O Simona
Алисиа. История жизни до встречи с Каталиной

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками Юристы. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Читайте также мои "Хроники Фемискира"! O SIMONA!
  
  
  АЛИСИА. ИСТОРИЯ ЖИЗНИ ДО ВСТРЕЧИ С КАТАЛИНОЙ.
  
   - Подсудимый Фанерже.
  Ты обвиняешься в ереси.
  Ересь против сообщества фермеров Колхиды.
  Осознаешь ли ты свою вину?
   - Пусть моих соседей засосет "Черная дыра"! - Отец заорал.
  Потрясает бородой. - Я!
  Йа один поле пахал.
  А они все пользуются.
  Пожинают плоды трудов моих.
  Не люди, а - черти.
  Черти из Черной Дыры.
  Даже ещё хуже!
  Они - шпионы!
  Вражеские шпионы.
  "Отец!
  Что же он творит? - Я опустила головку. - Он нарочно провоцирует судью.
  Папа хочет, чтобы нас сослали.
  Куда подальше отправят.
  Он давно хочет улететь.
  Подальше с нашей планеты
  Потому что ему здесь не прёт.
  Он ленивый.
  Ничего не умеет.
  Но обвиняет во всём соседей.
  Он, разве вспахал поле?
  Я вспахивала.
  Как лошадь.
  И на лошади.
  А отец в это время сидел в корчме.
  Громил несуществующих шпионов.
  Осуждал местных купцов.
  Потому что купцы не хотели давать ему в долг.
  Хлеб больше не давали.
  Потому что он не платил по долгам.
  Поэтому отец решил, что все его обижают.
  Он один - Правда жизни.
  И ещё покажет своим обидчикам.
  Типа поселится на новой планете.
  Вот таааам он развернется!
  Так думал мой отец.
  А жену свою даже не спрашивал.
  И нас.
  Мою сестру Аню.
  И братьев Дункана и Сантьяго.
  Отцу наплевать на нас.
  Для него важна только Правда.
  Его Правда.
  Но улететь сам он не может.
  Придется оставить хозяйство.
  А, если нас вышлют...
  Сошлют, то - как бы отец сам не виноват!
  Он - жертва.
  Жертва произвола.
  И насилия жертва.
  Вот и затеял склоку.
  Даже трепещет".
  Я наблюдала, словно со стороны.
  Хотя меня касается в первую очередь.
  Мне уже восемнадцать.
  Я должна жить отдельно.
  Мои подружки повыскакивали замуж.
  У нас рано женятся.
  Потому что девушка в семье - дополнительная работница.
  Лишь я одна противилась.
  Ко мне сватались.
  Но я всем женихам отказывала.
  Потому что
  
  ЧТО-ТО НЕПРАВИЛЬНОЕ КРОЕТСЯ В ЖЕНИТЬБЕ.
  
  По крайней мере, я так считаю.
   - Фанерже!
  Ты приговариваешься к изгнанию.
  На Планету Дырды.
  Вместе с твоей семьей! - Судья стукнул молотком по столу.
  "Нас-то за что?
  Ссылал бы одного моего отца". - Я подумала.
  Смотрела на судью.
  Он, словно прочитал.
  Мои мысли прочитал.
  Отвернулся.
  Моя матушка грохнулась в обморок.
  Аня и Дункан подбежали к ней.
  Пытались поднять.
  Отец даже не взглянул на жену.
  Он был занят.
  Обличал судей.
   - Вы изгнали меня! - Отец потрясал кулаком. - Я вернусь!
  Во всём своём величии прилечу!
  Вот тогда приползете!
  На коленях ко мне поползете.
  Умолять меня будете... - Отец задрал бороду.
  Все начали расходиться.
  Спектакль окончен.
  Маменька поднялась.
  Я же стояла.
   - Алисиа!
  Пойдём! - Брат Сантьяго взял меня за руку.
   - Сантьяго!
  Мне и здесь хорошо.
   - Всё равно прогонят! - Сантьяго опустил голову. - Теперь я не могу общаться с Бьянкой.
  Может быть, на новом месте найду себе подругу.
  Другую девушку.
   - На планете с названием Дырды не может быть ничего хорошего! - Я, словно наколдовала.
  
  УЛЕТАЙ, НО МОЛЧИ.
  
  Судебные приставы загрузили наш космокатер.
  Оставили нам только необходимое.
  По их мнению необходимое.
  Остальное забрали себе.
  И...
  Нас силовым лучом швырнуло.
  Или вышвырнуло.
   - Ловко я их! - Отец лежал на мешках с картошкой. - Они испугались. - Он сделал глоток из фляжки.
  Подкрепил свой дух.
  Мы молчали.
  Что мы могли сказать?
  В нашей Префектуре Галактик Империи мужчина - главный в семье.
  Без отцовского слова мне даже паспорт не выдадут.
  Космокатер трещал.
  Но держался.
  Кажется, что он жалел нас.
  
  Вскоре мы прибыли.
   - Ну и местечко! - Я открыла ротик.
  Стояла завороженная.
  Завороженная - в плохом смысле.
  В самом плохом. - Гигантские деревья.
  Туман.
  Сучья деревьев - как руки.
   - Зато - тепло! - Отец воодушевился. - Можно экономить на одежде.
  И дрова не надо колоть.
   - А на чём я буду готовить? - Мама подала голос.
  Впервые после суда.
   - Женевьева! - Отец обнял её. - Мы свободны!
  Свободны от общества!
   - Свободны от благ Империи, - я процедила сквозь зубки.
  К счастью, отец не услышал меня.
  Но сестричка и братики захихикали.
  Отец обернулся на смех.
   - Что встали?
  Глаза выпучили!
  Принимайтесь за работу!
  Аня!
  Выгружай вещи.
  Алисиа!
  Дункан!
  Сантьяго! - Идите лес рубить.
  Нам нужна площадка.
  Пространство для поля.
  И для дома.
   - Да, папа, - я подхватила топор.
  Дункан и Сантьяго взяли пилу.
  Двуручная пила.
  Называется "Дружба".
  
  ДРУЖБОЙ МОЖНО РАСПИЛИТЬ МНОГОЕ.
  
  Мы потащились в лес.
  Отец остался около космокатера.
  Пел маме, как хорошо мы заживем.
  И что у нас будет!
  И, как мы потом отомстим судье.
  И всем-всем-всем отомстим!
   - Может быть, мне надо было выйти замуж?
  Ещё там! - Я пробурчала.
   - Спохватилась, Алисиа, - Сантьяго пнул гриб.
  Странный гриб.
  Синий.
  С красными наростами. - Теперь будем жить воспоминаниями.
  Что нам надо было сделать.
   - Здесь начнем рубить? - Дункан - самый деловой из нас.
  И самый ответственный.
  Он остановился около дерева.
  Могучее дерево.
  В три обхвата.
   - Дункан, - я постучала топором ко коре дерева. - Оно - словно железное.
  Или каменное.
  
  КАМЕННОЕ ДЕРЕВО НЕ СПИЛИШЬ.
  
   - Но мы должны... - Дункан почесал затылок.
   - Братик!
  Я, наверно, в папу пошла.
  Характером, - я пошутила.
  Шутка неуместная. - Я лучше обойду, чем полезу напролом. - Я двинулась вперед. - Пока мы будем расчищать площадку - состаримся.
   - Мне кажется, что, если и срубим дерево, то оно сразу же вырастет, - Сантьяго поддержал меня.
  
  БРАТЬЯ - СТОЛБЫ В ДОМЕ СЕСТРЫ.
  
  Мы шли долго.
  Наверно, целую милю.
  В непроходимом лесу миля растягивается до вечера.
  К счастью, над планетой кружились две звезды.
  Ночей, наверно, на Дырды нет.
   - Здесь будет город заложен! - Я вышла на опушку.
  Ну да, ну да.
  Как бы пространство.
  Много места.
  Но оказалось, что дальше - болото.
   - Зато на болоте деревья не растут, - Дункан пошутил.
  Или сказал серьезно.
   - Мокровато! - Сантьяго подпрыгнул.
  Опустился по колени в землю. - Земля слабая.
  Болотистая местность.
  И дальше - настоящее болото...
   - Я устала! - Я выбрала сухое место.
  Упала.
  Раскинула руки в стороны.
   - Я сбегаю за отцом, - Сантьяго озаботился.
   - Сантьяго!
  Отец нам новое дело придумает, - Дункан наклонился. - Я лучше поищу, что поесть.
  Папенька же нас не накормит.
  Скажет, что надо экономить.
  А сам всё сожрет.
   - Дункан, - я протянула лениво. - Нельзя ругать главу семейства.
  И мы засмеялись.
  Захохотали.
   - Ягоды!
  Красные. - Дункан набрал гость ягод.
  Забросил в рот. - Кислые.
   - Может быть, они не съедобные, - Сантьяго, тоже собирал ягоды.
  
   - КОГДА ГОЛОДНЫЙ, ТО ВСЁ - СЪЕДОБНОЕ!
  
  Я поднялась.
  Вглядывалась в траву.
  Ягод оказалось много.
  И не только красные.
  Я попробовала сначала красненькие.
  Затем - голубые.
   - Голубые ягодки сладкие! - Я сделала открытие.
   - С голоду не умрем! - Братья оживились.
   - Может быть, не всё так плохо.
  На Дырды.
   - Интересно, - Сантьяго вглядывался в болото. - Из болота чудища вылезают?
  В тумане?
  В галосериалах в болоте нечисть водится.
   - Чудища нам не опасны, - я зевнула.
  Прикрыла ротик ладошкой. - Монстры опасны только для изнеженных туристов.
  У нас топор.
  И пила "Дружба".
  Монстры нас боятся.
  Потому что мы их зажарим.
  И съедим.
  
  БЕДНЫХ ВСЕ ОПАСАЮТСЯ.
  
   - Проверю! - Дункан срубил палку.
  Смело отправился к болоту. - Может быть, здесь рыба водится.
  Или болотные зверюшки. - Он перепрыгивал с кочки на кочку.
   - Алисиа? - Сантьяго присел ко мне.
   - Да, братик.
   - О чём ты мечтаешь?
   - Йа?
  Сантьяго!
  Ну, ты и спросил.
  Я - девушка.
  О чём девушки мечтают?
  О богатых женихах!
   - Алисиа.
  У тебя были женихи.
  Много.
  Ты - красивая.
  Глаза большие.
  Почему ты ТАМ не вышла замуж?
   - Я же сказала - мне богатого нужно.
   - Сусек?
  Разве он не богатый?
   - Сусек? - Я засмеялась. - Сын мельника?
  Какой же он богатый?
  Мельница.
  Осёл.
  Водяная плотина.
  Вот и всё богатство.
  И то...
  Оно отцу Сусека принадлежит.
  Отец найдет себе новую жену.
  Родит еще одного наследника.
  И Сусек - по боку пойдет.
  И я с ним вместе.
  Нет!
  Мне нужен по-настоящему богатый!
  Как в галосериале!
  Чтобы я не голодала.
  Голодные девушки - злые!
   - Алисиа.
  Мне кажется, что ты не хочешь жениха.
  Как отец не хочет хорошей жизни.
  Ты сама не знаешь, что тебе хотеть!
   - Сантьяго! - Я поднялась.
  Сбросила жука с платья. - Ты - философ!
  Знаешь, чем философы заниматься?
   - Неа.
   - Философы разводят костёр.
  Огонь нам нужен.
  В любом случае.
   - Понял!
  Иду за дровами.
   - Где Дункан? - Я приложила ладонь ко лбу. - Сражается.
  С кем-то.
  Кто-то из болота вылез.
  Дункан его палкой бьет.
  Беги.
  Помоги брату.
   - Дункан!
  Я иду! - Сантьяго схватил пилу.
  Помчался по кочкам.
  В туман побежал.
   - Без меня не справятся, - я подняла топор.
  Осторожно подошла к болоту.
  Когда я допрыгала...
  Допрыгала по кочкам, всё было кончено.
  
  ДЕВУШКА ПРИХОДИТ ПОСЛЕДНЕЙ И СТАНОВИТСЯ ПЕРВОЙ.
  
   - Братики!
  Что у нас? - Я вытянула шею.
   - Мы сами не знаем, - Дункан запыхался. - Оно схватило меня за ногу.
  Я ему палкой в глаз ударил.
  Потом добил.
   - Что-то среднее между медведем и акулой! - Сантьяго опустил пилу. - Дункан.
  Сначала его распилим.
  Чтобы он не ожил.
  И по кускам легче нести на берег.
   - Возьмите топор!
  Я сбегаю за отцом.
  Всё же мы - семья!
  Одна большая семья. - Я вернулась на берег.
  Но...
  За отцом идти не пришлось.
  Он вышел из чащи.
  Во всей своей силе мужской появился.
  В бороде запутался мох.
  Отец нашел нас по генному следу.
  Компас на генный след.
  За отцом тащились мама и Аня.
  С мешками.
  Им было тяжело.
  Отец не помогал.
  У него руки были заняты.
  Фляжкой заняты.
   - Алисиа!
  Бездельничаете?
  Я же сказал - лес надо рубить.
   - Папенька! - Я пропищала. - Мы нашли свободное место.
  
  ЗАЧЕМ РАСЧИЩАТЬ ПОЛЯНУ, ЕСЛИ УЖЕ ПОЛЯНА ЕСТЬ?
  
   - Вам бы лишь мне перечить! - Отец присел.
  Выбрал моё насиженное сухое местечко.
  Теплое.
   - Здесь ягодки!
  Вкусные! - Я подластивалась к отцу.
   - Аня!
  Собери ягод! - Мама сбросила мешки.
  Вытерла пот со лба.
   - Дункан и Сантьяго дичь...
  Дичь принесут.
  Будет у нас пир! - Я улыбалась.
  Жизнь налаживалась.
  Только почему-то мне тошно.
  
  ДЕВУШКЕ ВСЕГДА НЕ ХВАТАЕТ.
  
  Через день у нас были хижины.
  Одна общая хижина.
  И по хижине на каждого.
  Палки.
  Сухой камыш.
  Вот и весь дом.
  Я сажаю картошку.
  Занимаюсь огородом.
  Мама готовит еду.
  Братья еду ловят.
  Сестра Аня еду находит.
  Еду, которая не бегает.
  Ягоды.
  Грибы.
  Дикие яблоки.
  Отец даёт советы.
  Ценные советы.
  Скукотища...
  Четвертый день всё изменил.
   - Я пойду! - Отец расправляет плечи. - Посмотрю, что в округе.
  Может быть, рядом деревни.
  Или город.
  Нам должны помогать.
  Хоть деньгами.
  У меня семья многодетная!
   - Папенька!
  Ты можешь слетать.
  На космокатере! - Я дала совет.
  Дельный совет.
  Но отец обжёг меня взглядом.
   - Алисиа!
  Тебе бы только расточительствовать.
   - Ну да, ну да!
  В роскоши я живу.
  Платье всё в дырах.
  Стыд через дыры виден.
  Стыд и срам.
   - Алисиа! - Отец прищуривается. - Мы - семья.
  Все свои.
  Некого стесняться.
   - Вот ты и не стесняешься! - У меня вырвалось.
  Напрасно я загорелась.
  Не к добру. - У тебя из штанов твои муди вываливаются.
  Никого не стыдишься.
  Между прочим, я - девушка.
  И Аня...
  Если тебе на других наплевать.
   - Алисиа! - Мама на меня прикрикнула. - Не смей на отца голос повышать!
  Не критикуй.
  Фанерже для нас всё делает!
  Мы по гроб жизни должны быть благодарны.
   - Да.
  Сгоряча я сказала! - Я опускаю голову.
  
  ЧТОБЫ НЕ ПОТЕРЯТЬ ГОЛОВУ, НУЖНО ЕЁ СКЛОНЯТЬ ПОЧАЩЕ.
  
   - Алисика! - Папенька воодушевляется. - Откуда вольностей понабралась?
  Связи с внешним миром у нас нет.
  Дурь в твоей голове.
  Откуда она берется?
   - Я буду покорная, - я пропищала.
  На меня смотрят с жалостью.
  И с сочувствием смотрят.
  Но отец уже разогнался:
   - Я тебя кормлю.
  Пою.
  Образование тебе дал.
  Привез на чудесную планету.
  Ты же - неблагодарная!
  А, может быть, - отец понизил голос.
  
  ТЕМ ТИШЕ ГОЛОС, ТЕМ БОЛЬШЕ К НЕМУ ПРИСЛУШИВАЮТСЯ.
  
   - Алисия!
  Не связалась ли ты с врагами?
  Они тебе в уши гадости шепчут?
   - Откуда здесь враги? - Дункан заступается за меня. - На эту планету даже враги брезгуют прилетать.
   - Заговор! - Отец обрадовался. - Я узнаю, откуда ноги растут.
  Найду смутьянов.
  Враги моим детям непристойности шепчут.
   - Фанерже, - мама вступает.
  Робко. - Алисиа дело говорит.
  Слетал бы ты.
  Зачем ноги по лесу тратить?
  У нас ещё одна канистра топлива осталась.
  Для космокатера.
  Канистра спирта.
   - Канистра спирта? - Отец смотрит на небо.
  Почесал шею. - Дырка была в канистре.
  Спирт испарился. - Он почти кричит.
  Корежит папу.
  Мы понимаем, куда испарился спирт.
  Отец всё выпил.
  Топливо для космокатера вылакал.
  Но вслух не говорим.
  
  НЕ НАДО ЗЛИТЬ РАЗОЗЛЕННОГО.
  
  Авторитет главы семейства незыблим.
  Вообщем, отец направляется на поиски.
  Поиски врагов.
  А враги, как известно, по кабакам сидят.
   - Аня.
  Маменька.
  Сантьяго.
  Дункан. - Я подождала, пока вопли отца не затихнут.
  Затихли в лесу. - Я прослежу за отцом.
  Мало ли что он натворит.
   - Может быть, лучше я? - Дункан засомневался. - Алисиа.
  Ты всё-таки девушка.
   - Хорошо сказал, - я фыркнула. - Я - всё-таки девушка.
  Поэтому мне нужен жених.
  Я должна успеть.
  А то отец всех женихов распугает.
   - Алисиа!
  Осторожнее там! - Мама кричит мне вслед.
  
  ТЕМ, КТО ЖИВЁТ НА БОЛОТЕ, БОЯТЬСЯ НЕЧЕГО.
  
  Я направляюсь за отцом.
  Следить за ним легко.
  Потому что он шумит.
  Буянит.
  Нечем похмелиться.
  "Лучше бы папенька пил болотную воду, - я думаю. - Бесплатно.
  И много.
  Но - нет.
  Ему аудитория нужна!"
  Отец все же идёт по компасу.
  Генный компас обнаружит людей.
  Папенька может прибедняться.
  Но без поддержки в лес не потащится.
  Мы идём долго.
  Я исцарапала ноги.
  Босиком по еловым иголкам идти колко.
  Обуви у меня нет.
  Где же её взять?
  Но я знаю, что я - красивая.
  Поэтому не унываю.
  Нууууу.
  Как не унываю.
  Не совсем отчаялась.
  
  ЗАМУЖ В ЛЮБОМ МЕСТЕ МОЖНО ВЫЙТИ.
  
  За кого-нибудь.
  Мы пробираемся часа четыре.
  Затем выходим на дорогу.
  Странная дорога.
  Две колеи.
  Через определенные промежутки лежит лошадиный навоз.
   - Дикая планета, - я понимаю. - На лошадях ездят.
  Хотя иногда в небе появляются точки космолётов.
  Но земля и небо здесь не дружат.
  Вскоре мы выходим к деревне.
  Деревня или город.
  Я подобные в галосериалах видела.
  Деревянные дома.
  Ни намека на мощенную дорогу.
  Люди...
  Потрёпанные.
  Моё платье не выделяется.
  Не выделяется из общего праздника лохмотьев. - Я поворачиваю голову.
  На меня таращился мужик.
  На голове у него что-то меховое.
  Истертый мех шапки.
  На голое тело наброшена мешковина.
  Штаны короткие.
  С дырками.
  К ступням привязаны дощечки.
  Так что я и папенька вписались.
  Вписались в общую картину.
  Мы прошли дальше.
   - Чужие!
  Чужие! - За нами побежали мальчишки.
  Швыряют в спину комки грязи.
  
  ГРЯЗЬ К ГРЯЗИ НЕ ПРИЛЕПАЕТ.
  
  Я делаю вид, что подвернула ногу.
  Самый быстрый пацаненок догоняет меня.
  И...
  Тут я его хватаю.
  Вывернула ухо.
   - Мальчик!
  Я с тебя сейчас скальп сниму! - Я зашипела. - Голову оторву.
  Я - ведьма! - Я отпускаю парня.
  Потому что от него воняет.
  А после моих слов завоняло еще сильнее.
  Он бросился бежать.
  Остальная компания ржёт.
  Ржёт над ним.
  Больше в нас не бросают грязью.
  Пока я разбиралась с обидчиками, отец разбирался с обстоятельствами.
  Хватка у него есть.
  За всю дорогу отец ни разу не обернулся.
  Не видел, что я иду за ним.
  Даже не подозревает, что я рядом.
  И теперь он о чём-то разговаривает с мужиком.
  Местный мужик толстый.
  Брюхо вылезает на сто миль.
  На шее - золотая цепь.
  Сразу видно - богач!
  Я прячусь за телегу.
  Телега с горшками.
  Разговор я не слышу.
  Зато всё прекрасно вижу.
  Толстяк смеется.
  Отец ему протягивает перстень.
  Перстень моей мамы.
  Мама очень дорожила перстнем.
  Он достался ей по наследству.
  Семейная реликвия.
  Мама клялась, что никогда...
  Ни при каких обстоятельствах она не продаст перстень.
  Не продала.
  Муженек просто украл перстень у неё.
  
  КТО НЕ РАБОТАЕТ, ТОТ - ВОРУЕТ.
  
  Мужик и мой отец засмеялись.
  Затем - ржут.
  Оба довольны сделкой.
  Хлопнули друг другу по рукам.
  К отцу перекочевал мешочек.
  В мешочке, явно, монетки.
  Отец светится счастьем.
  И прямиком направляется в кабак.
   - Кто бы подумал... - Я зашипела зло. - Вместо того чтобы купить топливо для космокатера...
  Или еду для нас.
  И всё необходимое...
  Папенька пошел пропивать.
  Впрочем, - я закусила губу. - Кто я?
  Я - девушка.
  Фанерже - мой отец.
  Я не имею права его осуждать.
  Наверно, я испорченная.
  Плохая я...
  Кабак найти легко.
  
  КАБАК САМ СЕБЯ ОБОЗНАЧИТ.
  
  Из заведения слышатся голоса.
  Работнички отдыхают.
  С утра до вечера отдыхают.
  А по ночам набираются сил перед новым отдыхом.
  Из дверей вылетает мужик.
  Наверно, не по своей воле.
  А по воле пинка кабатчика.
  Мужик носом пропахал землю.
  И...
  Заснул.
  Умиротворенно спит.
  Наверно, еще в полёте заснул.
  Посредине улицы.
  В луже с навозом.
  К нему подходит хрюшка.
  Улеглась рядом.
  Даже не сердится, что мужик занял её лужу.
  Мой отец уже вошёл в кабак.
  И я слышу его голос.
  Голос победителя:
   - Привет всей честной компании!
  Кабатчик!
  Налей всем!
  Я угощаю!
  
  УГОЩАЮТ ТОЛЬКО ЗА ЧУЖОЙ СЧЕТ.
  
  В данном случае за счет моей мамы.
  Я поднимаюсь по ступенькам.
  Деревянные ступеньки скрипят.
  Останавливаюсь у окна.
  Окно без стекол.
  И подслушиваю.
  "Моя задача - чтобы отец не все деньги спустил", - я решила.
   - Что, мужики? - Мой отец председательствует.
  Он заслужил должность спикера.
  Потому что всех поит. - Плохо живется?
  Мы батрачим.
  А богачи наших жен...
  Я не расслышала, что богачи делают с чужими женами.
  Потому что слова моего отца потонули в радостных воплях.
  Работнички поддерживают отца.
  
  БОЛЬШЕ ВСЕХ ВОЗМУЩАЕТСЯ ТОТ, КТО МЕНЬШЕ ВСЕГО ДЕЛАЕТ.
  
   - Подслушиваешь?
  Или подглядываешь? - За моей спиной раздаётся грозное.
  Я резко оборачиваюсь.
  На меня смотрит девушка.
  Моя сверстница.
  Её глаза сверкают.
  И дыры в платье тоже сверкают.
  Так что у нас - много общего.
  Разве что она была брюнетка.
  Жгучая брюнетка.
  А у меня волосы белые.
  Снежные волосы.
  И голубые глаза.
  У девушки же - зеленые глаза.
  И белая кожа.
  Неестественно белая.
  Впрочем, как и моя.
  Я молчу.
  Потому что всё, что я скажу, будет использовано против меня.
   - Ты с моего брата хотела скальп снять.
  Волосы вместе с кожей.
  Я тебе сейчас твои волосы повыдираю.
  Вместе с кожей.
   - Пусть в следующий раз подумает, - я отвечаю с вызовом. - Мужчины должны в девушек золотом швыряться, а не грязью.
   - Ого! - В глазах девушки мелькает удивление.
  Она хотела драться.
  Но уже колеблется. - Где же ты мужиков с золотом найдешь?
   - По крайней мере, не здесь.
   - Чужая?
   - На Дырдыре все чужие.
  Волею судеб мы оказались здесь.
   - Ты богатая?
   - Богатая, - я киваю. - На моём платье больше дыр, чем на твоём.
  Если судить что дыры - богатство, то - да!
  Я богаче тебя.
   - Вилета! - Девушка протягивает руку.
  Лёд между нами плавится.
  
  ЕСЛИ НЕЧЕГО ДЕЛИТЬ, КРОМЕ ДЫРОК НА ПЛАТЬЕ, ТО НАЧИНАЕТСЯ ДРУЖБА.
  
   - Алисиа! - Я пожимаю её ладошку.
   - Твой отец? - Вилета кивает в сторону кабака.
   - Ага.
   - Выпивает?
   - Нет.
  Пьёт.
  Хлещет.
  Я за ним слежу сейчас.
   - А мой отец смотался.
  Девять лет назад.
  Оставил нас.
  Живем с мамой.
  Три сестры и два брата.
   - А у нас - я, сестра Аня, Дункан и Сантьяго.
  И мама.
   - Хлеб хочешь?
   - Хлеб?
  У тебя есть? - Я распахиваю глаза. - Мы на болоте живём.
  В лесу.
  О хлебе только мечтать можно!
   - Пойдём, - Вилета спускается по ступенькам.
  Походка её легкая.
  Будто Вилета летит. - У меня найдется пара горбушек.
  Я их прячу в кустах.
  А то мужики отнимут.
   - Мужики?
  Они отнимают еду у девушек?
   - У нас свобода!
   - Мой отец любит свободу.
   - Только свобода - однобокая.
  Кто сильнее, тот и - свободен.
  Мужики напьются в кабаке.
  Деньги на закуску не тратят.
  Потом шастают.
  Ищут, где бы поесть.
  У девушек отобрать хлеб легче, чем у женщин.
   - Спасибо, что просветила, - я была в замешательстве.
  Даже остановилась.
  Но Вилета уже тащит меня.
  За руку ведет.
  Около дороги растут кусты.
  С огромными колючками кустарник.
  Вилета встаёт на четвереньки.
  Короткое платьице задралось.
  Просунула руку.
  Начала шарить.
  Наконец, извлекает две горбушки хлеба.
  Роскошь!
  
  ДЛЯ НИЩЕГО ВСЁ - РОСКОШЬ.
  
