А ветер бьёт опять в лицо тугими крыльями.
Только, мой костёр потух уже давно.
Эх, слетать мне с ним бы в запахи ковыльные,
что настояны, как старое вино.
Разучился я летать и не заметил как.
Даже снов своих не помню поутру.
Только, клёны за окном вдруг расшумелись так,
что не спрятаться в свою мне конуру.
Тянут вдаль меня невидимыми нитями.
Раздувает ветер старый парус мой.
Что-то тесно стало в этой мне обители.
Вновь хочу увидеть берег за кормой...
чтоб встречать в дороге зори, стоя у руля;
чтоб в борта стучались дальние края;
чтобы гуси протрубили, за собой зовя;
чтобы небо не забыло про меня.
Только, парус я износил до дыр
и про свой корабль уж давно забыл.
Закружила жизнь кутерьмою дел.
И опомниться даже не успел.
Расплескал я жар своего костра.
Не звонят по мне уж колокола.
Лишь горит закат в вечной тишине,
да моря шумят в дальнем самом сне...
А, чайки всё парят где-то в вышине и кричат, кричат... Может, обо мне?
<1991>
* * * (песня)
Распогодилось к ночи. И выгнулись, словно распятые,
Паруса, что-то высмотрев в вечной зовущей дали.
Не спешите уйти за горящими в море закатами -
Подождите меня, подождите меня, корабли!
Не спешите уйти за горящими в море закатами - Подождите меня, подождите меня, корабли!
Там царит тишина. Лишь простор и вода.
И слова наплывают забытые.
Строй за строем неспешно куда-то плывут облака.
И стоите незримо вы с вечностью слитые -
Ты, корабль, океан и все те, кто с тобой, и все те, кто ушёл до тебя.
И поют паруса, как пожаром, зарёю облитые. И корабль мой не в море уходит, как думали вы, а в века.
Голоса, голоса. Что за далью лежит неизведанной?
Но молчит океан, и всё тише поют паруса.
Может, шторм налетит. Может, просто, растаем бесследно мы,
Как-то ночью сорвавшись вдруг с края Земли в небеса.
Нам не хватит ни сил, ни воды на обратный путь.
Точат черви борта моего корабля.
Почему же не смог я тогда уснуть,
Когда в гавани вдруг расцвели паруса, горя?
Только, жизнь-то одна.
И проспать её всю мне не хватит сил.
Ах, как долго я ждал своего корабля!
Я смотрел в океан и ветра молил,
Чтоб за светлую даль унесли бы они меня.
У него в голове, видно, только ветер и был, -
Вы смеётесь мне вслед, чудаком зовя.
Только, даже когда буду плыть из последних сил,
Всё равно буду всех вас счастливей я.
Ведь, со мной наравне океан весь был.
И горела вдали для меня заря.
И когда ураган нас в ночи носил,
Рядом встали со мною мои друзья.
И зовёт нас неведомая земля.
И глядит на нас небо сотней глаз.
Ах, как долго я ждал своего корабля.
И теперь, он всё дальше уносит нас...
<1991>
До края ноЧи (песня) "У Геркулесовых столбов лежит моя дорога, где между двух материков огни несут суда..."
/ А.Городницкий
Уж скрылось солнце за кормой,
и дальним заревом заката
горит Вселенная объята
и раздувает парус мой.
Куда несут мой утлый чёлн
Вселенной мягкие ладони,
когда над морем воздух стонет,
весь ожиданьем бури полн?
Я долго ждал её... и чёлн
скорей от берега направил,
завидя облачную стаю,
в ночь, на восход, по воле волн.
Вскипают жарче всё они
и брызги мне в лицо бросают,
что словно свечи заливают
звёзд путеводные огни.
Смешались небеса с водой...
Но ветер в уши мне рокочет:
Друг, не спускай ты парус свой, чтобы доплыть до края ночи.
Пускай кромсают волн ножи
тех, кто свой парус опустили.
А ты, пока не обессилел,
всё также прямо руль держи.
Казалось, вечность протекла.
Но вот уж утро наплывает.
И в бледном свете замирая,
гладь волн зеркальная легла.
И впереди, в туманной дымке
град лёгкий, призрачный встаёт,
как-будто с детской той картинки,
что в памяти моей живёт.
Зовут скорее к ним идти
там чаек радостные клики
и на причалах мокрых блики,
где мачты тянут корабли.
И я вхожу... как в дом родной,
не веря сам, что путь окончил,
что ветер, мрак и холод ночи
остались где-то за спиной.
