Разносчик кофе
Сознание Геббельса из апреля 1945 года переносится в 1992 год, в тело выпускника журфака МГУ Оси Гебба, получившего смертельные травмы в ДТП. Гебб-Геббельс быстро осваивается в новой для себя реальности. Вначале, узнав из учебника истории, что СССР, с которым Германия воевала, достиг больших успехов, вышел в космос, стал мировой державой, он сильно расстраивается. Но постепенно его меланхолия сходит на нет, а когда в одной из российских газет ему попадается на глаза выражение "полторанинско-геббельсовская пропаганда" он и вовсе приходит в радостное возбуждение. Оказывается, его имя не забыто и дело его живёт. Ося Гебб- Геббельс решает, что с его опытом и талантами он и в новых условиях без труда пробьётся на самый верх в ведомстве пропаганды. Окрылённый радужными надеждами, он спешит в телецентр Останкино. Подаёт заявление о приёме на работу; проходит профессиональные тесты; с нетерпение ждёт результатов, рассчитывая на пост, как минимум, директора одного из телеканалов. Увы ... Тесты показывают, что всё на что он пригоден - это должность разносчика кофе.
Сначала Ося Гебб негодует, подозревает кадровиков в обмане или мошенничестве. Несколько дней он пребывает в мрачном расположении духа. Однако, внимательнее изучив содержание российских газет и телепередач, он приходит к выводу, что никакой ошибки не было, а дело заключалось в том, что за прошедшие годы искусство лжи и манипуляций ушло далеко вперёд.
Тем не менее Ося не впадает в отчаяние и решает начать карьеру в новом мире с предложенной ему должности разносчика кофе.
В первый же свой рабочий день он получает ценнейший урок. - Главное - не лгать,- разнося кофе, то и дело бормочет Ося Гебб себе под нос услышанную на общей планёрке инструкцию дежурного менеджера. - Главное - не лгать, надо же! Это просто праздник какой-то! Эх, были бы у нас такие профессионалы, не прогадили бы мы войну!...
Конец попаданца
В результате трагического происшествия сознание нашего современника переносится в 1942 год, в тело погибшего в бою с гитлеровцами советского партизана. Когда он неожиданно снова появляется в своём отряде, товарищи сначала радуются возвращению в строй того, кого они уже считали убитым, но через некоторое время их начинают смущать, с каждым днём всё сильнее, странные речи, которые он ведёт - про полицейских с автоматами, олигархов, мерседесы, яхты, золотые унитазы и прочее подобное.
Партизаны думают, что их боевой товарищ повредился головой в результате контузии и что его рассказы о будущем являются фантазиями больного ума. Командир и комиссар проводят с ним профилактические беседы, но тот стоит на своём и требует встречи с товарищем Сталиным. Вместо кабинета Сталина он оказывается в палатке особиста, который выслушав рассказ попаданца, приходит к выводу, что тот является опасным провокатором или даже вражеским шпионом, арестовывает его и отдаёт под трибунал. ...
Через полсотни лет бывший командир партизанского отряда, доживший до Эпохи Золотых Унитазов, припоминает в компании ветеранов странный случай со своим подчинённым и говорит : - Эх, зря мы Ваську шлёпнули. Вышло-то всё, как он и говорил. Поверили бы ему тогда - уже давно пили бы баварское.
Судьба чудо-лекаря
Маг-целитель из параллельной вселенной, погибший в результате несчастного случая, оказывается в теле терапевта районной поликлиники провинциального российского города 21 века, который, в свою очередь получил смертельные травмы в ДТП. Обнаружив, что в его новом мире совсем неизвестна магия, а лечение производится с помощью микстур, таблеток и хирургии, он начинает применять в работе свои методы и излечивает ряд трудных пациентов, в том числе таких, от которых уже отступились другие врачи. По городу распространяются слухи о чудо-докторе; к нему на приём ежедневно выстраиваются очереди, в основном из простых людей, для которых недоступна качественная медицина.
Бывший обитатель параллельной вселенной радуется тому, что ему представился случай принести так много пользы - ведь в его прежнем мире травмы и болезни излечивались с помощью амулетов, а услуги профессиональных целителей требовались редко. Он даёт интервью журналистам, мечтая расширить свою практику. Коллеги по больнице, впрочем, считают его шарлатаном, а сотрудники городских частных клиник, которым он бесплатным и притом безлекарственным лечением сильно сбивает цены, начинают кампанию по его дискредитации. Однако успешное излечение нескольких влиятельных пациентов, которым не смогли помочь самые дорогие зарубежные доктора, укрепляет его авторитет. Вот только теперь ему всё чаще приходится выезжать для обслуживания представителей властных и криминальных структур - так что на пациентов из числа простых людей у него остаётся всё меньше времени. Робкая попытка целителя промедлить с выполнением требование срочно излечить любимую собаку уважаемого человека - главы местной мафии - приводит к тому, что его дочь похищают, а ему на электронную почту приходит письмо с предложением перестать дурить и вести себя разумно. Теперь даже устранять бородавки у чиновников и выводить из наркозависимости детишек местной элиты магу-иномирцу приходится делать в первоочередном порядка, откладывая лечение туберкулёзников и онкобольных.
Через полгода известность целителя становится всероссийской и к нему начинают проявлять интерес представители спецслужб. Поначалу они сомневаются в сообщениях журналистов, подозревая дешёвую рекламу или очередное шарлатанство, но на всякий случай всё же отправляют в провинциальный город команду из двух экспертов. Те, к своему изумлению, обнаруживают, что доктор, которого они тоже считали шарлатаном, действительно успешно и лечит, и омолаживает пациентов, притом какими-то странными методами - с помощью пассов и произнесения непонятных слов.
Эксперты направляют отчёт руководству; оперативники вывозят чудо-доктора в ведомственный подмосковный госпиталь; медики в штатском несколько недель пытаются повторить его методы. Несмотря на точное воспроизведение его пассов и заклинаний у них ничего не выходит. Тогда по решению руководства спецслужбы, для чудо-лекаря создается отдельная клиника, находящаяся в ведении спешно образованного нового коммерческого медицинского спецучреждения. В ней попаданец из иного мира лечит и омолаживает высших чиновников, олигархов, боссов криминала и их родичей. Сверхвысокая оплата за эксклюзивные услуги идёт на счёт новой клиники, организаторы которой в короткий срок становятся очень богатыми людьми, даже несмотря на то, что им приходится отстёгивать половину доходов кураторам из спецслужбы. Целителю тоже начисляют солидные гонорары, которыми, впрочем, оказываются ему без надобности, ведь за ворота клиники его не выпускают, ссылаясь на вопрос безопасности. Попаданец очень жалеет о том, что прежде чем начать проявлять свои способности, он не ознакомился как следует с социальным устройством своего нового мира.
Командировка
- Украли десять миллионов долларов,- сообщил майор Мармеладов, возвращая на место трубку красного телефона, соединявшего его с начальством.
- Фьють!- присвистнул капитан Пойменный. И, перейдя на деловой тон, спросил: - Нам поручают расследование?
Майор кивнул. - Да. Сейчас от генерала придёт шифровка с изложением подробностей. Пока я знаю только, что пострадавший - Силантий Исаевич Фанвик, председатель комиссии по борьбе с организованной преступностью.
Недовольно запищал компьютер, извещая о поступлении приоритетной служебной почты.