  Черный хлеб.
  Вилета сдула с него муравьев.
  Один кусок хлеба протянула мне.
   - Ешь!
  А то худющая.
  Не за что взглядом зацепиться.
   - Кому надо - зацепится! - Я отвечаю не зло. - Вилета!
  А на вашей планете женихи есть?
   - Кому и медведь - жених! - Вилета смеется.
  Вдруг, на нас падает тень.
   - Хаваете?
  Вилета!
  Делиться надо! - Тень протягивает руку к хлебу Вилеты.
  Но Вилета отпрыгивает.
  Ловко у неё получается!
  Я даже рот распахнула.
  Стояла с раскрытым ртом.
  А тень превращается в парня.
  Парень - картинка!
  Русые волосы вьются.
  Лицо свежее.
  Торс - как у Аполлона.
  Я Аполлона пару раз видела.
  В мраморных статуях.
  И...
  Статуя Аполлона выхватывает хлеб у меня.
   - Отдай!
  Я пискнула.
  На глаза навёртываются слёзы. - Мой хлеб.
   - Было ваше - стало наше! - Парень заржал.
  Вилета смотрит на меня.
  В её взгляде смешались жалость и сожаление.
  "Вилета жалеет хлеб?
  Или меня жалеет?
  Сожалеет о хлебе?
  Или обо мне сожалеет?"
  Внезапно Вилета падает.
  Я даже не поняла, что произошло.
  Настолько Вилета двигается стремительно.
  Словно метеорит.
  Правой ногой в подкате она подбила под коленку парня.
  Под левую его коленку...
  Вскочила.
  И у падающего парня забирает мой хлеб.
  Передаёт мне.
  Я тут же засовываю горбушку в рот.
  
  ПАРНЕЙ МНОГО, А ХЛЕБ - ОДИН.
  
   - Вилета! - Парень стоит на коленках.
  Отплевывается. - Ты - мразь!
  Ты украла мой хлеб.
   - Фуфельт.
  Хлеб не твой.
  Ты его украл.
   - Да.
  Но, как только украл, то хлеб стал мой.
   - Логично! - Я быстро-быстро моргаю.
  Проглотила остатки хлеба.
   - Вилета!
  Я больше тебя не приглашу на танец.
   - Толку с твоих танцев.
  Хоть бы один раз репу мне подарил.
   - Я тебя сейчас! - Молниеносно в руке парня сверкнул нож.
  Вилета стоит спокойно.
  Парень сделал выпад.
  Целит в грудь Вилеты.
  Ножом прицелился.
  Убил бы её.
  Но Вилеты на том месте уже не оказалось.
  Она стоит за спиной парня.
  И ладонью бьёт его по затылку.
  Парень падает.
  Словно ему ноги отрезало.
  Я не растерялась.
  Снимаю с его руки часы.
   - Алисиа!
  Бежим! - Вилета качает головкой. - Барбоские по одному не ходят.
  Сейчас все на нас налетят.
   - Барбоские? - Я уже на лету спрашиваю.
   - Из соседней деревни! - Вилета ныряет в кусты.
  Кусты растут на берегу реки.
  Весь берег зарос кустами.
  Вилета ведет меня ровно.
  Лавирует между кустов.
  Знает, где проход.
  Я одна бы застряла в кустах.
  Как сойка бы трепыхалась.
  
  НЕ ЗНАЕШЬ ДОРОГУ - НЕ СУЙСЯ В КУСТЫ.
  
  Мы выходим к воде.
  Ну да, ну да.
  Как это - мы.
  Вилета выходит.
   - Классно здесь! - Я даю оценку. - С трех сторон кустики.
  Небольшой пляж.
  И речка.
  Нас не найдут?
   - Барбоские об этом месте не знают.
  Они не местные. - Вилета сбрасывает с себя лоскуты.
  Сразу заходит в воду.
   - Вилета!
  Ты - стремительная! - Я удивляюсь.
  Но следую ей примеру.
   - Алисиа!
  
  ЧЕМ БЫСТРЕЕ - ТЕМ БЕЗОПАСНЕЕ.
  
   - Я видела.
  Ты - быстрая.
  Как ты ловко этого Базальта вырубила.
   - Фуфельта.
   - Парни не заслуживают нормальных имен. - Я наслаждаюсь купанием. - Сто лет не купалась в реке.
  Мы на болоте живём.
  Скоро мохом обрастем.
  Вода в болоте стоячая.
  Затхлая вода.
  В реке водичка живая.
   - Алисиа?
   - Да, Вилета.
   - Можно, я задам вопрос?
  Лезу не в свои дела.
   - Вилета.
  Девушка, которая вырубает парней...
  Парней с ножами валит...
  Эта девушка имеет право на любой вопрос.
   - Как вы оказались на Дырды?
  У нас же - отстой.
   - Поэтому и оказались.
  Нас сослали в отстой.
  Папа правду ищет!
   - Понятно.
  
  КТО ИЩЁТ ПРАВДУ, ТОТ НЕ РАБОТАЕТ.
  
   - Отец был бы хороший.
  Но пьет.
  Нас ругает.
  Не помогает нам.
  Только вредит.
  Вот, если бы убрать у него плохое...
   - Если с каждого убрать плохое, то останется только хорошее! - Вилета ныряет.
  Вода прозрачная.
  Я вижу, как Вилета ползает по дну.
  Затем она всплывает.
  Вверх попкой всплывает.
  Как поплавок.
  Если, конечно, у поплавка есть попа.
   - Эй! - Я стучу по спине Вилеты.
  Не по попе же её стучать. - Ты дома?
   - Устрицы! - Вилета поднимает головку.
  Тяжело дышит. - Их лучше под водой открывать.
  Иначе закроются.
  Придется камнем долбить.
  А от камня скорлупа крошится. - Протягивает мне заросшее водорослями.
   - Что это?
   - Устрица.
  Ешь.
  Их живыми едят.
  На многих планетах устрицы - деликатес.
  На нашей Дырды они - просто улитки.
   - Не вкусно! - Я морщусь.
  Проглатываю комок.
  Слизкий комок.
   - Зато - питательно! - Вилета выходит на берег.
  Плюхается на песок.
  Я ложусь рядом.
   - Вилета?
  Что за парень Фуфельт?
  Расскажи!
   - Влюбилась?
   - В него невозможно влюбиться.
  Ладный.
  Стройный красавец.
  Но...
  Я тебе дорогу не перейду.
  Я его не полюбила.
   - Барбоские...
  Село Барбос.
  В пяти милях от нас.
  Мы на танцы к ним ходим.
  На дискотеку.
  У нас своих парней, - Вилета загибает пальцы, - раз, два - и - счет закончен.
  Гримерский.
  Фальцетман.
  Остальные не считаются.
  Зато нас - девок - сто штук.
  Ты - сто первая будешь.
   - Я не из вашего села.
  Кстати, как оно называется?
   - Вечные Грязи.
   - Шутишь?
   - Я похожа на шутницу?
   - Очень.
   - К сожалению о названии не шучу.
  Вечные Грязи.
  На Дырды ничего красивого нет.
  Даже названия ужасные.
  Так нарочно делают.
  Чтобы мы страдали.
   - Ты говоришь, как мой папа.
  Он борется против страданий.
   - Алисиа!
  
  ДЕВУШКИ НЕ ДОЛЖНЫ БОРОТЬСЯ, ДЕВУШКИ УБЕГАЮТ ОТ ТРУДНОСТЕЙ.
  
   - Но ты же дерешься.
  Мастерски.
  Парня с ножом уронила.
  Где научилась?
   - Везде, - Вилета отвечает лениво.
  Уклончиво.
   - Не хочешь - не говори! - Я надуваю губки. - Я хотела попросить, чтобы ты меня научила.
   - Алисиа?
  Зачем тебе драться?
   - Чтобы от парней отбиваться.
   - Думаешь, что на тебя парни гурьбой попрут?
   - Вилета.
  Вот, ты сказала обидно.
  Разве я не красивая?
   - Красивая.
  Очень.
  Но ты живешь на болоте.
  Парни на болотах девушек не ищут.
  Барбоские к нам ходят.
  В трактир.
  А потом мы - к ним.
  На дискотеку.
  Равновесие!
  Ты же - по боку.
   - Я вырвусь.
  Улечу с вашей дурацкой планеты.
   - Алисиа.
  Теперь планета и твоя.
  Все хотят смотаться отсюда.
  Но мужики в кабаках оседают.
  Женщины - в детях путаются.
   - Я не все!
   - Ты интересная! - Вилета разглядывает меня. - Худощавая...
   - Не менее худая, чем ты.
   - Но у тебя мышцы тренированные, - Вилета проводит пальчиком по моему бедру.
   - Я с утра до вечера работаю.
  Тяжести таскаю.
  Копаю картошку.
  
  КТО ПО ФИТНЕСАМ ЖОПУ КАЧАЕТ, А КТО - ПО ОГОРОДАМ.
  
  Я встаю на четвереньки.
  Роюсь в своих лохмотья.
  Достаю часы.
   - Возьми!
  Я с Фуфельта часы сняла.
  В компенсацию за хлеб.
  Вернее - в уплату.
   - Фуфельт будет недоволен.
  Начнет мстить.
   - Пусть приходит.
  На болото.
  Ко мне.
   - Не один придет.
   - Сдай часы.
  Я видела вашего барыгу.
  Мой отец продал ему кольцо.
  Кольцо моей матушки.
  Она взбесится, когда узнает...
   - Вот, откуда у него деньги на кабак! - Вилета забирает часы. - Алисиа!
  Теперь мы в доле.
  Я продам часы.
  Деньги поделим.
  И против Фуфельта вдвоём встанем.
   - А, если он тебя замуж позовёт?
   - Он, что?
  Ненормальный?
  Есть девушки более богатые, чем я.
  Например, Бьянка.
  У её отца телега и лошадь!
  Только ненормальный будет свататься ко мне.
  Да и не пойду я за Фуфельта.
  Он - красавец!
  Но - скукотища.
  
  ДАЖЕ КРАСАВЦЫ МОГУТ ПРИЕДАТЬСЯ.
  
  Я не позволю мужикам копаться во мне.
   - И что?
  Никаких других женихов нет у тебя на примете?
   - Увы.
  Нет.
   - Я думала, что тебя стоит только пальцем поманить.
  И ты забудешь обо всём на свете!
   - Я выгляжу доступной? - Вилета застыла.
  Потом сказала. - Да.
  Я доступная.
  Меня поманят.
  И я сорвусь с места.
  Потому что, - Вилета говорила с нажимом, - я хочу, чтобы меня поманили.
  Чтобы позвали меня - жду.
  Но не Фуфельт.
  За Фуфельта выйду, если будет необходимо.
  Крайняя необходимость.
  На уровне безысходности.
  Мне нужен человек.
  Уважаемый друг.
  Или подруга.
  Мои друзья должны делить со мной ответственность.
  Думаешь, что я хочу всё нести на своих плечах?
   - Да, - я отвечаю тихо. - Так я и думаю.
   - Алисиа, - Вилета смотрит на меня.
  Долго глядит.
  Пристально.
  Затем погладила по плечу.
  Я отшатнулась.
  Невольно отшатнулась, словно она хотела меня ударить.
  Лицо Вилеты стало мраморным.
  Она закусила губу.
  Я протягиваю руку.
  В знак примирения.
  Молча прошу прощения.
  За свою резкость извинялась.
  Но Вилета не видит моего раскаяния.
  Она присела.
  Произнесла приглушенно:
   - Алисиа!
  Ты - красивая.
  Ты могла бы стать гало актрисой.
  Но ты - дура-дурой.
  Как и я.
   - Поэтому мы подружились.
   - Алисиа?
  Мы подруги? - Брови Вилеты взметнулись вверх.
  
  ИЗ БРОВЕЙ МОЖНО ДОМИК ПОСТРОИТЬ.
  
   - Вилета.
  Ты считаешь меня дурой.
  Я могу отправляться на болото?
  Я от тебя не ожидала неприятия.
   - Алисиа, - Вилета выругалась.
  Злобно. - Я устала.
  Устала нянчиться.
  С родными.
  С тобой.
   - Я не просила.
  Но знай.
  Если ты попадешь в беду, то я приду на помощь.
   - Твои слова дорого стоят, - Вилета закусывает губу. - Алисиа?
   - Да, Вилета.
   - Ты моему брату сказала, что ты - ведьма.
  Правда?
   - Что, правда?
  Что я сказала, что я ведьма?
  Или, что твоему брату сказала?
  Полуправда.
  Я не ведьма.
  Но твоего брата напугала.
  Вилета!
  Ты же не глупая.
  В отличие от меня, - я нарочно напоминаю, что она назвала меня глупой. - Ведьм не существует.
   - Для того, кто не верит - да.
  Алисиа!
  Как большинство глупых...
   - Да!
  Я глупая!
  И горжусь своей глупостью.
  
  ГЛУПОСТЬ УКРАШАЕТ ДЕВУШКУ.
  
   - Тебе лишние украшения не нужны.
   - Вилета.
  Ты уже в который раз называешь меня красивой.
  Зачем?
   - Ты даешь волю своему языку.
  Опасно играешь, Алисиа.
   - Я вижу, что ты отлично знаешь игры.
   - Знаю.
  И лишний раз убеждаюсь на примере тебя.
  Ты ждала, что я брошусь в твои объятья.
  Как подруга?
   - Вилета! - Я встаю на четвереньки.
  Как собака.
  Собака, которая вот-вот набросится. - Ты же ждешь момента, чтобы поколотить меня.
  Давай!
  Начинай.
  Не ты первая.
  Я привыкла к побоям.
  Меня колотили братья.
  Когда я была маленькая.
  Отец хлестал меня прутьями.
  По голой попке стегал.
  Теперь ты.
  Научилась где-то боевому искусству.
  И гордишься.
  Словно оно ставит тебя выше, чем я.
   - Алисиа!
  Мы на самом дне находимся.
  Все выше, чем мы.
   - Я вызываю у тебя раздражение?
  С первых минут встречи?
  Ты недовольна мной?
  Думаешь, что я позволю?
  Нет, Вилета.
  Не выйдет. - Я поднимаюсь.
  Пытаюсь натянуть платье.
   - Алисиа?
  Тебя возбуждает ругань?
  Ты нарочно устроила скандал?
  Чтобы возбудиться?
   - Чтооо?
  Ты обалдела?
   - Тебя выдают груди.
  Соски поднялись.
  Груди стали резиновыми.
   - Моё тело - не твоё дело!
   - Ты просто используешь меня.
  В своих целях.
   - Вилета!
  Ты - сумасшедшая.
  Мне на болоте спокойнее.
  Может быть, мы продолжим общаться.
  Только не сейчас.
  Сейчас у меня нет желания с тобой быть.
   - Алисиа.
  У тебя никогда не будет времени.
  
  ВРЕМЯ НИКОМУ НЕ ДАЁТСЯ.
  
   - Умная ты.
  Очень. - Я киваю.
  Сурово. - Ты разозлила меня.
  Ты должна была меня понять.
   - Понять и простить? - Вилета ухмыляется.
   - Причем здесь. Понять и Простить?
   - Из галосериала "Грех и падение чиновника Бе".
  Ты, разве, не смотрела?
   - В нашей семье запрещено смотреть сериалы.
  Отец говорит, что в сериалах нет правды.
  Ничего не смотрим.
  И не на чем.
  Я могла бы притворяться, что я из благополучной семьи.
  Но
  
  КАК ЕСТЬ, ТАК И ВСТАНУ.
  
  "Мне надо остановиться, - я подумала. - Но меня понесло.
  Наверно, потому что я давно не общалась с подругами".
   - Вилета!
  Я знаю, что ты ждешь от меня.
   - Что?
   - Я новенькая.
  Чужая.
  На мне можно ездить.
  Я не знаю, как вести себя в обществе.
  Не знаю правил вашей Планеты.
  Я тоже устала.
  Устала от безысходности.
  Девушка должна отдыхать.
  И наслаждаться.
  Я же имею противоположное.
  Я боюсь всех.
  Кругом авторитеты.
  Ты любишь соперничество.
  Я же люблю победу.
  Чистую победу.
   - Алисиа!
  Мы с тобой не соперницы.
   - В самом деле?
  И тебе от меня ничего не нужно?
   - Нет.
  Не нужно.
  Если ты считаешь по-другому, то бейся головой о стену.
   - У нас нет стен, - я засмеялась.
  Нервно. - Мы живем в хижинах.
  Из палок дома.
  И из камышей.
   - Да?
  Может быть, тебе лучше выйти замуж?
  И уедешь в Барбосы?
   - Вилета?
  Что я слышу?
  Услышанное потрясло меня!
  Я ждала.
  Отчаянно ждала, что ты пойдешь на мировую.
  Мне трудно одной.
  Не с кем поделиться девичьими тайнами.
  Думала, что ты станешь меня успокаивать.
  Отговоришь от глупостей.
  Ты же меня толкаешь на Фуфельта.
  Или под Фуфельта.
  
   - НА ОДНОМ ПАРНЕ СВЕТ КЛИНОМ НЕ СОШЕЛСЯ.
  
   - Да! - Я натягиваю лохмотья. - Больше не хочу тебя видеть. - Я стала продираться сквозь кусты.
  Но...
  Не получается.
  Я же не знаю дорогу в колючках.
  Одного метра мне хватает.
  Я выскакиваю обратно.
  На пляжик.
  Из дырок на коже вытекает кровь.
  Я выдергиваю из себя колючки.
  Вилета смотрит на меня.
  Но, словно меня не видит.
   - Довольна? - Я кричу. - Я не стану просить тебя о помощи.
  Сама найду выход.
  По реке поплыву. - Я прыгаю в воду.
  Плыву по течению.
  Надеюсь, что Вилета окликнет меня.
  Тогда я не откажусь от помощи.
  Но Вилета молчит.
  Не хочет меня возвращать.
  "Я не хотела, - я думаю.
  Проплываю мимо бобров.
  Бобры показывает мне зубы. - Не хотела скандала.
  Но...
  
  ТАМ, ГДЕ Я, ТАМ - СКАНДАЛ.
  
  Я веду себя, как ребенок.
  Избалованный ребенок.
  И всё испортила.
  Но я хотела дружить.
  Очень.
  Вилета мне подходит, как подружка.
  Но я сделала то, чего боялась.
  Собственными мозгами сделала".
  Я слышу хлопок.
  Ко мне плывет бревно.
  Бревно с глазами.
  Глаза желтые.
   - Крокодил? - Я в панике.
  Усиленно гребу к берегу.
  Забываю, что и на берегу могут жить крокодилы.
  Мне повезло.
  Никто меня укусил.
  Никто меня не грызёт. - Да, пошли вы все, - я махнула рукой. - Вилета.
  Отец.
  Я - девушка.
  В самом расцете моей молодости.
  Вокруг меня должны водить хороводы.
  Должны уверять меня в любви.
  В безграничной любви пусть клянутся.
  Я долго ждала комплиментов.
  А, если так...
  То не стану молчать.
  Хочу сочувствия.
  Чтобы меня пожалели хочу.
  Наверно, у меня нет головы на плечах, - я дотрагиваюсь до головы. - Поступаю себе во вред.
  Ах, Алисиа, Алисиа!
  Когда же ты научишься держать язык за зубами?
  Если бы Вилета окликнула меня...
  То я бы её извинила.
  Если бы отец сказал мне слова, которые НАСТОЯЩИЙ отец должен говорить дочери...
  То я бы его простила.
  Как же я дошла до низа?
  
  ДО НИЗА ПРОЩЕ СКАТИТЬСЯ, ЧЕМ ДОЙТИ".
  
  Я нахожу дорогу в лесу.
  По деревьям нахожу.
  Я ориентируюсь, как лисица.
  Мне грустно.
  Сейчас вернусь на болото.
  Работа выбьет из меня грусть.
  Всё работа убьёт.
  Я забудусь.
   - Нужно собирать вещи.
  И бежать с Дырды, - умная мысль прилетает с неба. - Если останусь здесь, то скисну.
  Как капуста заплесневею.
  Я должна бороться за себя. - Мои мысли возвращаются к Вилете.
  Я вспоминаю сегодняшние события.
  Меняла.
  Отец скрывается в кабаке.
  Вилета.
  Фуфельт.
  Устрицы. - Вилета.
  Может быть, она одумается?
  Я выясню, как она ко мне относится.
  Придется спросить.
  Мы обо всём поговорим.
  Может быть, наметим планы на будущее.
  На побег с Дырды.
  Если Вилета, действительно, хочет улететь.
  Она бы научила меня драться.
  А...
  Вдруг, она не захочет?
  В общении - трудность.
  Я не знаю, что Вилета хочет.
  А просить - мне гордость не позволяет.
  Я задам вопрос.
  Вилета удивится.
  Скажет, что я сама должна всё знать.
  Знать и уметь.
  Я не стану умолять.
  Не испугаюсь трудностей.
  Неужели, я способна бояться?
  Вилета считает меня дурочкой.
  Так она и сказала.
  Но я умею держать себя в руках.
  Я настойчивая.
  Не боюсь идти напролом.
  Но...
  
  ТРУДНО ИДТИ ВПЕРЕД, КОГДА БЬЮТ ПО НОГАМ.
  
  Я не знаю ответы.
  Потому что не задаю вопросы.
  Я боюсь себя?
  Никого не боюсь, кроме себя?
  Если Вилета согласится.
  Согласится дружить.
  Скажет "да".
  Что тогда?
  Ничего.
  Я научусь верить.
  Только и всего...
  Я подхожу к дому.
  К болоту подхожу.
   - Алисиа? - Мама стоит у котла.
  Помешивает в нём палкой.
  Из котла воняет.
   - Мама.
  Сегодня опять болотные крабы?
  На ужин?
   - Крабы закончились.
  Остались змеи. - Мама ворочает палкой.
  Достает из котла змею.
  Показывает мне.
  Змея безжизненно болтается.
   - Фу!
  Гадость.
   - Прости, Алисиа!
  Эклеров и тортов у нас нет.
   - И чему ты радуешься, мама?
  Что у нас ничего нет? - Я фыркаю.
   - Как ты разговариваешься с матерью!
  Следи за языком.
  Алисиа.
  А то я его укорочу.
   - Прости, мамочка.
  Я устала.
   - Ты сегодня не работала.
  Картошку надо прополоть.
   - Я щас, - я смотрю на братьев.
  Они мне сочувствуют.
  Всё же у нас - семья...
   - Где Фанерже? - Мама не отстает от меня.
   - Фанерже?
  Он - большой мальчик.
   - Он твой отец.
   - Мама.
  Кто мой отец, можешь знать только ты. - Я отхожу под ёлку.
  На всякий случай.
  Дункан и Сантьяго ржут.
  Аня не понимает глубокий смысл сказанного.
  
  ЧЕМ ГЛУБЖЕ СМЫСЛ, ТЕМ БОЛЬШЕ ПОШЛОСТИ.
  
   - С Фанерже всё нормально.
  Папа в кабаке.
  В деревенском кабаке пьет.
  Ой.
  Он борется за Правду. - Я иронизирую.
   - Лучше бы только пил.
  Не надо нам больше его правды.
  Правда до ссылки довела. - Мама осмелела.
  При отце она бы так не сказала.
  Я отправляюсь к картошке.
  Пропалываю.
  Стервенею.
  В глазах поплыли зайчики.
  Руки налились свинцом.
  Спина не разгибается.
   - Я - спать!
   - Алисиа?
  А ужинать?
  Змеи сварились.
   - Спасибо!
  Я лучше лягу на голодный желудок.
  Целее буду. - Я бреду к хижине.
  Раздеваюсь.
  Падаю на сухие камыши.
  Хорошо, что у нас у каждого своя жилплощадь.
  Хоть какая.
  Можно уединиться.
  Я - девушка.
  Мне уединяться - необходимо.
   - Алисиа?
  Ты спишь? - Дункан просовывает голову в хижину.
   - Пошёл вон, - я зашипела. - С ума сошёл.
  Я голая.
   - Я не смотрю.
  Ты же моя сестра.
   - Что надо? - Я прикрываюсь лохмотьями. - По пятницам я не подаю милостыню.
  Сегодня пятница. - Я шучу.
  Мы любим шутить.
  Когда отца нет рядом.
  Он почему-то обижается на каждую шутку.
  Думает, что мы шутим в его адрес.
  Что, впрочем, правда.
   - Я в лес идут.
  На охоту.
  Пойдешь со мной?
  Может лисицу поймаем.
  Тебе на воротник.
   - Я не леди, - я воодушевляюсь.
  Воротник из лисицы - круто! - Дункан.
  Иди один.
  Топор не забудь.
  Вдруг, на медведя наткнешься.
  
   - ПРИ ВСТРЕЧЕ С МЕДВЕДЕМ ПОМОЖЕТ НЕ ТОПОР, А - БЫСТРЫЕ НОГИ.
  
   - Я устала.
   - Как там в деревне?
   - Деревня называется Вечные Грязи.
  Соответственно, так там и может быть.
  Кабак.
  Свиньи в лужах.
  И девушки.
  Девки в соседнее село ходят.
  На дискотеку.
  Село Барбос.
  Там парней больше.
  А в Вечных Грязях девушек большинство.
  Хотя должно быть наоборот.
   - Девушки?
  Завтра загляну.
   - Мал ещё.
   - Как на медведя с топором ходить - то я уже большой.
  А, как на танцы - то ещё мал...
   - Ты с отцом об этом поговори.
  Он тебе правду раскроет.
  Глаза вылезут от правды. - Я зеваю.
  Дункан исчезает во тьме.
  "Может быть, действительно, лисицу поймает.
  Мне на воротник". - Я засыпаю.
  
  СНУ МЫШИ НЕ ПОМЕХА.
  
  Просыпаюсь рано.
  Ещё стелется густой туман по болоту.
  Меня разбудили вопли.
  Кричит мама.
  Обычное утро.
   - Ты, где шлялся? - Мама срывается.
  Я вылезаю из хижины.
  Не пропускать же утреннюю зорьку.
   - Где, где, - отец бормочет.
  Он сидит на кочке.
  Мотает головой.
  Не в силах подняться. - Я боролся.
  За Правду.
  Кругом врут.
  Никому правда не нужна.
  А как же без неё?
  Воруют.
  Обманывают нас.
   - На себя посмотри! - Мама снижает голос.
  Оглядывается на меня.
  Не хочет будить остальных. - Напился.
  Встать не можешь.
  Почему сразу домой не пришел?
  Под утро заявился.
   - Правда глаза колет, - отец поднимает голову.
  Лицо его похоже на пиццу.
  Пицца с кружочками колбасы.
  Только не колбаса на лице.
  А - синяки.
   - Боролся с Правдой, а Правда побила тебя, - я не выдерживаю.
   - Алисика!
  Не смей! - Отец грозит мне пальцем.
   - А чо, сметь-то?
   - Алисиа!
  Не спорь с отцом.
   - Да!
  Не спорь! - Отец получил поддержку от жены. - Иди.
  Работай...
  На...
  "Где папенька ночевал? - Я подумала. - Не будет же он в луже спать.
  Или в канаве.
  Мой отец найдет комфорт там, где комфорта быть не может.
  Возможно, что завел друзей.
  У нового дружка переночевал.
  Как трагично!
  Вилета не позвала меня в гости.
  А моего отца все привечают.
  Или...
  У вдовушки веселился.
  Вдовушка его накормила.
  Напоила.
  И спать уложила". - Мне становится противно.
  Я спускаюсь к ручью.
  Прохожу дальше от взглядов.
  За кустом скидываю платье.
  Вступаю в воду.
   - Бррру!
  Холодная! - Я начинаю омовение.
  Не хочется.
  Но надо.
  Почему?
  
  ТО, ЧТО НАДО, ЧАЩЕ ВСЕГО НЕ ХОЧЕТСЯ.
  
