Силаева Ольга Дмитриевна
Небо на снегу

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками

Глава 1. Пробуждение


 
  Я лежала на снегу и не чувствовала холода. Черное глубокое небо качалось над головой, как теплая вода: вот-вот плеснет в лицо звездами. Над небольшой поляной склонились деревья. Редкие снежинки задевали ресницы, ложились на щеки. Мне было сонно и хорошо.
  Что-то треснуло среди елей. Я приподнялась на локте, но увидела лишь качающиеся ветви. Кажется, тень мелькнула в зарослях, но, наверное, мне показалось.
  Я пожала плечами. И почувствовала мокрый снег в носке сапога.
  Простуда, мелькнула мысль. Горячий чай, постель, носки из козьей шерсти. Не хочу. Похоже, отсюда надо выбираться. Только откуда - отсюда? И как я попала сюда?
  - Нелла? - послышался негромкий голос. - Ты что здесь делаешь?
  В двух шагах от меня стоял молодой мужчина. В наглухо застегнутой куртке из дубленой кожи, в теплых штанах. На поясе в открытую, без чехла, висел нож.
  - Нелла? - Я приподнялась и села. - Меня так зовут?
  - Ты что, память потеряла? - Он присел рядом, покачал головой. - Не шути так, плохая примета.
  Я нахмурилась.
  - Но я и правда не помню. Кто вы?
  Теперь нахмурился он.
  - Меня зовут Фор, и мы знакомы уже три года. Шапочно, не больше, но... - Он оборвал себя. - Ты давно здесь? Твой учитель, наверное, места себе не находит.
  - Нет. - Я с усилием вспомнила, как измеряют время. День, минута, час. - Полчаса.
  Фор внимательно оглядел меня: рубашку, меховой жилет, коричневые штаны. Конечно же, я не помнила, как их надевала. Наконец он легко коснулся моего подбородка пальцами и кивнул.
  - Шрам совсем свежий.
  Я моргнула.
  - Шрам?
  - Смотри. - Фор запустил руку в карман и вытащил осколок зеркальца.
  Я взглянула на свое отражение, и рука сама потянулась к горлу. Посередине шеи белел длинный тонкий рубец. Покрасневшая кожа бледнела на глазах. В уголке шрама запеклась капля крови.
  Меня затрясло.
  - Это... это вообще что?
  - Причина, по которой ты ничего не помнишь.
  - Какая причина? Что вообще происходит?
  - Тебя убили, - очень спокойно сказал мой собеседник. - Перерезали горло... бандиты, скорее всего. Не здесь: где-то еще.
  - Но я же жива?
  - Как видишь. - Фор вздохнул. - Давай я отведу тебя в хижину? Я расскажу, что с тобой случилось, а утром мы спустимся в поселок.
  Я обвела взглядом поляну. Неподвижные черные ели, голые пеньки под снежной шапкой, и ни следа вокруг. Только следы Фора, и только там, где он меня нашел. Странно, не по воздуху же я сюда прилетела?
  Фор посмотрел на меня и кивнул.
  - Это я тоже объясню, - сказал он. - Идем.
  Я поднялась с земли, как с постели. Комок снега в сапоге хрустнул.
  Тело было легким и непривычным. Словно бы раньше я изо дня в день бегала, упражнялась, а то и дралась. А мое ли это тело? И точно ли мое лицо?
  - Фор? - окликнула я своего спутника. - Одолжи мне зеркальце еще раз.
  Он без слов протянул мне осколок. Да, мое. Все знакомо: всклокоченные волосы, прямой нос, испуганные глаза.
  - Меня что, ударили по голове? - сказала я вслух.
  Фор обернулся с тропинки.
  - Скоро все узнаешь сама. Не торопись.
  Тропинка спускалась вдоль елового подлеска. Фор ступал неслышно, а под моими ногами то и дело хрустели кристаллики снега, блестящие, как замерзшие слезы.
  Еловая ветка скользнула по волосам. Хвойные иглы и снежинки просыпались на плечи. Слева журчала темная вода: где-то неподалеку бил родник или бежали потоки с невидимых в ночи гор. Тропинка стелилась под ногами, и мне вдруг показалось, что мы будем идти всю ночь.
  - Почти пришли, - подал голос Фор. - Дальше начнется дорога в поселок, а направо, за валунами, моя хижина.
  - Расскажи мне обо мне, - попросила я. - Кто я? И что со мной случилось?
  - Сейчас, - не сразу ответил Фор. - Тебе лучше посидеть в тепле.
  - Мне не холодно.
  - Скоро будет.
  Мы вышли на лесной перекресток: широкая дорога пересекала узкую тропку. Впереди виднелась бревенчатая хижина.
  - Ты без посоха, - заметил Фор, проходя к двери. - Ближе к утру я схожу поищу.
  - Но я не хромаю. Зачем он мне?
  - Посох - не опора. Это твое оружие. Проходи.
  Дверь открылась. Кажется, она была не заперта.
  - То есть я умею убивать? - уточнила я.
  - Боюсь, что да. - Он посторонился, давая мне пройти. - Подожди, я зажгу лампу.
  - Но если я умею драться, и ты ходишь с ножом наголо, здесь не так уж и безопасно?
  - С логикой у тебя всегда было хорошо. Идем, хватит торчать на пороге.
  Изнутри единственная комната была обшита деревянными панелями. Мои глаза привыкли к полутьме, и я легко нашла невысокую тахту, застеленную ветхим пледом. Едва оказавшись на ней, я с наслаждением стянула мокрые сапоги.
  В руках Фора засветилась лампа. Сначала мне показалось, что стало темнее: бледный огонек освещал лишь хозяина дома и часть столешницы. Но пламя разгоралось, тени отступали, и на миг мне показалось, что я и правда вернулась домой.
  Я осмотрелась. По углам висели связки лука, сушеных трав. На сундуке возле тахты белели полотняные мешочки. В полу был врезан люк.
  - Погреб, - пояснил Фор. - Некоторые овощи я храню на льду, но дедовский способ куда удобнее. Хочешь есть?
  - Пить. Немного.
  Он протянул мне кружку с водой. Я жадно приникла к глиняному краю.
  Фор развел огонь в небольшой печке, и сразу стало теплее. Отсветы яркого пламени переплетались с тенями от лампы, и ночь за окном окончательно сменилась уютными сумерками. Я невольно придвинулась к краешку тахты, чтобы быть поближе к очагу. Фор уселся на пол рядом.
  - Спрашивай, - просто сказал он.
  - Почему я ничего не помню?
  - Так бывает со всеми, кто умирает раньше срока, - ответил Фор, глядя в огонь. - Где бы ты ни был, за морем или в пустыне, если ты не глубокий старик и не младенец, ты попадаешь сюда, на далекий север. И начинаешь жизнь заново.
  - То есть я воскресла?
  - Вроде того. Ты еще неплохо держишься: многие плачут, сыплют угрозами... Дети зовут родителей, и... - Он запнулся. - Нелл, ты уверена, что готова меня слушать? Я расскажу утром, если захочешь.
  - Нет. Рассказывай сейчас.
  Я сама не ждала, что эти слова вырвутся так жестко. Несколько минут мы молчали. Пламя трещало в печке, и огоньки на концах веток вспыхивали ярко, как кусочки солнца.
  - Значит, и вправду пора начинать, - вздохнул Фор. - Нелл, ты была одной из жриц богини. Когда ты вернешься домой, твой учитель все объяснит, хоть ему и придется нелегко. Он тоже жрец.
  - Мой учитель? А где мои родители? Семья?
  - У тебя ее нет. Я не знаю подробностей, но он наверняка расскажет тебе и о матери, и об отце. И ты все вспомнишь заново.
  В его голосе впервые за вечер послышалась неуверенность.
  Я подалась вперед.
  - Фор, ты ведь лжешь, правда? Я не вспомню. Никогда.
  Он кивнул.
  - Ты умерла. И ты жива. Тебе, наверное, это странно, но в поселок беспамятные приходят каждый день. Почти все уплывают на юг: здесь, конечно, делать нечего. Полгода-год зарабатывают на место на корабле: кто ловит рыбу, кто плотничает, коротким летом трудятся на огородах. Или нанимаются к капитанам и отрабатывают там, на юге. Иствен - маленький поселок, и работы тут немного.
  - Скажи, а ты... много таких видел?
  - Беспамятных? Здесь, в горах, они появляются редко. Но я навидался, да.
  Фор лег на спину и закинул руки за затылок. Я забралась с ногами на тахту и свесила голову вниз.
  - Никогда бы не подумал, что это можешь быть ты, - сказал он. - Или кто-то, кого я знаю. Всегда кажется, что с вами этого не случится никогда.
  - Хотела бы я знать, что со мной произошло, - пробормотала я.
  - Но ты в безопасности. Завтра мы спустимся в поселок, а оттуда отправимся в Черешет. Ты вернешься домой.
  За окном скрипнул снег. Молодое деревце шагах в двадцати от дома закачалось.
  Фор мгновенно очутился на ногах. Бесшумно он подкрался к окну.
  Я приподнялась на тахте. На улице никого не было.
  - Что это? - шепотом спросила я.
  - Никого. Показалось. - Фор потер лоб. - Тебя не смутит, если я тоже засну на тахте? Полночи обходил прогалины в лесу: еле держусь на ногах.
  - Прогалины?
  - Поляны вроде твоей. - Он сел рядом, достал из сундука стеганое одеяло. - Места, где изредка появляются мертвые.
  - И поэтому рядом со мной не было следов? Потому что я появилась из ниоткуда?
  - Да. Странно, что на одежде не было крови... Впрочем, меховой плащ с тебя наверняка сняли. - Он коснулся моего лба тыльной стороной ладони. - Жара нет. Хорошо, что ты не успела простудиться.
  - А если бы успела? И умерла бы снова?
  - Воскресают и дважды, и трижды, - негромко отозвался Фор. - Но я не буду рассказывать тебе о тенях, хорошо? Не сегодня.
  Я моргнула. Вокруг все было по-прежнему: пламя в очаге, ровный голос Фора, жесткая тахта под коленками, но мне казалось, мир вертится, как звезды на карусели.
  - Я ничего не понимаю, - растерянно сказала я. - Жрица богини? Тени?
  Фор вздохнул. Отложил в сторону одеяло и достал из-под тахты чистые, но очень поношенные ботинки.
  - Надевай. Покажу тебе кое-что.
  Я недоверчиво покосилась на него, но засунула ноги в разношенные башмаки.
  - На улицу?
  - Куда же еще. - Фор поднялся. - Идем, там никого нет.
  У домика было светлее, чем внутри. Снег сверкал под звездами, словно где-то рядом горел фонарь. Льдинки блестели, как осколки зеркала.
  - А ведь ты не просто так носишь с собой зеркальце, - сказала я. - Тот, кто только что потерял память, захочет увидеть свое лицо.
  - Верно. Увы, больше у меня для них ничего нет.
  - Даже утешения?
  Он покачал головой.
  - Мы с тобой давно знакомы, Нелл. А другим мне дать нечего.
  Фор уселся на корточки. Мои брови поползли вверх, но он предостерегающе поднял руку.
  - Тихо. Мне нужно сосредоточиться.
  - Почему?
  Он сделал глубокий вздох.
  - Все живое живо, - начал Фор, будто повторяя давным-давно выученный текст. - В каждой травинке столько силы, что хватило бы осветить нам с тобой дорогу до поселка. По воле богини некоторые из нас способны это ощутить. Круг жрецов, например: силы, которыми они играют, неизмеримы. В каждой деревне обязательно живет простой жрец или жрица: ты была одной из них.
  Я приоткрыла рот.
  - В общем-то зачатками сил владеет каждый, - добавил Фор. Мне показалось, что его лицо исказилось, но он продолжал спокойным тоном: - Например, я. Следи внимательно, хорошо?
  Он вытянул руки к ближайшей ели. Я заметила засохшие иголки на нижних разлапистых ветках. Глаза Фора были полузакрыты, лицо побледнело. Я вздохнула, села рядом и приготовилась ждать, сама не зная чего. Прошла минута, потом еще одна. Несколько коричневых иголок бесшумно упали в снег.
  Когда следующая иголка не упала, а поплыла по воздуху, я заморгала. Потом помотала головой, протерла холодными пальцами глаза. Иголка не падала.
  Я перевела взгляд на Фора. Его лицо было иссиня-бледным.
  - Не проси меня повторить, - чуть слышно выдохнул он.
  Иголка опустилась на снег.
  - Не буду, - прошептала я. - Фор, это чудо?
  - Это сила, - просто ответил он. - У меня ее нет. Вернемся в дом?
  В печке по-прежнему горело пламя. Я без слов расшнуровала башмаки и опустилась на тахту. Фор закрыл входную дверь. Тяжело ступая, он добрел до тахты, но сел легко, будто и не уходил никуда.
  - Так я жрица? - спросила я. - И я все это умею?
  - Умеешь и вспомнишь, - рассеянно отозвался Фор, подбрасывая веток в огонь. - Только не сразу. Тень, как пальцы трясутся... зря я потащил тебя на улицу. Надо было сразу лечь спать или отвести тебя в поселок, как остальных. Но не сегодня же!
  - А что случилось сегодня?
  - Твой учитель объяснит. Он жрец и знает куда больше меня.
  Я смотрела в огонь, часто моргая. Пламя дышало в рот, заглядывало в глаза. Голова шла кругом. Кажется, я сейчас заплачу...
  Фор вздохнул.
  - Ложись спать. Утром все утрясется.
  Я оставила на полу башмаки и меховой жилет, расстегнула верхние пуговицы рубашки и с ногами залезла на тахту. Стеганое одеяло, грубое, но теплое, навевало сон.
  - Я поищу твой посох, - сказал над ухом Фор. - Скоро вернусь.
  - Ага...
  Я засыпала. Шершавая ткань липла к лицу, ноги согрелись, и глаза закрылись сами собой. Может быть, прошлое вернется во сне? Или я проснусь и все вспомню? Хорошо бы...
  - Нелл!
  Я открыла глаза. Фор склонился над тахтой, бледный и встревоженный.
  - Чужие следы, - бросил он. - В елях, рядом с поляной, и возле дома - там, где пару часов назад шелестели ветки. Прости, но пора вставать.
  Я неохотно выбралась из-под одеяла. Ноги не хотели залезать во влажные сапоги, глаза закрывались.
  - Не спи. - Фор положил что-то рядом со мной.
  Я протерла заспанные глаза. К бедру прислонился деревянный посох. Длинный, почти с меня ростом. Я осторожно взяла его в руку и почти сразу выронила. Деревяшка со звоном упала на пол.
  - Он тяжелый!
  - Это оружие, - коротко ответил Фор.
  - Он тоже... гм, волшебный?
  - Для того, кого ты огреешь по спине - конечно. Ты училась драться всю жизнь, Нелл. Разучиться ты не могла.
  - Точно?
  - Ты же помнишь, что снег холодный, - улыбнулся он. - Это то же самое.
  Я неуверенно улыбнулась в ответ. И замерла: снаружи послышались голоса. У Фора в руке блеснул нож. Я подняла посох, кое-как ухватив его двумя руками.
  В следующий миг дверь слетела с петель.
  Трое мужчин ворвались в комнату с дубинами наперевес. Лысые, одетые в мех и серо-болотные обноски, они были похожи на дикарей. Двое сразу бросились ко мне. Третий накинулся на Фора. Я успела лишь выставить перед собой посох, как дубинка со всего маху обрушилась мне на плечо. Второй удар выбил посох у меня из рук. Я попятилась к окну.
  Двое с дубинками приближались ко мне. Я схватила табурет. Швырять в них или в окно? И бежать?
  - Положи стул, дура, - вдруг хрипло сказал один из них. - Никто тебя не тронет.
  Фор отбросил своего противника в угол.
  - Оставьте ее в покое, - резко сказал он. - Вам она не нужна.
  - Как же, не нужна. - Лысый ухмыльнулся. - Шрам небось видел? И померла она этой ночью. Так что теперь круг жрецов без нее никуда.
  - С вами она не пойдет, - холодно сказал Фор.
  - Ты один, нас трое, - передернул плечами лысый. Кажется, главарь этой шайки. - Хочешь нас разжалобить или что?
  - Или что.
  Фор медленно наклонился и положил нож. Подошел к печке. На кирпичах лежал слой золы.
  - Денег дать хочешь? - изумился главарь.
  В руке Фора что-то блеснуло. Главарь сделал шаг назад.
  - Уходите, - устало сказал Фор. - Оружие оставьте здесь. Увижу возле девушки еще раз - убью всех.
  Я вздрогнула, чуть не уронив табурет: лысые здоровяки пятились, дубинки валялись на полу. Кто-то осторожно приставил дверь с наружной стороны.
  Фор сел на пол. Его руки дрожали. Я опустила табурет.
  - Второй раз этот трюк не пройдет, - сказал Фор. - Но один день у нас есть.
  - Что ты им показал?
  - Перстень жреца круга, - не поднимая глаз, сказал он. - Чужой.
  Я подошла к нему.
  - Это плохо?
  - Если я попадусь им еще раз, меня убьют. - Фор пожал плечами. - Скорее всего.
  Я выглянула в окно. Три цепочки следов вели в лес. Деревья стояли неподвижные, как стражи.
  - Мы в безопасности, Нелл, - сказал за спиной Фор. - Они не вернутся.
  - Хотелось бы верить, - пробормотала я. - Почему они за мной приходили?
  - Твой учитель расскажет, - мягко сказал Фор. - Я всего лишь случайный знакомый. И с радостью отпустил бы тебя в Черешет одну, если бы знал, что ты доберешься.
  Фор подошел к деревянному буфету и достал оттуда пару лепешек, другой рукой взял щипцы и аккуратно расположил лепешки на решетке внутри печи. Огонь вспыхнул ярче, пытаясь дотянуться до теплого хлеба.
  - Я не доберусь одна. - Я прикусила губу. - Ты вернул мне посох, а я не представляю, что с ним делать. Даже если бы на меня напал один бандит, а не трое, я не отбилась бы.
  - А вот это хуже. Но ты лишь потеряла навык. Научишься заново, только и всего.
  В его голосе зазвучала незнакомая горечь. Я набрала воздуха в легкие.
  - Фор?
  - Да?
  - Откуда у тебя перстень этого... жреца круга?
  Всякое выражение разом исчезло с его лица.
  - А вот это совершенно лишний вопрос.
  Пламя потрескивало в печке. Лампа замерцала и погасла, и Фор зажег свечи. Я выдохнула: тепло и покой возвращались. Сюда никто не придет, можно поесть, посидеть у огня, выспаться. А завтра - да какая разница, что случится завтра!
  - Тебя не ранили эти идиоты? - словно бы мимоходом спросил Фор.
  - Пара тычков. Может быть, синяк будет, но не больше.
  - Хорошо.
  - Фор... - Я запнулась. - Ты рассказывал мне, почему живешь здесь?
  - До того, как ты потеряла память? - Он поднял бровь. - А это имеет значение?
  - Понятно.
  Фор снял лепешку с огня и передал ее мне.
  - Не думай о плохом, - негромко сказал он. - Отдохни.
  Отдохни. Ага. До второго явления лысых бандитов с дубинками. Интересно, я сегодня вообще засну?
  - Я... не могу. - Я сморгнула. - За мной охотятся! Может, нас поймают и зарежут ночью! Или ты меня снова найдешь на снегу!
  К горлу подступил комок. Лепешка оказалась соленой.
  - Никто никого не найдет, - спокойно сказал Фор. - Нелл, оглядись. Мы живы.
  - Да? - Я подняла на него мокрые глаза. - Тебе легко говорить!
  Ощущение уюта развеялось, ушло через выбитую дверь. Я зло дышала через нос, стараясь не плакать. И все-таки разревелась. Заныло плечо, задрожала рука, по которой без всякой жалости бил лысый бандит, и сами по себе затряслись губы. Я не знала, кому я плачу: себе ли, Фору, своему убийце, незадачливым похитителям, маме, которую я теперь никогда не вспомню?
  Чужие руки обхватили плечи.
  - Тише, - шепнул знакомый голос. - Тише. Все не так страшно, как ты думаешь. Есть вещи куда хуже. Ты жива, ты цела, твой дар с тобой, он пробудится... все хорошо.
  Я не заметила, как очутилась на тахте. Фор держал меня за руку.
  - А бандиты? - слабо спросила я.
  - Не вернутся. Этой ночью уж точно.
  Мы помолчали. Потом мне на плечи опустилось одеяло, и я почувствовала, как Фор отнимает руку.
  - Ты уходишь?
  - Посижу на крыльце. Я все равно не засну.
  Я приподняла голову. Фор стоял в дверях.
  - Ты помогла мне когда-то, - произнес он, словно отвечая на невысказанный вопрос. - Я хочу помочь тебе.
  - Спасибо. Просто...
  - Просто живи. - Фор улыбнулся. - Ведь нужно жить дальше, правда?
 

Глава 2. Храм богини


 
  Рассвело рано, но я успела выспаться. Когда солнечные лучи полились на тахту, я уже открыла глаза. С улицы доносился перестук капель: за окном таяли сосульки.
  - Как спалось? - поинтересовался Фор от печки. - Есть хочешь?
  - Пока нет. - Я зевнула. - Вымыться бы.
  - Рядом есть горячий источник. - Фор встал. - Пойдем, провожу.
  Источник бил из-под земли в полусотне шагов от хижины. Пузырьки искрились в лучах утреннего солнца, на еловых ветках сверкал снег. Я наскоро вымылась, быстро растерлась полотенцем - и поймала себя на том, что не могу забыть еловую иголку, парящую в воздухе. Смогу ли я так?
  Я протянула руку к ближайшей ели. На ветвях нахохлился воробей. Прилетит ли он ко мне, если я его позову? Если закрою глаза и поманю силой?
  Я напряглась. Потом расслабилась. Потом засвистела сквозь зубы.
  Воробей покосился на меня, вспорхнул и улетел.
  По влажной коже поползли мурашки. Я вздохнула и начала одеваться.
  Фор ждал меня у хижины. У двери стоял знакомый посох. На руке Фора висела меховая куртка.
  - Уже выходим? А завтрак?
  - Внизу, - коротко ответил он. - Держи.
  Куртка была великовата, но грела лучше горячего источника. Я с наслаждением закутала кисти в длинные рукава.
  - Только бы этих лысых в поселке не было, - сказала я.
  - Не будет. - Фор устало улыбнулся. - Это послушники, и они подчиняются напрямую кругу жрецов. А я показал им перстень жреца круга, ты еще не поняла?
  - Но что им от меня-то нужно?
  Фор вздохнул.
  - Похоже, до встречи с учителем ты не дотерпишь. Ладно. Нелл, ты потеряла память в канун тысячелетия явления богини - до официальной даты лишь пара дюжин дней. А вчера вдобавок был огненный закат, а это то еще знамение. Любой жрец сложит два и два.
  - Ты о чем?
  - О том, что нам не стоит задерживаться в поселке. Возможное воплощение богини - слишком лакомый кусочек.
  Я поперхнулась.
  - Чего-чего?
  - То самое, - жестко ответил Фор. - Заломят руки и неизвестно, вернешься ли.
  Мы спускались по широкой тропинке. Под ногами похрустывал снег.
  - То есть я... воплощение богини?
  - Очень вряд ли. Мир велик, Нелл. Знаешь, сколько девушек погибло вчера ночью? Я бы не стал питать особых надежд.
  Дорога повернула. Фор шагнул вперед, на скалистый выступ. Я последовала за ним и замерла: впереди на берегу огромного ледяного озера просыпался городок. Деревянные домики жались друг к другу, сберегая тепло. Широкая улица делила Иствен надвое: рыбацкие хижины, склады и причалы на берегу, и ряд облицованных камнем домов на другой стороне, ближе к заснеженным огородам.
  Главная улица поднималась к прибрежным скалам, где темнело высокое здание. По углам его блестели окна из синего хрусталя, у крыльца примостилась ель. Вдалеке лаяли собаки.
  - Это храм? - спросила я.
  - Один из старейших на всем побережье, - кивнул Фор. - По преданию, в прошлый раз богиня являлась здесь. Впрочем, такие предания живут в каждом городке.
  Едва мы ступили на главную улицу, ноздри защекотал аромат жареного мяса, и я поняла, что очень хочу есть.
  - Таверна через два дома, - сказал Фор. - Идем?
  Дверь поддалась с трудом. Я пропустила Фора вперед и остановилась на пороге.
  Всю стену занимал массивный очаг из потемневших кирпичей. Слева и справа висели устрашающего вида кухонные орудия, а ближайшие столы были покрыты копотью. За стойкой разрезал отбивную крепкий, начинающий лысеть парень. В зале было пусто, только в дальнем углу сидела какая-то троица.
  - ...В этом холоде, - донеслось до меня. - Какой идиот не закрыл дверь?
  Я поспешно схватилась за ручку. Дверь подчинилась неохотно, со скрипом, но все-таки закрылась. По телу прошла дрожь: морозное утро сменилось домашним теплом слишком внезапно.
  - Ранний час, - приветствовал нас парень. - Нелла, и ты здесь? С лета тебя не видел.
  - Ранний час, - кивнул Фор, проходя к стойке. - Накормишь нас?
  - Куда же я денусь-то? - хмыкнул тот. - Тебе как обычно?
  Я открыла было рот, но нас прервал стук отодвигаемого стула. Один из троицы поднялся и неспешно направился к нам.
  - Доброго здоровья, господа, - произнес он. - Простите, что прерываю вас, но я нечаянно услышал ваше имя. Вы ведь Нелла из Черешета?
  Он смотрел прямо на меня. Молодой, экипированный просто, почти бедно, но с такой осанкой, какой позавидовал бы и король. На полголовы выше Фора, и драться, кажется, умеет не хуже.
  - Я... эээ... да.
  - Как мне сказали, ваш учитель - лучший знаток истории в этих краях. Видите ли, мы ищем воплощение богини...
  И они тоже?!
  - И поскольку, как говорят, она должна вот-вот сойти в мир, мы ищем место, где это произойдет, - невозмутимо продолжал молодой человек. - Ведь она вернется туда, куда являлась тысячу лет назад. И ваш учитель может нам в этом помочь, если он и впрямь знает все руины наперечет. Мы хотим зайти в местный храм перед дорогой, а потом отправимся сразу в Черешет. Вы не хотели бы составить нам компанию?
  Я покосилась на угловой столик, где темноволосая девчонка любезничала с лохматым парнем моих лет. Фор кашлянул.
  - Простите, я не знаю вашего имени...
  - Холвир. Садитесь к нам, познакомимся. Вы не спешите?
  Как-то незаметно мы переместились за их столик, и теперь сидели впятером. Огонь в очаге бросал причудливые тени на незагоревшие лица, и мне казалось, что мы сидим у костра в подземной пещере.
  Новые знакомцы выжидающе смотрел на меня. Я кашлянула.
  - Если уж мы надумали представляться друг другу, я начну, - сказала я. - Меня зовут Нелла. Дорога завела меня сюда, и теперь я готова вернуться домой. Недавнее ранение, правда, лишило меня сил, и в дороге я буду скорее обузой, чем подмогой.
  Я поймала взгляд Фора. Он еле заметно кивнул.
  Холвир посмотрел на моего спутника.
  - Меня зовут Фор, хотя мое имя вам ничего не скажет, - немедленно вступил тот. - Я живу в этих местах уже три года. Сейчас я сопровождаю Неллу: ей не стоит путешествовать одной.
  Теперь уже мы с Фором уставились на новых знакомых. Холвир улыбнулся:
  - Тэри?
  - Ха! - фыркнула девушка с длинными темными кудрями. - Я ж нарассказываю, сами будете не рады.
  - Рассказывайте, - предложила я. - Мы ведь не торопимся?
  - На "ты", только на "ты". - Тэри подняла руки ладонями вверх. - А то я с ума сойду. Холвир, вон, похоже, этой целью и задался.
  Она вздохнула.
  - Я Тэри, и, скажем так, с законом у меня нелады. В Эвере, откуда я родом, я успела натворить дел: шарила по чужим сундукам, лазила по карманам, вскрывала замки. Все сокровищницы были мои! Но один раз мне не повезло: меня поймали.
  Ее лохматый спутник, не отрывавший взгляда от девушки, приподнял бровь.
  - Мы дрожим от предвкушения. Так кто же удачливый охотник?
  - Принц, - беспечно ответила Тэри. - Один из купеческих принцев Эвера. Он бы отправил меня в темницу, но моя неземная красота смягчила его жестокое сердце, и вместо того, чтобы заковать меня в цепи, он сплавил меня на корабль, идущий на север. Так что я вполне могу к вам присоединиться. Делать-то все равно больше нечего!
  - И ты, конечно, нисколечки не приукрашиваешь?
  - Да ни капельки! А вот что ты скажешь нашим новым знакомым, Северн?
  - О, у меня все скучно, - отмахнулся Северн. - Я родился, и как-то вдруг понял, что родился бардом. Никто не пытался меня переубедить, так что я перешел в странствующие менестрели. Странствовал, странствовал, и оказался здесь. Не самое интересное жизнеописание, но что есть. Холвир, твоя очередь. Завтрак стынет.
  - Я паладин, - просто сказал Холвир. - Надеюсь, мои умения вам пригодятся.
  Фор подался вперед.
  - Зачем вы здесь? - резко спросил он. - И что паладин с юга делает в Иствене именно сейчас?
  - Время настало, - спокойно ответил Холвир. - Я здесь, чтобы увидеть богиню.
  - В такой компании? Паладины не путешествуют с искателями приключений.
  - Тэри и Северн дали слово, что не нарушат закон, пока мы вместе. Я им доверяю.
  Мы с Фором переглянулись.
  - Что ж... - Фор помедлил. - Значит, мы идем в Черешет.
  Я прикусила губу, но кивнула. И правда: трое крепких молодых людей, на дорогах лысые послушники, а я по-прежнему ничего не умею. Нам нужна защита.
  Представления были окончены, и мои соседи по столу принялись за завтрак. Справа от меня Тэри намазывала масло на краюшку хлеба, слева Фор взялся за пирог с рыбой. Из широкого рукава Северна появилась плоская фляжка: он наклонил ее над слабо дымящейся овсянкой и щедрой рукой налил в кашу темно-золотистого напитка.
  - Северн, я ведь еще не решил, идешь ли ты с нами, - как бы мимоходом заметил Холвир. - Если у меня не будет других рычагов, чтобы пресечь это безобразие, тебе придется смириться, что Иствен станет твоим домом надолго.
  Северн с сожалением отодвинул тарелку и встал.
  - Кажется, сегодня не мой день. Впрочем, как и всегда. Пойду наберу припасов у нашего хозяина.
  - А деньги у тебя есть? - поинтересовалась Тэри. - Или ты его грабить собрался?
  Северн замялся.
  - У нас с Неллой есть несколько монет. - Фор вытряхнул на ладонь содержимое мешочка из замши. - Немного, как видите.
  - Мы могли бы найти работу, - предложил Холвир. - Чистить снег, или...
  - Вот еще! Нет, все-таки не зря я мыла волосы с горчицей. - Тэри тряхнула роскошными кудрями и встала. - Смотрите и учитесь!
  Покачивая пышными юбками, Тэри подошла к табурету, за которым сидел давешний лысеющий парень. Не обращая внимания на его ухмылку, она откинула за спину длинные волосы и оперлась локотком на стойку.
  - Скажи, - задумчиво начала она. - Какая часть меня тебе больше всего нравится?
  Северн, торопливо запихивающий в себя пьяную овсянку, поперхнулся.
  - Ну... - закашлялся парень, - это сложный вопрос. Я бы обсудил его в частной обстановке. Наедине, если ты не против.
  - Да? - Тэри вздохнула. - А я думала, с первого раза угадаешь. Ладно, начнем по новой.
  Она небрежным жестом взяла со стойки нож. Тщательно вытерла его полотенцем, закинула руку за спину - и встряхнула короткими, до ушей, кудрями. Блестящий водопад темных волос остался у нее в руке.
  - Когда там следующий корабль на юг? - задумчиво спросила она. - Через пару дней, кажется? В Эвере за мои волосы предлагали восемьдесят монет.
  Парень присвистнул.
  - Золотом?
  - Ага.
  - За восемьдесят монет я бы новую таверну выстроил. - Он почти с сожалением покачал головой. - Таких денег у меня нет.
  - Тридцати мне хватит, - улыбнулась Тэри. - Обсудим в частной обстановке?
  Через две минуты торг был закончен. Тэри, довольно щурясь, передала Холвиру кожаный кошель, тяжелый даже на вид. Парень, покачивая головой, пошел собирать нам припасы в дорогу, а я под шумок наклонилась к Фору.
  - Уверен, что это хорошая идея?
  - Не особенно, - одними губами ответил Фор. - Но дорога и впрямь опасна.
  Мы вышли на улицу, и я зажмурилась от яркого света. Снег белел повсюду: на крышах, на резных ставнях, на толстых скрипучих соснах. За спиной хлопнула дверь: Тэри выскочила из таверны. Облегающая куртка подчеркивала точеную фигурку.
  - Что за денек! - возбужденно выдохнула она. - Загляденье! В снежки поиграем?
  Холвир покачал головой.
  - Тэри, нет времени. Может быть, на обратном пути...
  - Да ладно! - Тэри встряхнула кудряшками. - Эй, Северн, получай!
  Северн не успел уклониться, и крепко сбитый снежок угодил ему в ухо.
  - Эй, да не в лицо же! - Бард выставил вперед ладони, скрывая широкую улыбку. - Ты словно до сладкого дорвалась! Можно подумать, ты никогда снега не видела.
  - Не видела, - подтвердила Тэри. - Так сверкает! И совсем не холодно. Ой!
  Второй снежок врезался ей в плечо. Северн довольно потирал руки.
  - Так ты меня отвлекал! - ахнула Тэри. - Ну, погоди, я тебе устрою снегопад! Кстати, представьте: в Эвере только раз была метель - в зиму, когда мне было восемь.
  Фор задумчиво просеял пригоршню снега сквозь пальцы.
  - Дважды, - отрешенно сказал он. - Один раз поздней весной, когда мне было четырнадцать, и еще раз через год.
  - Так ты тоже из Эвера! - Тэри чуть не подпрыгнула. - Как там сейчас?
  - Сейчас? - Фор поднял брови. - Ясновидение, увы, мне недоступно.
  Тэри потянулась за очередной порцией снега. Фор благоразумно отошел в сторону.
  - Скажите, Холвир, - я повернулась к новому знакомому, - кто такие паладины?
  - На севере о нас мало кто знает, - серьезно кивнул Холвир. - В мире живет сила, вы это знаете. Мы мало знаем о ее природе: мы принимаем ее, как еду или воздух. Паладины возникли тысячу лет назад, потому что наш основатель, Гилетир, был живым воплощением этой силы. Жрецы называют его избранником богини.
  - Он был жрецом?
  - Да. Тысячу лет назад ему явилась богиня. Он мог бы возглавить круг жрецов, основать сотни новых храмов, но вместо этого он ушел из круга и уплыл на юг. В тот же год рядом с ним встали первые паладины. Гилетир считал, что человек вернее придет к свету, если найдет его внутри себя.
  - И мы враждуем? - спросила я. - Жрецы и паладины?
  - Не знаю. Если жрецы помогают беспамятным, врачуют, утешают страждущих и выслеживают разбойников, я не испытываю к ним ничего, кроме уважения. В конце концов на север придут новые люди, возникнет цивилизация, и храмы останутся только в таких вот деревушках. Собственно, это уже происходит.
  - Вряд ли круг жрецов с этим смирится, - сказала я, вспоминая лысых молодцов в полушубках.
  - А вот тогда... Но вы и сами это понимаете, верно?
  Слева запахло рыбой: на шестах и деревянных рамах сушились окуни. Перевернутые лодки лежали на берегу, как гробы. С озера доносились крики чаек.
  У дверей храма я пропустила Холвира и Тэри вперед. Фор придержал створку, пропуская меня внутрь. Я шагнула и обмерла.
  Полутьма не ослепляет, но в моем случае вышло именно так. Полумрак тек, как вода, обнимая вечный, не менявшийся столетиями мрамор. Каменные резные ширмы спускались с потолка, как занавеси. Посреди округлого зала короткой свечой стоял каменный пьедестал. И, как от свечи, от него исходил мягкий белый свет.
  - Каждый раз переступаю порог и думаю об одном и том же, - сказал Фор. - Тысячу лет назад в мир пришла богиня...
  Я обернулась. Коснулась дверной створки рядом с его щекой.
  - Та самая, что выбрала молодого жреца, который стал первым паладином?
  - Очень точное определение. - Фор холодно посмотрел на Холвира. Молодой человек прислонился к колонне и запрокинул голову, рассматривая фрески на потолке. - Это он успел тебе рассказать?
  - А если и так, что? Кстати, а где жрецы и жрицы?
  - Появятся. Послушай. Холвир верит в свои байки, но все было не так.
  - А как? - Я повернулась к нему. - Ты знаешь, что было тысячу лет назад?
  - Конечно. Жил молодой человек, и встретил он девушку...
  Я прикрыла глаза. Голос Фора лился ровно и мягко.
  - ...Жил когда-то молодой жрец. Он носил свою силу, как чашу, полную воды. Не просто служил богине всем сердцем - не мог представить иной пары, кроме нее. Он говорил с ней через дождь, через дыхание ветра, на нагретых ступенях храмов.
  - И?
  - Ходит легенда, что однажды богиня ему ответила, и появилась в мире людей в первый и единственный раз. Может быть, на несколько ночей, может быть - на часы. В конце концов, она создала мир. Что ей стоило воплотиться в любом женском теле?
  - Почему же он тогда ушел из круга жрецов?
  - Потому что он не мог существовать в круге, - просто ответил Фор. - Ты могла бы делить любимого человека еще с двадцатью избранницами? При том, что все девушки были бы прекраснее тебя?
  - Я живу только день, - развела руками я. - И никого еще не любила.
  Фор вдруг встал, выпуская мои плечи. В трех шагах от нас стояла женщина в длинном белом одеянии. Темные с проседью волосы обрамляли совсем еще молодое лицо - на вид ей было не больше сорока.
  - Нелла, - мягко проговорила она. - Добро пожаловать.
  - Я... правда?
  - Это ваш дом, - улыбнулась жрица. - Отдыхайте.
  Она повернулась к моим спутникам. Я села на скамью и откинулась к стене, разглядывая фрески. Под куполом раздавались голоса: вот что-то спросил Холвир, вот резко возразил Фор, успокаивающе заговорила жрица.
  В дальней части зала каменные занавеси переходили в хрупкую лестницу - должно быть, она ведет на верхние этажи, в кельи жриц. Хотела бы я жить здесь? Нет, не то. Почему они выбрали эту жизнь?
  - И вы никогда не покидаете поселка? - послышался голос Тэри.
  - Тысячу лет назад на этих плитах стояла богиня. Зачем нам покидать ее дом?
  - Ну, в других храмах тоже говорят, что богиня приходила к ним...
  Жрица лишь улыбнулась.
  - Я слышал, что здесь стоит свеча из первого храма, - вступил Холвир. - Это она?
  Женщина без слов указала на камень-свечу в центре зала.
  - Вы уверены, что это не подделка?
  - Коснитесь ее, - одними губами попросила жрица. Я едва расслышала ее слова.
  Холвир шагнул в середину зала. Все смотрели на него. Я вздохнула. Свечи, богини, паладины, жрецы - у меня уже начинало болеть в висках. Сколько можно?
  В следующую минуту Холвир коснулся пьедестала, и все мысли вылетели у меня из головы.
  Белый свет ударил в лицо. Яркое сияние окутало руку Холвира. Я прикрыла глаза и ощутила - не кожей, не умом, а чем-то первобытным, чему я не могла подобрать названия, - древнюю безымянную мощь. Если бы Холвир захотел, я знала это точно, камни этого храма разлетелись бы по всей округе, долетели бы до звезд.
  Фор замер изваянием у колонны, Северн поднял изумленный взгляд от пола, Тэри закрыла лицо руками. Жрица просто стояла и смотрела, впитывая свет, как ласку. Свет пронизывал одежду, белое покрывало казалось прозрачным, и я видела ее тело, обнаженное и молодое, как в двадцать лет.
  Холвир с видимым усилием убрал руку. Он едва держался на ногах, шерстяная рубашка промокла от пота.
  - Верите? - негромко спросила жрица.
  Холвир без слов упал на скамью.
  Тэри присела рядом со мной.
  - Я только раз видела такое, - шепнула она. - Если в каждом храме будут говорить, что к ним приходила богиня, воображаю, чего мы навидаемся!
  - А раньше ты в храмах не была?
  - В детстве. Мне тогда было лет девять. Потолок высокий, как небо, и витражи поднимаются к солнцу. Много людей и много свободного места - я никогда не понимала, как так бывает.
  Она помолчала.
  - Я почти ничего и не запомнила, - призналась она. - Только жреца. Высокий, торжественный и такой счастливый, что глаз не оторвать. Помню, как звенел его голос. И как он сиял, а ведь ему не было и шестнадцати...
  Краем глаза я увидела, как жрица направилась к нам.
  - Сам по себе, - закончила Тэри. - Без всякого камня.
  Жрица опустилась на скамью.
  - Зачем вы показали Холвиру каменную свечу? - спросила я.
  - Просто так паладины с жрицами в поход не отправляются, - улыбнулась женщина. - Значит, вы действительно ищете богиню. И начнете с Ущелья Теней. Вот там вам и пригодится сила вашего спутника.
  - Да уж, весело нам будет, - вздохнула Тэри, вставая. Я поднялась за ней.
  Северн прошмыгнул к выходу. Холвир, шатаясь, двинулся вслед за ним. Дверь закрылась за Тэри, и мы остались втроем.
  Фор подошел к пьедесталу. Бережно, почти нежно, коснулся камня. Я смотрела, не отрывая взгляда. Пальцы Фора на секунду обнял белый свет. И тут же отпустил.
  - Вот и все. - Фор улыбнулся не без горечи. - Хочешь попробовать? Ты давно здесь не была.
  Жрица поднялась со скамьи. Белое одеяние зашелестело.
  - Я вас оставлю, - сказала она. - Наверху двое беспамятных, почти дети.
  - Конечно. - Фор посерьезнел. - Простите нас.
  - Вы хотите увидеть чудо, - улыбнулась она. - Легкого пути.
  Мы остались вдвоем.
  - Хочешь узнать, осталась ли ты жрицей? - негромко спросил Фор.
  - Я уже проверяла. - Я опустила голову. - Утром. Ничего.
  - Ты не можешь управлять силой, - поправил он. - Это другое. А узнать, есть ли она у тебя...
  - Ну... - Я подняла взгляд. Фор смотрел на меня без улыбки. - Попробую?
  Я сделала шаг к пьедесталу, потом еще один. Фор со странным выражением следил за мной. Правая рука сжалась в кулак, левая вжалась в колонну и побелела.
  Каменная свеча горела ярко и чисто. Ни пятнышка, ни дрожи. И так - тысячу лет?
  Я коснулась ее кончиками пальцев. Ничего.
  - Фор...
  Он на миг прикрыл глаза.
  - Мне очень жаль, Нелл. Похоже...
  - ...Жрица из меня никакая, - закончила я.
 