- Вот оно, значит, как,- задумчиво произнёс майор Мармеладов, закончив знакомиться с документами. - Вчера из городской квартиры Силантия Исаевича Фанвика неизвестные лица вынесли антиквариат и драгоценности, оцениваемые суммарно в десять миллионов долларов. В квартире в это время никого не было, домработница ушла ещё утром, соседи не заметили ничего подозрительного.
Генерал Пивобродов поручил расследование этого дела нашей группе,- продолжал майор. - Полковник Мокроушин назначен политическим куратором. И ещё: для усиления к нам будет прикомандирован капитан Северов из оперативного отдела армейской контрразведки. Краткие сведения о нём- майор пошелестел распечатками. - Тридцать семь лет. Холост. Имеет правительственные награды. Три месяца назад, во время задержания особо опасного преступника был тяжело ранен, врачи даже зафиксировали клиническую смерть, но потом оправился, хотя некоторое время страдал избирательной потерей памяти.
- Я так понимаю, что его направили к нам развеяться и отдохнуть,- сказал капитан Пойменный. - Розыск похищенного - это не перестрелки со шпионами.
- Ну, с этим-то делом особо развеяться не получится. Большие деньги - большие проблемы,- заметил майор. - Хотя по сравнению с армейской контрразведкой наша контора, наверное, - тихое болото. Общий сбор всех участников группы через два часа,- заключил он, поднимаясь. - После чего отправимся на место происшествия.
* * *
В это самое время на служебный компьютер политического организатора Управления по борьбе с особо крупными хищениями полковника Василия Лукича Мокроушина тоже пришло электронное письмо.
- Занятно,- пробормотал Мокроушин, прочитав документ. - Неужто в наше учреждение намерены просочиться национал-предатели?
При этих словах лежавший на коврике пёс Барбос сделал стойку, а кошка Мурка перепрыгнула в кресло рядом с полковником и почти демонстративно стала прислушиваться.
Мокроушин принялся перечитывать полученное сообщение, время от времени бурча себе под нос: - Так, так ... Ишь ты каков ... Раскачивает, значит, лодку ... И моральный облик тоже? Ну-ну ... Этот сигнал обязательно надо проверить. Прямо сейчас и займусь, не откладывая.- Полковник встал, вышел из своего кабинета и запер его на ключ.
Оставшись одни, пёс Барбос и кошка Мурка переглянулись. Но если сурово-настороженное выражение морды Барбоса словно бы предупреждало: "следует ещё больше усилить бдительность", то скептически-насмешливую гримаску кошки можно было истолковать как вопрос: "кто же всё-таки написал четыре миллиона доносов?"
* * *
- Здравствуйте,- произнёс, входя в комнату и закрывая за собой дверь, военный в форме армейского капитана. - Командирован в ваше распоряжение.
- Виктор Петрович Северов. Рады видеть в наших рядах,- официальным тоном представил вошедшего майор Мармеладов.
Двое экспертов, сидевших за столом, кивнули, капитан Пойменный приветственно махнул рукой, а Василий Лукич как-то по-особенному добро улыбнулся.
Старший лейтенант обменялся с армейским капитаном рукопожатием, внимательно посмотрел на него, и слегка удивился. Глаза у Северова были нездешние.
- Вот что известно на текущий момент,- открыл совещание майор. - Камеры видеонаблюдения грабители заблокировали с помощью аппарата оптико-электронного подавления. Дверь открыли универсальной отмычкой. Работали они в перчатках, поэтому никаких отпечатков пальцев не оставили. Но специалисты, выезжавшие на место происшествия с опергруппой, обнаружили там ворсинки английского твида, а по газоанализаторам установили, что кто-то из налётчиков использует одеколон "Саваж Диор".
- Антиквариат, английский твид и "Саваж Диор" - это Талман Горбун,- демонстрируя компьютерную память, сходу выдал Пойменный.
- Очень возможно,- кивнул Мармеладов. - Он уже фигурировал в делах о похищении антиквариата. Только уличить его никак не удавалось,- майор озабоченно потёр лоб. - Этот человек не в первый раз создаёт нам проблему.
- Так за чем же дело стало,- прохладно усмехнулся новоприбывший. - Нет человека - нет проблемы. - И Северов провёл рукой по своей форме, как бы невзначай коснувшись кобуры пистолета.
- Кхм,- откашлялся майор после минуты неловкого молчания. - Есть ещё информация, правда, неясно, связана ли она с ограблением. В Штатах суд недавно приговорил сына Силантия Исаевича к пятидесяти годам тюремного заключения.
- Возмутительная провокация американской военщины,- подал голос с места Василий Лукич. - Ну пошалил немножко мальчик, сделайте ему выговор. Оштрафуйте, в конце концов. Но нельзя же так: двадцать лет за изнасилование, тридцать за наезд на пешехода. Да ещё просуммировать это. И кому? Сыну уважаемого человека, столпа общества?! От такой варварской жесткости просто сердце кровью обливается,- Василий Лукич горестно покачал головой.
- Пиндосы не имеют никакого почтения к детям уважаемых людей - бездуховные твари,- отозвался старший лейтенант.
- Пресса сейчас смакует приговор Фанвику-младшему и ограбление Фанвика-старшего,- заметил Пойменный. - Но всё же вряд ли оба эти случая логически связаны, хоть они и совпали по времени.
- А я полагаю,- произнёс Мокроушин, поднимаясь и поворачиваясь в сторону армейского капитана, - что всё происходящее укладывается в программу удушения России. По плану Аллена Даллеса продажные журналисты развращают наш народ, сеют ложь и провокации, дискредитируют власть-
- Кормятся с руки госдепа и раскачивают лодку,- подсказал Синицын.
Василий Лукич бросил на старшего лейтенанта раздражённый взгляд и вновь уставился на Северова, но тот был невозмутим. Помолчав пару минуту и не дождавшись никакой реакции, Мокроушин не выдержал
- Так какое ваше мнение, уважаемый Виктор Петрович, о нынешней политической обстановке в стране? - вкрадчивым тоном поинтересовался он. - Говорят, у нас недостаточно демократии?
Капитан прицельно глянул на политработника. - Какое мое мнение?- перепросил он, обозначая улыбку. Вслед за чем размеренно, словно цитируя что-то, заговорил:
"После арестов врагов народа стало, в смысле кадров, что называется, чисто: ни одного главы администрации, ни одного партийного секретаря нет; пропагандистов и провокаторов уничтожили вообще полностью, в первую очередь; их буквально хватали и тащили резать".
Старший лейтенант искоса глянул на армейского капитана. Глаза Северова отсвечивали тридцать седьмым годом.
Майор Мармеладов зашуршал бумагами, преувеличенно внимательно вчитываясь в какой-то документ.
- Чайку надо бы соорудить,- внезапно охрипшим голосом произнёс сбледнувший Василий Лукич и засуетился.
* * *
- Позвольте поинтересоваться, Виктор Петрович, чем вы занимались в своей организации?- спросил Мокроушин, когда чаёк был принесён и разлит по стаканам.
- Ликвидировали шпионов, вредителей и врагов народа,- ответил армейский капитан. И добавил: - Раскрывали мы их нередко по косвенным признакам. Например, кто-то носит галстук немецкого производства, а пиджак у него пошит из английской ткани ..., - Капитан прошёлся выразительным взглядом по одежде Василия Лукича и многозначительно умолк.
- Я полковник, сейчас в гражданской одежде,- растерянно пролепетал Василий Лукич.
