыхают, то появляются другие, свежие. В прошлый раз были тюльпаны.
Дима замолчал, потом заговори снова.
- А иногда я слышу голоса. Их говорят люди, которых я когда-то знал. Они говорят, что я превысил скорость. А что такое - скорость?
Анна пожала плечами.
- И я не знаю, - вздохнул Дима. - Но я должен быть здесь. И цветы... Значит, я кому-то нужен?
На этом их разговор закончился.
Зато Валентина Петровна встретила ее в радостном настроении.
- Я ухожу! - Заявила она с порога.
- Куда?
- Не знаю! Но ухожу. Он пришел!
- Кто?
- Ну как - кто?... - Она досадливо поморщилась, словно это было само собой разумеющимся. - Муж!
Анна развела руками.
- Интересно, а что же мне делать? С кем я буду каждый день здороваться? Да и привыкла я уже к вам...
- И ты уходи!
Анна засмеялась.
- Легко вам говорить! А как же работа, дом?
- Не знаю, - честно призналась Валентина Петровна. - Мне кажется, каждый выбирает сам...
Вечер в этот раз был грустным.
Привычно убрав помещение, Анна вытерла потный лоб.
"Уходи!.." А кто будет всем этим заниматься? Стоит только запустить...
Она посмотрела в окно. Почему так быстро заканчивается день?
Возвращаясь как - то с работы, она вдруг поймала себя на мысли, что раньше никогда не смотрела по сторонам. Дорога проходила машинально, словно на автомате. А ведь вокруг столько интересного!
Вот дома, мимо которых она идет. Стоят все одинаковые. И все закрыты. Людей не видно. Живет ли там кто-нибудь?
И куда ведет эта улица?
У самого горизонта виднеются горы. Высокие и мрачные они отливают чернотой до синевы. И даже издали внушают непонятный трепет.
Небо.
Странно, почему она никогда не смотрела на небо.
Белесое, словно выгоревшее. И солнце на нем какое-то тусклое, словно пыльная лампочка.
Значит, это и есть день? А какая ночь? Почему она никогда не видела ночь?
И спросить не у кого. Только Дима сидит у дороги. Но он вряд ли знает.
Анна встряхнула головой. Нужно все узнать самой! И сначала выясним - какая ночь.
С трудом проснувшись, она вышла на улицу. Подняв голову, увидела звезды. Никогда раньше их не видела, но догадалась, что это звезды.
Красиво!
В остальном - ничего особенного. Темень, вытянутой руки не видно.
Окна в домах черные. Ни света, ни огонька. Значит, в них действительно никого нет.
Она уже собралась заходить внутрь, как вдруг там, где днем видела горы, появился свет. Возникнув сначала, как маленький фонарик, он постепенно разгорался все больше и больше. Потом заполнил весь горизонт огромным, переливающимся во все цвета маревом, все больше и больше увеличиваясь в размерах. Краски при этом были такие яркие и чистые, что слепило глаза. Постепенно превратившись в шар, на вершине своего развития он выстрелил во все стороны изумрудно зелеными лучами!
Легкий шуршащий звук пронесся по воздуху.
И сразу все исчезло. Так же неожиданно, как и появилось.
Это было великолепно! Настолько, что Анну затрясло. Увиденное настолько не соответствовало окружающей реальности, что Анна поняла - ей приоткрылась дверь в иной мир.
До утра она не могла заснуть. А утром уже знала, что ей нужно делать.
Только надо попрощаться с Димой.
- Что ж, иди. - Сказал он равнодушно. - значит, так надо.
- А ты?
- Я же говорил, что должен быть здесь, - он досадливо поморщился.
Анна вздохнула.
- До свидания?
- До свидания!
Она сделала несколько шагов. Потом оглянулась. Он смотрел ей вслед.
- Ты что-то хочешь сказать?
Он пожал плечами.
- Нет, все ясно. Единственное... - он замялся. - Может, ты узнаешь...
- Ну что, говори!
- Кто-то иногда здесь плачет. И от этого мне становится плохо. Узнай, кто здесь плачет!
- Хорошо, - сказала Анна. - Я узнаю!
И она больше уже не оглядывалась.
Дорога оказалась тяжелее, чем она предполагала.
Нещадно палило солнце. Пыль забивала нос и горло. Она вдруг почувствовала внизу боль. Опустила голову и увидела, что ушибла палец на ноге. И теперь из него идет кровь. Странно, она, оказывается, была босиком. И эта боль... она раньше никогда не чувствовала боли. У нее появились новые ощущения?
Она оглядела себя. Неужели она всегда ходила в этой длинной рубашке?
Во рту появилось странное ощущение. Из глубин памяти всплыло слово "жажда".
А идти было все тяжелее.
Когда силы уже подходили к концу, она увидела его. Он сидел на большом камне.
- Привет, сказал он. - Я ждал тебя. И пойду вместе с тобой, если не возражаешь.
- Мне станет легче?
- Нет, - он покачал своей маленькой головой. - Дальше будет только тяжелее. Но мы должны быть вдвоем.
И они молча побрели по каменистой дороге.
- Кстати, как тебя зовут?
- Не знаю. Ты еще не успела меня назвать.
Она улыбнулась.
- Давай придумаем, пока будем идти!
- Давай!
Она снова ушибла ногу и согнулась от боли.
- Так мы не скоро дойдем! - Сказала она сквозь слезы. - Надо быть осторожней.
- Ничего! Я возьму тебя за руку, мама.
И он протянул ей свою ладошку.