Глава 3. Лавина


 
  Волк скулил и метался от стола к подоконнику, тычась носом в сундуки с вонючими тряпками.
  - Что он тут делает? - Тэри опасливо выглянула из-за плеча Холвира. - В этом доме сто лет никто не живет.
  - А он залез, - отозвался Холвир. - Испугался чего-то. Да и холодно, наверное.
  Дом стоял на самой окраине поселка, за покосившимся забором и еловой аллеей. Под ногами хрустели трухлявые щепки, между бревен задувал сквозняк. Я поежилась.
  - Волки так себя не ведут. - Фор нахмурился. - Отойди, я разберусь.
  Холвир поднял руку.
  - Лучше я. Он может укусить. Его касались силой, видишь?
  Фор покачал головой.
  - Не страшно, видим только мы с Неллой. Сейчас. - Это Холвир сказал волку. - Потерпи немного. Будет тебе и зимний лес, и ели, и кролики...
  Зверь заскулил.
  - Здоровенный волчище, - сказала Тэри, отступая. - Что с ним? Кто его так?
  - Кажется, я знаю, - ответил Фор. - Нелл, подождем снаружи. Холвир справится и без нас.
  Мы выбрались на свежий воздух. День обещал быть ветреным: колыхались ветви, по снегу бежала поземка. Я подняла голову, пытаясь разглядеть горы, но деревья закрывали обзор.
  Фор присел на крыльцо, сбросил рюкзак. Я прислонила посох к перилам.
  - Жрецы ладят с животными, но на этого волка кто-то крепко рассердился, - негромко сказал Фор. Боюсь, он не нашел того, кого искал, и выместил злость на звере.
  - То есть...
  - Лысые послушники привели жреца.
  - И они сейчас в холмах, у твоей хижины, - поняла я. - Отсюда надо уходить.
  - Да. Немедленно.
  Я потянулась за посохом. Фор жестом остановил меня.
  - Подожди. Со жрецом я не справлюсь. Нам нужны те трое. Об этом я и хочу тебя спросить: мы рассказываем им правду или нет?
  - Дай подумать. - Я подперла рукой подбородок. - "Друзья, я потеряла память, и за мной охотится круг жрецов. Кстати, мой учитель тоже жрец, и еще вопрос, приютит ли он потерявшую память ученицу, или выдаст ее таинственному кругу без колебаний. Что посоветуете? Или сами меня жрецам отдадите? Кстати, вон они, по склону спускаются".
  Фор вскочил.
  - Где?
  - Нигде. Прости, я пошутила. - Я отпустила посох. - Но так и есть, правда?
  - На юг тебе нельзя, ты пропадешь, - устало сказал Фор. - А твой учитель не предаст. Он много лет был тебе вместо отца.
  - Не мне, Фор. Нелле. Я просто ношу ее имя.
  Фор подхватил рюкзак.
  - Прекрати, - бросил он. - Времени, чтобы жалеть себя, у тебя будет сколько угодно, но сейчас нужно двигаться. Северну, Холвиру и Тэри мы ничего не говорим, я понял. Но это нас задержит.
  Я покачала головой.
  - Если расскажем правду, они начнут задавать вопросы. Лишний час, а то и полтора.
  Из домика раздался визг, потом хриплый свистящий лай. Серая тень пронеслась по крыльцу и умчалась на холм. Закачались ели, сбрасывая снег.
  Северн и Тэри вышли на крыльцо. За ними показался Холвир.
  Мы смотрели волку вслед.
  - Его касались силой... - протянул Северн. - Жрецы. Что они тут делали?
  - Поговорим об этом на привале, - вмешался Фор. - Или мы выходим сейчас, или будем идти три дня. Ваш выбор?
  Холвир без слов вскинул рюкзак на плечо.
  Широкая дорога поднималась на холм, к облачному небу. Ноги утопали в снегу по щиколотку. Крики чаек незаметно сменились карканьем ворон, пушистые ели - голыми черными ветвями.
  Мы миновали перекресток и теперь спускались вдоль скалистой стены. Впереди за елями сверкали заснеженные макушки гор. Из-за деревьев валил густой дым.
  Дым... что это горит?
  - Фор, - окликнула я.
  - Я видел, - очень спокойно отозвался Фор. - Не останавливайся.
  - Что там происходит? - Тэри тоже выгнула шею. - Пожар?
  - Горит мой дом. - Фор посмотрел вверх, на скалы.
  И побледнел.
  - Что? - Тэри повернулась к нему. - Серьезно?
  Она тоже подняла взгляд на скалы. И ойкнула: Фор рыбкой прыгнул на нее и вытолкнул на середину дороги. Секунду спустя на место, где только что стояла Тэри, приземлился огромный валун.
  Мы бросились врассыпную. Холвир подхватил Тэри за локоть, чудом уцелевший Фор схватил мою руку, и мы помчались с холма вслед за Северном. Вокруг падали камни, мимо прокатился еще один валун. Я повернула голову и тут же упала на колено: сзади шла настоящая лавина.
  - Нет смысла идти вниз! - крикнула я. - Она нас догонит!
  - Тогда вперед, вдоль дороги! - прокричал Холвир. - И быстро!
  Мы бежали, спотыкаясь и обдирая кожу с ладоней. Перед глазами мелькали ветки, не опавшие с осени пожухлые листья. Вспорхнула и улетела с сердитым криком сорока.
  Склон заканчивался обрывом. Горная дорога сужалась и выходила на бревенчатый мост. Впереди маячило ущелье.
  - Проскочим? - задыхаясь, спросила я.
  - Придется. - Фор отряхивал снег с куртки. - Второй лавины нам не пережить.
  - Второй лавины? Хочешь сказать, это не случайность?
  Фор холодно взглянул на меня. Я прикусила язык.
  Холвир переводил взгляд с нас на скалы и молчал. Тэри шепотом ругалась: по ее руке стекала кровь.
  - Идем вперед, - наконец сказал Холвир. - Про лавины и пожары поговорим потом.
  Северн со стоном поднялся с земли.
  - Быстрее!
  Мы пошли, потом побежали. Под ноги Холвиру свалился очередной камень, и Фор с тревогой посмотрел в небо, но на скалах не было ни единого человека.
  Мост не дрогнул под нашими подошвами, но меня повело все равно: посох задрожал в руке, и я вцепилась в деревянные перила. Северн впереди сделал то же самое. Внизу по камням скакала пенистая горная речка, и у меня закружилась голова. Хотя, казалось бы, чего мне бояться? Разобьюсь - очнусь на знакомой полянке. Забуду ночь и полдня, подумаешь...
  - Нелл, быстрее! - Фор буквально втянул меня на скалистую ступеньку. - Захотела стать тенью?
  - Все целы? - Холвир поправил на плечах рюкзак. - Через ущелье идти минут двадцать, попробуем преодолеть его быстрым шагом. Тэри, помощь нужна?
  - Нет, - выдохнула Тэри. - Руку поранила. Потом посмотрим.
  - Хорошо. Если голова начнет кружиться...
  - Скажу.
  Мы тронулись в путь: Тэри и Холвир, потом Северн и я. Фор постоял на краю пропасти, глядя вниз, потом медленно двинулся за нами.
  - Ну и гонка, - пробормотал рядом Северн. - Я уж думал, все там ляжем. Ты как?
  Я пожала плечами. Он кивнул.
  - Понимаю. Знаешь, после этой лавины... Словом, я вспоминаю, почему сбежал сюда, на север, и меня разбирает смех. Одно-единственное тухлое представление: было бы из-за чего переживать!
  - Ты был актером в театре?
  - Не-е-ет. - Северн засмеялся. - Все было куда веселее. Меня позвали развлекать сливки города: купцов, богатеев, даже купеческую принцессу. Пусть ее мать и торговала свеклой на базаре, короткую память легко купить. Ну так вот, меня позвали туда, и я ощущал себя неимоверным, сказочным счастливчиком!
  Он наклонился, слепил снежок и с неожиданной злостью швырнул его вперед. Упругий мячик ударился о скалистую стену и стек по ней, как сырое яйцо.
  - И как же неопытного барда позвали к таким высоким гостям?
  - Я умею пить пиво с нужными людьми. - Северн усмехнулся, но усмешка вышла кривой. - Познакомился с сыном тамошнего дворецкого, он меня и рекомендовал. С ухмылкой, как я припоминаю.
  - И он тебя обманул?
  - Ну... он знал, что опыта у меня маловато, да я это особо и не скрывал. Но когда богиня танцует нагишом на столе, ты не станешь отказываться от ее даров, верно?
  - И что произошло?
  - Когда я начал петь, послышались смешки. Я продолжал играть, но не помогло: гости фыркали все громче. Я запаниковал, но не остановился. Ха, им пришлось бы отрывать мои руки от лютни клещами!
  - Пальцы не подчинялись?
  - И это тоже, - кивнул он. - К концу шестой песни в меня полетели ошметки фруктов - это в высшем-то обществе! В какой-то миг я подумал, что мне снится жуткий кошмар. А потом гости из тех, что поплотнее, поднялись на сцену, и начались мои мучения.
  - Тебя били?
  Северн покачал головой.
  - Сначала оскорбляли. Кто-то предложил бросить меня в реку, еще один шутник принес острый кол. Потом какой-то остряк вспомнил про смолу и перья. Я не сколько испугался, сколько остолбенел. В любом случае вряд ли бы я смог сопротивляться. Они еще проявили милосердие: все кончилось меньше, чем за час. Правда, мылся и чистился я всю ночь...
  - Мне жаль, Северн, - негромко сказала я.
  - Угу... Когда меня бросили в грязь, хозяин швырнул мне мешочек: тот звякнул и ударил меня по носу. Я нашел там двадцать монет - достаточная плата, я полагаю.
  Северн обхватил себя руками, словно пытаясь согреться. Неловко улыбнулся, поймав мой взгляд. А ведь ему хуже, чем мне, подумала я. Он все помнит.
  Мы вышли из ущелья. Каменные стены ушли в сторону, по ногам плеснула поземка, засвистел ветер, и мне пришлось повысить голос:
  - И тогда ты отправился на север?
  - Почти. На следующее утро...
  - Стой, - прошептала я. Перед нами Холвир остановился как вкопанный. - Что-то происходит.
  Перед нами цепочка незнакомых мужчин растянулась по снегу. Дальше дорога резко, почти отвесно уходила вниз. По обочине вились занесенные порошей каменные ступени. Другого пути из ущелья не было.
  Тэри вцепилась Холвиру в рукав. Мы молчали.
  В полной тишине, прерываемой только свистом ветра, один из цепочки поднял руку, и его худая фигура засветилось. Почти одновременно раздался далекий гул, и мы побежали вперед. Мне заложило уши: второй раз за утро пошел каменный град. Ушат снега рухнул за шиворот, как поток дождевой воды. Я обернулась: единственная дорога через ущелье бугрилась осколками скал и копнами снега. Не переехать, не перейти.
  Яркий свет ударил в глаза: Холвир стоял, подняв руки. Его пальцы сияли, как снег под солнцем, и под его ладонями ветер стихал, а мелкие камни, не долетая до нас, откатывались в стороны.
  - Сила белой свечи, - прошептал мне на ухо Фор. - Живой траве до нее далеко.
  Высокий худощавый человек опустил руку, и на снег упал пожухлый стебель василька. Увядший венчик отсвечивал малахитово-зеленым.
  - Я вижу, вы заходили в храм, - бесстрастно произнес он. - Странно, что богиня помогла убийцам.
  - Э-э-э... мы не убийцы, - подала голос Тэри. - Честно.
  Холвир мягким шагом подошел к нам. Фор и Северн, не сговариваясь, шагнули вперед, закрывая нас с Тэри. Я перехватила посох поудобнее.
  - Я жрец круга, и служу богине. - Высокий человек поднял руку, и на его пальце сверкнула фиолетовая искра. - Нам нужна ваша спутница...
  - До смерти нужна, - пробормотал Северн.
  - И тот, кто убил одного из нас, - не обращая на него внимания, продолжал жрец. - Остальные могут продолжать свой путь.
  Теперь он смотрел на Фора и на меня.
  - Зачем вам Нелла? - спросил Холвир.
  - Это уже не Нелла. Вы еще не поняли?
  Белый палец указал на мой шрам. Я отшатнулась.
  Все, стукнуло в груди. Убьют.
  Перед глазами возникла пропасть под бревенчатым мостом и горная речка на дне. Близко-близко, словно я уже была там. Над прозрачным потоком трепетала ветка, закованная в лед, деталь, вплетающаяся в память... Улыбка Фора, еловые шишки на тропинке, история Северна, скулящий волк у подоконника - я все это забуду.
  Фор скрестил руки на груди.
  - Если она вам нужна, зачем эти фокусы с камнями? - спросил он. - Мы чуть не погибли, а вы потеряли бы девушку.
  - Лавина не причинила бы ей вреда, - устало ответил жрец. - А если бы и причинила... что ж. Значит, не судьба.
  Он выпрямился, непостижимым образом став еще выше.
  - Отдай мне перстень, - приказал он. - И назови имя жреца, которого ты убил. Если сдашься, пойдешь с нами. Может быть, и останешься жив.
  Фор засмеялся.
  - Прекратите, - негромко сказал Холвир. - Если вы ждете, что мы выдадим вам своих спутников, вы ошибаетесь.
  - Признаюсь, именно этого я и жду, - кивнул жрец. - Так-таки и не выдадите?
  Холвир едва заметно пожал плечами.
  - Вы сбросили две лавины на невинных людей. Даже если Фор виновен в убийстве, вам я не верю. Вас семеро, нас пятеро. Вы владеете силой, мы тоже. Хотите драки - она будет. Мы покинули храм этим утром, и, клянусь, мы дадим вам достойный отпор. Выбирайте.
  - Представьте, что ваш спутник убил паладина, - жестко сказал его собеседник. - И убийцу укрывают жрецы. Что сделаете вы?
  Не дожидаясь ответа, высокий жрец полез за пазуху, и в его левой руке появилась живая роза. На алых лепестках сверкнула вода.
  - Все, - прошептал Фор. - Беги.
  - Куда?
  - Беги!!
  Холвир бросил взгляд на жреца, потом на нас.
  - Вот это, - спокойно сказал он.
  Белый свет хлынул в лицо. Сквозь туман я увидела, как роза покрывается инеем, а молодцов в полушубках засыпает снег - быстрее, чем крупа льется в кастрюлю. Миг, и шестерых подручных высокого жреца скрыли под землей шесть снежных холмов.
  - А они так и не произнесли не слова, - произнес Северн.
  Холвир, бледный как полотно, осел на землю. Жрец круга молча смотрел на него. Если он и хотел напасть, вслух он об этом не говорил, а предпринять ничего не мог - его по пояс залило льдом. Сумка, из которой высовывались зеленые стебли, лежала на обнажившейся земле.
  - Вам придется тут покопаться, высвобождая своих товарищей, - хрипло сказал Холвир. - Если, конечно, их жизни для вас что-то значат.
  - Значат, - кивнул жрец. Тонкие пальцы потянулись к карману на груди, и в руке жреца появилось яблоко. Обыкновенное яблоко.
  Я уже знала, что это означает. И не успела все равно: мякоть вдруг обернулась узкими стрелами, тупая игла кольнула кожу, и по лицу потекло что-то липкое, пачкая скулу, подбородок, куртку. Позади на снег упала Тэри, зажимая рукой бедро.
  Фор что-то отрывисто крикнул, и земля ушла из-под ног. Сильные руки обхватили меня за талию, и мы заскользили по склону холма. За воротник набился снег, я беззвучно разевала рот, пытаясь вдохнуть, но ветер только бил по губам, как бьет умирающего от жажды песок в пустыне.
  Я пришла в себя в сугробе. По ступенькам большими прыжками спускался Холвир. Тэри кулем висела у него на плече.
  - Жрец не беспомощен, а мы еще не спаслись, - поторопил он. - Вперед, скорее!
  Ноги увязали почти до колена. Усилия Холвира и Фора, расчищавших путь, помогали мало: мы то и дело спотыкались и падали. Северн растянулся лицом вниз в сугробе и простонал, что без носилок с балдахином он дальше не пойдет. Холвир бесцеремонно привел его в чувство, и мы поплелись дальше, по очереди поддерживая Тэри под локоть. На снегу оставались красные следы.
  Наконец сугробы кончились, и мы вышли на вымощенную камнем дорогу. Я обернулась: далеко на холме маячили три черные точки.
  - Ему еще четверых вызволять, - заметил Фор. - Успеем уйти?
  - Надеюсь. - Холвир на секунду прикрыл глаза. - Я выложился целиком. Он об этом не знает... может быть, и уйдем. Я не его боюсь. Нам нужно чистое полотно, горячая вода, теплая комната, где можно спокойно промыть раны и наложить повязки. Где мы все это найдем?
  - Неподалеку мельница, - предложил Фор. - Зимой все замерзает, но хозяева по-прежнему там. Огород их кормит, часто заходят путники.
  - Хорошо. - Холвир кивнул. - Но там нам придется поговорить.
  Фор кивнул в ответ. На меня они не смотрели.
  - Никаких ран нет, - проворчала Тэри. - Пара царапин, подумаешь. Что мы, по прямой дороге до мельницы не дойдем?
  - Доползем, - вздохнул Северн. - Фор, а что этот тип болтал про вас с Неллой?
  - Он подозревает меня в убийстве, - ответил Фор.
  - А ты убийца?
  - Нет.
  - Что, жрец сам тебе свой перстень подарил? - встряла Тэри.
  Фор задумчиво посмотрел на нее. Тэри нахмурилась.
  - Ты чего?
  - Посмотри. - Фор положил ей на ладонь золотой перстень. Камень блеснул на солнце. - Это перстень жреца круга, Тэри. Такой же, как у нашего друга на холме. Думаешь, я смог бы отобрать его силой?
  - Ммм... нет?
  Я вспомнила, как побледнел Фор, подняв в воздух одну-единственную еловую иголку. Конечно, нет. А вот опоить или придушить обладателя во сне - смог бы?
  Щеки запылали. Я поднесла к лицу холодные ладони, ощупывая липкую корку под правым глазом. Фор спас меня! О чем я думаю? Даже если это правда...
  Нет. Лучше бы нет, а?
  - Нет, - повторил Фор. - И закончим этот разговор.
  Не говоря ни слова, Холвир двинулся вперед. Тэри последовала за ним, заметно прихрамывая. Нам с Фором выпало замыкать шествие.
  Каменная дорога поворачивала за холм мимо остатков сторожевой башни. По левую руку тянулась невысокая изгородь. Начало смеркаться.
  Северн повернулся к нам.
  - Мы не дойдем, - объявил он, указывая на темнеющие облака. - Уже вечер, через час-полтора стемнеет. В сугробах мы не то что мельницу - друг друга не отыщем.
  - И что ты предлагаешь? - Холвир тоже остановился.
  - Вот. - Северн указал на башню впереди.
  - Это развалины.
  - И защита от ветра. Костер, талый снег в котелке, одеяла на полу. Или ты думаешь, что мы за час дойдем до Черешета? А тут хоть Тэри разденем и промоем рану.
  - Тебе лишь бы кого-нибудь раздеть. - Тэри сделала два шага назад. - Но я поддерживаю... Ох! - Она оступилась, нелепо взмахнула руками и свалилась в снег.
  Холвир вздохнул.
  - Привал.
  Башня располагалась прямо у дороги, так что вздумай жрецы нас выследить, им бы это не составило труда. По каменной кладке расползались трещины, от дверей не осталось даже щепок, а по противоположной стороне шел узкий, в полметра, пролом. Но внутри почти не дуло, а сверху даже темнели остатки крыши.
  Холвир и Северн расчистили каменный пол, натаскали хвороста, и вскоре в башне запылал костер. Воду согрели вмиг, и я наконец-то смыла засохшую кровь с щеки.
  - Нелла, поможешь? - окликнула меня Тэри.
  - Повязку наложить? Сейчас.
  Тэри начала стаскивать штаны, и мужчины тихо ретировались. Осторожно, разбавляя горячую воду снегом, мы промыли рану. Неловко орудуя ножом и полосами чистой ткани, я кое-как наложила повязку. Не образец изящества, зато тугая. Тэри встанет и пойдет без посторонней помощи. А ведь еще два дня назад я наверняка могла ее исцелить...
  - Извини. - Я посмотрела ей в глаза. - Я пока не могу тебя вылечить. Может быть, учитель...
  - Холвир тоже весь истратился, - вздохнула Тэри. - А у тебя как, совсем плохо?
  - Не знаю. Возможно, это навсегда.
  Тэри присвистнула.
  - Вряд ли. Я ни разу не слышала о жрецах, которых оставила бы богиня. Хотя, может, и было дело, только они никому не говорили. Это ж позор, каких мало! Я бы не сказала.
  - Но я же говорю.
  - Да, непорядок, - согласилась Тэри, натягивая одежду. - Плечо мое посмотришь?
  Перевязав вторую рану, я устроилась у стены, завернувшись в одеяло. Костер полыхал совсем близко, и я задремала еще до того, как Холвир, Северн и Фор снова уселись у огня.
  Я проснулась от одуряющего запаха горячей яичницы. Холвир протягивал мне миску. Рядом с желтками-солнцами темнели ломтики сушеных помидоров и твердые, как камень, осколки сухарей, но мне они показались свежайшим черным хлебом.
  Я взяла еду из его рук. Холвир серьезно смотрел на меня.
  - У меня к тебе необычное пожелание приятного аппетита, - начал он. - Догадываешься, какое?
  Я поежилась под его взглядом.
  - Боюсь, что да.
  - Тогда ответь мне, пожалуйста. Что имел в виду тот жрец круга, и почему он спустил на нас две лавины?
  Я застыла с ломтем яичницы во рту. И что я расскажу? Самой бы кто объяснил.
  - Я не знаю, - наконец сказала я. - Совсем ничего не знаю. Извини.
  - С другими девушками происходит то же самое? - серьезно спросил Холвир. - Они охотятся за молодыми жрицами по всей округе?
  - Не знаю. Правда.
  - Хорошо. - Он встал. - Отдыхай. Мы двинемся утром.
  Я удивленно посмотрела на него. И это все?
  Холвир кивнул мне и вернулся к костру.
  - ...В детстве я хотела стать жрицей, - оживленно рассказывала Тэри. - Но как-то скучно у них там. А паладины, говорят, вообще не женятся.
  - Жрецы тоже не заводят семьи, - подал голос Фор. - Правда, им разрешается воспитывать приемных детей - всем, кроме жрецов круга. Но это лишь дань необходимости: на севере слишком часто воскресают сироты.
  Я придвинулась к костру. Фор подсунул мне под одеяло деревяшку, и я поблагодарила его кивком.
  - Холвир, а ты жениться не планируешь? - легко спросила Тэри.
  Холвир с улыбкой покачал головой.
  - Какое это имеет значение?
  - Интересно же! Почему у вас такие суровые правила?
  - Так всегда было, Тэри. Во все времена человек выбирал семью или служение. Или - или. Иначе не бывает.
  - А и то, и другое выбрать нельзя?
  - А как? Многодневные отлучки, битвы, ранняя гибель... Да и нужен ли кому-нибудь паладин, чья главная забота - домашнее довольство? А семье - тот, кто не поставит их нужды ни в грош, если его призовет долг?
  - Что-то в этом есть, - вздохнула Тэри. - Жаль. Из паладина вышел бы неплохой муж.
  - Боевой товарищ - тоже неплохо. - Северн отхлебнул из давешней плоской фляжки. - Кстати, предлагаю выпить за чудесное спасение.
  Холвир, Фор и я одновременно покачали головами.
  - Тут-то нас тепленькими и возьмут, - заключила Тэри. - Кстати, почему до сих пор не взяли? Мы тут сидим такие беззащитные, что самой страшно.
  - Может быть, думают, что Холвир их порвет в клочья? - предположил Северн.
  - Нет. - Фор дернул подбородком. - Они всегда отступают. И всегда просят приказа у вышестоящих. Тот, кто провалил порученное, не может действовать дальше.
  - Сурово, - присвистнула Тэри.
  - Как есть.
  Фор подбросил веток в костер. Все замолчали: Холвир и Тэри расправлялись с остатками ужина, Северн аккуратно протирал колпачок фляжки шерстяной тряпочкой, а я смотрела на пляску теней на стенах. Вкусный ужин, хорошая компания. Здорово. Еще бы жрецы по пятам не шли...
  Тэри вдруг замерла с вилкой на полпути ко рту.
  - Кстати, - произнесла она. - Вы заметили, что мы едим?
  - Яичницу, - сказала я. - Уже съели. А что?
  - Две лавины. - Тэри загнула палец. - Бег через горное ущелье. Битва с этим жрецом круга. Потом вы трое скользили по склону, как сумасшедшие. И после этого у нас нашлось полтора десятка целых яиц?
  Холвир задумчиво оглядел наши припасы.
  - У кого в рюкзаке были яйца? - спросил он.
  Северн вздохнул и полез в карман своего дорожного мешка. Минута, и его пальцы озарились знакомым белым светом.
  - Что это? - прошептала Тэри. - Ты тайный жрец?
  Северн поперхнулся.
  - Воришка он, - ответил за него Фор. - Мелкий и беспринципный, и, похоже, сохранивший наш ужин.
  - Я стащил кусочек каменной свечи из храма, - неохотно пояснил Северн. - Там валялось несколько, гм, священных осколков, я и поднял один.
  - И, похоже, правильно сделал, - хмыкнула Тэри. - Если повсюду шныряют злобные жрецы, я бы и от целой свечи не отказалась. И чего это жрецы круга так распоясались?
  - Они боятся, - негромко сказал Холвир. - Боятся потерять власть и влияние. Боятся не найти воплощение богини вовремя, когда она придет.
  - И поэтому сбрасывают лавины на кого попало?
  - Когда паладины придут на север, этого не будет, - твердо сказал Холвир. - Мы остановим беззаконие.
  - Да, но какой ценой? - уронил Фор. - Жрецы не беззащитны. Вы хотите утопить север в крови? Даже если вы победите, кто остановит вас, если вы оступитесь?
  Все замолчали.
  Я машинально ощупала щеку. Да уж. Если каждый жрец способен на такие подвиги, после войны от этих земель мало что останется.
  - Пора спать, - наконец заключил Северн. - Утро вечера мудренее.
 

Глава 4. Мельница


 
  Утро наступило почти сразу. Я проснулась последней: Тэри уже хлопотала у огня, Северн с аппетитом подъедал сухари. Я торопливо привела себя в порядок и только тогда заметила, что ни Холвира, ни Фора в башне не было.
  - Ушли разведывать дорогу, - произнесла Тэри в ответ на мой вопросительный взгляд. - Скоро вернутся.
  - Уже вернулись. - Холвир зашел в башню. - Северн, я тебе удивляюсь. Где оружие, где стража? На нашем месте могли быть бандиты.
  - Девушек ты не ругаешь, - обиженно заметил Северн.
  - Они были ранены, - коротко ответил Холвир. - Собирайтесь, мельница совсем недалеко. К вечеру будем в Черешете.
  - А завтрак?
  - Тебе не под силу проглотить кусок хлеба по пути? - Холвир поднял брови.
  - Мой желудок негодует. - Северн со вздохом поднялся. - А где Фор?
  - Здесь. - Фор шагнул внутрь.
  - Что там на холме? - спросил Холвир.
  - Все курганы разворошены. Думаю, никто не погиб.
  - Так ты за этим туда ходил? - Тэри приоткрыла рот. - Посмотреть на холм и убедиться, что подручные жреца живы? Тебя так волнует их судьба?
  - Может, Фор со жрецами заодно? - глубокомысленно вопросил Северн. - А дом спалил, чтобы никто не догадался?
  - Интересная идея. - Фор скрестил руки на груди. - А лавина нам понадобилась, чтобы замести следы?
  - Н-да. - Северн почесал в затылке. - Не сходится.
  - Перстень, кстати, ты так и не объяснил, - заметила Тэри.
  - Объясню. - Фор бросил в огонь пригоршню снега. - В Черешете. А сейчас пора в путь.
  Я поежилась, выходя из башни. Холодный сухарь тепла не добавил, скорее, наоборот. Тэри тоже сутулилась, кутаясь в широкий шарф. Холвир и Фор, казалось, мороза совсем не ощущали. Мы шли, почти не разговаривая: губы потрескались, пальцы мерзли даже в меховых рукавицах. Изгороди закончились, и вокруг простирались снежные холмы. Вдали петляла замерзшая река.
  - Мельница! - крикнула Тэри. Она чуть хромала, но не отставала от Холвира ни на шаг. - Справа, под горой!
  - Там и пообедаем! - обрадовано крикнул Северн.
  Фор покачал головой, опускаясь на корточки.
  - Здесь чужие следы. Здесь и здесь, мужские. Трое... нет, четверо. Может быть, это обычные путники, но я не рассчитывал бы на теплый прием.
  - Думаешь, они все съедят до нас?
  - Думаю, что сейчас опасно принимать гостей. Лучше быть настороже.
  Я покосилась на мельницу. Колесо замерзло так, что даже не скрипело. Дом казался неживым: слепо темнели переплеты окон, полусгнившие мостки замело. Фор ушел вперед, бесшумно ступая по насту, а я поплелась между Тэри и Северном. Тэри не отрывала взгляда от мельницы. Холвир, как и Фор, был совершенно спокоен.
  Мы подошли к поваленному деревцу. В воздухе сверкнула сталь, и прежде, чем я успела опомниться, в руках Северна оказался здоровенный кусок ствола.
  - Ничего себе дубинка, - блеснула зубами Тэри. - От волков отбиваться?
  - Угу, от двуногих, - отозвался Северн. - Хотя песня - лучшее оружие.
  - Сейчас холодновато для выступлений.
  - Это сейчас-то? - Северн поднял лицо к солнцу. - Да никогда! Ты бы слышала, как я пою с больным горлом: мир замирает, ветер останавливается, и все девушки мои!
  Тэри хмыкнула.
  - Что ж. Удачи в этом благородном начинании.
  Северн покосился на нее и, казалось, собрался что-то сказать, но Тэри уже отвернулась. Бард вздохнул.
  Фор остановился и сделал резкий жест, разрезая ладонью воздух. Мои спутники отреагировали немедленно: Северн бросил палку и наклонился к голенищу за ножом, в руках Тэри возник миниатюрный арбалет. В двух шагах от меня Холвир потянул из ножен меч.
  Осторожно, почти бесшумно мы приблизились. Фор стоял у высокой ограды, не делая никаких попыток войти, хотя калитка была распахнута. Сразу за оградой стояла собачья будка: когда-то свежеокрашенная, нарядная, теперь развороченная и покореженная. Рядом, раскинув руки на снегу, лежал пожилой толстяк. Из его живота торчал нож.
  Мертв. И, похоже, убит совсем недавно.
  Меня замутило. Тэри отвернулась: похоже, ее трясло.
  - Нужно проверить дом, - проговорил Холвир. - Те, кто напал, еще внутри?
  Фор, помедлив, кивнул.
  - Тогда идем внутрь. Если бы только окна были пониже!
  Каменный фундамент выступал из земли роста на три. Первый этаж был вторым: туда вела дряхлая лестница. Вокруг жилых комнат вилась деревянная галерея, но без веревки туда не залезть. Да и перила с виду трухлявые...
  - Может, со стороны мельницы? - предположил Северн.
  - Там голый лед, - качнул головой Фор. - Не пройдем.
  - Дверь одна. - Тэри выпрямилась. - Я готова.
  Наверху что-то скрипнуло. В воздухе просвистела стрела и воткнулась в локте от остатков конуры.
  - Они, кажется, тоже, - выдохнула я.
  Не сговариваясь, мы побежали к лестнице. Фор взобрался наверх первым.
  - Заперто!
  Тэри ринулась к двери, доставая из кармана связку тусклых отмычек. Я стояла и с мучительной ясностью понимала: зря я здесь. Руки-ноги от той, предыдущей Неллы, может, и остались, но пользы от меня, как от новорожденного теленка: даже боднуть не могу толком.
  - Есть! - донесся на меня ликующий голос Тэри.
  Опомнившись, я в два прыжка долетела до двери. Холвир и Фор, кивнув друг другу, распахнули створки и остановились: путь преграждал массивный буфет.
  - Вместе! - скомандовал Холвир.
  Я уперлась плечом в медную ручку. Раздался окрик, и я толкнула изо всех сил. Фор ударил по дверце ногой, и шкаф зашатался. Я навалилась сильнее и опрокинулась вслед за буфетом. Северн перелетел через него вслед за мной, и мы оказались в середине комнаты.
  Кто-то грубо поднял меня за шиворот, и я оказалась на коленях у Северна. Нам в лицо смотрели три арбалета. Фор и Тэри замерли в проходе. Мой посох бесполезной деревяшкой валялся возле перевернутого шкафа.
  Откуда-то страшно воняло. Я повернула голову: на меня мутными немигающими глазами уставилась старая женщина, лежащая на полу у окна. От пояса вниз ее платье было залито кровью.
  - Пополнение, а? - присвистнул тот, кто швырнул меня внутрь. - Ну что, раскошеливаться будем?
  Не жрецы, поняла я. У этих зубы желтели, как кукуруза, а вместо аккуратных лысых макушек топорщились нечесаные космы.
  - У меня где-то был кошель, - слабым голосом сообщил Северн. - Пойду поищу...
  - Сиди, - хмыкнул разбойник, подкрепив свои слова ударом в бок. Северн со стоном завалился на угол буфета, и я сползла на пол. - Сумки сюда кидайте. И оружие.
  - Хозяев вы убили? - поинтересовалась Тэри, бросая арбалет на пол.
  - Не видно, что ль? - Разбойник плюнул в угол, где валялась куча грязного тряпья. Я зажмурилась.
  - Так чего там насчет денег? - хрипло поинтересовался другой бандит.
  - Ребята сейчас отдадут, - с успокаивающим видом кивнул главарь. - Так ведь?
  Я открыла глаза. Тэри, хмурясь, смотрела на нас с Северном. Фор что-то сжимал в левой руке. Перстень жреца, наверное. Но он слишком долго медлил: если пустит кольцо в ход, ему не поверят.
  Фор медленно принялся стягивать рюкзак. Разбойники осклабились. Не отводя взгляда от главаря, Фор швырнул свои вещи через всю комнату.
  - Ты следующая, малышка. - Главарь поманил Тэри пальцем. - Или останешься с нами?
  Бандиты заржали.
  С чердака послышался глухой удар.
  - Малой, люк запер? - лениво поинтересовался бандит.
  - В лучшем виде! - подобострастно отозвался паренек в барашковом полушубке. Над верхней губой у него пробивались русые усы. - Проверить?
  - Я тебе проверю! Кто мне девочку за ноги держать будет, богиня?
  По моему позвоночнику скатилась капля пота. Северна передернуло.
  Фор взлетел. Его носки легко оттолкнулись от пола, и он ласточкой поднялся в воздух. Кто-то из разбойников выстрелил, но я не увидела даже, куда попала стрела: мое сердце перестало стучать. Потолок содрогнулся во второй раз, доски треснули прямо над затылком Фора, и он приземлился вплотную к главарю, выбросив вперед руки. Раздался страшный хруст, и главарь разбойников отлетел к стене, неестественно скосив голову.
  Грохнуло на крыше. Потом еще раз, доски затрещали, ломаясь, и из образовавшейся дыры посыпались опилки. Холвир, подумала я.
  Свистнула стрела. Опилки падали, в воздухе клубилась пыль, в глаз немедленно попал обрывок стружки, и даже если кто-то целился в меня, я не видела ничего.
  Я подползла к посоху. Сейчас я поднимусь на ноги и...
  Удар в лицо отбросил меня на спину. Не выпуская из рук посоха, я попыталась подняться и чуть не пропустила выпад ножом в шею. Я наугад ткнула кулаком в облако пыли и попала во что-то мягкое. Раздался сдавленный вскрик, и передо мной вдруг оказался молодой бандит с русыми усами. Барашковый полушубок сбился с левого плеча, а опилки садились на волосы, образуя жуткий парик.
  Молодой разбойник поднял нож, и я вдруг узнала лезвие. Точно такое же торчало из трупа возле ворот. Разбойник прошелся по моей груди взглядом и ухмыльнулся.
  Посох зазвенел в руке. Я размахнулась и ударила бандита по голове изо всех сил. Он рухнул, и меня вмиг оглушил грохот, резкие выкрики, звон оружия. Кажется, они и не смолкали, просто мне было не до того.
  Шатаясь, я поднялась на ноги, оглядывая комнату. Главарь лежал у стены. Еще один разбойник валялся лицом вниз, сжимая короткий меч. Последний бандит сидел в углу, опустив голову. Из его груди торчала стрела.
  Северн сидел на полу, промакивая рукавом рассеченную бровь. Тэри прислонилась к косяку, сжимая разряженный арбалет. Ее губы дрожали.
  Фор подошел ко мне. Бросил взгляд на молодого бандита, лежащего на полу, потом на мой посох. По некрашеным доскам бежал темный ручеек, в разбитое окно немилосердно дуло. И повсюду, как первый снег, лежала золотистая стружка.
  - Кажется, я здорово его ударила, - хрипло сказала я. - Он без сознания?
  - Он не встанет. Ты проломила ему череп.
  - Он мертв?
  - Как и остальные. - Фор пожал плечами. - Ты цела?
  Я слабо кивнула. Пахло объедками и псиной.
  - Хорошо.
  Фор развернулся и двинулся в угол, где Холвир стоял над телом последнего убитого.
  - Из-за твоего рейда на чердак нас всех могли убить, - очень тихо сказал он.
  - Тебе объяснить, почему внезапная атака сверху была лучшим выходом? И стала бы, если бы ты не кинулся первым. - Холвир оттолкнулся от стены, выпрямился. - У тебя на локте кровь.
  - Кто-то из этих горе-стрелков промазал. - Фор отмахнулся. - Потом. Сначала нужно проверить подвал. Ты со мной?
  - Я с вами, - вырвалось у меня. - Мне тут неуютно.
  - А я боялась, что теперь нам от жрецов прохода не будет, - задумчиво сказала Тэри. - Оказывается, есть и вот такие... романтики большой дороги.
  - Можно подумать, раньше ты с ними не сталкивалась, - поднял бровь Северн.
  - Ну, пахло от них получше...
  Фор сбросил куртку и наклонился над неприметным люком в полу. Крышка поднялась легко, как смазанная. Я настороженно принюхалась. Нет, обычный затхлый воздух подвала. Внутри ящики с картошкой и морковкой, жестянки с соленьями, заросшие паутиной бутыли с домашним вином...
  - Захватите с собой что-нибудь вкусненького, - окликнул нас Северн. - Как-никак мы рассчитывали на обед!
  - Скорее, на ужин, - отозвался Холвир, спускаясь вслед за Фором. - Не обещаю.
  Пригибая голову, я полезла вниз по деревянной лестнице. На верхние ступени просыпалась стружка. Под лестницей каменный пол почернел от угольной пыли.
  Холвир уверенно двинулся к узкой двери в углу подвала. Фор начал перебирать содержимое ящиков. Левый рукав его рубашки был в крови.
  - Ты ранен?
  - Стрела ушла в сторону, - отозвался Фор. Потом оторвался от ящика и внимательно посмотрел на меня: - Нелл, ты вся дрожишь. Что такое?
  - Я... убила того бандита наверху.
  - Иначе он убил бы тебя, и мы все равно открутили бы ему голову в итоге. Убивать тяжело, но иногда необходимо, Нелл. Это север.
  Я тяжело опустилась на перевернутый ящик. И замерла: из погребка послышался детский голос.
  - ...Доведем тебя до Черешета, - донесся уверенный голос Холвира. - Сейчас поедим хлеба с сыром, а поужинаем уже дома.
  Из-за узкой двери спиной вперед выбрался Холвир. За ним лез мальчуган лет восьми. Оба чумазые, до колен в угольной пыли, но я ожидала худшего.
  - Нелла! - Ребенок раскинул руки и бросился ко мне.
  Я чуть не села.
  - Привет, - хрипло произнесла я.
  - Я так рад, что вы пришли! А бандиты где? Вы их прогнали?
  - Конечно, - с усилием кивнула я. - Всех.
  - А... а как там... - Мальчишка судорожно сглотнул.
  Фор опустился перед ним на корточки.
  - Нам очень жаль, - сказал он. - Мы не успели. Твои родители погибли.
  Мальчик моргнул. Перевел недоуменный взгляд на меня.
  - Разбойников было слишком много, - сказала я. - Твой отец с ними не справился. А твоя мама...
  - Нет, я... - Мальчишка начал заикаться. - Я же к бабушке приехал! Мы с дедом хотели сделать новые лыжи, потом отправились бы на них в Черешет, к отцу с мамой. А теперь и мамы с папой нету?!
  Мы с Фором переглянулись. У меня вдруг задрожали колени.
  - Нелла, - очень мягко произнес Холвир. - Как же ты перепутала его родителей с его бабушкой и дедушкой, если вы так хорошо друг друга знаете?
  - Я...
  - Я спрошу по-другому. Ты помнишь, как зовут этого мальчика?
  Мальчишка разинул рот.
  - Все хорошо. - Холвир положил ему руку на плечо. - Твои родители живы и здоровы, мои друзья ошиблись. Нелла, ты догадываешься, почему я тебя об этом спрашиваю?
  Я молчала.
  - Хватит, - отрезал Фор. - Да, она потеряла память. Что еще ты хочешь знать?
  - Почему вы ничего нам не сказали?
  - Потому что это смерть, - ледяным тоном ответил Фор. В его глазах блеснули лезвия. - Любая молодая девушка, потерявшая память в эти дни, рискует исчезнуть в башнях круга жрецов навсегда. Объяснить, почему?
  - Не нужно. - Холвир провел рукой по лицу, оставляя на щеках и лбу угольно-черные полосы. - Пойдем наверх.
  Мальчишка стоял, упершись взглядом в пол. Я взяла его за руку.
  - Пойдем? Вечером увидишь родителей, честное слово. Обещаю.
  - Ты больше не Нелла, - сказал мальчик.
  И вырвал руку.
  Наверху Тэри и Северн успели привести комнату в пристойный вид: под опилками почти не было видно крови. Тела убрали... или они исчезли сами, чтобы потерять память и возродиться к жизни на очередной прогалине? От этой мысли мне стало не по себе.
  Ящики буфета были выдвинуты: Тэри засовывала содержимое в холщовую сумку.
  - Передашь родным, - пояснила она, указывая мальчику на мешок. - Тут письма, украшения, семейные реликвии. Нехорошо будет, если они пропадут здесь.
  Тот молча кивнул.
  - Есть вольный, а есть довольный. - Северн подхватил свой рюкзак. - Ты остался жив, парень. Богиня даст, еще и счастлив будешь.
  Губы мальчика дрогнули.
  - А бабушка с дедушкой? Будут?
  - Они ушли спокойно, - неожиданно мягко сказал Фор. - Дожили до старости. Могло быть куда хуже, мальчик.
  - Я думал, они оживут... Почему они п-просто не потеряли память, как Нелла?
  Тэри и Северн развернулись ко мне. Я скрестила руки на груди.
  - Сочувствую... - только и сказала Тэри.
  - По крайней мере теперь мы знаем, почему Неллу преследуют жрецы, - откликнулся Холвир. - Им нужны все девушки, потерявшие память в последние дни.
  Тэри вручила каждому по куску хлеба с сыром. Мальчик неловко закинул на плечо холщовый мешок, мы разобрали свои рюкзаки и двинулись к выходу.
  Меня ждал дом.
 

Глава 5. Забытый дом


 
  Когда нехоженая дорога сменилась удобной тропинкой, а вместо заснеженных полей потянулись вскопанные грядки, я не сразу это заметила. Просто стало теплее. Просто запели птицы, и пахнуло ароматами очага.
  По запорошенной снегом зеленой траве проковыляла мокрая встрепанная ворона. Покосилась на нас и нырнула под деревянные ворота. Мальчишка с мельницы, не попрощавшись, распахнул калитку и помчался к домику, светлеющему вдалеке.
  Последние лучи солнца оставляли алые полосы на черепичных крышах. Крыш было мало - от силы дюжина. Домики устроились в подножии огромного дуба, и крона золотым облаком отражалась в пруду.
  А за ручьем возле пруда, за каменной статуей притулился двухэтажный дом. У входа покачивался фонарь, горел огонек, и у меня вдруг заколотилось сердце.
  - Это мой дом? - тихо спросила я Фора.
  - Он самый. Я же говорил, что ты вспомнишь.
  - Ничего я не помню, - вздохнула я. - Просто дом жреца должен выделяться из остальных... наверное. Жаль, что тут ждут прежнюю Неллу, а не меня.
  Наступило молчание.
  - Идем, - наконец сказал Фор. - Темнеет.
  У дверей немногочисленных домов зажглись фонари. Землю устилал не снег - мягкая трава. Вода дрожала в пруду под невесомым ветром, небо исчезло за листьями, было тихо-тихо, как ночью в лодке на широкой реке, и у меня замирало внутри, когда я думала, что эта сказочная страна - мой дом.
  Мы проследовали мимо пруда к двухэтажному домику. Под ногами хрустели упавшие желуди. Дверь отворилась неслышно. На пороге - не на крыльце, чтобы всякий мог вытереть ноги, а внутри, на лакированных досках, темных и блестящих, лежал круглый коврик, вытканный чьими-то руками. Неужели моими?
  Мебели в комнате почти не было. В углу на грубо выструганной этажерке высились глиняные горшки. В другом углу стояла неошкуренная палка. У камина шелестел ворох луковой шелухи. Пахло маслом и травами.
  А в глубине комнаты в старом вытертом кресле сидел человек. Нестарый, не особенно красивый и, в общем-то, неприметный.
  И безнадежно мертвый. Тонкая, как стебель пшеницы, удавка на его шее это подтверждала.
  Фор встал, как вкопанный. Тэри чуть не врезалась ему в спину.
  Холвир прошел вперед и присел на корточки возле кресла. Покачал головой.
  - Снова опоздали, - пробормотал за спиной Северн.
  - Ночи на две, - негромко сказал Холвир. - Как раз тогда, когда воскресла Нелла. И, кстати, за креслом еще одно пятно крови: здесь явно ранили или убили кого-то еще.
  Я уставилась на него.
  - То есть мы... погибли вместе? Но почему не воскрес он?
  Фор тяжело опустился на скамью у входа, на миг прикрыв глаза рукой.
  - Сколько было твоему учителю? Пятьдесят? Шестьдесят? Не возраст для жреца, они стареют куда медленнее... но богиня, похоже, решила иначе. Он не вернется, Нелл.
  Его голос звучал глухо.
  - Мы должны его похоронить, наверное, - растерянно сказала я.
  - Да. За Черешетом есть кладбище.
  - Мы с Северном этим займемся, - решительно сказал Холвир. - Фор, побудь с Неллой, хорошо?
  Фор промолчал. Холвир кивнул и вышел, поманив Северна за собой. Помедлив, Тэри вышла за ними.
  Я рухнула на кривую табуретку возле стены. Доски пола плыли перед глазами.
  - Нам нельзя здесь оставаться, это очевидно, - после долгого молчания сказал Фор. - Мой дом сгорел; в твоем небезопасно. Я боюсь, что эти трое - наша последняя надежда, Нелл. Иначе тебя убьют.
  - А как насчет тебя?
  - Меня? - Он дернул плечом. - Меня убили давным-давно.
  Я откинулась к стене и закрыла глаза. Спрашивать ни о чем не хотелось. Ноги гудели после долгой дороги, и все тело начинало болеть, стоило мне вспомнить, что отсюда тоже придется уйти. Кажется, я задремала. Сквозь сон я слышала, как Холвир и Северн вынесли тело незнакомца, который провел рядом с прежней Неллой много лет, и вернулись. Кто-то развел огонь в очаге: по ногам пошло тепло. Я начала было засыпать, но резкие голоса вывели меня из оцепенения.
  - ...Это подождет, - услышала я сквозь дрему. - Сначала я хочу узнать правду.
  Холвир повысил голос, и я дернулась, просыпаясь окончательно.
  - Правду? - спокойным тоном переспросил Фор. - О чем же?
  - Твой перстень. Ты и впрямь убил жреца круга?
  В комнате вдруг стало очень тихо. Все смотрели на Фора.
  Наконец он с усталым видом полез в карман. Перстень блеснул в отсветах огня.
  - Я сам был жрецом круга, - просто сказал Фор. - Пока не лишился силы.
  - Я и не знал, что это возможно, - заметил Холвир.
  - Как видишь.
  - Что случилось? - подал голос Северн. - Наверняка же что-то чрезвычайное.
  - Я не знаю, - негромко ответил Фор. - Три года назад я служил богине в крепости Разбитой Руки далеко на юге. В тот день нас посетил глава круга, чтобы избрать нового жреца... и его выбор пал на меня. Я помню, как простился с друзьями, как с гордостью надел свой новый перстень, отправился в келью за вещами, и...
  Его пальцы, сжимающие перстень, побелели.
  - До сих пор не знаю, что произошло, - заключил он. - Сила просто исчезла.
  - И что ты сделал, когда это понял? - спросила я.
  - Что я мог сделать? Рассказать остальным, чтобы те увидели, как меня отвергла богиня? Нет, конечно. Взял немного денег и теплый плащ, собрал сумку, и ушел на закате. Я тогда не знал, что в тот же день крепость Разбитой Руки будет разрушена.
  - Можно сказать, что тебя хранила сама богиня, - задумчиво сказал Северн. - И что, твою силу никак не вернуть? Ну, хоть надежда-то есть?
  - Я стараюсь об этом не думать, - коротко ответил Фор.
  Повисло молчание. Потрескивал огонь в камине, и лилась за окном чья-то ночная песня. Я глубоко вдохнула и подалась вперед.
  - Мой учитель мертв. За мной охотятся, за Фором тоже. Что нам делать?
  - Жрецы круга похищают беспамятных девушек и надеются, что в одной из них воплотится богиня, - медленно сказал Холвир. - Варварство.
  - В крепости Разбитой Руки хранятся воспоминания избранника богини, Гилетира, - сказал Фор. - Гилетир писал, что богиня придет снова через тысячу лет, когда небо на закате полыхнет алым. Как в ту ночь, когда ожила Нелла.
  - Гилетир, - задумчиво сказала Тэри. - Он в родстве с моей семьей.
  - Угу, с вами и еще со всем побережьем, - хмыкнул Северн.
  - В любом случае, жрецы не оставят Неллу в покое, - сказал Фор. - И будут тут уже через день-два. Что нам делать?
  - Опередим их, - Холвир встал. - Жрецы ищут богиню. Отправимся на ее поиски сами.
  - Куда? В Ущелье Теней? В древние гробницы?
  - Именно. Жрецы нас не догонят, если мы будем на шаг впереди.
  Тэри и Северн посмотрели друг на друга. Северн сглотнул.
  - Самоубийство, - пробормотал он.
  - Еще какое, - эхом откликнулась Тэри. - Но представляешь, что будет, если мы сами найдем богиню? Первыми?
  - Это единственный путь? - услышала я свой голос.
  Фор пожал плечами.
  - Или мы отправимся искать богиню, или жрецы найдут нас здесь.
  - Или же мы наткнемся на них в гробницах, - хмыкнула Тэри.
  - Я готов рискнуть, - сказал Холвир. - Но время позднее, а такие решения лучше принимать с утра. Предлагаю отдохнуть и выспаться.
  Я тихо поднялась и вышла.
  У воды покачивались огоньки фонарей. Из трубы ближайшего домика шел дым, поднимался и растворялся в ночи.
  - Считаешь звезды?
  Фор неслышно вышел из домика. Бесшумно затворилась дверь.
  - Просто дышу свежим воздухом, - откликнулась я. - Присоединяйся.
  Я села на каменный выступ возле стены. Фор опустился на влажную траву. Провел по травинкам рукой, собирая росу.
  - Утром здесь все засияет...
  - Но мы этого уже не увидим, правда? - Я повернулась к нему. - Мы уйдем?
  - У нас нет выхода, Нелл. Против круга жрецов нам не выстоять.
  - Но ведь мы справились тогда, в ущелье. И на мельнице...
  Я вспомнила щелчок арбалета и кровь у Фора на рукаве. Прицелься разбойник чуть точнее, и Фор упал бы, не долетев до главаря.
  - Ты спас мне жизнь, - тихо сказала я. - Думаешь, богиня - это я?
  - Один шанс из десятка тысяч? Не знаю.
  - Ты бы хотел ее увидеть?
  - Очень.
  В соседнем доме стукнули ставни. Редкие звезды искрились в ручье. Было так тихо, что я различала каждый скрип, негромкие голоса в домике, даже шорох травы.
  - Ты тоже хочешь ее найти, - утвердительно сказала я. - Чтобы она вернула тебе силу и сделала главой этого вашего круга.
  - Вот чего мне уже совершенно не хочется, так это возглавить круг, - вздохнул Фор. - Но ты права: я и впрямь хочу ее найти, так что я иду с вами. Ну... и тебя мне бы бросать не хотелось.
  - Вдруг выпадет один шанс из тысячи?
  - Именно.
  Фор поднялся. Коснулся рукой моего плеча.
  - Не засиживайся в одиночестве, хорошо? Завтра долгий путь.
  Когда он исчез, я долгое время сидела в тишине. Вместо свежего ночного воздуха вокруг плыл тонкий водяной туман. Казалось, на Черешет спустилось облако.
  Трудно поверить, что в паре сотен метров отсюда лежит снег.
  Я глубоко вздохнула, вставая... и не смогла выдохнуть. Что-то обожгло шею. Я попыталась вскрикнуть, но мне не удалось даже захрипеть. Перед глазами заплясали цветные пятна. На лицо упала грубая ткань, и кто-то подхватил меня за спину и под колени. Чужая рука нажала на точку у основания горла, провела линию к подбородку, не ослабляя нажима, и я окончательно потеряла сознание.
  Когда я открыла глаза, мешок по-прежнему обхватывал голову. Тело затекло, горло пересохло и страшно болело, и перед глазами мельтешили цветные мушки. Я шевельнула рукой, отгоняя их.
  - Пришла в себя, - доложил чей-то голос.
  - Отлично, - отозвался другой голос, высокий и смутно знакомый. - Помогите нашей гостье сесть.
  Меня подняли. Запахло пряностями: корицей и красным перцем. Я ничего не видела, но кресло, куда меня усадили, казалось удобным: под бедрами очутилась мягкая подушка, руки легли на широкие подлокотники. Пол под ногами качался, словно на корабле.
  - Оставьте нас, - прозвучал приказ.
  - Куда меня везут? - еле выговорила я. Я думала, получится отчетливо и громко, но вырвался лишь хриплый шепот.
  - Дайте своему горлу отдохнуть, - сочувственно сказал тот же голос. - Мы уже встречались, Нелла. Вы меня помните?
  С головы сдернули мешок, и я увидела дневной свет. Не корабль, нет: фургон. Повозка тряслась по горной дороге, слева и справа поднимались снежные стены. Я мимоходом удивилась, что мне не холодно.
  - Куда мы едем?
  Высокий худой человек, сидящий напротив меня, усмехнулся.
  - А куда бы вы хотели попасть?
  Жрец круга из ущелья. Тот самый, что спустил на нас лавину.
  Он сидел на голых досках. По-прежнему в черном, только в руках у него была не свежая роза, а плетеная полоска кожи. Присмотревшись, я поняла, что это закладка: перед высоким жрецом лежал пухлый том, открытый на первой странице.
  - Я хочу вернуться в Черешет. - Это прозвучало жалко, и я сжала челюсти. Только бы не заплакать... - К своим друзьям. Вам я не нужна.
  - Может быть, и не нужны, - задумчиво протянул он. - Как посмотреть. Собственно, мы за этим и едем.
  Он шевельнул рукой, и занавески на окне раздулись.
  - Вам успели рассказать вам о тенях? Не успели, я вижу. Мы направляемся в Ущелье Теней, Нелла.
  - А если я не хочу?
  Жрец поднял бровь. Протянул мне кувшин.
  - Нет, этот трагический шепот поистине невозможно слушать... Пейте, вам это пригодится. Кстати, вам удобно, чтобы я называл вас Неллой? Все-таки она - не вы.
  - Какая разница, - сипло пробормотала я, подхватывая кувшин. Питье оказалось густым и вкусным, как грибной суп.
  - Значит, Нелла, - пожал плечами мой собеседник. - Возможно, вы и есть воплощение богини, вы знаете? Впрочем, конечно, знаете.
  Я поперхнулась.
  - Гилетир писал, что богиня придет вновь через тысячу лет, когда небо на закате полыхнет алым. - Жрец стукнул кончиками пальцев по книге. - Увы, до нас дошли лишь обрывки его воспоминаний, а прорываться в крепость Разбитой Руки за оригиналом - самоубийство: древнюю цитадель заполонили тени. Поэтому у нас есть лишь одно верное средство, чтобы узнать, кто вы.
  - Какое же?
  - В Ущелье Теней исстари хоронили верховных жрецов круга. Они знают ответы на многие вопросы.
  - Но они же... если их похоронили, они мертвы, верно?
  - Верно, да не совсем. В Ущелье Теней уже много лет столько силы, что она хлещет через край. Тени становятся призраками, призраки обретают плоть. Это не бессмертие, но... впрочем, увидите.
  Я вздрогнула.
  - Вы хотите поговорить с одним из верховных жрецов? - спросила я. Голос дрожал, как загнанный заяц, меня бил озноб: я сидела перед жрецом в одной рубашке, а за стенками фургона лежал снег. - С тем, кто умер много лет назад?
  - Вы правильно меня поняли.
  - И он узнает, являюсь ли я воплощением богини?
  - Если богиня в вас, - прищурился жрец, - он это почувствует.
  Я представила гнилые пальцы, ощупывающие грудь, руки, лицо. Молчание в темноте склепа. И приговор. "Не она".
  - А если нет? Втихую похороните меня рядышком? Или прирежете на обратном пути, дабы не оскверняла святую землю?
  - Это истерика? - поинтересовался он.
  Я подавила всхлип.
  - Нет.
  - Вот и хорошо. Мы едем на восток с мирным караваном. Не стоит лишний раз пугать женщин и детей.
  - А призраков из Ущелья Теней женщины и дети не боятся? - уточнила я.
  Худощавый жрец усмехнулся.
  - Караван пройдет в трех часах пути от ущелья. Там мы расстанемся с торговцами. Фургон дальше не проедет, а лошадей жалко.
  - А обратно? - спросила я. - Или для меня никакого "обратно" не будет?
  - Не будет, - подтвердил он. - Если возникнет хоть малейшее подозрение, вы поедете с нами. Если же нет, мы отпустим вас на все четыре стороны.
  - Я вам не верю.
  - Ваше право.
  - То есть это не вы обрушили на меня две лавины?
  - Поверьте, я был куда осторожнее, чем вы думаете... - Жрец вдруг нахмурился. - На пол, быстро!
  Пол под нами качнулся, и я вылетела из кресла, как оладья со сковородки. Нос и щеку приложило о что-то твердое: я приоткрыла глаза и увидела кровь на сухих страницах. Следом фургон тряхнуло, и мы остановились. Раздалось дикое ржание, и тут же за ним - женский крик.
  Я приподнялась на локте. Худощавый жрец уже был на ногах. В его руке змеей извивалась связка трав.
  - Оставайся здесь, - бросил он.
  Хлопнула дверца фургона, и я осталась одна. В узком проеме до боли светло блестел снег.
  Я осторожно выбралась наружу. Шесть кибиток выстроились в неправильный многоугольник, и вокруг них метались полуодетые люди. Один из фургонов уже горел. Лошади толпились, как испуганные дети, и двое крепких ребят с будничным видом отводили их в сторону.
  Жрец, захвативший меня в плен, лежал на снегу, и из его разбитой головы капала кровь. Двое лысых парней в полушубках лежали неподалеку лицом вниз. Кажется, они были мертвы. Где-то за фургоном громко, навзрыд плакала женщина. На противоположной стороне дороги три торговца стояли на коленях, и молодой бандит деловито связывал им руки.
  Похоже, до Ущелья Теней мы не доберемся.
  Я тихо-тихо сделала шаг назад - и чуть не пропустила удар в висок. В следующий миг тяжелый башмак припечатал меня в бок, и я повалилась на землю. Рядом кто-то харкнул, чудом не попав в лицо. Краем уха я услышала скрип подошв по снегу, незнакомые злые голоса, и не успела уклониться от следующего удара. А потом еще от одного.
  Меня никогда... за эти два дня... не били ногами. Я попыталась отползти и еле успела прикрыть ладонями лоб. Кажется, сломалось запястье. Ныли зубы, кричало все тело, и с каждым ударом я уменьшалась, теряла форму, мысли, цвет... Я хотела закричать, но голоса не было. Было больно и страшно.
  Перед глазами вспыхнул белый свет. Я смутно слышала крики и топот ног. Потом наступила тишина. Собрать силы, только бы собрать силы и отползти...
  Меня осторожно перевернули на спину. Я моргнула и увидела Фора.
  - Ты же не здесь, - пробормотала я и провалилась в сон.
  Когда темнота в очередной раз рассеялась, я лежала у костра на чем-то мягком. По телу прокатывалась блаженная истома, словно я весь день нежилась на пляже, а не перекатывалась под ударами на горной дороге. Пахло жареной рыбой, и неподалеку раздавались тихие голоса.
  - ...И не возвращаться. Рекомендую вам сделать это немедленно.
  Я узнала голос Холвира.
  - Мы вернемся, - возразил другой голос. - И вы это знаете.
  Высокий жрец, мой похититель, который хотел отвезти меня в Ущелье Теней. Похоже, он пришел в себя.
  - Зачем вам Нелла? - заговорил новый голос. Тэри... - Сотни девчонок по всему побережью лишаются памяти каждый день. Думаете, в каждой сидит богиня?
  - У жриц куда больше шансов, - ответил жрец. - Просто отдайте мне девушку.
  Я попыталась открыть глаза, но тяжелые веки не слушались. Языка и зубов я не чувствовала вообще, горло онемело.
  - Нет.
  - Что ж... - Послышался шорох: должно быть, жрец встал. - Благодарю вас за спасение: я ваш должник. Прощайте.
  Когда цокот копыт затих вдали, я решилась приподняться. И тут же повалилась обратно: тяжелый меховой полог давил на ослабевшие руки.
  - Нелл, как ты себя чувствуешь? - окликнул меня Фор. - Можешь говорить?
  Он сидел у костра, вытянув ноги. У его бедра лежал мой посох. Остальные сидели чуть поодаль на меховых покрывалах. Под мехом проглядывали доски.
  - Да... кажется, - хрипло сказала я. - Где мы?
  - На полпути в Ущелье Теней.
  - И мы прямо сейчас туда идем? Кажется, у меня сломано... что-то.
  - Уже нет, - откликнулся Холвир.
  - Наш паладин - единственный из всей честной компании, кто способен исцелять, - пояснил Северн. - И, надо признать, работу он выполнил на высший балл. Мне вот тоже в лоб хорошо засветили, а голова почти не болит.
  - Чтобы голова болела, в ней должны быть мозги, - беззлобно уколола Тэри. - А у тебя там только песни и пляски народов севера.
  - Ха! Можно подумать, у тебя там кладезь священных текстов!
  - Ну уж не сборник похабных частушек!
  Я потерла лоб, отвлекаясь от их пикировки. Другая мысль не давала мне покоя.
  - Нас с учителем убили в одну и ту же ночь. Может быть, это сделал тот жрец?
  - Может быть, и он, - ответил Фор. - А может, и другие.
  - А ты что думаешь?
  - Я думаю лишь одно: убить жреца и его ученицу в их собственном доме вряд ли было легко. Простые бандиты не справились бы.
  - То есть это были...
  - Жрецы круга, почти наверняка. Похоже, вы с учителем узнали о них то, чего вам знать вовсе не следовало.
 