... Судьба завидна у героя:
его ждут слава и почёт...
Но вновь под вечер шум прибоя
мне спать спокойно не даёт...
мне жить спокойно не даёт.
<2001>
Мы уходим...(песни)
Не дождавшись рассвета, мы в море выходим -
поискать заплутавшее счастье своё.
Что на суше теряем, то здесь мы находим -
там, где небо вбирает в себя горизонт.
На земле нам кукушка сто лет куковала.
Да на что нам сто лет, если ждёт нас рассвет?
Без него на земле нам всего было б мало.
Мы уходим. И ветер заносит наш след...
Где нас только шальные ветра не носили.
Целый мир нам послушно стелился у ног.
Островов ожерелья нам звёзды дарили...
Только время неслышно свой мерило срок.
Наш корабль обветшал, паруса износились.
И команда не та, что когда-то была.
Ну да, милостей мы у судьбы не просили, -
и к ответу за всё нас она призвала...
Мы сполна ей заплатим душою и телом -
ты же знаешь, нам есть ещё чем заплатить -
за рассветы, за море, за женщину в белом,
за друзей, за призванье по свету бродить...
Вечность всю отдаю, и покой, и рассудок
за последний закат, чтобы ярче горел.
Вот уж ангелов хор пролетает над судном...
Что ж, коль есть что оставить, так смерть - не предел.
Что с того, что лишь чайки по нам голосили?
Но не будет небесный к нам суд слишком строг.
Хоть мы чаши* свои до конца осушили,
но не сбил ещё этот напиток нас с ног.
Не нужны нам ни пламень, ни сны золотые.
Мы попросим корабль, ну а души оставим в залог.
Млечный путь нам волною ударит по килю.
И уйдём мы к последней из нам неизвестных дорог...
---------------------------------------------
* - и взмолился Христос в Гефсиманском саду Отцу своему Небесному: Да минет меня чаша сия, - но всё же принял её, и распят был, и вознесён затем... <1992>
- 2 -
Мы вновь выходим в море на рассвете.
Нам нет покоя. Лишь на корабле
мы парусом души вбираем ветер
и уплываем к сказочной стране.
Пусть будет мир ваш хлопотлив и точен.
Он не для нас, и мы не для него...
Но тем светлее и прозрачней ночи,
когда вдруг распахнется дверь его.
И что-то позовёт опять в дорогу.
И мы придём на пристань на заре -
те, кто всегда один шагал не в ногу,
увидев белых чаек в вышине.
И простоим недвижно там до света,
пытаясь жадно всё в себя вобрать -
бессонной стражей гордого корвета,
что никогда нас не придет забрать.
И выдумаем, каждый понемногу,
как плавали двенадцать лет подряд,
жгли города, и прятали тревогу,
завидев туч багровых дальний ряд.
И кто-то, нам отчаянно поверив,
построит тот корабль и уплывёт
в далёкий край, где есть лазурный берег,
что наши песни вновь ему споет.
А мы всё также, времена не меря,
где стали уже отзвуком теней,
бессонной стражей у открытой двери
стоим, чтобы не дать закрыться ей.
<1993>
ЗемлЯ обетованнаЯ(реч.) Всё равно, где бы ты ни причалил: к островам ли Серебряных Птиц,
к мысу Радости, скалам Печали, -
не сомкнуть нам усталых ресниц
Капитан, капитан, не спешите в бескрайнее море,
не мечитесь по свету - вам лучше в нём мест не найти;
где так лица светлы, где так звёзды горят над тобою,
где поёт тишина, и где годы, как вечность, длинны...
где живою водою тебя в каждом доме напоят;
где невзгодам и горю путь от века закрыт...
Я и сам бы остался. Да ветер зовёт за собою
и полночным прибоем мне в сердце стучит...
<1993>
КазацкаЯ колыбельнаЯ(песня)
День склонился к концу. Притомились кони.
И на небе уже догорел закат.
У костра хорошо греть свои ладони. А цикады вокруг громче всё звенят...
Темнота залила степь мою до края.
Только лица друзей у костра видны.
И глядит на меня всё звезда ночная. И опять, поднялись мыслей табуны...
Ночь накрыла плащом всю мою тревогу.
Только кони во тьме всё травой хрустят.
Уж костёр догорел, гаснет понемногу. И под шум ковыля все давно уж спят...
Чуть забрезжил рассвет. И его остуда
с зябким светом зари стала день вести.
Атаман, не буди казаков покуда. Им ещё по степи долгий путь идти...
<1990>