- Да неужто,- капитан снова наметил улыбку. - Целый полковник, говорите? У нас генералы и маршалы в ногах валялись, клялись в своей невиновности. Потом, конечно же, признавались во враждебной деятельности. Каста проклятая.- Он щёлкнул зажигалкой, раскурил папиросу, и комнату наполнил едкий дым "Беломорканала".
* * *
- Да что там такое?- недовольным тоном вопросил майор Мармеладо.- Почему стоим? У нас осталось всего полчаса до встречи с Фанвиком. Он ждать не будет.
Полицейский джип с опергруппой застрял перед поворотом. Дорогу ему перегораживали целых два ряда сигналящих автомашин. А из-за угла тянулись клубы чёрного дыма и доносились чьи-то отчаянные вопли, впрочем, плохо сочетавшиеся с раздававшимся там же весёлым смехом. Вскоре вопли смолкли, зато смех и радостные возгласы стали громче.
Наконец, одна из машин, преграждавших путь, продвинулась вперёд. Синицын, сидевший за рулём, ухитрился вклиниться в поток автомобилей и свернуть за угол. Взорам полицейских предстало зрелище, достойное голливудского боевика. На краю дороги догорал врезавшийся в рекламный столб покорёженный "мерседес", из открытой дверцы которого свисал человек - точнее уже его останки. Похоже было, что он в последнем отчаянном усилии попытался выбраться из огненной ловушки, но так и не сумел этого сделать. Синицын узнал популярного телеведущего, специализировавшегося на передачах о трагических происшествиях и бедствиях.
- Вот ведь как - смаковал катастрофы, а теперь сам в неё попал,- философски заметил Пойменный.
- Соупадение? Не думаю,- откликнулся старший лейтенант любимой фразой популярного телеведущего, копируя и его иронические интонации.
Вдалеке послышался вой пожарных сирен. Скопившиеся машины понемногу разъезжались.
* * *
- Остановись около киоска, надо бы купить минералки, в горле пересохло,- попросил капитан Пойменный.
Старший лейтенант затормозил машину перед пешеходным переходом и тоже выбрался на воздух. Пока он, прислонясь к автомобилю, дожидался коллегу, какой-то мелкий мальчуган перебежал "зебру" и по инерции врезался головой ему прямо в поясную пряжку.
Поймав мальчишку за шиворот, Синицын спросил: - Ты почему переходишь дорогу на красный свет? Не знаешь правил уличного движения?
- Я знаю нынешние правила уличного движения,- возразил малолетний нарушитель, исподлобья глядя на старшего лейтенанта. - Переходить дорогу нужно, когда на ней нет машин.
- Переходить дорогу нужно на зелёный свет,- наставительно сказал Синицын. - "Зебра" даёт право преимущественного прохода пешеходам, но если на переходе стоит светофор, то всё равно нужно дождаться зелёного сигнала и только потом переходить дорогу. Чему тебя в школе учат?
- А то вы не знаете, что крутые ездят, не обращая никакого внимания на светофоры и "зебры", - огрызнулся мальчишка. И, закрыв глаза, забубнил, очевидно, припоминая школьные уроки: - Запомните, дети, переходить дорогу по понятиям нужно, когда на шоссе не видно машин олигархов, чиновников, бандитов, или их родственников.
Синицын задумался, продолжая, впрочем, держать нарушителя за шиворот.
- Но разве ты не слышал,- нашёл он, наконец, довод, - как несколько дней назад кто-то на самом верху, чуть ли не сам президент или премьер-министр, твёрдо пообещал, что отныне олигархов и бандитов, сбивающих людей на "зебрах", будут не только штрафовать, но и на время лишать водительских прав?
- Ой, не надо всего вот этого,- аж скривился мальчишка. - Если у нас в стране кому не верят ни на грош, так это тем, которые "наверху".
- Тебя такому тоже в школе учат?- поинтересовался вернувшийся капитан Пойменный.
- Подумаешь, бином Ньютона,- фыркнул мальчишка, вырываясь и убегая.
* * *
Через квартал, однако, полицейскому джипу снова пришлось затормозить. На сей раз причиной остановки стал затор на перекрёстке, перегороженном группой машин. Внутри образовавшейся на шоссе площадки несколько человекообразных существ плясали, стуча в бубны и завывая.
- Попали,- обречённо вздохнул Синицын. - Ликантропы. У них сейчас брачный период.
С оборотнями-волколаками, известными своим злобным нравом, никому из полицейских связываться не хотелось. Мармеладов закурил, задумчиво глядя в окошко. Пойменный достал газету и углубился в чтение. Машина стояла. За ней постепенно выстраивалась очередь сигналящих автомобилей. Ликантропы самозабвенно плясали, жонглируя кинжалами и не обращая никакого внимания на окружающих.
Армейский капитан некоторое время, явно ничего не понимая, смотрел на происходящее, переводя взгляд с лихих танцоров на своих коллег и обратно. Потом он открыл дверцу, и, раньше чем его успели остановить, решительно двинулся к танцующим. Схватив одного из них за волчью шерсть на загривке, он развернул его лицом к себе.
- Ты чего?- изумлённо-негодующе пролаял волколак, пытаясь вырваться, но хватка капитана была железной. - Да ты знаешь, что я могу с тобой сделать?!- взвыл ликантроп.
Капитан немного увеличил нажим и волколаку пришлось согнуться. - Мы варили в котлах, мы бросали собакам,...- задыхаясь, хрипел он. - Я тебя шатал, я твой мама шатал... - Отчаянным усилием оборотню удалось выпрямиться.- Убью! Зарэжу!- завопил он.
Тогда капитан взял его на жесткий болевой приём и ткнул мордой в асфальт.
- Ааа! Ихтитулут!- истошно взвыл ликантроп.
Остальные ликантропы, прекратив пляску, злобно зыркали по сторонам, плевались, делали угрожающие жесты, но на подмогу соплеменнику не спешили.
- Ихтитулут! Ихтитулут!- выл всё отчаяннее прижатый к дороге волколак.
Старший лейтенант перехватил брошенный мельком на группу стоявших ликантропов взгляд Северова, и ему показалось, что отблески тридцать седьмого года в глазах капитана разгораются в костры инквизиции.
Злобно-угрожающие вопли перешли в жалобный скулёж.
Брезгливо отшвырнув почти лишившегося чувств волколака, армейский капитан повернулся к джипу, а ликантроп пополз прочь, тихо подвывая и придерживая покалеченную лапу. Соплеменники подхватили его и понесли к автомобилю.
- Умный, да? Смелый, да?- волколак постарше бросил на Северова многообещающий взгляд.
Капитан обозначил движение в его сторону и ликантропы поспешили упаковаться в свои автомобили. Хлопнули дверцы, взревели моторы.
* * *
- Что это он кричал - тулуп, тулуп, тулуп?- спросил Северов, когда полицейский джип миновал злополучный перекрёсток.
- Ихтитулут,- поправил старший лейтенант. - Это их священное заклинание "Десять на одного". Звал своих на подмогу. Только их было всего лишь по пятеро на каждого из нас - потому и не вступились,- пояснил он.
Северов задумчиво кивнул.
- Поторопись, лейтенант, мы опаздываем,- подал голос с заднего сидения майор Мармеладов.
* * *
Силантий Исаевич задерживался. Двери полицейским открыла его новая молодая жена, известная фотомодель, несколькими годами ранее завоевавшая звание "Мисс Москва".
- Проходите, пожалуйста,- пригласила она.