Глава 6. Ущелье Теней


 
  Мы поднимались по склону среди зарослей сухого вереска. В третий раз на моей памяти садилось солнце.
  - Сейчас мы выйдем на дорогу. - Фор кивнул на остатки каравана у подножия скалы. - Путь в Ущелье Теней лежит мимо них.
  Я бросила взгляд в ту сторону. Вокруг фургонов горели костры.
  - Хочешь, расскажу тебе о твоей семье? - негромко спросил он.
  - У меня была семья?
  - Твои родители охраняли такие вот караваны. Тебя тоже готовили к такой судьбе. - Фор указал на мой посох. - Но когда тебе исполнилось одиннадцать, вы впервые пришли в Черешет. Ты увидела дуб, озеро, живую траву - и изменилась. Сила пробуждается мгновенно. Ты захотела остаться.
  Я взглянула на него. Фор не смотрел ни на караванщиков, ни на меня: в его глазах отражалось небо. Ветер бил ему в лицо, и волосы летели над головой, как крылья воздушного змея.
  - И она... я... осталась?
  - Караван уходил утром. Ты просила родителей разрешить тебе задержаться хоть ненадолго, но, боюсь, вы не совсем понимали друг друга. - Его лицо стало жестким. - Они просто привязали тебя к койке, как делали не раз и не два до этого.
  - И тогда она?..
  Я, с ужасом поняла я. Это меня привязывали к койке. Меня... да полно, нужно ли знать такое прошлое?
  - Сбежала и спряталась в ветвях. - На лице Фора появилась едва заметная улыбка. - В те дни твой учитель сам частенько забирался на вершину дуба, думал, смотрел на звезды... в общем, ты наткнулась на него.
  - И сразу ему доверилась?
  - Вы проговорили всю ночь. Утром он отправился к твоим родителям и выкупил у них дочь, отдав им все свое золото. И дал слово, что ты будешь здорова и счастлива... впрочем, они не вслушивались.
  - И я была здорова и счастлива? С моим учителем?
  - Очень, - голос Фора был непривычно мягким. - Долгие годы. Я не сказал тебе главного: в день, когда твой учитель встретил тебя, он должен был отправиться в круг жрецов, в Белые Башни. Но жрецам круга нельзя иметь семью. И он отказался от перстня, выбрав тебя - маленькую девочку, которой нужна была любовь. И удел обычного жреца в Черешете.
  Я с шумом втянула воздух. В глазах стояли слезы.
  - А я даже не пошла на его похороны...
  - Это бы волновало его в последнюю очередь, поверь мне. Жрецы не придают значения похоронам: слишком многие из них становятся...
  - Тенями. Призраками. - Я вспомнила разговор с жрецом в фургоне. - Верно?
  - Почти. - Фор остро посмотрел на меня. - К счастью, твой учитель просто умер.
  - Почему "к счастью"?
  - Увидишь.
  Наступили сумерки. Северн, помедлив, вытащил слабо светящийся камень из рюкзака. Холвир, проходя мимо, одобрительно кивнул.
  - Кто еще не сталкивался с тенями? - спросил он. - Тэри? Северн?
  Они одновременно покачали головами.
  - Тени - это...
  - Давайте сначала пройдем мимо каравана, - перебил его Фор. - Не стоит напоминать им о тенях на ночь глядя.
  Мы шли по обочине дороги, проваливаясь в снег по щиколотку. Караванщики спокойно занимались своим делом: переносили ящики, готовили ужин, женщины укачивали малышей. Все, или почти все держали рядом оружие. Было удивительно тихо: ни стонов, ни жалоб, ни плача. Молчали и мы. Даже Тэри примолкла.
  Я взглянула на караванщиков. Спокойные лица, и руки совсем не дрожат. Кто-то даже улыбается. Неужели привыкли?
  - Некоторые из них сегодня умерли, и не в первый раз, - сказал Фор, когда караван остался позади. Он шел рядом, на расстоянии вытянутой руки. - Близкие не будут их искать.
  - Почему?
  - Могут и не найти. Это опасное ремесло, Нелл. Каждый раз, когда они проходят вблизи Ущелья Теней, они оставляют цветы на снегу. Для тех, кто больше не с ними.
  Я ахнула.
  - То есть...
  - Тени - это воплощения умерших. Тех, кто умирал и воскресал слишком часто.
  - Или бывших верховных жрецов, которых похоронили в ущелье, - вспомнила я.
  - Верно. Некоторые из них сохранили разум и память.
  - А остальные тени не думают? Не говорят?
  - Иногда пытаются. Их трудно назвать дружелюбными, Нелл. Их прикосновение парализует, долгое - останавливает сердце, и их невозможно убить по-настоящему.
  - Но зачем тени нападают на людей? Они не понимают? Или...
  - Они тянутся к теплу и не могут согреться. Как мы.
  Я посмотрела назад и вздрогнула: за фургоном лежали два тела, накрытые полосатыми ковриками. Из-под одного виднелась лысая макушка.
  Фор коснулся моей руки.
  - Мы справимся. Все будет хорошо, Нелл.
  Правильные слова. И такие же затертые.
  Но почему-то стало легче.
  Мы шли всю ночь. Уже рассветало, когда мы устроили привал. Холвир достал из рюкзака мешочек риса, и вскоре от костра пополз одуряющий запах. Есть хотелось неимоверно. Я мигом вцепилась в куриную ножку, истекающую соком.
  - Курочка, - счастливо вздохнула Тэри. - Холвир, где тебя научили так готовить?
  - В походах, - отозвался Холвир. - Да и дома научился кое-чему.
  - А моим родителям было не до готовки, - задумчиво сказала Тэри. - Они вечно искали приключений. Поэтому у них и выросло то, что выросло.
  - Непутевое дите, которого хлебом не корми, дай по храмам пошариться? - подал голос Северн.
  - Ага. - Тэри вздохнула. - Наверное, стоит рассказать, как я сюда попала. В общем, тот бред про купеческого принца из Эвера - это правда. Я бы никогда не подумала, что встречу такого противника. Наверное, просто повезло.
  - И он сам, наверное, неплохо выглядел? - подмигнул Северн.
  Тэри ухмыльнулась.
  - Принц-то? Еще бы! Но не в нем дело. Я ведь говорила, что мы ведем свой род от избранника богини?
  - От Гилетира?
  - От его сестры, - кивнула Тэри. - Но реликвий с той поры почти не осталось. А я очень хотела подержать в руках хоть что-то, что осталось от моего предка. Хотя бы нитку от рубашки. Не знаю, почему, но это было сильнее меня. А принц хвалился, что его люди нашли в древних руинах под Эвером жемчуга богини. Диадему, которую Гилетир сплел для нее.
  - И ты начала охотиться за ней, - вставил Северн.
  - Еще бы! - Тэри тряхнула головой. - Но это оказалось куда как сложно. Если бы принц просто оставил жемчуга в шкатулке... но он никогда с ними не расставался. У меня не осталось выхода: я должна была их украсть!
  - И ты...
  - Я проиграла, - просто сказала Тэри. - Меня поймали в храме, когда принц молился там один. Стражники ждали меня за дверьми: когда я скользнула внутрь, на меня вмиг набросили петлю. Жрец сказал, что я получила по заслугам. Да что он знал?
  - Но он был прав, Тэри, - сказал Холвир. - Разве нет?
  Тэри лишь отмахнулась. Она откинула голову назад: темные глаза блестели. Северн смотрел на нее, не отрываясь.
  - Принц дал мне минуту на выбор: изгнание или тюрьма. Я ответила мгновенно: за решетку мне совсем не хотелось. Когда он развязывал мне веревки на запястьях, он признался, что никогда не простил бы себе, если бы его люди меня пристрелили.
  - Я бы точно не простил, - вставил Северн. - Эх, меня там не было!
  - Ты воровала в храме, - ровным тоном заметил Холвир. - Принц поступил разумно.
  - Ну вот, не любят меня паладины, - вздохнула девушка. - А я-то надеялась, что Холвир вступится за мою честь, вызовет принца на поединок, победит, и мы вдвоем ускачем к закату. Но, видно, не судьба.
  - Предлагаю свою компанию, - с надеждой произнес Северн.
  Девушка с улыбкой качнула головой, и бард заметно сник.
  - И это все? - спросил Холвир.
  Тэри прикусила губу.
  - Нет, - наконец сказала она. - Когда меня уводили, принц протянул мне сверток. Я развернула его только в трюме, и... в общем, полдороги я проплакала.
  Она полезла за пазуху и достала крошечный шелковый мешочек. Оттуда выглядывала нить жемчуга.
  Северн открыл рот.
  - Принц отдал тебе реликвию?
  - Такое бывает только в сказках, да? - Тэри слабо улыбнулась. - Я не знаю, почему он это сделал. Может, у него никогда и не было реликвии, и он выдавал за нее обычную безделушку? И теперь, если жрецы или паладины потребуют, чтобы он вернул им жемчуга богини, принц сможет с чистой совестью развести руками?
  - Так или иначе, жемчуг у тебя, - задумчиво сказал Холвир. - Вещи соединяют времена... Неужели его и впрямь касался сам Гилетир?
  Тэри развела руками.
  - Если уж совсем без утайки, то принц назвал меня назойливой пичужкой, да и вообще, вряд ли он внезапно воспылал ко мне любовью, - призналась она. - Скорее, пожалел нескладную девчонку с блестящими глазами. Но было весело. Честно.
  Несколько минут все молчали. На горизонте таяли последние звезды.
  - Да-а, - Северн выдохнул. - Мне понравилось.
  - Скоро взойдет солнце, - заметил Фор. За весь ужин он не проронил ни слова. - Днем тени слабее, так что советую всем поспать пару часов.
  Мы разбрелись по спальным мешкам и накрылись шкурами. Холвир остался на страже, и вскоре за его спиной засверкал золотом снег. Я прикрыла рукавом лицо, подстроилась под ровный ритм дыхания Тэри, и не заметила, как заснула сама.
  Путь до Ущелья Теней не занял и получаса. Широкая, наполовину занесенная снегом каменная лестница заканчивалась ровной дорогой. От скал ложились тени. Солнца тут было куда меньше.
  Что-то было не так, но прошло еще полчаса, прежде чем я поняла, что. Тишина. Птичьи голоса остались наверху, в горах. Здесь не каркали вороны, не шумели воробьи на ветках. Ти-ши-на.
  Впереди что-то шмякнулось на тропу. Тэри с визгом отскочила. Холвир осторожно придержал девушку за плечи и шагнул вперед. Я выгнула шею. На земле лежало что-то темное, но над ним уже склонился Северн.
  - Еще одна мертвая ворона, - констатировал он. - Гнилое место.
  - И холодное. - Тэри поежилась. - Надо было бежать на юг, в тепло. Богатый купеческий город, драгоценности, горячее вино, живые птицы. А здесь я... я боюсь.
  - Готовьтесь, - произнес Холвир. - Они идут.
  Впереди дорога поднималась к полузаваленному входу в пещеру. На другой стороне шевелилась темная масса.
  В руках у Тэри мгновенно оказался нож. Фор словно невзначай шагнул ко мне.
  - Тени материальны, - сказал он. - Ударом посоха их можно отшвырнуть в сторону. Можно даже разрубить на куски.
  - И они умирают?
  - Нет. Они уходят под землю, а потом возвращаются, как весенние побеги. Ущелье Теней - не единственное место, где живут тени. На юге когда-то были огромные цветущие земли, куда теперь по доброй воле лучше не соваться.
  Я сглотнула.
  - Уверен, что нам точно надо идти дальше?
  - А у нас есть выбор? - с невеселым видом усмехнулся Фор. - Будь осторожна, хорошо? Я бы не хотел... возвращаться за тобой в Иствен.
  Он отошел, а я смотрела ему вслед.
  Но задумываться было некогда. Снег потемнел под ногами. Что-то скользкое коснулось лодыжки, и секунду спустя я поняла, что именно: тень растянулась на сотню метров, обволокла землю липким студнем.
  А в следующий миг мне на голову словно обрушилась ледяная вода.
  Одиночество. Беспримерное, холодное, вечное. Не жизнь - существование. Тусклый серый мир, туман, забвение. И жаркое, как раскаленная сковородка, желание приникнуть к теплу, украсть чужую жизнь, убить - но не жить так.
  Что со мной? Чьи это воспоминания? Неужели это моя жизнь? Моя?
  Блеснула сталь, раздался гневный выкрик, и я вздрогнула, приходя в себя. Надо мной нависала человеческая фигура, темная и полупрозрачная. В следующую секунду рядом просвистел меч, и две половинки тени беззвучно легли на землю.
  - Поднимайся. - Фор протянул мне руку. - Быстро!
  Я увидела смутное шевеление у него за спиной, и деревянные суставы вдруг ожили: я взлетела на ноги и пихнула Фора в сторону. Посох взмыл неловко, неуклюже, но я не промахнулась. Тень отлетела к скале.
  Следующие минуты я провела в полубреду. Тошнота то накатывала, то отступала, на небе двигались облака, по телу лился пот, и тени, тени... Мы резали их, как окорока, кололи, рубили, пинали, били плашмя.
  Они умирали под любыми ударами, главное было - бить. Не падать: подниматься.
  Тэри отшвырнула арбалет и стояла, как древняя воительница, с развевающимися волосами, с ножом в каждой руке. Северн подполз к ней и отбивался огромным суком-дубинкой. Когда палица наконец выпала у него из рук, под ней лежало с дюжину теней. Холвир не останавливался на секунду: меч в его руке выписывал дикие мельницы и сумасшедшие восьмерки. Фор уже не отходил от меня.
  Последняя тень рухнула на землю. Снег казался черным.
  Я в изнеможении оперлась на посох.
  - Мы победили.
  Фор сел на землю. Тэри и Северн, недолго думая, плюхнулись там, где стояли.
  - Если мы пройдем внутрь, это будет чудо. - Холвир стоял, опираясь на меч, и было видно, что он делает это с трудом. - В гробницах куда опаснее.
  - Не получится.
  Северн стоял у края дороги и всматривался вниз. Между его бровями задержалась морщинка.
  - Не получится, - повторил он. - У жрецов там целый лагерь.
  Я подошла к нему, еле волоча непослушные ноги. И тут же отшатнулась.
  Внизу горели костры. Стены огня резали ущелье узким треугольником, и на этом клинышке стояли люди. Трое держали в руках посохи, точь-в-точь похожие на мой.
  - Они пришли по главной дороге, - сказал Холвир. - Хорошо, что мы пошли окольными тропами.
  - И что нам делать? - резко спросила Тэри. - Разворачиваться и идти обратно?
  - Тише вы! - цыкнул Северн. - Жрецы нас вот-вот заметят.
  Он потянул Тэри за рукав, я отступила, и мы бесшумно отошли с обочины.
  - Я бывал здесь однажды, - вдруг сказал Фор. - Мне не хотелось об этом вспоминать, но...
  Холвир круто развернулся к нему.
  - Ты бывал здесь?
  - В гробнице Рефара. - Фор кивнул. - Мой наставник взял меня с собой, чтобы показать, к чему приводит гордыня.
  - Гордыня? - вырвалось у меня. - Кем был этот Рефар?
  - Прошлым верховным жрецом круга. - Фор повернулся ко мне. - Пять лет назад он хотел призвать богиню сам.
  - Как?
  - Через ложь. Рефар собрал братьев, сказав, что нужно вернуть из теней смерти девушку, которую сам он и довел до черты. Во время ритуала он загреб всю силу, чтобы призвать богиню в тело умирающей. Его едва успели остановить.
  - Он погиб? - спросила я.
  Фор скользнул по мне ничего не выражающим взглядом.
  - Его похоронили здесь, в Ущелье Теней. Год спустя мы с наставником спустились в его гробницу: мой учитель боялся, что я пойду по его пути. Рефар говорил с нами. Он... сожалел о том, что сделал.
  - А теперь по его пути пошли жрецы круга, - задумчиво сказал Холвир. - Нам надо его увидеть.
  - Если другого выхода и впрямь нет... - Фор потер лоб. - Уверен?
  - Да. Веди нас.
  Фор без звука пошел вперед, к узкой тропинке, которая взбегала наверх. Остальные потянулись за ним.
  Тропинка перешла в каменистый гребень. Ущелье окончательно скрылось внизу: я видела только серое марево под ветками. Вдали послышалась птичья трель.
  Фор остановился у неприметной выщербинки и начал разматывать веревку.
  - Я спущусь первым, - сказал он. - Что бы ни случилось, молчите.
  - А что может случиться? - осторожно спросила Тэри.
  - В гробнице, полной теней, с призраком верховного жреца на десерт? - переспросил Северн. - Да ничего плохого, что ты!
  - Довольно, - прервал их Фор. - Я спускаюсь.
  Он обвязал себя веревкой и тщательно затянул узлы. Холвир и Северн обмотали свободный конец вокруг небольшого выступа. Фор кивнул им, и они начали медленно спускать его вниз. Скоро он скрылся из глаз: я не рискнула перегибаться через край.
  - Нелла, ты следующая, - позвал Холвир.
  Северн вытащил наверх пустую веревку и кивнул мне.
  Колени задрожали. Я сглотнула.
  - Страшно? - понимающим тоном спросил Северн. - Там можно и шею свернуть.
  - Еще как, - пробормотала я. - И чего, спрашивается, об этом напоминать?
  - Я тоже боюсь. - Пальцы Северна коснулись узла у меня на животе и с силой потянули. - Дом вспоминается. Солнечное утро на кухне, картошка в кипящей воде, сливочное масло. Похоже, домашнего завтрака я больше не дождусь.
  - Тебе правда сейчас больше всего не хватает вареной картошки? Не шутишь?
  Северн покачал головой.
  - И не собирался. Серьезно, я скучаю. Даже по подгорелым кусочкам, хотя это звучит совсем уж глупо. - Он улыбнулся. - А ты? Ни к чему не тянешься?
  Я на минуту задумалась. Потом вспомнила самое первое утро, когда я проснулась в хижине Фора.
  - Сосульки. Сосульки, тающие на солнце, и перестук капель с утра.
  - Красиво, - вздохнул Северн. - Ну что, готова?
  Земля ушла из-под моих ног быстрее, чем я успела кивнуть. Я вертела головой, пыталась зацепиться за скалу, но лишь отбивала о камень пятки и ладони. В висках стучало, я захлебывалась, кашляла, глотала ветер. Голова кружилась.
  На полпути, когда ко мне вернулось дыхание, я поняла, что Северн и Холвир спускали меня медленно и плавно, и виной панике только моя неопытность. Но я не успела насладиться спуском: по обрыву метнулась тень, раздался чей-то крик, и я, разом лишившись опоры, полетела с веревкой наперегонки. Небо вдруг оказалось снизу, ноги и руки мотались, как воздушные шарики, в ушах свистело, и я успела еще подумать, что тем, кто остался на скале, крышка, как сверху ударил луч света, выбивая из легких воздух, и я почувствовала, что не падаю: вишу.
  Чужие руки подхватили меня за плечи, и не успела я опомниться, как мои ноги коснулись земли. Ошеломленная, я позволила Фору развязать веревку.
  - Там, наверху...
  - Тени, - коротко ответил он. - Знаю. Холвир справится.
  Я подняла голову: сверху спускался Северн. Под его глазами темнели синяки, но бард по-прежнему беззаботно улыбался. За ним спустились Тэри и Холвир. Оба выглядели измотанными.
  - Мы выдали себя, - озабоченно сказал Холвир, отвязав веревку. - Жрецы наверняка видели свет.
  - Значит, нам остался лишь один путь, - отозвался Фор. - Все готовы?
  За серыми глыбами оказалась неприметная дверь из черного металла. Сплошная: ни оконца, ни замочной скважины. Фор сделал нам знак отойти.
  - И что теперь? - нетерпеливо спросила Тэри.
  Фор выразительно посмотрел на нее. На миг прикрыл глаза, вздохнул - и опустился на колени.
  - Рефар. - Его голос зазвучал глубоко и сильно. - Мы зовем тебя. Ты нам нужен.
  Дверь оставалась неподвижной.
  - Взломать? - осведомилась Тэри.
  - Тебе жить надоело? - уголком рта ответил Фор. И снова, глубоко и звучно: - Позволь нам войти. Жрец круга Форэтт, жрица Нелла и их спутники просят тебя о разговоре.
  Дверь беззвучно отворилась.
  - Холвира ты не упомянул, - прошептала Тэри.
  - Догадайтесь, почему, - пробормотал Северн.
  Форэтт.
  Красивое имя.
  Фор мягко подтолкнул меня в спину. Холвир подался вперед, пропуская Северна и Тэри, и дверь захлопнулась за нами. Я заметила, что камни вокруг слабо светятся, как диковинные колонии грибов.
  - И где он? - прошептала рядом Тэри. - Кто открыл нам дверь?
  - Я.
  Пещера осветилась. Сияние камней в туннеле померкло, мягким изумрудным светом заблистал потолок. В противоположной стороне обрисовался темный прямоугольник гроба, а за ним - высокая фигура.
  - Ну ничего себе... - прошептал Северн.
  Фигура у противоположной стены колыхнулась и двинулась к нам нормальным человеческим шагом. Свет упал Рефару на лоб, и я увидела длинные пепельные волосы, худощавое тело, крупные черты лица. Совсем еще молодые черты.
  - На секунду я принял вас за своего преемника. Вы с новым главой круга очень похожи, знаете? - Высокий жрец кивнул Фору. - Что привело вас ко мне во второй раз?
  - Ваш преемник приходил сюда?
  - Полюбоваться на своего предшественника, да. Разумеется. - Рефар скрестил руки на груди. - Так что вам нужно? Вы не стали бы будить меня ради пустяка, я знаю.
  - Будить? - переспросила я.
  Рефар повернулся ко мне. Призрачное одеяние зашуршало.
  - Мы спим, - негромко сказал он. - У нас хватает силы воли, чтобы сохранить остатки разума, но провести сотни лет в темноте и одиночестве и остаться собой? Невозможно. Из гробниц не выйти. Нам остается только сон.
  Я приоткрыла рот. Фор сказал, что после смерти все становятся тенями, но в его устах это звучало просто, обыденно. Здесь, в присутствии Рефара, слова обретали плоть - и мне с каждой секундой становилось все сильнее не по себе.
  Рефар едва заметно усмехнулся, наблюдая за мной.
  - Да, Форэтта тоже проняло, когда он наконец понял, что со мной сталось. Впрочем, к тем, кто умирает своей смертью, это не относится. Вы просто заснете.
  - И... это никак не изменить?
  - А как? - Рефар развел руками. - Это воля богини. Может ли быть иначе?
  - Так устроен мир, - хмыкнул Северн. - Да и не стоит беспокоиться: не все мы до этого доживем.
  Я взглянула на него. Здесь, в гробнице, бард растерял всю напускную веселость. И это лучше всяких слов убедило меня, что Рефар прав.
  - Рано или поздно весь север станет Ущельем Теней, - произнес Рефар. - Это простая арифметика. Люди умирают снова и снова, а бандитов, диких зверей и скользких ступеней меньше не становится. Мертвых уже сейчас больше, чем живых. Когда-нибудь тени заполнят весь мир.
  - Если только не придет богиня, - проговорила я.
  Рефар наклонил голову.
  - И поэтому ее так ждут?
  - Жрецы теряют власть, - бесстрастно сказал Рефар. - Мой преемник совсем недавно посетил меня вновь. Он спрашивал совета: как найти воплощение богини? Я предположил, что ею будет молодая женщина, потерявшая память. Возможно, жрица. Или девушка, в чьих жилах течет кровь Гилетира.
  Холвир и Северн одновременно посмотрели на Тэри. Рефар вскинул бровь:
  - Даже так? Интересно.
  - Все куда хуже, - заговорил Фор. - По всему северу идет охота на беспамятных девушек. Неллу дважды пытались похитить, и в третий раз им это почти удалось. Похоже, ваш преемник принял эти слова слишком близко к сердцу.
  - Печально. - Рефар скрестил руки на груди. - Но вы и сами знали, чем это кончится, не так ли? Знали, когда выбирали его главой круга. Так зачем вам я?
  Фор вздохнул.
  - Рефар, помогите нам. Вы знаете куда больше, чем сказали ему.
  Рефар покачал головой.
  - Я мертв. То, что происходит за стенами гробницы, меня не касается.
  - Если бы вы тогда не оступились, сейчас верховным жрецом были бы вы, - вдруг сказала Тэри. - За нами охотятся из-за вашей ошибки!
  - А если я помогу вам, я допущу еще одну, - жестко возразил Рефар. - Чем Форэтт лучше? Не потеряй он силу, стал бы верховным жрецом сам, и отдал бы те же приказы.
  Несколько секунд в гробнице царила тишина. Бледные лица моих спутников отсвечивали зеленым в полутьме, и все вокруг казалось призрачным, нереальным.
  Я кашлянула.
  - Хорошо, вы боитесь, что мы ищем богиню в корыстных целях, и добром это не кончится. Но... может быть, вы хотя бы скажете, богиня ли я?
  Брови Рефара взметнулись.
  - Ты лишилась памяти?
  - Четыре дня назад. Как раз в ночь, когда был огненный закат. И теперь меня ищут жрецы: возможно, они меня и убили.
  - Интересно...
  Рефар повернулся и зашагал по залу. Полы плаща мели каменные плиты. Самоцветы в потолке, казалось, засияли ярче и злее. Наконец он сел на край гроба, как на разобранную постель, и с усталым видом провел ладонью по лбу.
  - Я не знаю, пришла ли богиня в мир, - сказал он. - Не знаю, кем она будет. Но я знаю, кто знал наверняка. Жрецы первого храма.
  - Первый храм уже тысячу лет под водой, - возразил Фор. - Его жрецы мертвы.
  - Но один человек побывал в первом храме. Тысячу лет назад он спустился в озеро и извлек из руин храма белую каменную свечу. Он объявил себя избранником богини, и перед ним склонился весь юг. За ним пошли первые паладины.
  - Гилетир, - прошептала Тэри.
  - Я видел фрески в крепости Разбитой Руки, - нарушил молчание Фор. - Но Гилетир мертв. Где его тень - неизвестно. Он не даст нам ответов.
  - В крепости Разбитой Руки остались его записи. - Рефар лег на каменный прямоугольник. - Найдите их. Вы похожи на меня, Форэтт. Вы идете до конца.
  - И в его записях будет ответ?
  - В подвалах крепости осталась темная свеча, - задумчиво протянул Рефар. - Я всегда считал, что она привлекает теней. А Гилетир после смерти стал тенью: это знает каждый послушник.
  - И его тень придет на зов, - прошептал Фор.
  - Вы меня услышали, Форэтт. Уходите. Живым здесь не место.
  Фор молча поклонился. Холвир, поколебавшись, последовал его примеру.
  Рефар едва заметно шевельнул рукой.
  - Прощайте.
  Он закрыл глаза, и почти одновременно его худощавая фигура начала таять. Самоцветы погасли, и в дальней стене пещеры открылся проем.
  На каменной плите никого не было.
  - Крепость Разбитой Руки, - выдохнул Северн. - Он что, сумасшедший?
  - Обсудим это, когда выберемся отсюда, - сухо сказал Фор. - Жрецы вот-вот будут здесь.
  В туннеле было жарко, словно мы спускались к жерлу гаснущего вулкана. Северн сбросил куртку, Тэри то и дело вытирала пот со лба. Я попыталась улыбнуться Фору, но он ушел в свои мысли.
  - Эта жара... - проговорил Холвир сзади. - Я вспоминаю дом.
  - Дом? - обернулась я.
  Холвир вытер пот со лба.
  - Много лет назад в городе, где я вырос, полыхал пожар. Мальчишке, каким я был тогда, казалось, что мир раздирают на части. Мародеры, крики на улицах, монеты, летящие в грязь... Стражники на перепуганных лошадях только подливали масла в огонь.
  Тэри остановилась, заслышав наш разговор. Обернулись и остальные.
  - Это случилось глубокой осенью, но там было жарко. - Холвир расстегнул ворот рубашки. - Слишком жарко. С тех пор я плохо переношу жару.
  - Ты был один? Без родителей?
  - Мать послала меня в другую часть города с поручением. Я должен был отнести письмо. Кому? Я не помню ее имени. Кем она была? Выжила ли она в том пекле? Не представляю: когда я добрался до места, дым отрезал мне путь. Я хотел вернуться, но от дома меня отсекла стена горящих зданий. А бежать к воротам не позволила толпа: паника заполнила улицы. Я не думал, что попаду домой.
  - Но ты спасся, - тихо сказала Тэри. Незамеченная, она подошла и взяла Холвира за локоть. - Ты с нами. Все хорошо.
  Холвир покачал головой.
  - Мне было только двенадцать, но я видел ужасы, которых не должны видеть и взрослые. Я сломал руку, пытаясь остановить хотя бы худшие из них. Скорее всего, меня убили бы, но дым рассеялся, и люди начали приходить в себя.
  - Богиня, - прошептала Тэри. - Холвир...
  - Не помню, как нашел родителей, но когда я увидел отца, я вцепился в его руку и не отпускал ее до глубокой ночи, когда пальцы давно затекли. Наверное, тогда я и обрел силу. - Холвир провел свободной рукой по бортику, и на долю секунды каменная кромка засветилась. - Я очень хотел, чтобы такое не повторялось. Никогда.
  Все молчали. Тэри нерешительно погладила Холвира по руке.
  - Знаешь, если тебе захочется поговорить, я рядом.
  - Спасибо, Тэри. - Холвир мягко высвободил локоть. Девушка опустила плечи, сразу став похожей на обиженного ребенка. - Я ценю нашу дружбу.
  Туннель перешел в галерею: под нами простирался огромный зал. Вдоль стен тянулись уродливые изогнутые столбы. Под ними шевелилась темнота. Я вгляделась пристальнее и обомлела: под нами колыхались тени. Сотни, тысячи теней стояли плечом к плечу и смотрели наверх, запрокинув призрачные лица.
  - Фор, - позвала я.
  Фор перегнулся через бортик, но тут же выпрямился.
  - Рефар был прав, - отрывисто сказал он. - Живым здесь не место. Уходим отсюда, быстро!
  Мы промчались по галерее, не глядя вниз. Туннель повернул один раз, другой, и под ногами оказались ступеньки: мы поднимались.
  Я шагнула вслед за Фором. Вдруг что-то лязгнуло за стеной, раздался металлический звон, и Фор ничком упал на ступени. Тэри неженским движением отшвырнула Северна в сторону и бросилась к неприметному отверстию в стене.
  - Ползком, - шепотом распорядилась она. - И тихо!
  - Ловушка? - откликнулся Северн.
  - Нет, встречающие с цветами! - огрызнулась Тэри. - Пироги и сладкое вино подвезут попозже. Ползи давай!
  Усталые и измотанные, мы еле ползли. Раз или два Северн порывался встать на корточки, но Тэри, не отрывая взгляда от стен, шипела на него, и бард снова утыкался лицом в ступени. Когда из проема повеял ветерок, а на наши перепачканные лица упали лучи заходящего солнца, даже Холвир не сдержал измученной улыбки.
  Я кое-как поднялась на ноги и заковыляла к выходу. Здесь было уютнее, чем в ущелье: похоже, под землей и вправду дремал вулкан. Теплый ветер обдувал лицо. За холмами садилось солнце, и одежда моих спутников казалось розовой на снегу.
  - Заночуем здесь? - Фор обернулся к Холвиру. - Или...
  - Пойдете с нами? - хмыкнул голос сверху. - Богиня, в который раз я это говорю?
  Я задрала голову. На холме, из-под которого мы только что выбрались, стоял давешний жрец круга, скрестив руки. Он кивнул нам, и из-за скал тотчас показались еще восемь фигур. Арбалеты в их руках отнюдь не выглядели игрушечными.
  - Мне кажется, мы это уже обсуждали, - произнес Холвир. Несмотря ни на что, его голос оставался спокойным. - Наш ответ вы помните.
  - Вот уж не стоит. - Высокий жрец покачал головой. - В этот раз нас больше.
  - Хорошо. - Фор выступил вперед. - Мы спускались в гробницу Рефара, и он не признал богиню в Нелле. Достаточно, чтобы оставить ее в покое?
  - Вы вошли в гробницу Рефара, - медленно сказал жрец. - Будь вы убийцей жреца, он уничтожил бы вас, но вы живы. Любопытно...
  Он, прищурившись, смотрел на Фора.
  - Что ж, пусть будет так: вы нам больше не нужны. Но нарушать приказ главы круга я не буду. Девушка отправится со мной.
  Он взмахнул рукой, и арбалетчики переменили позу. Выстрелят, поняла я, похолодев. Фор закрыл меня, раскинув руки, но это выглядело даже не бесполезно - смешно. Холвир обнажил меч, но на его белом лице я прочитала лишь отражение своих мыслей: нас убьют.
  - А если сама богиня выступит против? - неожиданно для самой себя спросила я. - Кому вы будете подчиняться - кругу жрецов или ей?
  - Богиня молчит, - мягко, как ребенку, объяснил жрец круга. - Я ее слуга, и любой ее знак для меня священен. Но его не будет.
  - И что вас убедит? Молния?
  - Знак. - Он развел руками. - Любой.
  Слева донесся слабый стон.
  - Что это? - прошептала Тэри.
  Звук повторился.
  - Не двигайтесь, - холодно произнес жрец. - Вы двое, - он указал на меня и Фора, - проверьте. Арбалеты не опускать!
  Фор подал мне руку. Я вцепилась в нее и двинулась за ним.
  На этой части площадки снега не было вообще: только скалы и неглубокие полости под ними. По узкому каменному ложу бежала вода, и в нише лежал человек в пожелтевшей рубахе. От него воняло, спутанные волосы закрывали лицо, но я его узнала. Сразу.
  - Это разбойник с мельницы, - проговорила я. - Я убила его два дня назад.
  Мужчина... нет, парнишка лет семнадцати перевернулся и застонал.
  - Спокойно, - негромко сказал Фор. - Ты ранен?
  Парнишка близоруко щурился, словно солнце, нависшее сейчас над горизонтом, слепило ему глаза.
  - Тени, - хриплым от страха голосом проговорил он. - Тени...
  - Они были здесь? - спросил Фор.
  - Тени, - прошелестел голос парнишки. - Не бросайте меня...
  Сзади послышался звук, словно кто-то спрыгнул с высоты нескольких метров. Потом шорох шагов.
  - Итак, здесь внезапно оказался убитый вами юноша, - проговорил жрец круга. Я вздрогнула. - Кстати, беспамятных тут не находили лет десять.
  - То есть... - одними губами сказала я.
  - Возможно, богиня и впрямь на вашей стороне.
 

Глава 7. Луч во тьме


 
  Когда мы вышли на дорогу, я едва не падала от усталости. Жрецы с арбалетчиками и спасенным парнем растворились в ночи, но Холвир все равно настоял на том, чтобы сделать порядочный крюк, и к тракту мы подошли уже полумертвыми.
  На дороге не было ни души. Поэтому, когда в ночи послышалось бряканье колес, я вздохнула с облегчением.
  На караван они были похожи мало: несколько семей, перебирающихся с запада на восток, и пара наемников в легких кожаных доспехах. Холвир быстро договорился об оплате, и мы перебрались в телеги, к охапкам мягкой соломы. Я уткнулась в плечо Фора, вспомнила его раскинутые руки, еле слышно пробормотала: "спасибо", и немедленно уснула.
  Во сне я меня преследовали тени. Серый мир, рассыпающийся на клочки, темные пропасти и холод, холод, холод...
  Я открыла глаза, жадно глотая воздух. Тело и впрямь отказывалось подчиняться, но совсем по другой причине: во сне я откинула полог. Холод пробирался сквозь солому и тонкую шерсть, и я поняла, что уже не засну.
  - Кошмары? - негромко спросил Фор. Совсем не сонным голосом.
  - Немножко. А ты не спишь?
  - Думаю над тем, что было в гробнице. - Фор поправил меховой полог, и я благодарно вздохнула: тепло возвращалось.
  - Тот призрак сказал, ты мог стать еще хуже, чем нынешний верховный жрец, - тихо сказала я. - Он был прав?
  - Пожалуй. - Фор помолчал. - Я очень хотел быть избранным, Нелл. Когда-то я мечтал, чтобы богиня сделала меня верховным жрецом, главой круга, повелителем и пророком, которому нет и не будет равных. А ведь все совсем наоборот. Это я должен был служить свету в себе. Беречь его, а не...
  Он вздохнул. Впереди заржали лошади.
  - Но ты изменился.
  - Три года в одиночестве примирят с судьбой кого угодно. Если бы я провел их в темнице, я бы ожесточился, но среди гор и снегов? Мне было там хорошо. Может быть, я стал мудрее.
  - Мне жаль, что мы оттуда ушли, - призналась я. - У тебя было уютно.
  - Было, - кивнул Фор. - Увы, в крепости Разбитой Руки уютом и не пахнет.
  - Там теперь тоже повсюду тени?
  - Да. Тени и воспоминания.
  Он глубоко вздохнул.
  - Но мы справимся. Ведь нам благоволит богиня, верно?
  Мы смотрели друг на друга. Блестела узкая полоска снега вдоль дороги, и скрипели колеса. Кроме нас, в ночи никого не было.
  - Нелл... - Фор запнулся. - Если с тобой вдруг случится этот один шанс из тысячи, забудь все мои слова, хорошо?
  Я моргнула.
  - Почему?
  - Потому что я сейчас говорю с тобой. Со старой знакомой, которая потеряла семью, дом и память. С девушкой, которая помогла мне когда-то, когда я сошел с корабля в Иствене, без надежды и без сил. Сейчас мы друзья, и мы равны. Но если ты вдруг окажешься воплощением богини...
  - Тебе будет стыдно за каждую фразу?
  - Ну, не то что бы, - чуть улыбнулся он. - Но с богиней я бы говорил по-другому. Как и ты. Впрочем, это все лишь домыслы. Давай спать?
  Я согласно кивнула, закрывая глаза. И заснула уже до утра.
  Проснулась я от странного звука. Кап-кап-кап - я не сразу поняла, что с колес стаивал снег. Я выскользнула из-под полога и невольно заулыбалась: вокруг гуляла весна. Листьев на деревьях не было, но крупные свежие почки могли бы поспорить по размерам со спелой черникой. На примятой сухой траве не осталось снега, а воздух звенел от птичьих голосов.
  - Крегор, - уверенно произнес Холвир. Он уже выбрался из повозки и теперь шел рядом. Вместо тяжелой меховой куртки на нем был легкий плащ. - Наконец-то.
  - Весна-а! - долетел до нас голос Тэри. - А солнце совсем летнее!
  Я примерилась и спрыгнула с повозки. Солнце брызнуло в лицо, я отвернулась, закрывая голову рукавом - и увидела город. Бревенчатые здания поднимались на два, на три этажа из высокой травы. Вдоль широкой реки выстроились мостки и причалы. На околице начинались огороды. Некоторые дома стояли на сваях: должно быть, ранней весной река разливается.
  - Самый дальний форпост, - сказал Холвир. - Дальше только земли варваров.
  - Но зачем мы здесь? Ведь Рефар послал нас в крепость Разбитой Руки!
  - Совершенно верно. В далекую пустыню за Эвером. До нее много дней пути.
  - Кажется, я чего-то не понимаю, - пробормотала я.
  - Ничего удивительного. - Темное покрывало приподнялось, и из мехового куля показался Фор. - Ты ведь не помнишь про живой огонь?
  - Нет. А что это?
  - Древнее искусство, которым владеют варвары. Он может перемещать путников на огромные расстояния.
  - К ним мы и пойдем, - подытожил Холвир. - Завтра утром: нам всем нужен день на отдых.
  - Или два. - Тэри соскочила со своей повозки. Северн, раскинувшийся на одеяле в одиночку, недовольно заворчал. - Кстати, почему тот злобный жрец оставил нас в покое? Я бы на его месте тут же Неллу бы и зацапала!
  - Потому что он в первую очередь жрец, - ответил Фор. - И воля богини для него куда важнее приказов главы круга. Мы прибыли.
  Он подошел к деревянному крыльцу. Входная дверь со скрипом распахнулась и стукнулась о балясины крыльца. Я огляделась. Обычный добротный зал: все из дерева, светлое и крепкое, нигде ни грязи, ни пыли. К Фору сразу же направилась стройная женщина средних лет, безошибочно определив в нем главного.
  - Приятно снова чувствовать пальцы ног, - вздохнул рядом Северн. - Я, пожалуй, прогуляюсь по городу.
  - Я бы еще поспала, - зевнула Тэри.
  - Я тоже не выспался, - кивнул бард. - Но у меня есть кое-какие дела.
  - Будешь целоваться с барышнями по тавернам? - Тэри подняла брови.
  Бард странно посмотрел на нее.
  - Если бы, - наконец сказал он. - Впрочем, неважно. Может, песню сочиню.
  Он с преувеличенным изяществом поклонился Тэри и вышел.
  - Кажется, я ему нравлюсь. - Тэри повернулась к Холвиру. - Холвир, а если бы в тебя влюбилась девушка, ты бы мог ответить ей взаимностью? Или не мог бы?
  Ее голос едва уловимо дрогнул.
  - Думаю, влюбленность - еще не любовь, - мягко ответил Холвир. - Все проходит, Тэри.
  Девушка вздохнула.
  - Так-таки и все?
  - Комнаты готовы, - сказал подошедший сзади Фор. - Давайте встретимся здесь завтра с восходом солнца. И будьте готовы ко всему.
  Фор протянул мне ключ.
  - Я буду в соседней комнате. Тэри - с другой стороны.
  - Нам и правда завтра нелегко придется? - спросила я.
  Он вздохнул.
  - Скорее всего. Тебе лучше отдохнуть.
  Мы поднялись по лестнице и разбрелись по комнатам. После Ущелья Теней мне не очень-то хотелось оставаться в одиночестве, но когда за мной закрылась дверь, я мигом передумала: широкая кровать, застеленная грубым с виду, но чистым бельем, ведро с горячей водой, два железных таза, фарфоровый кувшин - меня ждало настоящее богатство. За окном готовилась зацвести сирень, посреди реки качался в лодке одинокий рыбак. Было хорошо и тихо.
  Я задернула занавески и принялась мыться. Полотенце оказалось большим и ворсистым, шершавые простыни быстро согрелись, и вскоре я уже крепко спала.
  Стук в дверь повторился. Я подняла голову в полутьме, не сразу сообразив, где нахожусь. Наконец вспомнила и потянулась за рубашкой.
  - Войдите, - проговорила я, застегивая пуговицы.
  Темная фигура бесшумно скользнула к кровати. Я нашарила посох, повернулась и наконец разглядела лицо ночного гостя.
  - Фор, - с облегчением выдохнула я. - Зачем меня пугать?
  - У меня есть новости, - тихо сказал он. - Можно мне сесть?
  - Конечно. - Я подвинулась. - Что у тебя?
  - Я был в лагере варваров. - Фор сел на кровать. - И узнал много нового.
  - Вел переговоры?
  - Нет. - Фор качнул головой. - Шпионил, если напрямик. Нелл, их шаман погиб прошлой ночью. Варвары подозревают жрецов и собираются мстить.
  - И что это значит для нас?
  - Если мы сунемся к ним в лагерь, это будет форменным самоубийством. А другим путем в крепость Разбитой Руки не попасть.
  - И что же нам делать?
  Фор вздохнул.
  - Дождемся утра, а там посмотрим. Нелл, прости, что я все это на тебя вывалил. Мне нужно было с кем-то поделиться.
  Он серьезно и устало смотрел на меня. На потолке колыхались тени от веток. С улицы не доносилось ни звука: в тишине слышалось лишь наше дыхание.
  Простыни вдруг показались мне слишком тонкими. Я смущенно отодвинулась. Откинула спутанные пряди со лба: на голове, должно быть, сейчас воронье гнездо.
  - Тебе наверное, сейчас нелегко, - негромко сказал Фор. - Без памяти, без силы...
  - Да и тебе тоже.
  - У меня хотя бы есть воспоминания. Когда сила была со мной, я чувствовал весь мир. Сейчас я об этом просто помню. А ты?
  - Я просто хочу остановиться и передохнуть. - Я опустила взгляд. - Мы идем, мчимся, бежим... а ответов все нет. Только тени и тьма.
  - Я понимаю. - Фор придвинулся ко мне, обнял за плечи. - И хотел бы тебя защитить. Но есть дороги, которые не обойти.
  Я устало кивнула, прислушиваясь к стуку его сердца. До меня мало-помалу начали доходить слова Фора о лагере варваров.
  Завтра нас могут убить.
  - Варвары в ярости, - сказала я.
  - Кто-то обозлил их. Кто-то хочет междоусобной войны на севере, а главе круга это ни к чему. - Фор коснулся пальцами висков. - Но об этом таинственном неприятеле я еще подумаю. Сейчас мне важно, что думаешь ты.
  - Я?
  - Мы идем в крепость Разбитой Руки. - Фор посмотрел мне в глаза. - Это куда опаснее Ущелья Теней.
  - Но у нас нет другого выхода, верно?
  Он вздохнул.
  - Выход все-таки есть. Мы можем бежать. Сесть на корабль, ускользнуть от жрецов, добраться до юга. Затеряться в Эвере, в пустыне... выход есть. Найдется, если очень захотеть. Потому что крепость запросто может оказаться дорогой в один конец.
  - И ты не хочешь так рисковать?
  Фор молчал. С улицы доносилось негромкое ржание и шелест травы. В соседней комнате скрипнула оконная рама.
  - Я не знаю, что делать, - наконец сказал Фор. - Может быть...
  Он не договорил. Из-за стенки послышался звук, словно кто-то упал с кровати. В следующую секунду раздался истошный визг. Я узнала голос Тэри и похолодела.
  Фор уже выскакивал за дверь. Я влезла в штаны, торопливо затянула пояс и помчалась следом - босиком, не взяв ни ножа, не посоха.
  Дверь была распахнута настежь. Тэри сидела на кровати среди скомканных простыней, и ее била крупная дрожь. На полу в луже крови лежал человек. Капюшон был откинут, и я разглядела незнакомое мужское лицо.
  - Что здесь произошло? - раздался резкий голос Холвира. - Нелла, Фор?
  Под окном раздался стук копыт. Я взглянула вниз.
  У молодой рябины стояла оседланная лошадь. Еще одна галопом неслась вдоль берега реки, и всадник, похоже, не собирался ее осаживать.
  - Их было двое, - сказал Фор. - Тэри, ты его знаешь?
  Тэри мотнула головой.
  - Он... он хотел меня убить.
  - Одно не исключает другого. - Фор повернулся к Холвиру. - Нужно найти Северна. Иначе и его застанут врасплох.
  Холвир коротко кивнул и вышел.
  - Значит, пока мы сосредоточились на Нелле, кто-то решил, что Тэри - куда более подходящая кандидатура на роль воплощения богини, - задумчиво сказал Фор. - Или нет? Он успел что-нибудь сказать?
  - Нет. - Тэри дернулась, и я заметила, что ее ночная рубашка в крови, а рукав распорот от запястья до локтя. - Я просто его зарезала. И я не ранена, если вам интересно.
  В коридоре послышались голоса.
  - Молодой человек, я уже не в том возрасте, чтобы с вами спорить, - проговорил высокий старческий голос. - Хотите расследовать это дело - будь по-вашему. Только проводите меня наверх.
  - Как вам будет угодно, - ответил голос Холвира. - Прошу вас, сюда.
  Тэри торопливо закуталась в куртку. Фор, наклонившийся было над трупом, плавно и быстро выпрямился.
  - Поздний час, господа. Я жрец Крегора.
  На пороге стоял старичок в мантии домашнего вида и в тряпочных тапках. Заметив мой взгляд, он поклонился.
  - Мое имя Чосс, - продолжал он. - Многие зовут меня отец Чосс, но лишь от переизбытка вежливости. В городе все больше новых лиц, а я не молодею.
  - Поздний час. - Фор поклонился в ответ. - Меня зовут Форэтт, это Нелла из Черешета, а перед вами - Тэри из Эвера.
  - Тэренс, - буркнула та. - Тэренс Гилетир, если уж совсем официально.
  - Рад видеть, что род Гилетир не оскудел. - Отец Чосс сел на деревянный стул. - Ваш спутник настаивал, что вы будете расследовать это убийство.
  Фраза прозвучала, как вопрос.
  - Это не убийство. - Фор покачал головой. - Тэри защищала себя. Настоящий убийца лежит на полу с кинжалом в груди, и, право, помощь нам бы не помешала. Его лицо нам незнакомо, а в карманах нет ни денег, ни колец, ни писем.
  - Не жрец и не простой грабитель, - сказал отец Чосс. - Любопытно.
  - Что любопытного в убийстве, - проворчала Тэри. - Мерзко это все... Нелла, я пойду к тебе в комнату, хорошо?
  - Я вас провожу. - Фор достал меч. - Мало ли что. Отец Чосс, мы встретимся с вами позже, хорошо?
  - Конечно-конечно, - закивал тот. - Зовите меня, если понадоблюсь.
  По коридору мы шли молча. Зевая, я толкнула дверь в свою комнату. Пропустила Тэри вперед и замерла на половине зевка: внутри сидели Холвир и Северн. И если Холвир выглядел спокойным, то бард постанывал, сидя на корточках, от него здорово несло спиртным, а вокруг лежали осколки разбитого кувшина.
  - Тэри! - Северн сорвался с места и в два прыжка оказался возле девушки. - Тэри, что там было? Ты не ранена? Тебе холодно? Да уйдите вы все уже, наконец!
  - Северн, тише, - не без мягкости произнес Холвир. - Послушайте меня. Ворота на мосту закрыты. Второй убийца поскакал вдоль берега реки. Ему придется сделать изрядный крюк, чтобы вернуться на тракт. Поскольку в земли варваров он явно не собирается, у нас есть шанс.
  - Переправиться на лодке через реку и устроить засаду? - выпалила Тэри.
  - Именно. У нас полчаса.
  - Вы могли бы справиться и без нас, - заметила я. - Почему вы решили нас дождаться?
  - Всадника нам не догнать, - медленно, тщательно подбирая слова, ответил Холвир. - Но если он увидит вас...
  - Мы приманка?
  - И наши союзницы, - кивнул Холвир. - Готовы?
  Тэри высвободилась из объятий Северна и кивнула. Я посмотрела на Фора.
  - Убийца что-то знал, - сказал он. - Решайся, Нелл.
  Снаружи дул ветер. Холвир подвел нас к лодке, и я пожалела, что оделась легко: когда мы вышли из-под укрытия деревьев, за несколько минут я промерзла до костей.
  В лодке мы быстро и молча расселись. Холвир и Северн взяли весла, а Фор достал веревку и принялся мастерить петлю. Я поежилась, когда первые брызги упали на рукав: от холодной речной воды не спасала даже куртка.
  - Северн, не брызгайся, - сонно попросила Тэри. - Дай хоть на десять минут прикорнуть.
  Северн коротко кивнул. Его руки больше не дрожали, запах вина выветрился, но я едва узнавала его: на щеках горели пятна, лицо закаменело.
  - Все будет хорошо, Тэри, - негромко сказал он. - Не бойся.
  - Кто боится? - буркнула Тэри. - Может, в гостинице я с перепугу и ткнула мечом не туда. А сейчас-то что?
  - Мы его найдем, - одними губами сказал Северн. - Он заплатит.
  Огоньки на берегу отплывали все дальше. Дорожки света, что тянулись по воде, последний раз мазнули край лодки, и мы оказались в темноте.
  - Если бы мы не разбрелись по комнатам... если бы я остался у себя! - отчаянно выпалил Северн. - Кажется, я буду жалеть еще лет сто. Или двести.
  - Это не твоя вина, - тихо возразила Тэри. - И со мной все в порядке.
  Северн покачал головой.
  - Моя. И только моя. Я должен был тебя защитить. Я не должен был...
  Он оборвал себя. Холвир поднял брови.
  - Ты хочешь нам что-то сказать?
  Северн махнул рукой.
  - Забудь. Греби к тем камышам, там песчаный берег.
  Мы успели вовремя. Едва мы вытащили лодку на берег и поднялись наверх, к чахлым березкам, как вдалеке послышался топот копыт.
  Холвир с Фором переглянулись.
  - Он видел лодку, - проговорила Тэри. - И скачет сюда.
  - Думает, что сможет перебить нас всех, - сквозь зубы сказал Северн. - Не дождется.
  - Не дождется, - спокойно подтвердил Фор.
  Холвир достал из ножен меч. Северн и Тэри извлекли ножи из-под плащей.
  - Вперед!
  Я не слышала, кто это произнес: я уже бежала к тропинке, по которой несся всадник. Фор вскинул руку: свистнула веревочная петля. Раздалось испуганное ржание, и конь подался назад: правая задняя нога попала в ловушку. Капюшон слетел с головы всадника, и тот немедленно вскинул руки, закрывая лицо.
  - Слезай с коня! - закричал Северн. - Живо!
  Всадник не произнес ни звука.
  - На землю! Лицом вниз, руки в стороны!
  Рядом со мной судорожно вздохнула Тэри. Вокруг темными рядами стояли березы, от реки не доносилось ни звука, и мне вдруг стало страшно.
  Всадник опустил правую руку и выхватил арбалет из-за седла. Фор немедленно дернул за веревку: конь, жалобно всхрапнув, рухнул на бок. В руке Северна сверкнул метательный нож. Но еще раньше тяжелый болт сорвался с тетивы и вонзился Холвиру в грудь, опрокидывая его на спину.
  Я бросилась к Холвиру. Глаза молодого паладина были широко открыты.
  - Не дайте... - прошептал он. - Это...
  Голова бессильно склонилась вправо. Холвир потерял сознание.
  - Нам нужен целитель! - крикнула Тэри. - Нелла!
  - Сейчас. - Я перевела дыхание. - Что с убийцей?
  Резкий злой голос Фора ударил по нервам.
  - Нелл, Тэри, сюда, быстро!
  Коня привязали к ближайшей березе, и тоненькое дерево угрожающе поскрипывало. Убийца лежал на земле безоружный, раскинув руки. В животе у него торчал нож.
  - Безнадежно? - быстро спросила Тэри.
  Фор кивнул.
  - Он умрет минуты через три. Собственно, я не понимаю, почему он еще жив.
  Убийца разлепил веки.
  - Бард, - хрипло позвал он. - Дай мне воды.
  Северн поморщился, но с хмурым видом полез за флягой.
  - Кто вы? - спросил Фор. - Зачем вам понадобилось убивать эту девушку?
  - Ответа не будет. - Пленник обнажил белые зубы. - Только два слова тебе, бард.
  Северн выронил флягу на землю. Пропал весь его задор: суровое каменное лицо враз превратилось в физиономию испуганного мальчишки.
  - Да, я тебя знаю. - Пленник говорил медленно, с одышкой. На его лице выступил пот. - Твоя мать... братья... - Он скривился от боли, но продолжил: - Живыми ты их больше не увидишь.
  Фор шагнул вперед. Тэри крикнула что-то нечленораздельное.
  Северн быстрым движением подобрал флягу и выплеснул воду пленнику в лицо.
  - И что это изменит? - хрипло сказал пленник. - Они узнают о твоем предательстве, Северн. Мы всегда узнаем...
  Он слизнул капли с верхней губы.
  - Если вы продержитесь двадцать минут, мы вернем вас в поселок, к жрецам, - сказал Фор. - Вы будете жить. Только скажите, кто вы.
  Убийца открыл рот, собираясь что-то сказать, и вдруг потянулся к кинжалу в своей груди. Фор бросился к нему, но не успел перехватить руку: пленник молниеносным движением швырнул нож в сторону Тэри.
  От крика мне заложило уши.
  Я обернулась. Северн успел закрыть девушку своим телом: Тэри была перепугана, но невредима. Лезвие торчало у барда из сгиба локтя. Он кричал, не переставая, но не от безнадежности и не от отчаяния. От обычной человеческой боли.
  Фор наклонился над пленником.
  - Мертв, - холодным голосом сказал он. - Нелл, мы не успеем перевезти Холвира через реку.
  Я это знала. Но сердце сжалось все равно.
  - Пожалуйста... - прошептала Тэри, поднимаясь на ноги. Северн уже не кричал, лишь слабо постанывал, баюкая руку. - Если Холвир умрет, я с ума сойду.
  Фор повернулся к ней.
  - Что мы можем сделать?
  - Вылечите Холвира. Или вызовите того жреца из гостиницы. Вы же это можете!
  - У меня нет силы. - Я покачала головой. - Нужно переправляться обратно, Тэри.
  Тэри перевела взгляд на моего спутника.
  - Фор? Ради богини...
  Фор глубоко вдохнул и поднял руки к небу. Секунда, и его ладони осветились, словно между ними засияла звезда. Свет упал на землю, на наши лица, на мертвого пленника и на бока его коня, на траву, на изгиб тропинки... Ладони Фора качались, как звездный маятник.
  И погасли.
  Фор пошатнулся и упал на одно колено.
  - Я не могу. Тэри, прости.
  - Сможешь! - Тэри размазывала по лицу слезы. - Мы не успеем перевезти его в лодке, Фор! Не успеем!
  Фор долго-долго смотрел на нее.
  - Хорошо, - наконец сказал он. - Нелл, иди сюда.
  Я шагнула к нему, и Фор немедленно меня обнял. Порывисто и очень крепко.
  - Жрец из гостиницы сейчас прибудет. Доверься ему, хорошо?
  - Но ты...
  Фор покачал головой и отступил.
  - Холвир должен жить. Он лучший защитник, чем я.
  В этот раз он не стал поднимать руки. Просто закрыл глаза, и свет обхватил его. Тэри ахнула. Белый луч уходил в небо, как колонна исполинского храма.
  - Как он это делает? - выдавила я. - У него же нет силы!
  - Ему неоткуда ее взять, - простонал Северн. Бард сидел на земле, прижимая куртку к раненой руке. - Только у себя самого.
  - Что?!
  - Он ведь жрец, - вздохнул Северн. - Должен знать, как это делается.
  - То есть он тратит свои жизненные силы? Он же погибнет!
  Сияние погасло. Фор рухнул на землю без чувств.
 

