Бомж 6 утра. Закусочные рестораны только что открылись. Уже появились первые поситители. Ветер гоняет облака пара по ожившим улицам. Скрипят неуклюжие трамваи. На улице при учете ветра - 15. Большинство прохожих смешны и неповоротливы в своих громоздких пуховых куртках. Каждый стремиться поскорее проскочить отрезок голой улицы и очутиться внутри. Небо синее и кажеться, что края его покрылись коркой льда. Около одного оффисного небоскреба блеснув желтыми фарами остановился черный автомобиль. В утрених сумерках он напоминает какой то фантастический корабль пришельцев. В отличии от других, он чисто вымыт и отлакирован. На нем нет ничего лишнего: ни наклеек, ни различных безделушек. Он строг, спокоен и деловит. Его водитель одет в тонкое, изящное черное пальто, костым и туфли. Он гладко выбрит. Его лицо строго, спокойно и деловито. В обтягивающей кожанной перчатке зажат стильный дипломат с позолоченной пряжкой. Ему нужно сделать ровно десять шагов от автомобиля до небоскреба. На несколько секунд у него появляеться блаженная улыбка на лице от свежести мороза.Затем он исчезает внутри. На встречу автомабилю идет мужчина. Сразу заметно, что он бездомный. Из под шакпи, которые продают в фонд помоши бездомным, торчат грязные длинные волосы, у него жиденькая рыжая борода и красное обветренное лицо. На нем одето двое брюк, из под которых все равно видны кальсоны, несколько свитеров и рваный плащ. В руке зажат бумажный стакан из под кофе. Видно, что он зашел в эту часть города попрошайничать. По цвету кожи понятно, что он идет уже довольно долго. Бездомный ищет место хоть как то защищенное от ветра. Ветер силен и практически неуязвим в лабиринтах улиц. Около черного автомобиля он останавливаеться. Зажав стакан между ног сгибает и дует на на мершие пальцы. Дальше идти он не в силах. Бездомный опускаеться на канализационный люк. Автомобиль закрывает ему спину, от люка идет тепло. Он выставляет свой стакан. На несколько секунд у него появляеться блаженная облегченная улыбка. Затем его настигает ветер.