Осмотр места происшествия дал сыщикам мало нового по сравнению с уже известными им из отчёта оперативников и экспертов фактами. Встроенный в стену сейф с новейшим электронным замком был пуст - открыт, очевидно, отмычкой ещё более новой разработки. Грабители забрали ценности и спокойно удалились.
- Вас тогда целый день не было дома?- для порядка спросил майор, хотя и об этом он уже знал из материалов дела.
- Да, я оформляла Кирюшу на учёбу в экономико-математическую школу,- кивнула хозяйка. - Кира, зайди сюда,- позвала она.
На зов матери в комнату вошёл мальчик лет семи-восьми с явными признаками генетического вырождения: непропорционально большой головой, шалым дебильным взором, слюнявым ртом и ручками-тростиночками.
- Агу?- вопросительно произнёс он.
- Кирюша у нас вундеркинд, Ему ещё нет семи, а он финансовые отчёты как орешки щёлкает, - с гордостью сказала довольная представившимся случаем похвастаться своим чадом мамаша.
При словах "финансовые отчёты" чудо-ребёнок оживился и радостно загугукал.
Женщина подошла к шкафу, взяла с полки какой-то толстый гроссбух и протянула его своему отпрыску. Тот схватил карандаш и принялся стремительно листать страницы, с непостижимой быстротой делая записи на полях. Затем он протянул обратно исчерканный красными пометками отчёт, на первой странице которого была выведена каракулями резолюция:
БАЛАНС НЕУДОВЛЕТВОРИТЕЛЕН. В НОВОМ КРЕДИТЕ ОТКАЗАТЬ.
- Он у нас такой талантливый, такой талантливый. Очень доброкачественные гены у Силантия Исаевича,- восторженно сказала счастливая мать.
- Уа, уа,- подтвердил вундеркинд.
- Силантий Исаевич готовит Кирюшу в свои преемники, - женщина с нежностью потрепала мальчугана за вихры.
- Но ведь он у вас, гхм, не слишком разговорчив,- осторожно заметил майор Мармеладов.
- Вы думаете, это может помешать?- забеспокоилась мать вундеркинда.
- Да пожалуй, что не очень,- поразмыслив, ответил майор.
- Агу, агу,- подтвердил кандидат в преемники, значительно подняв розовый палец.
Василий Лукич поощрительно улыбнулся чудо-ребёнку. Однако выражение лица Синицына было несколько скептическим, что тут же заметила женщина, чувствительная к успехам своего ребёнка, как и все матери. - Кто, кроме него?- обиженно спросила она.
Дискуссию прервал шум открываемой двери. Хозяин, наконец, прибыл.
* * *
- Я составил полный список похищенного.- Силантий Исаевич Фанвик протянул майору Мармеладову распечатку. - В этой графе описаны картины; в этой - ювелирные изделия.
- Да, это нам серьёзно поможет,- сказал майор, проглядывая список. - Рембрандт, Веласкес, Грез, ... Такие картины грабителям будет трудно сбыть.
- Чёрт знает что, бандиты совсем обнаглели,- пожаловался Силантий Исаевич. - Обворовать квартиру председателя комиссии по борьбе с организованной преступностью, да притом прямо в центре Москвы - это, знаете ли, надо обладать запредельным нахальством.
- А как к вам попали эти ценности?- вдруг спросил Северов.
Хотя вопрос был задан небрежным тоном и даже как бы вскользь, в комнате вдруг словно резко похолодало.
Первым нарушил воцарившуюся напряжённую тишину хозяин дома.
- Что вы себе позволяете, капитан?- зловещим шёпотом осведомился он. - Сейчас не тридцать седьмой год!
Майор Мармеладов, тоже несколько опешивший, попытался было разрядить обстановку.
- В таком запутанном деле важны все нюансы,- примирительно произнёс он. - Возможно, вы затронули чьи-то интересы...
Но высокопоставленный чиновник не желал успокаиваться.
- Я вижу, что вас недаром обвиняют в раскачивании лодки,- продолжал он, обличающе указывая на Северова. - Но патриотические силы начеку.- С такими словами Силантий Исаевич повернулся к полковнику Мокроушину и многозначительно-требовательно взглянул на него. Однако Василий Лукич, заробев (что с ним случалось довольно редко), только виновато потупился.
Прождав несколько секунд и не получив поддержки, Фанвик несколько разочарованно сказал:
- Впрочем, если вы желаете уточнений, извольте. Наследство. Досталось от дедушки, Который собирал эти ценности по крохам ещё при тоталитарном режиме, используя свои предпринимательские таланты. Конечно, в недоброй памяти прежние времена это считалось незаконным,- хозяин презрительно фыркнул. - Но, к счастью, те времена давно остались позади.
- У вас есть какие-нибудь дополнительные сведения, которые могли бы помочь нам выйти на след похищенного,- возвращая разговор в конструктивное русло, спросил майор Мармеладов.
Силантий Исаевич самодовольно ухмыльнулся. - И очень даже,- сообщил он. - Свою должность я недаром занимаю столько лет. Все мои картины помечены в правом нижнем углу небольшим количеством стронция-82-
- Да это практически решает проблему!- воскликнул капитан Пойменный. - Поднять вертолёт с дозиметром, облететь территорию и установить, где повышен радиоактивный фон стронция-.
- Вот-вот,- кивнул Фанвик. - Так и действуйте.
* * *
- Какой умный, предусмотрительный человек. И как прекрасно он смотрится сегодня на своей ответственной должности председателя комиссии по борьбе с организованной преступностью,- прочувственно сказал Василий Лукич, когда опергруппа усаживалась в джип.
- Жаль, что Япончика уже нет в живых, он бы ещё лучше смотрелся сегодня на этой должности,- откликнулся Синицын, включая зажигание.
* * *
- Операторы-вертолётчики установили повышенный радиационный фон стронция-82 в посёлке "Дон Корлеоне", расположенном в дальнем Подмосковье, под Шатурой,- открыл утреннее совещание опергруппы майор Мармеладов.
- И как раз там предположительно находится одно из лежбищ Талмана Горбуна,- вставил капитан Пойменный. - Всё, считайте, операция успешно завершена. Логика и техника вновь позволили нам быстро раскрыть преступление.
- Похоже, что вы, капитан, являетесь приверженцем дедуктивного метода расследования, подобно знаменитому английскому сышику?- спросил Северов.
- Именно так,- подтвердил Пойменный. - Как по каплям дождя человек, умеющий мыслить логически, может представить себе Ниагарский водопад или Атлантический океан, так и по достаточному набору фактов он же, чистой дедукцией, может восстановить единую картину происшедшего и найти виновных, чтобы восторжествовала справедливость.
Старший лейтенант Синицын иронически улыбнулся.
- А вы, похоже, с этим не согласны?- повернулся к нему Северов.
- Джон-булевская - шерлок-холмсовская логика устарела,- ответил тот. - Да, она работает, даёт верные суждения, но ведь и пишущая машинка тоже работает - только пользуются сегодня более совершенными инструментами. Современная логика, прежде всего, ищет ответы на вопросы "зачем?", "с какой целью?", "кому это выгодно?" То есть, если угодно, она отчасти включает в себя телеологию.
- И как же это выглядит на практике?- несколько недоверчиво спросил Северов.
- Собрав все факты, установив между ними причинно-следственные связи, и сделав из них выводы - для чего обычная, джон-булевская - шерлок-холмсовская логика, конечно, полезна - следует далее мысленно представить себе разные варианты развития событий и выбирать из них наиболее подходящий,- объяснил старший лейтенант.