Глава 8. Живой огонь


 
  Я не заметила, когда отец Чосс появился на берегу. Просто затрепетали камыши, а в следующую секунду сгорбленная фигура склонились над Холвиром, и по берегу разлился ровный белый свет.
  - Вы... мгновенно переместились сюда? - потрясенно спросила я.
  - Немного подстегнул лодку, - рассеянно отозвался жрец.
  - Холвир выживет? - тихо спросила Тэри.
  - Да, конечно... Тэренс, прошу вас, не отвлекайте.
  Отец Чосс подошел к мертвому пленнику. По пути словно бы мимоходом коснулся Северна, и бард охнул, с недоверием ощупывая поврежденную руку.
  - Не из наших, - произнес отец Чосс, нагнувшись над пленником. - А сила была. Плохо дело.
  - Он знал Северна. - Тэри подошла и встала рядом. - И угрожал ему. Холвир пытался что-то нам сказать, но не успел.
  - Обыщите его, - кивнул жрец. - У вас мало времени: если он потерял память, тело вот-вот исчезнет. Тот, первый, уже исчез. А я пока посмотрю... Ох!
  Он наклонился над Фором.
  - Плохо? - помертвевшими губами спросила я.
  - Не то слово.
  - Что с ним?
  - Упадок сил. Его бы в Иствен, на свечу... - Отец Чосс покачал головой. - Не дотянет. Если до следующего вечера доживет, уже чудо.
  Холвир застонал. Тэри бросилась к нему через всю поляну. Северн с непонятным выражением лица следил за ней.
  - Холвир, что? Что там было? Кто наш пленник?
  - Тише, Тэри, - проговорил Холвир. - Что с всадником?
  - Он мертв. Ты его узнал?
  - Да. - Холвир закрыл глаза.
  Я переводила взгляд с него на Фора. Они выглядели одинаково. Только один вернулся с порога смерти, а второй вот-вот готов был стать тенью.
  - Холвир, - позвала Тэри. - Это важно. Кто он?
  Березы качались в роще, шумел разбуженный жрецом ветер. По небу летели облака, застилая туманом звезды. На лицо Холвира упали первые капли дождя. Я моргнула - и поняла, что дождя не было.
  - Паладин, - ответил Холвир, не открывая глаз. - Один из нас, Тэри.
  Лошадь убитого нами пленника заржала, подняв морду к небу.
  - Богиня... - прошептала Тэри.
  Я повернулась к отцу Чоссу.
  - Вы можете что-нибудь сделать для Фора? Хоть что-нибудь?
  - Боюсь, что... - Он посмотрел на меня и осекся. - Хотя у варваров есть живой огонь. Вы ведь за этим сюда приехали?
  - Да. Мы хотим попасть в крепость Разбитой Руки.
  - Что ж, если утром вас пустят к живому огню, в крепости есть алтарная комната. Там ваш друг выживет. А пока переночуйте у нас в храме. Паладины, что охотятся даже на своих - не шутка.
  Всю дорогу в лодке я не отпускала руку Фора, бледную и безжизненную. Северн сидел на мокрой лавке, нахохлившись, и изредка бросал взгляды на Тэри, а та не отходила от Холвира. В лодку падали дождевые капли, и за тучами совсем не было видно звезд.
  Дорога, ведущая к храму, уже начала раскисать от дождя, но внутри было сухо и тепло. Ровно горели светильники. Жилую залу отделяла от храма тонкая занавесь из каменных бус. Прозрачные камни переливались в свете свечей, бросали искры на пушистый ковер, скамьи, табурет и кресло-качалку с вытертыми подушками.
  - Располагайтесь, - сказал отец Чосс. - Вашего друга я перенес во внутренние комнаты храма: там вода, свет и живые листья. Ему нужно побыть одному, чтобы не отдать последнюю силу.
  - Если он не доживет до утра, я сама его пристукну, - буркнула Тэри. Она опустилась на пол рядом с креслом-качалкой, в которое сел Холвир. Северн примостился на табурете неподалеку. Я села на скамью.
  - Значит, на вас напали паладины с юга, - нарушил молчание отец Чосс. - То-то я не мог понять, кому понадобилось убивать шамана: жрецам с варварами ссориться совсем не с руки. Но если так, то все понятно.
  - Что понятно? - подал голос Северн. - Чего паладины добиваются?
  - Ослабить жрецов, поссорить их с варварами... - фыркнула Тэри. - Выбирай на свой вкус.
  - Паладины готовят вторжение на север, - тихо сказал Холвир. - Я должен был догадаться.
  - Ты не знал?
  - Нет. Я всего лишь выполнял свое задание.
  - Угу. Искал богиню. А может, заодно и разведывал маленько?
  Он не ответил.
  - Но ты с нами? - спросила я. - Или с ними? Ведь ты тоже паладин.
  Холвир молчал. Каменная занавесь с легким звоном покачивалась за его спиной. Ожерелья из прозрачного камня терлись друг о друга, переплетались, и по потолку бежала сеть из оранжевых искр.
  - Я с вами, - наконец сказал Холвир. - Фор... Форэтт спас мне жизнь.
  - А если бы не спас? - вскинула бровь Тэри. - Ты бы нас бросил?
  - Я дал обеты, Тэри, - просто ответил Холвир. - Я бы отправился на юг и потребовал бы объяснений у главы нашего ордена, но я не предал бы своих, даже узнав, что среди нас есть убийцы. Но сейчас Фор в опасности. Я отправляюсь с вами.
  - Кстати, убийца знал Северна, - вдруг сказала Тэри. - Северн, ты его помнишь?
  - Нет, - немедленно ответил Северн. - Летом у нас часто останавливались путники. Может, и он тоже.
  - Твою маму и братьев, во всяком случае, он запомнил, - сквозь зубы произнесла девушка. - Хорошо, что он потерял память.
  Северн побледнел и ничего не ответил.
  За стеной послышался шелест босых ног, и в дверном проеме показалась светловолосая девушка. В руке у нее поскрипывала большая плетеная корзина. Девушка выставила на стол кринку с молоком, огромную миску с пирогами, домашнюю колбасу и большой горшок печеного картофеля. После этого она молча поклонилась нам и вышла. Мы расселись вокруг низкого стола, и некоторое время вокруг слышалось лишь увлеченное чавканье.
  - Отец Чосс, вы завтра пойдете с ними? - осторожно спросила Тэри, когда мы насытились. - В лагерь варваров?
  - Варвары должны узнать, кто убил их шамана, - ответил отец Чосс. - И лучше бы им это услышать от того, кому они доверяют. К тому же он был моим другом.
  - Их шаман?
  - Да. - Он вздохнул. - Мы часто спорили, но я его понимал. Варвары верят в судьбу, а в моем возрасте трудно верить во что-то другое.
  Тэри коснулась руки старого жреца.
  - Мы обязательно найдем того, кто приказал убить вашего друга, - твердо сказала она. - Обещаю.
  - Спасибо, но сейчас вам лучше отдохнуть. - Отец Чосс посмотрел на Холвира. - Особенно вам. В спальне для гостей есть подушки и одеяла.
  Холвир поднялся, опираясь на мой посох. Мы последовали за ним наверх по скрипучим деревянным ступеням. Пять застеленных кроватей располагались в ряд: я долго смотрела на ту, что осталась пустой, пока по крыше барабанил дождь.
  Я спала без сновидений.
  Отец Чосс разбудил нас на рассвете.
  - Собирайтесь, - только и сказал он. - Завтрак внизу.
  В жилой зале окна были открыты, и по ногам гулял холодный воздух. Комнату пронизывали косые лучи солнца, с белых утренних берез доносился птичий щебет. На столике уже стояли миски с творогом и медом. Мы быстро поели, не глядя друг на друга. Холвир и отец Чосс исчезли сразу после завтрака, и когда я услышала стук молотков, я поняла, куда: они сооружали носилки.
  - Богиня, неужели Фор сегодня умрет? - проговорила Тэри.
  - Я ему умру, - мрачно сказал Северн. - Вы бы лучше задумались, куда мы идем.
  - Ты про лагерь варваров или про крепость Разбитой Руки?
  - Про нее, - кивнул Северн. - Никогда не задумывалась, почему оттуда никто не возвращался?
  - Мы вернемся. - Холвир появился в дверях, сосредоточенный и хмурый. - Пора.
  На улице не оказалось ни души: только мы, отец Чосс и Холвир у носилок. Сверху расстилалось чистое небо, желтела мать-и-мачеха под бревенчатыми стенами, ветер колыхал крошечные листья берез. Утро щемило сердце, как последний час приговоренного к казни.
  Фор лежал на носилках под двумя одеялами. Я коснулась его лба, прислушалась к дыханию: ничего. Отец Чосс произнес что-то предостерегающее, но я не обратила на внимания, и когда Холвир подхватил носилки, я оказалась у противоположного конца. Мне не было тяжело.
  Мы вышли из города цепочкой. Отец Чосс шел впереди, Тэри и Северн плелись в хвосте. Первые десять минут мы шли молча, но затем я услышала за спиной тихий разговор.
  - ...Я слышала, как ты рассказывал Нелле о том представлении с перьями и смолой. Из-за него ты отправился на север?
  - А тебе интересно? - странным тоном спросил Северн.
  - Само собой. - Тэри улыбнулась. - Ведь мы друзья.
  - Что есть, то есть, - вздохнул Северн. - Ладно, что там увиливать. Сплетни разлетаются быстро, Тэри. Уже день спустя все постояльцы гостиницы, где я выступал, знали мою историю. Еще через пять дней мне пришлось уехать в другой город.
  - И?
  - Через полчаса меня узнали и с улюлюканьем погнали из таверны. - В голосе Северна послышалась горечь. - Я уехал обратно и отправился прямиком на пристань.
  - Но почему? Еще пара дней, и они бы об этом забыли!
  - Я бард, Тэри, - терпеливо ответил Северн. - Это моя жизнь. Я могу попробовать перекинуться в придворного дурачка, но кому понравятся мои шутки?
  Дорога кончилась, и мы шли по мерзлой траве. Вокруг стелился рыже-бурый вереск, солнце заволокло тучей, и весь мир казался бурым, только поблескивала ледяная корочка на лужах. Возвращалась зима.
  - Я рад, что мы здесь, вместе, - нарушил молчание Северн. - И надеюсь начать все с начала. Честно говоря, я этим занимался всю жизнь: начинал заново. Когда сбегал с фермы, чтобы послушать байки в таверне, когда пел на деревенском празднике, когда ушел из дома летней ночью...
  - И когда сбежал на север, - подхватила Тэри. - И не жалеешь?
  - Ничуть. - Северн улыбнулся. - Мы друзья, а разговор с другом льется, как вода. Или пиво, если поблизости есть таверна. Дома мне не с кем было поделиться: каждая беседа напоминала деревянный кирпич, который нужно было разрубить на щепки. Сейчас гораздо лучше. Только вот...
  - Что?
  - Ничего. - Послышался глубокий вздох. - Ничего особенного.
  Впереди между скалами мелькнул дымок. Дорога круто поднялась на холм, каменистые насыпи расступились, и нашим глазам открылся лагерь. Шатры из шкур поднимались к небу на крепких жердях. Между ними горели костры, в тени на досках сушились козьи шкуры: сами же козы топтались в загоне под козырьком нависшей над лагерем скалы. Недалеко от загона худая женщина взбивала масло.
  - Говорить буду я, - предупредил отец Чосс. - Даже не думайте хвататься за оружие.
  - А если на нас нападут? - спросил Холвир.
  - Варвары не убивают гостей. Поначалу, по крайней мере.
  Со стороны лагеря послышался окрик. Я вздрогнула.
  - Нас заметили, - сказал отец Чосс. - Пора.
  Мы спускались в безмолвии. По обе стороны тропинки то и дело появлялись вооруженные мужчины, и последние шаги мы прошли в живом коридоре. Нас с Холвиром оттеснили от носилок: высокий человек с русой бородой властно произнес несколько слов, и двое рослых мужчин взялись за обтесанные ручки вместо нас.
  - Я Беар из Соколиного Гнезда, - представился бородач. - Идите за мной.
  Не дав нам ответить, он повернулся и пошел вперед по боковой тропинке. Варвары с носилками двинулись за ним.
  Шатер, в который мы зашли, был куда просторнее, чем жилище отца Чосса. Купол уходил в небо, и через неширокую дыру вниз падали солнечные лучи. Пол устилали ковры и шкуры, жаровни светились бездымным огнем, но зима чувствовалась даже здесь: никто из стоящих в шатре не снимал меховых накидок.
  - Вы пришли, - раздался зычный голос. - Что скажете?
  Мы обернулись. Вполоборота ко входу на деревянном табурете сидел человек. Вокруг него стояли еще семь или восемь воинов, но только двое были выше сидящего: я поняла, что смотрю на настоящего гиганта.
  - Мы просим прохода через живой огонь, - произнес Холвир. - Нас ждет крепость Разбитой Руки.
  - В крепости давно не осталось живых, - сказал гигант. - А вы даже не назвали своих имен.
  Отец Чосс открыл было рот, но вождь перебил его:
  - Тебя я знаю, Чосс из Крегора. А ты знаешь, что мальчик, который сейчас лежит за твоей спиной, вчера был здесь? И шпионил за нами?
  - Он не хотел зла, - твердо сказал Холвир. - Мы ответим за его деяния.
  Вождь поднял голову. У него оказались странные глаза: ярко-зеленые, как у тигра или леопарда. И сам он напоминал большую кошку, готовую к прыжку.
  - Говорите, - приказал он.
  Отец Чосс начал рассказывать. Потом вступил Холвир. Лицо вождя оставалось бесстрастным.
  - Значит, ты исцелил его за несколько ударов сердца? - наконец спросил вождь, указывая на Холвира. - И его ранили те же, кто повесил Аэгнора, нашего шамана?
  - Это так, - кивнул отец Чосс.
  - Ты говоришь правду. - Вождь посмотрел ему в глаза. - Что ж, ты достойный человек и был Аэгнору другом. Если я открою тебе его сундук с травами, ты сможешь разжечь высокий костер?
  - Я знаю секреты живого огня. - Отец Чосс поклонился. - И сделаю это.
  По шатру прокатился шепоток. Вразнобой заговорили мужчины. Беар быстрым шагом направился к вождю.
  - Тихо. - Голос вождя был похож на рык. - Я пропущу их в крепость. Мужчин. Они могут забрать умирающего, если захотят. Женщины останутся здесь.
  У Тэри вырвался негодующий вскрик.
  - Если твои мужчины отправляют тебя на верную смерть, девочка, кто-то должен вступиться, - вдруг произнес Беар. - Дети твоих детей поблагодарят нас.
  - Это еще не все. - Вождь встал. - Моим воинам нужен новый шаман. Аэгнор не оставил преемника.
  - И вы предлагаете мне остаться? - спокойно спросил отец Чосс.
  - Это плата. Ты отдашь свою жизнь за его?
  Отец Чосс посмотрел на Фора. Тот по-прежнему лежал неподвижно с закрытыми глазами. Я закусила губу.
  - Нам нужен шаман, - глубоким голосом сказал вождь. - Выбирай.
  В шатре сделалось тихо-тихо. Казалось, можно было расслышать даже шелест солнечных лучей. Пламя в жаровнях светило, но не грело: я ощутила, как замерзли руки. Снаружи раздавались голоса: перекликались женщины, хныкал ребенок.
  - Хорошо, - вдруг раздался старческий голос. Отец Чосс шагнул вперед. - Я останусь.
  - Уверен?
  Старый жрец посмотрел вождю в глаза.
  - Этот юноша умрет, если я не разожгу огонь. А он был жрецом и моим братом.
  - А как же Крегор? - Холвир повернулся к нему. - Ваш город?
  - Круг пришлет кого-то еще, - пожал плечами отец Чосс. - Но этому племени нужен целитель. Кто, кроме меня?
  Вождь долго молчал.
  - Так тому и быть, - наконец сказал он. - Приступай, шаман. Разжигай костер.
  - Стойте, - услышала я свой голос. - Шамана вы получили. Какое дело вам до нас?
  - Твой будущий муж тебе ответит, какое, - спокойно ответил вождь. - И ей тоже. - Он кивнул на Тэри.
  Девушка побледнела. Северн коснулся ее плеча, но она немедленно вырвала руку.
  - Я иду с Неллой. - Лицо Тэри, казалось, было вырезано изо льда. - Никто до меня не дотронется, пока я не решу, что тот, кого я вижу перед собой, мой мужчина - один и на всю жизнь. Вы встанете у меня на пути?
  Вождь подошел к девушке. Тэри не отвела взгляда.
  - А что, если кто-нибудь попробует выбить из тебя эту дурь? - спросил вождь. - И лучший из моих воинов возьмет тебя в жены?
  - Буду готовить ему обед, - ровно ответила девушка. - Чистить рыбу острым ножом. А потом подойду к нему и тем же ножом отрежу что-нибудь, чего не жалко.
  В шатре наступила мертвая тишина.
  Я посмотрела на отца Чосса. Жрец покачал головой и закрыл глаза.
  Наконец вождь вытянул руку и взял Тэри за подбородок.
  - Ты не женщина. Ты воин.
  Тэри еле слышно выдохнула. По шатру прошел ветерок: казалось, выдохнули и все остальные. Разом стало светлее.
  Вождь повернулся ко мне.
  - Тебя я не отпускаю, - сказал он. - Ты останешься.
  Я пожала плечами с напускным равнодушием.
  - Как хотите. Мне все равно.
  - То есть как? - Вождь скрестил руки на груди. - Ты не хотела идти с ними? Они уводили тебя силой?
  В дальнем конце шатра воины потянулись к оружию. Я хотела шагнуть вперед, закрывая Фора, но понимала, что этого нельзя было делать ни в коем случае.
  - Да нет. Просто за мной гонятся жрецы круга, а ваше племя сможет меня от них защитить, верно?
  Вождь перевел задумчивый взгляд с отца Чосса на меня. Я постаралась сохранить невинный вид.
  - Значит, за ними погоня, - сказал он. - И они нашли убийц Аэгнора и расправились с ними.
  - Да, вождь.
  - Хорошо, - кивнул вождь. - Готовьте костер. Я отпускаю вас.
  Снаружи полуголые мужчины уже таскали хворост. Отец Чосс отдавал распоряжения. Холвир направился к нему.
  - Что еще я могу сделать? - услышала я его тихий голос.
  Отец Чосс посмотрел на него.
  - Остановите своих братьев на юге, - серьезно сказал он. - Если паладины и впрямь готовят вторжение на север, нам всем несдобровать.
  Холвир молча кивнул.
  Отец Чосс вскинул руки, и над травой поднялось яркое пламя. Вождь вышел из шатра и остановился поодаль. Воины во главе с Беаром опустили рядом с нами носилки с Фором и разбрелись вокруг, не переступая, однако, невидимой границы. В круге стояли лишь мы.
  - Пора прощаться, - сказал отец Чосс.
  - Мы должны пройти сквозь пламя? - уточнила Тэри.
  - Не задерживаясь и не отводя взгляда от огня. У вас минуты.
  Холвир сглотнул. По его лицу катился пот.
  - Снова огонь, - прошептал он. - Опять...
  Пламя разгоралось. Я боролась с желанием сделать шаг назад: жар становился невыносимым.
  - Погодите. - Северн отступил на шаг. - Я не уверен, что я должен идти с вами.
  - Почему? - в упор спросила Тэри.
  - Потому что... - Северн вздохнул. - Я подвергаю вас опасности, вот почему. Паладины с юга... они вернутся. За тобой, за мной, за всеми нами!
  - Мы разберемся с этим в крепости, - неожиданно жестко сказал Холвир, подхватывая Северна за шиворот. - Как я посмотрю, отпускать тебя куда дороже, чем брать с собой.
  Тэри переводила взгляд с Холвира на Северна.
  - В крепости, - повторил Холвир, глядя ей в глаза. - Поверь, так будет лучше.
  - Тогда веди, - выдохнула она. - Я тебе верю.
  Я обернулась. Поймала ободряющий взгляд отца Чосса. Вдохнула запах шерсти, ароматного масла, пота и кислого молока, зажмурилась от яркого снега на каменистых кручах. Повернулась к костру.
  И шагнула вперед.
 

Глава 9. Крепость Разбитой Руки


 
  - Ворота закрыты. Похоже, их не отпирали много дней.
  Мы стояли на площади. Перед нами возвышались наглухо закрытые ворота. Сзади в сотне шагов высился замок: из скалы поднимались башни, натянутыми струнами висели мосты. Со стены печально пела малиновка. И ни души вокруг.
  - Хочешь сказать, что мы заперты в крепости? - спросил Холвир. - Нам не открыть ворота изнутри?
  Тэри покачала головой.
  - Невозможно.
  - Значит, у нас одна дорога - в замок, - бросил Северн. - Мы же этого и хотели.
  - Подождите! - Я вскинула руки. - Прежде чем тащить туда Фора, может быть, кто-нибудь объяснит мне, что это за крепость такая?
  Мои спутники переглянулись.
  - Крепость основал Гилетир, избранник богини, - начал Северн. - Ею владели первые паладины, но после его смерти как-то само собой оказалось, что она перешла к жрецам. Те были сильнее... в общем, понятно.
  - Гилетир сам строил замок, - добавил Холвир. - Однажды камень упал с верхних этажей и раздробил ему руку. Увидев это, другие строители разрезали себе ладони, чтобы основать настоящее братство по духу и по крови. Отсюда и название.
  Я кашлянула.
  - Хорошо, Гилетир основал крепость. Но что случилось потом?
  Холвир вздохнул.
  - Тени умерших уходили в пустыню. Жрецы проводили с ними сложные ритуалы: по сути, подкармливали их силой, чтобы те не шли на людские поселения. На севере круг жрецов делает то же в Ущелье Теней.
  - Так вот что в тот день происходило в ущелье... - протянула Тэри.
  - Несколько лет назад тени прорвались, - будничным тоном продолжал Холвир. - Все жрецы погибли. Никто из тех, кто отважился проникнуть в крепость, не вернулся. Фор - единственный, кто уцелел.
  - Он всего лишь удрал вовремя, - дернула плечом Тэри. - Остался бы, не выжил.
  - Иногда это самое главное, - отозвался Холвир.
  Главный вход замка походил на двери собора: высокая арка, стертые ступени, еле уловимый запах благовоний. Наши шаги гулко отдавались под сводами.
  В огромном зале тоже было пусто. Я обвела взглядом разрушенные перекрытия, осыпавшиеся лестницы, горы хлама, груды камней и деревянных брусьев.
  - Здесь воевали, - произнес Северн. - До последнего.
  - Если воевали, где трупы? - возразила Тэри. - И где победители?
  Холвир обернулся к носилкам, лежащим на полу, и с озабоченным видом шагнул к Фору. Коснулся матового лба.
  - Пара часов, не больше... Где-то здесь должен быть алтарный зал... дворец паладинов в Эвере выстроен по образу и подобию этого...
  Он медленно, томительно медленно оглядел комнату.
  - Налево, - наконец сказал он. - Северн, бери другой конец носилок, и идем.
  Мы двинулись в путь. Становилось светлее: из глубоких окон, прорубленных в скале, на колонны и лестницы лились потоки солнечных лучей. Откуда-то бежала вода: я сначала почувствовала влагу в сапоге, а потом увидела ручеек, вытекающий из ослепительно белого бассейна.
  - Сюда, - тяжело дыша, проговорил Холвир.
  Холвир и Северн с носилками переступили порог. Мы с Тэри шагнули следом.
  - Здесь когда-то стояла белая каменная свеча, - сказал Холвир. - После смерти Гилетира жрецы перевезли ее в Иствен.
  - И что нам делать? - спросила Тэри. - Сесть в кружок и молиться?
  - Положим Фора сюда. - Он кивнул на небольшую нишу в углу зала. - И оставим его одного, чтобы не мешать исцелению. Разобьем лагерь в соседней галерее.
  Я покачала головой.
  - Я останусь.
  К моему удивлению, Холвир кивнул.
  - Если хочешь. Когда он придет в себя, позови нас.
  Когда они ушли, я перевела взгляд на Фора. Он лежал навзничь на теплом камне. Вода струилась по углублению, прозрачная, теплая. Я опустила руку в желоб, но, как ни старалась, не могла достать до дна. Пальцы касались воды, и поток мягко разворачивал ладонь вдоль течения.
  Я вздохнула. По-настоящему меня не интересовала ни вода, ни каменные свечи.
  Только Фор.
  Неужели он не проснется?
  Я подошла к бассейну, села на сухой бортик. Солнце светило ярко, и ласково журчала вода. Отсюда северный снег казался нереальным, как забытая сказка. Далеко-далеко чирикали птицы, и с трудом верилось, что из этих светлых залов никто не возвращается.
  - Фор, - позвала я. - Форэтт. Ты меня слышишь?
  Он не отвечал. Но мне почудилось, что я уловила дыхание. Слабое, едва слышное, в любую секунду готовое прерваться. Я быстро встала и на цыпочках подошла к нише. Ничего не изменилось. Я вздохнула, свернулась клубочком на влажном камне и взяла руку Фора в свои ладони. Кисть по-прежнему была холодной, но я чувствовала пульс.
  Журчала вода. Я прижалась щекой к руке Фора. Веки смежились, и последним, что я запомнила перед тем, как уснуть, было его глубокое, ровное дыхание.
  Когда я очнулась, было уже темно. По-прежнему журчала вода, и я лежала на камне, свернувшись в клубок, только моя голова покоилась на чьих-то коленях.
  - Фор, - сонно прошептала я.
  - Я здесь. - Теплая рука коснулась моего плеча. - Нелл, где остальные? Мы одни?
  - В соседней галерее. Позвать их?
  - Подожди, я приду в себя... Варвары вас не тронули? Северн во всем признался?
  - Северн?
  Я повернула голову. Фор выглядел, как обычно, только чуть бледнее, и под глазами залегли темные круги.
  - Убийца угрожал Северну, помнишь? - Фор помог мне сесть. - Он его знал.
  - И?
  - Сложи два и два. Охотились лишь на тебя, но когда призрак бывшего главы круга упомянул, что девушка из рода Гилетир может стать воплощением богини, кто-то попробовал убить Тэри. Почему? Да потому что один из нас все им рассказал.
  - Северн?
  - Убийца указал на него.
  Я потерла лоб.
  - Но зачем Северну нас предавать?
  - Чтобы спасти своих близких, конечно, - терпеливо сказал Фор. - Убийца не просто так упомянул его семью. Вы выяснили, кто они?
  - Холвир их узнал, - кивнула я. - Паладины. Поэтому убийца и стрелял в Холвира: чтобы тот не смог его выдать. Если бы не ты...
  - Забудь об этом. Вы ведь спасли Холвира? И вывели Северна на чистую воду?
  - Кажется, Холвир догадался. Перед тем, как шагнуть в костер.
  - Отлично. - Фор встал. - Идем к ним.
  - Сейчас. - Я запнулась. - Фор... я очень рада, что ты жив. Я очень за тебя боялась.
  - Я знаю. Но сейчас не время, Нелл.
  Я уставилась на него.
  - Не время для чего? Сказать, как я рада, что ты выкарабкался с порога смерти?
  Фор вздохнул и опустился обратно на влажные камни.
  - Нелл... ты живешь лишь считанные дни, но ты далеко не ребенок. Я могу говорить откровенно?
  - Конечно.
  - Тогда вспомни, что я был жрецом богини, - просто сказал он. - Влюбленный в нее, как все, кто стоял в круге. И когда ты смотришь на меня хоть с малейшей теплотой, я не могу не думать, что с твоего лица смотрят ее глаза.
  - И ты...
  - Не хочу, чтобы смешались наша дружба и моя старая влюбленность. Прости.
  Мы помолчали.
  - Ты правда любишь ее образ? - тихо-тихо спросила я. - До сих пор?
  - Когда я лишился силы, на миг я ослеп, - помолчав, сказал он. - Я был в ужасе: не за себя, за нее. Я думал, изменился весь мир, и она где-то в пустоте, беспомощная... я с ума сходил. А потом, спустя два удара сердца, понял, что для остальных ничего не изменилось. И для нее... Кто я для нее?
  - Я не знаю, Фор. Но главное, что ты жив. А кого ты там любишь - дело десятое.
  Он пристально посмотрел на меня. Я не отвела взгляда. Мне показалось, что между нами скользнула нить и дрогнула, напрягаясь.
  Фор опустил взгляд первым. Я молча поднялась и направилась к выходу. Сзади журчала вода.
  Впереди послышались голоса. Я обогнула полуразрушенную колонну и зашла в галерею. Здесь горел огонь. В камине потрескивал хворост, на самодельном столе исходила паром рисовая каша. Рядом с Северном стояла неизменная фляжка.
  Завидев Фора, все вскочили на ноги.
  - Фор! - Тэри бросилась ему на шею. - Ты очнулся!
  Северн хлопнул Фора по плечу. Холвир молча протянул ему руку.
  - Вы не боитесь, что тени нас найдут? - спросила я, когда мы расселись.
  Холвир обернулся ко мне. Он единственный занял место возле камина: остальные сидели на шкурах вокруг столика.
  - Тени боятся огня, - ответил он. - Кроме того, этот этаж пуст.
  - А второй этаж? Третий?
  - То же самое.
  - Значит, в крепости никого нет? Тогда почему отсюда никто не возвращается?
  - Здесь куда больше этажей, башен и залов, чем три, Нелл. - Фор сел возле огня, взял в руки миску. - И, не к ночи будь сказано, есть и подвалы.
  - Куда мы отправимся только после того, как изучим все комнаты наверху, - сухо сообщил Холвир. - Скорее всего, это верная гибель.
  - Тени... - Северн поежился. - И ночь знает кто еще.
  Фор в упор посмотрел на него.
  - Твоей матери и братьям нечего бояться, Северн, - сказал он. - Пока ты с нами, паладины будут считать тебя ценным союзником. Твою семью не тронут.
  Северн уронил ложку. По щекам барда разливалось пламя.
  Холвир моргнул.
  - Фор, прости... что ты сказал?
  Северн вздохнул. Раздалось звяканье металла, и на стол лег короткий меч. Рядом упали кожаные ножны, кинжал, еще один нож с широким лезвием.
  - Это признание? - спокойно уточнил Фор.
  - Меня нашли на пристани, когда я торговался с помощником капитана за место на корабле, - глухо сказал Северн. - И предложили столько золота, что хватило бы основать свой театр. Слава, признание... Я не знал, что они захотят убить Тэри.
  - Кто они? Паладины? - резко спросил Холвир. - Ты знаешь имена?
  - Я должен был переправлять сообщения через почтовых голубей. Паладины как-то их зачаровали, чтобы те сами меня находили. Это все, что я знаю.
  - Все? Ты уверен?
  - Да. - Северн опустил голову. - Теперь делайте, что хотите.
  Повисло тягостное молчание.
  - Я верю Северну, - вдруг сказала Тэри. - И хочу, чтобы он остался с нами.
  - Тэри, обещаю, я больше никогда... - начал Северн.
  Тэри отмахнулась.
  - Дурак ты, только и всего. Дураком и помрешь. Но ты закрыл меня собой. И метнул нож в убийцу. Так что поздравляю, коварный предатель из тебя явно не вышел.
  - Я согласен, - негромко сказал Фор. - Его поведение у реки говорит само за себя. Само собой, ни одной записки Северн без нашего ведома не отправит.
  - Да и не захочет, наверное, - тихо сказала я.
  Холвир нахмурился.
  - Это все красивые слова. А на деле? Сможем ли мы доверять друг другу, как прежде?
  - А какой у нас выбор? - поднял бровь Фор. - Бросить Северна здесь?
  Они переглянулись.
  - Я возьму первую стражу с Неллой, - наконец сказал Холвир. - Северн и Тэри, возьмите вторую. Фор, тебе этой ночью стоит отдохнуть.
  После ужина все разбрелись по лежанкам. Холвир занял место возле огня. Я пристроилась неподалеку, где было не так жарко.
  - Думаешь о тех убийцах? - спросила я.
  Холвир вздрогнул. В серых глазах отражалось пламя.
  - Пытаюсь не думать. Я не знаю, кому верить. Те двое - кто отдал им приказ? Может быть, мой наставник. Возможно, сам глава ордена.
  Он помолчал.
  - Узнать, что твои собственные братья - против тебя... Словно я осиротел.
  - Но мы с тобой. За тебя.
  Холвир бросил взгляд на Северна, мирно спящего у стены.
  - Да. И то, что я доверяю барду-воришке, которого перекупили мои же товарищи, куда больше, чем им самим, меня совсем не радует.
  Когда Северн и Тэри сменили нас, пламя в камине почти погасло. Холвир подбросил охапку веток в камин и, не говоря ни слова, отправился спать. Я накрылась меховым одеялом и покосилась на Северна, но тот старательно отводил взор.
  Тэри поймала мой взгляд и улыбнулась. Я вздохнула и закрыла глаза.
  Незадолго до рассвета я проснулась и увидела, что лежу, тепло укутанная, неподалеку от камина, а Тэри и Северн сидят в отдалении, укрывшись одним одеялом.
  - ...Но я знаю, почему я решилась отправиться на север, - услышала я голос Тэри. - Дело даже не в принце. Просто я хотела найти свой путь, а не плыть по течению. Пусть даже это течение вынесло бы меня к прекрасному озеру, а на пути меня ждали бы только стоптанные башмаки.
  - И ты все еще ищешь свой путь? - спросил Северн.
  - Что-то вроде того. Правда, иногда бывает одиноко... но с этим можно жить.
  - Тэри... - тихо сказал Северн.
  - М-м?
  - Ты не одна.
  Тэри вздохнула. Перевела взгляд на Холвира, спящего в противоположном конце зала, и покачала головой. Выражение ее лица было красноречивее всяких слов.
  - Я так и думал, - промолвил Северн. - И боялся.
  - Прости. Я... может, я могу тебе как-то помочь?
  Северн покачал головой.
  - Я бы спел для тебя, - тихо сказал он. - Но, боюсь, подведет голос.
  Они замолчали. Слышался только треск пламени. Я отбросила одеяло, потянулась - и чуть не упала на спину, когда из коридора послышались голоса. Фор мгновенно оказался на ногах. Холвир, уже одетый, вылетел из-под одеяла с мечом в руке.
  В полутьме галереи зазвенели металлические набойки. Стукнуло о плиты пола тяжелое древко. Миг спустя перед нами предстали шестеро стражников. Их вела невысокая светловолосая женщина в кольчуге.
  - Стойте, где стоите, - повелительно сказала она. - Кто вы?
  Мы молчали. Холвир заметно побледнел, и я вдруг заметила то, чего не видела раньше: сквозь оружие и тело незнакомки просвечивала галерея.
  - Калесса, ты меня не узнаешь? - вдруг сказал Фор. - Это Форэтт.
  - Ты... - прошептала женщина.
  Стражники остановились поодаль, не опуская оружия. Калесса подошла к камину.
  - Форэтт, - сказала она. - Ты сбежал из крепости.
  - Я потерял силу, Лесс. И ушел на север.
  - Вовремя. - Женщина сделала знак своим воинам приблизиться. - Посмотри на нас, Форэтт. Внимательно посмотри.
  Сквозь вытянутую руку Калессы горел огонь. Один из стражников шагнул к окну и словно бы растворился в сером утреннем свете. Фор судорожно вздохнул, но не отвернулся.
  - Каждое утро мы спускаемся к воротам, - продолжала Калесса. - Каждое утро делаем обход. И так уже три года. Иногда нам на пути попадаются живые, но всякий раз ненадолго.
  - Что с ними происходит?
  - А с нами? - Калесса вскинула голову. - Я умерла, Форэтт. Тени заполнили башню: все, кто был со мной, пали. Я ждала вечного сна, темноты, но проснулась на следующее утро. Мы не можем выбраться, не можем дать знать о себе. Нам остается лишь ждать и обходить пустые залы.
  Наступила тишина. Никто не убирал оружия.
  - Сядем, - нарушил молчание Фор. - Расскажи, что здесь случилось.
  Калесса обвела нас взглядом, не пропуская ни Тэри, прижавшуюся к Северну, ни Холвира, бледного и неподвижного, ни меня. За окном колыхалась молодая осина, небо из серого становилось голубым, и казалось, что из-за крепостной стены вот-вот выглянет солнце. Но здесь, внутри, было холодно и мрачно, как в склепе.
  - Что ж, хорошо. - Женщина села и сделала знак остальным садиться. - Три года назад я проснулась, когда в моей келье под напором теней просел пол. Повсюду рушились перекрытия, мосты дрожали, ступени осыпались. Мои друзья умирали у меня на глазах, воскресали в алтарном зале - и умирали снова, не узнавая нас.
  Фор коснулся ее плеча. Я вздрогнула, когда его ладонь не прошла сквозь тело Калессы, а задержалась на потертой куртке.
  Женщина не пошевелилась, словно и не заметив прикосновения.
  - Когда рассвело, тени захватили крепость окончательно. Следующего рассвета не пережил никто. Мы очнулись во втором Ущелье Теней.
  - Но вы... живы?
  Калесса покачала головой.
  - Как видишь, нет. Нас убивали снова и снова, пока тени не ушли под землю. Немногие из нас сохранили рассудок: в правом крыле теперь обитают безумцы.
  - В правом крыле? Но там библиотека! Архивы Гилетира...
  - О, да. И если вы пришли за ними, сначала вам придется убить наших безумных братьев. - Она криво улыбнулась. - Раз уж у нас на это не хватило духу.
  Фор опустил голову.
  - Решайтесь, - сказала Калесса. - Времени у вас немного.
  - Думаю, особого выбора у нас нет. - Холвир подхватил рюкзак. - Я готов.
  Яркий свет хлынул в окна: над крепостной стеной показалось солнце. Я посмотрела на Калессу: ее фигура таяла, истончалась. Фор окликнул ее, но поздно: светлые волосы исчезли, блеснула алебарда одного из стражников, и мы остались одни.
  - Призраки, - прошептала Тэри. - Мы тоже такими будем?
  - Нет, - коротко ответил Фор. - Призраками могут стать лишь жрецы. Мы же просто умрем.
  - И станем тенями, - пробормотала я.
  - Если умрем достаточное количество раз - да. Постараемся, чтобы этого не случилось.
  Мы двинулись по коридору, проверяя оружие по пути. Я крепче сжала посох.
  Наконец мы подошли к лестнице. Левая сторона осыпалась, осколки загромождали вход в соседний зал, но все ступени были целы. Вокруг разливалась вязкая тишина. Носком ботинка Северн пнул камушек: тот со звонким стуком покатился и затих.
  - Это место - кладбище, - сказал Фор в пространство. - Когда-то здесь жили мои братья, друзья, наставники. Сидели над свитками до глубокой ночи, пили вино возле огня, исцеляли страждущих и несли свет. Ее свет. И для чего? Чтобы в одну ночь обрести тьму и вечное безмолвие? Я еще жив, но даже мне каждый вздох дается все тяжелее. Не сойти с ума в этих стенах - уже подвиг.
  - Увы, избранник богини зачем-то оставил свои бесценные записи тут, - вздохнула Тэри. - Так что придется нам помучиться.
  - Значит, будем мучиться, - сказал Холвир. - Фор, куда нам теперь?
  - На втором этаже оружейная. Мечи нам понадобятся.
  Оружейная мало чем отличалась от заброшенных залов первого этажа. Стойки, на которых держались мечи и копья, лежали на полу, осколки каменных зеркал и бронзовых плит громоздились вокруг почерневшего камина, немого и холодного. Единственный барельеф из темной бронзы уцелел под потолком: молодой воин стоял на коленях, окруженный врагами, и, похоже, готовился умереть.
  - Странный образ, - сказала я. - Горький для любого воина. Поражение.
  - Предостережение, - ответил Фор. - И, как показало время, напрасное.
  Тэри выбрала узкий и длинный клинок: полосу сверкающей стали с рубином в рукояти. Северн поднял с пола широкий, тяжелый и тусклый меч. Фор и Холвир взяли прямые мечи, обычные с виду, но даже я видела, что старый клинок Холвира уступает этим двум по меньшей мере на голову.
  Я шагнула было к ближайшему клинку, но Фор остановил мою руку.
  - Поранишься. Держись сзади, Нелл.
  - А если их будет слишком много? - возразила я.
  - Даже жрецы не пришьют отрубленные пальцы. Твои навыки потеряны. Хочешь их вернуть? Постарайся выжить.
  Он полез в карман и достал оттуда слабо светящийся осколок каменной свечи.
  - Вот, забрал у Северна. Если что-то тебя и защитит, то только он.
  - Все-таки ты хочешь верить, что я - воплощение богини? - Я в упор посмотрела на него. - И поэтому меня защищаешь?
  Но времени на ответ у Фора уже не осталось. Двери в противоположном конце зала распахнулись. В лицо ударил холодный ветер, и из темных глубин галереи послышался топот ног. Я обернулась. Свет, идущий из солнечной стороны зала, померк. Но не это меня ужаснуло: огромные створки, сквозь которые мы вошли в оружейную, медленно закрывались.
  - Как-то вовремя мы мечами запаслись, вам не кажется? - проговорила Тэри.
  Северн быстро прошел ко входу, но поздно: створки, в последний раз скрипнув, сомкнулись. В зале наступила полутьма.
  - Мы в ловушке, - утвердительно сказал Холвир.
  Фор обнажил меч. Рюкзак он сбросил еще раньше, и теперь тот лежал у стены, слившись с каменной кладкой. Подумав, я тоже избавилась от лишней тяжести и встала у камина рядом с Холвиром.
  - Нам не стоит ждать здесь, - напряженным тоном сказал он. - Фор, этот коридор разветвляется? Там есть куда уйти?
  Фор дернул головой.
  - Все двери закрыты. Иначе там было бы светло, как на лестнице.
  - Они не любят света, - пробормотал Холвир. - Что ж, посмотрим.
  Мы ждали. Северн тяжело дышал. Тэри покусывала губы.
  Звуки, доносящиеся из галереи, вдруг изменились: топот сменился ровным стуком подошв о камень. Еще через минуту из темного коридора, печатая шаг, вышли воины. Молча остановились, расступились - и опустили оружие, пропуская сутулую фигуру в просторной мантии.
  - Форэтт, - раздался в полутьме глухой голос. - Ты вернулся.
  Фор сделал шаг вперед.
  - Кто вы? - негромко спросил он. - Я вас не вижу.
  - Восемь лет мы обедали за одним столом, - последовал ответ. - Не помнишь?
  - Дитмар! - Фор бросился вперед. Ряды стражников сомкнулись перед ним. - Дитмар, ночь вас всех раздери! Пропустите меня!
  До нас донесся сдавленный смех, больше похожий на кашель.
  - Я знал, что ты меня не узнаешь. Что они со мной сделали... А у тебя всего лишь отняли силу? Тебе повезло.
  Я шагнула к Фору. Он поднял руку.
  - Нелл, отойди. Дит, мы можем поговорить наедине?
  - Мы уже поговорили. Ведь вы пришли нас убивать? Делайте свое дело.
  Фор разжал пальцы. Меч со звоном упал на пол.
  - Нет.
  - Тогда мы нападем на вас. Фор, друг мой, это неизбежно. Ты же видел Калессу?
  - Она говорит, что вы все сошли с ума.
  Дитмар хрипло засмеялся в темноте.
  - Куда вы идете? В библиотеку? Если бы Калесса знала то, что знаю я, она бы собственноручно прирезала вас в нижних залах. Мне совсем не хочется выполнять ее работу, но когда ты узнаешь правду, ты меня простишь.
  - Говори. - Фор развел руками. - Я попробую тебя понять.
  За моей спиной послышался шелест: Тэри, Северн и Холвир придвигались ближе. Я перехватила посох поудобнее.
  - Избранник богини, - наконец сказал Дитмар. - Гилетир здесь, в подвалах крепости. Нашествие теней пробудило его призрак.
  Фор резко выдохнул.
  - Так мы тем более должны его увидеть! - вскричала Тэри. - Я из его рода!
  - Тэри, ты не поняла, - устало сказал Холвир. - Прошла тысяча лет. Тень Гилетира почти наверняка безумна. Я прав?
  - Вы все поняли правильно, - подтвердил сухой голос Дитмара. - Никто не должен увидеть избранника богини таким. Из этого зала вы не выйдете. Форэтт, подними меч. Я не буду повторять дважды.
  - Дит...
  - Прощайте.
  Я отскочила в сторону и пригнулась. И вовремя: над головой просвистела стрела. Призрачного в ней было мало.
  Фор подобрал меч, и теперь его теснили сразу два противника. Холвир расчищал вокруг себя пространство, и воины Дитмара пятились, отступали в полутьму. Зазвенели разбросанные по полу клинки: ко мне приближался воин с коротким мечом в отставленной руке. Вскрикнул Северн, падая: стрела прошила ему бок. Я бросила взгляд на Фора, прижатого к стене, на Тэри, отступающую к дверям... И закричала от боли, упав на одно колено: перед глазами сверкнуло железо, и призрачный меч разрезал мне руку от запястья до локтя. Посох со стуком упал на пол.
  Воин не спешил меня добивать. Я подняла взгляд на него и прочитала в темных глазах сочувствие.
  - Вы не хотите сражаться, - выдохнула я. - Зачем же?
  - Воля богини, - коротко ответил он.
  Я опустила взгляд. Под ногами лежали клинки, ножи, арбалеты, но я не успевала до них дотянуться. Что там: я даже не была уверена, что смогла бы ударить.
  - Пожалуйста... - прошептала я. - Не надо.
  Воин не отвечал.
  Я подняла голову. Из его груди торчал меч.
  - Поднимайся. - Холвир протянул мне руку. Убитый воин рухнул на пол. - Быстрее, к нам уже идут!
  Из глубины галереи к нам бежали четверо рослых воинов. Дитмара нигде не было видно. Холвир развернулся и выставил перед собой меч.
  Я бросила взгляд по сторонам: Тэри и Северн отбивались от своих противников из последних сил. Меч Фора звенел на другом конце зала. Холвир еле стоял. Помощи ждать было неоткуда.
  Рука болела невыносимо, но пальцы двигались. Я нащупала осколок каменной свечи в кармане мехового жилета. Сейчас...
  Ладонь засияла мягким светом, когда я протянула руку вперед, но камень светился едва-едва. Я сжала его в кулаке. Ну же!
  Пожалуйста...
  Ничего.
  Я приблизила осколок свечи к лицу. Воздух в зале заледенел, изо рта поднимался пар, но я глубоко вдохнула и дунула на невидимое пламя.
  Свет дрогнул у меня на ладони. Вздулся, как мыльный пузырь, и начал расширяться. Секунда, другая, и шар света засиял нестерпимым блеском, вбирая в себя всех нас: мои дрожащие руки, клинок Холвира, пятящиеся фигуры стражников, Северна, рухнувшего на колени... Тэри... Фора...
  Голова закружилась: я пошатнулась, вбирая ртом воздух. По залу прокатилась мягкая волна. Разом накатила слабость, в ушах зазвенело, и падающих стражников я видела уже через серую пелену.
  В следующую секунду сделалось очень тихо. Я почувствовала руку Холвира у себя на плече: от шеи вниз разлилось тепло, и боль начала уходить.
  - Нелла, - раздался над ухом его голос. - Я исцелил твою руку. Попробуй подняться.
  Я открыла глаза. Кроме моих спутников, в зале никого не осталось.
  Из угла послышался стон.
  - Где... все они?
  - Мертвы. Ушли. Идем, Фор нас зовет.
  Фор стоял на коленях в углу. Перед ним лежал человек в темной мантии. Черты лица заострились, желтоватая кожа казалось прозрачной - да она ей и была.
  - Дит...
  Дитмар открыл глаза.
  - Не говори Калессе ничего, - еле слышно сказал он. - Понимаешь? Мы сошли с ума, заперлись и погибли. Все.
  - Да.
  - Хорошо. Идите... и пусть это все наконец закончится.
  Дитмар закрыл глаза.
  - Прощай.
  Послышался чудовищный скрип: Тэри и Северн взялись за тяжелые створки дверей. Голова снова закружилась: я покачнулась, а когда выпрямилась, Дитмара нигде не было. В углы бил солнечный свет.
  - Нам пора в библиотеку, - окликнул нас Холвир. - Времени очень мало. Фор!
  Фор поднялся. Выражение его лица было даже не безжизненным - никаким.
  - Лестница в конце галереи, - сообщил он. - Ведите.
 