   - Алисиа!
  Я не смотрю.
   - Снова ты? - Я уже не закрываюсь.
  Лишь негодую.
  Негодование - моё прикрытие. - Дункан.
  Я же купаюсь.
   - Я подожду.
   - Лису поймал?
  Тебе не терпится рассказать?
  И показать лису? - Я выхожу на берег.
  Одеваюсь. - Где лиса?
  Можно уже на меня смотреть.
  Я оделась.
   - Алисиа! - Дункан поворачивает голову.
   - Что с тобой? - Я прищуриваюсь. - Улыбка масляная.
  Как у кота.
  Глаза бегают.
  Неужели?
   - Да!
  Я повстречал девушку!
  Она - во! - Дункан развязывает узел.
  В узле - хлеб. - Пирог.
  С малиной.
  Ешь.
  Остальное я Ане, маме и Сантьяго отдам.
  Я сам наелся.
  На три дня вперед обожрался.
  Отцу не дам.
  Он сыт.
  Целого кабана съел.
   - Ты видел отца?
   - В Вечных Грязях.
  Кабатчик закрылся.
  Отец с новыми дружками продолжили пировать.
  В чьем-то доме.
  Я отцу на глаза не показывался.
   - Понятно.
  Дункан?
  Твоя девушка...
  Которая - во...
  Ты с ней познакомился.
  Её, случайно, не Вилетой зовут? - У меня похолодело внутри.
  Не знаю, почему.
  Мне бы не хотелось, чтобы она была Вилета.
   - Неа!
  Её имя прекрасное! - Дункан закатил глаза.
  Словно ему в глаза нашатырь закапали. - Грипи!
   - Ты ругаешься?
   - Имя её - Грипи!
   - Ого!
  Звучит, как ругательство.
   - Она - самая красивая девушка во Вселенной! - Брат, словно не слышит меня. - У неё муж умер.
  Недавно.
  Иначе она бы меня не пригласила.
  В гости...
   - Муж?
  У неё был муж?
  И она - девушка?
  
   - КАЖДАЯ ЖЕНЩИНА - ДЕВУШКА В ДУШЕ.
  
   - Сколько же лет твоей девушке? - Я съежилась.
  "Ну, почему?
  Дункан нашел себе пару.
  А ко мне женихи в очередь не стоЯт.
  И не дарят пироги.
  Пироги с малиной не преподносят.
  Даже жених хлеб отнял у меня..."
   - Гипи сорок пять лет!
   - Сорок пять? - Я икнула.
  Потому дальше тридцати лет всех считаю стариками.
  Вернее - не понимаю, как так можно.
  Иметь столько лет.
  К двадцати годам я стану Самой известной богачкой в Империи!
   - Гипи умеет свистеть! - Дункан светится от счастья.
   - Слюни убери.
  Я рада, что ты нашёл свою судьбу! - Я побрела к полю.
  Подхватываю лопату.
  Копаю траншею.
  Яростно копаю.
  До ядра планеты чуть не докопала.
  
  Так прошло три дня.
  Три дня просвистели.
  Я всё думала о Вечной Грязи.
  И о Виолете.
  Нельзя вот так расставаться.
  Иногда возникало желание побежать в деревню.
  Помириться с Вилетой.
  Но она, наверняка, забыла обо мне.
  Она - деревенская.
  Важничает.
  А я с болота...
  
  ДЕРЕВНЯ БОЛОТУ НЕ ТОВАРИЩ.
  
  В конце третьего дня я взбивала постель.
  Постель из свежих камышей.
  Приукрашаю хижину.
  Даже камыши должны быть новыми.
  Сзади послышался шорох.
   - Дункан!
  Стучаться надо! - Я произношу с досадой. - К своей Гипи ты же стучишься. - Я усмехаюсь.
  "Куда стучать?
  Двери нет.
  Вместо двери - завеса из камышей.
  Если стукнуть по стене, то хижина завалится".
  Мне на плечи ложатся ладони.
  Я вздрагиваю.
  Затаила дыхание.
   - Алисиа!
  Не дуйся! - Вилета шепчет мне на ушко.
   - Я и не думала! - Радость взрывает меня.
  Я засовываю её в себя обратно.
  Пусть Вилета не думает, что я обрадовалась.
   - Почему же не приходила в Вечные Грязи?
   - Дел много.
  Картошку пропалывала.
  Ягоды собирала.
  Лесных мышей обдирала.
  Отцу на тулупчик шкурки.
   - Ну да, ну да!
  Ты же у нас деловая! - Вилета смеется.
  От её смеха мне становится тепло.
   - Вилета.
  Только ты не подумай.
   - Что?
   - Я рада, что ты пришла.
  Правда.
   - Правда, которую твой отец ищет?
   - Нет.
  Моя правда! - Я поворачиваюсь к Вилете лицом.
  Мы болтаем обо всём.
  Вилета рассказывает, как у какой-то Салтычихи дом сгорел.
  Я жадно слушаю.
  В свою очередь поведала, как подвернула ногу.
  Нога в кротовую нору попала.
  Но вывих уже прошёл.
  Вилета охает.
  Сочувствует мне.
   - На дискотеку ходила?
   - Нет.
  Мы вместе с тобой пойдем.
  Алисиа.
   - Дааа?
  Мне надеть нечего.
   - У нас ещё хуже одеваются
   - Вилета!
  Что может быть хуже, чем платье из дырявого мешка?
   - Увидишь.
  Лучше бы некоторые ходили голые, чем в странных одеждах.
  Шанель щеголяет в козьей шкуре.
  От шкуры у Шанель пятна на спине.
  Красные пятна.
  Спина чешется.
  Но Шанель терпит.
  Барбара обмазывает тело грязью.
  Толстый слой голубой глины.
  Словно глина заменит платье...
  В глине водятся пиявки.
  Так что мы с тобой - ещё модницы! - Вилета смеется.
  
  ГЛИНА ЛУЧШЕ СОГРЕВАЕТ, ЧЕМ ШЕЛК.
  
   - Модней не бывает! - Я хихикаю.
   - Алисиа! - Раздается вопль.
  В хижину вваливается Фанерже.
  Падает на пол. - Убрала бы перед домом.
  Я споткнулся о полено. - Фанерже поднимает голову.
  В бороде его извивается мышка.
  Я визжу.
  Вилета визжит.
  Девушки боятся мышей.
  Мышь убегает.
  С писком.
   - Алисиа!
  Хто это?
  Шо это? - Отец трясет бородой.
  Может быть, из бороды ещё кто-нибудь вывалится.
  Вопрос он ставит серьезный.
  Кто или что он увидел.
  Потому что смотрит на Вилету.
  Вилета сидит.
  И отец смотрит прямо между её ног.
   - Моя подруга Вилета.
  Она из деревни Вечные Грязи! - Я пробормотала.
  Мне стыдно.
  Стыдно за отца.
  Почему-то стыд переходит и на меня. - Вилета!
  Мой папа Фанерже.
   - Оч.
  Прив! - Вилета отвечает.
  Вежливо.
   - Зачем она здесь? - Отец спрашивает у меня.
  Словно Вилеты рядом нет.
   - Я в гости пришла.
  К Алисиа.
  Мы - подружки! - Вилета называет меня подружкой.
   - Не подружки вы, а - бездельницы! - Отец поднимается.
  Задевает головой потолок.
  На затылок отца падает труха.
  Труха от камышей. - Алисиа!
  Ты работать должна!
  А ты не по Правде живешь.
  И эта, - гневный взгляд на Вилету, - совращает тебя.
  Отвращает от работы.
  
  ОТКАЗ ОТ РАБОТЫ - ПРЕСТУПЛЕНИЕ.
  
  Отец тянет руку к моей подружке.
  Я вспоминаю, как Вилета вырубила парня.
  Красавца мачо уложила.
  Легко и свободно.
  Я начинаю переживать.
  За отца переживаю.
   - Пошла вон! - Фанерже орёт на Вилету. - Вон из моего дома!
   - Папа! - Я стискиваю зубки. - Между прочим, я хижины строила.
  Не ты.
  Так что дом - мой!
   - Вот!
  Вот до чего ты довела мою дочь! - Отец торжествует.
  Потому что для него Вилета - зло.
  А со злом отец обожает бороться. - Нечестивица! - Фанерже хватает Виолету за волосы.
  Тянет из хижины.
  И...
  Вилета не сопротивляется.
  К моему удивлению молчит.
  Фанерже разгорячился.
  
  КОГДА НЕ ДАЮТ ОТПОРА, ТО НАГЛОСТЬ ВОЗРАСТАЕТ.
  
   - Не трогай мою подругу! - Я хватаю отца за ногу.
  Получаю пяткой в скулу.
  Отлетаю.
  Хижина рушится.
  Я барахтаюсь.
  Сбиваю с себя палки.
  И листья.
   - Не перечь
   - Алисиа!
  Не перечь отцу.
  Что творится? - мама вступает в игру.
   - Мама! - Я вылезаю на свет.
  Братья хмуро смотрят на нас.
  Сестра Аня прячется.
  Поглядывает из кустов. - Очень мило, мама, что сначала ты приказала мне не спорить с отцом.
  А только потом спросила, что случилась. - Я вытираю кровь с губы.
  Отец разбил мне губу.
  Нижнюю. - Ты заранее объявила меня виноватой.
   - Смотрите!
  Все смотрите! - Отец тянет Вилету вверх.
  Вилета встает.
  Она - сама покорность. - Пришла!
  Мою дочь гнусностям учит.
   - Кто бы говорил, - Вилета подает голосок.
  Голос у неё нежный.
  Словно Вилета разговаривает с котёнком. - Фанерже!
  О гнусностях тебе всё известно.
  Пришел в нашу деревню.
  Всех переполошил.
  Мужикам говоришь, что все женщины - грязные.
  И, что нужно учить женщин.
  Учить добру.
  А как учить?
  Побоями.
  И сам потом с Ратхой развлекался.
  При всех.
  Гнусновато выглядело! - Вилета выдала.
  И замолчала.
   - Какая Ратха? - Мама уловила самое главное.
  Важное для неё...
   - Врёт она! - Отец отпускает Вилету.
  Надеется, что она сбежит.
  Сбежит со своими обвинениями.
  Но Вилета подходит ко мне.
  Берет за руку.
   - Фанерже!
  Ты расскажи.
  Расскажи о Ратхе! - Мама поднимает камень.
   - Ратха!
  Ратха - мой...
  Мой товарищ.
  Она не то, что ты! - Отец не оправдывается.
  Он уверен, что всегда прав. - Ратха - борец за Правду!
   - Значит...
  Ты теперь с какой-то Ратхой! - Мама бросает камень.
  Не в отца бросила.
  А себе под ноги.
   - Женевьева!
  Не слушай врагов!
  Они - враги!
  Ты же знаешь, что многие не любят правду.
  Эта...
  Деревенская за нашу Алисию уцепилась.
  Ко мне подход ищет.
  Чтобы меня совратить. - Отец старается выкарабкаться.
  Ему удается.
  Выход из обвинений.
  Останавливает взгляд на мне.
  Я - самое слабое звено.
  Поэтому отец хватает меня за руку. - Женевьева!
  Ты же знаешь!
  Я всё для дома.
  Для семьи стараюсь.
  Дни и ночи горбачусь.
  Алисиа в дом всяких приводит.
  Сомнительных.
  И из дома тащит.
   - Что Алисиа из дома тащит? - Мама настораживается.
  Поймала отца на слове.
   - Ээээ!
  Бееее!
  Меее! - Папа пытается выкрутиться.
   - У нас же ничего нет.
  Ничего ценного. - Мама подходит к своей хижине.
  Поднимает доску.
  Кричит!
  Истошно! - Где?
  Где мой перстень?
  Фамильное кольцо?
  Украли!
   - Я же говорил, - отец втягивает голову в плечи. - Деревенская украла.
  Она.
  Точно она!
  
  УКРАСТЬ ПРОЩЕ, ЧЕМ ДВА РАЗА УКРАСТЬ.
  
   - Враки, - Сантьяго опускает плечи. - Я следил.
  Деревенская...
  Вилета не подходила к хижине мамы.
   - Тогда - кто? - Мама трясет Сантьяго за плечи. - Сыночек.
  Кто украл?
  Кольцо - наша единственная надежда.
  Была.
  На самый голод.
  Я думала купить запасы еды.
  Теперь у нас ничего нет.
  Мне батюшка говорил:
  "Женевьева!
  Вырастешь.
  Выйдешь замуж.
  А кольцо береги.
  Оно - наше достояние.
  Без кольца твоя связь с предками порвется.
  Не будет счастья без кольца". - Мама падает на колени.
   - Может быть, найдется? - Дункан бормочет.
  Неуверенно...
   - Алисиа! - Отец косо на меня смотрит. - Три дня без еды остаешься.
  Поголодаешь.
  
  ГОЛОД УМУ НАУЧИТ.
  
   - Ой, папа!
  Можно подумать, что ты меня кормишь.
   - Как ты заговорила!
  Алисиа!
  Предательница!
  Развратница! - Отец задирает бороду.
  Набрасывает мне на шею веревку.
  Тащит за собой.
  У меня выбор.
  Остаться на месте?
  И быть задушенной.
  Или...
  Идти за отцом.
  Я выбираю второе.
  Вилета испаряется.
  Только что была рядом.
  Но уже нет её.
  А называла себя подружкой.
  Моей подружкой.
  Мне всё равно.
  Я тупо смотрю, как отец привязывает меня.
  К рябине привязывает.
   - Фанерже! - Мама раскачивается из стороны в сторону.
  Комаров отгоняет раскачиваниями. - Признайся.
  Ты взял кольцо?
  Своей зазнобе отнес?
  Ратхе?
   - Ни! За! Что! - Отец - само воплощение справедливости.
  Он сияет.
  Как Правда светится.
  Или Правду излучает. - Йа?
   У тебя украсть?
  Женевьева!
  Ты сошла с ума!
  От горя! - Отец говорит убедительно.
  Даже я поверила бы.
  Если бы не видела, как он кольцо продал меняле.
  В деревне Вечные Грязи оставил мамино кольцо. - Знаете, что? - Отец подкрадывается ко мне. - У Алисии глаза блестят.
  Нехорошо блестят.
  Алисиа...
   - Да, папа.
   - Скажи правду!
  Зачем тебе перстень?
  Признайся.
  Хочешь его продать?
  Накупишь конфеток.
  Платочки разные купишь.
  К парням побежишь.
  Будете с Вилетой парней развращать?
  
  ПАРНИ ДЕНЬГИ ЛЮБЯТ.
  
   - Отец! - Я срываюсь.
  Не выдерживаю. - Я терпела.
  Ты меня оскорблял.
  Я не взорвалась.
  Мою подругу оклеветал.
  Я молчала.
  Но сейчас скажу.
  Потому что ты перешел грань.
  Кольцо...
  Я видела.
  Ты его меняле продал.
  В деревне.
  И потом в кабак пошёл.
  Всех угощал!
  Чтобы тебя слушали.
  Затем, наверно, деньги закончились.
  Тебя мужики побили.
  Ты...
   - Алисиа!
  Дочь моя! - В голосе отца - печаль.
  Вековая печаль.
  Как в туманом болоте печаль. - Я тебя взрастил.
  А ты меня оболгала!
  Ты же украла кольцо. - Он обнимает маму.
  Мою маму.
  Свою жену обнял.
  Обнимал её он редко.
  Поэтому мама повелась.
  Поверила ему.
  Как она могла не поверить?
  Отец натренировался в речах.
  Его не переспоришь.
  Ему верят.
  Мне не верят. - Алисиа!
  Горько мне! - Отец повысил голос.
  Я вспомнила, что Фанерже посещал театральный кружок. - Дочь предает меня.
  Алисиа своего отца убивает.
  Не думал я, что доживу до этих дней. - Отец замолкает.
  Ставит разговор на паузу.
  Мама смотрит мне в глаза:
   - Алисиа!
  Ты украла.
  Я не могу поверить, что моя дочь воровка.
  Не могу, но верю.
  Кто тебя сбил с пути?
  Деревенская твоя потаскуха?
   - Мама! - Я распахиваю глаза. - Ты мне не веришь?
  Ты веришь Фанерже.
   - Молчи!
  Слушать тебя не желаю! - Мама закрывает ладонями лицо. - Какой позор!
  Моя дочь - воровка.
  И ворует не у других.
  У своих крадёт.
  У родной матери. - Мама уходит.
  Аня и Сантьяго бегут за ней.
  Дункан колеблется.
  Но выбирает не меня.
  Бросает на меня взгляд.
  Во взгляде - сожаление.
  Дункан бежит за мамой.
  Я остаюсь с отцом.
  Он подмигивает мне.
  Берет колоду.
  Садится напротив.
  Я хочу уйти.
  Но не могу.
  
  ТРУДНО УБЕЖАТЬ, КОГДА ПЕТЛЯ НА ШЕЕ.
  
   - Папа!
  Ты оклеветал меня.
  Я же видела тебя.
  С кольцом.
  Ты продал кольцо мамино.
  Тебе с этой Правдой не тяжело жить?
   - Доченька!
  Алисиа!
  Правда на то и хороша, что гибкая.
  Правда со всех сторон правда.
  Кому поверят?
  Главе семьи?
  Я - глава семьи!
  Или его дочке непутевой?
   - Йа?
  Непутевая?
   - А кто же ты ещё? - Отец хлопает ладонями по коленям.
  Хохочет. - Разве путёвая девушка будет жить в нищете?
  Посмотри на себя.
  Ты - нищенка.
  Хуже нищенки.
  А путёвые девушки в бальных платьях красуются.
  Кушают с фарфоровых тарелочек.
   - Но...
  Папа.
  Что я слышу?
  Твоя забота - чтобы я кушала с фарфоровых тарелочек.
   - Алисиа! - Отец грозит мне пальцем.
  Трезвеет постепенно. - Тебе восемнадцать.
  По закону ты должна меня кормить.
  Кормить и содержать обязана.
  Но ты требуешь у меня.
  В твоей неблагодарности заключается трудность.
  Ты не знаешь, что хочешь.
  Что именно хочешь.
  Но обвиняешь меня.
  Печальный опыт, дочка.
  Учитывая, что тебя замуж не зовут.
  Я удивился.
  Ты привела в свой дом девку.
  Но не парня.
  Нормально?
   - Вилета - моя подружка.
  Я удивляюсь.
  Ты так ловко всё себе на пользу ставишь.
  
   - БЫЛА БЫ ТЫ УМНАЯ, ТО САМА БЫ ПОНИМАЛА.
  
   - Трудно быть умной с петлей на шее.
   - Алисиа!
  Ты испугалась.
  Неужели, думаешь, что я тоже буду бояться?
  Я умею держать себя в руках.
  Не боюсь говорить правду.
  Настойчиво продвигаю Правду!
  Доношу её до каждого сердца.
   - До сердца пьяниц в кабаке.
   - Они - что?
  Не люди что ли? - Отец сузил глаза. - Они лучше тебя!
  В сто раз лучше.
  Хотя и сидят в кабаке.
  Кто выдумал штамп, что, если мужчина пьет зерновую вытяжку...
   - Водку...
   - Зерновой продукт, то тот мужчина - враг?
  Нет, Алисиа!
  Враг кроется в тихонях.
  В тебе подобных враги прячутся.
  И в твоей подружке.
  Если увижу её у нас ещё раз, то я её утоплю.
  В болоте.
   - Ты сможешь.
  На подлость у тебя решимости хватает.
  
   - КТО ОСУЖДАЕТ РОДИТЕЛЯ, ТА - НЕ ДОЧЬ.
  
   - Папа?
  Что ты можешь?
  Ничего?
   - Я не могу только одно - научить тебя уму-разуму.
   - Я верю тебе, - я быстро-быстро моргала. - Я - плохая дочь.
  Ты - самый лучший.
  Отец.
  Муж.
  Примерный семьянин.
  Я буду влачить.
   - Алисиа!
  Ты лжешь мне.
  Пытаешься задобрить.
  А потом сбежишь. - Отец поднимается с колоды. - Пойду.
  Позову всех.
  И не надейся, Алисиа...
  Ты не вымолишь у меня ужин.
  Мы будем кушать.
  Ты же смотри на нас.
  Отсюда смотри.
  И думай о своём поведении.
  О дурном поведении.
   - Папа?
   - Да, доченька любимая.
  Любимая, но непутёвая.
   - Ты сам веришь?
  В то, что делаешь?
  Во что ты веришь?
   - Я верю в Правду!
  Верю в то, что сделаю Мир лучше! - Отец не оборачивается. - Мне пора.
  Я должен привести свою семью.
  В лесу сейчас опасно.
  Я же забочусь о своих! - Отец уходит.
  Я смотрю на небо.
  Затем начинаю грызть веревку.
   - Вкусная?
  Вкусная веревка? - Из-за рябины выходит...
   - Вилета? - Я распахиваю глазища. - Ты же убежала.
   - Я не хотела накалять обстановку.
  Собой накаляла.
  Твой отец бесился.
  Он меня возненавидел.
  Потому что он должен быть только один.
  Один правдолюб.
   - Ты его не побила.
  Он тебя за волосы тащил.
   - Я жалела тебя.
  И твоих братьев и сестру.
  Алисиа...
  Представляешь, как со стороны выглядело бы?
  Какая-то деревенская грязная...
   - Ты не грязная.
  Ты купаешься...
   - Грязная в душе.
  Так бы твои подумали.
  И побила бы их отца.
  Авторитет твоего папочки покачнулся бы.
  И?
  На кого Фанерже злость сорвет?
  На вас, конечно.
  Он - жертва.
   - Да.
  Папа любит быть жертвой.
  Жертву все жалеют. - Всё!
  Хватит с меня! - Я топтала веревку. - Я улетаю.
  Ты - со мной?
   - Улетаешь?
  Куда?
   - Куда-нибудь.
  Я запишусь в космодесант.
   - Космодесант? - Вилета протянула.
  В её голосе я услышала нотки уважения. - Но...
  Алисиа.
  На Дырды нет призывного пункта.
   - Я отправлю послание в военный Имперский комиссариат.
  За мной прилетят.
   - Откуда отправишь?
  У тебя есть связь?
   - Но...
  К вам же прилетают космолёты.
   - Коммерческие.
  Привозят некоторые товары.
  Взамен забирают пушнину.
  Шкуры животных выделанные берут.
  Но тебя никто не повезет.
  
  БЕЗ ДЕНЕГ НЕТ СПАСЕНИЯ.
  
   - Я не хочу загнуться на Дырды.
   - Никто не хочет.
  Потом привыкают.
  Мужики в кабаках песни горланят.
  Женщины на охоту ходят.
  И рыдают...
   - Вилета.
  Ты вернулась.
  Почему?
   - Мы же подружки.
  Я не оставлю подружку на съедение комарам.
  И...
  Мне противно, когда над нами издеваются.
  Над девушками.
  Но спокойное течение вашей семейной жизни я не хочу нарушать.
  Поэтому я тайком.
   - Уходим, - я иду в лес.
  Но в другом направлении, куда ушла моя семья. - Я найду другое место.
  Место для житья.
  Поставлю себе хижину.
  Буду одна жить.
  Одинокая охотница.
   - Смелое решение, - Вилета опускает головку. - Но...
  Алисиа.
  Я так понимаю, что ты - главная в семье.
   - Главный - Фанерже.
   - Ты - главная рабочая сила.
  Фанерже так просто тебя не отпустит.
  Он не потерпит, чтобы ты жила лучше, чем он прикажет.
  Твой отец - тиран.
   - Какой-никакой, - я сжимаю зубки. - Что же мне делать?
  Вилета? - Я задаю вопрос.
  И тут же прикладываю палец к губам Вилеты. - Нет.
  Я решила.
  С этого момента я буду делать то, что мне нужно.
  
  ЗАЧЕМ ЖИТЬ, ЕСЛИ НА СЕБЯ НЕ ОСТАЕТСЯ ВРЕМЕНИ?
  
  Братьям и сестре помогу.
  Маме - тоже.
  Но...
  У меня своя воля.
   - Ты уверена?
  Алисиа.
  Ты говоришь в запальчивости.
   - Вилета!
  Я - сильная.
  Во мне стержень...
   - Тебе сделали операцию?
  У тебя вместо позвоночника - железный прут? - Вилета быстро-быстро моргает.
   - Так говорят, что - внутри стержень! - Я хихикаю. - Вилета!
  Ты простых истин не знаешь.
  Иносказания.
   - Не знаю!
  Я в школу не ходила.
  Нет на Дырды школ.
  У твоего отца есть шанс.
  Он может стать великим Учителем!
  Наставником.
  В самом плохом значении этого слова.
   - Прости.
  У меня за плечами четыре класса.
  Четыре класса начальной школы.
  Поэтому я считаю себя умной.
  Очень.
   - Что же ты дальше не училась?
   - Вилета?
  А, ты, как считаешь?
   - Отец не разрешил?
   - Папа сказал, что девушка должна...
  Первое - выгодно выйти замуж.
  Второе - помогать своей семье.
  Учеба девушке не нужна.
  Но... - Я перепрыгиваю через ручей.
  Не дотянула.
  Плюхаюсь вводу.
  Сижу в воде.
  И хохочу! - Как я красиво говорила.
  Теперь на жопе сижу.
  
  ВЫСОКОПАРНОЕ И НИЗМЕННОЕ ИДУТ БОК О БОК.
  
   - Поднимайся, - Вилета подает мне руку.
   - Как ты?
  Уже на другом берегу?
  Я не заметила.
  Ты перелетела?
  На крыльях?
   - На крыльях, - Вилета улыбается.
  Загадочно.
   - Видета! - Я поднимаюсь.
  На меня сходит озарение! - Я выучусь!
  Добьюсь всего в жизни.
  Сама добьюсь.
  Помогу тебе.
  Своей семье помогу.
  Всем.
  Веришь мне? - Я жду ответ.
  Честный ответ.
  В носу даже покалывает.
   - Главное, чтобы ты сама себе верила.
  Алисиа... - Вилета говорит тихо.
  Едва слышно.
  Мы выходим на опушку. - Чтобы высоко подняться, надо не уметь бояться летать.
  И главное - не бояться падать.
  
  КОГДА ПРИВЫКНЕШЬ ПАДАТЬ, ТО ЛЕТАТЬ СМОЖЕШЬ БЕЗ СТРАХА.
  
  Вилета смотрит мне в глаза.
  И...
  Я оказываюсь на земле.
  Ничего не понимаю.
  Выплевываю траву.
  Наконец, до меня доходит.
   - Вилета?
   - Да, Алисиа!
   - Ты, что?
  Уронила меня?
  Как красавчика Фуфельта?
   - Да, Алисиа.
  Я учу тебя падать.
   - Я не просила.
   - А я и не спрашивала.
   - Я буду летать.
  Даже без науки падать научусь.
  Йа... - Я смотрю на Вилету.
  И...
  Пропускаю момент.
  Снова оказываюсь на земле.
   - Как ты... - я проверяю кости.
  Ноги мои на месте.
  Ноги - самое главное. - Я вскакиваю.
  И...
  Опять оказываюсь на земле.
   - Ты - так? - Я начинаю рычать.
  Исхитрилась.
  Больше не поднимаюсь.
  Из положения сидя бросаюсь в ноги Вилеты.
  Хочу ухватить её под коленки.
  Не получается.
  Я опять лежу.
  Лежу, отдыхаю.
  Смотрю в небо.
   - Алисиа?
  Хватит? - Лицо Вилеты загораживает звезды.
   - Да!
  Вилета!
  С меня достаточно.
  Прекрати! - Я подаю ей руку.
  Вилета протягивает свою руку.
  Но...
  Я тараню головой.
  Пытаюсь головой ударить Вилету в живот.
  Вилета исчезает.
  Я не встречаю препятствия.
  Получаю пинок.
  Ниже спины пинок.
  В самые самые Вилета меня пнула.
  Я носом пропахиваю листву.
  Подпрыгиваю.
  И...
  Опять Вилета меня роняет.
  "Надо падать по-другому, - до моего сознания доходит. - Я плюхаюсь, как жаба.
  Мне больно.
  Я же должна знать, что упаду.
  Поэтому упаду так, чтобы было меньше мне вреда".
  Я себя убедила.
  В очередной Вилета подсекает мои ноги.
  Но я в падении изворачиваюсь.
  Опускаюсь не на пятую точку.
  А на бок.
  Так удобнее подниматься.
  Почти получилось.
  Превращаюсь в пружину.
  Отталкиваюсь руками от земли.
  Вилета стоит в нескольких шагах от меня.
  Но, как только я начинаю торжествовать, Вилета уже рядом.
  И снова меня роняет.
  Я пробую разные варианты падений.
  Моё тело превратилось к котлету.
  Наверно, я - котлета.
  Только настолько давно кушала котлеты, что забыла, как они выглядят.
  Отец отменил котлеты в нашей семье.
  "От котлет больше вреда, чем пользы, - так Фанерже заявил. - Правды нет в котлетах".
  
