Легенда о Рыцаре Красного Креста, песнь шестая, стихи с 20-го по 33-ий.
20.
Однажды рыцарь благородный в тот
Огромный лес пришел, великих полон сил:
Отца проведать, что в лесу живет,
Ведь от него он имя получил,
Оружием был славен он своим,
И своей силой - всюду на земле,
Был он правдив и непоколебим
В делах и вере - и скорбел о зле,
Был враг бесчестья он, и защищать
Хотел он женщин, ну а слава не могла ему большую радость дать!
21.
Был он Сатира очень грозный сын,
Хоть мать его сама была кротка,
"Страсть*" нежная, (отец ее - один
Из тех, кому жизнь в буйстве так легка**),
Ей было суждено женою стать
ФерИона*** - того, кто жил как зверь,
Ему бы только в лес уйти опять,
И там он жил, всегда, один - поверь!
Охотясь постоянно на зверей...
Так время тратил он, ну а жена? Не думал он о ней!
_____
Прим.:
* имя этой женщины - Фиамис, что по-гречески значит "страсть".
** имя ее отца - Лабрид, что по-гречески значит "буйство" и "жадность".
***Ферион - по-гречески значит "дикий зверь".
Во всех трех случаях Эдмунд Спенсер использует "говорящие" имена.
_____
22.
А женщина забытая лишь с ним
Хотела быть - любовь горела в ней!
Но нет его... Он занят лишь одним:
Охотой, и она идет скорей
Его искать туда, в дремучий лес,
А он все время от нее бежит,
Ее любимый, кажется, исчез,
Но вот в лесу Сатир пред ней стоит,
От похоти огонь в его глазах,
О узы брака! Их уж нет, и как раба она в его руках!
23.
В пещеру заточил ее Сатир,
Как пленницу желаний своих всех,
И там со временем увидел мир
Плод этих недозволенных утех:
Ребенка родила она ему,
У жителя лесов теперь есть сын!
Сатир открыл зловещую тюрьму:
"Иди домой, теперь я не один!"
Ребенок с ним остался как залог,
И стал учить его он жизни дикой, сколько мог!
24.
Среди зверей и от людей вдали...
И он учил ребенка забывать
Постыдный страх, чтоб звери не смогли
Его в лесу дремучем напугать,
Как часто мальчик трепетной рукой
Хватал медведя, льва - ведь заставлял
Его отец так делать и порой
Он с силой медвежонка вырывал
У матери, - от яростных сосцов,
Катался на быках он диких, уток на лету хватал, - был нрав его суров!
25.
Таким он смелым вырос и таким
Неукротимым в ярости своей,
Что сам отец не мог уж сладить с ним,
Но трепетал - от страха - всё сильней!
И только сына он просил о том,
Чтоб тот немного осторожней был:
Когда медведь вдруг яростным огнем
Готов гореть - не возбуждать тот пыл,
А мальчик льва склониться пред собой
Заставить мог, и злобного гепарда отстранял - своей рукой!
26.
И чтобы силу показать свою,
В упряжку диких он впрягал зверей,
И все они, в невольничьем строю,
Его везли - кто может быть их злей?
Пантера в пятнах среди них была,
С клыками - вепрь, гепард и тигр злой,
Там с волком антилопа рядом шла,
И звери забывали норов свой,
И подчинялись: то-то был он рад!
И вместо ярости - покорность выражал звериный взгляд.
27.
А мать его в лес приходила днем:
Ей на сыночка надо посмотреть,
(Она всегда лишь думала о нем),
Вот он идет! О, страх куда свой деть?
Ведь львица страшная ему во след
Бежит с рычаньем, в ярости большой,
А это предвещает столько бед:
Он львят забрал ее - к себе домой,
Мать видит: львят несет в своих руках
Ее ребенок, позабыв про страх!
28.
Сама же дама сразу затряслась
(Увидев это), и - скорей бежать!
Пока любовь в ней снова не зажглась,
(Вернуться надо к сыну ей опять!)
Она вернулась, и тогда слова
Такие из ее полились уст:
"О Сатирайн, сынок мой, я едва
От страха не лишилась своих чувств,
Оставь же эти игры, мой родной,
Ведь здесь всегда смерть ходит за тобой!"
29.
В кровавых играх, средь таких затей,
Прошли всё детство с юностью его,
Он повзрослел, и для лесных зверей
Страшнее не было ни одного
Врага, чем он, - для каждого из них,
Но вот свою он силу показать
Решил - безмерную - в местах других,
Уходит он - соперников искать,
Но и в дали от дома не был он,
Во всей Британии - ни разу побежден!
30.
Один обычай он всегда хранил:
После военных тягостных трудов
В свой лес он неизменно приходил,
Отца проведать и родимый кров,
Вот и теперь вернулся он сюда,
И, неожиданно, увидел Уну он,
Она сидела так, как и всегда,
Среди сатиров, чтобы им закон
Священный преподать... О, странно как!
Такая женщина, и здесь, сидит, словами разгоняя мрак!
31.
Небесной мудростью он удивлен ее,
Он в женщинах такого не встречал,
А ее жизнь, дела... И он свое
Ей восхищенье выражать вдруг стал,
Ее невзгоды потрясли его,
И он Фортуну злобную клянет,
За то, что та для Уны ничего
Не сделала, чтоб зла ослабить гнет,
Но с радостью лишь беды шлет одни...
Он с Уной остается и законы веры изучает в ее обществе - все дни!
32.
Но Уна рыцарю всегда верна,
Его скитанья - в огорченье ей,
Не рада другу новому она,
И только скорбь хранит в душе своей,
Принцесса думает лишь об одном:
Как убежать... И другу своему
Она сказала, наконец, о том,
Но по секрету - только лишь ему,
Какую милость Сатирайн обрел,
Он рад, и думает, как девушку несчастную спасти от этих зол!
33.
Сатиры как-то все пошли служить
Сильвану старому, а девушка одна
Осталась здесь, о нет, не может быть!
Чудесный случай! И тогда она
Решила с Сатирайном убежать,
Какая смелость! Время уж ушло,
Сатиры вряд ли смогут их догнать,
Не сохранили - им не повезло!
А Сатирайн так быстро с ней бежит,
Лес кончился, и вот равнина - о, как сладок ее вид!
____