Глава 10. Библиотека


 
  В галерее было сумрачно и прохладно. Между потемневшими от времени камнями рос мох. За стеной капала вода.
  - Холвир, а почему ты-то не разбросал призраков? - раздался резкий голос Тэри. - Ведь если бы Нелла не догадалась достать свой святой булыжник, не сносить бы нам головы и всего остального. А еще паладин называется!
  - Моих сил бы не хватило, - отозвался Холвир. - Может, жрец круга смог бы...
  - Вот лучше бы на твоем месте он и был, - фыркнула Тэри. - Жрецы круга хотя бы косятся на симпатичных девушек, даже бывшие. Вон, Фор от Неллы глаз не отрывает. А с вами, паладинами, влюбляйся, не влюбляйся, все равно толку никакого. Сплошное разбитое сердце. А оно, между прочим, временами отвратительно ноет.
  Холвир повернулся к девушке.
  - Тэренс, если ты хочешь мне что-то сказать...
  Тэри резко остановилась и заглянула Холвиру в глаза.
  - Я? Тебе? Упаси богиня!
  Она тряхнула короткими кудрями и быстро пошла вперед. Холвир остался стоять.
  - А потому что нечего было ее дразнить своими обетами, нечего, - пробормотал рядом со мной Северн, глядя на удаляющуюся фигурку. - Теперь вот расхлебывай.
  Мы остановились в конце галереи. Огромный круглый зал был бы великолепен, если бы не сеть трещин, идущих через весь пол. В конце зала светлела мраморная лестница.
  - Она ведет на мост и в башню, - сказал Фор. - Библиотека на верхнем этаже... если, конечно, она уцелела. Кельи жрецов этажом ниже: там и мои скромные покои.
  - Трещины повсюду, - озабоченно сказал Холвир. - Можем не дойти.
  - Попробуем. Возвращаться все равно некуда.
  Фор двинулся через весь зал. Я последовала за ним.
  До моста мы добрались без особых трудностей. Но сам он... У меня закружилась голова: впереди лежала каменная лента без перил. В ушах звенел горный воздух, в глазах рябило, и темный провал входа в башню казался далеким, как горизонт. Над крепостью лежали длинные тени: близился вечер.
  Я сглотнула.
  - Фор... Я не дойду.
  - Дойдешь. - Фор коснулся моей руки. - Идем, покажу тебе свою келью.
  Я выдавила слабую улыбку:
  - Надеюсь, без всяких задних мыслей?
  - Ну, обещать не могу, но попробую, - улыбнулся он в ответ. - Давай, шаг за шагом, у тебя получится. Только не смотри вниз.
  В башне оказалось так уютно, словно здесь никогда не хозяйничали тени. Наверх вела винтовая лесенка, по стенам вились сложные росписи белым, красным и золотым. Над деревянной лавкой висел плащ, на полу лежала забытая книга.
  Фор взлетел по лестнице. Я подняла голову, прислушиваясь к голосам остальных на мосту, как вдруг услышала звон и приглушенный возглас.
  - Фор!
  Не дожидаясь ответа, я рванулась наверх.
  Фор стоял в дверях небольшой круглой комнаты. В окне раздувались занавески, солнечные лучи грели деревянный пол. Вокруг лежали осколки изящной статуэтки.
  - Забавно. - Фор поднял голову. - Ты вошла в башню, и по какому-то непостижимому совпадению прежний образ богини, которому сотни лет, немедленно разбился. Символично, не находишь?
  У моих ног блеснуло золото. Я нагнулась, вглядываясь в осколки.
  - Мне жаль, Фор. Она, наверное, стоит целое состояние?
  - Не в этом дело. Просто ее время кончилось.
  Я подошла к нему.
  - Это твоя спальня?
  - Она самая. - Фор глубоко вздохнул. - Как будто и не было трех лет.
  Он прошел в комнату. Лег на кровать, заправленную темно-красным покрывалом. Коснулся ажурной деревянной спинки.
  - Просто, как в детстве... Иди сюда, Нелл. Хочу показать тебе кое-что.
  - Что?
  - Сейчас, сядь со мной... нет, так не получится. Ложись рядом.
  Я моргнула.
  - Эээ... Может, мне еще и раздеться?
  - Не думаю, что остальные это оценят, - с убийственной серьезностью ответил он. - Но можешь попробовать.
  Я подняла брови. Фор вздохнул.
  - Извини. Просто ложись рядом. Не бойся.
  Покрывало было колючим и теплым. Рядом тихо колыхались занавески. Я улеглась, повернула голову и увидела строчки, летящие по потолку. Затейливая вязь покрывала все свободное пространство.
  - "Небо на закате полыхнуло красным, и я увидел руки..." - прочитала я.
  - "Несущие свет в ладонях", - закончил Фор. Он не смотрел вверх. - Избранные места из записей Гилетира. Древние жрецы круга знали, сколько часов мы проводим, бездумно глядя в потолок, и решили использовать это себе на пользу. Над Дитмаром висело звездное небо с атласов тысячелетней давности. Он бредил звездами... мореплаванием...
  - Мне очень жаль, Фор, - тихо сказала я.
  - Мы все желаем невозможного. - Фор сел на кровати, обвел взглядом комнату. - Вернуть время назад, вдохнуть жизнь в тень умершего друга, вернуть память, силу, прошлое... Если бы у меня не было ног, я бредил бы ходьбой.
  Он поднялся, мягким шагом подошел к окну. Знакомым жестом взялся за подоконник: занавески крыльями разлетелись в стороны.
  - Почему я лишился силы, Нелл? Почему ты лишилась памяти?
  - Даже если мы найдем богиню, всех ответов все равно не получить, - тихо сказала я. - Так не бывает.
  Фор посмотрел мне в глаза, и я вдруг снова почувствовала ниточку между нами, хрупкую, но прочную. Казалось, стоит потянуть за нее, и...
  - А как бывает, Нелл? - тихо спросил он. - Объясни мне.
  От необходимости отвечать меня избавили голоса на лестнице.
  Я рывком села на кровати. Фор бросил последний взгляд на потолок и двинулся к выходу, где нас и настигли остальные, поднимающиеся гуськом. Тэри все еще подчеркнуто держалась подальше от Холвира.
  В башне ничего не изменилось. Солнечный свет струился по винтовой лестнице, перила тускло блестели. В пыли на ступенях отпечатались наши следы.
  Последний пролет вывел нас в восьмиугольный зал.
  - Богиня... - проговорил Северн.
  Книги лежали повсюду. Деревянные полки вытянулись вдоль стен, и на каждой в два ряда стояли толстые кожаные переплеты. Стенные ниши ломились от пожелтевших манускриптов, отдельные страницы валялись на полу. Из углов на нас незрячими глазами вглядывались статуи с кожей цвета слоновой кости.
  Северн опустился на пол и беззвучно читал названия томов. Тэри замерла напротив ближайшей статуи. Фор стоял у окна и бессознательно гладил каменные резные рамы. В столбах света танцевали пылинки.
  Холвир подошел к полкам.
  - Когда мой город полыхал, я видел много зла, но только не горящие страницы. - Он коснулся ближайшего переплета. - И здесь, похоже, все рукописи целы. Иногда книга ценнее, чем десять жизней человеческих.
  - Если бы у нас было время, - вздохнул Северн. - Здесь стоит прожить жизнь. А потом вернуться и прожить еще одну.
  - Угу, - ехидно заметила Тэри. - Пока не явится призрак избранника богини вот с такой метлой и всех отсюда не прогонит. Кстати, где он?
  - Твой достопочтенный предок? - уточнил Северн. - А и впрямь, где?
  Тэри вдруг нахмурилась, быстро опустилась на колени и начала собирать разрозненные страницы с пола.
  - Что там? - Северн кивнул на них. - Неужто божественное откровение?
  Тэри сунула ему охапку пожелтевших листов.
  - Убери это куда-нибудь, - сказала она. - И как следует посмотри под ноги.
  Я проследила за ее взглядом. Тэри смотрела на пол. Матовый, чистый, покрытый узкими ромбами мозаики. И царапинами, отсвечивающими на солнце.
  "Я здесь".
  "Темная свеча вызвала меня к жизни".
  "Тени в темноте, и я не избегнул этой участи..."
  "Не успеваю сказать..."
  "Должен возвращаться в подвал..."
  "Иначе вновь придет безумие... не могу остаться".
  И внизу - единственная строчка, процарапанная четким и уверенным почерком:
  "Богиня, сохрани ему разум. Сохрани ему память".
  - Темная свеча в подвалах крепости. - Фор судорожным жестом провел рукой по волосам. - Она хранилась тут с времен самого Гилетира. Темная свеча привлекает призраков... и избранник богини вернулся сюда.
  - И пытался оставить послание, - добавила Тэри.
  - Да. Только насовсем из подвала не выбраться: уходя слишком далеко от темной свечи, Гилетир терял остатки разума. Его хватало лишь на пару бессвязных слов.
  - И жрецы сочли его безумным. Хотя что еще им оставалось? Не спускаться же за ним в подвалы... - Тэри осеклась. - Ой. Нам это предстоит, да?
  - Подвалы, - уронил Холвир. Его голос прозвучал похоронным звоном. - Где в темноте ждут тени. Это дорога в один конец.
  Фор взглянул в окно. Там садилось солнце: на пол легли темно-алые тени.
  - Пока еще есть время передумать, - сказал он. - В любом случае, давайте спустимся и найдем Калессу. Сейчас смеркается: она снова будут обходить коридоры. Возможно, ей будет, что к этому добавить.
  Мы покидали библиотеку не оглядываясь. От ступеней шел холод, а может быть, меня знобило. Молча мы прошли по мосту в лучах закатного солнца, без слов спустились к галерее.
  Я задержалась на лестнице. За окном колыхались ветви, и по сумрачным ступеням плыли серые тени. Фор остановился за моей спиной.
  - Нелл, ты ведь не хочешь туда идти?
  - Ни капельки, - призналась я. - Но другого выхода ведь нет?
  - Я найду. Разожжем огонь, перелезем через стену, отправим голубя в ближайший город, попросим помощи у призраков. Что угодно, но отдавать тебя теням я не стану.
  - А если тени придут сюда?
  - Будем драться. Но так мы хотя бы останемся живы.
  Снизу послышался шум. Фор нахмурился.
  - ...Вы вовремя, - раздался снизу голос Холвира. - Как вы узнали, что мы здесь?
  - Куда еще вы могли направиться из Ущелья Теней? - ответил знакомый голос. - Новому шаману пришлось разжигать высокий костер второй раз.
  Мой похититель из Черешета.
  Жрец круга, что гнал нас из Иствена в Черешет, из Черешета в Ущелье Теней, из Ущелья в Крегор, в лагерь варваров, в Крепость Разбитой Руки - и наконец догнал.
  Я так и не узнала его имени. Но это было неважно. Мы с Фором бросились вниз, обгоняя друг друга. Посох звонко стучал о ступени. Я вбежала под арку и остановилась.
  Холвир стоял в центре зала. Остальные окружили его. В дверях остановился жрец круга, и его длинная тень пересекала зал. Возле стен стояли еще пятеро. У всех волосы падали до плеч. Рук, скрытых длинными рукавами, я не видела, но не сомневалась, что у каждого на пальце перекатывалась прозрачная капля драгоценного перстня.
  Жрец кивнул мне, как старой знакомой.
  - Нелла, мне поручено доставить вас к главе круга немедленно, - сообщил он.
  Я перевела дыхание.
  - Почему меня?
  - Потому что глава круга очень трепетно относится к совпадениям. - Он повернулся ко мне, и я с ужасом увидела, что его худое лицо рассечено двумя шрамами. - Боюсь, выбора у вас нет.
  Я вспомнила бандита с мельницы, который очнулся в Ущелье Теней именно тогда, когда нам понадобился знак от богини. Да, совпадением это не назовешь.
  Неужели глава круга тоже решил, что богиня - это я?
  - Меня зовут Форэтт. - Фор выступил вперед. - Три года назад я стал жрецом круга.
  - Так вы жрец, - потрясенно произнес тот.
  - Бывший, но не это важно. Призрак Гилетира здесь.
  - Призрак избранника богини? - Жрец круга поднял брови. - И где же он? На чердаке? В подвале?
  - Внизу, - жестко произнес Фор. - В подземельях до сих пор горит темная свеча, и тень избранника богини ждет в темноте. Отправимся туда вместе, и вы убедитесь собственными глазами, что я прав.
  За окном солнце опускалось все ниже. Становилось прохладнее. В углу что-то блеснуло: я повернула голову, но увидела лишь потускневшую фреску.
  Жрец с изумленным видом покачал головой.
  - Похоже, крепость Разбитой Руки и впрямь сводит с ума слишком быстро. - Он повернулся к спутнику. - Мы берем их всех.
  Тэри шагнула вперед.
  - И не надейтесь!
  - Мы будем драться, - холодно подтвердил Холвир.
  Наступило молчание. Жрец круга переводил оценивающий взгляд с Фора на Холвира и обратно.
  - Простите, - наконец сказал он. Только и всего.
  Последние лучи солнца скользнули по порогу и исчезли, забирая с собой наши тени. В зале потемнело.
  Тэри вдруг поднесла руку к губам, удерживая крик. Северн недоуменно обернулся к ней - и его глаза расширились.
  В следующий миг зал взорвался кровью.
  Пять призрачных мечей сверкнули в воздухе. Жрец круга вскрикнул, но остальные не успели даже пошевельнуться: из горла каждого одновременно брызнули струи. Пятеро спутников моего похитителя рухнули. За ними, обнажив клинки, стояли воины с хмурыми лицами. Ближайший стражник обернулся, и я узнала Калессу.
  Жрец круга лежал на земле, нелепо раскинув ноги. Его пронзили сразу три клинка.
  - Они все мертвы, - прошептала Тэри.
  - Или потеряли память, - хрипло ответил Фор. - Нет! Во имя всего святого, нет!
  С телом жреца что-то происходило. Оно истаивало, исчезало: темная одежда лежала на пыльном полу. Я почувствовала знакомый холод в груди, вгляделась и отпрянула: с каменных плит поднимался темный комок. Минута, и он принял очертания человеческой фигуры.
  - Тень, - прошептал Фор. - Он стал тенью. Великая богиня...
  С еле слышным звуком, похожим на многажды приглушенный крик, тень ринулась в боковой коридор.
  Я так и не узнала его имени...
  - У вас есть минута, чтобы спуститься в подвал, - четко произнесла Калесса. - Иначе вы разделите их судьбу.
  Я в последний раз оглядела зал. Кровь была повсюду - на призрачных доспехах, на полу, на одежде. Я не сразу заметила, что на меня не попало ни капли: я стояла слишком далеко от дверей.
  Холвир в молчании поднял руку. На ней зажегся огонь, и мы двинулись за ним - покорно, безмолвно.
  Голос Калессы прорезал тишину, как игла.
  - Форэтт!
  Фор обернулся. По его щекам текла кровь.
  Калесса вложила меч в ножны.
  - Узнай, что убило нас, - глухо сказала она. - Я хочу знать.
  - Я узнаю, Лесс, - ответил Фор. - Клянусь, я узнаю.
  Двери закрылись. Впереди лежала тьма.
 

Глава 11. Тени в темноте


 
  - Здесь так холодно, - пробормотала я.
  Последние лучи света давно истаяли, и сзади царила такая же непроглядная тьма, как и впереди. Пол уходил под уклон, ступени кончились, и вокруг простирался каменный туннель. Широкий ли, узкий ли - я не имела понятия.
  Я сделала несколько шагов, и вдруг заметила, что осталась одна. Тишина обволакивала уши, и, если кто-то и звал меня, я не слышала ничего.
  - Фор, - шевельнулись мои губы. - Холвир!
  Бесполезно. Может быть, они уже мертвы.
  - Они живы, - произнес негромкий голос. - Подойди.
  Пространство вокруг изменилось. Темнота сменилась мягким сумраком. Не светом - отсутствием тьмы.
  - Подойди, Нелла. Тебе нечего бояться.
  Я вгляделась. Впереди горела обычная восковая свеча. Стены туннеля блестели от изморози, а в дальнем конце зала маячила одинокая фигура в плаще.
  - Кто вы? - Я двинулась к нему. - Что здесь происходит? Где мои друзья?
  Человек покачал головой.
  - Ты задаешь не те вопросы, девочка.
  Пламя свечи мерцало за его плечом. Нет - сквозь его плечо. Я сглотнула.
  - Вы тот самый Гилетир? Избранник богини?
  - Его тень. Но в остальном ты права. Садись.
  В зале не было стульев, но черный каменный выступ вполне сходил за табурет. Я неловко уселась. Огонь скрадывал черты человека напротив: я лишь чувствовала на себе взгляд внимательных глаз.
  - Много лет назад существовал мир, в котором не было теней, - заговорил мой собеседник. Я не видела его лица. - Не знаю, в кого верили его обитатели, но все они умирали, как наши старики: закрывали глаза и засыпали навечно. Много-много лет... а потом появилась она.
  - Богиня?
  - Может быть. Или обычная женщина из-за звезд. Или девчонка из другого мира, так отчаянно не желавшая умирать, что в миг смерти с перепугу создала наши земли, от Эвера до Иствена? Итог один: каждую тысячу лет она проживает здесь новую жизнь. В одном из своих воплощений, задолго до тебя или меня, она стала богиней, дала миру свет и исцеление. Первые жрецы построили ей первый храм...
  - Где стояла белая каменная свеча, - вспомнила я.
  - Верно. Но другие свитки, которые были объявлены еретическими, пока я их не сжег, упоминают, что она приходила снова. И в тот раз она выбрала роль королевы теней. Тогда и появилась темная свеча, расплодились тени - и природа этой силы та же, что и свет жрецов. Ведь лишь они могут стать призраками.
  - Например, как вы.
  - Как я. И это еще не конец. Тысячу лет назад я сам видел ее лицо, говорил с ней. Я не узнал ничего об ее прошлых воплощениях: как и гласили древние свитки, ее память каждый раз начинается с чистого листа, и ей приходится познавать мир заново. Мало чем отличается от смерти, правда? Но все же это бессмертие.
  - Но как же она тогда узнавала, кто она такая? - спросила я.
  - О, этот миг приходит. Он всегда наступает. Миг выбора. Миг понимания... Если я прав, он придет и к тебе, девочка. Хотя не знаю, прав ли я? Много лет прошло: я уже не помню ее лица.
  - А о чем вы с ней говорили... тогда?
  - В тот день она попросила, чтобы свет был доступен каждому в мире, хоть немного. И ее желание исполнилось: я сам основал орден паладинов, чтобы любой, кто хочет овладеть силой для добрых дел, мог туда прийти.
  Я вспомнила убийцу в комнате Тэри.
  - Боюсь, с тех пор они немного изменились.
  - Прошла тысяча лет. Грядут перемены.
  В его голосе мне послышалась печальная насмешка. Я кашлянула.
  - А богиня? Тогда, тысячу лет назад, что стало с ней?
  - Она рассыпалась светом, когда я дал обещание. Мне кажется, мир придет в равновесие, когда она выберет и проживет самую обычную человеческую жизнь. Последнюю. - Он внимательно смотрел на меня. - Жаль, что ты меня не понимаешь, девочка.
  - Наверное, понимаю. Только я - не она.
  Я глубоко вздохнула. Внутри словно тикали невидимые часы: я не знала, почему, но чувствовала - еще минута, две, и мне нужно будет уходить.
  - Я не могу сдерживать тени дольше, - словно услышав мои мысли, отозвался мой собеседник. - И не могу дать тебе совета, цели, утешения. Но теперь ты знаешь правду. Это уже немало.
  - Но если богиня - и впрямь не я?
  - Значит, тебе очень повезло.
  Он встал. Темный плащ распахнулся, и на стене в отсветах тусклого пламени отчетливо отобразилась его тень. Высокая, могучая... бессильная.
  - Не уходите, - попросила я. - Я даже не знаю, куда мне идти.
  - С тобой останется молодой жрец, чье тело и воспоминания я одолжил для этого разговора. Вам еще нужно выбраться отсюда. - Он указал на выход в конце зала. - Темная свеча внизу, в подземельях. За ней ложе подземной реки. Вы выберетесь неподалеку от Эвера. Ваши спутники уже будут там. Дальнейшее в твоих руках.
  - В моих? Что я могу?
  Призрак избранника богини серьезно смотрел на меня.
  - Не знаю, - наконец сказал он. - Но теней все больше, и сколько бы света мы ни несли, рано или поздно они нас задушат. Тысячу лет я искал и не находил причины, по которой можно было бы обречь целый мир. Ее нет. А значит, есть решение. Только нужно его найти.
  Пламя мигнуло. По пещере прокатилась волна холодного воздуха.
  - И еще одно, последнее, - донеслось до меня. - Позаботьтесь о Тэренс. Я рад был узнать, что мой род не прервался.
  И свеча погасла.
  Затем с пола раздался стон.
  - Фор! - Я бросилась к неподвижной фигуре, еле видимой в темноте. - Фор, это правда ты?
  - Кажется... а кто еще? Нелл, что произошло?
  - Гилетир был здесь, - выдохнула я. - Вставай. Тени вот-вот нас нагонят.
  Фор с трудом поднялся. Его волосы лежали в беспорядке, на лбу появилась морщинка. Он озирался по сторонам, словно только что вспомнил свое имя.
  - Гилетир, - наконец сказал он. - Гилетир был здесь? Во мне?
  - Ты не помнишь?
  - Смутно... словно свеча на запотевшем окне. Но нам не до этого, Нелл. Надо выбираться.
  Мы медленно, почти на ощупь двинулись к выходу из зала. И вовремя: с той стороны, откуда я пришла, донесся почти беззвучный многоголосый вой.
  - У них же нет голосов...
  - Это не звук, - ответил Фор. - Это страдание.
  - Внизу темная свеча, - хрипло сказала я. - Ложе подземной реки. Мы выберемся неподалеку от Эвера... Ты знаешь, куда идти?
  - Да. Только не идти. Бежать.
  Я поспешно схватила Фора за руку. В следующую секунду мы сорвались с места. Стены уплыли в стороны: остался бег, стук сердца и душная немая темнота. Я почти ничего не видела, каждый коридор грозил кончиться глухим тупиком, но Фор, должно быть, бывал тут прежде: он не запнулся ни на миг.
  Наконец мы вбежали в огромную пещеру. Под нами проходили тонкие каменные мосты без перил. Кроме нас, здесь никого не было, но на дальнем конце зала я различила смутное шевеление, словно мельтешение мушек над водой.
  Глаза привыкли к темноте, и я увидела выражение на лице Фора. Странное, будто он смотрел внутрь себя.
  - Фор? Все в порядке?
  - Да. - Он очнулся. - Просто пытаюсь осмыслить, что со мной произошло. А ты, Нелл? Узнала что-нибудь? Ответы?
  - Гилетир сказал, что если я - это я, будет миг, когда я все пойму. - Я слабо улыбнулась. - Но пока мне это точно не грозит.
  Некоторое время мы молчали. Я переводила дыхание. За спиной не было слышно ни звука. Остальные уже в безопасности, если избранник богини не солгал, мелькнула мысль. Хорошо бы.
  - На том конце пещеры - тени, - сказал Фор. - Мечом их не одолеть.
  - И как мы будем прорываться?
  Он обежал меня взглядом.
  - Обломок каменной свечи, - наконец решил он. - Достань его и держи в руке.
  Я села, распустила завязки рюкзака и достала булыжник. Он светился мягко и уютно, как лампы в храме. Как свечи в доме Фора, куда я больше не попаду. Да и попадем ли мы куда-нибудь вообще?
  На глаза начали наплывать слезы. Я упрямо закусила губу.
  Фор присел рядом.
  - Нелл... не сдавайся. Мы выберемся.
  - Какая разница, верю ли я? - Я все-таки сморгнула слезу. - Свеча нас выведет - или не выведет. Кому какое дело, что я чувствую?
  - Это единственное, что важно. - Фор очень мягко повернул меня к себе, обнял за плечи. - Поверь мне. Главное, чтобы верила ты.
  И если я не поверю в это до конца, мы не выживем. Фор погибнет...
  Я сжала губы.
  - Я попробую.
  Фор кивнул.
  - Подними камень повыше. Мы идем.
  Когда я ступила на мост, тени в противоположном конце зашевелились. Я чувствовала, будто насаживаю себя на невидимое копье: в ушах звенело, пальцы тряслись, и все сильнее хотелось броситься ничком и зарыдать. Фор шел твердым шагом, но, судя по его лицу, ему приходилось не легче.
  - Половина пути, - сказал Фор. - Нелл, если мы не дойдем, я...
  - Даже не думай. - Я сжала его руку. - Мы дойдем.
  Тени приближались, и в голове снова просыпались образы. Холод... темнота... решетки... одиночество... Горло сдавила невидимая рука.
  До конца моста осталось чуть-чуть: впереди шевелились тени. Осколок в моей руке задрожал. Вой в ушах становился нестерпимым. По моим щекам текли слезы. Мы были беззащитны.
  Мы погибнем. Фор станет тенью или бесплотным призраком, здесь, сейчас, рядом со мной...
  Нет.
  Ни за что.
  Я подняла руку с зажатым в ней осколком. Свет мягко обволок руку - и я почувствовала, как меня охватывает спокойствие, от макушки до кончиков пальцев.
  Тени расступились, и я увидела темную свечу.
  Возможно, на меня повлияли слова Гилетира, но я словно наяву чувствовала, как от нее тянет домом. Уверенностью. Покоем. В висках по-прежнему стучало, накатывала тошнота, но часть меня чувствовала, будто вернулась домой. Я стояла напротив темной свечи, и она ждала меня.
  Я протянула руку к зеркальной поверхности, не касаясь ее.
  Она была тем, что я искала. Обещанием власти, могущества - и защиты. Здесь сходились все концы нитей... даже ниточка, звенящая между мной и Фором. Отсюда я могла протянуть нить к кому угодно. Жить - и не бояться ничего.
  Я не имела понятия, откуда я это знала. Знала, и все.
  Я перевела дыхание. Еще не поздно. Я могу протянуть нить к главе круга, и за мной никто не будет охотиться. Послать теней на юг, и паладины забудут, что хотели завоевать север.
  И начнут умирать...
  И что? Жертвы будут в любом случае. Главное - я могу все. Призвать армию теней и завоевать мир. Остановить войну с паладинами и похищения девушек. Какая разница, как это будет сделано?
  Перед глазами встало лицо Фора. Растерянное, непонимающее... разочарованное.
  Но разве не поддался бы искушению он сам?
  Весь мир у моих ног...
  И крепость Разбитой Руки. Кто отдал ее теням? Или они сами поднялись из глубин, когда их стало слишком много? Куда они пойдут дальше, если дать им волю?
  И... я не хочу, чтобы Фор смотрел на меня, как на чудовище. Не могу.
  Я опустила руку.
  - Нет.
  Мир на мгновение замер, разлетелся на осколки, разбился на части, исчез - и вернулся. Я снова стояла в темной пещере в окружении молчаливых теней. Сзади поскрипывали мосты, по ногам дул холодный ветер. Впереди ступени уходили во тьму.
  - Нелл! - раздался за спиной голос Фора. Сколько раз он уже меня окликал?
  Я обернулась. Он без слов указал вперед, в темноту.
  - Нужно уходить. Подземная река совсем рядом.
  Я в последний раз обернулась к темной свече. А если ее найдет кто-то еще?
  - Тени к ней никого не подпустят, - сказал Фор, словно прочитав мои мысли. - Нелл, мне тяжело. Не знаю, почему они не атакуют, но я вот-вот свалюсь. Пожалуйста...
  - Хорошо. - Я сглотнула. - Мы уходим.
  Вблизи послышался плеск воды. Наши шаги захрустели на черной гальке, и вскоре мы подошли к началу каменного желоба. Из щелей в стенах лилась вода.
  - Мы не задохнемся? - тревожно спросила я. - Не утонем?
  - Гилетир указал нам путь. Мы можем только надеяться.
  Я прижалась к стене, пытаясь заглянуть вперед. Ложе реки уходило вниз, и за поворотом уже нельзя было ничего разобрать.
  - Спускайся. - Я выдавила улыбку. - Я за тобой. Остальные нас ждут.
  - Даже не надейся. - Он крепко обнял меня поперек талии. - Спускаемся вместе. Я тебя держу.
  - И не отпустишь?
  - Никогда.
  Фор сел на землю, не выпуская меня из рук. В следующую секунду мы полулежали на краю каменного желоба. Пол скользил под ногами, штаны и сапоги мигом намокли. Впереди таилась тьма.
  Но нас ждали друзья.
  - Мне почти не страшно, - шепнула я.
  - А мне - очень. Но мы выберемся, Нелл. Обязательно. Готова?
  - Да. Только... один вопрос.
  - Какой?
  Его дыхание щекотало мне щеку. Я набрала воздуха в легкие.
  - Если я не окажусь богиней... Совсем, ни разу, никогда. Ты все равно меня не отпустишь?
  - Я? - Фор миг помолчал. - Наверное, обниму еще крепче.
  Не дожидаясь ответа, он сильным движением оттолкнулся от берега. Взметнулся вихрь растрепанных волос, вода плеснула по носкам сапог, и нас поглотила тьма.
 

Глава 12. Ветер пустыни


 
  Стрекозы зависали над водой, покачивались на травинках, улетали, собираясь в бледно-голубые линейки. Мальки резвились у берега. Из пустыни дул горячий ветер, и отражения стрекоз в ручье то и дело подергивались рябью.
  - Красота, - вздохнула Тэри.
  Она сидела на узловатом дереве над ручьем, болтая ногами в воде. Рубашка Северна была ей велика, и длинный рукав то и дело наползал на пальцы.
  - Хорошо, что мой рюкзак остался в крепости, - добавила она. - А то пришлось бы отстирывать все за милую душу. Нелл, а ты стираться собираешься?
  - Угу. - Я откинулась на спину, снова погружаясь в воду. - Сейчас, еще немного.
  - Я бы на твоем месте поторопилась. - Тэри покосилась в сторону лагеря. - Холвир вот-вот начнет беспокоиться.
  - Это оазис, - пожала плечами я. - Вокруг пустыня. Кто нас здесь найдет?
  Тэри покосилась на вход в пещеру, темнеющий между деревьями. Я вздохнула.
  - Оттуда никто не выйдет. Тени охраняют темную свечу. А обычному человеку из подвалов не выбраться.
  - Мы же выбрались. - Тэри дернула плечом. - Правда, не понимаю, как.
  - Я сама не все понимаю. - Я провела руками по лицу, убирая мокрые волосы. - Нам всем досталось. Давай отдышимся, а? Хотя бы пару часов.
  Я вытянула ноги, упираясь пятками в каменистое дно. Прозрачная вода обмывала лодыжки: грязь сошла, и я отчетливо видела каждую царапину на незагорелых икрах. Тэри смешно тряхнула головой, сгоняя с волос стрекозу.
  - Мы с Холвиром ни слова друг другу не сказали с тех пор, как тут оказались, - со вздохом сказала она. - Зря я в него влюбилась. Друзьями быть куда удобнее.
  - Мне кажется, один наш общий знакомый бард так не считает, - осторожно сказала я.
  - Северн? Да... он хороший. Предатель, ясное дело, но оно только добавляет ему обаяния. - Тэри скорчила забавную гримасу. - Но я же не могу влюбиться по заказу! Так не бывает.
  - Тэри, Нелла! - раздался голос Холвира. - Ужин готов!
  - Ну вот, пришел строгий паладин и все испортил. - Тэри натягивала штаны. - Все-таки, наверное, я его разлюблю.
  В лагере горел огонь. Северн раскладывал на тарелки печеную картошку. Фор сидел, опершись на поросший мхом камень, и бесцельно вертел в руках перстень.
  - А, вы пришли, - поприветствовал нас Холвир. - Мы как раз советовались, как и куда отсюда выбираться.
  Я бросила взгляд вокруг. Поляна, рощица, ручей и скалистые стены со всех сторон. Тупик.
  - И как?
  - Между скал ведет тропинка вниз. Я спустился вниз и чуть не заплутал: со стороны пустыни она скрыта так надежно, что ее не видно уже в пяти шагах. Увы, внизу лишь только барханы и колючки, но недалеко проходит дорога - должно быть, ей пользуются караваны.
  - Дорога в Эвер, - подал голос Фор. - Мой родной город и цитадель паладинов.
  - Что только к лучшему, - спокойно сказал Холвир. - Я все еще хочу знать, почему мои братья напали на Тэри.
  - Представляю, как они будут рады с тобой поделиться, - фыркнула Тэри. - Если сразу не придушат в уголочке.
  - В дальнем конце оазиса, за лугом, есть еще одна тропа, - продолжал Холвир, словно не заметив ее слов. - Там пасутся единороги. Мы сможем добраться на них до Эвера. А там...
  Северн кашлянул.
  - Ты забыл рассказать девушкам самое главное.
  - Сейчас расскажу, - невозмутимо продолжил Холвир. - В рощу прилетел голубь.
  Он махнул рукой в сторону молодого клена, чьи листья трепетали над скалой. Я проследила за направлением его взгляда. Далеко вверху на плоском камне сидел белоснежный голубь. К его ноге был привязана едва различимая голубая лента.
  - Это почтовый голубь? Как он нас нашел?
  Холвир еле заметно улыбнулся.
  - У нас свои способы. Но голубь прилетел не к нам. К Северну.
  - И теперь паладины ждут от него записки?
  - Ага. - Северн вздохнул. - И я понятия не имею, что им писать. Если у вас идеи, воплощение которых не приведет к моей мучительной казни, предлагайте.
  - Мы можем назначить им встречу, - сказал Холвир. - А там узнаем, кто из моих братьев хочет убить Тэри. Надеюсь, нам удастся им объяснить, что они неправы. Нелла, ведь избранник богини говорил тебе, что Тэри тут ни при чем?
  - Он ничего мне не сказал, - вздохнула я. - Я же вам уже два раза все пересказала. Просто просил о ней позаботиться. И еще сказал, что мы должны спасти мир, потому что теней становится все больше, и скоро они заполонят все земли.
  - Вообще-то это прямое указание к действию, - заметил Северн. - Особенно вам четверым. Это я так, мимо проходил, а для паладинов и жрецов, даже бывших, слова избранника богини священны. Ну, и для Тэри: все-таки предок.
  - Не просто священны, - с невеселым видом улыбнулся Фор. - Разумны. Когда паладины вторгнутся на север, начнется война. То есть резня, убийства и новые тени.
  - И вот тогда вполне может начаться такое, что нам Ущелье Теней раем покажется, - пробормотала Тэри. - Так что мы можем сделать? Мы пятеро?
  - Спасти мир, очевидно, - серьезно сказал Холвир. - Попробуем встретиться с моими братьями. Может быть, даже с самим главой ордена.
  Фор покачал головой.
  - Это утопия, Холвир. Что мы можем сделать? Попросить их не начинать войну? Хорошо, две минуты мы выгадаем. А потом?
  - Но это лучше, чем не делать ничего.
  Повисло молчание. Трещали сучья в костре. Вдали пропела ночная птица: на темно-синем небе появились первые звезды. Картошка стыла у огня нетронутой.
  - Если меня в итоге не убьют, я скорее за, - наконец сказала Тэри. - Если и впрямь сам избранник богини... Нелла, а Гилетир правда назвал меня по имени?
  - Правда.
  - Тогда я точно за. Северн, а ты?
  Бард вздохнул.
  - Давай сюда карандаш. Сейчас я этим паладинам такого понапишу - сами будут умолять о встрече.
  Холвир и Фор обменялись долгими взглядами. Наконец Фор наклонил голову.
  - Попробуем. И будь что будет.
  После ужина я в одиночку спустилась к ручью. У воды было тихо. Ольха шуршала листьями, да невдалеке бродила по траве трясогузка. Я села на влажную гальку и спустила босые ступни в воду.
  Можем ли мы остановить войну? Вклиниться между двумя войсками? Армию паладинов нам не остановить, армию теней - тем более. Пусть Холвир и Фор чувствуют себя обязанными: им приказал сам Гилетир. Тэри тоже вдохновилась. Но я? Я узнала о избраннике богини лишь несколько дней назад. Зачем мне это?
  Чтобы доказать им и себе, что я - не та, кто стал королевой теней тысячи лет назад, шепнул внутренний голос. Не девушка, выбравшая темную свечу.
  Но и белая свеча в Иствене меня не приняла...
  Я вздохнула. В следующую минуту мне на плечо опустилась рука.
  - Тебе не стоит оставаться одной, - серьезно сказал Фор. - Помнишь, что случилось в первый раз?
  - Меня похитили...
  - Именно. А я как-то не очень люблю, когда у меня похищают друзей. Представляешь, если из-за этого начнется война с паладинами?
  Я фыркнула.
  - И победитель получит меня в жены?
  - Ну, если учесть, что у паладинов обеты, они просто обязаны будут проиграть. Но я все-таки предпочел бы, чтобы до этого не дошло. Ты дорога мне, Нелл.
  Он смотрел на меня. Спокойно и мягко, с той же теплотой, что я видела в его глазах, когда мы ели лепешки в хижине.
  - Наверное, это моя самая главная мечта, - тихо сказала я. - Чтобы меня принимали такой, какая я есть.
  - Покажи мне хоть кого-нибудь, кто об этом не мечтает, - негромко ответил Фор.
  - Я просто думала, что ты во мне разочаруешься. Ведь если я и впрямь то самое воплощение богини... Получается, что когда-то я была королевой теней.
  - Я видел тебя у темной свечи, - спокойно сказал он. - И знаю, что ты выбрала.
  - Я испугалась, - призналась я. - Темная свеча обещала мне, что я смогу управлять кем угодно. Чем угодно. Но чем это кончится? Меня начнут ненавидеть, я останусь в одиночестве, и в конце концов сойду с ума.
  Он кивнул.
  - Я рад, что ты отказалась.
  - А уж я-то как рада, - вздохнула я. - Фор... а ты научишь меня управлять светом? Если я была жрицей - что-то во мне ведь осталось, верно?
  - Я? - Фор покачал головой. - Нелл, я не лучший учитель. Ты же помнишь.
  Он протянул руку к травинке: она колыхнулась, но тут же выпрямилась. По его вискам разлилась знакомая бледность, и Фор со вздохом отнял руку.
  - Могу разве что дать тебе пару уроков с посохом. Подождешь до утра?
  - Конечно.
  - Тогда пойдем в лагерь. Холвир выбрал нас на первую стражу.
  Этой ночью мне снилось небо. Голубое, спокойное, в проблесках облаков, с далеким солнцем. Поэтому, когда я открыла глаза, я не сразу поняла, что это не сон.
  - ...А после завтрака двинемся через луг, - услышала я. - К ночи будем в Эвере.
  Холвир стоял посреди поляны, Фор - в двух шагах от него.
  - Я как раз хотел устроить тренировку, - кивнул Фор. - Нелл, бери свой посох.
  Он опирался на крепкую ошкуренную палку. Холвир кивнул Фору, улыбнулся мне и пошел к костру. Я настороженно покосилась на палку и пошла за посохом.
  Следующие два часа я не видела ничего, кроме солнца, шуршащей травы под ногами и палки в быстрых руках Фора. Лишь когда я несколько раз подряд выбила импровизированный посох из его рук, Фор с усталой улыбкой отступил.
  Я села на траву, тяжело дыша. На запястье переливался свежий синяк.
  - Ты поддавался!
  - Конечно. Тебе нужно было видеть свои успехи, Нелл.
  - Если ты так считаешь... - Я развела руками. И замерла: синяк на руке бледнел на глазах.
  - Встань, - вдруг резко сказал Фор. - И отойди на пару шагов.
  Я покосилась на него, но послушалась. И вовремя: трава под моими ногами пожухла и начала чернеть. На земле остался выжженный круг.
  - Богиня... - Фор коснулся мертвой травы. - Нелл, тебя и впрямь придется учить. Срочно, иначе ты, чего доброго, спалишь всю рощу. Как твоя рука? Болит?
  - Уже нет. - Я рассматривала свои кисти. Синяк почти сошел. - Но траву жаль.
  - Ты научишься. - Фор положил мне руку на плечо. Она не дрожала, но была холодной, как лед. - Только учись быстрее. Ты вся горишь.
  - Как?
  - Посмотри на небо.
  Я подняла голову. Облака росли из пены, как дворцы, и светлая бездна уходила к горизонту. Синее пространство звало, манило, обещало. Я не заметила, как опустилась на спину, как расступилась под моими плечами трава. Дно неба распахнулось, вобрало меня в себя, и я ощутила спокойствие, ровное, как тихая река.
  В груди теплился огонек силы, словно я сжимала в руках ветку черешни, и свежесть солнечно-красных ягод перетекала в меня, как сок. От травы шло тепло, деревья излучали свет. Неужели всю жизнь со мной было то же самое? А я не чувствовала, не знала...
  - И теперь всегда будет так? - растерянно спросила я. - Каждый день?
  - Не знаю. - Фор испытующе посмотрел на меня. - Мы даже не знаем, почему к тебе пришла сила. Может быть, потому, что ты отвергла темную свечу?
  Он задрал голову к солнцу.
  - Я немного тебе завидую. Когда я был жрецом, я каждое утро раздергивал занавески и думал, что переворачиваю страницу. А теперь книга кончилась, и мне кажется, что я завис в янтаре. Наверное, пора искать новый смысл... или старый?
  - А если смысла вообще нет? Просто живешь, живешь... и умираешь?
  - Каждая жизнь несет свет. Важно его увидеть. - Фор кивнул в сторону лагеря. - Пойдем завтракать, Нелл. Пора в путь.
  После завтрака мы подхватили рюкзаки и двинулись по едва заметной с луга тропе между скал. Сверху сияла полоса неба, но по нашим лицам скользили тени.
  - Какие они, единороги? - спросила я Фора.
  - Это создания света, - ответил он. - Единственное, что способно их оттолкнуть, это тени, тьма, следы темной свечи. Но мы оставили ее позади, верно?
  - Конечно. А белой свечи они не боятся? - Я достала из кармана осколок.
  - Нет. Наоборот. - Фор накрыл рукой мои пальцы. - Это кусочек дома.
  - Ты по нему скучаешь? - тихо спросила я.
  Фор помолчал.
  - Не знаю, Нелл, - наконец сказал он. - Даже если бы мою хижину не сожгли, я не уверен, смог бы ли я там остаться. Все изменилось.
  - Но ты туда вернешься? Когда-нибудь?
  Он не ответил, глядя вперед как завороженный. Я посмотрела в ту же сторону и чуть не выронила посох.
  Ущелье закончилось. Перед нами расстилалась поляна, покрытая молодой травой. А за скалой в тени высоких тополей стояли единороги. Длинные гривы развевались на ветру, глаза цвета моря вглядывались в небо. Повсюду летал тополиный пух.
  Я выдохнула, оглядывая поляну. Пух летел так задумчиво, словно не стремился коснуться земли. Где-то на севере лежал снег, но здесь, в знойном воздухе, до полуобморока пахнущем свежей травой, мне хотелось только зарыться в листья липы и не поднимать головы, пока кто-нибудь не скажет, что так теперь будет везде, всегда.
  Единорог подошел к нам. Белая шерсть искрилась даже в тени: на солнце она бы сверкала. Тяжелый перламутровый рог клонил тонкую шею к земле.
  Тэри выступила вперед.
  - Мы хотим добраться до Эвера на ваших спинах, - тихо сказала она. - Можно?
  Единорог не шевелился. Тэри протянула руку и коснулась его шеи.
  - Идут... - прошептал Холвир.
  Под шелест листьев к нам шли остальные единороги. Повеяло теплом.
  Холвир легко оседлал ближайшего единорога. Тот даже не сдвинулся с места, лишь чуть наклонил голову. Из-за скалы выглянуло солнце, и теперь мы стояли в ярком круге белизны и бликов, будто странники на облаке. Фор шагнул вперед. Я двинулась за ним. Тэри с улыбкой протянула к единорогу вторую руку.
  И отпрянула.
  Единороги взвились, как волны в шторм. Тэри едва успела отскочить. Холвир кувыркнулся назад, но ему не дали вскочить на ноги: единорог поднялся на дыбы и отбросил молодого паладина к скале. Нас теснили к ущелью.
  - Кажется, у нас проблемы, - сообщил Северн. - Мы вообще отсюда выберемся?
  - Что-то не так, - произнес Холвир, поднимаясь. - Единороги боятся лишь теней. Но их здесь нет. Тогда что?
  - Темная свеча, - холодно сказал Фор. - Кто-то из нас вынес осколок из крепости.
  Холвир и Тэри одновременно повернулись к Северну.
  - Я?! - возмутился бард. - Мне пока еще жизнь не надоела!
  - Ты мог подобрать камень, не зная, что это он. - Холвир поморщился, прижимая руку к животу. - Или осколок попал кому-то в ботинок, в котомку, в капюшон плаща.
  Единороги стояли полукругом, выставив рога. Сейчас они уже не напоминали величественных древних животных. Скорее, готовящихся к прыжку быков.
  - Нужно вернуться в ущелье и перетряхнуть вещи, - решительно сказала Тэри.- Найдем осколок темной свечи, выбросим, и единороги нас примут.
  - Есть лучший выход. - Фор откинул волосы со лба. - Отступить и выйти к ним поодиночке. Тогда мы узнаем, кого они отвергают.
  - Хорошо. - Холвир кивнул. - Давайте так и сделаем.
  Мы отступали в ущелье спиной вперед. Единороги не двигались: острые рога по-прежнему были нацелены на нас.
  - Они так смотрят! - выдохнула Тэри, когда мы оказались в середине ущелья. - Холвир, ты не ранен?
  - Уже нет, но на рану ушли все мои силы, - ответил Холвир. - Нам не стоит идти через пустыню пешком: если поблизости бродят разбойники, мы будем беззащитны.
  - Значит, возвращаемся, - сказала я. - Я пойду первой.
  Через ущелье я прошла не останавливаясь. Над поляной по-прежнему колыхались тополя, и шерсть единорогов искрилась на солнце. Двое зверей лежали в тени. Еще один склонился над травой и пил ее, как воду.
  Единороги не обращали на меня внимания. Вдруг один из них сделал шаг в мою сторону. Потом еще один. Когда он подошел совсем близко, я машинально протянула руку. На ощупь шерсть единорога казалась скользкой, как лебединые перья, и теплой, как пламя в очаге.
  Сзади послышались шаги. Я обернулась. Ко мне, пошатываясь, шел Холвир. Единороги расступались перед ним. Самый высокий склонил голову, и я заметила пятнышко крови на блестящем роге.
  - Словно он извиняется, - сказала я.
  - Так и есть.
  Мы отошли в сторону. Минутой спустя из ущелья появился Северн.
  - Вот и я, - заявил он преувеличенно бодрым тоном. - Не ждали?
  Двое единорогов отвернулись. Третий сделал несколько шагов в нашу сторону, словно спрашивая: что, и этот с вами?
  - Кажется, пронесло, - вздохнул Северн, вставая рядом. - Ну, кого ждем?
  Единороги заволновались. До меня донесся странный звук: полукрик-полуржание, высокий и жалобный, как девичья песня.
  - Тэри должна была пойти последней, - встревоженным тоном произнес Холвир. - Во имя ордена, что там происходит?
  Я шагнула к ущелью, потом побежала. Северн в два прыжка оказался рядом.
  Фор лежал на земле. Рюкзак валялся в двух шагах от него, но единороги не обращали на его вещи никакого внимания. Белые и тонкие, они сгрудились вокруг Фора, и мне почудилось, что я слышу гудение, словно бормотание раздраженных пчел.
  - Если у вас есть идеи, лучше высказать их сейчас, - подал голос Фор с земли. - Похоже, они ждать не будут.
  - Разуйся. - Холвир подошел к ним. - Сними одежду. Что еще на тебе есть? Нож, вода, золото?
  Фор отстегнул от пояса нож, аккуратно положил на землю глиняную флягу и носком ноги сдвинул их к рюкзаку. Минутой позже туда же полетели и ботинки.
  Единороги не шевелились. Зверь, улегшийся под тополем, неспешно поднялся и побрел в нашу сторону. Гудение сделалось громче.
  - У меня больше ничего нет, - спокойным голосом заметил Фор, разглаживая отвороты брюк. - Не то чтобы я стеснялся, но...
  - Перстень, - вдруг сказал Северн. - Перстень жреца богини.
  Я перевела взгляд на своих спутников. Глаза Холвира вдруг вспыхнули.
  - Фор, верховный жрец вручил тебе перстень прямо в день твоего бегства, верно? Ты тут же надел его... и потерял силу.
  - Да... То есть нет. Такого просто не может быть.
  Фор поднес руку к карману рубашки. Медленно-медленно достал перстень. Ближайший единорог с фырканьем попятился. Солнечные лучи скользили по прозрачному камню.
  Неужели внутри - песчинка темной свечи? Приговор для любого жреца?
  - Не может быть, - повторил Фор. - Холвир, прости, но я не могу в это поверить.
  - И не надо верить, - раздался голос Тэри. - Любой ювелир даст точный ответ, как только мы доберемся до Эвера. А пока...
  Она протянула руки, и единороги расступились перед ней. Фор тихо поднялся и отошел, прихрамывая. Перстень остался лежать на земле.
  Послышался шорох травы: Тэри шла к единорогам, уводя их от украшения. Узкие морды льнули к ней, и белые гривы тянулись за ней, как пена.
  - Вы помните меня, - услышала я тихий голос Тэри. - Тысячу лет назад здесь бродил Гилетир. По его слову на юге появились паладины, чтобы сделать мир лучше.
  Единороги смотрели только на нее. Перламутровые рога качались, как мачты.
  - Но они изменились, - продолжала Тэри. - Грядет война паладинов с жрецами севера. Вторжение, в котором погибнут невинные люди. И тени, которых вы так ненавидите, затопят мир.
  Девушка встала на колени.
  - Я одна из его рода, - тихо сказала она. - Я хочу их удержать. Помогите мне.
  Мы ждали в молчании. На земле блестел перстень. Я взглянула на Фора: он был белее мела. Тэри не шевелилась.
  Наконец от белопенной стаи отделился единорог. Помедлил - и опустился на колени перед девушкой. Солнце коснулось ее волос, и темные кудри вспыхнули, как корона.
  Тэри погладила единорога по холке. Тот послушно подставил голову. Девушка просияла и взлетела на ноги.
  - Залезайте, - скомандовала она. - А я...
  Она сделала шаг назад. Перстень Фора оказался в ее руке - и быстрее, чем я успела моргнуть, Тэри надела кольцо на тонкий изогнутый рог. И запрыгнула на белую спину.
  Путь из долины напоминал спуск по винтовой лестнице. Дорога между скалами петляла и поворачивала, хрупкие как хрусталь копыта то и дело тонули в грязи, спотыкались на острых булыжниках, проваливались в песок.
  Наконец каменные стены ушли в стороны. Впереди простиралась пустыня.
  - Если мы доберемся без приключений... - начала Тэри и ойкнула. Роскошная капля воды стукнула ее по носу. Вторая капля упала мне на плечо.
  - Дождь, - промолвил Северн. - Так, глядишь, и розы в пустыне начнут цвести.
  Я вгляделась в расстилающуюся перед нами гладь. Куда хватало глаз, под завесой туч светилось песчаное море. В островках тени возле скал росли кактусы, в волнах песка лениво шевелились странные узкие листья.
  Каменная дорога поднималась над кирпичного цвета глиной, как крепостная стена. Грубо вытесанные ступени спускались к песчаному прибою каждую сотню метров. А на западе, куда уходило солнце, белые стены встречали подножие гор.
  - Эвер, - выдохнула Тэри. - Ой, как меня там встретят...
  - А, ты же там купеческого принца ограбила? - поинтересовался Северн.
  - Было дело, но не отменять же спасение мира из-за этого! - Тэри тряхнула головой. - Выкарабкаемся!
  Дождь меж тем барабанил все сильнее. Единороги фыркали и ежились, ступая на тропу. Далеко позади раздался восхищенный крик: две темные точки прыгали и махали руками. За ними поднималась пыль.
  - Караван, - произнес Фор. - Нас заметили.
  - Это-то нам и нужно, - весело откликнулась Тэри. - Авось и паладины поймут, что мы не абы кто! Вперед!
  Последняя фраза относилась к единорогам, и те ее поняли: мы понеслись вскачь. Теплые струи летнего дождя хлестали по лицу, но недолго: когда белые стены закрыли горизонт, слева над тучами появилась радуга.
  - Знамение хоть куда. - Северн запрокинул голову. - Нам везет.
  - Как утопленникам, - пробормотал Фор.
  Впереди распахнулись городские ворота.
  - Эвер, - заключила Тэри, спрыгивая на дорогу. - Мы прибыли.
 