   - В КОТЛЕТАХ НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ПРАВДЫ, В КОТЛЕТАХ ДОЛЖНО БЫТЬ МЯСО.
  
   - Алисиа!
  Ты заговариваешься?
  Головкой стукнулась? - В голосе Вилета участие.
  Она волнуется за меня.
  Переживает.
  Вот только...
  Сочувствие не останавливает Вилету.
  Я снова на земле.
  Я измочалена.
  Теряюсь во времени.
  И в пространстве.
  Не замечаю, где небо.
  Переставила местами небо и землю.
  "Так не пойдёт, - я лежу.
  Отдыхаю.
  По крайней мере, когда я внизу, Вилета меня не уронит. - Я потеряла спокойствие.
  Перестала думать.
  
  ТЯЖЕЛО ДУМАТЬ, КОГДА ТЕБЯ БЬЮТ.
  
  Но...
  Что-то мне подсказывает, что нужно думать как раз тогда, когда меня бьют. - Я меняю тактику. - Вилета меня роняет.
  Я же пытаюсь на неё наброситься.
  Не получается.
  И не получится.
  Не в этот раз...
  Значит, нужно бежать.
  Убежать.
  
  ОТСТУПЛЕНИЕ - НЕ СТЫДНО, ОТСТУПЛЕНИЕ - ВОЕННАЯ ХИТРОСТЬ".
  
  В очередной раз я делаю вид, что хочу поняться.
  Руки дрожат.
  Голова гудит.
  Ног не чувствую.
  Краем глаза отмечаю, куда Вилета намечает переместиться.
  Вскакиваю в ту сторону.
  Но в полете меняю направление.
  Бегу в противоположную.
  В кусты бегу.
  Из кустов на меня напрыгивает Вилета.
  Но...
  Не бьет!
  Не роняет.
  Она обнимает меня.
  В глазах Вилеты слёзы.
   - Алисиа!
  Прости.
   - Спасибо за науку, Вилета, - я жду подвох.
  Но Вилета больше не подсекает мои ноги.
   - Ты...
  Ты упрямая.
  Нашла выход.
   - Сбежать - разве выход?
   - Очень!
  Ещё какой выход - убежать.
  
  УБЕЖАТЬ, ЗНАЧИТ - СБЕРЕЧЬ СЕБЯ ДЛЯ СЛЕДУЮЩЕГО РАЗА.
  
  Но не всегда нам дают возможность убежать.
   - Научишь меня?
   - Да.
  Теперь я научу тебя.
  Но не сегодня.
   - Отец обрадуется! - Я начинаю хохотать.
  Ржу, как кобылица. - Скажет, что так мне и надо.
  Что меня побили.
   - Алисиа!
  А тебя затронут его слова?
   - Неа.
  Уже неа.
  
  КТО СТО РАЗ УПАЛ, ТОГО УЖЕ НЕ УРОНИШЬ.
  
   - Я покажу тебе, как надо падать.
  Потом покажу. - Вилета ведет меня к ручью.
  Снимает с меня моё платье.
  Платье-мешок.
  Бросает его в воду.
  Привязывает к тонкому деревцу. - Пока мы ходим, вода простирает твою одёжку.
  Накидка будет благоухать свежестью.
  Свежесть чистой воды. - Вилета подталкивает меня к середине ручья.
  Там мне по колено.
   - Мы куда-то пойдем?
  Ночью?
  В лесу?
  Без топора?
   - Мне топор не нужен, - Вилета наклоняет головку к правому плечу. - А ты - со мной.
   - Звучит жизнеутверждающе, - я делаю попытку сполоснуться.
  Но наклониться не могу.
  Спину сковало. - Меня, словно зацементировали. - Я жалуюсь.
   - Я помогу, - Вилета срывает какие-то травки. - Тебе станет легче.
  Намного. - Вилета из травы делает мочалку.
  Вроде мочалки... - Валериана - для спокойствия.
  Полынь - от боли.
  Чабрец и василиск - чтобы восстановить дыхание. - Вилета поясняет.
   - Неудобно как-то.
  Мы взрослые.
  Нам по восемнадцать.
  А ты меня моешь.
  Голую.
   - Алисиа?
   - Да, Вилета?
   - Я тебе мешаю?
   - Нет.
  Ты мне помогаешь.
   - Ты же сама сказала, что будешь делать то, что хочешь.
  Слова - пустое.
  Главное - дела.
   - Мне легче становится, - я прислушиваюсь к ощущениям. - Кожа звенит.
  Я могу двигаться! - Я удивлена.
  Вилета что-то шепчет.
  Глаза её закрыты.
   - Вилета?
  Ты что?
   - На древнем языке.
  Потом объясню.
  Успокаивающее из слов.
   - Ты сказала, что слова - пустое.
   - Алисиа!
  А ты не подлавливай меня на слове. - Вилета хлопает меня по спине.
  Ладошкой. - Всё.
  А то ты размечталась.
  Я тебе не банщица. - Говорит нарочито грубо.
  
  ЗА ГРУБОСТЬЮ СКРЫВАЮТ СМУЩЕНИЕ.
  
   - Я - как новенькая!
  Ты меня избила.
  Похоронила.
  Затем к жизни вернула.
   - Возможно, - Вилета не спорит. - У тебя начнется другая жизнь.
  Если ты захочешь.
   - В моем-то положении?
  Для меня любая другая жизнь - лучше.
  Я не хочу умереть голодная с петлей на шее
  Привязанная к рябине.
   - Алисиа...
   - Да, Вилета.
   - Возьми мою рубашку!
  Или платье.
  Как моя одежда может ещё называться.
  Дыр на ней не меньше, чем на твоей.
  Но она хоть как-то прикрывает тело. - Вилета стягивает с себя платье.
   - Вилета! - Я развожу руками.
  Ответила.
  Поспешно. - Вилета.
  Я знаю, что твердо хочу сказать.
  Ты слишком добрая ко мне.
  И платье твоё элегантное.
  Даже рубище может выглядеть бальным платьем.
  С какой стороны на платье посмотреть
  Актрисы нарочно делают дырки в платьях.
  Чтобы соблазнять чиновников.
  Наши же платья дырявые изначально.
  Я.
  Йа...
  Не возьму твой подарок.
  В лесу никого нет.
  Поэтому мне не стыдно пройтись без платья.
  А перед возвращением я возьму своё.
  Оно на мне высохнет.
  Я часто хожу мокрая.
  Проваливаюсь в болото.
  Или в ямы.
  
  НУЖНО СМОТРЕТЬ ПОД НОГИ, А НЕ НА ЧУЖОЕ ПЛАТЬЕ.
  
   - Ты застала меня врасплох, - Вилета затягивает пояс.
  Пояс у неё сплетен из крапивы.
  Молча смотрит.
  В меня вглядывается.
  И, наконец, улыбается. - Я познакомлю тебя.
  С...
   - Нет.
  Я голая не пойду.
   - Они тоже без платья.
   - Вилета.
  Я на подобное не согласна.
   - Алисия!
  Это не то, что ты думаешь.
  Почему начинают думать с самого плохого? - Вилета идёт вперед.
  Я подчиняюсь.
  Подчиняюсь обстоятельствам.
  Следую за обстоятельствами, а не за Вилетой.
   - Мне любопытно.
  Вилета?
  Что за сюрприз?
  У тебя избушка?
  В лесу?
   - Почти угадала.
   - Вилета.
  Угадать можно либо - да, либо нет.
  
  НЕ БЫВАЕТ ПОЛОВИНЧАТЫХ УГАДЫВАНИЙ.
  
  Я запинаюсь о корень.
  Полетела вперед носом.
  Как юная чайка летела.
  Но...
  Вилета успевает.
  Подправляет мой полет.
  И я не шлёпаюсь в грязь лицом.
  Я устояла на ногах.
   - Оказывается, от твоих приёмчиков можно не только падать, но и подниматься! - Я хохочу!
  Мне весело.
  Мы по дороге шутим.
  Вдруг, лес расступается.
  Я и не успела заметить.
  Но оказалась около поляны.
  В яме горит костёр.
  Три девушки заняты.
  Заняты важным делом.
  Они перепрыгивают через костёр.
  По очереди перепрыгивают.
  И хохочут.
  Им весело.
  Очень.
  Выглядят девушки, как и я.
  В смысле - без одежды.
  
  ВСЁ ВОЗВРАЩАЕТСЯ К ЛЕСНОЙ ЖИЗНИ.
  
  Под ёлками виднеется избушка.
  Она вросла в землю.
  Похожа на древнее жилище.
  Словно из земли растёт.
  А не наоборот.
  Вилета срывается с места.
  Бежит к костру.
  На бегу снимает платье.
  И...
  Тоже прыгает.
  Смеется заливисто.
  Я стоЮ поодаль.
  Чувствую себя деревом.
  Потому что мои ноги врастают в землю.
  Так проходят минуты.
  Я не выдерживаю.
  Разгоняюсь.
  Без приглашения подбегаю к костру.
  И...
  Перепрыгиваю через него.
  Ну да, ну да.
  Нууууу, как перепрыгиваю.
  Огонь оказывается горячим.
  Огненный огонь.
  Он ударяет в мои ноги.
  Подгоняет под попку.
  Я взвизгиваю.
  Опускаюсь на лужайку.
  И начинаю ерзать попкой по траве.
  Трава успокаивает меня.
  Холодная роса снимает печать огня.
  
  КОГДА ПОДЖАРИЛИ, ТО ЛУЧШЕ СНЯТЬ ХРУСТЯЩУЮ КОРОЧКУ.
  
   - Вилета! - Рыжеволосая смотрит на меня.
  По-доброму смотрит.
  Но обращается к Вилете. - Ты задержалась.
  На целых два часа.
  Мы беспокоились.
   - Познакомьтесь.
  Алисиа!
  Новенькая с болота.
   - Новенькая, но уже не чужая, - рыжеволосая хихикает.
  Я смотрю на девушек.
  "Вилета - брюнетка.
  Вторая девушка - рыжеволосая.
  Третья - шатенка.
  У четвертой волосы русые.
  И я - пятая.
  Мои волосы белее снега.
  Так случайно сложилось.
  Или я была нужна для разнообразия цвета.
  Звено в их играх.
  
  СЛУЧАНО ГОЛЫЕ ДЕВУШКИ К КОСТРУ НЕ ВЫХОДЯТ".
  
   - Я - Ванда, - рыжеволосая берет меня за руку.
  За левую руку.
   - Я - Клио, - очередь русоволосой.
   - Я - Зои! - Шатенка дотрагивается до моей правой руки.
  Меня, словно током пробивает.
   - Нуууу.
  А я - Алисиа. - Я говорю глупо.
  Потому что Вилета меня уже назвала.
  Поэтому я смеюсь.
  Смехом пытаюсь замазать свою неловкость. - Ощущение, что мы на сборище алкоголиков.
  Анонимные алкоголики.
  Мой отец посещал.
  Там все по очереди встают.
  И рассказывают о себе. - Я замолкаю.
  Все молчат.
  Смотрят на меня с удивлением.
  Я присматриваю ходы отступления.
  Меня принесут в жертву?
  За мою неудавшуюся шутку.
  Но...
  Клио начинает хохотать.
  Она закидывает головку.
  Головка у неё идеальная.
  Клио показывает зубки.
  Все смеются.
  Шутка моя прошла.
   - Алисиа!
  Если уж мы на собрании алкоголиков, - Ванда сжимает мою руку, - то начни с себя.
  Расскажи о себе.
   - Йа?
  Родилась! - Мне становится легко.
  Желтые глаза рыжеволосой Ванды завораживают.
  Я хочу открыть ей душу. - Четыре года ходила в школу.
  Остальное время работаю.
  И мечтаю...
  Мечтаю свинтить от нудной жизни.
  Желаю праздник!
   - Алисиа!
  Не так проста твоя биография, - Вилета стучит пальчиком по моему лбу. - Ты за один день успела снять часы.
  У Фуфельта часы забрала.
  И отдала мне.
  И выдержала мой урок.
  
   - Вилета!
  Опять ты развлекалась? - Зои качает головкой.
  Миленькая головка. - Алисиа вся в синяках.
  Пожалела бы её. - Шатенка Зои проводит ладонью по моему плечу.
  И объясняет мне: - Вилета обожает ронять людей.
  Она у нас специалистка.
  Алисиа!
  Если тебя утешит, то Вилета нас тоже изрядно поваляла.
  В своё время.
   - Алисиа сама меня не жалела, - Вилета жалуется. - Думаете, что мне легко было?
  Падать - легко.
  А подбить ноги, свалить человека - трудно.
  
  ТО, ЧТО КАЖЕТСЯ ЛЁГКИМ - ТРУДНОЕ.
  
   - Бедненькая наша Вилета, - Ванда гладит Вилету по головке. - Утомилась? - Ванда не смеётся уже.
  Либо она - мастер сарказма.
  Либо - действительно, жалеет Вилету.
   - Всё, конечно, хорошо, - я смотрю на звезду.
  Полярная звезда.
  До утра ещё долго. - Вы - подружки.
  Сразу понятно.
  Убегаете по ночам в лес.
  Хотя ночи на Дырды прозрачные.
  Даже не ночи, вообще...
  Общаетесь.
  Шутите.
   Но, зачем вы прыгаете через костёр?
   - Алисиа.
  Как бы сказать - Клио наматывает русый локон на пальчик. - Мы - ведьмы.
   - Ведьмы? - Я подаюсь вперед.
  Сдерживаю удивление.
  Вместе с улыбкой удивление.
  "Как я должна отреагировать?
  Засмеяться?
  Сделать вид, что озадачена?
  Или принять спокойно". - Но...
  В ведьм играют девочки.
  Четырнадцатилетние девочки обожают игру в ведьм.
  А вы...
  Вам же...
   - Нам всем по восемнадцать лет, - Зои поняла мой вопрос. - Дело в том, что мы давно играем.
  С детства мы забавляемся игрой.
  В ведьм.
  Но...
  Алисиа.
  Сейчас уже не игра.
  Мы - настоящие ведьмы.
  Фермер знает, что он - фермер.
  Чиновник понимает, что он - чиновник.
  Так и мы.
  Мы - просто ведьмы.
  Поняла?
   - Да.
  Спасибо! - Я киваю.
  Не понимаю, что происходит.
  На сумасшедших они не похожи. - Вы волнуетесь?
  Боитесь, что я начну беспокоиться?
  Я сегодня выкорчевала пень.
  Он тяжело шёл.
  Спина моя чуть не переломилась.
  Тогда я беспокоилась.
  Сейчас же я спокойна.
  Не съедите же вы меня.
  На мне нечего есть.
  Мне нравится с вами.
  Поэтому я приму, что вы - ведьмы.
  На Дырды, судя по всему, не так много развлечений.
  Разожжем ещё один костёр?
  
  НА ВСЕХ ОДНОГО КОСТРА НЕ ХВАТИТ.
  
   - Алисиа?
  Хочешь кофе? - Из избушки выходит Зои.
  "Зои?
  Она же стояла рядом со мной, - я оборачиваюсь.
  Зои уже рядом нет.
  Но она около избушки.
  Зои сбегала в домик?
  Сварила кофе?
  И вернулась?
  А я не видела, как она так шустро всё сделала..."
   - Кофе? - Я поднимаю брови.
  Они у меня красивые. - Кофе здесь?
  Кофе - диковинка.
  Дорогое удольствие - кофе.
  Здесь его быть не может.
   - Алисиа!
  А ты, попробуй! - Зои дует в чашку.
  Что-то прошептала.
  Чашка сделана из бересты.
  Из коры березы чашка.
  Я принимаю её.
  Подозреваю, что меня дурачат.
  Но...
  В берестяной чашке кофе кипит!
  Поднимаются пузырьки.
   - Осторожнее!
  Не обожгись, Алисиа! - Зои отходит от меня.
   - Ты...
  Ты подула в чашку?
  И жижа закипела? - Я не решаюсь коричневое назвать кофе.
  Поднимаю глаза.
   - Я ещё и пошептала.
  Немного! - Зои пожимает плечами.
  Плечи у неё узкие. - Я же ведьма.
   - Кофе, пожалуйста, - я сама себе говорю. - Звучит нереально.
  О чём я могу еще сказать?
  Или ничего особенного, если жижа на просачивается через бересту чашки?
  Можно сидеть в лесу.
  Пить кофе, как частенько пьют дочки чиновников.
  Но вы не похожи на тех, кто станет болтать попусту.
  
  ГОВОРИТЬ БЕЗ СМЫСЛА - ВСЁ РАВНО, ЧТО РАБОТАТЬ СО СМЫСЛОМ.
  
   - Алисиа! - Ванда рыжеволосая жестом приглашает меня сесть. - Отдохни.
  Кофе лучше пить сидя.
   - Ой! - От жеста Ванды я подалась назад.
  И сажусь.
  В пустоту.
  Но под моей попой оказывается стул.
  Деревянный стул. - Ничего особенного! - Я произношу рассеяно. - Простое колдовство.
   - Очень колдовство, - Вилета смеется.
   - Да.
  Я не хочу лезть в ваши дела, - я делаю глоток.
  Глаза мои округляются.
  Я кашляю. - Невероятно!
  Пару раз я пробовал кофе.
  Когда была маленькая.
  Мы прибегали в город.
  Смотрели на посетителей кофеен.
  Ждали.
  Некоторые не допивали кофе.
  Спешили на космобус.
  Тогда мы хватали стаканчики.
  Пластиковые стаканчики.
  И быстро допивали.
  Вкуснотища!
  Но...
  Ваш кофе в разы лучше!
  Ароматный.
  Где достали?
  Украли?
   - Если бы могли, то украли бы, - Клио вздыхает. - Но на Дырды нет кофе.
  Мы его сами делаем.
  Наколдовываем.
   - В самом деле? - Я произношу спокойно.
  Поворачиваюсь к Клио.
  Лицом к лицу с ней. - Что ты хочешь сказать?
   - Я всего лишь вношу ясность.
   - Алисиа! - Вилета жалеет меня.
  Она сразу хочет донести до меня то, во что поверить невозможно.
  С первого раза невозможно. - Зои внушила тебе, что в чашке налито кофе.
   - И то, что оно кипит, Зои тоже внушила?
   - Нет, Алисиа.
  Кофе кипело.
  Потому что Зои его заговорила.
   - Вы разговариваете с кофе?
  
   - ВСЕ ЧУДЕСА - ВСЕГО ЛИШЬ ФОКУСЫ, НАДО НАЖАТЬ И ПОДУТЬ, ГДЕ НАДО, И, КОГДА НАДО.
  
   - Я вам не нравлюсь? - Я надуваю губки. - Вы надо мной прикалываетесь.
   - Алисиа! - Зои присаживается рядом со мной.
  Но только я - на стульчике.
  Зои сидит на траве. - Я приготовила отвар.
  Отвар из нескольких трав.
  Я потом покажу тебе их.
  Ты всё узнаешь.
  Со временем сама научишься.
  Отвар ослабляет внимание.
  Ты начинаешь верить в то, что я сказала.
  Если бы я придумала, что в чашке - молоко, то ты бы пила отвар, как молоко.
  Нет ничего страшного в том, чтобы называть вещи другими именами.
  Ванда умеет без отвара.
  Она бы внушила тебе, что ты пьешь кофе, ты бы и поверила.
  Как веришь в то, что под тобой стул.
   - Подо мной нет стула? - Я распахиваю глаза.
  И...
  Падаю.
  Кофе проливается на траву.
  И...
  Исчезает.
  Чашка совершенно сухая. - Действительно.
  Нет стула.
  Теперь я верю в фокусы.
   - Мы дружим с природой! - Наступила очередь Вилеты. - Подсматриваем в лесу.
  Для нас нет опасных животных.
  Мы с ними разговариваем.
   - Вы понимаете язык животных? - Я бы упала.
  Но я и так на земле сижу.
  Слишком много падений было сегодня.
  У меня было.
   - Неа!
  Мы не понимаем животных.
  И они не понимают нас.
  Но...
  Они видят, что мы не желаем им зла.
  И мы в ответ тоже доказываем, что мы им не враги.
  Поэтому спокойно разгуливаем среди медведей.
  Переступаем клубки гадюк.
  Змеи не любят кусаться.
  Зачем им портить зубы.
  Они кусают только в редких случаях.
  Когда чувствуют безысходность.
   - Вы знаете, как работает гипноз.
  Называете его колдовством.
  Без языка общаетесь с животными.
  Тоже понятно.
  Собака смотрит на хозяина.
  И понимает его без слов.
  Не выпускаете гнев наружу.
   - Мы злость оставляем в себе, - Клио говорит тихо.
  Русоволосая Клио. - Гнев - сильное чувство.
  В нём много энергии.
  
  ЗАЧЕМ ВЫПУСКАТЬ ГНЕВ, КОГДА ОН СОГРЕВАЕТ ТЕЛО?
  
   - Йа?
  Зачем я вам?
  Я вам не подхожу.
  Я ничего не знаю.
   - Алисиа!
  Ты - пятый элемент!
  Недостающий луч в звезде.
  Пятиконечная звезда!
  Теперь мы все в сборе! - Вилета берет меня за руку.
  За левую руку.
  За правую руку уже держится Зои.
  Мы подходим к костру.
  Ванда и Клио дополняют круг.
   - Мы будем водить хоровод?
  Вокруг костра? - Я начинаю дрожать. - И что в хороводе колдовского? - После "кофе" я чувствую легкость.
  Мне не отвечают.
  Сначала мы идем медленно.
  Хоровод разгоняется.
  Мы уже бежим.
  И...
  Вилета начинает петь.
  Песня без слов.
  Тягучие звуки.
  Они пронзают меня.
  Насквозь.
  В голос Вилеты втекают ручьи голосов Клио и Зои.
  Воздух накаляется.
  Мне кажется?
  Или нет?
  Но огонь костра поднимается выше.
  В костре появляются зеленые огни.
  И голубые искры.
  Мощным ударом голоса Ванда вклинивается в пение.
  Мы ускоряемся.
  Всё размывается перед глазами.
  "Почему мы не падаем? - Мысль стучится в мою голову.
  Но издалека стучит. - Даже не тошнит.
  Обычно меня на каруселях начинало мутить.
  Может быть, мы и не водим хоровод вокруг костра?
  А мне внушили?
  Внушили, что я в хороводе". - Я теряю мысль.
  Не замечаю, как начинаю кричать.
  В восторге кричу.
  Огонь взметается до неба.
  Мы несемся с огромной скоростью.
  И...
  Кажется, что отрываемся от земли.
  Мы летим вокруг костра.
  Только я хочу проверить...
  И мы - падаем.
  Я тяжело дышу.
  Лица девушек светятся.
   - Понравилось? - Вилета оказывается рядом.
  Сидит около меня.
   - Ты специально подгадала? - Я тоже присаживаюсь.
  Из положения лежа. - Чтобы упасть со мной?
  Или переместилась?
  Как ты умеешь незаметно.
  Вилета?
  Мы летали?
   - Ага!
   - Невозможно.
   - Ага!
   - Не издевайся надо мной.
   - Не то, что издеваемся, - Вилета возражает.
  Ничуть не смущается.
  Её мой тон не беспокоит. - Алисиа!
  Тебе решать.
  Летали ли мы.
  Или не летали.
  Одно подходит одним.
  Другое подходит другим.
  Ты потрясена.
  Волнуешься.
   - Я считаю, что я ничего не знаю.
  
  ЗНАНИЯ - КАК КАРТОШКА: ЛИБО ОНИ ЕСТЬ, ЛИБО ЗНАНИЯ СЪЕДЕНЫ.
  
   - Мы пели.
  Вокруг огня пели.
  Наши голоса создавали звуковые волны.
  Колебания звуковые.
  Они входили в резонанс.
  Волна накладывалась на волну.
  Эффект пения усиливался.
  И звуковые волны обретали силу.
  Сила физического свойства.
  Огонь костра тоже воздействовал на воздух.
  Костёр создавал свои волны.
  Они переплетались в нашими песенными волнами.
  Поэтому огонь менял цвет.
  Поднимался выше.
  Мы наполнили костёр своей энергией.
  Ничего необычного...
   - Вилета?
   - Да, Алисиа?
   - Ты говорила, что ты не ходила в школу.
  Но рассуждаешь, как профессор.
  
   - ЧТОБЫ ГОВОРИТЬ О ВОЛНАХ, ДОСТАТОЧНО ИХ УВИДЕТЬ НА ВОДЕ, А НЕ СТО ЛЕТ УЧИТЬСЯ.
  
   - Всё выглядит логично, - я слегка повожу плечами... - Ты обещала, что я научусь.
  Теперь я верю.
   - Раньше не верила мне?
   - Верила.
  Но не так.
  Потому что обещания были слишком далеко.
  Вилета?
  Зачем вам всё?
  Это?
   - Дырды - тяжелая планета, - за Вилету отвечает Ванда.
  Она раскинулась на траве.
  Ноги и руки развела в стороны.
  Стала похожа на звезду.
  Звезда из пятерых.
  И звезда из одной. - Мы учимся выживать.
  У нас нет суда.
  Нет полиции.
  Кто сильнее - тот и главный.
  Алисиа.
  Ты даже не представляешь, что здесь творится ужасное.
   - Я видела.
  Фуфельт накинулся на Вилету.
  С ножом.
  Если бы Вилета не подломила его, то ...
   - То Фуфельт зарезал бы Вилету, - Зои произнесла тихо, - и тебе бы досталось, Алисиа...
   - Мда!
  Моему папеньке повезло, - я, начинаю осознавать, как здесь страшно. - Его только побили.
   - За твоего отца вступилась Ратха.
  Ратха владеет приёмами рукопашного боя.
  Её бывший научил... - Клио кивает.
   - Я тоже, - я пробормотала, - тоже так хочу.
  Противостоять.
   - Алисиа!
  Ты - талант! - Вилета смотрит на меня.
  Из-под опущенных ресниц разглядывает.
   - Ой!
  Вилета!
  Только не успокаивай меня. - Я сбиваю комара. - Никаких талантов у меня нет.
  
   - ЧТОБЫ ТАЛАНТ ПРОЯВИЛСЯ, НУЖНО ЕГО ЗАСТАВИТЬ
  
   - И какой же у меня талант?
   - Ты умеешь падать.
   - Йа? - Я глотаю воздух.
  Подозреваю, что Вилета не шутит.
  Но спрашиваю.
  На всякий случай. - Что же мудрого - валиться под ноги?
   - Алисиа!
  Ты можешь превратиться в невидимку.
   - Как это? - Похоже, что я заинтересовалась.
  Приятно, когда что-то находят во мне.
  Что-то приятное.
  Меня не часто баловали похвалами.
   - Представь, Алисиа! - Вилета воодушевляется. - Драка.
  Много участников в драке.
  Например, на дискотеке в деревне Барбос.
  Парни иногда любят показать, что они сильнее.
  Сильнее девушек.
  По природе своей парни мощнее.
  Против тебя выступает...
  Фуфельт.
  Он хочет тебя ударить.
  Но ты...
  Ты молниеносно падаешь.
  Сама.
  За миг до его удара.
  И перекатываешься.
  Фуфельт мигнул.
  А тебя уже перед ним нет.
  Он не видит тебя.
  Не находит.
  Если бы внимательно смотрел вниз, то заметил бы, что ты переместилась.
  Но...
  