Теперь иронически улыбнулся уже капитан Пойменный. - Досужие умствования,- заявил он. - Все данные у нас уже на руках. Осталось только завершить дело.
- Значит, так,- принял решение майор Мармелалов.- Полученную информацию следует проверить. В конце концов, радиационный фон может быть повышен по разным причинам. В посёлок надо отправиться на разведку, с дозиметрическими приборами, установить конкретный дом, откуда идёт излучение. Картин в списке Фанвика числится двадцать пять, значит, прибор должен показать двадцать пять отдельных радиоактивных точек небольшой мощности. Затем надлежит действовать по обстановке. В поездку отправятся- майор минуту подумал, потом сказал - старший лейтенант Синицын и капитан Северов. - Подумав ещё немного, он добавил: - Ваша задача будет заключаться только в выяснении ситуации. Само изъятие ценностей, если они действительно там окажутся, надо будет произвести в присутствии хозяина и понятых. Проблемы, если что-то где-то потеряется, нам ни к чему.
* * *
Чёрный пикап свернул с МКАДа на Егорьевское шоссе и помчался в сторону Шатуры.
- Что за зверье вчера отплясывало на перекрёстке?- спросил сидевший за рулём капитан Северов. - Смотришь с одной стороны - вроде бы люди, смотришь с другой - натуральные волки.
Старший лейтенант Синицын посмотрел на напарника с удивлением. - Это же ликантропы, оборотни. Неужели ты не знаешь? Пять лет назад о них чуть ли не ежедневно писала вся пресса. Да и сейчас в Москве они регулярно о себе напоминают.
- Пять лет назад я был... эээ-, капитан запнулся - в командировке, далеко отсюда. А новости вашей Москвы у нас на Урале не на первых полосах идут. И чем знамениты эти ликантропы?
- Ну как же,- Синицын пожал плечами. - Люди-волки, оборотни. Сенсация.
- А почему они вчера танцевали на шоссе?- спросил капитан.
- У них сейчас брачный период,- объяснил старший лейтенант. - Течка и всё такое.
- И потому они устраивают пляски с кинжалами на перекрёстках дорог, не обращая никакого внимания на окружающих?
- Народные традиции. Притом, судьба у них нелёгкая - много настрадались во времена культа личности.
- Вот как? Что за история? - заинтересовался капитан.
- При сталинской диктатуре ликантропам не давали жить в соответствии со своим национальным менталитетом,- ответил старший лейтенант. - За грабежи и разбои сталинские палачи отправляли их в каменоломни и на лесоповалы, а за насилия и убийства ставили к стенке. От таких преследований ликантропы ушли в глухую тайгу, и только недавно, пять лет назад, объявились снова. Теперь они официально признаны пострадавшими от необоснованных репрессий, получают значительные компенсации от государства, а правозащитники бдительно следят за тем, чтобы к проявлениям их национального менталитета люди относились с уважением.
- Занятное дело,- задумчиво пробормотал капитан. - Если... - он поправился - когда вернусь к своим, обязательно надо будет о нём рассказать. - После недолгого молчания он снова спросил: - А где они обосновались? После того, как вышли из тайги?
- У них есть свой автономный район в Лесо-сибирской области,- сообщил старший лейтенант.
- Наверное, живут в бараках да шалашах?- предположил капитан.
Синицын посмотрел на него с удивлением. - Какие бараки и шалаши? Я же тебе сказал, что правительство платит им, как пострадавшим от сталинских репрессий, значительные компенсации. В бараках живут их соседи, местные жители - а ликантропы обитают в современных домах со всеми удобствами.
- Как же они их построили?- недоверчиво спросил капитан. - Ты сам сказал: они раньше жили в тайге.
- Да что тут непонятного,- отмахнулся старший лейтенант. - Правительство нанимало рабочих, те приезжали в Ликантропию и строили. Простым ликантропам - дома, их вождям - дворцы, шаманам - святилища.
- И рабочие соглашались туда ехать? Не боялись оборотней?- усомнился капитан.
- Если другой работы нет - приходится соглашаться,- ответил старший лейтенант. - Тем более, что деньги платили неплохие. - Подумав, он добавил: - Случались, правда, несколько раз накладки - оборотни загрызали строителей или приносили их в ритуальную жертву. Но, в конце концов, те знали, куда и к кому едут, а естественный отбор ещё никто не отменял. Скажи-ка лучше, чем ты занимался в своей командировке, что пропустил такие новости из отечества?- спросил старший лейтенант, уходя от малоприятной темы.
Капитан искоса глянул на него. - Чем занимался? Разведка, минирование, десанты, штурмы. Много чего было за четыре года.
- Это где же сейчас такие войны ведутся?- с сомнением спросил старший лейтенант.
Машина покинула федеральную трассу и свернула на боковую дорогу. Относительно ухоженные поля и коттеджи сменились заросшими сорняком пустырями, сгнившими коровниками, битой и проржавевшей сельскохозяйственной техникой.
- Как немец прошёл,- не отвечая на вопрос, кивнул на мелькавшие за окнами автомобиля пейзажи капитан.
Старший лейтенант закрыл глаза и погрузился в размышления.
- Мы изъяли у грабителей ценности и вернули их законному владельцу,- отчитывался перед невидимым собеседником майор. - Капитан из контрразведки? Да, его помощь была очень существенной. Хорошо, передам. В приказ на премии будет включён и он тоже.- Мармеладов положил трубку и повергнулся к сотрудникам.
- Всем членам нашей группы вынесена благодарность от имени генерала,- сообщил он. - Кроме того, Силантий Исаевич Фанвик распорядился выделить специальные премии участникам операции. Вы тоже,- он повернулся к капитану Северову, - включены в список награждённых.
Армейский капитан вытянулся и произнёс уставное: - Служу России!
Старший лейтенант открыл глаза и покачал головой. Северов не вписывался в происходящие события. Собственно, он вообще как бы выпадал из текущей реальности.
Словно перехватив его мысли, капитан спросил: - Скажи-ка, а тебе не доводилось встречать людей, которые как бы попали сюда из другого времени?
- Работал в нашей конторе один сотрудник,- осторожно ответил старший лейтенант. - В присутствии начальства всегда выказывал, как и все остальные, восторженный образ мысли, а на вечеринках в компании сослуживцев после пятой рюмки принимался рвать на себе рубаху, стучать кулаком по столу и кричать: "не добили мы в тридцать седьмом году врагов народа!"
- Вот как?!- воскликнул капитан. - И где же он сейчас?
- Исчез однажды, и больше никто ничего про него не слышал. А незадолго до этого, как передавали, сказал непонятное: "И вверху власть тьмы, и внизу власть тьмы, и посредине. Слава богу, конец моей командировке".
Наш Фанвик,- подумав, продолжал Синицын, - тоже словно бы попал к нам из другого времени, из феодального средневековья-
- Э нет, такие люди имеются во всех временах,- возразил Северов. Он нажал на тормоза, и машина остановилась перед шлагбаумом, преграждавшим въезд в посёлок. Надпись над железной аркой сообщала: "Кооператив "Дон Корлеоне". Въезд по пропускам".
- Ты, похоже, знаком с его делами?- припомнив эпизод в квартире Фанвика, спросил Синицын.