Глава 13. Паладины и жрецы


 
  Я вышла на крыльцо гостиницы и взглянула наверх. Ночью прошел дождь, и пурпурные цветы, облепляющие балкончик на последнем этаже, дышали влагой. Тэри стояла среди них, опираясь на перила, и смотрела на море. Увидев нас, она помахала с балкона рукой и скрылась в комнате.
  - Что она собирается делать? - спросила я вслух.
  - Готовиться, - отозвался Северн. - Мы ведь вечером собираемся во дворец? В гости к паладинам?
  За спиной скрипнули входные двери. Фор и Холвир вышли из гостиницы.
  - Не передумал? - спросил Холвир.
  - Я иду к ювелиру, - просто сказал Фор. - Вчера я не спал полночи. Если Тэри была права насчет темной свечи в моем перстне, я должен об этом знать.
  - Может быть, тебе будет нужен кто-то рядом? Пережить такое нелегко.
  Фор покачал головой.
  - Я справлюсь. В конце концов, самое худшее уже произошло.
  Он легко сошел с крыльца и направился вниз по улице, кивнув мне на прощание.
  - Что ж, - произнес Холвир, когда мы остались втроем. - Северн, повтори наш план.
  - Я иду на рынок, - послушно сказал Северн. - Для отвода глаз покупаю еду: немного хлеба, флягу холодного молока. Из сырного ряда потихоньку перехожу на улицу Медников и иду к месту встречи. Оттуда вы следуете за мной.
  - Все верно, - кивнул Холвир. - Меч при тебе?
  - Угу, только много от него будет пользы, когда мне шарахнут паладиньим светом по голове, - фыркнул Северн. - Разве что вы с Неллой меня укроете и обогреете.
  - Я пока мало что умею, - негромко сказала я.
  - Это лучше, чем ничего, - спокойно сказал Холвир. - Поэтому ты и идешь со мной. Северн, не вешай нос. Прорвемся.
  Северн уныло кивнул и двинулся вниз по улице вслед за Фором. Фляжка болталась у него на поясе, как ручная обезьянка, да он и сам напоминал бродячего артиста в потрепанной одежде, с волосами, рыжими в лучах утреннего солнца.
  - Пока Северн ходит по рынку, мы успеем заглянуть в гавань, - сказал Холвир. - Ты видела, сколько там было кораблей?
  - Несколько дюжин. Это необычно?
  - Не для такого порта, как Эвер. Но я видел фрегаты там, где должны бы стоять торговые суда. Это... неправильно.
  - Предстоит война? - Я взглянула на него. - Паладины собираются на север?
  - И очень скоро. Идем.
  Мы спустились к сонному бульвару и пошли вдоль деревьев. В каменном озерце плавали лебеди. Сила отражалось в каждом листке, в шелесте и в шепоте дубов, в ветках, тянущихся к воде... У меня снова закружилась голова.
  Бульвар закончился, и я невольно прикрыла глаза рукой: впереди под утреннем солнцем сияло море. На волнах со скрипом покачивались корабли, на мачтах желтели свернутые паруса. Пахло нагретым камнем и водорослями.
  - Холвир, - окликнула его я. - Сколько дней нужно, чтобы пересечь море?
  - Дней десять, - помедлив, ответил он. - Или чуть меньше..
  - Значит, у нас совсем не осталось времени...
  Холвир подошел к краю набережной, оперся на поручни. Внизу в темно-зеленых волнах колыхалась медуза.
  - Я который день хожу как во сне, - произнес он. - Мои братья и наставники - убийцы, мечтающие развязать войну. И самое страшное, меня ужасает не зло. Меня бросает в дрожь от мысли, что это мои друзья.
  - Свои.
  - Да.
  Холвир помолчал.
  - Часть меня хочет броситься в огонь, делать все, что прикажут, но не расставаться с ними, - проговорил он. - Я и не знал, что держу такое в себе.
  Я взглянула на солнце. Впереди в сверкающей голубой воде колыхался белоснежный парус. Сейчас бы туда, далеко-далеко, в открытое море, на свободу...
  И очнуться, когда придет пора становиться тенью. Мне, Фору, Холвиру - всем.
  Нет.
  - Нам пора, - сказала я.
  Холвир взглянул на свою тень и кивнул.
  Дорога от пристани поднималась вверх, и вскоре мы вышли на одну из главных улиц. Тут вовсю сновали прохожие. Гомон впереди стал громче, в нос били резкие запахи: мы приближались к рынку.
  Здесь и вправду было куда люднее, чем на севере. Пропотевшие под солнцем каменные улицы гудели от стука каблуков и звона колес. Нищие шествовали, закутавшись в запах кислой капусты, как в мантию.
  Холвир шагнул к плетеным столикам, где таяло на подносах масло и пахло свежей сметаной. А миг спустя я увидела Северна: бард с небрежным видом приценивался к молоку в глиняных кринках.
  Прежняя Нелла была на подобных рынках много раз. Смеялась, расплачиваясь с торговцами, пробовала сметану с кончика ножа, до потери пульса торговалась за серебряные безделушки. Сколько же светлых воспоминаний у меня украли?
  Или ни одного? Если богиня и воплощается в новом теле с новой памятью каждую тысячу лет, как сказал Гилетир, у нее и не должно быть воспоминаний, верно? А прежняя Нелла после смерти просто... заснула, ушла, исчезла. Как и ее учитель.
  Надеюсь, им хорошо там вместе. Куда бы они ни попали.
  В любом случае, в прошлое не вернуться. Нужно идти дальше.
  - Северн уходит, - сказал Холвир. - Готова?
  Я посмотрела на небо, зачерпывая сил. Живое тепло расходилось по рукам, как весеннее солнце по земле.
  - Да, - кивнула я. - Холвир... а семья Северна? Что будет с ними?
  - Если они еще живы, мы их защитим. Обещаю.
  А если нет?
  Я вздохнула, на миг опустив голову. И краем глаза увидела знакомую сутулую фигуру, удаляющуюся в сторону широкой улицы, где булыжники и тротуары перемежались полосками блестящей меди.
  - Северн уже на улице Медников, - произнесла я. - Надо спешить.
  Холвир без слов пошел вперед.
  Мы поднялись по соседней улице. В ранний час там не было прохожих. В сквере росли старые яблони: мелкие плоды оттягивали ветки. Северн свернул в проулок. Я двинулась было за ним, но Холвир покачал головой, указывая на приставленную к ближайшему дому деревянную лестницу.
  Оглядевшись по сторонам, мы полезли на крышу. Вовремя: когда я перелезла на черепицу, я увидела Северна, одиноко стоящего у стены. Соседние дома сходились клином: двор заканчивался тупиком.
  - Здесь?
  - Да.
  - Еще есть время. - Я бросила взгляд на пустой двор. - Холвир, если мы будем драться, что мне делать? Я не владею силой так, как ты.
  - Ты ей обладаешь. Это одно и то же.
  Я подняла брови.
  - То есть Фор и другие жрецы учились напрасно?
  - Нет. - Холвир перевел взгляд на меня. - Нелла, ты можешь сражаться, исцелять, лечить умирающих и зажигать огни во тьме. Но чтобы сохранять силу в себе, нужно учиться. Жрец круга способен отдавать часами. Ты рухнешь от потери сил за минуты.
  - Надеюсь, пары минут нам хватит, - вздохнула я.
  Холвир серьезно кивнул.
  - Будем надеяться на лучшее.
  Я легла на крышу ничком. Черепица царапала кожу, утреннее солнце грело затылок. Ветер дул с моря, и в воздухе чувствовалась влага. На соседней крыше курлыкали голуби.
  - Северн, хитрая ты бестия, - донесся до меня раскатистый баритон. - Я уж и не ожидал тебя увидеть! Цел, подлец!
  Я с изумлением увидела, как Северн расплывается в улыбке. Высокий плотный человек подошел к нему, и они обнялись, как братья.
  - Мог бы и не присылать голубей в крепость, - ворчливо сказал Северн, высвобождаясь. - Еще чуть-чуть, и их бы заметили.
  - Ну, мы тоже не лыком шиты, - усмехнулся его собеседник. - Ребята, если что, всегда наготове.
  Он махнул рукой, и трое мужчин в неброской темной одежде вышли из-за угла. Холвир вцепился в черепицу обеими руками. Северна мы не отобьем, поняла я, похолодев. Да и нужно ли?
  - Рассказывай, - предложил мужчина. - Говорят, в городе богиня объявилась? Неужели мой братец ее из крепости прихватил?
  - Я расскажу. - Северн посмотрел на брата. - Но сначала...
  Он коротко, без замаха, ударил своего собеседника в челюсть. Второй удар пришелся тому в живот.
  - Ты что, совсем в крепости с катушек слетел! - ошеломленно крикнул тот, перехватывая третий удар. - Северн!
  - С каких пор ты заделался убийцей? - вдруг рявкнул Северн. - Как ты посмел через своих псов угрожать маме? Как твой язык вообще повернулся?!
  - Но ты мне поверил! - Его брат развел руками. - Ведь так? Ты поверил, что твой родной брат способен на убийство матери и братишек.
  Северн опустил голову.
  - Да, - глухо сказал он. - Я не знал, чему тебя обучили... здесь.
  - Я вижу. Ты совсем не изменился, братец. Еще с тех дней, когда промышлял мелким воровством. "Я не знал, что это ее последние деньги!" "Но мне никто не предлагал работу!" А я ловил тебя за руку и кормил обедом. Кажется, зря.
  - Ты чудовище, - тихо сказал Северн.
  - Да ну? Я посадил тебя на корабль и дал тебе будущее. В ответ ты помог друзьям убить двух паладинов в Крегоре и поверил, что я, грязный мерзавец, способен убить собственную мать. Я не жалею: цель того стоила. Но вот ты - жалеешь ли ты?
  Он с насмешкой глядел на брата. На Северна было страшно смотреть.
  - Так кто из нас чудовище, братишка?
  Северн вдруг шагнул к брату.
  - Я скажу тебе только одно, - отчеканил он. - Вашим планам конец. Варвары не станут воевать: мы нашли им нового шамана. Вам не удалось убить ни Тэри, ни Неллу: если одна из них станет богиней, она размажет вас по стенке. И знаешь, что еще? Войны на севере тоже не будет. Холвир об этом позаботится.
  - Неужели? Сам Холвир? - Его брат присвистнул. - Ну все, нам крышка. А одна из твоих девиц - и впрямь воплощение богини? Интересно, интересно...
  - Кто отдал приказ убить Тэри? - неестественно спокойным тоном спросил Северн. - Ты?
  Его брат повернул голову. Несколько мгновений мужчины смотрели друг на друга. Северн первым отвел взгляд.
  - Все, - мягко сказал его брат. - Настало время отвечать, братишка. Где твои друзья?
  Северн плотно сомкнул губы. Его лицо побледнело.
  - Если ты думаешь, что я не трону тебя и пальцем, ты заблуждаешься, - серьезно сказал его брат. - Где они?
  - Бегите!!
  Вопль, который вырвался у Северна из груди, был даже не отчаянным - диким. Я не узнала бы его голоса, если бы не видела, как шевелятся губы.
  Холвир уже прыгал вниз, раскинув руки. Северн поднырнул под рукой брата и бросился к выходу из переулка. Я подхватила с крыши посох и прыгнула за Холвиром. Перед глазами пронеслись окна, клумбы, утоптанная земля, и я приземлилась на кучу песка. Пятки заныли от отдачи, словно по ним прошлись кузнечным молотом.
  - Сзади! - раздался крик.
  Я обернулась и выставила перед собой посох. Высокий мужчина с рыжеватой бородкой, идущий ко мне, был безоружен, но его пальцы светились.
  Боль в ногах быстро уходила, и наступала слабость. Скаты крыш заслоняли небо, и я не могла взглянуть на облака: сила уходила из меня, как вода в песок. Пахло навозом, у раскрытого окна жужжали мухи. И никого: двор словно вымер.
  Мужчина остановился в трех шагах от меня. Я вмиг поняла, почему: ему ничего не нужно было делать. Мои силы вот-вот закончатся, и я свалюсь, так и не поняв, что я вообще умею. Была бы не жрицей, врезала бы ему по шее...
  А так - не могу?
  Я размахнулась посохом и хлестнула бородача по коленям. Он не успел увернуться и упал на руки, но и я не удержала равновесия и полетела в песок. Рядом Северн извивался в руках двоих паладинов в темном. Его брат и Холвир катались по земле, как уличные мальчишки: каждый удар сопровождался ворохом искр.
  Издалека донесся колокольный звон. Вокруг вились песчинки. Я из последних сил потянулась за посохом. Как болят ступни! Но надо вставать. Иначе...
  Сзади послышались шаги. Потом что-то кольнуло затылок, и все стихло.
  Наступила темнота.
  Я очнулась от боли. Правая ладонь горела огнем. Жгучая резь становилась все сильнее, и горло взорвалось криком, прежде чем я поняла, где я.
  Глаза быстро привыкли к полутьме. Я сидела на холодном полу недалеко от ржавой, покрытой мхом решетки. Пот заливал глаза, но я не могла вытереть лоб: левая рука была прикована к металлическому кольцу, вмурованному в пол, а правая... Я шевельнула головой и немедленно об этом пожалела: посреди ладони блестел тонкий железный штырь, намертво прибивая мою руку к стене. Слева в такой же позе полусидел Холвир. Его голова склонилась на грудь: он был без сознания.
  В каменной нише напротив мерцало пламя единственной свечи. Рядом на стуле сидел человек. Капюшон скрывал лицо, но не кисти рук, излучающие знакомый белый свет.
  Я прикусила губу, чтобы не застонать. Боль не уходила: она наплывала волнами, и казалось, что в кисти правой руки сосредоточился весь мир.
  - По-другому вас не удержать, - проговорил голос из-под капюшона. - Увы, мы дышим силой через ладони, и никак иначе.
  - Вы думаете, у нас еще осталась сила? - выдавила я.
  - Год назад я отправился в крепость Разбитой Руки с проверенными людьми, -ответил он. - Выбрался я оттуда лишь чудом. Из моих спутников не уцелел никто. Я не могу вас недооценивать, Нелла.
  По крайней мере он меня знает. Уже интересно.
  - Кто вы?
  - Меня зовут Джорнин. Холвиру это имя знакомо.
  - Но не мне.
  - Это и к лучшему. - Он придвинулся ближе. - Я беспокоюсь о своих землях, Нелла. О тысячах невинных людей, которых вы можете обречь на Ущелье Теней, сами того не желая. Что произошло в крепости?
  - Уберите штырь, - попросила я. - И вылечите Холвира. Я все вам расскажу.
  - Я и так держу вашу боль из последних сил. - Джорнин откинул капюшон, и я увидела усталое лицо человека лет тридцати пяти-сорока. - Мне вовсе не хочется, чтобы вы страдали. Но оказаться погребенным в собственном дворце мне хочется еще меньше.
  Я откинулась к стене, разглядывая своего мучителя. Умное лицо. Темные глаза, высокий лоб, нос, который еще называют орлиным. Рука болела по-прежнему, но я не могла его ненавидеть. Не могла, и все тут. Что это? Он так верит в свою правду, что эта убежденность передается мне? Или его сила влияет на мои мысли?
  Так. Отсюда надо выбираться.
  - Что вам рассказал Северн? И что вы с сделали с его семьей?
  - Его семья цела и невредима: ведь его старший брат в ордене. Что до Северна, то он сбежал. Как мне сказал его брат, перед этим ваш друг вдоволь изругал тех, кому я дал... особые указания.
  - Вы о тех двух паладинах, что убили шамана? И пытались убить Тэри?
  - То, что происходит у варваров, жестоко и недостойно, - серьезно сказал Джорнин. - Вы знаете, что они кочуют, подбирая беспамятных девушек, и делают их женами своих воинов насильно? А то, что их племена занимаются разбоем уже много лет, и шаманы выгадывают им благоприятные дни для грабежа? Что до девушки, я сожалею. Но она сама выбрала такую судьбу.
  - Что еще вы знаете?
  - Увы, ничего важного. Северн упомянул Гилетира, но... - Джорнин развел руками. - Я же не мог приказать его собственному брату схватить его и пытать. Мы не чужды милосердия, Нелла.
  - От толики милосердия и Холвир бы не отказался, - с горечью заметила я. - Почему он до сих пор не открыл глаза?
  - Мне пришлось его усыпить. Я хотел поговорить с вами. - Джорнин вздохнул. - Кроме Тэренс, вы единственная женщина в отряде. Догадываетесь, о чем я думаю?
  Он придвинулся еще ближе. Мы смотрели друг другу в глаза.
  - О да, - хрипло сказала я. - Приковать богиню к стене: лучшее, что вы могли сделать. Безупречная логика.
  Я с тоской покосилась на дверь. Руки затекли и казались каменными. Да и разве у меня получилось бы бежать?
  - Нелла, посмотрите на меня, - попросил Джорнин.
  Голова сама дернулась в его сторону. Пламя свечи ударило в глаза.
  - Мир меняется, - сказал он. Темные глаза смотрели прямо и открыто. - Все решится на севере через считанные дни. Тысячу лет назад Гилетир заложил фундамент, я же хочу завершить постройку. Объединить север и юг, привести своих братьев туда, откуда они ушли много лет назад. Мы отправимся за море. Жрецы не в силах нам помешать, но богиня, которая, судя по календарю, вот-вот придет - серьезная помеха. И мне не нужно, чтобы она вставала на нашем пути. Поэтому я хочу знать, кто она.
  Я молча смотрела на него. Свеча догорала. Холвир по-прежнему не шевелился. В глубине коридора послышались какие-то смутные звуки: я прислушалась. Ничего.
  - Нелла, вы можете мне помочь. Расскажите мне, что случилось в крепости. Я способен на... многое. - Джорнин глубоко вздохнул. - Но мне не хотелось бы этого делать. Расскажите мне сами.
  - Вам нужен ответ, - раздался в темноте ледяной голос. - А вы в него поверите?
  Вспыхнул свет. Я инстинктивно попыталась вскинуть руку, чтобы защитить глаза - и вскрикнула от боли. Спустя секунду раздался стон: Холвир приходил в себя.
  - Кто вы? - Голос Джорнина остался ровным и спокойным. - И что с моими людьми?
  - Очнутся через пару часов. - Я наконец-то узнала этот голос. - Нелл, ты цела?
  - Да, Фор. - Я подняла голову. - Кажется, ты вовремя.
  Фор стоял в дверях. В обычной рубашке, в потертых брюках: простой бродяга, да и только. Но теперь, когда я чувствовала силу, я видела над его головой чистое белое пламя: словно костер полыхал вокруг плеч.
  Перстня не стало, и Фор вернул силу? Неужели все оказалось так просто?
  - Боюсь, я опоздал. - Фор склонился над моей раненой кистью. Джорнин не сделал ни одной попытки ему помешать. - Руку придется лечить. А я-то надеялся на мирные переговоры...
  - Джор... Джорнин? - раздался голос Холвира. Он оглядывался по сторонам с таким ужасом, что я на миг забыла о боли в руке. - Что вы здесь делаете?
  - Тебя это ужаснет, но на совете почти все поддержали мой план, - с сочувствием сказал Джорнин. - И вторжение на север, и ваше пленение. Твой наставник был единственным, кто выступил против. Увы, той же ночью он умер.
  - Его убили по вашему приказу!
  Джорнин покачал головой.
  - Как ни странно, нет: он всего лишь в нас разочаровался. Сердце не выдержало.
  Холвир сжал челюсти.
  - Вы больше не мой глава ордена, - глухо сказал он. - Вы чудовище.
  - Мы уходим. - Фор выпрямился. Оковы на моих руках звякнули и упали на пол. Я не чувствовала кистей рук, но не ощущала и боли.
  - Мне не тягаться с вашим источником силы. - Джорнин развел руками. - Вы и сами это знаете. Но все-таки: кто вы, и что вы намереваетесь делать?
  Фор поддержал меня за локоть, помогая подняться. Голова кружилась, перед глазами танцевали яркие пятна.
  - Думаю вернуться в круг жрецов, - услышала я словно издалека. - Прекратить то, что там делается. Вышвырнуть ваши корабли с моего севера. Если я смогу... когда-нибудь - освободить крепость Разбитой Руки от теней. Но это потом. Сейчас я хочу увести отсюда своих друзей.
  - Вы - Форэтт Эверский, - негромко сказал Джорнин. - Как кстати...
  - Если бы вы пошли на переговоры - да, это было бы кстати, - кивнул Фор. - Но я слышал ваш разговор с Неллой. Вы не отступитесь. Самое большее, на что можно надеяться - вы потянете время.
  - До тысячелетия остались считанные дни. - Джорнин с иронией покачал головой. - Я лишен даже этой роскоши.
  - Стало быть, нам пора идти, - спокойно заключил Фор.
  - Попробуйте. Но торопиться уже поздно, Форэтт. Сюда идут.
  - Не дойдут. - Теперь я слышала иронию в голосе Фора. - Тэри устроила неплохое представление наверху. Боюсь, не все ваши люди вам подчинятся.
  Джорнин вскочил, опрокидывая свечу. Солома на полу начала тлеть.
  Фор покачал головой.
  - Не стоит. Вы сами признали, что не можете мне помешать.
  В темноте послышался шорох. Фор поднял руку, как факел, но в следующую секунду опустил: в камеру ворвался Северн. Бард тут же сдвинулся в сторону, пропуская кого-то.
  За ним вплыла Тэри - и не Тэри.
  Светлый плащ с единственной заколкой полностью скрывал ее фигуру. В волосах каплями росы блестел жемчуг, и жемчужная коса с одним темным локоном спускалась через плечо. Глаза сверкали тем лихорадочным блеском, который сопровождает актрис, безумцев и богинь.
  - Не знаю, услышали ли они меня, - выдохнула Тэри. - Но я сделала, что могла.
  Джорнин пристально смотрел на нее.
  - Я видел эти жемчуга, - задумчиво сказал он. - Более того, их видел каждый паладин: когда-то в нашей сокровищнице лежала точно такая же диадема. Не подскажете, как вы получили вашу?
  Тэри вспыхнула.
  - Неважно. Я... получила ее в подарок. И воспользовалась ей по праву!
  - Тэри была прекрасна, - горячо подтвердил Северн. - Когда у меня будет свой театр...
  - Первое, что я сделаю - вышвырну его из города, - устало пообещал Джорнин. - Что вы наговорили моим людям?
  - Правду. - Тэри взглянула ему в лицо. - Что мир не изменится, пока мы сами не захотим его изменить. Что любая война, даже самая благородная, не стоит жизни невинного человека. Что всех в конце пути ждет тень, и единственное, что мы можем - противопоставить ей свет. Что эти слова вложил в мои уста сам избранник богини и основатель ордена, Гилетир. И что богиня любит их, даже если они...
  - Приличные мерзавцы, как некоторые, - с неожиданной злостью сказал Северн, бросаясь к Холвиру. - Что здесь произошло?
  - Форэтт, - негромко позвал Джорнин.
  Все замолчали.
  - Мне жаль, что мы не на одной стороне, - произнес Джорнин. - Но вы ничего не добьетесь. Из города вы не выберетесь: корабли в порту арестованы, ворота закрыты. Да, мы делаем ошибки. Да, гибнут невинные. Но мы охраняем покой. Вы сеете смуту.
  По полу стелилась тонкая нить алого пламени. Из ниши за Джорнином вдруг подул холодный ветер.
  - Вы хотите построить единый мир, - покачал головой Фор. - Да, жрецы порой ошибались, но без круга жрецов не будет сдерживающей силы. И когда ваш преемник сделает ошибку, некому будет его остановить.
  - Ваши методы перечеркивают все, на чем вы стоите, - добавил Холвир. - Одно убийство невинного - уже слишком много.
  - И это тоже. - Фор наклонил голову. - Нам не договориться. Я сожалею.
  Джорнин обвел нас взглядом - и сделал шаг назад. Каменные створки беззвучно схлопнулись за ним: вместо ниши на нас слепо глядела гладкая стена.
  Миг погодя сверху послышался топот ног.
  - Они идут за нами, - выпалила Тэри. - Я оставила там пару ловушек, но выбираться придется через подземные ходы. Я знаю дорогу.
  Дальнейшее я помнила смутно. Кажется, мы бежали. Холвир спотыкался, сияние вокруг Фора делалось все слабее. Ступени уходили во тьму, но из темноты не доносилось ни звука; коридоры, казалось, тянулись бесконечно.
  Наконец мы остановились. Тэри ловко отперла решетку.
  - Ну и представление я устроила, - выдохнула она, вытирая пот со лба. - Но оно того стоило: паладины теперь меня не забудут. Надо было представиться воплощением богини, но я решила, что прекрасная посланница Гилетира - тоже ничего.
  - Где мы? - спросил Холвир. Его руки все еще подрагивали.
  - А вот ответ на это тебе понравится куда меньше. - Тэри помрачнела. - В единственном месте, где нас не будут искать.
  - То есть?
  - В единственном храме жрецов Эвера, - ответил за нее Фор. - В западне.
 

Глава 14. В западне


 
  Я осторожно открыла глаза. Сквозь стрельчатое окно пробивался дневной свет. На подоконнике в узкой вазе стояли ярко-синие ирисы - единственное красочное пятно в комнате. Кроме кровати и простого соснового комода, здесь ничего не было, и только по прохладной толщине белых стен можно было понять, что я нахожусь в келье - или в крепости.
  Фор улыбнулся мне от противоположного окна. Ореол света, окружавший его, исчез, но выглядел он прекрасно: длинная сутана по фигуре, холодный огонек в глазах, красивая посадка головы. Лишь едва заметные тени под глазами выдавали усталость.
  Я перевела взгляд с его стройной фигуры у окна на свою забинтованную кисть, и события прошлого дня вдруг всплыли на поверхность, как серебристые пузырьки воздуха из глубины вод.
  - Твоя сила вернулась, - тихо сказала я.
  - И как раз вовремя. Ты могла остаться без руки, Нелл.
  - Да уж. - Я откинулась на подушку: глаза закрывались. - А мы еще надеялись, что отговорим паладинов от войны...
  Послышались легкие шаги. Фор сел на край моей кровати.
  - Боюсь, дипломатия дала сбой. Нам нужно выбираться из города, но жрецы не хотят бросать храм. Я уговорил бы их, но у меня больше нет силы.
  - Как это нет? - моргнула я. - А в подземелье?
  - Она пришла, но ненадолго. Когда я снял перстень, сила начала возвращаться, но она не может сразу заполнить доверху пустой сосуд. - Фор начал разматывать повязку на моей руке. - И я не знаю, когда она придет в следующий раз.
  - То есть все дело было в твоем кольце жреца?
  Фор без слов протянул мне перстень. Вместо камня в золотом ободке зияла пустота. Я внимательно оглядела кольцо - и заметила легкое, едва заметное углубление под каемкой.
  - Темная песчинка. Верховный жрец круга постарался на славу. Должно быть, хотел устранить соперника. А я-то думал, на подобное способны лишь паладины...
  - И ты потерял силу...
  - К счастью, не навсегда. - Его лицо озарила слабая улыбка. - До сих пор не могу поверить. Но хватит обо мне. Как твоя рука?
  Я перевела взгляд на свои обнаженные запястья. Рядом ровными волнами лежали повязки. Кожа покраснела, но от раны не осталось и следа.
  - Все хорошо. Только слишком уж быстро все происходит.
  - Я знаю, - кивнул Фор. - Я бы хотел дать тебе передышку. Если бы у нас было время просто посидеть на берегу...
  - А не попадать в плен, не драться с паладинами и не прыгать в один капкан за другим? - улыбнулась я. - Да, было бы неплохо.
  Перед глазами возникла набережная. Устроиться бы там, подставив волосы ветру... Белый песок, мокрые скалы, море. Прекрасное, синее, сияющее...
  Но это кончится беспамятством и тенями. Грядет война, и я это знаю.
  Впрочем, может ли быть иначе?
  Можем ли мы хоть что-нибудь сделать, чтобы стало иначе?
  Фор положил мне руку на плечо.
  - Мне жаль, что так повернулось, - тихо сказал он. - Там, в подвалах крепости, я почему-то надеялся, что ты вспомнишь прежнюю жизнь. Звезды на дереве, вечера у огня... Ты любила забираться на вершину дуба и смотреть, как солнце всходит над горами. Но сейчас мне кажется, что та Нелла ушла навсегда. Я прав?
  Я, помедлив, кивнула.
  - Наверное. Мне тоже жаль, Фор. Ты ведь не был влюблен в нее?
  - В нее - нет.
  Сквозь стрельчатое окно лилось солнце. Мы сидели в солнечном прямоугольнике, глядя друг на друга.
  Внезапно сверху ровно и звучно ударил колокол. Я вздрогнула.
  - Семь утра, - тихо сказал Фор. - Пора спускаться вниз. Остальные ждут.
  В скромной зале, отделанной деревом, под резными потолками стоял овальный стол, от которого поднимался аромат южных фруктов. Холвир аккуратно разрезал персик, Тэри перебирала горсть винограда в тонких пальцах, Северн с аппетитом вгрызался в дыню.
  Фор кивком поздоровался с остальными. Я тоже кивнула, усаживаясь рядом с Тэри, и протянула руку к блюду с виноградом.
  - Ну что, как мы их вчера, а? - заговорил Северн. - Тэри, тебе понравилось?
  - Да, было здорово. - Тэри мечтательно прикрыла глаза. - Когда я уцепилась за веревку и взлетела на люстру, некоторые скромники аж отвернулись, чтобы не смотреть под девичьи юбки. А потом - с люстры на балкон и вниз...
  - И ты почти угодила к стражникам в объятья, - ехидно заметил Северн. - Тебе стоит кое-кого поблагодарить, между прочим.
  - За то, что ты помог мне от них отделаться? - Тэри подняла брови. - По-моему, все было как раз наоборот. Так что ты мне еще должен за спасение жизни.
  - И за что ты меня так любишь... - вздохнул Северн.
  - Допустим, мне не хочется просыпаться и не видеть твоих прекрасных глаз. Или просыпаться и не слышать твоего храпа на другой стороне лагеря? Никак не могу решить. - Тэри вдруг широко улыбнулась Северну, и я могла бы поклясться, что углядела в этой улыбке нежность. - Так что будем делать, дамы и господа?
  - Я думаю, стоит поговорить с жрецами. - Холвир поднялся. - Форэтту не убедить их, что паладины вот-вот нападут. Может быть, у меня получится лучше.
  Тэри торопливо запихнула остатки винограда в рот.
  - Тогда идем, - с набитым ртом сообщила она. - Только меч не забудь.
  Я перевела взгляд в угол. На изящной буковой этажерке лежал меч Холвира. Под ним поблескивали ножи. А слева, слившись с одной из ножек, живым укором стоял мой посох. Я взглянула на Фора и одними губами спросила: как? Тот развел руками.
  Длинный коридор с низкими сводами вывел нас в часовню. Тяжелые медные двери были заперты.
  Фор нажал скрытую пружину. Послышался сухой щелчок: механизм дверей пришел в движение. С легким дребезжанием пошел вниз противовес, и створки распахнулись. А вслед за ними - мои глаза.
  Потолок заканчивался небом: колоннада за высокими окнами отделяла купол от остальной части собора. Бледно-розовый мрамор украшал стены, вокруг огромных фресок из смальты блистало золото. Свечей, горевших здесь, хватило бы для всего города. Тонкий, едва уловимый запах горящего воска растекался по залу, переплетался с женским пением, исходящим из левого придела.
  - Древние времена, - завороженно проговорил Северн, разглядывая фрески на противоположной стене. - Сотворение мира, первое собрание круга жрецов, белые одежды во тьме...
  - Это все знакомо, - отмахнулась Тэри. - А где жрецы?
  Огромный зал был пуст. Ни души между колонн, никого под витражами. Лишь, тихо потрескивая, горели свечи.
  - Эй, кто-нибудь! - позвал Северн. - Выходите!
  Пение оборвалось. Легкие шаги прошелестели по полу и затихли, удаляясь. Фор бросил укоризненный взгляд на Северна.
  - Наверху? - предположила Тэри. - После уговоров Фора я бы на их месте захотела полюбоваться на флот паладинов своими глазами.
  - Значит, идем туда, - заключил Холвир.
  Винтовая лестница начиналась за часовней. Серые ступени вились вокруг гладких стен: ни росписи, ни перил. Фор и Холвир быстро ушли вперед, и мне пришлось перейти на бег, чтобы не отставать. Северн тяжело дышал позади.
  Карабкаясь по высоким ступеням и придерживаясь за стену, я одолела последний пролет. В глаза ударило солнце.
  Мы стояли на круглой площадке. За каменными перилами начиналось море серых и коричневых крыш. Колоннада обрамляла барабан из витражных окон, над нами высился купол храма. На горизонте клочками белели паруса.
  - Форэтт!
  К нам приближались люди в длинных и строгих одеждах.
  - Во имя богини, Форэтт, почему они здесь? - прозвучал холодный голос. Худощавый жрец средних лет поднял руку. Щепоть пальцев указывала на Северна.
  - Потому что время на исходе, - ответил Фор. - Паладины вот-вот будут у ворот.
  - Я знал об этом вчера, когда ты привел в храм эту девушку, - сухо ответил жрец, кивнув в мою сторону. - Более того, по твоей просьбе мы приютили известную в Эвере воровку. Что еще тебе нужно?
  - Узнал все-таки, - пробормотала за спиной Тэри. - Вот зараза...
  - Разговора. - Фор сделал шаг вперед. - Что вы намерены делать?
  - Я ответил бы настоящему жрецу, но не тебе. - Он повернулся лицом к гавани. - Ты говорил о кораблях. Взгляни. Где тот хваленый флот, которого вы боялись?
  Мы одновременно повернули головы к морю. Крыши скрывали гавань, но даже отсюда я видела поредевшие ряды бригов и шхун.
  Фор беззвучно считал паруса. Холвир делал то же самое, но во весь голос:
  - Восемь... девять... нет, слишком мало. Где остальные?
  - Послушались Тэри и отправились домой? - предположил Северн.
  - Скорее уж, за море, - отозвалась Тэри. - На север. Воевать.
  - Довольно, - холодно сказал жрец. - Ваши обвинения беспочвенны.
  - А наблюдатели в переулках? - Фор повысил голос. - Вы в осаде! Посмотрите сами, если вы не желаете верить!
  Наступило молчание. Я обернулась на узкую полоску моря между домами. На том конце за горизонтом в десяти днях пути лежал Иствен. Только сейчас до меня дошло, как далеко мы забрались.
  - Паладины хотят увидеть пришествие богини, - тяжело произнес худощавый жрец. - Да, они посылают наблюдателей на север. Ваш друг, Холвир, тому подтверждение. Но война? Я не поверю в это, пока не увижу своими глазами.
  - Чего тут смотреть? - фыркнула Тэри. - Как будто вы сами не похищаете девушек, чтобы найти богиню! Думаете, паладины лучше вас?
  - Кстати... - Жрец поднес пальцы к вискам, словно у него вдруг заболела голова. - Форэтт, я сожалею. Но приказ главы круга требует, чтобы твоя спутница вернулась на север...
  Форэтт шагнул вперед.
  - Этого не будет.
  - ...Как и Тэренс Гилетир, - невозмутимо продолжал жрец. - Она нарушила условия ссылки. Также до меня дошли слухи, что вчерашнее возмутительное представление во дворце - тоже ее рук дело.
  - Мы освобождали друзей!
  - Я думаю, этим лучше всего заняться прямо сейчас. - Он сделал знак, и четверо жрецов со сосредоточенными лицами двинулись к нам.
  И замерли на полпути. С побережья, где над гаванью возвышалась ослепительно белая башня маяка, послышался отчаянный колокольный звон.
  - Глаз Богини просит помощи, - с горечью произнес Фор. - Наш первый и последний форпост на юге. Даже паладины не решались его у нас отнять. До сегодняшнего дня.
  Жрец перевел взгляд на нас, и я впервые прочла в его глазах изумление. И растерянность.
  Все. От него толку не жди.
  - Проверьте подземные ходы, - резко произнес Фор. - Закройте все двери и соберите остальных в главном зале. Двери должны выдержать.
  - А потом? - спросил бледный молодой жрец.
  Фор открыл рот, чтобы ответить, но худощавый жрец шагнул вперед.
  - Да свершится воля богини, - холодно сказал он. - Мои распоряжения остаются прежними. Вы, - он кивнул четырем молодым жрецам, - отведете девушек в крипту и разожжете живой огонь. Расскажите главе круга все. Остальные идут за мной в главный зал. Мы будем сражаться насмерть.
  - Вы знаете секрет живого огня? - пораженно проговорил Фор.
  - Я вырос у варваров, - ответил тот.
  Я вдруг поняла, откуда эти сухие, строгие черты лица и жесткие волосы. Отец Чосс стал шаманом, но ведь и шаман может стать жрецом!
  Жрец взглянул на море. Выражение его лица не изменилось, но я вдруг остро ощутила, что он прощается перед тем, как ввязаться в заведомо проигранную битву. Да, он хочет отдать нас с Тэри кругу - но по крайней мере он не сбегает на север...
  Но разве ему нужно умирать? А остальным жрецам?
  - Стойте! - услышала я собственный голос.
  Жрец холодно посмотрел на меня.
  - Да?
  - Почему мы все не можем уйти через живой огонь? Вместе?
  - Мы не можем без боя отдать храм. Воля богини...
  - Чтобы ее служители жили! - отчаянно сказала я. - Верно?
  Фор и жрец переглянулись. Но времени на ответ уже не было.
  Собор под нашими ногами содрогнулся. Раздался грохот. Мне заложило уши, а секунду спустя пол ушел из-под ног: невидимый великан встряхнул здание, как деревянную шкатулку. Я упала и больно ударилась затылком о перила. Вокруг все тонуло в облаке серо-желтой пыли, и я не видела ни крыш, ни солнца.
  - Что это? - спросила я и не услышала своего голоса.
  Никто не ответил. Я приподнялась на локте, пытаясь проморгаться. В голове гудело. Пыль начала рассеиваться, и перед моими глазами открылась безрадостная картина: тела, лежащие вповалку, и разбитые витражи. Молодой жрец стоял на коленях, тормоша остальных. Северн лежал на животе у Холвира, ошалело мотая головой. Тэри прижимала руку к виску, и из-под пальцев текла кровь. Худощавого жреца, что назвал Тэри воровкой, нигде не было видно.
  Кто-то схватил меня за плечи. Фор.
  - Ты цела? - скорее прочитала по губам, чем услышала я.
  Я кивнула.
  - Они взорвали боковые ворота... - Он сел, прижимая руку к боку. - Как?!
  - Так же, как жрецы в свое время спустили на нас лавину. - Холвир отодвинул Северна и, шатаясь, поднялся на ноги. - Боюсь, время переговоров и впрямь прошло.
  Тэри внезапно зажала рукой рот. Холвир удивленно посмотрел на нее, но тут же сам вцепился в перила.
  Далеко внизу лежал худощавый жрец, раскинув руки. Взрыв перебросил его через перила и отправил на мостовую.
  - Он... он может быть жив? - дрожащим голосом спросил Северн.
  - С такой высоты? - Фор закусил губу. - Нет.
  - Паладины уже в храме, - подал голос молодой жрец. - Что нам делать?
  - Вниз! - Холвир уже исчезал в проеме. - Вниз!
  Я подобрала посох. Тэри шагнула на лестницу вслед за жрецами. Северн кинул последний взгляд на море и бросился за ними.
  Фор стоял, сжав руку на перилах.
  - Это я привел сюда беду, - услышала я. - Мои друзья из крепости погибли... теперь мои братья. Кто еще? Кто?
  - Фор, - позвала я.
  Он моргнул.
  - Бежим вниз! Живой огонь, помнишь? Все, что у нас осталось!
  Он с трудом оторвал взгляд от тела, распростертого на брусчатке.
  - Ты права. - Фор потер лоб, словно пробуждаясь ото сна. - Бежим!
  Мы неслись вниз по лестнице. Ступени летели под ногами, как клавиши. Дверь в часовню была распахнута, но ворота в столовую заколочены наглухо. Оттуда раздавались топот, звон и голоса.
  - Паладины уже в храме, - бросил Фор. - Мы должны успеть.
  Мы влетели в главный зал. Две люстры слетели с цепей: на каменном полу догорали ошметки воска. Двое жрецов складывали дрова посреди зала, и я вспомнила полуголых варваров в лагере.
  - Заприте двери! - крикнул Фор, и мимо нас пронеслись Тэри с Северном. - У нас остался лишь этот зал!
  По галерее, подгоняемые Холвиром, бежали молодые женщины в светлых одеяниях. Одна казалась совершенным ребенком: на вид ей было не больше десяти.
  - Где старший жрец? - крикнула одна из жриц.
  - Погиб, - отозвался Фор. - Началась война с паладинами. Поторопитесь!
  Над отполированными до зеркального блеска плитами взлетело пламя костра. Молодой жрец обхватил девочку за плечи и подтолкнул в раскрывшийся алый цветок. Огонь поглотил ее, и по полу, шипя, полетели искры.
  - Быстрее! - торопил Фор. - Во имя богини, у вас минуты!
  Я стояла в странном оцепенении, глядя на бушующее пламя. Каждый раз, когда очередная жрица шагала в огонь, оно сужалось до маятника, до нити, и приходилось ждать минуту, пока оно вновь развернется. Жрицы пытались шагать в костер, опустив голову, закрывая локтями глаза. Другой молодой жрец разворачивал их, мягко, но решительно уговаривая каждую смотреть в огонь.
  Низкий звон вывел меня из оцепенения. От противоположной стены собора, где темнели массивные створки, доносились мерные удары.
  - Дверь в часовню долго не выдержит, - озабоченно сказал Холвир. - Если глава ордена с ними, он выбьет ее на раз.
  - Джорнин? - Фор остро посмотрел на него.
  - Да. И второй раз ты нас не вытащишь.
  - Можно пойти в костер всем вместе... - нерешительно предложила я.
  - Нельзя, - коротко ответил Холвир. - Нас выбросит в другой точке и в другое время. Хорошо, если там же и в тот же день, а если над морем? Или годы спустя?
  Фор сделал нервный жест. Похоже, он заметил то, что уже начала видеть и я: пламя начало угасать. Предпоследний из жрецов шагнул в костер, и пламя снова сжалось до узкого лепестка. Еще минута... минута на Тэри... на Холвира... на меня... Успеем ли?
  Огненные листья сомкнулись за последним жрецом, и я невольно сделала шаг назад: опадающее пламя шипело и плевалось искрами. Холвир поманил Тэри, и девушка заняла место перед костром.
  Тяжелый удар сотряс медные двери. Потом еще один. По моему виску поползла капля пота.
  - Тэри, - резко позвал Холвир. - Быстрее!
  - Холвир, мы не успеем, - устало сказал Фор. - Вместе - или никак.
  Пламя опускалось все ниже. Холвир и Фор обменялись взглядами.
  Заскрипел механизм за моей спиной: двери в часовню открывались. Я успела заметить Джорнина, брата Северна рядом с ним... а потом чьи-то ладони резко развернули меня и толкнули в костер. Голос Джорнина истончился и исчез. Я неслась сквозь темноту, и сердце билось медленно-медленно.
  Когда пламя нас отпустило, прошел миг или час: я не помнила точно. Но выпустило оно нас в одно мгновение, и рука Фора по-прежнему была рядом.
  Мы стояли на морском берегу. Дул ветер. Солнце едва пробивалось из-за облаков, и море казалось сизым, как встрепанный голубь.
  На песке валялись головешки. Впереди дотлевали остатки рыбацкой хижины. Разбросанные по берегу бревна были покрыты толстым слоем пепла и золы. Недавно здесь прошел дождь, и влажные доски напоминали гробы, поднявшиеся из-под земли.
  Обернувшись, я насчитала с дюжину обгорелых остовов: у двух или трех домов даже сохранились остатки стен. Ближе к лесу две перекрещенные жердины нависали над холмиком свежей земли. Ветер переносил с места на место клок ткани, но людей здесь не было. Ни единой души.
  Пенная волна коснулась ног, и что-то блеснуло среди песка и щепок. Я нагнулась и подняла кольцо с прозрачным камнем.
  - Так горел мой город, - мертвым голосом сказал Холвир. - Теперь заполыхает весь север.
 

Глава 15. Пепелище


 
  В облаках таяла лебединая стая. Дрожа, я опустилась на песок: ветер становился все холоднее, а у нас больше не было теплых плащей.
  - Солнце садится, - нарушил молчание Холвир. - Я не знаю местных широт, но...
  - Я знаю, - прервал его Фор. - Это Вешкель. Мирный рыбацкий поселок, только...
  - Его больше нет. - Северн поддел ногой головешку. - Здесь был бой. Но кто мог напасть? Разбойники? Неужели паладины?
  - Они самые. - Фор смотрел на горизонт. - Я бывал в этих местах. Солнце садится за северный край залива, как сейчас, лишь ближе к годовщине пришествия богини. Значит, живой огонь выпустил нас не сразу. Прошло десять-двенадцать дней.
  Плеск волн вдруг сделался далеким и слабым. Я заморгала.
  - Мы десять дней провели в костре?
  - Секунды. Дни текли здесь, в обычном мире, и никто не мог предсказать, где и когда нас выбросит. Но это уже неважно. Главное, мы на свободе.
  - И флот паладинов тоже, - мрачно сказала Тэри. - И действует вовсю.
  Лес шумел угрюмо, по-вечернему. С тяжелых ветвей падали капли.
  - Нелл, вставай. - Фор тронул меня за плечо. - Идем, нужно обойти берег.
  Волны льнули к серому песку. Солнце село за поросший соснами мыс, и опушка леса казалось зловещей, призрачной. Нам так никто и не попался на пути. Раз или два мне померещилось, что я вижу корабль, но белый парус всякий раз оказывался горбушкой пены, растворялся в волнах.
  Мы вернулись к лагерю. Здесь за полчаса все изменилось: между дюн горел очаг, и красные вспученные валуны охраняли его, как ладони. Северн шел из леса, и на локте у него покачивалось порванное и наспех заштопанное кусом парусины лукошко. Оттуда блестящими глазами смотрели ягоды.
  Тэри возилась у костра, от которого тянуло густым сытным запахом каши.
  - В лесу хорошо, - сообщил Северн. - Теплый мох, еловые лапы... черника вот.
  - Ты, никак, собрался тут остаться? - ехидно поинтересовалась Тэри. - А как же спасение мира?
  - Да я бы за, но как-то сложно его спасать, когда с одной стороны мы, а с другой армия. Или две. А у нас светом владеет лишь Холвир и Фор с Неллой, да и те через раз.
  Он помолчал. Молчали все. В полутьме шелест ветвей казался громче прибоя.
  Фор откашлялся.
  - В подземельях паладинов мы уже были, - сказал он. - Остался лишь круг жрецов. До Белых Башен день пути. Верховный жрец не будет нам рад, но другого выхода я не вижу. Мы должны встретиться с ним лицом к лицу.
  - Ну да. - Северн поставил корзинку и скрестил руки на груди. - Чтобы Холвиру проткнули руку по новой? А девушек втихаря удавили, чтобы богиня в кого попало не воплощалась?
  - Северн!
  - Что? - Северн повернулся к Холвиру. - Не помнишь того жреца, что похитил Неллу? Думаешь, они одумались перед лицом войны? Они нас сожрут и не заметят!
  Снова воцарилась тишина. Тэри придвинулась к огню и начала помешивать кашу обгорелой ложкой. Я взяла горсть черники и начала есть.
  - Выход есть, - заговорил Фор. - Теперешний глава круга совершил худшее, на что только способен жрец: прибег к силе теней, чтобы рассчитаться с соперником. Я брошу ему вызов - и займу его место.
  - А сила у тебя есть?
  - Появится, - спокойно сказал Фор.
  - Но сейчас ее нет, - подчеркнул Северн.
  - Нет.
  Северн кивнул с мрачным удовлетворением.
  - Это единственный путь, - продолжал Фор. - Здесь был бой. Кого-то утащили на корабли, остальные сбежали в лес. Я не смог бы их защитить этим утром. Но еще день, два, и я стану прежним. И тогда главе круга не поздоровится.
  - А если окажется, что тебе нужен год? Мы умрем?
  Фор устало прикрыл глаза. И правда, на что мы рассчитывали? Что полубезумный призрак Гилетира скажет, что мир в опасности, и все склонятся перед его словами? И мир изменится?
  В лицо словно ударило отчаянием. Кромка травы у берега стремительно начала чернеть, и в пальцах появилось знакомое тепло. Снова моя сила, и я снова жгу живое... Я торопливо взглянула на небо, но в низких облаках, летящих над морем, не было ничего успокаивающего.
  Повинуясь внезапному наитию, я схватила Фора за руку, и вокруг его кистей, локтей, лица мгновенно заполыхал свет, затмевая пламя костра. Мои руки словно погрузили в прохладную воду: сила струилась вовне, но я не ощущала слабости.
  - Кажется, ждать нам не придется, - присвистнула Тэри. - Впечатляет.
  Мы с Фором молча глядели друг на друга. Наконец он шевельнул рукой, и белое пламя вокруг него угасло.
  - Спасибо, Нелл, - одними губами сказал он.
  - Да не за что, - ошеломленно пробормотала я. - Всегда пожалуйста.
  - Ладно, хватит заниматься ерундой, давайте есть. - Тэри начала разливать кашу из котелка в глиняные миски. - В подполе сгоревшего дома нашлись остатки пшена и огрызок сальца, а в корнях сосны бьет источник, да такой, что хоть садись и картину пиши. С голоду не умрем.
  Северн поставил горячую миску на песок.
  - А ведь мы будем скучать друг по другу, - задумчиво сказал он. - По этим пескам, валунам, туманам. Когда мы расстанемся, я, кажется, даже эту кашу буду вспоминать сквозь слезы.
  - Когда мы сгинем в казематах под Белыми Башнями, ты хочешь сказать? - поинтересовалась Тэри. - Или лишимся памяти на войне?
  Бард улыбнулся ей.
  - Ну, может, не все так плохо. Мы ведь вместе, правда?
  Тэри вдруг покраснела, глядя на Северна.
  - Ненадолго, - буркнула она. - Но... я рада, что ты здесь. Эй, только не воображай! Немножко рада! Самую чуточку!
  - Но рада же!
  Я зачерпнула еще горсть черники и встала.
  - Пойду посижу на берегу. Фор, составишь мне компанию?
  Он чуть улыбнулся.
  - Как обычно.
  У моря было темно и немного страшно: тучи занесли небо, и горизонт скрывался во тьме. Фор сел на песок, и я устроилась рядом. Волны с ровным шумом накатывали на берег, и в прибое перекатывались камешки. Захотела волна - вынесла на берег, захотела - завлекла в пучину. Как бы мне захотеть, чтобы паладинов унесло с севера, и никто не пострадал? И наоборот: чтобы вышли из крепости друзья Фора, живые и невредимые, встал с залитого кровью пола жрец круга из Иствена... чтобы настоящая Нелла проснулась на поляне рядом со своим учителем.
  Наверное, именно этого желала королева теней. Но вместо этого тени вышли из подземелий, уничтожили крепость Разбитой Руки... убивают путников на севере.
  - Тени, - сказала я вслух. - Три года назад они захватили цитадель жрецов. В тот самый день, когда ты получил перстень с песчинкой темной свечи внутри. Не может быть, чтобы это было простым совпадением.
  - Это не совпадение, Нелл, - отозвался Фор. - Чтобы один из нас сделал подобное... Чтобы спуститься в подвалы, отогнать теней, сохранить рассудок и спокойно взять осколок для своих нужд - чтобы даже помыслить об этом! - нужно владеть тьмой куда лучше, чем светом.
  - Ты хочешь сказать, ваш глава круга управляет тенями? Он... король тьмы?
  - Что-то вроде того. - Фор глубоко выдохнул. - И сейчас, когда паладины жгут деревни на севере, я боюсь, что он призовет тени для отчаянного шага.
  - И Ущельем Теней станет весь север, - помертвевшими губами сказала я. - И поэтому ты так стремишься в Белые Башни. Почему ты не сказал остальным?
  - Не хочу их пугать.
  - А меня, стало быть, можно? - с иронией улыбнулась я.
  - Ты - это ты, Нелл. Я не могу тебе врать, как не стал бы лгать себе.
  - А недоговаривать?
  - Да. - Фор скользнул по мне взглядом. Бережно, почти нежно коснулся волос. - В этом я мастер...
  Он вновь повернулся к морю, запрокинув голову. На берег плеснула длинная волна, почти дотягиваясь до носков наших ног. Костер у опушки леса почти погас, и море казалось огромным черным пятном. Где-то там, наверное, качались на волнах фрегаты паладинов, но темнота скрывала нас лучше любой завесы.
  Вдалеке над горизонтом что-то мельтешило, словно калейдоскоп темных пятен, то и дело уходящих под воду. Я моргнула, но пятна не исчезли. Только горизонт, казалось, придвинулся ближе.
  Я тряхнула головой, прогоняя неприятное ощущение. Собралась с мыслями.
  - Фор... а что, если прежнюю Неллу и ее учителя убили из-за этого? Если они узнали, что глава круга черпает силу из теней?
  - Я бы тоже хотел это знать. Но наверняка знает лишь одна богиня.
  - Если бы я была воплощением богини, - тихо сказала я, - у меня был бы миг выбора. Миг понимания, как сказал Гилетир в крепости. Только вот потом богиня рассыпалась светом. Это значит, что она может все? Даже остановить войну и уничтожить всех теней - но лишь ценой своей жизни?
  - Поэтому часть меня и надеется, что ты - не она. Кому хочется отпускать счастье...
  Я приоткрыла рот. Фор взял мои ладони в свои.
  - Когда-то я был сосудом, и меня наполняла любовь, - сказал он. - Она дала мне ее... когда-то. Но свет не в богине, Нелл. Свет в нас. Думаю, сама богиня сказала бы то же самое.
  - Фор...
  - Я отдал всего себя богине: я никогда не думал, что полюблю живую женщину. Какая-то часть меня думала, что я просто на это не способен.
  - Ну... эээ... наступит день, и ты встретишь девушку, признаешься ей в любви...
  - Да, но именно это я сейчас и делаю. - Фор вдруг выпустил мои руки. - И, кажется, очень не вовремя.
  Я повернулась вслед за его взглядом и вскочила с песка. Волны вздыбились, поднялись черной стеной, закрывая дальние звезды. Через залив косой стеной шли тени.
  Откуда они вынырнули, как волны удерживали их, бестелесных и невесомых, я не представляла. Широкий поток плыл в темноте над волнами, и от него веяло темной силой - бессонными ночами в одиночестве, судорогами предсмертной агонии, потерей света, любви, воспоминаний. Боль, тоска, тьма - и тоненький голосок внутри, умоляющий спасаться, бежать... Я судорожно выдохнула.
  - Они идут мимо, - прошептал Фор. - Не шевелись.
  Я с трудом опустила взгляд. Сердце бешено колотилось.
  А потом из-за туч вышла яркая звезда, и я увидела то, от чего ноги приросли к земле: от потока отделилось темное пятно, вильнуло и двинулось к нам. Ручеек теней стремился к берегу.
  От костра донесся крик.
  - Холвир, - вырвалось у меня.
  Мы побежали к лагерю.
  Тэри и Северн съежились у костра. Холвир стоял впереди, как гранитная статуя, но издали он выглядел одиноким камешком на пути потока: теней было по меньшей мере несколько дюжин.
  Я подхватила посох и ринулась к ним. Первая из теней двинулась вперед и осела, напоровшись на меч. Следующую тень сбила стрела: Тэри не теряла времени даром. Две тени прыгнули на меня, как кошки. Руки сами крутанули посох: четыре половинки опали на землю, как лоскуты шелка. Третью тень я встретила прямым ударом и поймала одобрительный взгляд Холвира. Северн подобрался к нам и стоял, вытянув короткий меч в правой руке, но тени его не трогали. Брезговали? Не считали серьезным противником?
  Сзади раздался короткий крик: Тэри упала на колени. На нее накинулись три тени сразу. Мелькнули темные кудри и исчезли в мокром клубке. Фор рванулся к ней, но не успел: на нас обрушилась стена.
  Тени не стали бросаться на нас поодиночке. Они незаметно стеклись в круг и подмяли, подгребли нас под себя. Северн издал короткий всхлип и исчез под темной скользкой массой. Посох вылетел у меня из рук, и я не видела собственных ладоней. Грудь сдавила непонятная тяжесть, левую ногу пронзил холод. Я била изо всех сил, но не могла защититься: свет делался все слабее, и я не видела никого и ничего.
  - Фор! - попыталась крикнуть я. - Холвир!
  Их не было. Костер, плеск волн, звезды - все исчезло. Я лежала в темноте и не знала, что обволакивает голову: тень или земля.
  Ущелье Теней. Снова. Только на этот раз помощь не придет.
  Кто-то попытался поймать мою руку. Холодные пальцы коснулись моих. Я потянулась к ним изо всех сил - и отпрянула, когда в протянутую руку скользнула тень. Тяжесть на груди сделалась легче: глаза начали закрываться. Кто-то крикнул, но его крик был тоньше комариного писка.
  Помощь не придет. А осколок белой свечи слишком далеко...
  "Я никогда не думал, что полюблю..."
  Нет.
  Я упрямо сжала зубы. И потянулась сквозь скользкое марево теней - до хруста костей, до боли в суставах.
  И нашла знакомые пальцы.
  Помоги мне. Пожалуйста...
  Я очнулась на траве. Тени уходили, пятились, ежились. Темные потоки расступались, как облака, трава сухо хрустела под пальцами, и когда я взглянула вверх, надо мной качнулось звездное небо.
  Яркий свет ударил в лицо. Фор и Холвир стояли, держась за руки, едва касаясь моих безвольных пальцев, и белое пламя над нашими головами сияло, как полуденное солнце. По морю бежала дорожка света, уходя за мыс.
  - Мы живы, - хрипло прошептала Тэри. - Как?
  - Вместе. - Фор опустил руки, и сияние погасло. Остались лишь двое усталых мужчин возле костра. - В одиночку мы не справились бы. Но Нелл нашла меня во тьме, а я позвал Холвира. И мы справились.
  Тэри, съежившись, дрожала на земле. Северн обнял девушку за плечи и тер ее ладони, согревая, но его самого трясло не меньше. Холвир шагнул к костру, подбрасывая хворост в угасающее пламя.
  - Откуда они взялись? - по-прежнему шепотом сказала Тэри. - Тени? С юга? Они пересекли море?
  - Я думаю, что их призвали, - холодным голосом сказал Фор. - Тот, кто уже касался темной свечи и использовал осколки в своих целях.
  - Верховный жрец круга, - пробормотал Северн. - Уверен, что все еще хочешь вызвать его на поединок?
  Фор с горечью улыбнулся.
  - О да. Боюсь, теперь меня не отговорить никому.
  - Сейчас неплохо бы чего-нибудь горяченького, - жалобно сказала Тэри. - Но к источнику я не пойду. Там темно и страшно.
  - Я пойду. - Северн вскочил.
  Фор кивнул.
  - Я пойду с тобой. Сейчас не время бродить поодиночке.
  Раздались быстрые шаги, и спина барда исчезла в ночи. Фор подхватил опустевший котелок и ушел вслед за Северном. Мы расселись возле костра.
  - Не верится, что мы еще живы, - тихо сказала Тэри. - Сколько раз нас пытались убить? Жаль, что от меня и Северна мало толку.
  - Тэри, ты спасла нас с Неллой из застенков, - возразил Холвир. - Ты обратилась к паладинам: они наверняка до сих пор вспоминают твои слова. Если бы не ты, Фор до сих пор носил бы темный перстень. И кто, как не ты, собрал единорогов?
  - Единороги... - мечтательно протянула Тэри. - Знаешь, Холвир, пока мы не прибыли на юг, я хотела тебя украсть. Как в древней сказке про принцессу и рыцаря. Самая тяжелая ноша, помнишь? Но ты бы не дал мне ее на себя взвалить. Я, наверное, и сама бы не взяла. Любовь - не то, что стоит брать силой. У тебя обеты, и не мне противопоставлять себя им, наоборот. Северн меня любит. Я... кажется, понимаю, что это такое. Отвечать на любовь куда мудрее, чем бесцельно предлагать свою.
  Холвир не шевельнулся. Я почувствовала, что краснею. Странное это чувство - слушать и не слышать чужой разговор...
  - Я подумала, тебе будет спокойнее, если я скажу это вслух, - заключила Тэри. - Странные мысли приходят в голову ночью, правда?
  - Очень, - серьезно ответил Холвир. - Спасибо, Тэри.
  Я посмотрела на него и с облегчением увидела, что он улыбается.
  - Хорошие новости, - послышался голос Северна. Бард возвращался, но в одиночку и без котелка. - Мы нашли неподалеку брошенную избушку. Фор уже там. Предлагаю присоединиться к нему и заночевать под крышей.
  Холвир поднял с земли свой меч. Тэри вскочила, Северн плеснул в костер морской водой, и мы двинулись к лесу. Мокрая трава шуршала под ногами.
  У родника никого не было. Тихо журчала вода, и твердые мокрые корни круглились в полумраке. Над ветвями сосны свежей белизной клубилось облако.
  - Сюда. - Северн свернул на неприметную тропинку. - Минут пять, не дольше.
  Мы шли быстрым шагом сквозь кусты черники, мимо сырых веток ольшаника, по теплому мшистому ковру, мимо высоких сосен, совсем уж неразличимых в темноте. Шуршали ветки, и светлое облако парило над лесом.
  Домик появился внезапно. Расступились осины, мелкий кустарник ушел в сторону, и перед нами открылась поляна. У дверей неказистой деревянной хижины двое голубей чистили друг другу клювы, не обращая внимания на незваных гостей.
  В доме горел очаг. За широкой кроватью, покрытой шкурами, деревянная лестница уходила на чердак. Совсем недавно здесь кто-то собирался в спешке: настежь открытые сундуки, фуфайка, брошенная на полу, и остывающие в горшке ломти вареной картошки с грибной подливой говорили сами за себя.
  С чердака спустился Фор.
  - Никого, - сказал он. - Надеюсь, хозяева не погибли в резне на берегу.
  Холвир вошел, наклоняясь под притолокой.
  - Хорошо, что вы нашли крышу над головой, - сказал он. - За ночь мы бы промерзли до костей.
  За окном послышался стук дождевых капель. Еще пара секунд, дождь застучал сильнее, за окном хлынули прозрачные серые струи, и в комнату пахнуло свежестью и запахом мокрых листьев. Стукнула дверь, в сенях раздался смех, и к нам вбежали Тэри и Северн, мокрые и хохочущие, как дети.
  - О, картошечка! - обрадованно заявил Северн. - Жизнь определенно удалась.
  - Определенно. - Тэри облизнулась. - Господа, я предвижу поздний ужин. Особенно если мы поджарим с брусникой вооон ту распотрошенную кроличью тушку.
  Я рассеянно провела рукой по жбану с брусникой. В свете очага ягоды казались золотистыми. Не будь у меня силы, почувствовала бы я, что они живые, как лес, как море, как капли дождя, постукивающие по крыше?
  Повисло уютное, умиротворяющее молчание. Тэри хлопотала у очага. За окном шумел дождь, и беззвучно потрескивал огонь в камине. Потянуло жареным мясом, сначала слабо, потом сильнее, и лица начали разглаживаться. Фор присел на край кровати, Холвир перебрался на скамью, и я устало вздохнула, откидываясь на стену. Позади остался долгий, сумасшедший, невозможный день.
  - Если бы только не было войны... - тихо сказал Северн. - Я был бы почти счастлив. Знаете, я сейчас вспомнил нашу первую встречу в Иствене. Никто из нас тогда не сказал о себе всей правды. Я сам до сих пор об этом жалею.
  - Думаешь, что-нибудь изменилось бы? - обернулась от огня Тэри.
  - А вдруг? Может, попробуем снова? Прямо сейчас? Нелла, начнешь?
  Я подняла голову, и мой взгляд встретился с темными глазами Фора. Я кивнула.
  - Начну.
  За окном темнела мокрая зелень. Шум дождя стих, и огонь в очаге трещал по-домашнему уютно. Тэри улыбалась, глядя на Северна и небрежно перемешивая ломтики жареного мяса на сковороде.
  - Я жива. - Я глубоко вздохнула. - Это главное. Я ничего не помню, но у меня есть друзья, и это куда лучше, чем остаться со всеми воспоминаниями в одиночестве. Я все еще не знаю, кто я, но...
  Я на миг опустила голову. Тэри сняла сковороду с очага: под носом призывно пахло жареной крольчатиной, и мир казался раздвоенным. В одной половине жили друзья, вкусные ужины, посиделки у костра, улыбка Фора, приключения и битвы, а в другой - тихое и твердое знание, что позади чужая смерть, и за все придется платить.
  - Я хочу остановить теней, - добавила я. - Не знаю, удастся ли мне это, но знаю одно: если бы я не встретила вас, не могла бы даже надеяться.
  - Меня зовут Форэтт. - Фор улыбнулся, и у меня подпрыгнуло сердце, когда я поймала знакомый спокойный взгляд. - Три долгих года я подходил по утрам к очагу и поднимал из пепла свой перстень, словно надеясь, что он ответит, вернет мне силу, шепнет волю богини. Я не знал, не мог знать, что в нем мое проклятие.
  На столешнице тускло сверкнуло золото.
  - Но я вернул силу, - добавил он. - И, как и Нелл, нашел друзей. Не знаю лишь, что случится дальше. Но теперь я вижу свой путь, и я больше не один.
  Фор умолк. Трещало пламя. Длилась - и не кончалась ночь.
  - Меня зовут Тэренс Гилетир. - Тэри отбросила за спину волосы, и на плечи ей легла глубокая тень, словно густые кудри до пояса никуда не делись. - Когда я была ребенком, мои родители, искатели приключений, повсюду брали меня с собой. Но я подрастала, и все чаще ложилась спать одна в пустом доме.
  Рука Северна скользнула по столу, накрывая кисть девушки. Тэри улыбнулась и подхватила кружок картофеля с тарелки барда. По деревянным стенам неслись отблески пламени, и наши тени казались призраками гигантов.
  - Я читала семейные хроники о Гилетире часами, - продолжала девушка. - И когда я услышала, что у одного из купеческих принцев Эвера хранится жемчуг, который сам Гилетир подарил богине, я не устояла. Наверное, я всегда хотела отправиться на север. Вот только не знала, что мы попадем в такой переплет. Но, - она улыбнулась, - почему-то я не капельки не разочарована. Я выросла. Я встретила настоящее приключение, и теперь, я знаю точно, оно от меня не отвяжется.
  Тэри наклонила голову в знак того, что закончила. Холвир подкинул пару чурок в камин, и пламя рванулось ему навстречу, лизнув воздух рядом с его рукой. От очага повеяло горячим воздухом, и я вытянула озябшие ноги в сторону огня.
  Северн кашлянул в тишине.
  - Ну... я Северн, и, кажется, свой путь я начал куда как неудачно. Я надеялся, что стану бродить по тавернам, мало-помалу начну путешествовать, может, и прославлюсь. Но славы не было, и я стал искать себе знатных покровителей. Даже ночь в канаве после особенно неудачного представления не остудила мой пыл, но за ней последовали насмешки и гнилые овощи, и мне пришлось бежать на север.
  Холвир поднял брови. Фор отрешенно кивнул, глядя в огонь. Ну да, ему это куда как знакомо...
  Бард тяжело вздохнул.
  - Я соврал вам даже не дважды, а трижды, - признался он. - На пристани меня подкараулили не абы какие паладины, а родной брат. Он, как ни странно, готов был взять меня в оруженосцы, если я исполню его поручение. А я... я согласился. Да что там говорить, за пять лет я не сочинил ни одной стоящей песни!
  - И шпионом, стоит сказать, тоже оказался никудышным, - меланхолично отметила Тэри.
  - И хвала богине! - Северн покосился на Холвира и торопливо добавил: - Но мне очень стыдно. Правда.
  Он сжал пальцами виски. И вдруг улыбнулся.
  - Но я хотел сказать не об этом. Нелла, Тэри, Фор - мы все были одиноки. А теперь мы дышим куда свободнее. Мы вместе. И это стоит многого, друзья.
  - Мне хотелось бы в это верить, - внезапно заговорил Холвир. - С тех пор, как я попал на север, я не нашел ничего: я лишь терял раз за разом. Я потерял братьев и лишился светлой мечты об ордене, когда они напали на Тэри. И сейчас, увидев пепелище, я все пытаюсь понять, зачем им это. Но...
  Холвир помолчал, собираясь с силами.
  - Но я знаю, что мы правы, - с усилием продолжил он. - Даже когда снег хлещет в лицо, я все равно вижу дорогу. Я знаю, что отчаяние - великая слабость, поддаваться которой - дать ей то, что она хочет. И она от меня этого не дождется.
  Он чуть улыбнулся. Тэри хлопнула его по плечу.
  - Вот это наш Холвир!
  - Я не знаю, смогу ли я переубедить своих братьев, - заключил Холвир. - Не знаю, будет ли на севере мир. Но я сделаю все, чтобы этого добиться, и я благодарен вам. Кажется, впервые я сказал все, что было у меня на душе. Спасибо.
  Холвир замолчал. В тишине было слышно, как кричит за окном поздняя птица. В комнату дунул холодный ветер, словно напоминая о пути, что ждет нас завтра. Фор прикрыл левую створку окна, и сразу стало теплее. Я обвела взглядом пустой стол: кажется, мы, сами того не заметив, за беседой уничтожили весь ужин.
  - Пора спать, - нарушил молчание Фор. - Я хочу сказать лишь одно: еще недавно мы не знали друг друга. Мы во многом чужие, но волей судьбы и случайности мы вместе, и я не пожелал бы себе лучших спутников.
  - Поддерживаю, - без колебаний сказал Северн.
  - И я.
  - И я...
  - Мы все, - просто заключила Тэри.
  Глаза начали закрываться. Я с трудом подавила зевок. Рядом Северн убирал со стола. Тэри улеглась на кровать и смотрела в огонь. Холвир стоял в сенях и глядел на ночное небо.
  - Здесь мало места. - Я встала. - Я, наверное, устроюсь на чердаке. Только прихвачу пару шкур.
  Фор кивнул.
  - Я тоже.
  На чердаке было сухо и тепло. С низкого потолка свисали золотистые волокна, в дальнем углу, у окошка, темнел ящик с шерстяными колпаками и фуфайками. Я натянула пару носков, подложила под голову пыльный свитер и растянулась на чистой простыне. Фор лег рядом, закинув руки за голову.
  - Длинный день, - сказал он. - Через что только мы не прошли. Что пережили.
  - Чтобы остановить войну, - сказала я. - И изменить будущее.
  - Потому что за нас никто его не изменит. - Фор вдруг улыбнулся. - И в этом наша сила. Пусть мир и украл наши мечты, но мы открыли их заново.
  Я повернулась к нему.
  - В чем твоя мечта?
  - Закончить то, что мы начали. - Фор обнял меня за плечи. - И остаться с тобой.
  - Не отпускай меня, - прошептала я. - Просто: не отпускай.
 