  ЛЮДИ СМОТРЯТ ПЕРЕД СОБОЙ, А ВНИЗ ГЛЯДЯТ - В ПОСЛЕДНЮЮ ОЧЕРЕДЬ.
  
  Фуфельт пытается понять.
  Ты же по низу оказываешься за его спиной.
  И...
  Дальше по желанию.
  Либо ладонью по затылку.
  Либо в спину кулаком.
  Либо ногой под зад.
   - Красиво! - Я затаила дыхание.
  Вижу себя победительницей!
   - Я бы ударила ладонью по затылку, - Клио шепчет.
  Тихо говорит. - Чтобы глаза соперника вылетели.
   - Клио!
  Как жестоко! - Я быстро-быстро моргаю.
   - Не будешь жестокой - тебя ножом пырнут.
  Никто тебя не пожалеет. - Клио не смотрит на меня.
   - Сестру Клио забили насмерть.
  Парни из Кандунов. - Ванда говорит спокойно.
  Но я чувствую, что она напряжено.
   - Я не знала, - я пропищала.
   - Алисиа!
  Мы - девушки.
  Хрупкие создания мы, - Зои успокаивает меня.
  Голосом. - Но...
  У нас нет природных данных драться.
  Поэтому мы осваиваем искусство побеждать.
  Побеждать сразу.
  Если не получилось с одного удара - беги.
  У нас правило - одного удара.
  Мы не должны давать противнику шанс.
  Шанс на ответ.
  Потому что противник сильнее нас.
  
  УЧИТЬСЯ ХОРОШО ДРАТЬСЯ НУЖНО ГОДАМИ, А ВЫРУБАТЬ ПРОТИВНИКА - НЕСКОЛЬКО НЕДЕЛЬ УЧЕНИЙ.
  
   - Я даже не буду спрашивать, - я махнула рукой. - Всё само собой придёт. - И после паузы спрашиваю. - Вы же меня не прогоните?
   - Алисиа!
  Как можно прогнать дерево?
  Или речку?
  Река течет сама по себе.
  И в то же время она с тобой.
  Так и мы. - Клио отвечает замысловато.
  Но я её понимаю.
   - У меня много работы.
  По дому.
  Я не могу забросить дела.
  Я чрезвычайно занятая девушка.
  Помогаю отцу самоутвердиться.
  Но...
  Какое у вас расписание?
  Когда собираетесь?
   - Когда захотим, - Вилета поднимается.
  Протягивает мне руку.
  Я принимаю её помощь.
  Понимаю, что на сегодня игры закончились. - Алисиа!
  Ты приходи, когда захочешь.
  Сюда.
  Мы чувствуем друг дружку.
  Узнаем, что ты здесь.
  И, кто свободная, прибежит.
  Ты тоже так сможешь.
   - Круто! - Я осознаю, что я - ведьма.
  Моргнула.
  А Зои, Клио и Ванды уже нет.
  И костёр погас. - Вилета?
  Они тоже обладают искусством невидимки?
   - Скорее - отводом глаз.
  Клио, Зои и Ванда следили за тем, куда ты смотришь.
  И, как только ты перемещала взгляд, они убегали.
   - Не попрощались даже.
  
   - ПРОЩАНИЕ - СЛИШКОМ БОЛЬШАЯ РОСКОШЬ ДЛЯ БЕДНЫХ.
  
  Вилета скрывается в домике.
  Я тоже хочу войти.
  Но не решаюсь.
  Слишком глубокой древностью веет от земляной избушки.
  Вилета выходит.
  Протягивает мне кусок материи.
  Розовая материя.
   - Алисиа.
  Ты забрала часы у Фуфельта.
  Я их продала.
  Вот - твоя доля.
  Сшей себе платье.
   - Но!
  Какая роскошь! - Я не могу глаз отвести. - Без дырок.
  Не пользованное полотно.
  Новое.
   - На новое всегда найдется более новое!
   - Спасибо!
  Вилета.
  Но...
  Отец у меня отберет.
  Продаст меняле.
   - Алисиа!
  Но это уже твоя жизнь! - Вилета показывает, что не хочет вмешиваться.
  Не ворошит мою семью.
  Она провожает меня.
  Сначала до ручья.
  Я натягиваю своё платье.
  От него исходит аромат чистоты.
  Бегущая вода пахнет особенно.
  
  ВСЁ, ЧТО ДВИЖЕТСЯ - ЖИВОЕ.
  
  Мы подходим к болоту.
  Моя хижина разрушена.
  Но посторонних звуков нет.
  Я слышу, как храпят во сне Дункан и Сантьяго.
  Мои братья спят с удовольствием.
  Вилета целует меня в щечку.
  Как подруга подругу.
  И бесшумно исчезает в лесу.
   - Обалдеть!
  Я - ведьма! - я прячу свиток материи в камышах. - И у меня подруги.
  Подруги, которые со мной.
  Даже представить - приятно. - Я опускаюсь на камышовую подстилку.
  Хижину завтра поставлю
  И засыпаю.
  
  СОН РАССКАЖЕТ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВСЕ БИБЛИОТЕКИ.
  
   - Алисиа! - День начинается с папы.
  Он стоит надо мной.
  Потрясает розовым свертком.
  Отрез на моё платье. - Блудница!
  Ты забыла Правду! - Отец в гневе.
  Потому что с утра не похмелился.
  Гнев он перерабатывает в обличения. - Где всю ночь шлялась?
   - Почему ты думаешь, что я шлялась где-то, - я протираю глаза. - Ты же спал.
   - Я скажу тебе, - отец присаживается на корточки.
  Голосом приманивает лягушек. - Ты ночью ходила в деревню.
  Нашла себе любовничка.
  Скорее всего - меняла твой дружок.
  Ты продала себя за тряпку! - Голос отца возвышается до творческого. - Ты сама - тряпка.
  И за тряпку отдалась.
   - Что же делается! - Мама вылезает из хижины.
  Растрепанная.
  Взгляд её блуждающий.
  Мама не может оправиться после потери кольца. - Алисиа!
  Ты сначала украла моё кольцо.
  Потом по рукам пошла.
  Вся в синяках!
  Сколько же у тебя мужиков было?!!
   - Вы пока поговорите! - Я отползаю.
  Не спорю с мамой.
  Трудно выбить мысли из чужой головы.
  Досадую, что отец нашёл отрез на моё платье.
  Я сама виновата.
  Надо было прятать тщательнее. - Я же должна работать. - Как бы успокаиваю отца. - Хижину поставлю себе.
  Вы же мне не поможете. - Я бреду к ручью.
  За спиной слышу ожидаемое.
   - Подарок разврата! - Отец торжествует. - Я сожгу его!
   - Ну да, ну да, - я бормочу.
  Тихо говорю.
  Чтобы никто не услышал. - Сожжешь ты дорогую материю.
  Ты отнесешь моё меняле.
  Продашь.
  Снова мужиков будешь поить.
  Чтобы они слушали твою глупость о Правде.
  И не били тебя.
  Или били, но не слишком сильно.
  Затем переночуешь у Ратхи.
  
  ОТ ХОРОШЕГО НЕ ОТКАЗЫВАЮТСЯ.
  
  Мама начинает голосить.
  Аня плачет.
  Я сбрасываю одежду.
  Совершаю утреннее омовение.
  
  
  
  Превращаюсь в сосульку.
  Но сердце пылает костром.
  Костёр ведьм!
  Отец уходит.
  Якобы сжигать.
  Мог бы и здесь в костер бросить.
  Но отцу никто не задает вопросы.
  Потому что понимаем - он несет продавать матерьяльчик.
  Так папа борется за Правду!
  
  Папа вернется завтра утром.
  Я ставлю новую хижину.
  Ну да, ну да.
  Несколько палок воткнула в землю.
  На них набросала листьев.
  Вот и весь дом...
  Затем я работаю на огороде.
  Готовлю еду.
  Дел не так много.
  Мама на меня косится.
  С подозрением.
  Я ещё сильнее усиливаю её подозрение.
   - Мама!
  Я в деревню схожу.
  К подружке.
   - Сходи, сходи! - Мама на меня не смотрит. - Кто же теперь тебя возьмёт опозоренную?
  Тебе одно место - кабак.
   - Кабак занят, - я отвечаю ядовито. - В кабаке отец правит.
   - Фанерже знает, что делает.
  На нём семья держится. - Мама поджимает губы.
  Понятно.
  Все решили дружить против меня.
   - Семья держится, - я уже на бегу говорю. - Не только наша одна семья, наверное... - Я пригибаюсь.
  Мама может швырнуть в меня чем-нибудь.
  Например, картофелиной.
  Но на этот раз мама швыряет мне в спину только ругательства.
   - Я выросла! - В лесу расправляю плечи. - Не понимаю, что мне нужно уходить из семьи.
  Поэтому мне другие подсказывают. - Я иронизирую.
  
  ПОСМЕЯТЬСЯ НАД СОБОЙ - ПОЛОВИНА УСПЕХА.
  
  В деревне картина повторяется.
  Отец и меняла смеются.
  Отец передает меняле сверток.
  Сверток с моим несостоявшимся платьем.
  Меняла отдает папе деньги.
  Если бы папа обернулся, то увидел бы меня.
  Но мой отец смотрит вперед.
  Только вперед!
  И глядит он на кабак.
   - Привет всей честной компании! - Через минуту отец уже в кабаке. - Кабатчик!
  Всем налей за мой счет!
   - Вчера счет был мамин, - я цежу сквозь зубки. - Сегодня - мой.
  Сколько у отца счетов? - Я бреду по улице.
  Не знаю, где живет Вилета.
  К счастью меня окликают.
   - Алисиа!
  Привет! - ко мне подбегает Ванда.
  Рыжеволосая ведьмочка. - В гости в деревню?
  Или по делам?
  
   - БЕЗ ДЕНЕГ В ГОСТИ НЕ ХОДЯТ, И ПО ДЕЛАМ ТОЖЕ.
  
   - Деньги - позор! - Ванда расправляет волосы. - Ты осторожнее ходи.
  Брузьвельт зол на тебя.
  За вчерашнее.
  Может отомстить.
   - Я усвоила урок.
  Вчерашний урок.
  Я убегу! - Я говорю неуверенно. - Ты лук продаешь? - Показываю на тачку.
   - Сажать везу.
   - Я Вилету ищу.
  Где она живет?
   - В конце улицы, - Ванда показывает. - Дом без крыши.
  Видишь?
   - Я думала, что дом нежилой.
  Как можно в нём прятаться от дождя?
   - Так и живем! - Ванда пожимает плечами.
  Она не похожа на вчерашнюю Ванду.
  Потому что вчера была значительная.
  Сегодня - обыкновенная девушка.
  Деревенская.
  Ванда не хочет уходить.
  Я тоже желаю поболтать.
   - Алисиа?
   - Да, Ванда!
   - Лук тебе нужен?
  Для посадки?
   - Неа.
  Я лук не люблю.
  Я ещё слишком молодая, чтобы лук есть! - Я смеюсь.
   - Я бы тебе дала.
  Я сама тоже не очень с луком дружу. - Смотрит мне в глаза. - На дискотеку пойдешь?
  В Барбос?
   - Я бы пошла, - я не уверена. - Но отец отнял моё несостоявшееся платье.
   - Ерунда! - Ванда махнула рукой. - На кабак у мужиков денег хватает.
  Но на остальное - нет.
   - Ты не высокого мнения о мужчинах.
   - Алисиа!
  Если бы ты знала, сколько сил уходит, чтобы убедить мужчину.
  Или парня.
  Им нельзя поручить ни одно дело.
  Ты понимаешь?
   - Я понимаю, о чем ты говоришь.
   - Например, Щербак.
  Парень видный.
  Ему не чуждо ничто человеческое.
  Но...
  Как бы сказать, чтобы не обидеть его...
  Щербак брался за многое.
  Но ни одно дело у него не было продолжительным.
   - Щербак - твой жених?
   - Я не сторонница связи с парнями.
  Женихаться мне рано.
  Или не надо.
   - Я того же мнения, - я согласилась.
  С облегчением вздохнула.
  Болтать с Вандой было интересно. - Ванда?
  Я не мешаю твоей работе?
  
  ЛУК САМ СЕБЯ НЕ ПОСАДИТ.
  
   - Алисиа!
  Поверь!
  Лук - не самое важное в жизни.
   - А что важное?
  Важно - никого не разозлить. - Ванда вздохнула.
  Тяжело вздохнула.
  Затем продолжила. - Не думай, что я ищу женихов.
  Мне даже стыдно, когда меня спрашивают, кто мой парень.
  Словно я виновата, что парня у меня нет.
  Хотя...
  Может быть, и виновата.
   - Ванда.
  Я бы не желала, чтобы у тебя сложилось впечатление...
  Впечатление, что я копаюсь в твоей биографии.
   - Алисиа!
  Я тебя насквозь вижу.
  В хорошем смысле!
  Если бы ты хотела хитрить, я бы поняла.
  Моей жизни ты не угрожаешь.
   - Ванда!
  Можешь сейчас показать?
   - Сейчас показать что?
   - Своё колдовство.
  Или фокус.
  Хотя бы намекни.
   - Алисиа!
  Никто не должен о нас знать.
  Люди могут уцепиться за малейшее.
  А, если подумают, что мы - ведьмы...
  То свалят на нас все свои неудачи.
   - Здесь никого нет.
  Ванда.
  Покажи мне хоть чуть-чуть.
   - Алисиа! - Ванда смотрит мне в глаза.
  Ночью её глаза были желтые.
  Сейчас - золотые. - Я покажу тебе чудо!
  Но только сначала съешь луковицу.
   - Обязательно есть лук? - Я скорчила гримаску.
   - Обязательно.
  Иначе чуда не увидишь.
   - Хорошо! - Я выбрала самую маленькую луковку.
   - Алисиа.
  Чем меньше луковица, тем она горче.
  Поэтому попробуй большую.
  Большая луковица сладкая.
   - Никогда бы не подумала, что чудо лежит через лук, - я откусываю от луковицы.
  От самой большой.
  Прислушиваюсь к ощущениям. - Действительно.
  Не горький лук. - Я доедаю луковицу.
  Расставляю руки. - Всё!
  Ванда!
  Я твоё условие выполнила.
  Теперь - показывай чудо!
   - Я уже его показала.
   - Кого?
   - Чудо.
  Я заставила тебя съесть луковицу.
  Ты не любишь лук.
  Но ела.
  И я убедила тебя, что большая луковица слаще, чем маленькая.
  Ты поверила.
  Вот моё чудо.
   - Ванда! - Я протягиваю буквы. - Ты меня обманула.
   - Никакого обмана.
  Только внушение.
  Убеждения.
  Нас, ведьм же обвиняют по подобным поводам.
  У кого кошка сбежит - мы виноваты.
  Дождя нет - ведьмы наколдовали.
  Корова молоко не даёт - ведьма корову сглазила.
  А сами просто корову не кормят.
  
  КОЛДОВСТВО - НЕ ОБМАН.
  
   - Ты убедила меня!
  Ванда.
  А моего отца можешь убедить, чтобы он не пил?
   - Могу.
  Но не хочу.
  
  НЕ ОТНИМАЙ У МУЖЧИНЫ ТО, НА ЧЁМ ОН ДЕРЖИТСЯ.
  
  Если пьющий не пьёт, то становится раздражительным.
  Всем недоволен.
  Драться лезет.
  Алисиа?
  Тебе надо, чтобы отец не в кабаке зависал, а сидел бы на болоте и придирался к тебе?
   - Не очень.
  Странно, как ты повернула.
  Но правильно говоришь.
   - К тому же я не люблю пьяных мужчин.
  Поэтому помогать им не хочу.
   - Конечно!
  Отец разозлится, - я склонила головку к правому плечу. - Я могу так, как ты?
  Убеждать.
  Заставлять?
   - Все могут.
  Но у меня природные данные к гипнозу.
  Поэтому, в любом случае получится сильнее, чем у тебя.
  Мои глаза - золотые.
  Они завораживают.
  У тебя глазища синие.
  Омутные очи.
  Они мужиков только на блуд будут звать.
   - Фуй!
  Меня и так родители блудницей считают.
  После вчерашнего.
  Я же избитая вернулась домой.
  В синяках.
  И в ссадинах.
  Вилета меня учила падать.
  А для взрослых девушка, если избитая, то - шалава.
   - Алисиа!
  На шалаву ты не похожа.
  Твои родители ошибаются.
  И, вообще.
  Ведьма должна всё знать.
  Всё умеет ведьма.
  Ведьма - от слова ведунья.
  Но...
  Больше всего ведьма должна сосредотачиваться на том, что ей заложено природой.
  Например, тебе - падать.
  У Вилеты дар ронять врагов.
  Клио - многосторонняя.
  Но всего понемножку.
  Нет сильных качеств.
  Зои - по травам и заговорам.
   - Как-то не солидно звучит - специалистка по падениям, - я фыркнула.
   - Ещё как солидно.
  Сама поймешь.
  Войдешь во вкус.
  Будешь гордиться своим умением.
  
  ЧТО ИМЕЕШЬ, ТЕМ И ГОРДИСЬ.
  
   - Тогда я пошла падать, - я засмеялась. - Ванда?
   - Да, Алисиа!
   - Во сколько дискотека?
  Вы вместе ходите?
   - Дискотека в Барбос с утра до вечера.
  Но днём там никого нет.
  Только музыка играет.
  Мы собираемся компанией.
  Девушки вместе.
  Так безопаснее.
  Приходи сюда к закату.
  Мы тебя подождем.
  
   - ПАРНИ ХОДЯТ НА ДИСКОТЕКУ, ЧТОБЫ КАДРИТЬ ДЕВУШЕК, А ДЕВУШКИ - ЧТОБЫ ТАНЦЕВАТЬ.
  
   - Да.
  Только парням эту истину не вбить в голову.
  Они лезут полапать.
  Мы волнуемся.
  Переживаем потрясения.
  А парни распоряжаются нами.
  Претендуют на наши ласки.
   - Ты так просто говоришь...
   - Конечно!
  Мы же - ведьмы.
   - Да уж...
  Ну да, ну да.
  Я ведьма! - Я вздохнула. - Я пойду к избушке.
  К вашему домику в лесу.
   - К нашему домику.
  Алисиа.
  Теперь он и твой.
   - Там потренируюсь.
  Падать буду.
  Со стороны, наверно, вид потрясающий на меня.
  Голая девка падает.
  Поднимается.
  И снова падает.
  Кто увидит, подумает, что в меня злой дух вселился.
  Нормальная не станет причинять себе боль.
   - Найдешь домик?
   - Если не найду, то - плохая я ведьма...
   - Правильно мыслишь.
  Только мы знаем о том месте.
  Оно как бы зачарованное.
  Я знаю, что многие проходили мимо того домика, но его не видели.
   - До встречи, Ванда!
   - Удачи тебе, Алисиа! - Ванда покатила тележку.
  Я стояла и смотрела.
  "Ванда гибкая.
  Грациозная.
  Ей бы в балете порхать.
  А она тележки возит.
  Тележки с луком.
  Но зато - как идёт!
  Ни одна балерина не сравнится с Вандой.
  
  ДЕВУШКА С ТЕЛЕЖКОЙ МОЖЕТ СТАТЬ БАЛЕРИНОЙ, НО БАЛЕРИНА НИКОГДА НЕ СМОЖЕТ ВОЗИТЬ ТЕЛЕЖКУ".
  
  Рыжие волосы Ванды вспыхивают.
  Словно на голове пожар.
  Так звезда дарит Ванде свой свет.
  Немножко похоже на колдовство.
  Через десять минут я вхожу в лес.
   - Что, если я не найду избушку? - Страх сковывает мои ноги. - Нет.
  Я должна верить.
  Верить в себя.
  Обязательно окажусь у избушки! - Я задираю подбородочек.
  Возможно, что я наколдовала.
  Но к избушке выхожу по прямой.
  Без блужданий.
  Без поисков пришла.
  Словно меня вели за руку.
   - Может быть, они - настоящие ведьмы, - мелькает мысль. - Говорят, что никакого колдовства нет.
  Только гипноз.
  Гипноз и фокусы.
  Но на самом деле - колдуют.
  И меня к избушке вывели. - Я в недоумении.
  Вижу избушку. - Костровища нет! - Я распахиваю глаза. - Словно не горел вчера костёр.
  Конечно, возможно, что кто-нибудь из них перенес угли.
  А на место костра посадил траву с дерном. - Я не проверяю.
  Потому что могу разочароваться.
  Если костер унесли, то - нет колдовства.
  Если же трава сама выросла...
  И её не пересаживали...
  То - колдовство есть.
  Получится, что меня подружки ведьмы обманули... - Я снимаю платье.
  Не в платье же падать.
  Минуту думаю. - Как удобнее упасть. - Затем полагаюсь на случай.
  Тело само должно думать.
  Без моей помощи.
  Без подсказок мозга.
  Я валюсь.
  Падаю неуклюже. - Чуть не разбилась. - Я поднимаюсь.
  Но урок освоила.
  Второй раз я упала более удачно.
  Даже попробовала перекатиться.
  В сторону.
  Как меня вчера учили.
  Повторяю несколько раз.
  Меня мои прыжки захватывают.
  Я чувствую, что у меня получается.
  Хочу лучше и лучше.
  Из всех падений я выбираю самые лучшие.
  К перекатыванию добавляю бег на четвереньках.
  По-собачьи прыгаю.
  
  СОБАКИ БЕГАЮТ НА ЧЕТЫРЕХ НОГАХ И БЫСТРЕЕ ЧЕЛОВЕКА.
  
  Но...
  Всё же я устаю.
   - Посмотрю, что в избушке, - я останавливаюсь около входа.
  Думаю.
  И шагаю в темноту.
  Смело шагаю.
  В избушке маленькие окна.
  Через них сочится свет.
  Бедно проходит. - Травы.
  Пучки трав.
  Грибы сушеные.
  А аромат!
  Неповторимый аромат леса. - Я присаживаюсь на кровать. - Одна кровать на весь домик.
  Да и не влезут в малютку две кровати. - Меня охватывает истома.
  Дышится легко.
  Глаза закрываются.
  Я опускаюсь в сон.
  
  ДОРОГОЙ СОН НУЖНО ЗАСЛУЖИТЬ.
  
  Сколько спала - не знаю.
  Просыпаюсь.
  Проснулась от голода.
  Зверский аппетит!
   - Котлеты из зайца, - надо мной склоняется. - Вилета!
   - Ого! - Я вскакиваю.
  Обнимаю подружку. - Ты почувствовала, что я проснулась?
   - Чувства - главное, что есть у девушки.
   - Вилета! - Я вдыхаю аромат. - Ты и ужин приготовила!
   - Несколько котлет! - Вилета выходит из домика. - Мы же на дискотеку идём.
  Дорога дальняя.
   - Мечта! - Я хватаю котлетку.
  Закатываю глазки. - Ничего вкуснее я не кушала!
  Вилета?
   - Да, Алисиа.
   - Котлеты из настоящего зайца?
  Или ты наколдовала мясо из земли?
  Ты же - ведьма!
   - Зайца легче поймать и приготовить, чем колдовать еду из травы или из земли, - Вилета шутит.
  Или не шутит.
  Мы ужинаем.
  Я ощущаю прилив сил.
   - Пойдем?
  Нас уже ждут.
   - Ага! - Я бегу впереди.
   - Алисиа?
   - Шо?
   - Ты ничего не забыла?
   - Ничего не забыла.
  Всё моё при мне.
   - Голая пойдешь?
  Мне, конечно, всё равно.
  Но мужики обрадуются.
   - Йо мойо! - Я возвращаюсь.
  Натягиваю платье. - Алисиа.
  Прости.
  Но тот отрез розовой ткани мой отец забрал.
  И пропил.
   - Я знаю.
  Лишь бы ему на пользу пошло.
   - Ну да, ну да.
  Он мог бы подарить своей Ратхе.
  Или жене.
  Но он подарил меняле.
  Пусть на меняле и женится.
   - Не очень-то ты любишь своего отца.
   - Не люблю.
  Но жалею.
  Мы же - родня.
  
   - РОДНЫЕ - КОГДА ДРУГ ДРУГУ ПОМОГАЮТ.
  
   - Вилета.
  Я не согласна с тобой. - Мы подходим к выходу из леса. - Брось меня.
   - Бросить?
  Ты не муж мне, чтобы я тебя бросала.
   - Я имею в виду - как вчера.
  Ты меня на землю кидала.
  Я сегодня тренировалась.
  Что-то начало получаться.
  Вроде бы...
   - Так? - Вилета подбивает мои ноги.
  Я падаю, словно подрубленная.
   - Вилета.
  Я не подготовилась.
   - Алисиа!
  Ты должна без подготовки реагировать.
  Неожиданностей для тебя не будет.
   - Ещё! - Я полна решимости.
   - Нет, - Вилета качает головкой. - Ты испачкаешься.
  На дискотеку в рваном платье можно приходить.
  Но грязной - не рекомендуется.
  
  ДАЖЕ САМЫЕ БЕДНЫЕ МОГУТ БЫТЬ САМЫМИ ЧИСТЕНЬКИМИ.
  
   - Ванда лук сажает, - я начинаю болтовню.
  Показываю, что согласна с Вилетой.
  Что не нужно сейчас в грязи валяться.
  Да, и судя по всему, я ещё не готова.
  Вилета меня же уронила.
   - Ванда слишком занятая девушка.
  Но на тебя время нашла.
  Значит, ты ей понравилась.
  Вы долго разговаривали.
   - Ты всё знаешь! - Я даже подпрыгнула. - О, деревня!
  О, нравы!
  Всем обо всех сразу становится известно.
  Кстати, мой брат себе подругу нашел.
   - Гипи! - Вилета подмигнула мне. - Она - Хорошая.
   - Но Гипи - женщина.
  Ей сорок пять лет.
  А мой брат подросток.
   - Тебя это напрягает?
  Не наоборот же.
  Вот, если бы у твоей сестренки Ани появился пятидесятилетний ухажер...
  Тогда - отвратительно.
   - Обо всём ты знаешь.
  Даже не интересно.
  Чем я могу тебя удивить?
   - Алисиа!
  Ты чуткая.
  Твоя вежливость сделает честь даже принцессе.
   - Я рада слышать.
  Когда я улечу...
  Я обязательно сбегу с Дырды...
  Ты полетишь со мной.
  Без сомнения.
   - Алисиа! - Вилета вздохнула.
  Нарочно громко вдыхает.
  Словно имеет дело с глупышкой. - Алисиа!
  Я не хочу тебя обидеть.
  Или разочаровать.
  Но с Дырды не улетают.
  Невозможно сбежать.
  Я уже вчера об этом сказала.
   - Я что-нибудь придумаю.
  Вы меня вчера назвали невидимкой.
  Я прокрадусь в космокатер...
   - Алисиа!
  Кстати, о невидимости.
  Лучше бы нам сегодня стать невидимыми.
  На танцах будет Фуфельт.
  Обязательно притащится.
  С дружками придут.
  Фуфельт тебе и мне не простит вчерашнее.
  Я его побила.
  Ты у него часы увела.
  
  ПАРНИ МСТЯТ ДЕВУШКАМ.
  
