- Не требуйте от меня ответа - не дождётесь.... Ваши пустые вопросы не имеют ответа. Разве что - подождите! - Макар на секунду задумался. - Смерть и рождение; вот в чём первопричина, а между тем и другим ничего не значащая пустота. Нет, не рождение и смерть, это простая перестановка слов. Я сказал то, что сказал и в том порядке, в котором надлежит говорить. Пожалуй так и никак иначе, - Макар многозначительно ткнул пальцем в направлении потолка.
Наступила тишина. Он один сидел за столом. Где в этот момент находились его невидимые собеседники? Где-то.... Возможно, за тысячи километров; а возможно, совсем рядом - прямо в голове самого Макара.
Он склонился над листом бумаги, на неё легла тень похожая на профиль хищной птицы.
- Вот-вот тень, моя тень, и не моя, она ничуть не напоминает меня - ни чуть. Так о чём это я? Ах, да, о странностях жизни и смерти - о рождении. Кто помнит миг своего появления на свет, а миг собственной смерти? Никто! А я помню, заявляю вам это без колебаний....
- Ну, так и расскажи нам, - иронично закудахтали голоса. - Слишком самоуверен ты, смертный - очень самоуверен. Вот мы помним всё кроме часа смерти и рождения, потому что наша жизнь соизмерима с вечностью, а твоя ничтожна и всё же мы слушаем пустую болтовню смертного.
- Ага, вот вы и проговорились! Вы не знаете, что там - за гранью.
- Ничего, уверяем тебя, ничего.
- Но я же помню!
- Тут нам сказать нечего, рассказывай сам о смерти и рождении. О жизни мы и так знаем всё; скучна она до безобразия, разве что разомнёшься чуть-чуть; то война, то потоп, то ещё что - так всё уже было....
Макар поднял руку, почесал залысину, поправил очки; отчего тень его на бумаге дёрнулась.
Потом рука опустилась, выхватила из чернильницы ручку. Ручка в его пальцах дрогнула и вывела на бумаге прыгающим почерком: "Война и мир". Подумав, Макар начал с новой строки: "Предисловие".
Рассмеялись, закричали на все голоса собеседницы. В верхнем правом углу листа появилась почти выцветшая надпись: "Лев Николаевич Толстой" и летящий в неведомое росчерк великого писателя.
- Грёбанные музы, опять предали - опять! - вскрикнул Макар.
За окном послышался шелест крыльев.
- Вернитесь! - прокричал он им вслед
- Незачем...- пропела неведомая птица и завела привычную утреннюю трель.
Солнце первыми бликами коснулось многоэтажек.
- Мы вернёмся, когда тебе будет о чём нам рассказать... - прозвучало совсем рядом, но так далеко.