Глава 16. Ледяные коридоры


 
  Локоть пронзила боль, и я в очередной раз отскочила. Фор теснил меня к деревьям. Солнце поднималось из-за осин, било в глаза, и, несмотря на прохладное утро, по спине ручьями лился пот.
  - Быстрее! - Фор перехватил палку для очередного удара. - Нелл, не спи. Противник не будет тебя ждать.
  - Извини, я замечталась, - развела руками я.
  Фор укоризненно качнул головой.
  - Давай продолжим.
  Я вздохнула, вставая в позицию. Прямой удар, еще один, еще! В четвертый раз я не успела отскочить и впечаталась в ствол осины.
  - Меняемся местами, - устало сказал Фор.
  Я оперлась на посох, вытирая пот.
  - Тебя учили бою на палках с детства? - тяжело дыша, спросила я.
  - С тринадцати лет. - Фор кивнул. - Сколько я себя помню. В храме ко мне с самого начала отнеслись, как к взрослому - с этого началось мое ученичество.
  Я моргнула.
  - Подожди. Сколько себя помнишь? Ты хочешь сказать...
  - Я потерял память в тринадцать лет, - кивнул Фор. - Да.
  - И не сказал мне?
  - Это было очень давно, Нелл. Да и важно ли?
  Я лишь вздохнула.
  - И ты стал жрецом сразу же?
  - Мне сложно было им не стать. - Фор откинул прядь волос со лба, и я заметила невидимое сияние, вновь окутавшее его фигуру. - Меня нашли на снегу жрицы и привели зимней ночью в храм Иствена, к белой свече. Она вспыхнула, когда я к ней прикоснулся.
  - Но... если ты потерял память, ты погиб? Что произошло?
  - Не знаю. И не хочу знать. - Фор кивнул на лесную тропинку, по которой возвращались Холвир и Северн. - Идите мыться, Тэри уже извелась.
  В домике я сменила посох на полотенце. Тэри без умолку трещала о меховых рукавицах, Северн уплетал козий сыр и делал вид, что помогает с завтраком, а я думала о потерянном детстве. Ни я, ни Фор не помним своего. Словно закрытая дверь в сад, мимо которой проходишь, не замечая.
  Впрочем, мы молоды. Рядом друзья. Жизнь лишь начинается.
  - Хорошее сегодня утро, - весело сказала Тэри, выходя из домика. - Прохладной водичкой да с утра пораньше! После этого никакие Белые Башни не страшны.
  - А ты боишься?
  Тэри передернула плечами. Обернулась к домику. Северн стоял на пороге, зажав в руке ломоть сыра, и махал нам рукой.
  - Нет, - легко сказала Тэри, поворачиваясь ко мне. - Ни капельки.
  Источник по-прежнему журчал у корней сосны. Пахло смолой и морем. Далеко слева остался наш лагерь, вчерашний костер и обгорелые дома. Что теперь будет с поселком? И где его жители?
  Я склонилась над ручьем. Вода текла по подбородку, по рубашке, но я чувствовала себя посвежевшей. Тэри шагнула ко мне, зачерпнула в горсть воды - и вдруг с размаху села на древесный корень.
  Из-за мыса появился огромный корабль. Белоснежные паруса гордо раздувались под ветром, алый вымпел полоскался на корме. Казалось, еще минута, и я услышу, как скрипит корпус, как раскачиваются снасти и ходят по палубе матросы. Или паладины?
  Тэри вскочила и попятилась к лесу. Я бросила последний взгляд на корабль и побежала за ней.
  В домике ничего не изменилось. Северн, орудуя ножом и деревянной вилкой, расправлялся с остатками жареного кролика. Остальные сгрудились вокруг остывшей печки, разбирая теплые вещи.
  - На берегу корабль, - без предисловия начала Тэри. - Отсюда надо уходить.
  Холвир встал. Обвел взглядом комнату.
  - Уходим. Разбирайте одежду.
  Мне досталась куртка с меховым воротником, фуфайка и рукавицы. Фор расстался с сутаной и надел теплые брюки. Тэри запихнула остатки еды в рюкзак, и я не успела опомниться, как мы оказались снаружи. Дверь скрипнула за Северном, и мы двинулись по лесу, беззвучно ступая по мху. Под ногами проплывала черника, сверху пригревало утреннее солнце, но никто не останавливался.
  По лесу мы шли недолго. Сосны расступились, и перед нами показался мыс.
  - Дальше мы пойдем через катакомбы, - сказал Фор. - Неподалеку отсюда есть вход. К счастью, паладины о нем не знают.
  - Но кто-то еще знает, - вдруг сказал Холвир.
  Мы обернулись к нему. Холвир кивнул в сторону моря, и я увидела тонкий столбик дыма, поднимающийся между соснами.
  Людей мы нашли быстро. Двое стариков сидели у костра, остальные нашли прибежище в сухой каменной пещере под мысом. Кусты у входа были безжалостно выломаны, внутри валялись груды тряпья. В дальней стене пещеры чернел пролом. Оттуда пахло сыростью и водорослями. Здесь ютились две дюжины человек: все, кому удалось сбежать из Вешкеля. Фор заговорил с худой загорелой женщиной, которая, судя по всему, была здесь за главную. Мы держались в стороне.
  - Недалеко же они ушли. - Тэри села на песок, вылизанный волнами. - Если бы паладины озаботились прочесать берег...
  - Они вышлют отряды, - ответил Холвир. - Но им не это нужно. Им нужны Белые Башни и верховный жрец круга. Им нужна победа.
  - Боюсь, ты прав. - Фор подошел к нам. - И один отряд уже здесь.
  Из-за леса показались мужские фигуры. Семь человек, и у каждого на поясе висел меч. Паладины.
  Как быстро, пронеслось в голове. Слишком быстро. Словно сама богиня хочет, чтобы все поскорее закончилось - так или иначе.
  - Нам не убежать, - спокойно сказал Фор. - Значит, будем драться.
  - Жители Вешкеля ждут, что мы их защитим, - глухо сказал Холвир. - Но я не буду убивать своих братьев. Не могу.
  - Ты это серьезно? - Тэри круто развернулась к нему. - Может, ты и нас удержишь? Клинком по шее, чтоб уж сразу наверняка?
  - Мы начнем переговоры, - спокойно сказал Фор. - Я пойду с Холвиром и Неллой. Вам с Северном лучше подождать здесь.
  Он коснулся моего плеча, кивнул остальным и пошел вперед. Мы двинулись за ним. Северное море, колючее и неласковое, блестело на солнце. То и дело налетал ветер, забирая тепло. Рубашка под фуфайкой промокла, ноги увязали в песке.
  Навстречу нам впереди своих товарищей шагал совсем еще молодой человек. Ветер трепал светлые волосы, рукава легкой рубашки развевались, но на его лице не было улыбки.
  Я прикрыла глаза. В небе висело яркое солнце, свет струился ручьями, отражался от моря, и немыслимо было поверить, что через минуту на песке затемнеет кровь.
  Когда до паладинов остались считанные шаги, мы заговорили одновременно:
  - Это вы бежали из храма?
  - Это вы подожгли деревню?
  Светловолосый паладин поднял руку.
  - Нет! - резко сказал он. - Мы ищем выживших.
  Холвир шагнул вперед.
  - Но деревню все равно подожгли ваши силы! Зачем?
  Молодой паладин отвел взгляд. За его спиной волна лизнула берег и откатилась, уволакивая за собой песчинки.
  - Глава ордена строит лагерь под Иственом для тех, кто пострадал в войне, - произнес он. - Там есть вода, еда, палатки и одеяла. Мы отвозим людей туда.
  - То есть одной рукой жжете деревни, а другой спасаете выживших? Северяне уже нас ненавидят, а ведь прошло всего несколько дней. Войну пора заканчивать!
  - Джорнин думает так же. - Паладин кивнул. - Нас послали именно для этого.
  - Да? И для чего же?
  - Мы ищем путь в Белые Башни. Пока жрецы круга живы, война не закончится.
  Фор вдруг усмехнулся.
  - Интересно. Кажется, у меня есть предложение, которое устроит всех.
  Светловолосый паладин поднял брови.
  - Да?
  - Возьмите нас в плен.
  Я выронила посох. Холвир моргнул.
  - Нас, но не жителей Вешкеля. - Фор повысил голос. - Их вы оставите в покое. Разрешите им уйти. Если они захотят пойти в ваш лагерь - это будет лишь их выбором. Взамен мы покажем вам Белые Башни и приведем вас к кругу жрецов.
  Паладины переглянулись. Один из них прошептал что-то светловолосому. Тот хмыкнул.
  - Допустим, вы меня заинтересовали. Но зачем вам это? В чем ваша выгода?
  - В бою вы потеряете людей. С нами вы спасете жизни.
  Молодой паладин казалось, хотел что-то сказать, но медлил. Я обернулась к пещере. Обломанные кусты у входа в убежище шевелились, как языки пламени, и я вспомнила живой огонь. Ты шагаешь в него с открытыми глазами. Но что там, на той стороне?
  - Холвир, - наконец сказал он. - Поклянись, что это не ловушка.
  - Клянусь, - твердо сказал Холвир.
  - Тогда я принимаю твою клятву. Отныне вы наши пленники.
  Все. Нас ждут катакомбы.
  Я подобрала посох. Ко мне немедленно шагнул молодой паладин и жестом потребовал отдать ему оружие.
  - Перед вами жрица, - с иронией произнес Фор. - Она опасна даже без посоха. Нам предстоит долгая дорога, господа. Быть может, мы доверимся друг другу?
  - Оставьте им оружие. - Светловолосый махнул рукой. - Ведите.
  Мы двинулись назад по берегу. Паладины шли сзади. Солнце перевалило зенит, и тени на песке удлинялись. Совсем скоро стемнеет, но я буду под землей и не увижу звезд. Я пленница.
  - Почему? - Я повернулась к Фору. - Почему мы сдались?
  - Жрецы не всегда обитали в Белых Башнях. Под ледяными коридорами на дне подземного озера покоится самый первый храм. Тот, где горела белая свеча.
  - И тот, куда тысячу лет назад спускался Гилетир?
  - Да. Нам придется пройти тем путем. Когда-то в ледяных коридорах свирепствовали тени. Я слышал, что теперь там безопасно, но не поверю, пока не увижу собственными глазами. Тени сильны, Нелл. Паладины нам пригодятся.
  - А ты коварнее, чем я думала, - заметила я.
  - Я почти стал жрецом круга, не забывай... Мы пришли.
  Тэри бросилась нам навстречу. Холвир поймал ее и начал быстро что-то говорить. Кровь враз отхлынула от щек девушки. Тэри беспомощно оглянулась на нас, словно ища поддержки, но Фор покачал головой. Северн, покосившись на паладинов, резко и зло выругался.
  Фор молчал, глядя на горизонт. Я подошла к нему и взяла его за руку.
  - Ты когда-нибудь бывал в круге жрецов?
  Он покачал головой. На его лице появилось задумчивое выражение.
  - Я видел башни издалека, когда мы с наставником путешествовали по северу. Долгие пешие переходы, студеные ручьи, шатры еловых веток... По склонам гор скользили тени облаков, а мы жались к костру, разведенному посреди камней, и чувствовали, что нам принадлежит весь мир.
  - А сами Белые Башни?
  - Ледяные башни на горизонте... - Фор улыбнулся. - Кажется, будто они растут из облаков, и у тебя замирает сердце. Но после того, как мы спустились в Ущелье Теней, в гробницы, видели теней и призраков...
  Его пальцы сжались в моих.
  - На обратном пути я спал на роскошном ковре из мха, но всю ночь чувствовал под спиной камень. Крышку гроба. От этих воспоминаний не излечиваются, Нелл. Если бы я мог, я отпустил бы и теней, и призраков в небытие... или в новую жизнь, если она существует. Но в настоящую. Не в эту... тень посмертия.
  Я молча кивнула.
  - Не понимаю, как верховный жрец мог призвать теней, - закончил Фор. - Кем надо стать, чтобы замыслить подобное? Ведь он тоже бывал в гробницах... он видел и боль, и страдание. Почему тогда?..
  Он потер лоб. Я открыла рот, но не успела ответить: нас нагнали паладины.
  - Значит, катакомбы, - проговорил светловолосый. - Что ж, мы готовы идти.
  - Прошу за мной. - Фор повел рукой в сторону пещеры.
  Обитатели поселка выстроились вдоль берега и смотрели на нас.
  - Они в безопасности, - сказал за спиной Холвир. - Мои бывшие братья не нарушат слова. Заходи.
  Внутри повсюду были разбросаны остатки еды, горшки и миски, палки от лопат и вил. Жители Вешкеля успели взять с собой не так уж много.
  Пещера кончилась, начались туннели, и под ногами захлюпала вода. Света становилось все меньше. Мы шли цепочкой, не разговаривая, и я слышала только стук капель, шаги своих спутников и бегущую воду. Я уже не смотрела вперед, не думала и не вмешивалась в редкие разговоры. Колени задеревенели и отказывались повиноваться, плечи устали и болели. Но впереди забрезжил свет, и ноги сами понесли меня вперед.
  - Скажите, почему вы нам помогаете? - услышала я голос светловолосого паладина. - Чего вы хотите?
  - Я хочу дойти до Белых Башен, - отозвался Фор. - У меня дело к главе круга.
  - Этого не будет. Как только я увижу башни жрецов своими глазами, я отправлю гонцов к Джорнину и вернусь в Иствен. Вы пойдете с нами.
  - Я так не думаю, - холодно ответил Фор. - И вы послушаетесь меня, если жизни товарищей вам дороже приказов. Вчера ночью тысячи теней пересекли море. Их призвал глава круга жрецов. Если мы не остановим его, тени сотрут север с лица земли и примутся за юг.
  - Темные волны ночью, - вдруг сказал один из паладинов. - Я же говорил, что видел их!
  Светловолосый паладин тряхнул головой.
  - Я не могу подставлять свой отряд под удар. Джорнину нужны Белые Башни.
  - Так отправьте гонцов, и пусть ваш глава ордена получит, что хочет, - возразил Фор. - Но ваш долг - проверить мои слова.
  Несколько минут паладины совещались о чем-то приглушенными голосами.
  - Идемте. - Светловолосый повернулся к нам. - Мы решим на месте.
  Воды стало меньше: мы поднимались. С каждым шагом становилось все холоднее, хоть ветра и не было. Я плотнее закуталась в куртку. Тэри достала из рюкзака меховую накидку.
  Последний извилистый коридор вывел нас наружу. Вокруг простирался зимний лес. Сверху летели крупные, но редкие хлопья снега, из-под земли поднимались корявые стволы карликовых берез. Чуть дальше осины протягивали небу обледенелые ветви. На нетронутом снегу отпечатались заячьи следы. Вдоль звериной тропы стелился ивовый кустарник.
  - Как красиво, - сказала Тэри. - Только холодно.
  - Когда-то здесь стоял первый храм, - откликнулся Северн. - По легенде его построили первые жрецы.
  - Так и есть, - ответил Фор. - Увы, много лет назад он скрылся на дне озера.
  Мы шли по зимнему лесу, и я поразилась, насколько одна тишина отличается от другой. В Ущелье Теней не пели птицы. Молчали они и здесь. Но тут молчание казалось спокойным и вечным, как небо.
  Первый храм... Что скрывается там, под водой? Неужели вся правда о богине? Ведь я так и не узнала, кто она. Великая сила? Обычная женщина, которая рождается раз в тысячу лет, чтобы сделать выбор, как сказал Гилетир? Или настоящая богиня, хранящая этот мир?
  Серебряный лес заканчивался обрывом. Впереди сверкали снежные вершины гор. Слева две скалы расходились, и к проему между ними вела ледяная дорога.
  - Скользко там, наверное, - озабоченно сказала Тэри.
  Северн без слов предложил ей локоть. Тэри не шевельнулась.
  - А остальные?
  - Сила поможет нам сохранить равновесие, - ответил Фор. - Не бойся за нас.
  Я не была в этом уверена, и не стала спорить, когда он подхватил меня под руку.
  Ледяная дорога и впрямь оказалась на редкость скользкой, но у входа зеркальная гладкость сменилась выпуклостями и складками утоптанной земли, словно за многие столетия лед закаменел, как скала. Я шагнула в проем и застыла.
  Голубая поверхность льда обнимала стены. По высокому потолку бежала каменная дорожка, но уже в десятке шагов ее начинали теснить льдистые стрелы, и она скрывалась под хрустальными наслоениями цвета морской волны. Из-подо льда струился свет, и по прозрачному полу бежали замерзшие течения узоров. Коридор изгибался, и на повороте, словно шипы, росли белые кристаллы. Впрочем, коридором эту пещеру было трудно назвать: здесь легко прошел бы и слон.
  Словно в огромном аквариуме без воды и рыб. Только воду тут заменял звенящий воздух, а рыбами были мы.
  - Откуда идет свет? - спросила я. - Неужели из первого храма?
  - Так говорят. - Фор остановился у светящихся кристаллов. - Внизу, увы, никто, кроме Гилетира, не побывал: там ледяная вода. Жрецам она не так опасна, как обычным людям, но охотников все равно пока не находилось.
  - А лед под нами не проломится? - Тэри поджала ногу.
  - Нет. - Фор улыбнулся. - Право, здесь красивее, чем я думал...
  Я прикрыла глаза. Вокруг по-прежнему царила зима, но в моих ладонях вдруг ожило тепло. Что это? Сила во мне чувствует другую силу? Или это так зовет меня первый храм, чтобы поведать ответы?
  - Хочу вниз, - вырвалось у меня.
  - В ледяную воду? - Фор поднял бровь. - Даже не надейся, Нелл.
  - Но там первый храм. Ответы, Фор! Если Гилетир узнал, кем была богиня тысячи лет назад, представь, что найдем мы!
  Фор остановился и положил мне руки на плечи. Его ладони были не просто холодными - ледяными.
  - Ты точно этого хочешь? Не боишься того, что будет потом?
  - Не знаю. - Я взглянула ему в глаза. - Но что еще остается?
  - Скорее сюда! - послышался голос Тэри. - Такого вы еще не видели!
  Фор без слов опустил руки, и мы быстро пошли вперед. Здесь лед был темнее: на смену бледным отблескам пришли фиолетовые тени. Узкая дорога по льду казалась ложем ручья. Все стояли у противоположной стены. Тэри уперлась ладонями в ледяной хрусталь, запрокинув голову. Ее шерстяной колпак, забытый, лежал на полу.
  За синими кристаллами темнели во льду стройные силуэты.
  - Когда мне впервые рассказали эту историю, я счел ее чудом, - едва слышно сказал Фор. - Человек не может приказывать теням. Но у него получилось.
  - Кто-то заточил здесь теней, - хриплым голосом сказал Северн. - Ведь это тени там, в глубине, верно?
  Мы приблизились к остальным. Темно-синие кристаллы мерцали в полутьме.
  За слоем мутного льда и впрямь парили тени. Ряд за рядом, они плыли в пустоте, уронив руки, закрыв невидимые глаза.
  - Если долго идти по лесу, выйдешь к деревеньке, где больше десяти лет нет жреца, - сказал Фор. - В тот год ее жителей донимали тени. Они поднимались из моря и, говорят, угрожали даже кругу. И тогда жрец той деревни вышел к теням.
  - И погиб? - спросила Тэри.
  - Никто не знает, что он говорил им. Но на исходе дня он повернулся и пошел в ледяные коридоры, и тени следовали за ним. Два дня спустя он вышел, едва держась на ногах, и за ним не вышло ни одной тени.
  - Так тот жрец дрался с ними? И победил?
  Фор покачал головой.
  - Он показал им свет. Тени вняли его словам. С той поры они спят вечным сном, чтобы не тревожить живых, и ждут, когда богиня спустится в мир и возьмет их к себе.
  - Красивая сказка, - вздохнул Северн.
  - Вам лучше спросить верховного жреца, правда это или нет, - ответил Фор. - Тот жрец вскоре умер: его сердце не выдержало. Но у него осталось двое приемных сыновей, совсем еще мальчишек. Один из них, Теомар, стал главой круга жрецов.
  - А второй? - спросила я.
  Фор покачал головой.
  - Не знаю. Погиб, наверное.
  Мы надолго замолчали, уставившись на стену. Фор опустился на корточки, разглядывая подножие ледяной скалы, и словно сам превратился в статую. Тени парили в паре шагов от нас, но я не чувствовала ни горечи, ни боли. Все тот же мягкий свет, та же спокойная тишина.
  - Пожалуй, пора идти, - кашлянул наш паладин-тюремщик. - Признаюсь, меня впечатлила ваша история. Если простой жрец усыпил сотни теней, на что способен ваш глава круга? Теомар - так ведь его зовут?
  - Да, - медленно сказал Фор, не отрывая взгляда от подножия скалы. - И, похоже, он призвал теней, используя знания своего отца. Теперь я уверен в этом.
  - Значит, северу грозит куда худшая опасность, - серьезно сказал светловолосый паладин. - Когда мы достигнем Белых башен, я отправлю двоих людей к Джорнину, а сам пойду с вами с остатками моего отряда. Надеюсь, я об этом не пожалею.
  - Спасибо вам. - Фор глубоко вздохнул, словно вбирая в себя свет. - Идемте.
  Мы шли вдоль сплошной стены кристаллов. Хрустальный бамбук вызванивал тихие мелодии, и узоры на полу менялись с каждым шагом, как ноты. Туннель разрастался, и вскоре мы оказались в огромном ледяном зале. От стены до стены простиралось заснеженное поле. Сквозь дыры в толще скал падал солнечный свет.
  Сердце внезапно забилось. Здесь, совсем рядом, под толщей снега и льда...
  - Первый храм, - проговорила я.
  Из-под снега росли кристаллы, и мне почудилось, что я вижу шпили башен, скаты крыш, колоннаду и силуэты вмерзших в лед чаек. Рядом, как корабли, проплывали обрывки разговоров.
  - ...Море, солнце и киты. Ты когда-нибудь видела живого кита?
  - ...Почему жрецы не оставили форпоста здесь? Ведь они могли бы...
  - ...Слишком опасно. Подо льдом лишь вода. Право, не стоит...
  Стоит, вдруг поняла я.
  На середине зала под кругом солнечного света темнела полынья. С виду она ничем не отличалась от простой дырки во льду, но, приглядевшись, я различила мягкое сияние на дне, будто кто-то рассыпал там золотые монеты. Словно кто-то превратил себя в колонну белого света, как Фор когда-то, и шагнул в глубину.
  Я нагнулась над водой. Голова кружилась, кровь прихлынула к щекам, и сердце билось быстро-быстро. И почему-то в ушах все громче звучала история жреца, который увел за собой теней... в свет.
  - Нелл!
  Чьи-то руки рванули меня назад. Я не удержалась на ногах и рухнула на снег. Под бедром хрустнул лед, железные тиски обхватили запястья, и меня поволокло к берегу.
  Едва освободившись, я попыталась сесть, но не успела: меня тут же вздернули на ноги, и рядом оказалось лицо Фора с белыми губами.
  - Что, скажи на милость, ты собралась там делать? - очень спокойно спросил он. - Одна, в тяжелой одежде, без груза, без веревки?
  - Искать ответы...
  - Чушь!
  Паладины, стоявшие неподалеку, глазели на нас в немом изумлении. Фор понизил голос:
  - Не сходи с ума. Думаешь, я отпущу тебя под воду в одиночку?
  Я перевела дыхание. Страх проходил: возвращалась решимость.
  Фор молча смотрел на меня. Я взяла его за руку.
  - Фор, тебе нечего делать под водой. Мы идем к жрецам: тебе понадобятся все силы. Но мне-то нужны ответы! Я все еще не догадываюсь, кто она - богиня. А мне нужно это знать... как и тебе. Просто пусти меня туда.
  - Нелл, я не могу тебе помешать. - Фор устало улыбнулся. - Ты же знаешь. Но дай мне побыть рядом.
  Я глубоко вздохнула.
  - Хорошо.
  Фор отошел. Вокруг меня словно образовался солнечный круг: я стояла и не слышала, о чем говорили остальные. Кажется, Фор попросил у кого-то веревку. Громко и горячо говорила Тэри. Потом Холвир уронил несколько слов, и все замолчали.
  Наконец у озера воцарилась тишина, и я подняла взгляд.
  В пещере было пусто. Заходящее солнце окрасило ледяные стены розовым, и снег блестел радостно, как в первое утро нового года. Фор стоял рядом.
  - Они дали нам полчаса, - сказал он.
  Серебряный свет мигнул перед глазами, и на минуту я почувствовала себя тенью, которую уводят, тащат, волокут под лед. Но лишь на минуту.
  В нескольких шагах от воды Фор остановил меня.
  - Сначала нужно выровнять дыхание, чтобы сердце не остановилось, - сказал он. - Потом, когда выберешься, растереться снегом, чтобы не обморозить кожу. Я дам тебе груз: сбрось его, когда тебе покажется, что ты спустилась достаточно.
  Он мягко отобрал у меня посох и положил на снег.
  - Дай силе тебя обнять, и тебе хватит дыхания. Когда почувствуешь, что легкие вот-вот взорвутся, дерни за веревку, и я тебя вытащу.
  Я кивнула.
  - Ты готова?
  Что-то было не так. В его тоне, взгляде, голосе... С тех пор, как Фор увидел тени подо льдом, в его глазах поселилось такое выражение, словно он снова стоял над умирающим другом в крепости. В чем дело? В ком?
  Нет времени. Потом.
  Я подняла взгляд к потолку. Где-то над морем садилось солнце. И люди любили, обнимали друг друга, садились за накрытый стол и строили планы на завтрашний день.
  А здесь были мы. И ничего кроме.
  Я молча разделась. Фор так же молча помог мне затянуть на талии веревочный пояс с камнями. Еще пару камней я взяла в руки.
  - Выпусти немного воздуха, когда станет нечем дышать, - тихо сказал Фор, отступая. - Ты узнаешь ответы, Нелл. Обязательно.
  Я отвела взгляд.
  - Я знаю. Только что-то мне подсказывает, что они мне не понравятся.
  - Да. И это самое грустное.
  Холод заползал под кожу, колол шею и ступни. Медлить дальше было нельзя.
  Я набрала воздуха в легкие и прыгнула.
  Вода ударила в грудь, как огонь: я закричала бы, если бы могла. Камни выскользнули из рук. Я плыла даже не в кипятке - в жидком пламени. Полынья осталась далеко вверху и нависала над головой, как купол храма. Солнечные лучи пронзали темную густую воду, но свет, идущий снизу, был сильнее.
  Пояс тянул меня на дно, свет становился все ярче, и я приоткрыла рот, выпуская драгоценный воздух: мимо проплыл белоснежный шпиль. За ним в полутьме вырисовывались силуэты зданий: очертания башен рябили в воде, как протянутые руки, но я смотрела не на них. За белым шпилем на беседке из четырех колонн возвышалась статуя единорога. Витой рог тянулся к статуе обнаженной женщины. Сияние исходило совсем рядом, но не от него. От нее.
  Я взглянула ей в глаза и замерла на месте. Время остановилось.
  Это была я.
  Я смотрела в свои глаза, солнечные, счастливые, забыв о ледяной толще воды, о боли в висках, о Форе, ждущем наверху. Безымянный архитектор воссоздал мое тело из белопенного мрамора, не забыв ни одной черты. Губы едва заметно улыбались, широко раскрытые глаза сияли, словно девушка видела что-то, мне недоступное. Словно она сделала все, для чего была призвана, и теперь ее ждет свобода.
  - Ты знаешь, что ты мертва? - прошептала я. Не вслух: про себя. - Ты знаешь, что рассыпалась светом, и тебе не вернуться назад?
  Статуя молчала. Левая рука простиралась над каменной плитой, словно опираясь на невидимый пьедестал. Девушка смотрела мимо меня, и в ее глазах отражался свет.
  Вот оно.
  Она знает. Она знает, что умерла, и принимает это.
  Как должна принять и я.
  Виски сдавило, словно голову поместили в пушечное жерло. Ответы. И здесь от них не спрятаться, как не спрятаться от себя.
  Каждый, кто умирал слишком часто, станет тенью. Навечно.
  И есть лишь один способ это изменить.
  Умереть по-настоящему. Уйти, коснувшись света. Быть может, той самой белой свечи в Иствене. Уйти и увести теней за собой, указав им путь из этого мира. Дорогу, которую королева теней замкнула на засов тысячи лет назад.
  Миг выбора. Миг понимания. Тот, о котором говорил Гилетир.
  Вот и ответ. Единственный, простой и последний. Как я не видела его раньше?
  Я должна уйти.
  И бросить Фора... горсть винограда в руке, шорох травы под затылком, солнечное небо, друзей... любовь?
  Не верю, шевельнулись губы. Не верю, не хочу, есть же другой выход!
  Сила прохладной волной плеснула в лицо, и я будто воочию увидела последние дни. Живые дни и уютные ночи - рассветы, черника, солнечная дорога, каменные занавеси в храме, зима, Черешет, осенняя крепость, улыбка Фора, смех Тэри, фляжка Северна, паруса на пристани, сверкающий снег, Холвир и его обеты... лицо мальчишки на мельнице, призраки в крепости, тени в темноте...
  Нет! Как же так, я ничего не успею сказать, объяснить, попрощаться!
  А ничего и не надо говорить, ответили безмятежные глаза. Ты же сама знаешь.
  Ярость хлынула наружу. Изо рта гирляндой пузырьков хлынул воздух. Руки сжались в кулаки, и я едва не запустила камнем в спокойное мраморное лицо. Но понимающий, чуть укоризненный взгляд единорога остановил меня вернее любого крика: руки опустились.
  Неважно. Я могу рассуждать сколько угодно, о чем угодно - решение принято.
  Герои сказок бродят по темному лесу, но в конце всегда выходят на свет. Что происходит тогда? Что, если им тут же хочется обратно, в прохладную полутьму под сосновыми иголками?
  Может быть, еще год, еще два? Хотя бы несколько дней?
  А люди будут погибать?
  Я прикрыла глаза. Что чувствовал жрец, который увел за собой теней? Каково ему было?
  Как же больно...
  Но иначе - огромная армия теней до горизонта. Погибнут все, к кому я успела привязаться: Тэри не отправится к новым приключениям, Фор не вернется в круг жрецов, Холвир не остановит новые пожары, Северн никогда не поцелует Тэри.
  Мне здесь не место. Если я и могу на что-то надеяться, то лишь на возвращение души к истоку. К тому вечному свету, который не заслонят и не затмят никакие тени.
  Все. Здесь мне делать нечего. И воздух... кончается...
  Я зажмурилась и дернула за веревку.
  Чистый воздух ворвался в легкие. Ледяная вода, обжигая и без того мокрые волосы, фонтаном взметнулась вокруг, и я судорожно замолотила руками по воде, глотая воздух. В следующую секунду чьи-то руки вытащили меня из полыньи и принялись быстро растирать снегом. Вода попала в лицо, я отчаянно пыталась проморгаться, но видела лишь радужные пятна.
  - Не засыпай. - Фор натягивал на меня одежду, ни на секунду не прекращая растирать: казалось, у него восемь рук, а не две. - Нелл, ты меня видишь? Слышишь? Пошевелишь пальцами, если я тебя попрошу?
  Я в очередной раз моргнула и увидела над собой его лицо. Мокрая, замерзшая, полуодетая - я улыбалась.
  Потому что была не одна.
  Мы делаем выбор - каждый час, каждую минуту. И иногда, когда взгляды встречаются, холод вдруг становится неважен.
  Каково бы это было? Коснуться его губ своими, переступить босыми ногами по полу хижины? Я на мгновение прикрыла глаза и представила себе, что это случилось: как я скользнула в постель к другому разгоряченному телу, как по телу прокатились сладкие волны... и как небо осыпалось звездами.
  Я не заметила, как прижалась к Фору, а он обнял меня. Очень крепко. Но это было все. Потому что на грани яви и обморока я помнила и знала, что меня ждет.
  - Я все узнала, - сказала я. - Мы можем вернуться к остальным.
  Фор молча кивнул.
  - Что? - Я вгляделась в его лицо. - Что-то еще не так?
  - Не ты. - Фор плотнее запахнул на мне чей-то полушубок. - Теомар.
  Я открыла рот.
  - Теомар?
  - Я помню свое имя, - сказал Фор. - Когда мне было тринадцать, и я очнулся на снегу, я помнил лишь одно слово: "Форэтт". Кажется, это было последним, что кинул мне в лицо убийца.
  - И ты не сказал мне...
  - А сегодня я увидел свое имя еще раз. В подножии скалы, вырезанное тонким клинком силы, торопливыми штрихами - там, где подо льдом покоятся тени. Это мог сделать только жрец. Думая, что умирает, он оставил послание сыновьям.
  - Сыновьям?
  Фор вскинул голову. В его глазах блестели слезы.
  - "Форэтт. Теомар. Ищите небо на снегу". Вряд ли я ошибся, Нелл.
  Я открыла рот.
  - Ты хочешь сказать, что Теомар...
  - Он мой брат.
 