Северов кивнул. - У нас в разработке находился его дедушка. То есть, я хочу сказать, - поправился капитан, - в нашем архиве сохранилось дело его деда. Он заведовал продуктовой базой в Ленинграде и во время войны выменивал у голодающих антиквариат, любые ценности, которые они могли дать, за лишний кусок хлеба. Наши ребята ... эээ ... тогдашнее НКВД его арестовало, но свои тайники он так и не выдал.
- Значит, ценности к Фанвику действительно попали по наследству?- спросил старший лейтенант.
- И по наследству тоже,- подтвердил капитан. - В хрущёвское время его отец, используя капиталы деда, развернул подпольное производство. Делился с тогдашними партийными боссами, делал взносы на антирелигиозную пропаганду для просвещения трудящихся масс. А потом, уже в перестройку, семейные традиции продолжил нынешний Фанвик. Начал он свой бизнес - вот ведь совпадение - с обворовывания всё тех же ленинградских блокадников. Опять-таки, делился с влиятельными личностями; делал взносы на постройку церквей для просвещения трудящихся масс. Фактически уголовное дело Фанвика-деда осталось, можно считать, незакрытым,- заключил Северов.
Неспешной походкой к их пикапу подошёл сторож кооператива. Полицейские удостоверения не особо впечатлили его, но шлагбаум он поднял.
Машина покатила по главной улице посёлка. Ближе к её концу дозиметр стал потрескивать сильнее. Напротив особняка с зашторенными окнами он запиликал.
- Двадцать пять точек, как и было сказано,- глядя на экран, сообщил старший лейтенант. - Здесь.
- Проверь тепловизором, есть ли там кто-нибудь внутри,- велел капитан.
- Чисто,- сообщил Синицын, сверившись с прибором.
Северов немного отогнал машину от подозрительного дома, выбрался из неё, подошёл к калитке, повозившись с отмычкой, открыл её, затем кивнул напарнику.
Оба сыщика направились ко входу в особняк, настороженно поглядывая по сторонам. Однако всё было спокойно.
- Определяй по дозиметру направление,- сказал капитан, отпирая входную дверь.
- Похоже, где-то под землёй,- сообщил Синицын, глядя на закачавшуюся вверх-вниз стрелку прибора.
Полицейские миновали кухню и пошли, следя за показаниями дозиметра, по подсобным помещениям. В одном из них массивная дверца преграждала вход в подвал. Капитан снова завозился с отмычками.
Спуск по узкой витой лестнице привёл в просторную комнату, уставленную разнообразными хозяйственными предметами. Возле стены располагался большой сейф.
- Здесь,- уверенно сказал старший лейтенант. - Дозиметр показывает прямо. И высвечивает те самые двадцать пять точек.
Капитан несколько секунд размышлял, затем двинулся назад, сделав знак следовать за собой.
- Открывать будем при хозяине, как велел майор,- сказал он. - Вызови его и доложи обстановку. Затем задержи сторожа и присматривай за приезжающими. Я буду здесь, в машине.
Синицын кивнул и направился к двери, на ходу доставая мобильник.
* * *
- Мы должны быть уверены, что при изъятии у грабителей вашего имущества не произойдёт никакой усушки-утряски. Вы же знаете, Силантий Исаевич, какое сейчас время,- майор Мармеладов, словно бы открывая собеседнику тайну, доверительно понизил голос,- кругом столько жуликов и воров. Даже среди работников правоохранительных органов иногда встречаются нечестные личности. Поэтому ваше присутствие при приёмке ценностей крайне желательно.
- А где сами грабители?
- На даче их нет. Там сейчас дежурит наш пост.
- Хорошо. Без меня не выезжайте,- приняв решение, приказным тоном распорядился председатель комиссии по борьбе с организованной преступностью.
* * *
Две полицейских машины, посверкивая мигалками, стояли перед особняком Талмана Горбуна.
- Докладывайте, Виктор Петрович,- предложил майор.
Армейский капитан вкратце рассказал о результатах разведки.
- Сейф не вскрывали?- обеспокоенно спросил Фанвик.
- Нет, дожидались вас, как и было приказано,- ответил Северов. - Дозиметр показывает наличие всех двадцати пяти картин в сейфе. Очевидно, там же находятся и остальные ценности.
- Прекрасно. - Председатель комиссии по борьбе с организованной преступностью облегчённо вздохнул. - Значит, можем, когда захотим?- благосклонно пошутил он. - Идёмте, чего ждать.
- Там узкая лестница, пройти могут только два или три человека,- предупредил Северов.
- Вот вы с лейтенантом и отправляйтесь,- решил майор.
Фанвик, Северов и Синицын направились к дому.
Перед входом в подвал капитан задержался, перебирая отмычки.
- Так я пойду, приглашу понятых,- нейтральным тоном сообщил Синицын, коснувшись плеча Северова.
Армейский капитан повернулся, внимательно посмотрел на старшего лейтенанта и неожиданно улыбнулся. - Я и сам хотел попросить тебя об этом,- сказал он. - Нам достаточно будет трёх минут.- Последние слова он чуть заметно выделил.
Синицын кивнул, повернулся и зашагал к выходу. Прикрывая за собой дверь, он услышал, как Северов говорит: - Следуйте за мной, Силантий Исаевич. И осторожнее, здесь высокие ступеньки.
* * *
На пороге дома появился Северов, Кивнув, он подошёл к майору и сообщил: - Всё в порядке, сейф открыт. Хозяин сейчас пересчитывает свои драгоценности, просил немного подождать. Потом запустим понятых и составим- он не договорил.
Раздался оглушительный взрыв. Земля под ногами дрогнула, в небо взметнулся огненный столб. Затем с неба посыпались каменные осколки и горящие обломки деревянных предметов, поднятых в воздух взрывной волной.
Полицейские попадали на землю, прикрывая головы руками.
Когда горячий вихрь стих и камнепад прекратился, майор Мармеладов поднялся, отряхивая одежду и растерянно озираясь. Остатки дачи грабителей пылали; в соседних дворах от упавших огненных метеоритов местами занималось пламя.
- Что произошло?- хриплым голосом спросил он.
- Не иначе, как в подвале хранилась взрывчатка,- подумав, сделал логический вывод капитан Пойменный.
* * *
После того, как пожарные машины потушили дымящиеся развалины, полицейские ещё немного потоптались вокруг глубокой воронки. Убедившись, что ни спасать там некого, ни искать нечего, они засобирались в обратный путь. Майор забрался на место водителя и несколько минут сидел, заново переживая происшествие.
- Да ты счастливчик, Синицын!- наконец, воскликнул он. - В рубашке родился! Ещё бы чуть-чуть, и- майор не стал продолжать.
Сидевший сзади Пойменный, хлопнул сослуживца по плечу. - Как только приедем - сразу в бар, отметим твоё второе рождение.
* * *
- Значит, Фанвик погиб?- выслушав доклад, спросил генерал Пивобродов.
- При таком взрыве, да ещё в замкнутом пространстве, никто бы не уцелел,- подтвердил майор Мармеладов.
- Что с его картинами и драгоценностями?
- От того, что не сгорело, остались только мелкие клочки и осколки.
Генерал Пивобродов задумчиво побарабанил пальцами по столу.
- Вот что,- принял он, наконец, решение. - Судя по количеству взрывчатки, там обитали не просто грабители, но бандиты, или даже террористы. Надо сообщить о происшедшем в смежное ведомство. А вы подготовьте письменный отчёт и закрывайте дело.