   - Вилета! - Я даже остановилась. - Что же ты мне раньше не сказала?
  Зачем же мы бредем на дискотеку?
   - Нам, что?
  Всю оставшуюся жизнь без дискотеки обходиться? - Вилета постучала пальчиком по моему лбу.
   - Тебе хорошо, - я начинаю капризничать. - Ты снова побьешь Фуфельта...
   - Нет, Алисиа.
  Я стану невидимкой.
  И тебе того же желаю.
  Не так трудно.
  Первый урок ты освоила.
  Вчера.
  Клио, Ванда и Зои испарились.
  Исчезли.
  Просто выбирай момент, когда на тебя не смотрят.
   - На дискотеке-то не посмотрят?
  Смысл тогда - танцевать.
  
  ДЕВУШКИ ТАНЦЕМ ПРИВЛЕКАЮТ ВНИМАНИЕ.
  
   - Алисиа!
  Ты бывала в местах скопления людей?
  Раньше?
   - Конечно!
  На торжищах.
  Я даже иногда воровала горох.
  И орехи.
  Понемногу брала...
   - Вспомни.
  Одних людей ты замечала.
  Запоминала.
  Кто в яркой одежде.
  Кто - высокий.
  Кто видный.
  О других ничего не можешь сказать.
  Словно их и не было.
  Поэтому, когда Фуфельт будет присматриваться, то закройся.
  Превратись во всех.
  Копируй поведение других.
  Из личности превратись в толпу.
  Называется - отвод глаз.
   - Сказать - легко.
  Трудно сделать! - Я сорвала травинку.
  Пожевала стебелек.
   - Посмотри на меня.
   - Ага.
  Смотрю.
   - А теперь? - Вилета поблекла.
  Опустила головку.
  Чуть прищурилась.
  Я даже рот раскрыла.
   - Вилета!
  Я тебя даже не узнала бы...
  - Попробуй сама.
  Сначала спрячь глаза.
  Глаза не должны сиять.
  Можешь прищуриться.
  Или опусти голову.
  Чуть наклони плечи.
  И - самое главное - почувствуй себя невидимкой.
  
  ДЕВУШКА ЛИБО СИЯЕТ, ЛИБО ПОГРУЖАЕТСЯ ВО МРАК.
  
  Я исполнила всё, что Вилета советовала.
  Вилета критически меня осмотрела.
   - Алисиа!
  Руки опусти.
  Наклон не столь сильный вперед.
  Чтобы не казалась горбуньей.
  А так - отлично!
   - Вилета?
   - Да, Алисиа.
   - Ты уверена, что Фуфельт нас не узнает?
   - Не забивай голову ерундой.
  Алисиа!
  Проблемы будем решать по мере их отсутствия.
  Может быть, Фуфельт простит нас.
   - Странно!
  Неужели в Империи существует угнетение?
  Нас в школе учили, что все равны.
  А на Дырды строгое деление на касты.
  Каста мужчин.
  Мужчины - неприкасаемые.
  И каст женщин.
  Женщину каждый хочет потрогать.
  Словно Дырды находится в другой Вселенной.
  Или у космосйев.
  Простой девушке здесь ничего не светит.
  Я мечтала о доброте.
  Дружелюбия хотела.
  А у меня парень хлеб отнял.
   - Алисиа!
  Твои мечты сбылись.
  Ты получила доброту.
  И дружелюбие.
  Тебя приняли в кольцо ведьм.
   - Потому что я вам нужна была.
  Я - пятый элемент.
  Пятый луч ведьминской звезды я.
   - Алисиа!
  Мы помогаем друг дружке.
  Мы нужны - каждая каждой! - Вилета подпрыгнула. - Лошадь!
   - Я не лошадь.
   - Лошадь пасется! - Вилета расправила плечи.
   - Ты уже не похожа на невидимку, - я заметила.
   - Лошадь Красовского, - Вилета напевала. - Красовский до утра из кабака не вылезет.
  Мы же прокатимся.
  Наши ножки длинные.
  Наши ножки милые.
  Их нельзя сбивать. - Вилета шепчет.
  Лошадь смотрит на неё.
  Настороженно смотрит.
  Но подпускает.
  Не убежала.
   - Алисиа?
   - Да, Вилета.
   - Снимай платье.
   - Будем соблазнять жеребца? - Я хихикаю.
   - Она - кобыла.
  Между прочим.
  На лошади нет седла.
  Само собой понятно.
  Мы не сможем ехать верхом.
  Сотрем себе там.
  Поэтому набросим на лошадку наши платьица. - Вилета показала пример.
   - Мы голые въедем в деревню?
   - Нет.
  До деревни доскачем.
  Потом оденемся. - Вилета вскакивает на лошадь.
  Даже взлетает.
  Словно воздушный шарик.
  Я воздушные шарики в детстве видела.
  До сих пор не понимаю, почему они не падают...
  Вилета склонилась.
  Правой рукой держится за гриву кобылы.
  Вторую руку протягивает мне.
  
  РУКА ПОМОЩИ МОЖЕТ ТЯНУТЬСЯ И С КОБЫЛЫ.
  
   - Рука помощи, - я киваю. - Спасибо, Вилета.
  Но я хочу, как ты.
  Запрыгну. - Я повторила движения Вилеты.
  Получилось середина-наполовину.
  Но Вилета меня поддернула.
  Помогла оказаться на лошади.
   - Ого!
  Высоко как! - Я обнимаю Вилету за талию.
  Чтобы не упасть.
  Прижимаюсь к ней.
  Вилета выводит лошадь на дорогу.
  И чуть подгоняет кобылку.
   - Вилета!
  Ты приворожила лошадь?
  Разговаривала с ней?
   - Наверно.
  Сама не знаю.
  Но зверям нравится.
   - Зайцу тоже понравилось?
  Он к тебе подошёл.
  А ты ему шею свернула.
   - Алисиа!
  Не вкусные котлеты, а...?
  Из зайчатины.
   - Вкусные.
   - У меня у самой сердечко кровью обливается.
  Так зайчика жалко.
  Но зайчик в капкан попал.
  В чужой.
  Я из капкана добычу взяла.
   - Мне всё равно, - я облизываюсь. - Ты - шеф-повар!
  
  ЕДА НЕ БЕСПОКОИТСЯ О ТЕБЕ, ТАК, ПОЧЕМУ НУЖНО БЕСПОКОИТЬСЯ О ЕДЕ.
  
  Через некоторое время открывается деревня.
  Вечные Грязи.
  Границей служит фермер.
  Он лежит в канаве.
  Лицо синюшное.
   - Фермер умер? - Я вздрагиваю.
   - В канавах не умирают, - Вилета соскочила с лошади.
  Поднимает палочку.
  Палкой трогает мужика.
  Лежащий начал материться. - Живой.
  Отдыхает.
  От трудов праведных взял отпуск. - Вилета взяла у лошадки своё платье.
  Одевается:
   - Алисиа!
  Спрыгивай.
  Приехали.
  Или ты хочешь, чтобы мы вдвоем голые на кобыле заявились в Вечные Грязи?
   - Я никого не хочу обидеть, - я слезаю с лошади.
  Но влезаю в платье-мешок. - Моя красота ослепляет.
  Если я заявлюсь голая в деревню, то ослеплю многих.
  Своей красотой ослеплю. - Я смеюсь.
   - Беги!
  Покушай травку, подружка! - Вилета хлопнула лошадку по спине.
  Лошадь косит глазом на Вилету.
  Фыркает.
  Лижет в лицо.
  И отправляется ужинать.
  Я и Вилета входим в деревню.
   - Явились!
  На кобыле скакали!
  Понравилось? - Рыжеволосая Ванда склонила очаровательную головку. - Мы всё видели!
   - Всё да не всё! - Вилета заключает умно. - Всё увидеть и понять невозможно. - Вилета обнимает Ванду.
  Затем поочередно расцеловывается с Зои и другими девушками.
  Компания собралась большая.
  Даже два парня щелкают семечки.
  Прогулка предстоит веселенькая.
  
  ЧЕМ БОЛЬШЕ ДЕВУШЕК, ТЕМ СПОКОЙНЕЕ В ПОЛЕ С ВОЛКАМИ.
  
  "Клио не пришла, - я оглядываюсь по сторонам.
  Вилета представляет меня новым подругам.
  Но я не запоминаю их имена.
  Потому что знаю - всё равно не запомню. - Не стану спрашивать, где Клио.
  Она же не обязана мне ничем".
  Я с опаской гляжу в сторону кабака.
  Кабак гудит.
  Мой отец ещё празднует?
  Праздник называется "Веселье по случаю продажи чужого добра".
  Мы отправляемся на дискотеку.
  В село Барбос.
  Девушки продолжают разговор.
  Разговор, который был начат до нашего прибытия.
  "Они тоже ведьмы? - Я смотрю на подружек Ванды. - Не похожи.
  Я должна быть осторожна.
  Ванда предупреждала, что никто о нас не должен знать.
  Ведьмы под запретом".
   - Может быть, поэтому расстраивалась Франческа? - Девушка с длинными светлыми волосами увлеченно говорила.
  Кажется, что её имя Злата?
  Или Ирида... - Франческа поругалась с матерью.
  Из-за Козлевского они кричали.
   - Даже, если так, то, какое дело Констанции до всего этого? - Босоногая девушка возмущается. - Что в словах Франчески правда?
  А что - домысел?
   - Я тоскую! - Зои подходит ко мне. - Скучаю по людям, которых не знала.
  И не понимала.
   - Высокоинтеллектуальный разговор! - Я мямлю.
  Два парня отделяются от толпы.
  Сворачивают в лес.
   - Куда они? - Я интересуюсь.
   - Капканы будут проверять.
  Чужие капканы. - Зои берет меня за руку. - Алисиа.
  У тебя хоть отец есть.
  Я всегда мечтала об отце.
   - Зои.
  Найдешь себе мужика, который тебе в отцы будет годиться. - Ванда роняет небрежно.
  Все хохочут.
  И Зои тоже смеется.
  За разговорами мы подходим к деревне.
   - Барбосы! - Девушка с длинными светлыми волосами восклицает. - Как же я вас ненавижу.
  Мы опять смеемся.
  Воздух пропитан электричеством.
  Только скажи - сразу смех.
  
  СМЕХ ПОМОГАЕТ ПРЕОДОЛЕТЬ НЕЛОВКОСТЬ.
  
  Я слышу музыку.
  Мы оказываемся на площадке.
  Вокруг - трава.
  Только площадка вытоптана.
  По краям горят костры.
  Музыка доносится из ящика.
  Ящик старинный.
  Но зато громкий.
   - Световые эффекты! - Я восхищаюсь. - Живой огонь!
  Настоящая дискотека.
   - Алисиа, - Вилета отводит меня в сторонку.
  Шепчет, чтобы другие не услышали. - От березы до колодца - наша территория.
  Здесь только девушки.
  Напротив, через танцплощадку - царство парней.
  Просто так подходить - не рекомендуется.
  Если девушка четко выбрала парня, то идёт на мужскую половину.
  И приглашает парня на танец.
  Также и парни.
   - Отказаться от танца можно?
  Если меня пригласят?
   - Можешь отказаться.
  Но разозлишь жениха.
  Парень может и в нос заехать кулаком.
  Потому что обиделся.
  
  ДЛЯ ПАРНЯ - ПОЗОР, ЕСЛИ ЕМУ ОТКАЗЫВАЕТ ДЕВУШКА.
  
   - Я не пойду на мужскую половину! - Я прищуриваюсь. - Не хватало мне ещё...
   - Встанем в тени, - Вилета ведет меня к костру. - За костром - самая глубокая тень.
  Фуфельт нас не разглядит.
   - Мы всегда будем бояться Фуфельта?
   - Нет.
  Пару недель.
  Память у парней короткая.
  Через несколько дней Фуфельт забудет, что ты сняла с него часы.
  А я его побила...
   - Потанцуем? - Я приплясываю. - Музыка задорная.
   - Хулдак поёт, - Вилета кивает.
  Мы присоединяемся к танцующим. - Танцуют девушки.
  Парни пока разогреваются.
  Съём начнется к концу танцев.
  Или на медляк.
   - Медляк?
   - Медленный танец.
  Дамы приглашают...
  Тьфу...
  Кавалеры приглашают девушек.
   - Обалдеть! - Я вливаюсь в ритм музыки. - Но не показываю свои таланты.
  Таланты в танцах.
  Фуфельт может заинтересоваться...
  Моё настроение поднимается.
  
  ВОЛНА ОБЩЕГО ВЕСЕЛЬЯ ЗАХЛЕСТЫВАЕТ.
  
  На третий танец начинается кадрёж.
  С мужской половины отделяются три парня.
  Я вижу, что Фуфельта с ними нет.
  Успокаиваюсь.
  Девушки замолкают.
  Гадают, к кому это женихи идут.
  Один парень налаживает контакт со мной.
  Зрительный контакт.
  Смотрит на меня.
  Я пытаюсь прыгнуть в костёр.
  Не хочу никаких танцев с парнями.
  
  ПОЧЕМУ, КАК ТОЛЬКО ДЕВУШКИ РАЗВЕСЕЛЯТСЯ НА ТАНЦАХ, СРАЗУ ПОЯВЛЯЮТСЯ ТЕ, КТО ОБЛАМЫВАЕТ ВЕСЕЛЬЕ.
  
  Один из парней приглашает на танец Ванду.
  Ещё бы!
  Рыжеволосая ведьмочка, наверняка, приворожила его.
  Другой парень неуклонно движется ко мне.
  Вектор его движения понятен.
  Девушки расступаются.
  Чтобы мужик до меня добрался целым.
  Целый и невредимый.
   - Алисиа! - Вилета шепчет. - Не бегай от него, как коза.
  Подари один танец.
  Иначе Лухфец разозлился.
   - Я - Лухфец! - Парень до меня добрался.
  Широко улыбается.
  Все десять зубов показывает.
   - Йа.
  Я - новенькая! - Почему-то не хочу говорить своё имя.
   - У новенькой есть имя? - Лухфец гордится собой.
  Есть чем гордиться.
  Парень статный.
  Широкие плечи.
  Сила в движении.
   - Имя есть, - я пролепетала. - Но...
  Йа его забыла.
  От волнения.
   - Офигеть! - Парень хохочет.
  Он мне не кажется неприятным.
  Медленный танец уже идет минуту.
  Но Лухфец не торопится.
  Не тянет меня на танцплощадку.
   - Чо хочешь? - Он спрашивает меня.
  Прямо.
   - Танцевать хочу! - Я не добавляю, что хочу танцевать без мужиков.
   - Ну, ладно!
  Пойдем! - Лухфец не приглашает.
  Он идет на площадку.
  Не оглядывается.
  Я смотрю на Вилету.
  Она кивает головкой.
  Глазами показывает - Иди, догоняй его!
  Я плетусь за ухажером.
  Как коза на веревочке.
  На середине парень разворачивается.
  Хватает меня.
  Прижимается.
  Нависает.
  Ну да, ну да.
  Как нависает.
  Виснет на мне.
  Я с трудом выдерживаю его тяжесть.
  Но два других парня танцуют так же.
  Как мешки висят на девушках.
  Я не пытаюсь сопротивляться.
  Если у них так положено на танцах, то - кто я...
  Я всего лишь птичка.
  Через пару секунд Лухфец начинает меня лапать.
  Опускает ладони на мои ягодицы.
  Сжимает мою попку.
  Я скрежещу зубками.
  Снова гляжу на две другие пары.
  Парни, как сговорились.
  Словно клоны.
  Или андроиды.
  Лапают девушек за попки.
  Мода на Дырды такая...
  
  ЕСЛИ МОДА - ЛАПАТЬ, ТО ПРОТИВ МОДЫ НЕ ПОПРЕШЬ.
  
  Я чувствую себя отвратительно.
  Жду, когда танец закончится.
  Но он, словно - нарочно тянется.
  Возможно, что до утра будет один медленный танец.
   - Незнакомка!
  Ты, где живешь?
   - На болоте.
   - Ты, дура что ли?
   - Не поняла.
   - Кто же на болоте живёт? - Лухфец удивляется.
  В удивлении продолжает меня тискать. - Худовата ты.
  Тощая.
   - Разъемся! - Я обещаю.
  Проходят ещё пара минут.
   - Пойдем ко мне.
  На сеновал. - Лухфец даже не спрашивает.
   - А чё на сеновале делать будем?
   - А чё ты на болоте делать будешь? - Лухфец передразнивает меня.
  Мне он уже не кажется добродушным.
   - На болоте я картошку сажаю.
  Еду варю для всех.
   - Слушай ты, - Лухфец прошёл черту терпения. - Если ты меня любишь...
  По-настоящему любишь...
  Любишь, любишь, - он хохочет. - Я не сомневаюсь в твоей любви. - Почему ты не хочешь мне добра?
   - Тебе добра?
  Или нам? - Я спрашиваю.
  Напрямик.
  Возможно, что на Дырды так не принято.
  Девушка должны быть покорная.
  Или выглядеть покорной.
   - Нам обоим не желаешь добра! - Лухфец не отпускает меня.
  Мне кажется, что моя попа закаменела.
  Превратится в синяк.
  Огромный синяк на всю попку.
  
  ПОПА - НЕ МАССАЖНАЯ ПОДУШКА.
  
   - Я желаю добра всем! - Я признаюсь.
  Даже сама себе верю.
  В свою честность.
   - Я - увлекающаяся натура.
  В конце концов...
  Особенно сейчас.
  Я тобой увлёкся.
  Я несу все дела на себе.
  Приходится.
  Теперь и ты мне на голову свалилась.
  Знаешь, я не буду дожидаться конца танцев.
  Пожалуй...
  У меня есть достоинство.
  И моё достоинство требует удовлетворения.
  Пусть другие завидуют мне.
   До сеновала близко.
  Ноги не истопчешь.
  Не отставай!
  А то накажу! - Лухфец отлипает от меня.
  Уходит.
  Но не на мужскую половину идёт.
  Направляется к ближайшим домам.
  "Я так понимаю, что я должна бежать за ним?
  На сеновал?" - Во мне поднимается огонь.
  Я взбешена.
  Но в то же время боюсь.
  Немного струсила.
  Столько напора в парне.
  Он уверен, что я уже его.
  Его девушка.
  Подстилка его...
  Я постояла.
  И...
  Иду к Вилете.
  На женскую половину.
   - Ты с ума сошла? - Вилета распахнула глазища. - Ты отказала Лухфецу!
  За ним не побежала.
  Лухфецу никто не отказывает.
   - Даже ты?
   - Меня Лухфец не приглашал.
   - А, если бы пригласил?
  На сеновал?
   - Я бы отказала.
   - Вилета.
  Не логично.
   - Подружка! - Вилета качает головкой. - Умеешь ты наживать себе врагов.
  Сначала - Фуфельт.
  Потом - Лухфец.
  
   - ВРАГОВ НУЖНО НАЖИВАТЬ В МОЛОДОСТИ, ЧТОБЫ БЫЛО НАД ЧЕМ ПОСМЕЯТЬСЯ В СТАРОСТИ.
  
   - Не боишься?
   - Боюсь.
  Вилета.
  Но я так не привыкла.
  К напору.
  И, чтобы сразу.
  К тому же я ещё ни с кем не была.
  Мне красивое нужно.
  А не сеновал...
   - Мда.
  Девственность для молодой ведьмы - самое главное.
  Источник силы - невинность. - Вилета задумывается.
   - Я думала, что ведьмы - развратные.
   - Ведьмы развратные только с вида.
  Многим выгодно считать ведьм развратницами. - Вилета шепчет. - Алисиа!
  Ты должна бежать.
  Лухфец сейчас вернется.
  Увидит, что тебя нет.
  Разъярится.
  Побежит искать.
   - Йа...
  Я, пожалуй, домой пойду.
  На болото.
   - Я с тобой!
   - Вилета!
  Не надо жертв.
  Танцы ещё не закончились.
  Ты же пришла веселиться.
  Можешь быть, парня найдешь себе.
  Жениха.
   - Хватит нам одного жениха, - Вилета прищурилась. - Один жених на всех.
  Поверь, Алисиа.
  Лухфеца мало не покажется. - Вилета отступает в тень.
  Я спешу за подружкой.
  Мы уходим не попрощавшись.
  Некоторое время бежим.
   - Кажется, оторвались, - я останавливаюсь.
  Перевожу дыхание. - Тебе хорошо.
  А мне ещё пришлось танцевать.
  И терпеть лапанье от Лухфеца пришлось.
  
  ЗАЧЕМ ТЕРПЕТЬ, ЕСЛИ МОЖНО СБЕЖАТЬ.
  
   - Кто произнес моё имя? - Сгусток тьмы превращается в парня.
  Имя тому парню - Лухфец.
   - Лухфец!
  Какая встреча! - Струйка пота находит дорогу между моих лопаток.
  Ледяной пот. - Я думала, что ты ушёл.
  На сеновал.
  Спать отправился.
   - Я ждал.
  Ты не появилась через две минуты.
  Две минуты - много времени.
  Можно поразмыслить, что со мной не так.
  Не так, потому что меня девка решила кинуть.
  Я вышел из себя.
  Окончательно. - Лухфец подходит ближе. - Незнакомка.
  Ты теперь мне должна.
  С процентами.
  На проценты я прихвачу ещё и Вилету. - Лухфец знал Вилету?
   - Лухфец!
  Не тронь их!
  Они - мои! - Из-за стога сена выходит...
  Фуфельт...
   - Они могут быть и твоими.
  Твои и мои.
  Что нам помешает? - Лухфец оскалился.
   - Согласен!
  По рукам! - Фуфельт хлопает по ладони дружка.
  Сделка заключена.
  Нас поделили.
   - Без меня меня женили! - У меня вырывается крик души. - Не согласная я.
   - Девочка! - Вид у Фуфельта развратный.
  Весьма даже.
  Рубашка на груди расстегнута.
   - У меня нет сил.
  Нет сил соблюдать вежливость. - Я прошептала. - Простите мои манеры.
  Но я не в теме.
   - Девочка не знает наши правила, - Фуфельт смотрит на Вилету.
  Вилета молчит.
  Она отстранилась от происходящего.
  По крайней мере, так кажется со стороны.
  "Но я чувствую, что Вилета не предаст меня.
  Не оставит в беде.
  Она вчера меня защитила".
  
  ЛУЧШЕ ОДИН РАЗ СДЕЛАТЬ ПЛОХО, ЧЕМ МНОГО РАЗ НЕ СДЕЛАТЬ ХОРОШО.
  
  Вилета не отвечает.
  Поэтому Фуфельт снисходит до меня.
  До объяснения мне ИХ правил.
   - Вы пришли в наше село.
  В Барбос на дискотеку заявились.
  Значит, вам нужны парни.
   - Музыка нам нужна.
  И посмотреть. - Я переставляю ножки.
  Сначала спереди левая была.
  Теперь - правая.
   - Не перебивай! - Лухфец грозит мне пальцем.
  Лухфец грустит. - Вы получили музыку и парней.
  Но потом отказались.
  Мы не удовлетворены.
  Посудите сами, девочки.
  Мы ходим к вам.
  В Вечные Грязи приходим.
  Зачем?
  В кабак ваш идём.
  Мы выполняем обязательства.
  Действуем по правилам.
  Если мы в Вечных Грязях, то обязаны выпить.
  Было бы смешно, если бы мы приходили только посмотреть на кабак.
   - Что вам угодно? - Мой тон ледяной.
  В нём сталкиваются льдинки.
   - Вас угодно, - Лухфец проводит рукой по лицу.
   - Ты меня полапал.
  Достаточно!
  На большее не рассчитывай. - Я выпячиваю груди.
  Вилета встает передо мной.
  Лухфец отстраняет мою подружку.
  Нахально её отпихивает.
  В этом момент Фуфельт оживает.
  Я не обращаю внимания на его манеры.
  Но не заметить злобу Фуфельта невозможно.
   - Это заговор? - Фуфельт хрустит пальцами.
  Пальцами ног умеет хрустеть.
   - Откуда я знаю? - Я пожимаю плечами.
  Я рассердилась. - Вам лучше знать, где заговор, а где - лапать.
  
  ДОТРОНУЛСЯ - УХОДИ.
  
   - Ну и девка! - Лухфец выругался.
  Негромко выругался.
  Фуфельт отступил за кусты.
   - Мы не понимаем друг друга, - меня не остановить.
   - Недотрога!
  Ты думаешь, что мы ссоримся? - Лухфец поигрывает мускулами.
  Руки его бугрятся. - Не принимай за ссору обычную беседу.
  Из кустов выбегает Фуфельт.
  Хлопает в ладоши.
   - Извините! - Тон Фуфельта издевательский. - Я понимаю, что я никто для вас.
  Моё мнение вас не интересует.
  Но на Дырды не принято приходить в гости без подарков. - Он подчеркивает.
  С нажимом говорит. - Вчера у меня вы украли часы, - Фуфельт не добавляет, что Вилета его ещё и побила.
  Он не желает, чтобы Лухфец узнал, что девка может свалить могучего бойца. - То, что у вас свои мыши в голове - дело не меняет.
  Мы сейчас пойдём на сеновал.
  И вы, девочки, отработаете по полной. - Фуфельт поворачивается к Вилете: - Я был бы благодарен...
  Чрезвычайно признателен, если бы ты вернула мои часы.
   - Как ты смеешь от нас требовать? - я даже не дала возможность Вилете подумать. - Как ты смеешь осуждать нас?
  Мы не имеем к вам никакого отношения.
  Не делайте нас гонцами Правды! - Во мне летает искра отца.
  Я тоже заговорила о Правде. - В будущем, пользуйтесь мылом.
  От вас воняет. - Я не дала возможности Фуфельту оправдаться. - Я даже слышать не хочу, что вы лепечете. - Я кричу.
  Яростно.
   - Правильно! - Лухфец хохочет.
  Он не воспринимает мои слова серьезно. - Выходи за меня замуж!
  Красотка!
  Будешь каждую ночь на меня орать.
  Я только и мечтаю о подобном!
  Не деликатничай с нами!
  
  НЕСЧАСТЬЕ ВСЁ РАВНО НАЙДЕТ НАС.
  
  Сказала бы, что влюбилась в меня.
  И не хочешь отдаться до свадьбы.
  Достаточно было одного слова.
  Слово - Люблю! - Лухфец вытягивает губы.
  Губы ставит трубочкой.
  Вилета не двигается.
  СтоИт и ждет.
  Лицо моей подружки каменное.
  Я умолкла.
  Лухфец спрашивает меня.
  Спокойно спрашивает:
   - У тебя есть что-нибудь ценное?
   - Ценное? - Я быстро-быстро моргаю.
  Я нахожусь в растерянности.
   - Да.
  Ценное.
  Ты можешь откупиться от меня.
   - Нет, - я смотрю на парня.
  Я ошеломлена.
  "Он хочет, чтобы я откупилась?
  От него?
  Немедленно?
  И ничего не объясняет.
  Я стала ему должна?
  Каким-то образом должна?"
   - Уходим!
  Немедленно!
  Я затащу тебя на сеновал.
   - Я потрясена.
  Не верю своим ушам. - Я прошептала. - Тебе нечего с меня взять.
   - В подобных случаях девушки молчат, - Лухфец торжествует. - Ты готова?
  Не будем опускаться до избитых истин.
   - А, если нет?
  Если я не хочу на сеновал? - Я придумываю.
  Лихорадочно ищу отход.
  И не нахожу ничего умного. - Не хочу на сеновал с тобой.
  Я с Фуфельтом хочу! - Я придумала.
  Парализовала всех.
  Все обдумывают мои слова.
  До Фуфельта пока не доходит.
  
  ДО МОЗГА СЛОВА ДОБИРАЮТСЯ БЫСТРЕЕ, ЧЕМ ДО НОГ.
  
