От мира внешнего зашторенный,
В мир книжный глубоко погруженный
Блуждал он взглядом незашоренным,
Бессонным чтением натруженным

По корешкам томов бесчисленных.
В усилиях почти немысленных
Свой кругозор, границ не знающий,
Он развивал по нарастающей,

В чужую мудрость свято веривший:
Ученых, в мире все измеривших,
Философов, мир объясняющих,
Поэтов, его воспевающих,

Всех непосед, его облазивших, 
Писателей, его украсивших.
Когда погасла в люстре лампочка,
И все вдруг погрузилось в тьму,

Он вполутьме свечи огарочка
Все сделал строго по уму.
Открыв статьи в энциклопедии
На букву 'Э', на букву 'Л',

Искал там выход из трагедии
Пока совсем не охренел.
Тогда пошёл и вызвал дворника,
И тот, хотя неделю пил,

Но в люстре книжника-затворника
В минуту лампочку сменил
И пил ещё два дня до вторника,
Пока ему хватало сил.

Я отношусь с большим сомнением,
Что истина в некой субстанции,
Но вот меж знанием и умением
Лежит огромная  дистанция.