(из повести "Профессионал")
Проект сидхов
Джон Блейк, специалист по кельтскому фольклору, в результате теракта джихадистов на Вестминстерском мосту попадает в больницу в состоянии комы, а его сознание переносится в тело Фианны Луага, племянника верховного короля Ирландии Конайре Мора.
Благодаря хорошему знанию кельтской культуры, Фианна-Джон легко осваивается в новом для себя мире. Он записывает хроники, рассказы о прошлом, поэмы бардов и филидов, легенды друидов, очень интересные ему с профессиональной точки зрения. Время от времени он делает предсказания, повышающие его авторитет при дворе. Поскольку Фианна, как и король Конайре, по линии матери принадлежит к сидхам, эти его предсказания не удивляют окружающих. Разумеется, никто не знает, что он делает их не с помощью магии сидхов, а зная гэльскую историю и мифологию. Впрочем, чтобы не создать временной парадокс, Фианна- Джон не пытается предотвратить каких-либо уже случившихся в его прошлом событий. В частности, он не отговаривает короля Конайре от его злосчастной охоты на зверей Керна, на которой тот нарушит свои гейсы и погибнет.
После смерти короля Фианну Луага принимают в высший совет сидхов, собрания которого проходят в подземном дворце Мидхира, его прадеда. На них он узнаёт, что часть сидхов не смирилась с уходом в Иной мир, и намерена через некоторое время вернуться на Землю и восстановить свою власть. Для этого они планируют организовать в мире техническую революцию, которая в итоге должна будет дать им земные искусственные тела. Фианна-Джон догадывается, что речь идёт о тех, что в его мире получат называние роботов с искусственным интеллектом. Именно к их созданию, по планам сидхов, должна привести скрыто направляемая ими из Иного мира через подлунный эгрегор эволюция человеческого знания и техники. Кроме этого проекта, ряд сидхов желает отомстить людям за своё изгнание, а потому планирует организацию разных войн и терактов. Джон Блейк осознаёт, что и происходивший в его время массовый наплав исламских террористов в Англию и другие страны тоже представляет собой один из пунктов плана сидхов, как и тот теракт на Вестминстерском мосту, жертвой которого, среди прочих, оказался он сам. Он тщательно записывает услышанное на советах сидхов, проникает в детали их проекта, некоторые из которых уже осуществились в его прошлом мире, а другие - ещё нет. Среди прочего он узнает, что сидхи планируют захватить духовно-генетическую власть над Альбионом и Эйре (так они называют Англию и Ирландию), приведя там к власти потомков Конайре Мора, в которых, таким образом, будет течь кровь сидхов. Это тоже, как он знает, уже осуществилось в его прошлом мире.
Травмы, полученные Джоном Блейком, оказываются нелетальньми и врачи через некоторое время выводят его из комы. Придя в себя, он поначалу думает, что всё привидевшееся ему было только сном, однако обнаруживает под подушкой те самые записи, которые он делал, когда находился в теле племянника ирландского короля, и приходит к выводу, что это была реальность, а не сон. В записях содержатся сведения по истории Ирландии, по культуре сидхов, а, главное, по их планам, некоторые из которых уже осуществились, а другие - ещё нет. Понимая, что ничего хорошего от этих планов ни его самого, ни вообще людей не ждёт, Блейк начинает борьбу с ними.
* * *
Пробыв в больнице около полугода, Джон Блейк возвращается домой и вскоре снова приступает к работе. Его лекции по кельтской культуре и мифологии становятся очень популярными у студентов и специалистов, благодаря живости изложения и колоритным деталям в описании местностей и действующих лиц того времени. Репортёр БиБиСи, сделавший передачу по его лекциям, пишет, что профессор Блейк рассказывает о древней Таре, столице верховного короля Ирландии, так, словно он сам там побывал. Разумеется, никто не догадывается, что он и в самом деле там совсем недавно побывал. Блейк пишет книгу по гэльским легендам, в которую включает, ссылаясь на расспросы в глухих сёлах Шотландии и Ирландии, несколько новых сюжетов, а прежние - в том числе сказание о Конайре Море, о Мидхире и Этайн, о волшебной арфе Дагды - дополняет новыми колоритными подробностями. Ещё одна его книга, о данавах, Туата Де Дананн, легендарном народе богов-мастреров, которых после ухода в Иной мир стали называть сидхахи (Aes Sidhe), становится бестселлером - и неудивительно, ведь он сам около полугода прожил среди этих полумифических существ. Некоторые коллеги Блейка, впрочем, считают его чудаком-выдумщиком и относятся к его публикациям с недоверием. Однако после того как археологи, следуя его указаниям, обнаруживают на острове Тори остатки башни Балора легендарного короля фоморов, авторитет профессора Блейка в области древней кельтской истории и культуры становится общепризнанным.
Одновременно Блейк готовится к проведению операции по срыву замыслов сидхов, о которых он узнал, находясь в теле Фианны Луага. Понимая, что ему будут противостоять могущественные силы, он решает действовать тайно и со всевозможными мерами предосторожности. На чёрном рынке он закупает сотню левых сим-карт для однократного использования, по которым намеревается отправлять анонимные сообщения в СМИ и спецслужбы.
Первым делом он решает разоблачить секретный план правительства Англии, уже давно контролируемого агентами сидхов, выпустить на свободу осуждённых ранее за терроризм джихадистов и их сообщников, под предлогом гуманизма и разгрузки тюрем, а на самом деле с целью запугивания населения. Примеру Англии должны последовать страны Евросоюза, с подобными же мотивировками и реальными целями. Это далеко не самый важный пункт в планах сидхов, но Блейк решает начат с него, поскольку его разоблачение должно вызвать громкий скандал. Большинство мейнстримных СМИ страны контролируются агентами сидхов и регулярно высмеивают любые угрожающие планам их хозяев сообщения как "теории заговора", но несколько независимых газет ещё остались. В их редакции Блейк и отправляет электронные письма с сообщением о плане правительства. "Дейли мейл", проверив по своим источникам присланную анонимку, публикует разоблачительную статью, вызвавшую громадный резонанс в обществе, заставивший правительство отказаться от своих намерений.
Аналогичным образом Блейк, взявший себе в анонимных сообщениях псевдоним "Мемнон", срывает уже начавший реализовываться проект правительства Англии по заселению всех деревень мигрантами из Азии и Ближнего Востока. Вспыхнувшие по всей стране демонстрации протеста, дошедшие в нескольких посёлках до принятия резолюций о выходе из состава Англии, вынуждают правительство заморозить этот проект.
После этого "Мемнон" раскрывает план уничтожения культурного наследия человечества путём поджогов, в ходе массовых беспорядков, Лувра, Колизея, Эрмитажа и других культурных центров. Главари заговорщиков арестованы и под давлением улик признают свою вину. Впрочем, по ходатайствам гуманистических организаций и нескольких лауреатов Нобелевских премий, западноевропейские суды назначают им символические или условные сроки.
Тогда "Мемнон", к тому времени приобретший определённую известность, публикует в газетах материалы, показывающие финансовую зависимость организаций, называющих себя "гуманитарными" и "правозащитными", от структур, связанных с наркокартелями, торговлей людьми и другими видами организованной преступности. Становится ясным, почему "правозащитники" и "гуманисты" так часто защищают разного рода бандитов и убийц.
Таинственного информатора начинают усиленно разыскивать самые разные структуры - от агентов сидхов, желающих его устранить, до спецслужб, желающих наладить с ним сотрудничество. Однако попытки отследить автора анонимных посланий, как и источники его сведений, не дают результатов, сам "Мемнон" на контакт не идёт, а о том, что им является скромный профессор Оксфорда, специалист по кельтской истории, никто не догадывается.