   - Не играй! - Лухфец рассвирипел. - Не смей играть в запретные игры.
  Я смерила Лухфеца взглядом.
  Долгий взгляд.
  Тяжелый.
  Криво усмехаюсь.
  На лице Лухфеца застывает выражение отвращения.
  Крайнее отвращение.
  "Не получилось, - я понимаю. - Я надеялась, что парни поссорятся.
  Из-за меня подерутся.
  Я в это время сбегу.
  Но Фуфельт принял, как должное.
  Он уверен, что я в него влюбилась.
  Потому что в него все девушки влюбляются.
  И не станет драться из-за меня.
  Напрасно..."
  Я посмотрела на Вилету.
  Вилета кивнула.
  Чуть заметно кивнула мне.
  И...
  Я поняла её.
  Неужели, ведьмы могут без слов общаться?
  "Вилета молча говорит мне - Пора", - я догадалась.
   - Ой!
  Звезда падает! - Я задрала головку. - Надо успеть загадать желание.
  Далеко мерцала звездочка.
  За лесом она была.
   - Дура! - Лухфец заржал. - Не звезда.
  Звезды не летают вверх.
  Космокатер поднимается.
  Что космокатер делает в глуши?
  Там же никто не живёт.
   - Действительно, - Фуфельт тоже озадачился.
  Я воспользовалась случаем.
  Случай сама придумала.
  Парни не смотрели на меня.
  Я упала.
  Упала и перекатилась.
  Как сегодня тренировалась.
  Получилось неплохо.
  Если не считать, что я прокатилась по стекляшкам.
  Я оказалась за спиной Лухфеца.
   - А где эта? - Лухфец не увидел меня перед ним.
  Нечего было на звезды пялиться.
  
  НЕ СЛЕДУЕТ СМОТРЕТЬ НА ЗВЕЗДУ, КОТОРАЯ ПАДАЕТ ВВЕРХ, А НЕ ВНИЗ.
  
  "Ванда говорила, что лучше бить сзади.
  Сначала нужно стать невидимкой.
  Упасть.
  Перекатиться.
  Встать за спиной обидчика.
  Сделано.
  Потом - бить ладонью по затылку.
  По затылку врага.
  Не по своему затылку стучать".
  Я вспомнила.
  Я и сделала.
   - Ой! - Я вскрикиваю.
  Потому что отбила ладошку о затылок Лухфеца.
  Голова парня - гранитная?
   - Ой! - Лухфец ответил эхом.
  Начал заваливаться.
  В сторону Фуфельта падал.
  И Фуфельт...
  Не удержался на ногах.
  Два парня грохаются.
  Снизу - Фуфельт.
  Сверху - Лухфец.
  Как гамбургер.
  Двойной гамбургер.
  С двумя котлетами...
  Вилета подталкивает меня.
  К направлению леса подтолкнула.
  Мы побежали.
  Вернее - несемся.
  Потому что бег наш стремительный.
  Легкий бег.
  Словно ветерок мы летим.
  На занимаемся глупостями.
  Не болтаем.
  Потому что только в сериалах разговаривают, когда бегут.
  И дают друг другу совету.
  С моей точки зрения - идиотские советы.
  Типа:
  "За нами погоня!
  Мы должны бежать быстро.
  Чтобы нас не догнали".
   В поле пасётся лошадка.
  Кобылка, на которой мы приехали в Вечные Грязи.
  Как давно было...
  Несколько часов назад.
  Лошадка смотрит на нас.
  Насторожено смотрит.
  Но мы бежим дальше.
  
  НЕЛЬЗЯ ЛОШАДЕЙ ВОВЛЕКАТЬ В СВОИ БЕДЫ.
  
   - Уффф, - в лесу я остановилась.
  Наклоняюсь.
  Упираюсь руками в колени. - Мы победили!
  Вилета...
   - Да, Алисиа, - Вилета ходит кругами.
  Восстанавливает дыхание.
  Так борзую собаку после гонок охлаждают.
  Ну, или жеребца. - Ты - умница.
  У тебя получилось!
  Ты становишься невидимкой.
  И упала красиво.
  Почти без огрехов.
   - Нуууу! - Я протягиваю гласные. - Вилета!
  Ты начала хорошо хвалить меня.
  Но потом бросила ложку в бочку с дегтем. - Я смеюсь.
   - Переночуем на нашей поляне, - Вилета не предлагает.
  Она приказывает.
   - Но...
  Моя семья будет волноваться! - Я сама себя обманываю.
  Никто за меня переживать не станет...
  Братья и сестричка не заступаются за меня.
  Мама стоИт на стороне отца.
  Папа любит только Правду!
  Свою правду любит.
   - Алисиа?
   - Да, Вилета.
   - Ты же сама говорила, что тебя назначили шлюхой.
  Блудницей называют в семье.
  Потому что ты вчера пришла помятая.
  Блудницы дома не ночуют.
  Поэтому твоя семейка, - Вилета нажимает на слово "семейка", - не станет беспокоиться.
  О тебе.
  Даже рады будут, что ты дома не ночуешь.
  Потому что у них появится ещё один повод.
  Повод посмеяться над тобой.
  Так что - лучший вариант на нашей поляне.
   - Звучит грустно.
  Но ты права.
  
  ПОЧЕМУ, ПРАВДА, ВСЕГДА ГОРЬКАЯ?
  
  Мы выскакивает на полянку.
  Полянка с нашей избушкой.
  Я уже называю ведьминское - наше.
  Туман, словно светится.
  Он огибает полянку.
  К нам не заходит.
   - Клио? - Я поднимаю бровки. - Зои?
  Ванда? - Я хлопаю в ладоши. - Клио!
  Ты не была на дискотеке.
  Поэтому твоё появление здесь объяснимо, - я обнимаю Клио.
  Она - по ведьминским понятиям - без одежды: - Зои?
  Ванда?
  Вы же оставались в Барбос.
  Я и Вилета сбежали.
  Но вы...
  Мы не могли нас обогнать.
  И даже вы успели снять одежды.
   - Но мы здесь!
  Алисиа!
  Ты восстановила против себя всех парней.
  И Вилету сделала сообщницей!
   - Я не нарочно! - Я пролепетала.
   - Нарочно!
  Нарочно!!
  И...
  Почему ты растерянная?
  Мы не осуждаем тебя.
  Наоборот.
  Нам нравится твоё буйство! - Зои расцеловывает меня в щеки.
  Затем мы обнимаемся с Вандой.
  Все перездоровались!
  Будто бы век не видели друг дружку.
   - Я могу объяснить только колдовством, - я сдаюсь.
   - Я спать хочу! - Ванда потягивается. - Сегодня целый день лук сажала.
  Алисиа знает.
   - Ванда - трудяга, - я подтверждаю.
   - Ванда - ленивица! - Вилета сбрасывает платье.
  Я следую её примеру.
   - Тянем палочки! - Зои уже зажала в ладони три веточки. - Кому достанется короткая, та - будет в домике спать.
  Остальные - на поляне.
   - Я отдаю своё право вам, - русоволосая Клио поправляет локон.
  Движения у неё плавные. - Я люблю спать под звездами.
  Крыша на меня давит.
   - Алисиа!
  Выбирай! - Зои подходит ко мне.
  Протягивает руку.
   - Йа...
  Я. - Тяну за палочку. - Короткая! - Я пожимаю плечами.
   - Алисии повезло! - Зои выбрасывает остальные палочки. - Алисиа!
  Ты спишь в домике!
   - Но...
  Как же так. - Мне неловко. - На земле спать холодно.
  Давайте, я набросаю камышей.
  Я наловчилась камышами утеплять.
   - Алисия!
  Потрогай землю! - Вилета уже стоит около меня.
  Дышит в ухо.
  В левое ухо.
   - Зачем я буду трогать землю?
  
  ЗЕМЛЯ - НЕ КОТЁНОК.
  
  За одну сиксиллиардную секунды я почувствовала.
  Вилета роняет меня.
  Но у неё уже не получается так гладко, как раньше.
  Я изворачиваюсь в воздухе.
  Касаюсь земли руками.
  И на четвереньках пытаюсь скрыться.
  Скрыться за спиной Вилеты!
  Но Вилета оказывается проворней.
  Она уже переместилась.
  Зато я успеваю почувствовать, что земля теплая.
  Очень.
  Приятная на ощупь.
  "Но как? - Я недоумеваю. - Клио, Ванда, Вилета и Зои нагрели полянку!
  Колдовством?
  Или обыкновенной физикой?
  Фокус у них получился!"
   - Наша Алисиа уже не та, что была вчера, - Ванда проводит рукой по груди.
  Грудь у неё красивая.
  СоскИ розовые, как цветочки. - Упала - как спела!
  Ещё немного тренировок и Алисиа побьёт Вилету.
   - Нууу.
  Я тоже тренируюсь.
  Так, что посмотрим - кто кого! - Вилета мне подмигнула.
  "Я бы тоже спала на земле.
  На теплой земле, - я иду к домику. - Но не знаю правил ведьминого круга.
  Я же выиграла домик.
  На сто процентов уверена, что Зои нарочно подстроила, чтобы я ночевала в домике.
  Мне подарок?
  Или - не очень подарок.
  Может быть, в домике они не любят спать".
  Я опускаюсь на кровать.
  Вдыхаю полной грудью.
  "Ха!
  Вдохнуть полной грудью. - Я смеюсь над смыслом сказанного. - Какая из грудей полная?
  Та - которая дышит?
  Или та, которая сверху? - Я потрясена!
  Потому что всё идет не по моему сценарию.
  Я потеряла свободу?
  Потеряла возможность делать, что хочу?
  Дискотека?
  Не моя затея дискотека.
  Ведьмовство?
  Я не сама дошла до ведьмовства.
  Нравится ли мне, что меня ведет Судьба?
  Нравится.
  Хочу ли я, чтобы Судьба не вела меня?
  Хочу.
  
  Я - ПОЛНОЕ ПРОТИВОРЕЧИЕ САМОЙ СЕБЕ.
  
  Я уже не уверена в себе.
  Потому что много нового.
  Мне страшно?
  Бросить всё?
  Пока не поздно уйду...
  Нет.
  Я сомневаюсь. - Из моих глаз брызнули слёзы.
  Слёзы очищают.
  Они успокаивают меня. - Я не стану себя уговаривать.
  Молить о прощении никого не буду. - Я подняла голову!
  Расправила плечи. - Неужели, я стала разбираться в себе?
  Даже не негодую на погоду.
  Как быть? - Я прислушалась. - Голоса на поляне смолкли. - Подружки спят? - Я на цыпочках прокралась к двери.
  Выглянула наружу. - Кажется, что спят.
  Рядком лежат.
  Держатся за руки.
  Может быть, так они подзаряжаются?
  Берут энергию леса? - Я выхожу из домика.
  Прохожу мимо подружек.
  И...
  Углубляюсь в лес.
  Иду в направлении, куда ещё не захаживала. - Я - безумная.
  Одна.
  Ночью.
  В лесу.
  Голая. - Я пробираюсь сквозь кустарник.
  Вроде бы в малинник попала. - Странно.
  Стебли не колются.
  Наверно, ночью иголки малины засыпают.
  Я должна.
  Ванда, Клио, Зои и Вилета умеют разговаривать с лесом.
  Общаются с животными.
  Они - свои в чащобе.
  Я же тоже должна попробовать.
  Иначе я никогда не стану, как они.
  Ведьмой настоящей не буду".
  
  ЧТОБЫ СТАТЬ, НАДО ХОТЯ БЫ ВСТАТЬ.
  
  Я перешагиваю через упавшие деревья.
  Бреду.
  Не забочусь, чтобы запомнить направление.
   - Надеюсь, что лес сам меня выведет, куда надо, - я прислушиваюсь.
  Лес наполняется шорохами.
  Шорохи сливаются в песню. - Неужели, я понимаю лес?
  Не рановато ли? - Я останавливаюсь.
  Слева журчит ручей.
  Лесной ручей.
  В нём что-то плеснуло. - Лягушка.
  Или водяная мышь.
  Справа кто-то пробирается по лесу.
  Не громкий.
  Но и не тихий.
  Чувствует себя в безопасности.
  Либо кабан.
  Либо...
  Нет.
  Не медведь. - Звуки леса поднимают меня.
  Я лечу.
  Мне кажется, что ноги не касаются земли.
  Я смотрю вниз.
  Нет.
  Ноги на месте.
  И земля на своём месте.
  Иллюзия.
  Возможно, что я вдохнула дурман какой-нибудь травы.
  Ночная трава.
  Я не беспокоюсь.
  Но меня слегка трясет.
  Каждая клеточка тела вибрирует.
  Я чувствую, как обновляюсь.
  Словно гравикатор космокатера перепрограммируется.
   - Поговорить бы с кем! - Я выбираю дерево.
  Дуб тысячелетний.
  Присаживаюсь под дуб. - Если я не иду к зверям, то звери ко мне придут. - Я успокаиваю себя. - Я найду способ поговорить.
  В крайнем случае - убегу!
  На душе накипело.
  Пусть накипь растворится.
  Тем более что я не хочу слушать голос своего разума.
  Не нуждаюсь в объяснениях.
  
  В ШКОЛЕ УЧАТСЯ, В ЛЕСУ - ПОСТИГАЮТ.
  
  Я уловила стук коготков.
  "Мелкое животное", - я догадалась.
  На моё плечо спускается белка.
  Цокает.
  Хвост поднимает.
   - Всего лишь белка, - я прошептала. - Но ты произвела на меня впечатление.
  Ясно, что ты приняла решение.
  Ты исследуешь меня.
  Я же привыкаю к тебе.
  Мне достаточно! - Я улыбаюсь.
  Белка бежит по моей руке.
  Её коготки - как иголочки.
  Она занята поиском желудей.
   - Ну да, ну да.
  На дубе тебе желудей не хватает.
  Тебе нужны упавшие.
  Наверняка, жёлуди на земле - самые спелые.
  И сладкие. - Я уже смеюсь.
  Белка оборачивается на меня.
  Смотрит, как на дурочку.
  Или мне кажется, что - как на дурочку...
  
  Из кустов проламывается.
  Прёт на поляну.
  Черная гора.
   - Кабаниха! - Я думаю вслух.
  И...
  Не ощущаю страха. - С ней полосатые бочонки.
  Её детки.
  Пришли полакомиться желудями. - Я сливаюсь с деревом.
  Знаю, что кабаниха с детьми - самое злое существо в лесу.
  Белка недовольно цокает.
  Ей не нравятся конкуренты.
  Конкуренты по желудям.
  Но не убегает.
  Кабаниху белка не интересует.
  И на меня кабаниха не смотрит.
  Даже обидно.
   - Не замечаешь меня?
  Или не считаешь нужной вещью?
  Или принимаешь, как свою? - Я задаю вопросы лесному жителю.
  Полосатый кабанчик подбежал.
  Обнюхал мою ногу.
  Повизгивает.
  Кабаниха поднимает голову.
  И...
  Хрюкает на меня.
  Я расслабилась.
   - Я вас не трогаю.
  Вы меня тоже не трогаете.
  Об этом мои подружки говорили. - Я чешу спину о дерево. - Кого не хватает?
  Медведя?
  Волка?
  Волки не едят желуди.
  Вроде бы не едят.
  А медведи любят желуди? - Я вздрагиваю.
  Потому что на полянку вывалился медведь.
  Но успокаиваю себя.
  И уже разговариваю с хозяином леса.
  Или с хозяйкой: - Привет!
  Я - Алисиа!
  
  ЕСЛИ РАЗГОВАРИВАЕШЬ С ДРУГИМ ЧЕЛОВЕКОМ, ТО - В ПОРЯДКЕ ВЕЩЕЙ, А, ЕСЛИ С ЖИВОТНЫМ БОЛТАЕШЬ ЯЗЫКОМ, ТО ПОЧЕМУ-ТО ВСЕ СЧИТАЮТ ТЕБЯ СУМАСШЕДШИМ.
  
  Медведь поднимается на задние лапы.
  Рассматривает меня.
  Сурово смотрит.
  Мой взгляд, наверно, умоляющий.
  Кабаниха хрюкает.
  Хрюком собирает своих детей.
  Заниматься единоборством с медведем кабаниха не желает.
  Разумно.
  У неё же детки.
  Они покидают полянку.
   - Медведь!
  Спасибо, что ты пришёл! - мой голосок тихий.
  Слегка дрожит.
  Вот, мы и познакомились.
   - Не благодари меня! - Медведь рычит.
  Но мне кажется, что он произнёс именно "не благодари меня".
  Медведь опускается на все четыре.
  Подходит ко мне.
  Дотрагивается лапой до моей коленки.
  Словно пытается оставить на мне клеймо.
  На все времена клеймо.
  Я порывисто обнимаю за шею медведя.
  Целую его в ухо.
  Крепко поцеловала.
  Потом резко отпускаю.
  Медведь не удивлен.
  Он уходит.
  Даже не оглядывается.
  Я жду, пока шаги медведя замолкают.
  Со слезами на глазах сижу.
  И...
  Не выдерживаю.
  Начинаю рыдать.
  Я плАчу долго.
  Мне хорошо!
  Я выплакиваю из себя все обиды.
  Все опасения выкатываются в слезах.
  Я уже знаю, что мой отец добрый.
  Он любит меня.
  Но по-своему любит.
  Я готова обнять весь Мир!
  Я поднимаюсь!
   - Миру - мир!
  Вселенной - Вселенная!
  Мне - остальное. - Я иду к полянке.
  К СВОЕЙ полянке.
  Не удивляюсь, что скоро подхожу к домику.
  Начинаю понимать:
  
   - НЕ Я ВЫБИРАЮ ДОРОГУ, ДОРОГА МЕНЯ ВЫБИРАЕТ.
  
  Поляна залита светом.
  Свет среди полутьмы.
  Ведьмы спят.
  Я присаживаюсь на траву.
  Травка тепленькая.
  Словно её подогревают из-под земли.
  Некоторое время я сижу в тишине.
  Затем начинаю смеяться.
   - Вилета!
  Ванда!
  Клио!
  Зои!
  Не делайте вид, что вы спите.
  Вы и не засыпали.
  Притворились спящими.
   - Алисиа!
  Слишком ты умная стала! - Вилета открывает глаза. - Медведь тебе ум дал?
  Или белка?
   - Принесла бы нам кабанчика! - Зои глаза не открывает. - Я бы из него котлеток накрутила.
   - Кабаниха из Алисии сама бы сделала котлетку! - Ванда рыжеволосая.
   - Но малины, Алисиа, ты могла бы нам могла собрать! - Клио поднимается.
  "Я не стану спрашивать - следили ли они за мной.
  А, если следили, то - шли по моим следам?
  Или прочитали мои мысли".
   - Спать не даёте, - Зои бормочет.
  Поднимается. - Придется хлеб печь.
   - МукА есть? - Я ляпнула.
   - Алисиа? - Вилета берет меня за руку.
  Смотрит с укором. - Ты уже должна всё сама понимать.
   - Хлеб везде! - Зои разъясняет для меня. - Нужно только уметь его взять.
  И испечь...
   - Я не совсем поняла, но уловила! - Я вскакиваю!
  Распахиваю руки! - Здравствуй, лес!
   - Здравствуй, дерево! - Клио шутит.
  В мою сторону пошутила.
  Хихикает.
  Назвала меня деревом.
   - Я не обижаюсь, что я дерево! - Я парирую. - Даже я горда, что дерево!
  Не каждая девушка - дерево, или дубина.
   - Алисиа!
  Быстро же ты выучилась! - Зои в котелке взбалтывает мутную жижу.
  Я уже не сомневаюсь.
  Не сомневаюсь, что жижа превратится в хлеб.
  Вкусный хлеб!
   - Выучилась?
  Я только начинаю!
  Начинающая ученица!
   - Нет, Алисиа! - Вилета обнимает меня. - Ты уже всё понимаешь.
  Ты узнала, что - можешь.
  Остальное - получится!
  Со временем.
   - Но...
  Я думала, что учиться надо долго!
  Особенно - ведьмовству!
   - Алисиа! - Ванда наклонилась.
  Сорвала ромашку.
  Вплела её в мои волосы. - Пуля не учится.
  Пуля убивает сразу.
  Представляешь, если бы пуля училась летать.
  И убивать училась бы.
  Сначала бы пуля выпадала из ружья.
  Через месяц обучения пуля пролетела бы метр.
  Через год - километр.
  Но только бы ранила.
  Абсурд.
  Так и ты сразу.
  Начала разговаривать с животными.
  Медведя поцеловала.
  Хозяин леса на тебе поставил клеймо.
  Невидимое клеймо.
  Невидимое - для чужих.
  А свои тебя узнАют.
  
  СВОЯ СРЕДИ ЛЕСА ЛУЧШЕ, ЧЕМ ЧУЖАЯ В КОСМОСЕ.
  
   - Нууу.
  Если так, - я потянула носом. - Вкусно пахнет!
  Зои!
  Когда же хлеб будет готов?
   - Хлеб готов.
  Но ещё не испёкся. - Зои читает мои мысли.
   - Йа! - Я застыла.
  Почувствовала неладное. - Мой дом горит.
  Я не вижу.
  Но знаю.
   - Алисиа!
  Ты привязана к дому.
  Поэтому знаешь! - Ванда обеспокоилась. - Мы с тобой...
   - Нет.
  Я сама! - Я превращаюсь в пружину. - Жаль, что не попробовала хлеб Зои.
   - Первый хлеб - комом! - Зои успевает.
  Я уже почти бегу.
  Но Зои вкладывает в мою руку горячее.
  И ароматное.
  Когда Зои успела?
  Ведь только что хлеба ещё не было...
  
  ЧУДЕСА СТАНОВЯТСЯ ХЛЕБОМ.
  
  Я бегу.
  Кажется, что лес передо мной расступается.
  Я не встречаю препятствий.
  Почти не встречаю.
  Наверно, потому, что заранее их вижу.
  И потом проношусь мимо них.
   - Гады, - я слышу голос отца. - Канистру украли! - Отец бушует.
  Я врываюсь к болоту.
   - Папа!
  Где все?
   - Алисиа? - Отец таращит глаза. - Ты?
   - Не узнаёшь меня?
  Может быть, у меня хвост вырос? - Я кручусь.
  Вокруг себя кручусь.
  Мыслишка щекочет нервы.
  Может быть, действительно, я обзавелась хвостом?
  Лисий хвост.
  Пушистый.
   - Я думал, что ты улетела.
   - На метле улетела? - Я шучу.
  Но потом забиваю шутки в себя.
  Ведьма пошутила о полётах на метле.
   - Алисиа! - Отец принимает выгодную позу.
  Выпячивает грудь.
  Сейчас начнет вещать.
  О Правде будет болтать. - Дочь моя! - Голос отца торжественный. - Вот, ты спросила.
  Что ты спросила?
  Где все?
  Ты видишь перед собой своего отца.
  Но спрашиваешь обо всех?
  Нет в тебе Правды, доченька.
  Ты должна думать обо мне.
  В первую очередь.
  А потом уже обо всех.
  В последнюю очередь.
  И...
  Почему ты голая?
   - Не голая.
  А без платья! - Я прикрываю наготу камышами. - Платье износилось.
  Порвалось.
  Где-то в лесу осталось.
   - Платье износилось? - Отец повторяет бабьим голосом.
  Передразнивает меня. - Платью всего лишь десять лет.
  Не бережешь отцовский подарок, доченька.
  Ох, не бережешь.
   - Платье мне мама подарила.
   - Теперь спорить со мной начала.
  Не уважаешь меня.
  Алисиа!
  Потому не уважаешь меня, что ты и Правду не любишь.
  Но, что с тебя взять?
  Блудница - она и есть блудница.
  Я знаю, что ты с блядок пришла.
  Поэтому голая.
  С мужиками барахталась.
   - Замолчи, - я говорю устало.
  Только что я была полна сил.
  Но они улетели.
  Отец высосал из меня силы.
   - Что у тебя в руках?
   - Хлеб! - Я протягиваю отцу хлебушек.
   - За блуд с тобой хлебом расплатились? - Папа жадно откусывает.
  Жует.
  Закатывает глаза. - Самый вкусный хлеб, какой я пробовал.
  Кто твой любовничек?
  Пекарь Макалай?
   - Папа! - Я машу рукой. - Думай, что хочешь.
  Но я ещё с мужчинами не была. - Зачем-то оправдываюсь.
  
  ДЕВУШКА НЕ ДОЛЖНА ОПРАВДЫВАТЬСЯ, ПОТОМУ ЧТО ОНА ВСЕГДА ПРАВА.
  
  Я плету юбку.
  Из камыша быстро связываю.
  И даже кофточку сшила.
  Из листьев лопуха.
  Моя нагота скрыта.
  Но зато я похожа теперь на пугало.
   - Ты не ответил.
  Куда все ушли?
  Дункан?
  Сантьяго?
  Аня?
  Мама?
  На охоту?
  За ягодами?
  За грибами?
   - Не знаю, - отец шмыгает носом.
  Нос у него красный. - Я проснулся.
  А никого нет.
  Наверно, медведь их съел.
   - Медведь не мог их съесть, - я разозлилась. - Потому что медведь со мной был.
  Ты так спокоен?
  Даже не отправился их искать.
  Вдруг, действительно, медведь их сожрал?
  Или волки загрызли. - Я задумалась.
  Прислушалась.
  "Они живы! - У меня появилась уверенность. - Но очень далеко от меня".
   - Почему я должен за ними бегать? - Отец тоже разозлился.
  Не опохмелился. - Они мне должны.
  Все мне обязаны!
  Ты, доченька, меня обвиняешь.
  Я же голодный сижу.
   - Ты съел весь хлеб.
   - Алисиа!
  Не укоряй меня!
  Я - глава семьи!
   - Семьи уже нет.
   - Я вчера спирт принес.
  Целую канистру.
  Ратха мне подарила.
  Милая Ратха.
  А они украли.
  Женушка моя Женевьева унесла.
  Сидят, наверно, сейчас в кустах.
  Спирт мой допивают.
  Ягодой дурникой закусывают.
   - Папа?
  Ты сдурел? - Я завизжала. - Дункан, Сантьяго, мама и Аня не пьют.
   - Теперь пьют.
  Вот, где Правда! - Отец светится.
  Правда его озаряет.
   - Спирт?
  Канистра? - Я хлопаю себя по лбу.
  Начинаю понимать. - Я вчера видела звезду.
  Звезда в небо летела.
  Не падала.
  Из-за нашего леса звезда поднялась.
  Космокатер стартовал.
  Наш космокатер.
  Мама, наверно, залила полный бак катера.
  Из канистры спирт использовала.
  Они улетели.
  Сбежали от нас.
  Даже не попрощались.
  Во мне стало пусто!
  
  ПУСТОТА ЗАСТАВЛЯЕТ ЗАДУМАТЬСЯ.
  
   - Пойдём! - Отец поднимается.
  Он полон решимости. - Если они сбежали, то я им головы оторву.
   - Не логично, - я киваю головкой.
  Бреду за отцом.
  Вскоре мы выходим на стоянку.
  Стоянка, где был наш космокатер.
  Но...
  От него осталось пятно ядерной смазки.
  Пятно светится.
  Черенковское радиоактивное излучение.
   - Меня не взяли.
  Забыли взять.
   - Блудница им не нужна! - Отец заявляет торжественно.
   - Но и ты им не нужен.
  Пьяница. - Я обламываю отца.
  Думаю, что обломала.
  Но забываю, что мой папа - Правда.
  Он - воплощение Правды.
   - Блудница не может меня обвинить в пьянстве!
  Потому что в блуднице Правды нет.
  Правду тебе говорю, Алисиа! - Отец опускает плечи.
  Но расстроенным он не выглядит.
  Ведь у него есть любовница.
  Ратха у него - новая семья.
  И дочка подросла.
  Я всегда помогу папе.
  Какой бы он ни был в моих глазах.
  Мы возвращаемся к болоту.
  Отец становится ласковым.
  Не набрасывается на меня.
  Не гонит на работу.
   - Папа!
  Я приготовлю обед, - я собираю палки.
  Дерево для костра ищу.
  Сухое.
   - Свари уху! - Папа не скромничает. - Под корягой сом чавкает.
  Принеси сома.
  Выпотроши.
  Печень свари отдельно.
  С луговым луком обжарь.
  Мне.
   - Да.
  Папа.
  Будет исполнено. - Я лезу в болото.
  