Глава 17. Город в облаках


 
  Тонкий мост переливался в лучах заходящего солнца, как мираж. Перламутровый камень казался льдистой дымкой, которая вот-вот рассеется.
  Мы стояли на каменной площадке. Мягким золотым светом горело небо. Из облаков опускались башни, вытканные из хрупкого камня. Тонкие шпили тянулись к земле, фундамент скрывался за облаками.
  Какой архитектор придумал это чудо? И как оно парит в воздухе?
  Чуть левее шпиля солнечные лучи блестели в воздухе, как на льду. Я пригляделась и увидела ледяное основание, уходящее к подножию гор. Башни, растущие из облаков, оказались иллюзией.
  - Но какие мастера! - проговорил Северн, будто отвечая на мои мысли. - Жрецы, надо отдать им должное, умеют устраиваться со вкусом. Тэри, что скажешь?
  Сзади раздался окрик. Светловолосый паладин, бледнее снега, появился из неприметного закутка и поманил Холвира. Тот мгновенно последовал за ним.
  - Тебе холодно? - негромко спросил Фор.
  - Конечно. - Я поправила шапочку. - Но я не заболею.
  Не успею, чуть не добавила я. Но не стала, конечно же.
  - Фор, Нелла. - Холвир появился перед нами, серьезный и бледный. - Идемте.
  В темном закутке под слоем замерзшей воды лежали два тела. Оба без теплой одежды, лишь в легких полотняных мантиях. И у обоих перерезано горло.
  - Кажется, Теомар взялся за круг всерьез, - проговорил Холвир. - Форэтт, без тебя нам не обойтись. Ты готов?
  Фор стоял, уставившись на тела жрецов, и его плечи опускались все ниже.
  - Форэтт?
  - Дайте мне пару минут, - одними губами ответил Фор. - Хотя... нет, сделаем так. Я пойду первым и найду Теомара сам.
  Светловолосый паладин с возмущенным видом шагнул вперед, но Фор на него даже не взглянул.
  - Вы найдете других жрецов и освободите плененных девушек. - Фор посмотрел Холвиру в глаза. - Так, и никак иначе.
  - Фор, это неразумно, - заговорил Холвир. - Ты можешь лишиться силы в любую минуту. Что тогда с тобой сделает глава круга?
  - Я пойду с ним, - услышала я собственный голос. - Ведь до башен мы все равно идем вместе? А там и впрямь удобнее всего разделиться.
  Светловолосый паладин прищурился.
  - Допустим. Но что, если мои люди найдут Теомара первыми?
  - Вы немедленно приведете меня к нему, - бросил Фор, не отводя взгляда от тел. - С ним не справится никто другой. Поверьте мне.
  По мосту мы шли цепочкой. Камень под ногами едва уловимо дрожал: вот-вот выпадет из кладки перламутровый кирпич, провалится в небо стопа. Еще один предусмотрительный жест: армия тут не пройдет. Впрочем, где они, стражи и лучники? Башни словно вымерли.
  Когда мы перевалили через середину моста, солнце закатилось за горизонт. Очертания льда четче проявились в воздухе, но из зданий по-прежнему не доносилось ни звука.
  - Неужели глава круга убил всех жрецов? - проговорила Тэри. - И сидит там один, а его охраняют тени? Куда-то должна была деться вся темная орава!
  - Мы это узнаем, - твердо сказал Холвир. - Если глава круга и впрямь виновен, мы заставим его изгнать теней.
  - Куда? - со странной интонацией произнес Фор. - В южные земли? Они не остановятся.
  Я опустила голову. Не остановятся. И значит...
  - Нелл. - Фор обернулся. - Не ходи со мной. Останься с Холвиром и остальными.
  Я улыбнулась ему и покачала головой.
  - Нет уж. Сейчас твоя очередь нырять в ледяную воду, и кто-то должен быть наверху. Хотя, должна признаться, у меня нет твоего опыта растирания снегом.
  Сзади Тэри тихо фыркнула. Северн откровенно захихикал.
  Мост закончился. Прозрачные каменные двери, больше похожие на плиты льда, были приоткрыты. Светловолосый паладин дал знак своим людям, и они тут же заняли места у всех выходов, охраняя зал. Фор и Холвир подошли к нам.
  - Будьте начеку, - коротко сказал Фор. - Нас наверняка заметили еще с моста.
  - И у нас мало времени, - кивнул Холвир. - Займемся делом.
  - И каким именно делом вы желаете тут заняться?
  Посреди соседнего зала, не делая никаких попыток приблизиться, стоял жрец в простом плаще и надвинутом на глаза капюшоне. Длинные рукава скрывали кисти рук.
  - Мы ищем Теомара. - Холвир поклонился. - Меня зовут Холвир, а мои спутники...
  - Не имеют значения. - Жрец не повернул головы. - Что вам нужно?
  - Ваш глава круга призвал теней! - Холвир выступил вперед.
  - Чушь, - холодно прозвучал ответ. - Теомар спасает север от губительной войны. Вы же привели войну сюда.
  Жрец вытянул узкую руку, указывая на светловолосого паладина. Глаза Фора вдруг расширились, но он ничего не сказал.
  - Мы не рвемся на чужие земли, - сухо продолжал жрец в капюшоне. - Не калечим, не убиваем и не жжем, хотя некоторые шепчут, что стоило бы. Война - это болезнь. Теомар ищет лекарство, и, каким бы оно ни было, круг подчинится ему.
  - А девушки? - раздался звонкий голос Тэри. - Беспамятные девушки, которые никому не причинили зла? Ради чего вы их похищали?
  Жрец вдруг вскинул руки. Стены из льда и камня задрожали.
  Рука в перчатке указала в дальний конец зала. Там, за каменными перилами, белела ледяная лестница.
  - Вам нужны девицы? - прозвучал голос из-под капюшона. - Они спят подо льдом в нижних залах. Забирайте их и уходите. Мне давно пора возвращаться к своим обязанностям.
  Жрец повернулся и двинулся к выходу из зала.
  - Подождите, - окликнул его Холвир. - Скажите хотя бы ваше имя!
  - Он не скажет, - произнес Фор.
  Я взглянула на него. Темные глаза странно блестели.
  - Ты его узнал?
  - Тише, Нелл. - Фор поманил меня за собой. - Идем за ним.
  Я открыла было рот, чтобы возразить, но Фор уже тянул меня за руку.
  - Подождите! - крикнул Холвир. - Что, если это...
  Грохот заглушил его слова. С потолка слетели тяжелые ледяные пластины. Каменная крошка брызнула в лицо. Фор дернул меня за плечо так, что рука чуть не вылетела из сустава, и сквозь шум в ушах я услышала чей-то крик.
  Камнепад стих так же внезапно, как и начался. Я поднялась, ощупывая изодранные колени. Фор стоял, положив ладони на мутную ледяную стену, запечатавшую проход.
  Мы были одни.
  - Ты что-нибудь видишь?
  Фор покачал головой.
  - Но они живы?
  - Живы. И выберутся. - Фор повернулся ко мне. - Но не сразу. Идем.
  - А остальные? Мы бросим их? Как последние предатели?
  - Мы будем предателями, если возьмем их с собой, - серьезно сказал Фор. - Игры кончились, Нелл.
  Он поднял мой посох с пола.
  - Помнишь жреца круга, что тебя похитил? - Фор провел рукой по древку. - Он мог трижды убить нас всех. Мы спаслись, потому что он колебался. У Теомара рука не дрогнет.
  - Тогда как ты надеешься с ним справиться?
  - Я не знаю, на что я надеюсь, Нелл. Но он мой брат.
  - И ты идешь на верную смерть.
  Фор не ответил. Лишь крепче сжались пальцы на древке.
  - Идем, - в третий раз сказал он.
  В ледяной галерее никого не было. Издалека доносился плеск воды, и среди подледных узоров темным блеском светились продолговатые отпечатки на полу, словно жрец в капюшоне оставлял следы.
  - Ты тоже это видишь? - Фор взглянул на меня. - Я заметил, как только Теомар шевельнулся в первый раз. Темный шлейф, как у теней.
  - Подожди... тот жрец в капюшоне - Теомар?! И мы идем за ним?
  - Конечно. Я думал, ты поняла.
  Я прикусила губу. Журчание воды становилось все громче. Впереди пахнуло свежим воздухом.
  - Еще есть время, - мягко сказал Фор. - Уходи, если хочешь.
  - Я с тобой, - шепотом ответила я.
  - Уверена?
  Я беспомощно улыбнулась.
  - Ты же знаешь. Как-то так получилось, что я без тебя больше не могу.
  - Действительно. - Фор едва заметно улыбнулся. - Мало ли каких дел я могу натворить в одиночку...
  Ледяная анфилада осталась позади. Перед нами раскинулся зал без стен и потолка: настоящая площадь из гладкого мрамора. С обрыва веяло теплом, словно внизу, в пропасти, бурлили горячие источники.
  - Значит, вас будет двое, - раздался голос сверху. - Что ж, мне это подходит.
  Я подняла голову. На ледяной галерее очень прямо стоял молодой человек - в том же плаще, но без капюшона. Под глазами залегли глубокие тени, на лбу отпечатались первые морщины, но...
  - Вы близнецы, - растерянно сказала я.
  Фор сделал шаг в сторону. Посох в его руке засветился.
  Теомар покачал головой.
  - Пожалуй, мне стоит позаботиться, что нам никто не помешает.
  Он шагнул к перилам. Шаг - и галерею замуровало прозрачное стекло льда. Еще шаг - и мраморную плиту слева от нас вырвало с корнем: я невольно пригнулась. Невидимая рука с грохотом впечатала ее в дверной проем. Входа в зал больше не было.
  - Я ждал вас, - сказал Теомар, и мы услышали его голос так же отчетливо, как если бы он стоял рядом.
  - Как ты остался жрецом? - Фор поднял голову. - Свет и тени несовместимы.
  Теомар усмехнулся.
  - Я мог бы сказать, что они - две стороны единого целого, но не будем играть словами. Все просто. Это свет не спрячешь, а тьма может имитировать свет, подражать свету, вспыхивать так ярко, что никто не заметит подмены. Ведь что мы ищем в свете? Власть? Себя? Прощение? Это может дать нам и та сторона.
  Такие знакомые губы, но не улыбка - усмешка. И никакого тепла в глазах.
  - Дай нам помочь тебе, - негромко сказал Фор. - Еще не поздно.
  Теомар расхохотался.
  - Помочь? Форэтт, может, ты и догадался, кто лишил тебя силы. Но помнишь ли ты, из-за кого ты рухнул с обрыва полжизни назад?
  Узкая рука небрежно махнула туда, где обрывалась площадка. Фор сделал шаг назад.
  - Ты...
  - Да, я! - Крик Теомара прозвучал, как горный обвал. - Ты был его учеником, не я! Тебя он любил, как сына, не меня! Кому он показывал чудеса? Тебе!
  Его голос опасно понизился.
  - Погиб он тоже из-за тебя. Если бы не твои рассуждения о жертвенности, он не увел бы теней за собой в ледяные коридоры! Его сердце бы не остановилось, Форэтт! Ты помнишь те мои слова? Помнишь, как тебе было больно падать?
  Лицо Фора ничего не выражало.
  - Он и на север уехал из-за тебя, - безжалостно продолжал Теомар. - Нам было хорошо в Эвере, но нет! Ведь ты хотел побывать у первого храма, взглянуть на Белые Башни, увидеть северные чудеса, и он, конечно, не мог тебе отказать. Я валялся в каюте, и никакая сила не помогала: меня выворачивало, и каждый день казался кошмаром. А тебе, казалось, все было нипочем.
  - Меня мутило не слабее, - еле слышно возразил Фор. - Когда меня, беспамятного, отправили в Эвер, я едва выдержал путешествие.
  - Значит, ты смог обуздать свою слабость! Тебе же хуже.
  Братья молча смотрели друг на друга. Странно, но теперь сходство почти не бросалось в глаза. Неудивительно, что никто не догадался.
  - И что вы теперь будете делать? - вырвалось у меня. - Убивать друг друга?
  Теомар мягко приземлился около Фора. Его тело продавило лед, как бумагу. Я взглянула наверх, но лед снова стал целым.
  - Мы оба жрецы, - заговорил Теомар. - Я хотел полюбить богиню, как ты, но у меня не получилось: я не люблю то, что мне не принадлежит. Что мне осталось? Тени.
  Фор не шевелился. Журчала вода. Над обрывом поднимался пар, и ледяное стекло таяло, как сахар.
  - Я не знал, что ты стал жрецом. - На лице Теомара появилась прежняя усмешка. - Когда я увидел тебя в крепости, я растерялся. Перепугался, как обычный убийца. А ведь тогда мне нужен был брат, нужен, как никто.
  Теомар скрестил руки на груди.
  - У подножия крепости я нашел песчинку темной свечи: ее вымыло в долину, в ручей между скалами. Вплавить ее в твой новый перстень оказалось проще простого.
  Мы молчали. Дать ему выговориться, билось в голове. Да - но что потом?
  - Хочешь узнать, как ты умер? - внезапно сказал Теомар. - Или кем была наша мать? Кукушкой, подкинувшей жрецу пару неоперившихся птенцов? Крестьянкой, не пожелавшей воспитывать двойную обузу? Или простой женщиной, которая все эти годы ждала, тревожилась, надеялась, искала...
  - Замолчите!
  Я не сразу поняла, что этот крик издала я. Фор вдруг шагнул вперед.
  - Один жрец уже принял меня за убийцу, - произнес он. - Я не сделаю той же ошибки.
  Настал черед Теомара замереть.
  - Я лишил тебя силы, - с расстановкой сказал он. - Из-за меня ты лишился памяти. И после этого ты говоришь, что я не убийца?
  Фор сделал еще шаг вперед. Совсем маленький шаг.
  - Что произошло, Тео? - очень мягко спросил он. - Что случилось в тот день?
  - Я хотел вернуть отца. - Плечи Теомара опустились. - Ты ведь не помнишь, как он умер? Его сердце остановилось, и он стал тенью. На наших глазах. Каждую ночь ты просыпался с криком. А я перестал спать. Я научился говорить с тенями, слушал, запоминал, впитывал знания. И когда нам исполнилось тринадцать, я решил вернуть его в мое тело, а сам - стать тенью. Вместо него.
  - Ты сошел с ума?
  Теомар развел руками.
  - Именно это ты и спросил, когда я объяснил тебе суть ритуала. Я стоял в окружении теней, ты кричал на меня так, что слышно было даже на дне ущелья... Теням это не понравилось. Я позвал их, но они меня не слушали. Меня отшвырнули в сторону, а тебя - к обрыву. Не такому высокому, как здесь, но тебе хватило.
  Теомар обернулся к пропасти.
  - Я пустил вниз луч силы, но он не удержал тебя у камней. Мне просто не хватило сил.
  Повисло давящее молчание.
  - Тео, мы потеряли полжизни, отца и друг друга, - негромко сказал Фор. - Но сейчас мы вместе. Дай мне встать на твою сторону - или встань на мою. Что бы тени с тобой ни сделали, это еще можно изменить.
  Я моргнула - и вдруг поняла, что это было прощение.
  - Мы потеряли годы. И, увы, никогда их не наверстаем. - Теомар одним движением сбросил плащ, оставшись в тонкой мантии. - Я призвал теней, чтобы они защищали наши границы. Но и тьма мне изменила. Тени больше не повинуются моим приказам: они двинулись на Иствен.
  Он расстегнул воротник, и перед моими глазами живо встали тела подо льдом.
  - Все-таки вы их убили! - выпалила я. - Двух жрецов в ледяных коридорах!
  - Твоих убийц, кстати. - Теомар горько усмехнулся. - Как и я, они долгие годы постигали силу теней. Увы, им не хватило элементарной осторожности: твой учитель узнал об их играх с тьмой, и, похоже, рассказал тебе. Естественно, это доброе дело не осталось безнаказанным: твоего учителя задушили в собственной гостиной, а тебя зарезали возле дома. Если тебе станет легче от моих слов, я этого не приказывал.
  У меня перехватило дыхание. Но я не отступилась:
  - А кому стало легче, когда вы зарезали убийц?
  - Они приняли силу теней, как я, - холодно повторил Теомар. - Когда мы поняли, что тени нам не повинуются, нам остался лишь один выход. Стать тенями самим, с одной-единственной смерти: уж на это моих знаний хватало. Те двое покончили с собой. Теперь моя очередь. Когда я сделаю последний шаг, их тела постигнет та же участь, что и мое.
  - Ты хочешь стать тенью, чтобы остановить теней? - очень спокойным голосом переспросил Фор.
  - Тебе изменил слух? - Теомар начал закатывать рукава. - Да, хочу. И собираюсь.
  - Нет. - Фор шагнул к брату. - Даже не думай.
  Теомар усмехнулся.
  - Я надеялся, что ты меня возненавидишь - и сбросишь с обрыва братоубийцу. Увы, ты догадался. Придется все делать самому.
  - Где остальные жрецы круга? - спросила я.
  - Под Иственом, разумеется. - Теомар кинул на меня быстрый взгляд. - Там, где сейчас все силы паладинов. Они светлые жрецы, и они защищают север, как должно. Что еще вы хотите знать? У нас мало времени.
  - У нас? - переспросила я. - Вы думаете, что мы поможем вам стать тенью?
  - Вы предпочтете отдать им весь север? - поинтересовался Теомар. - Ну-ну.
  На галерее вдруг послышались голоса. Я подняла голову.
  - ...Ты бы видел их лица! - раздался возмущенный голос Тэри. - Да, девчонки спят, но они заперты подо льдом! Кому такое вообще могло придти в голову? Тот идиот, что это сделал, и себя-то, наверное, любит только по праздникам!
  - Мы их нашли, Тэренс, - донесся терпеливый голос Холвира. - Это главное.
  - Но они во льду! А у нас даже теплой одежды нет!
  Тэри и Холвир появились на галерее. Остальные следовали за ними. Холвир увидел Теомара и замер как вкопанный.
  - Доблестные паладины. - Теомар поклонился. - Много ли деревень вы сегодня сожгли? Уверен, население приветствует вас с восторгом.
  Светловолосый паладин вспыхнул.
  - То, что вы делаете здесь, немногим лучше. Я видел девушек в ваших подвалах!
  - А я слышал об убийстве шамана под Крегором, - спокойно сказал Теомар. - Будьте уверены, юноша, на севере вас встречают отнюдь не как освободителей.
  Молодой паладин бросил на него испепеляющий взгляд, но промолчал.
  - Так что будем делать? - поинтересовался Северн. - Там война продолжается, между прочим.
  - Об этом я и говорю. - Теомар посмотрел на Фора. - Ты мне поможешь?
  Фор не произнес ни звука. На бледном лице жили лишь темные глаза.
  - Я звал спящие тени в ледяных коридорах, - терпеливо сказал Теомар. - Сидел на полу часами, добиваясь отзвука. Они не откликнулись. Значит, можно сопротивляться зову. Значит, став тенью, я смогу сохранить остатки разума: исправлю свои ошибки, заглажу свою вину. Ты мне не веришь? Ты не веришь в меня?
  - Я думаю, нам пора спускаться вниз, - решительно сказал Холвир. - Мне совсем не нравится то, что у вас происходит.
  - У вас ничего не получится. - Теомар не повернул головы. - Я все еще глава круга, господа. Поберегите силы.
  Холвир кивнул светловолосому паладину. Вдвоем они подняли руки, и белый свет ударил в ледяное стекло.
  Теомар лениво вскинул ладонь.
  Под галереей раздался страшный грохот. По стене звездами и зигзагами пошли трещины, и сквозь них быстро начали расти гнезда ледяных кристаллов. Миг - и вокруг галереи закрутились плети и вознеслись столбы новой решетки. Еще миг - и ледяная галерея взлетела на вершину здания. Фигурки Северна, Тэри и паладинов отсюда казались черными точками.
  Я взглянула на Фора. Тот покачал головой.
  - Бесполезно, Нелл. Им бы все равно не хватило бы сил.
  - Увы, - кивнул Теомар. - Несмотря на всяческие обеты. Иногда я сам задаюсь вопросом, кто придумал эти глупости и зачем?
  - Ты мой брат, - тихо сказал Фор. - Не уходи во тьму. Пожалуйста.
  Теомар покачал головой.
  - Нет времени об этом спорить. Пора, Форэтт.
  - Прости, Тео. - Фор качнул головой, не выпуская посох. - Нет.
  - Что ж... - Теомар поднял руку. - Тогда пусть победит сильнейший.
  Вихрь отшвырнул меня в сторону. Я ударилась головой о кристалл и, кажется, на миг потеряла сознание. Когда я пришла в себя, по площадке выписывал круги черно-белый смерч: Фора и Теомара нигде не было. Я моргнула и поняла, что смерч не был смерчем: я видела клубок из двух фигур, сцепившихся в диком танце.
  Вначале Фор упал, зажимая рукой рану. Пошатываясь, я встала и двинулась к нему, но замерла на полпути: Теомар, оставив брата лежать на холодных камнях, уверенным шагом пошел к обрыву.
  Я замерла на месте. Что мне делать? Ведь если Теомар уведет теней за собой, те уснут, уйдут на многие годы, и мне не нужно будет умирать.
  Что за искушение...
  - Подожди. - Я разлепила губы. - Не прыгай. Твоей жертвы будет недостаточно. Нужна моя.
  Теомар обернулся. Его глаза расширились.
  - Так ты - воплощение богини? И все это время мои жрецы искали тебя?
  - Не в ней дело. - Фор с трудом шевельнулся. Было видно, что каждое движение причиняет ему боль. - Ты служишь богине, Тео. Свету в каждом из нас. Не уходи.
  - Меня так назвали, Форэтт. Тео - тень. - Теомар отступил к обрыву. - Может, когда-то во мне и жила богиня, но я прогнал ее. Я объявил охоту на беспамятных девушек, но я не нашел света ни в одной паре глаз. Я больше ни во что не верю.
  Он сделал еще шаг. В левой руке сверкнул стилет.
  - Не знаю, когда это случилось. Наверное, когда я окончательно понял, что отца не вернуть. Неважно.
  - Тео! - Фор приподнялся на локте. - Ты же сам не уверен в том, что делаешь!
  - Тени не уйдут с севера. Увести их можем только мы. Только я.
  Мы стояли на мраморной площадке, как на сцене: я остро ощущала, кто и что скажет в следующий момент, но все это было ненужно, неважно, решено.
  Теомар повернулся ко мне.
  - Знаешь, если бы ты пошла с моими жрецами, ты бы встретила меня, не Форэтта, - сказал он. - Только какой смысл об этом говорить, если все кончено? Легче пожать плечами и отвернуться. Я же сказал: я не умею любить то, что мне не принадлежит.
  Я вспомнила свое пробуждение на снегу среди елей. Небо на закате, полыхнувшее красным, о котором говорил Фор.
  Видел ли Теомар тот закат? Поверил ли?
  - Так ты все-таки веришь в пришествие богини?
  - Я пытался. - Он улыбнулся улыбкой Фора. - Отец, умирая, писал о небе на снегу, а я его так и не понял. Небо отражается в воде, в глазах - но на снегу?
  - На снегу, где воскресают мертвые. Даже в смерти есть небо. Даже там есть свет.
  - Вот это я сейчас и проверю. - Теомар повернулся к брату. - Не суди меня, Форэтт. Просто вспоминай иногда.
  - Тео...
  - Наверное, я всю жизнь его искал. Небо на снегу. Прощай. Я найду свет.
  Молния вспыхнула перед глазами, а когда погасла, Теомара не было на обрыве.
  Я бросилась к пропасти. Руки сами потянулись вниз, и из ладоней вылетел луч света. Тело свело судорогой от непомерной тяжести, по вискам катился пот, но я успела: луч держал Теомара над скалами. Мгновением позже еще один луч скользнул по моим рукам, удерживая фигурку в мантии у камней, и я поняла, что Фору удалось подползти к обрыву.
  Далеко внизу Теомар покачал головой и поднял руку со стилетом. Эхо всколыхнуло воздух, но слов я не услышала. Качнулась рука, дрогнула жилка на горле, невозможно четкая даже сквозь расстояние, и на камни брызнула кровь.
  - Он еще жив, - проговорил Фор рядом. - Должен быть жив. Ну же!
  Полотняная мантия опала на камни.
  Со дна пропасти поднималась тень.
  - Он этого не заслужил, - прошептала я. - Никто этого не заслужил. Никто!
  Тень рухнула в бурлящий поток. На мгновение потемнела вода, и все исчезло.
 

Глава 18. Небо на снегу


 
  Над скалами сияла звездная корона. Из пропасти поднимался пар, и на мраморе выступили крошечные капли, как роса на траве.
  - Тебе одно одеяло или два? - Северн протянул мне бесформенный сверток. - Мы нашли наверху целые залежи, так что не стесняйся.
  - Два, - попросила я. - И подушку, если есть.
  Мы расположились у обрыва на ночлег. Чуть дальше под мраморным навесом устраивались паладины. К ним, не поднимая глаз, жались освобожденные девушки.
  Неужели и я могла оказаться на их месте? И сейчас сидела бы, ничего не зная? Несмело улыбалась, радовалась звездам, пила из кружки горячее молоко... и не догадывалась о статуе под озером.
  Я перевела взгляд на Фора, застывшего над обрывом. После того, как Теомар погиб, Фор отказывался разговаривать даже со мной. Но он еще придет в себя, а вот у меня совсем не осталось времени.
  - Спускаться по горной реке ночью опасно. - Я не заметила, как в полутьме ко мне подошел Холвир. - Но завтра мы будем в Иствене.
  Я кивнула.
  - Поговори с Фором, хорошо? Он нам нужен.
  Фор по-прежнему сидел у обрыва, не шевелясь. Я вздохнула и пошла к нему.
  - Привет. - Я присела рядом с ним. - Можно мне сесть рядом?
  Он не двинулся с места. В его правой руке сверкнуло что-то алое.
  - Перстень Теомара, - негромко сказал он. - Знак главы круга... впрочем, вряд ли сейчас это важно.
  - Тоже с крупинками темной свечи? - не удержалась я.
  - Не знаю. - Фор положил кольцо с крупным рубином на мрамор. - Я снова выложился целиком, Нелл. Я больше не чувствую силу.
  - Это надолго?
  - Какая разница? - Он пожал плечами. - Мой брат мертв.
  - Он стал тенью, чтобы остановить теней. Как ты чуть не пожертвовал собой ради Холвира, помнишь?
  Фор устало покачал головой.
  - Нелл, мы можем подыскивать любые слова. Правда всегда одна. Я жив, а он мертв.
  Я обняла его за плечи.
  - Я знаю. Но ты нам нужен. Кто еще поговорит со жрецами в Иствене?
  А еще ты нужен мне, хотела добавить я. Очень. Но не сказала ничего.
  Фор посмотрел на меня. Перевел взгляд на небо.
  - Прости, Нелл. Конечно.
  У обрыва горел костер. На мраморную площадь упал туман, скрывая ледяные галереи и далекие башни. Лишь звезды мерцали в высоте.
  Я не стала спрашивать, где Тэри и Северн добыли древесину, но, судя по заговорщицким взглядам, которыми обменивалась эта парочка, спрашивать было о чем.
  - Там наверху настоящие хоромы, - заявила Тэри, помешивая грибной суп. - Мне даже захотелось там окопаться, завесить дверь одеялом и никуда не уходить.
  - Страшно? - понимающе спросил Северн. - У меня тоже поджилки трясутся.
  - Нам всем страшно, - произнес Холвир. - Если тени и впрямь придут...
  - Мы все будем сражаться на одной стороне, - сказал Фор. - Жрецы, паладины, крестьяне. Иначе нам не выстоять.
  Холвир вздохнул.
  - Когда меня отправили на север, я обрадовался, - произнес он. - Думал, тут будет так просто. Жрецы и тени, черное и белое... Но все оказалось наоборот.
  - Что там сейчас творится, под Иственом? - пробормотала я.
  - Страх и страдание, - так же негромко ответил Фор. - Именно это мы и увидим.
  Я невольно сжала руку Фора. Ведь это все из-за меня, правда? Из-за того, что тысячи лет назад другая я, королева теней, выбрала злость, горечь, страх. И принесла их в мир. Друзьям Фора, его брату, безымянным жрецам в ледяных коридорах...
  Фор мягко отцепил мои пальцы. На его коже остались красные следы.
  - Простите, - тихо сказала я. - Кажется, я могу только попросить прощения.
  Брови Северна взлетели.
  - За что?
  - Я видела первый храм. И там была... в общем, там была моя статуя. То есть, получается, теней когда-то призвала я.
  - Твоя статуя? - потрясенно охнула Тэри. - Все-таки твоя?
  - А ты до последней минуты надеялась, что будет твоя? - ехидно осведомился Северн. - Дабы благородно раствориться в свете, как и полагается истинной богине сразу после воплощения?
  Он осекся. Его всегдашняя усмешка медленно таяла в полутьме.
  - Ага, - вздохнула я. - Так, похоже, и случится.
  - Не случится. - Тэри, чуть побледнев, начала разливать суп по мискам. - Предлагаю сойтись на старом добром "поживем-увидим". В конце концов, годовщина только...
  - Завтра, - холодно прозвучал голос Фора.
  Я невольно поежилась.
  - Вижу, дату ты уточнил, - покосилась на него Тэри. - Может быть, и план придумал, как нас всех спасти, включая, гм, некоторых тут? По мне, Нелле умирать все-таки рановато.
  По губам Фора скользнула грустная усмешка.
  - Это еще мягко сказано.
  - Ну, значит, отобьем ее у теней, и все тут, - не обращая внимания на его тон, заключила она. - Главное - не трусить. Отец всегда говорил, что страх уменьшает мир. Перестань бояться, и увидишь звезды.
  - А их видно, - проговорил Северн. - Даже сквозь туман. Кстати, я тебе говорил, что прошлой ночью видел в звездном небе обручальное кольцо? Во сне, конечно, но сон определенно был вещий.
  Тэри закашлялась.
  - Сны снами, но нам правда повезло, что мы вместе, - сказала я. - Поодиночке мы бы пропали: я бы уж точно. Но пока мы идем рука к руке, у нас есть надежда.
  - Небо на снегу, - эхом отозвался Фор.
  Тэри придвинулась ближе. Протянула руки, обнимая меня и Холвира. Миска с супом стояла на мраморных плитах нетронутой.
  - Мы выдержим завтрашний день, - сказала она. - Обязательно. Верно?
  - Само собой! - Северн хлопнул по плечам Фора и Холвира, и я почувствовала руку Фора на своей спине. - Даже не сомневайтесь!
  - Мы сделаем все, от нас зависящее, - твердо сказал Холвир. - И даже больше.
  - Все, - едва слышно подтвердил Фор.
  - Все, - спокойно сказала я.
  Минуту мы молчали. В тишине журчала вода, и тепло чужих рук на плечах было, как мост над пропастью.
  - Хочу жить, - вдруг сказала Тэри. - Очень-очень.
  Я опустила взгляд.
  Фор поднялся.
  - Здесь светлеет рано, а темнеет очень поздно, - сказал он. - Впереди короткая ночь. Давайте выспимся.
  Мы разбрелись по своим лежанкам неподалеку от костра. Я коснулась груди: в кармане рубашки лежал осколок белой свечи. Казалось, он тихонько пел - о летнем ветре, о любви, о свежих ягодах во рту и босых ногах на траве. О свете, которого мы все достойны, о дороге, которая ведет... куда?
  Узнаю. Я снова слышу силу. Значит, свеча в Иствене отзовется, когда я коснусь ее и уведу теней за собой - пусть даже и ценой жизни.
  Завтра. Уже совсем скоро.
  Одеяло оказалось мягким и теплым. Я укуталась до кончика носа и закрыла глаза.
  Во сне я сидела у костра. Напротив сидел Гилетир, и его лицо по-прежнему было скрыто капюшоном плаща.
  Я огляделась. Кроме нас, вокруг не было ни единой живой души: все мои спутники, укрывшись одеялами, превратились в бугорки из серого камня. Все, кроме одного: постель Фора была пуста.
  - Где мы?
  - Во сне, где же еще. - Он помолчал. - Тени уже под Иственом.
  - И вы? - Я подняла на него взгляд. - Вы тоже?
  - И я. Я убивал по пути, Нелла. Мне это не понравилось.
  - Но скоро все изменится. Я уйду и уведу теней.
  Он покачал головой, но ничего не сказал.
  Мы помолчали. Туман рассеялся, и над головой сверкали звезды.
  - Я думала о том, что вы сказали, - сказала я. - Что мир придет в равновесие, если я проживу самую обычную жизнь. Мне бы этого так хотелось...
  - Но ты выбрала другое.
  - Да. Тени на севере... они все заслужили покой. Новую жизнь где-то еще, если она существует. Дорогу к свету. Небо на снегу.
  - И ты способна ее указать?
  - Я - нет. Белая свеча в Иствене - возможно.
  - А как же те, кто тебя любит? Форэтт, твои друзья? Ты их просто бросишь?
  Я не нашлась, что ответить.
  - Собственно, я пришел напомнить тебе только одно. - Гилетир поднялся. - Даже если ты уйдешь сейчас, чтобы увести теней, ты все равно вернешься через тысячу лет. Вернешься, чтобы снова призвать тьму - или что-нибудь похуже. Но если ты закроешь за собой двери, чтобы никогда не возвращаться...
  - То умру навсегда. Окончательно. Вы... этого от меня хотите?
  Призрачные руки скрестились на груди.
  - Иногда награда находит тебя там, где ее не ждешь. Решай, девочка.
  - Что вы имеете в виду?
  - Ты поймешь.
  И я проснулась.
  Наяву постель Фора тоже была пуста. Далеко внизу на мокрых ступенях горел огонек. Я вздохнула и начала обуваться.
  Фор сидел, глядя не в пропасть - на каменную стену. Полустертые узоры покрывали колонну, и я разглядела в неверном свете силуэт протянутой руки и звезду, горящую в ладони.
  - Еще одна легенда?
  - Первое пришествие богини, - ответил Фор, не поворачивая головы. - Через сотни лет кто-то напишет новые фрески о нас. О тебе.
  - Думаешь?
  - Знаю.
  Журчала вода внизу. Я присела на ступеньку, мокрую от пара.
  - Завтра нам расставаться, - тихо сказала я.
  Фор повернул голову, посмотрел прямо мне в глаза, и я увидела в его взгляде не просто боль - бессилие.
  - Я не могу ничего сделать, Нелл, - сказал он. - Как и с Тео... и это хуже всего. Я знаю лишь, что если отдам жизнь за тебя, я отдам ее не зря. Но тебе это не поможет.
  - Ты рядом. Это самое главное.
  Фор коснулся моего лица.
  - Я люблю тебя, - негромко сказал он. - Лучше сказать сейчас, чем потом, верно? "Потом" может и не быть.
  Я слабо улыбнулась.
  - А вдруг будет? Пожалеешь ведь, что признался.
  - Я давно уже признался. - Фор устало улыбнулся. - Но какое это имеет значение - теперь?
  Мы помолчали. На горизонте небо начало светлеть.
  - Я хочу остаться с тобой, - шепотом сказала я. - Но у меня есть только эта ночь, эта минута - и ты. Мы живы. С обнаженным сердцем под звездами, посреди вселенной. И это лучшее, что только может быть. Это мое небо на снегу.
  - Очень короткое небо.
  - Короткое, я знаю. Зато наше. Твое и мое.
  В вышине блестели очертания башен. Теплые руки обнимали меня, и я не чувствовала ступеней под ногами. Над головой одна за другой исчезали звезды.
  Я взглянула в пропасть. Там, за горной рекой - Иствен. Конец и начало пути.
  Страшно...
  И спать хочется.
  Я подавила зевок. Туман заползал под одежду, голова клонилась на грудь, и до смерти хотелось забраться под теплое одеяло.
  - Странно, - зевнула я, - у меня совсем мало времени, и я должна бы дорожить каждым часом, но сейчас глаза закрываются, и я отчаянно хочу увидеть хороший сон.
  - Ты его увидишь, - сказал Фор.
  - Правда?
  - Обещаю.
  Он поднял меня на руки. Веки отяжелели: я засыпала, и сквозь сон слышала его шаги по ступеням. На плечи мягкой волной легло одеяло, и я уснула окончательно. Мне снились единороги.
  Я проснулась от перестука капель. На ледяной галерее таяли сосульки.
  - Ранний час, - окликнул меня Северн. - Я помню, ты любишь, когда по утрам барабанят капли.
  Я улыбнулась.
  - Это значит, что впереди весна. Надо только подождать.
  - Главное, чтобы такое счастье на голову не рухнуло. - Северн ощупал макушку. - А то треснет по затылку, и не придется уже подснежники собирать. Нелла, слушай, мы тут с Тэри поговорили, и я хочу тебя спросить...
  - Северн! - раздался голос Холвира. - Ты собрал вещи?
  - Ну вот, попался, - вздохнул бард. - Ладно, договорим позже.
  Все уже были на ногах, кроме нас. Северн спешно натягивал башмаки. Тэри устроилась на корточках у костра и сыпала в котелок овсяную крупу, придирчиво перебирая в ладони каждую горсть.
  Последнее утро.
  Я глубоко вздохнула и откинула одеяло.
  Завтракали мы в спешке, обжигаясь и торопясь. Тэри и Холвир отхлебывали кашу прямо из кружек. Фор ел очень мало. Он переоделся в мантию, но в руках у него блестел меч.
  Девушки так и не подошли к костру. Паладины остались с ними: позже они двинутся ледяными коридорами к морю. Светловолосый паладин и еще двое ушли вчера, доставлять вести Джорнину в Иствен.
  В пропасть мы спускались цепочкой. Мокрые каменные ступени скользили под ногами, эхо разносило стук посоха, и по спине ползли мурашки. Когда мы добрались до горной речки, весь мой затылок был в испарине.
  Между наростов льда бежал поток, белый от пены. От обледеневших кустов падали синие тени. На берегу поблескивали камешки.
  Фор и Холвир вытащили из-за кустов лодку. Холвир оглядел весла, негромко отдал пару распоряжений, и я не успела моргнуть, как оказалась на дне лодки, крепко вцепившись в борт и в скамью.
  А в следующую секунду мир перевернулся.
  В лицо летели брызги, под сердцем замирало: мы то и дело проваливались в невидимые ямы, лодку трясло, как в лихорадке. Река петляла меж скалистых стен, вода становилась все холоднее, и я видела лишь квадрат света впереди. А потом мы взлетели на невидимый гребень, и в одну долгую-долгую секунду передо мной открылся весь север.
  Освещенные солнцем, поднимались к небу деревья. За лесом сверкали заснеженные холмы. Ущелье, через которое мы бежали, спасаясь от лавин, изгибалось гребнем слоновой кости, а озеро за ним казалось сияющим голубым зеркалом, забытым неосторожной девчонкой.
  И далеко-далеко - краюшка моря. Путь на юг.
  Последний взгляд на любимый мир. Дома у реки, огоньки над водой и коврик у порога, весенние берега и зимние равнины, скрип обоза и шорох снега под ногами. Когда живешь ими, не замечаешь. И оглядываешься, лишь когда последние часы птицами улетают за горизонт.
  Я вздрогнула, заметив темные потоки, струящиеся к озеру. Но рассмотреть их я не успела: лодка обрушилась вниз. Весло вырвало из рук Холвира, как щепку: я скорчилась на дне, вцепившись руками и ногами в лодку, и молила богиню только об одном: не сейчас. Дай нам добраться.
  Сколько продолжался наш путь, я не помнила. Рокот воды сделался тише, лодку в последний раз качнуло, и мы пристали к берегу. На лицо Фора упала тень от бревенчатого моста. Я взглянула налево и узнала закованную в лед ветку орешника.
  - Мы были здесь.
  - Знакомые места. - Фор кивнул. - Иствен совсем близко.
  Мы вытащили лодки на берег. Одежда промокла насквозь, но разводить костер и сушить ее не было времени. Фор быстро провел ладонями по моей спине, груди, и я почувствовала, как ткань скукоживается под струями горячего воздуха, высыхая. Холвир помог Тэри и Северну, и мы двинулись в путь.
  Впереди между двумя белыми елями колыхалось облако крошечных птиц. В воздухе разливалось беспокойное чириканье, и когда я задрала голову, я поняла, почему: по ущелью плыли тени. Поток не кончался.
  Тени шли и шли, и на миг мне почудилось странное: а что, если это их мир? Если это мы, живые, должны уйти?
  - Скоро лестница, - сказал над ухом Фор. - Соберись.
  Лестница оказалась нагромождением валунов. Несколько дней назад я бы опустила руки, но сейчас, сжав зубы, уцепилась за выемку и из последних сил подтянула тело наверх. Фор взобрался следом, почти не пачкая мантию.
  Впереди простиралось огромное заснеженное поле. Перед нами лежало брошенное кострище: чей-то котелок, втоптанный в землю, пара бревен, горстка золы. За ним начинались овраги. А за ними...
  В воздухе звенели крики, стучали палки и сталкивались клинки. Я различила копья, сделанные из кос и серпов, кистени и дубины, но чаще всего воюющие пускали в ход ножи и кулаки. Женщин было не меньше, чем мужчин, и под ногами у них шевелились раненые.
  В следующую секунду меня ослепил свет, бьющий с противоположных концов поля: фигурки в мантиях на правой окраине поля и высокие фигурки с мечами, стоящие на импровизированном редуте слева, схлестнулись не на шутку. Редкие стрелы птицами рассекали воздух. На снегу темнели проплешины, словно проталины весной. Внутри чернела выжженная трава.
  За полем начиналось озеро. Слева виднелся храм Иствена. Сам поселок прятался за скальной грядой, но перед храмом за высокой изгородью раскинулось настоящее городище из деревянных построек, полотняных шатров, шалашей и палаток.
  - Умно придумано, - буркнула Тэри. - Сначала оставить жителей без крова, а потом пригласить к себе на огонек. Те еще и благодарить будут.
  - Тэри, нам сейчас не до этого, - устало сказал Фор. - Обернись.
  Я обернулась туда, куда указывал Фор. Над скалами клубилось темно-серое облако. На противоположном берегу озера темнела еще одна полоса.
  В Иствен пришли тени.
  - Тени вот-вот накроют наши позиции, - встревоженно сказал Холвир. - Нужно бежать туда. Джорнину будет нужна каждая пара рук.
  - Ты будешь защищать паладинов? - Тэри повернулась к нему. - Против жрецов? На чьей ты стороне?
  Холвир пожал плечами.
  - На той, которая защищает жизнь.
  Свет над полем погас: воины той и другой стороны отступили, оборачиваясь.
  - Вот видишь, - негромко сказал Холвир. - Они поняли тоже.
  На поле жрецы и паладины спешно выстраивали круг. Остальные затаскивали раненых внутрь, и к ним тут же бросались целители. Процессия медленно продвигалась к поселку. Даже варвары не остались в стороне: битва была забыта.
  Мимо нас от лагеря в сторону круга пробежали трое мальчишек. За ними, ухватив за горловину огромный мешок, пронеслась женщина в серых валенках. Первые ряды паладинов, взмахнув клинками, с побелевшими лицами бросились к скалам, наперерез теням, и у меня екнуло сердце. Да, они спасут не одну жизнь, но против теней им не выстоять.
  - Нужно им помочь, - повторил Холвир. - Форэтт!
  Фор поднял руку.
  - Возможно, в другом месте наша помощь нужна еще больше. Смотри!
  С озера доносились крики: в той части, где не было льда, стояли фрегаты. Вода кипела возле бортов, к свернутым парусам поднимался пар: живая сила растопила лед. К кораблям текла серая полоса, с каждым мигом делаясь шире.
  В следующую секунду крайний фрегат перевернуло, и на палубу соседнего корабля темной волной хлынули тени. Немногочисленные паладины пытались помешать им, но тщетно: тени утаскивали их в воду одного за другим.
  Четыре фигурки остановились на льду в полусотне метров от кораблей, вскинув мечи. А потом волна света смыла их: взявшись за руки, четверо паладинов слились в единый луч, и на льду словно взорвалось маленькое солнце.
  Тени врассыпную бросились с палубы. Десятками они сыпались в воду, но прибывали новые. Я прикусила губу. Не победа, нет. Отсрочка.
  Теперь закричали сзади: битва на скалах продолжалась.
  С вершины скальной гряды катились камни. На верхушке стояла тень, воздев руки, и точка у нее на горле горела рубиновым светом, как перстень верховного жреца.
  Теомар.
  Внизу, на поле, тени, забыв о жрецах и паладинах, стекались к победителю, и провалы их глаз блестели новым страшным блеском. Так смотрят солдаты на обожаемого полководца.
  Теомар не выдержал. И сейчас он пришел не увести теней - взять свое.
  Я перевела взгляд на храм. Дорожки из синего хрусталя блестели на солнце.
  Белая свеча.
  Но до нее не добежать, пока у кораблей беснуются тени. И войско Теомара вот-вот будет здесь...
  - Я справлюсь с Теомаром, - спокойно сказал Фор, словно прочитав мои мысли. - Холвир, ты нужен у кораблей. Бери Неллу и остальных.
  - Но Теомар...
  - Тут ваших сил не хватит. Бегите!
  Мы бросились к лагерю. Мимо нас проносились стрелы: лучники не теряли времени даром. По левую руку от нас на снегу лежали убитые: мой взгляд наткнулся на тело женщины. В груди ее торчал нож, но лицо оставалось спокойным, светлым. Знакомые черные волосы с проседью рассыпались по выжженной траве.
  Жрица храма в Иствене погибла.
  Камни со скал падали на поселок. Поросший травой валун вкатился в загон для скота. Камнепад пробарабанил по кровле, сминая ее, разбивая окна вдребезги.
  Рядом Тэри споткнулась, когда булыжник чуть не разбил ей колено. Едва заметное движение руки Холвира, и она тут же перестала хромать. Еще жест, и сила закружила нас в хороводе: сами того не замечая, мы летели по снегу быстрее единорогов, быстрее ветра. Земля под ногами сменилась озерным льдом, и ноги заскользили по нему, как полозья саней. Впереди, окутанные рваным светом, держали круг паладины.
  Я сделала последний шаг - и чуть не уткнулась Холвиру в грудь.
  Он без слов протянул мне руку, принимая в круг. Другой паладин, шагнув назад, протянул мне вторую, и я замкнула хоровод, став еще одним источником силы. Тени бушевали вокруг нас, но сквозь волны света я видела лишь плоские силуэты. Свечение вокруг нас становилось ярче, и мало-помалу, шаг за шагом тени отходили от кораблей. Тэри и Северн, ловко орудуя короткими мечами, резали пополам зазевавшихся.
  - Мы спасем людей, - проговорил рядом Холвир. - Я не знаю, что будет потом, но мои паладины не станут задыхаться в трюме, как крысы.
  - Я тебе верю, - откликнулась я. - Но что делать с тенью Теомара на скалах?
  Холвир повернул голову. Свет вокруг его тела побледнел.
  - Сколько их там, - пораженно прошептал кто-то из паладинов. - Мы их не удержим!
  - Там Джорнин, Форэтт, остальные, - с наигранной бодростью ответил Холвир. - Удержим.
  - Но им нужна помощь! Нам надо возвращаться!
  - Поздно, - одними губами сказала я. - Тени уже идут сюда.
  Я взглянула в серое небо. А ведь если я умру здесь, я тоже стану тенью. На следующую тысячу лет...
  А остальные - навсегда.
  - Смотрите! - внезапно крикнул паладин. - Смотрите! Там что-то происходит!
  Огромная армия жрецов и паладинов, движущаяся к поселку, остановилась. Из рядов армии вышла крошечная фигурка.
  - Это не Джорнин, - сказал Холвир. Я кивнула. Силы становилось все меньше, в глазах рябило, но фигурку у скал я видела отчетливо. - Это Форэтт.
  - Что он говорит теням? - Молодой паладин вытянул шею. - Что?
  Я прикрыла глаза, сосредотачиваясь на свете в ладонях. Надо выстоять. Надо продержаться, или тени хлынут через озеро в Иствен. К тем, кто сутулится сейчас за живой цепочкой из паладинов и жрецов.
  Я помогу им. А потом...
  Ты умрешь. Ты уйдешь. Ты не нужна этому миру. Ты не заслуживаешь лучшего.
  Я мотнула головой, отгоняя наваждение - и поняла, что это не мои мысли.
  Мимо нас неслись тени. Сотни, тысячи теней - словно стадо антилоп, мчащихся сквозь лес. Перепуганные, озлобленные, они покидали недавнего вождя, как крысы, несущиеся с тонущего корабля.
  Что произошло?
  Я обернулась к полю, отчаянно выгибая голову. Форэтт закончил говорить, и я с изумлением увидела, как тень Теомара спускается со скал ему навстречу.
  Человек и тень встретились посреди поля.
  Призрак Теомара поднял руки. И заговорил.
  Я не слышала слов. Пожалуй, человеку и не дано было их услышать. Даже мне. Да и не до этого было: тени по-прежнему лезли прямо на нас с обеих сторон. Лед под ногами таял, сапоги промокли. Один из паладинов упал на колени. Второй еще держался, но глаза у него то и дело закатывались. Кажется, в храм мне уже не успеть.
  Последняя сила вылилась из ладоней. Я вздохнула, разжимая руки. И открыла рот: по всему полю останавливались тени.
  - Это еще что? - пробормотал Северн.
  Холвир, тяжело дыша, опустился на снег.
  Тени, окружившие нас, расступились, пропуская одинокую фигуру.
  Тень Теомара вышла к нам.
  - Это и правда ты? - спросила я, заглядывая в провалы глаз. - И ты уговорил их последовать за собой? Как твой отец когда-то?
  Тень молчала.
  - Но не все уйдут с тобой, - подал голос Холвир. - Верно?
  У меня на голове зашевелились волосы.
  - Я... заберу с собой остальных, - хрипло сказала я. - Ни о чем не тревожься.
  Тень наклонила голову. И протянула мне руку.
  Я вспомнила, как я тянулась к чужим пальцам на берегу моря, погребенная под тенями. Как наткнулась на такую же тень. По спине пробежала дрожь.
  Я сглотнула - и протянула свою.
  Мне показалось, будто я прикоснулась к свече, погасшей, но еще теплой, словно внутри горел невидимый мне огонек. Я опустила руку. Тень поклонилась - и скользнула мимо нас. За ней медленно, торжественно двинулись остальные.
  Но уходили не все. Едва ли две тени из трех устремились на дно озера. Остальные по-прежнему плыли над снегом, не приближаясь и не атакуя.
  - А эти? - прерывающимся голосом спросила Тэри. - Куда они идут?
  Тени медленно начали поворачиваться. Некоторые просачивались сквозь землю. Часть двинулась обратно к ущелью. Другие протискивались мимо кораблей и исчезали в лесу на том берегу озера.
  - Не знаю. - Холвир встал. - В Ущелье Теней, наверное. Или обратно за море.
  Лед под ногами треснул. Я схватила Холвира за руку.
  - Бежим!
  Мы припустились по тающему льду, как нашкодившие дети. По льду ползли трещины, слева и справа образовывались полыньи. Должно быть, ползком мы добрались бы куда надежнее, но нервы не выдерживали уже ни у кого.
  Запыхавшись, мы вылетели на берег и ровным шагом, на ходу поправляя одежду и волосы, двинулись к храму. Из-за голых деревьев падал снег. Было тихо-тихо.
  Навстречу нам из-за скал выходили другие участники битвы. Немногочисленные выжившие жители бродили по улицам поселка, как призраки, как потерянные тени. Но вот кто-то со слезами бросился к своему дому, вот двое мужчин крепко обнялись у стен храма, вот Холвир просиял, увидев товарищей невредимыми. Тэри и Северн, взявшись за руки, выбежали по льду на берег, и мир вдруг обрел цвет.
  Над головой плыло высокое серое небо. Я устало опустилась на снег.
  Рядом колыхнулась знакомая мантия.
  - Я рад, что нашел тебя. - Фор сел рядом. - Джорнин очень хочет нас видеть.
  - Ага. - Я вздохнула. - Донеси меня до храма, а?
  - Боюсь, я немного устал. - Он чуть улыбнулся. - Обопрись на мою руку.
  - Сейчас, - кивнула я. - Сейчас, только посижу пять минут...
  Вокруг суетились люди. Кто-то смеялся, кто-то хлопал товарищей по плечам, кто-то рыдал у полуразрушенного склада, но у меня уже не осталось сил, чтобы им сопереживать: только тупая усталость. Я повернулась к Фору.
  - Как ты здесь оказался? И что произошло?
  Фор помолчал.
  - Тео ушел. Насовсем.
  - Ты его уговорил?
  - Он сам себя уговорил. - Фор повернулся к озеру. - И многих других.
  - Но не всех.
  - Нет. - Фор на миг прикрыл глаза. - Нелл, не повторяй его путь. Не уходи.
  Я до крови закусила губу.
  - Я не могу.
  - Можешь. Подожди. Хотя бы несколько дней. Сначала Дит и Лесса, потом Тео, теперь ты... я же не выдержу.
  - Если я сейчас встану и начну идти, - сказала я, - я никогда не вернусь в Иствен. А вот тени - да. Ты точно этого хочешь?
  Фор молча поднялся на ноги.
  Мы прошли слева от таверны: облицованное камнем здание почти не пострадало. Мимо прошествовал отряд варваров. Беар шел впереди. Мы встретились взглядами, и он хмуро нам кивнул.
  У дверей храма толпились паладины. Немногих уцелевших жрецов круга можно было узнать по сиреневой кайме мантий.
  - Ты теперь верховный жрец? - спросила я.
  Фор покачал головой.
  - Нет. Будет собор.
  - Вряд ли он что-то изменит. - Я улыбнулась. - Ты практически спас мир. Думаешь, они не заметили?
  Паладины расступились, и я увидела Северна. Бард ожесточенно спорил с братом, то и дело потрясая кулаком. Наконец тот сдался и развел руками.
  - Наконец-то! - Северн засиял, как солнце. - Нелла! Пожени нас, а?
  Я заморгала.
  - Вас с кем?
  - Его и Тэренс Гилетир, - холодно сказал его брат. - Если вас это не затруднит.
  Я ошеломленно озиралась.
  - Но я не... я же не знаю, как это делается! Я ведь не настоящая жрица!
  - Я думаю, - серьезно сказал Фор, - что этим вполне можно пренебречь.
  - А где невеста?
  - Здесь! - Тэри повисла на мне сзади. - Нелла, ты нас поженишь? Правда?
  Фор коснулся моего плеча. Я взглянула ему в глаза и улыбнулась.
  У мира есть будущее. Та статуя под озером будет жить вечно. А те, кто придет за нами, никогда не увидят теней.
  Ради этого стоит уйти.
  - Хорошо. - Я повернулась к Тэри. - Пойдем внутрь?
  - Заходите, - послышался голос Джорнина. - Я давно вас жду.
  Я ожидала увидеть толпу, но в храме не было никого, кроме нас и главы ордена. Ни одного жреца, лишь мы с Фором, Холвир, Северн и Тэри. Как в самом начале пути. Осыпались хрустальные дорожки, по каменным занавесям ходил гул, но по сравнению с шумом, царящим снаружи, здесь было спокойно.
  Джорнин стоял у каменной свечи. Она по-прежнему горела неярко, но что-то в ней изменилось, словно невидимая рука стерла пыль. Коричневый плащ скрывал фигуру главы ордена, но в этот раз капюшона он не надел.
  - Нам нужно о многом поговорить, - кивнул нам он, как старым знакомым. - Но для начала я бы хотел прояснить пару деталей.
  Тэри вздернула бровь.
  - Во время венчальной церемонии?
  - Считайте это моим свадебным подарком.
  Холвир пожал плечами.
  - Говорите.
  - Все очень просто. Позади война, и жители севера просто так нас не простят. Чтобы орден паладинов не ушел в забвение, ему нужен новый глава. Мое отречение уже обговорено и подписано.
  Тэри открыла рот. Фор остался невозмутимым. Ну конечно, они-то уже все обсудили! Джорнин без слов снял с шеи тяжелую цепь и передал ее Холвиру.
  Тот обвел нас взглядом.
  - Я?
  - Вас выбрали единогласно, Холвир, - спокойно сказал Джорнин. - Вы желаете отказаться?
  Холвир посмотрел ему в глаза.
  - Нет, - сказал он. - Я принимаю вашу отставку.
  - Что будет с вами? - подал голос Северн. - Вот прямо так и уйдете?
  - Я останусь на севере, - ответил Джорнин. - Ваш друг, Форэтт, был очень убедителен: по его настоятельному совету мы остаемся, чтобы восстановить все, что разрушили. Как ни странно, это куда труднее, чем жечь и ломать, но мы попробуем. А история сама собой займется.
  - И я ей, пожалуй, немножко помогу, - пробормотал Северн.
  Тэри широко улыбнулась.
  Я обвела их взглядом. Последние минуты текли беспощадно, как осенний ветер.
  Нет. Не сейчас. Я тряхнула головой. Сегодня светлый день. Герои, долго плутавшие по лесу, наконец выходят из чащи, и храбрый трубадур женится на принцессе.
  - Вы готовы? - спросила я.
  Северн и Тэри посмотрели друг на друга. И взялись за руки.
  Я выпустила руку Фора и подошла к свече.
  - Сегодня светлый день, - произнесла я. - Наверное, вселенная каждому отвечает по его вере. Откликнешься на тепло - полюбишь. Поверишь всей душой в свою судьбу, и она воплотится - в цветущих садах, в озерной воде, в сплетенных руках.
  Северн и Тэри с улыбкой переглянулись. Я покосилась на Фора. Он держал на ладони перстень с рубиновым камнем и думал о чем-то своем. Холвир стоял рядом, и отрешенное выражение его лица повторяло мимику Джорнина, как в зеркале.
  Наверное, так выглядела и я, встретив статую в подледном озере. Может быть, так выглядит каждый, услышав ответ на свои вопросы.
  Кажется, я опять задумалась не о том.
  Я кашлянула.
  - Вы хотите пожениться?
  Тэри и Северн одновременно кивнули.
  - Положите руку на свечу и скажите: да!
  - Да! - прозвучали два голоса.
  Я улыбнулась.
  - Объявляю вас мужем и женой. И пусть смерть не разлучает вас!
  Тэри бросилась Северну на шею. Тот, словно сам себе не веря, осторожно обнял девушку.
  - Ну, вот и все. - Я повернулась к Фору.
  - Уверена?
  - Все, что здесь произошло, имеет свою цену. Тени вернутся, Фор. Я не знаю, что с меня спросится, но спроситься должно. И, если я останусь, спросится с вас.
  Он медленно выдохнул.
  - Нам уйти? Ты хочешь остаться одна?
  - Нет... пожалуйста. Останьтесь.
  Джорнин подошел к нам.
  - Я хотел бы вернуть кое-что, - проговорил он. - Когда-то это принадлежало богине, поэтому не знаю, отдавать ли его Тэренс. Может, вам она подойдет больше.
  Он протянул мне что-то белое и блестящее. Я подставила ладонь, и на нее упала жемчужная коса. Та самая, в которой Тэри выступала перед паладинами.
  - Тэри, - позвала я.
  Она обернулась. Северн с блаженно-счастливым видом обнимал жену за плечи.
  - Это твое. - Я протянула ей жемчуг. - Тогда, в Эвере, ты воспользовалась им лучше всех.
  Тэри бережно взяла украшение.
  - Может быть, я еще стану королевой, - улыбнулась она. - Эй, Северн, не основать ли нам династию?
  - Вы меня простили? - спросила я. - Ведь война, тени... все это произошло из-за меня. В каком-то смысле.
  Холвир покачал головой. Фор и Тэри улыбнулись. Грустно, но без горечи.
  - Дорога закончилась, - ответил за всех Северн. - Меня она многому научила. Даже грустные ломтики, даже горькие, даже подгорелые и хрустящие.
  Он опустил взгляд.
  - Я пару раз вел себя, как полный идиот, но вы меня простили. Нелла... спасибо. За Тэри, за доверие, за все. - Он поднял голову и улыбнулся широко, как мальчишка. - Я решил, надо с вами со всеми этим поделиться. Ночь его знает: вдруг небо грохнется на землю, тени вернутся, свеча взорвется - а я так и не сказал, как мне было хорошо.
  Северн протянул руку, словно собираясь пожать мою, но в последний момент отдернул и крепко меня обнял. Я нерешительно потянулась и обняла его в ответ. Холвир просто кивнул, улыбнувшись мне одними глазами. Тэри вытирала слезы.
  Фор молча смотрел на меня. Я ответила ему прямым взглядом и шагнула к свече.
  Тени. Я чувствовала их - далеко-далеко, за горизонтом. Они ждали.
  Я глубоко вздохнула. Пора. Словно отвечая мне, в кисти рук хлынула сила.
  Брат Фора вспомнил дорогу. Найду ее и я.
  Я опустила правую ладонь над каменной свечой. Обломок в моем кармане тотчас потеплел, обжигая кожу.
  "Идите", - мысленно позвала я. "Идите за мной".
  Луч света ударил в потолок, становясь все ярче и шире. Под ладонью разгоралась белая свеча. И словно распахнулся мир, исчезли стены храма: я чувствовала, как тихо, яркими вспышками света, как метеоры, уходили тени.
  Куда? Мне казалось, я вижу дорогу. Ослепительный прямоугольник двери, темная дыра портала, дорога через пустыню. Но я знала, что они существуют лишь в моем воображении - пока я сама не перейду черту.
  Потолок становился прозрачным. Я видела зал, свечу и своих друзей - и солнце, облака, весеннее небо над головой. Я взглянула в глаза Фору и поняла, что он знал с самого начала. И улыбнулась: недосказанных слов больше не было. Остался лишь свет.
  Я осталась собой, но я чувствовала ее в себе. Она всегда была со мной: беломраморная статуя, девушка, которая умирала и воскресала каждую тысячу лет и так и не прожила самую обычную жизнь. Нужно было только...
  Вспомнить.
  Моя ладонь медленно, по волоску, опускалась к белой свече. И одновременно я неслась в пространстве, словно шагнув в живой огонь, хоть огня вокруг и не было. Мимо проносились образы, воспоминания: крошечная девочка с башней из кубиков, угловатая девчонка перед классной доской, девушка, грезящая наяву за книгой на берегу пруда...
  И улетали в темную воронку. В дверь, которая открывается каждую тысячу лет.
  Гилетир просил меня ее закрыть. Смогу ли я?
  Я коснулась другой рукой осколка, спрятанного на груди, и, как живой, он прыгнул ко мне в ладони. Мир наполнился светом: без боли, без страха. Только уверенность, что путь наконец закончен, и я возвращаюсь домой.
  Туда, куда придут и мои друзья. Для них это время наступит десятилетия спустя, для меня - совсем скоро: ведь время там измеряется не годами. Я наконец-то поняла, что видели мои спутники, когда касались свечи. Мир для них наполнился смыслом, потому что сами они становились светом. А теперь пришел мой черед.
  Темная воронка медленно таяла, заполняясь белым сиянием.
  Я не вернусь. Проход закроется, и тысячу лет спустя потомкам Тэри и Северна не нужно будет искать новое воплощение богини на севере. Впрочем, зная их склонность к приключениям, они наверняка все равно туда отправятся.
  Еще секунда... последняя... все.
  Слов не осталось. Только тепло, идущее изнутри.
  Моя ладонь наконец-то коснулась белой свечи.
  - Я люблю тебя, - услышала я. Или я сама это сказала?
  А потом был свет.
 

Эпилог


 
  Я лежала на снегу и не чувствовала холода. Над головой расходились облака. Где-то вблизи тек ручей, и бурлили струи в источнике.
  Свеча. Я коснулась каменной свечи, но, кажется, я все еще жива. Вот только где?
  - Тебя все-таки выбросило сюда во второй раз, - послышался чуть задыхающийся и до боли знакомый голос. - Когда я несся к тебе от храма, сломя голову, я думал, что сойду с ума, если поляна будет пуста.
  Я с радостной улыбкой подняла голову.
  - Фор!
  - Как всегда. - Он чуть поклонился. Бледный, растрепанный, в заляпанной снегом мантии - но с счастливыми до невозможности глазами. - Нелл... ты жива.
  Он рухнул на снег рядом со мной.
  - Но как ты догадался, что меня стоит искать здесь?
  - Мне было видение, - улыбнулся Фор. - В Белых Башнях.
  - И ты мне не сказал!
  - Боялся спугнуть.
  Я прикрыла глаза. Нежданная награда, о которой говорил Гилетир...
  Самая обыкновенная жизнь.
  Наши пальцы соприкоснулись. Вот оно, счастье. Дождаться, пока Фор обнимет меня за плечи и уведет в хижину. Засыпать у огня, спускаться по вечерам к озеру, а потом сидеть на пороге и смотреть на звезды.
  Много-много лет...
  - Было бы легче, если бы жизнь длилась дольше. - Я слабо улыбнулась. - Только начинаешь что-то понимать - и тебе уже пора.
  - Даже если бы мы жили тысячу лет, мы все так же набивали бы шишки на лбу. Но целая жизнь - не так уж мало, правда?
  Далеко внизу за озером заходило солнце. Деревья качались, и в алом свете падали редкие снежинки. Над нашими головами в сторону храма пролетела птица. Закатные лучи вспыхивали на снегу, как на поверхности пруда.
  - У меня когда-то была мечта, - тихо сказала я. - То есть не у меня... а у меня прежней. Я вспомнила ее в храме в последнюю минуту. Я сижу под кроной дуба на берегу пруда, и солнечный луч то и дело вспыхивает в воде. Падают листья с берез, утки грудью рассекают прохладную воду, и кто-то близкий сидит рядом. Неужели у нас теперь это будет?
  - Это и многое другое. Вставай, Нелл. Тут к тебе целая делегация.
  Послышались торопливые шаги. На поляну вбежали трое и остановились у елей, словно не решаясь шагнуть дальше. Рыжий парень сжимал в руках флейту. К нему прижималась девушка в белом платье. Чуть отдельно от них стоял высокий молодой человек с безупречной осанкой.
  Северн. Тэри. Холвир.
  - Я вас узнала, - торжественно объявила я. - Кстати, а когда свадебный пир?
  - Еще скажи про гонорар за венчание, - ехидно отозвалась Тэри. И расплакалась.
  Фор встал и протянул мне руку. Я взяла ее - и улыбнулась.
  На деревьях таяли сосульки.
  Впереди ждала весна.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"