Следующим шагом Блейка является предотвращение готовящегося радикальными исламистами из организации "Братья-мусульмане", покушения на президента США, проводящего антииммиграционную политику, противоречащую планам сидхов по захвату контроля над человечеством. Поскольку до сих пор все сообщения от "Мемнона" подтверждались, Секретная служба отнеслась к его предупреждению с полной серьёзностью, и покушение удаётся предотвратить.
Наконец, Блейк приступает к главной цели своей операции - ликвидации эгрегора сидхов, через который они оказывают воздействие на людей. Во время своего пребывания в древней Ирландии он понял, что основой магии сидхов, вернее, тех умений, которые тогдашним людям представлялись "магическими", был своеобразный гипноз. Благодаря ему сидхи могли "исчезать", то есть представляться невидимыми, или принимать чужой облик, в том числе зверей или птиц. Поэтому Блейк предполагает, что и воздействие через эгрегор имеет тот же характер - навязывания отдельным людям тех иных мыслей, представлений, которые они потом, считая своими, начинают пропагандировать и развивать. Но где располагается этот эгрегор и что он собой представляет, Блейк не знает - сведения о нём относились к главным тайнам сидхов, о которых знала только их верхушка. Впрочем, по отдельным обмолвкам, услышанным им на советах сидхов, он предполагает, что речь идёт о некотором структурированном полевом образовании, расположенном между Землёй и Луной. "Мемнон" обращается к ведущим астрономам мира с просьбой обнаружить такое образование. Специалисты из Военно-морской обсерватории США, используя довольно неопределённые указания "Мемнона", действительно обнаруживают такой объект, а заодно выясняют, что он регулярно посылает на Землю модулированные электромагнитные сигналы.
В своём очередном анонимном обращении, на этот раз адресованным правительствам, "Мемног" сообщает, что излучение оказывает крайне негативное воздействие на людей и предлагает его нейтрализовать. Поскольку до сих пор все предсказания "Мемнона" оправдывались, президент США отдаёт приказ Пентагону, и несколькими мощными лазерными ударами неизвестный полевой объект деструктурируется. Реализация плана сидхов остановлена.
* * *
Борьба далеко не завершена. Агенты сидхов находят способ дискредитировать сообщения "Мемнона" - они массово рассылают в редакции СМИ и спецслужбы анонимки от его имени, оказывающиеся либо пустышками, либо провокациями. Поскольку нет способа отличить сообщения настоящего "Мемнона" от подделок, доверие к ним падает.
Всё же Блейку удаётся сорвать выполнение ещё одного пункта проекта сидхов. Их агенты в Евросоюзе провели секретный закон, по которому Украина после её вхождения в эту организацию должна будет принимать предписанное ей количество переселенцев из Азии и Африки - либо же платить за каждого непринятого громадный штраф. В результате раскрытия этого плана разражается грандиозные политический скандал; проевропейское правительство Украины уходит в отставку; в Киеве к власти приходят новые люди, отвергающие союз с ЕС. Косвенным следствием является финансовый коллапс ЕС, вызванный невозможность погасить кредиты на непомерные военные и миграционные траты. После чего из Евросоюза выходят, не желая оплачивать чужие долги, страны Вышеградской группы. Возрождается нечто вроде прежнего Варшавского договора. Правительства государств Западной Европы и США, где к власти снова пришла контролируемая сидхами Демократическая партия, пытаются переложить бремя расходов на средний класс, в результате чего оттуда эмигрирует немалое число учёных и инженеров. Илон Маск, потеряв ведущих специалистов, бежавших от разгула преступности, терроризма и новых сверхвысоких налогов в другие страны, принимает предложение правительства Польши, переводит свои производства и сам перебирается туда.
В мире образуются три больших блока. Первый - Западная Европа и США, некогда "страны свободного мира", а ныне олигархии, в которых былая демократия полностью выродилась из-за промывания мозгов у большинства населения с помощью масс-медиа и псевдокультуры, подконтрольных сидхам,; а также негласно поощряемых властями точечных убийств активистов, пытающихся противостоять созданной системе обмана и подавления народа. Второй блок - страны Восточной Европы, правительства которых со всей серьёзностью отнеслись к сообщениям "Мемнона" и приняли ряд законов, препятствующих деятельности агентов сидхов. Третий блок - государства Азии во главе с Китаем, в котором позиции сидхов никогда не были сильны.
Между этими тремя блоками, к которым в той или иной степени примыкают остальные страны, развёртывается ожесточённая борьба, временами доходящая до локальных военных столкновений. Джон Блейк, он же "Мемнон", продолжает информировать правительства и народы о разных пунктах проекта сидхов.
Лучший из миров
Старый профессор, страдающий от неизлечимой болезни, проводит последние дни в своём доме. Он читает и перечитывает научную, философскую, художественную литературу, а в промежутках между чтением размышляет о своей жизни. Однажды ему попадает в руки трактат Лейбница, в котором автор утверждает, что наш мир - лучший из возможных. В приложении к трактату кратко излагается теория Луиса де Молины, средневекового испанского богослова, от которого Лейбниц позаимствовал свои идеи. Де Молина утверждал, что Бог в каждый момент видит все возможные варианты развития событий и выбирает из них наилучший. Тезис Лейбница-де Молина кажется профессору нелепым. Он припоминает события своей жизни, когда он поступал глупо, или опрометчиво, или эгоистично. Развод с женой из-за его оскорбительных слов; уход из дома дочери из-за его грубости; провал важного эксперимента из-за допущенной им описки в теоретических расчётах, и многое другое. Как же можно считать этот мир лучшим, если его так легко можно было бы исправить? На ум профессору приходят читанные им книги о попаданцах, которым после смерти выпадал второй шанс начать жизнь сначала. Листая одну из таких книг, он понемногу погружается в сон,
Проснувшись, профессор обнаруживает себя совершенно здоровым и притом находящимся в новом теле, очень напоминающим собственное его тело в молодости. Он быстро убеждается, что и в самом деле попал в прошлое, в самого себя. То есть ему выпал второй шанс. Он помнит всё, что происходило - вернее произойдёт в его будущем-прошлом мире, и решает, что больше не повторит прежних ошибок.
Он не меняет в целом свой жизненный путь - поступает в тот же вуз, выбирает ту же профессию, женится на той же девушке. Однако, когда наступает памятный ему день их ссоры и разрыва, он гасит начавшийся конфликт; супруги мирятся и отправляются на автомобиле в поездку на курорт. Вот только до места назначения они не доезжают - по его вине автомобиль попадает в аварию и жена погибает. Их единственная дочь, не пережив случившегося, кончает жизнь самоубийством.
Не лучше начинают идти дела и на работе. Теперь, зная где в расчётах содержится ошибка, он не допускает её и построенный аппарат работает. Вот только вскоре он взрывается, убив и покалечив десяток сотрудников.
В произошедшей аварии обвиняют автора разработки, его увольняют; он опускается всё ниже и ниже, лишается квартиры, сбережений, и, в конце концов, усталый и сломленный, оказывается в ночлежке для бездомных, где засыпает.
Проснувшись, профессор обнаруживает себя снова в том же доме, в котором уснул, читая трактат Лейбница-де Молина. С облегчением он осознаёт что всё, привидевшееся ему как якобы "второй шанс", было только сном.