  ОТЕЦ ДОЛЖЕН ВСЕГДА БЫТЬ СЫТЫМ, А ДОЧКА - ГОЛОДНАЯ.
  
  "Интересно!
  Смогла бы я испечь хлеб?
  Зои кухарничает.
  Мне подружки сказали, что я всему научилась.
  Нужно только извлечь учение из себя". - Я возгордилась.
  Гордыня подставляет мне ножку.
  Я падаю.
  Падаю в омут с головой.
  Во время падения замечаю, что успеваю сгруппироваться.
  Поэтому не утонула.
  Выныриваю.
  Вылезаю на кочку.
   - Алисиа! - Отец видит моё падение.
  Не остается в стороне. - Смотри, куда идёшь.
  Всё мужиков своих вспоминаешь.
  А нужно о Правде думать.
  "Как я сома поймаю? - Я дохожу до поваленного дерево.
  Под ним - яма.
  Яма в болоте.
  В яме сомы живут. - У меня нет крюка".
  После купания моя новая одежда размокла.
  И слезла с меня.
  Я снова голая.
  Но уже не стесняюсь.
  Что-то во мне поселилось.
  Что-то дикое живёт.
  Я всматриваюсь в воду.
   - Глубоко! - Я пробормотала. - Меня сом сам стащит.
  Себе на обед. - Я опускаю лицо под воду.
  И вижу.
  "Бревно.
  Или сом.
  Бревно не может само всплывать.
  Значит, - сом". - Я различаю его глаза.
  Усы.
  Большая плоская голова.
   - Привет, сом, - я булькаю под водой.
  Поднимаю голову.
  Сом уже около границы воды.
  Часть спины поднимается.
  Я осторожно опускаю руки.
  Подвожу их под рыбину.
  Тащу сома вверх.
   - Бери его! - Отец кричит. - Хватай!
  Не упусти, дурёха.
   - Сом!
  Прости меня!
  Но я должна накормить папу!
  Твоё мясо утолит его голод. - Я прошептала.
  Сом шевельнулся.
  Но не потому, что пытается улизнуть.
  Он помогает мне.
  Чтобы мне легче его тащить.
  Раньше я думала, что глаза рыбы ничего не выражают.
  Но сейчас смотрю сому в глаза.
  И...
  Кажется, что понимаю его.
  Он смиренно ждет.
  Отец с берега вопит.
  Истошно.
  И даже осмеливается.
  Бежит по болоту.
  Боится, что я упущу добычу.
  Я поворачиваюсь к отцу спиной.
   - Извини, сом.
  Я не права.
  Ведьма должна знать меру.
  Убивать живое - только в случае необходимости.
  Крайней необходимости.
  Мой отец - не крайняя необходимость.
  
  ЯГОДЫ И ГРИБЫ ЗАМЕНЯТ МЯСО.
  
  Я отпускаю рыбину.
  Сом погружается.
  Вильнул хвостом.
  И на прощание взглянул мне в глаза.
  Я понимаю.
  "Он благодарит меня.
  Неужели, даже рыбы умные!"
   - Растяпа! - Отец опускает голову в воду. - Руки кривые.
  Из твоей ж...пы руки растут.
  Оставила отца без обеда.
   - Ратха тебя накормит! - У меня вырывается.
   - Алисиа!
  Не оскверняй своим языком...
  Не оскверняй поганым языком имя моей женщины.
  Ратха чистая!
   - Папа!
  Я виновата.
  Я сварю тебе похлебку из грибов. - Я жду.
  Разминуться с отцом невозможно.
  Тропинка в болоте узкая.
  Снова искупаться я не хочу.
  
  НЕ ХОЧЕШЬ, НО ПОЛУЧИШЬ.
  
  Отец замахивается на меня.
  В досаде хочет отвесить оплеуху.
  Давненько он меня не бил.
  Битьё отец называет Учением.
  Вот и сейчас он решил обучить восемнадцатилетнюю дочь.
  Я падаю.
  До оплеухи отца падаю.
  Под водой ухожу в сторону.
  Выныриваю за спиной отца.
   - Алисиа? - Отец не успевает понять.
  Не догадывается, что я уже стою на тропинке.
  За ним. - Утопла что ли?
  И ты туда же.
  Бросила меня.
   - Папа!
  Я здесь.
  Куку! - Я обнаруживаю себя.
   - Дурачишься? - Отец оборачиваются. - Игривая очень стала.
  Мужикам головы кружишь.
   - Ну да, ну да, - я выхожу на берег.
  "Куда пойти?
  На поляну к подружкам?
  Но, может быть, они ушли в деревню.
  У всех есть дела.
  
  НЕОТЛОЖНЫЕ ДЕЛА - КАК ГИРИ НА НОГАХ.
  
  Но и не хочется сейчас туда.
  Придется изливать душу.
  Меня же бросили.
  Как страшно.
  И стыдно".
  Я пытаюсь представить, как всё произошло.
  Хочу оправдать братьев, сестру и маму.
  Воображение рисует картину.
  "Дети!
  Бежим!
  У нас появился шанс улететь с Дырды!" - Мама шепчет.
  "Мама!
  А как же Алисиа?
  Мы не полетим без неё". - Аня плачет.
  Она жалеет меня.
  "Мама!
  Мы подождём Алисию", - Дункан и Сантьяго кусают губы.
  "Не успеем! - Мама тоже плачет.
  Обо мне плачет. - Фанерже проснется.
  Выпьет спирт.
  Больше не будет у нас топлива для космокатера.
  Сгниём на Дырды.
  А Алисиа умная.
  Она - изворотливая.
  Ей помогут.
  Её женихи согреют теплом.
  И...
  Алисиа прилетит к нам". - Мама сама себе не верит.
  Все понимают, что меня бросают.
  Но...
  Улетают.
  С тяжелым сердцем улетают...
  Я так красочно представила.
  Но потом другая картина затмила добрую.
  "Летим! - Мама подгоняет моих братьев и сестру. - Алисиа может вернуться.
  В любой момент прибежит.
  Нам она не нужна.
  Алисиа - испорченная девка.
  Дурному вас научит.
  Мы без неё полетим.
  Фанерже только жалко.
  Но он может не отпустить нас.
  Ему и на Дырды хорошо.
  Потому что ему везде хорошо.
  Его Правда прокормит.
  Святой он человек - ваш отец".
  "Да, мама!
  Летим.
  Алисиа - блудница..."
  Любой из вариантов возможен.
  Я наблюдаю, как отец скачет по берегу.
  Его корёжит.
  Нетрудно догадаться, что будет дальше.
   - Алисиа!
  Я - в деревню! - Отец не смотрит на меня. - Мою Правду ждут.
  Ты приготовь варево.
  Если я к утру не приду, то можешь сама покушать. - Отец скрывается из глаз.
   - Да, папа!
  Спасибо большое! - Я усмехаюсь.
  И остаюсь одна.
  
  КТО МНОГО СМЕЕТСЯ, ТОТ ЗАСНЕТ В ОДИНОЧЕСТВЕ.
  
   - Я - одна!
  Одна во Вселенной! - Я захожу в хижину моей сестры Ани.
  Падаю на камыши. - Папа даже не озаботится, чтобы достать мне платье.
  Новое платье.
  Ничего страшного.
  Я за платьем к избушке сбЕгаю.
  Только высплюсь.
  Ночь с медведями и кабанами утомила меня. - Я засыпаю.
  Снится мне только хорошее.
  Я даже увидела себя в Императорском саду.
  Фонтаны.
  Лебеди плавают в прудах.
  Персиковые деревья повсюду.
  Ко мне подходит космогенерал.
  Молодой ещё.
  Но уже знатный.
  Красота генерала затмевает звезды.
  Он улыбается мне.
  И говорит:
   - Алисиа!
  Давай, поженимся!
  Ты - самая лучшая девушка во Вселенной!
  Потанцуем! - Космогенерал подхватывает меня.
  Мы кружимся в танце!
   - Невеста моя!
  Ты же балерина! - жених сказал.
  И я сразу понимаю, что я - балерина.
  Я танцую перед ним.
  Совершаю невообразимые балеринские прыжки.
   - Алисиа!
  Раздвинь ножки!
  Тебе так удобнее будет.
  Танцевать. - Жених уже требует.
  Наваливается на меня.
  Облизывает.
  Лапает.
  Пытается развести мои ноги в стороны.
   - Йа! - Я просыпаюсь.
  Хочу вскочить.
  Но не могу.
  На мне лежит туша.
   - Меняла? - Я кричу. - Меняла из деревни?
  Что ты делаешь в моём доме?
  Свинья.
  Слезай с меня.
   - Доченька! - слышится голос отца. - Не ерепенься.
  Господин Броковский оказывает нам честь. - Отец стоит вне моей видимости.
  За моей головой стоит. - Тебе же не трудно?
  Ты же со всеми мужиками в деревне переспала.
  Кроме господина Броковского.
  Он - благородный.
  Если будешь покорная, то платье тебе подарит.
  Новое.
   - Вы с ума сошли! - Я кусаю менялу за нос.
  Он дергается:
   - Фанерже!
  Ты обещал, что Алисиа покорная.
  Не будет сопротивляться.
  Обрадуется мне.
   - Алисиа радуется, - отец бегает вокруг нас.
  Из носа менялы течет кровь.
  Но меняла Броковский не отступает.
  Он на мне возится.
  Пытается просунуть руку между моих ног.
  Я щипаю менялу за бок.
  Затем дергаю его за мошонку.
  Мне в руку выливается горячее.
  Меняла взвыл.
  Отец бьёт меня по голову.
  Я не отрубаюсь.
  Но теряю время.
  Сознание мутится.
  Отец сковывает мои ноги стяжками.
  На руках защелкивает кандалы.
  Я теперь беспомощная.
  Но зато меняла не раздвинет мои ноги.
  Отец и его новый дружок держат совет.
   - Я кончил, - меняла Броковский слезает с меня.
  Пыхтит.
  Я вижу его безобразие.
  Маленькое.
  И мятое.
   - Я выполнил своё условие! - Отец успокаивается. - Плати.
   - Нет
  Я не получил Алисию. - Меняла застегивает штаны.
   - Подожди.
  Отдохни.
  Алисиа будет готова.
  И ты тоже. - Отец упрашивает.
   - Я отвезу её к себе.
  Домой.
  Будет у меня жить.
  Мне прислужница нужна.
  Прислужница наложница.
   - Будет дороже стоить! - Отец торгуется. - Одно дело блудницу поиметь.
  А другое дело - чтобы она ещё и работала.
   - Я вам не блудница! - Я скрежещу зубами.
   - Девственница? - у менялы Борковского отвисает челюсть.
   - Невинная я! - Я фыркаю.
  Надеюсь, что моя невинность оттянет время.
  Я же что-нибудь придумаю.
  Может быть, медведя позову.
  На помощь.
  Или стаю волков воем приглашу. - Я начинаю выть.
  Меняла Броковский мнёт лицо.
  Ему мой вой не нравится.
  
  НРАВЯТСЯ ПЕСНИ, А НЕ КРИКИ.
  
  Броковский бьет меня палкой.
  По животу.
  Улыбается сладко:
   - Алисиа?
  Поговорим?
   - У меня есть выбор?
  Со связанными ногами не убегу.
  Только не танцуй.
  Пожалуйста.
  Ненавижу, когда мужики танцуют.
   - Алисиа! - Меняла Броковский садится на подстилку.
  Я не подстилка... - Я тебя сразу заприметил.
  Ты пришла в Вечные Грязи.
  Я на тебя глаз положил.
   - Броковский!
  Ты не страдаешь косоглазием?
  Ты смотрел на перстень.
  Кольцо моей матушки.
  Мой папа тебе его продавал.
  Но ты и меня увидел.
  Глаза у тебя в разные стороны?
   - Мне нужна остроумная кухарка! - Броковский хохочет. - Только не заходи в своих шутках далеко.
  Иначе у меня не встанет.
  И я буду тебя бить.
  Бить палкой. - Меняла Броковский показывает палку.
  
  ПАЛКА - ЛУЧШИЙ УЧИТЕЛЬ.
  
   - Я понял.
  Понял то, что следовало понять давно.
   - Я тоже поняла, что ты понял.
  Слишком много "понял".
   - Мне не нужна жена.
  Мне нужна батрачка.
  Девушка, которая будет работать, как батрачка, а по ночам превращается в любовницу.
  Мы будем засыпать в объятиях друг друга.
   - То есть, ты хочешь использовать не только мои руки и ноги, но и все остальные органы.
   - Алисиа! - Меняла Броковский улыбнулся.
  Резкая у него улыбка.
  Смотрел на меня виновато.
   - Ты пришел на болото.
  Пытался меня изнасиловать.
  То есть насилием ты хотел сказать, что меня любишь?
   - Да, - Броковский кивает.
  Он смущен.
  Щеки висячие загорелись. - Алисиа!
  Мне шестьдесят лет.
  Мой вес не идеальный.
  Много жировых складок.
  Поэтому в вопросах секса я очень щепетилен.
  Ко мне нужен подход.
  Особый подход.
  Ты меня понимаешь?
   - Неа.
  Я тебя не понимаю, меняла.
  Как невинная девушка может понять особый поход в сексе?
  Всё равно, что требовать от кота, чтобы он читал газеты.
  
  НЕ ПРОСИ ТО, ЧТО ТЕБЯ МОЖЕТ СЛОМАТЬ.
  
   - Да.
  Я думал, как честнее тебе признаться. - Броковский хмыкнул.
  Короткий хмык.
  Невеселый. - Я не думал, что сразу полезу на тебя.
  Не подготовился заранее.
  Но когда увидел тебя в шалаше...
   - Я предпочитаю, чтобы шалаш ты называл домом.
  Палки и камыши - чем не дом?
   - Ты будешь жить в каменном доме.
   - Жить?
  Или мыть полы в каменном доме?
   - Пока я шёл на болото, я промок.
  Промок до нитки.
  Не разозлился.
  Я пришёл в ярость.
  
   - ЯРОСТЬ - ПЛОХОЕ ЧУВСТВО ДЛЯ ЛЮБОВНЫХ УТЕХ.
  
   - Ты лежала голая.
  Спала.
  Что я должен был сделать?
  Глупо было уйти просто так.
  Я решил сделать с тобой любовь.
  Но у меня любовь обвисла.
  Дождь.
  Холод.
  Я вышел из себя.
  Извини.
   - Что ты, что ты.
  Меняла Броковский!
  Это я должна извиняться.
  Я спала в своём доме.
  Обнаженаня спала.
  Я втравила тебя в неприятность.
  Ты смотрел на меня.
  Ты добрый.
  Богатый.
  Работящий. - Я выдавила улыбку. - Я понимаю, почему ты говоришь загадками.
   - Я не говорю загадками, - брови менялы Броковского полезли на лоб.
  Он бормотал. - Я не чувствую себя виноватым.
  Я не знал, что у меня не получится.
   - Я представляю, меняла Броковский!
  У тебя был шок.
  Ты всего лишь шестидесятилетний.
  Уставший толстяк.
  Продрогший.
  И у тебя не получилось.
  Я думаю, что ты удивлен.
  Очень. - Я захохотала.
  Надрывно смеялась.
  Издевательски.
   - Остальное получилось само собой.
  
  ПОЛУЧИЛОСЬ ТО, ЧТО НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ.
  
  Ты мне понравилась.
  Я думал, что ты любишь меня.
  Меня невозможно не полюбить.
  Когда ты проснулась, то мне стало ещё лучше.
  Так хорошо, что я подумал взять тебя в свой дом.
   - Алисиа! - Мой отец не выдерживает. - Мистер Броковский - уважаемый человек.
  Лучше хозяина ты не найдешь себе.
  Он будет тебя кормить.
   - Кормить, заставлять тяжело работать и трахать...
  Когда у мистера Броковского получится. - Яд капает с моего языка.
   - И трахать, - отец кивает. - Ты же - блудница.
  Блудниц все трахают.
   - Папа!
  Только один ты остался на Дырды, который считает меня блудницей.
   - Господин Броковский будет тебе давать хлеб.
  Хлеб по пятницам.
  Что тебе стоит согласиться?
  Согласишься, и всё изменится.
  О подобной жизни мечтает каждая Дырдырянка.
   - А потом, - меняла Броковский пожал плечами.
  Смущенно улыбался.
  Смотрел на меня.
  Погладил по коленке.
  Ласково провел ладонью.
  Прижался головой к моей груди. - Подружки позавидуют тебе.
  Твоим чувствам.
  Они поймут, чего сами лишились.
  На твоем лице будет печать любви.
  Ты не станешь скрывать, что я твой любовник.
  Не посчитаешь нужным закрываться.
  Хочешь, я тебя развяжу?
   - Развяжи! - Я киваю.
   - Броковский!
  Не развязывай мою дочь.
  Получишь в лоб! - Отец закричал.
  Но было поздно.
  Меняла Броковский поддался моим чарам.
  
  ТРУДНО НЕ ПОВЕРИТЬ ГОЛОЙ КРАСАВИЦЕ.
  
  Он снял стяжку с моих ног.
  И...
  Тут же получил пяткой в лоб.
  Я бы вскочила.
  Я бы сумела.
  Но мой отец был на страже.
  Он сразу приложил палку к моей голове.
  Быстро приложил.
  И крепко.
  В голове зашумело.
  Перед глазами летят золотые синички.
  Я жадно глотаю воздух.
  В это время папа ловко стягивает мои ноги.
   - Папенька! - Я скулю. - Как у тебя так получается?
  Где натренировался?
  Правду связывал? - Я снова скована.
  Не надо было так сразу бить...
   - С...ка! - меняла Броковский стонет.
   - Я приложу лопух.
  Шишки не будет. - Папа юлит перед менялой.
   - Фанерже! - Меняла разозлился. - Я на половину уменьшу твой гонорар.
  Девка не стОит тех денег.
  Ты мне ещё должен будешь.
  За лечение.
   - Папа?
  За сколько ты меня продал?
  Отдал в работницы меняле Броковскому.
   - Доченька! - Папа кусает губы. - Я свалял дурака.
  Я дешево тебя оценил.
  Я думал, что ты - блудница.
  А ты - девственница.
  Невинная девушка стоит дороже.
  Я тебя продам в Барбос.
  Там больше дадут.
  Условия, конечно, не те.
  Но ты привыкнешь.
  Вот, в чем Правда!
  Правду не скроешь.
   - Папа!
  Почему продашь в Барбос?
  Лучше сдай меня в аренду в кабак.
  В Вечные Грязи в твой кабак.
  Там меня все пользовать будут.
  Тебе деньги рекой потекут.
  Сможешь окупить свою Правду.
   - Правду, говоришь, доченька! - Отец оживился. - Мы с тобой чаще будем видеться.
  Я в кабаке.
  Ты в кабаке пляшешь.
  Всем хорошо!
  
  ОДИН РАБОТАЕТ, СТО ОТДЫХАЮТ - ВСЕ ДОВОЛЬНЫ.
  
   - Алисиа! - Отец в восторге.
  Он наклоняется.
  Целует меня в лоб.
  Как покойницу поцеловал.
  Наверно, я для него умерла. - Умница ты моя!
  Как я сразу не догадался.
  Зачем далеко ходить?
  В какие-то Барбос.
  Мы и здесь прекрасно заживем.
  Но! - Папа грозит мне пальцем. - Не дури.
   - Фанерже! - Меняла Броковский сузил глаза. - Ты мне должен девку.
  У нас договор.
  Я сам могу продавать Алисию в кабаке.
   - Броковский, - отец смутился.
  Закашлялся.
  Я бы похлопала его по спине, но у меня руки связаны. - Зачем тебе Алисиа?
  Она тебя ударила.
  Удар будет тебе вспоминаться всю жизнь.
  Всю твою оставшуюся жизнь.
  Да будет она долгая...
  Вдова Ратха родит мне новую дочь.
  Через восемнадцать лет ты возьмешь её.
  Тебе будет семьдесят девять.
  Самый расцвет лет для мужчины.
   - Фанерже!
  Что мне мешает забрать Алисию и другую твою дочь?
   - То тебе мешает, Броковский! - Мой отец расправляет плечи. - У меня палка.
  В Палке правда живёт.
  Мы на болоте.
  Стукну тебя палкой...
   - А я в тебе дыру прожгу, - меняла выхватывает бластер.
  Миниатюрный бластер.
   - Всё!
  Я понял. - Отец выставляет свои ладони.
  Руками думает защититься от плазмы бластера. - Я согласен.
  Бери Алисию за половину цены.
   - Другое дело! - Броковский не убирает бластер. - Ты поможешь мне дотащить Алисию до деревни.
  В доме я надену на Алисию цепи.
  Цепи не мешают работать.
  И любить не мешают.
  Но в них не сбежит твоя дочка.
   - Я приготовлю носилки! - Мой папа засуетился. - На носилках Алисию дотяну.
  Так удобнее.
  И безопаснее для нас.
  Что-то доченька прыткая стала. - Отец покидает шалаш.
  Отправляется делать носилки.
  
  ДОБРОТА ЗА ДЕНЬГИ НЕ ЗНАЕТ ГРАНИЦ.
  
   - Алисиа!
  Ты любишь его?
  Правда?
  Своего отца любишь?
   - Да.
  Люблю.
  Нет смысла отрицать.
  Очевидное не обманешь.
  Он - мой папа.
  Поэтому я и себя не обманываю.
   - Полюбишь меня, как отца? - Броковский спрашивает с надеждой.
   - Броковский.
  Можешь не волноваться.
  Я тебе не достанусь.
   - Значит, ты сгинешь в цепях, - улыбка менялы ласковая.
  Глаза добрые-добрые! - За мои деньги можешь не волноваться.
  Твой отец станет поставлять мне девушек.
  Я присмотрю за ними.
  Фанерже сделает для меня всё.
  И бесплатно.
  Я жалею.
  Жалею о случившемся.
  Я думал, что мы поладим с тобой.
   - Я сожгу твой дом, - я кивнула. - Продам тебя в рабство.
  В Империи рабства нет.
  Но есть уголки, где рабов покупают.
  Я разорю тебя.
  Переведу твои деньги в Фонд Вселенной.
  Или перешлю их на благотворительность животным.
   - Хорошо, что ты призналась заранее, - меняла Броковский поднимается. - Я буду следить за тобой.
  И стану держать в строгости. - Он кричит: - Фанерже!
  Носилки готовы?
   - Да, друг мой.
  Уже бегу. - В хижину протискивается отец.
   - Папа? - Я смотрю с ужасом.
  На палки. - Это - носилки?
  Ты меня на них понесешь?
  Ты даже носилки сделать не способен.
   - Я тебя не понесу, Алисиа.
  Я тебя потащу. - Отец наклоняется.
  Вместе с менялой они перекатывают меня на палки.
  Палки колются.
  Я не сопротивляюсь.
  Пока спокойная.
  Удары палкой по голове научили меня думать.
  
  СНАЧАЛА УЛЫБАЙСЯ, А ПОТОМ - БЕЙ.
  
   - Ну, жеребец! - меняла Броковский веселится. - Трогай!
   - Игого! - Папа ржёт.
  Как настоящий жеребец. - Ржуууу! - Он потянул носилки.
  Папа старается.
  Меня носилки бьют о каждую кочку.
  О деревья на пути.
  Все крепкое проверяет мой череп на прочность.
  Через сто метров папа выдыхается.
  У меня голова раздулась.
  Как воздушный шар голова.
   - Папа!
  Хватит! - Я кричу. - Я сама пойду.
   - Убежишь.
   - Убегу.
  Но ты свяжи меня покрепче.
  Чтобы я не далеко убежала.
   - От моего бластера не убежишь.
  Алисиа! - Меняла Броковский обещает.
  После переговоров мужчины мне освобождают ноги.
  Мне становится легче.
  Папе - тоже.
  Меняла Броковский идёт сзади.
  Иногда тычет бластером мне между лопаток.
  Напоминает.
  "Если я упаду, - я рассчитываю, - перекачусь.
  Броковский не успеет выстрелить.
  Или промахнется.
  Но...
  Вторым выстрелом достанет меня.
  Почему?
  Почему мои подружки не приходят на помощь?
  Они предали меня?
  Наша дружба не так крепка была? - На сердце у меня тяжело. - Попробую позвать зверей?
  Например, песней?
  Но...
  Вдруг, они придут?
  По-настоящему захотят мне помочь.
  И...
  Попадут под бластер менялы.
  Нет.
  Я так не могу поступить с теми, кто мне хочет помочь.
  
  НЕЛЬЗЯ СТАВИТЬ ПОД УДАР СВОИХ ДРУЗЕЙ".
  
  Мысли мои печальные.
  Я решаю замутить мозги меняле Броковскому.
  Отвести его взгляд.
  Не умею.
  Но...
  Надо пробовать.
  Когда же пробовать, если не в рабстве?
   - Меняла Броковский, - мой голосок нежный. - Я хочу исправить вину.
  Свою вину исправлю.
  Ты не торопись в любви. - Я закусила губу. - Тебе нужно избавиться от комплексов.
  Начнешь новую жизнь.
  Ты понимаешь это.
  Ты скинешь лишний вес.
  И воспоминания о том, как ты был жирдяем, станут тебе неприятными.
  Ты полюбишь себя.
  Своё новое тело.
   - Алисиа! - Меняла Броковский подбегает ко мне.
  Заглядывает в лицо.
  Да.
  Бластер держит наготове. - Я не верю твоим словам.
  Ни одному твоему слову не верю.
  Но...
  Даже, если ты раскаялась.
  И говоришь правду, то ничто не изменится.
  Мне удобнее держать тебя в цепях.
  И продавать в кабаке тебя.
  Даже, если ты станешь шелковая.
  Ты проиграла, Алисиа. - Меняла Броковский протягивает руку.
  Схватил меня за грудь.
  Сжимает левую грудь.
  До боли.
  У меня возникает желание.
  Желание пнуть менялу.
  Ударить между ног хочу.
  Но я сдерживаю себя.
  
  МЕСТЬ - БЛЮДО, КОТОРОЕ ДОЛГО ГОТОВЯТ.
  
  Я смеюсь.
  Беспомощно улыбаюсь.
  Пожимаю плечами.
  На глазах выступают слёзы.
  Я смотрю в глаза менялы.
  Он отвечает мне взглядом.
  Вызывающий у него взгляд.
  "Он уже решил.
  Убьёт меня.
  Даже не задумается", - я понимаю.
  И меняла Броковский видит, что я читаю его мысли.
  
  ЧИТАТЬ ЧУЖИЕ МЫСЛИ - КАК В ПОМОЙКЕ РЫТЬСЯ.
  
   - Мне уже шестьдесят лет, - меняла Броковский напоминает.
  Спокойно напоминает. - Я никогда не любил.
  Не любил по-настоящему.
  Ты нанесла мне рану, Алисиа.
  Но, если бы ты меня полюбила...
  Сразу бы полюбила, то я бы поверил тебе.
   - Да.
  Ты прав, меняла Броковский.
  Я всё буду делать за твоей спиной.
   - Я догадываюсь.
   - Ты сердишься на меня?
   - Сердился.
  Но сейчас я спокоен.
  
  КОГДА БУДУЩЕЕ ПРЕДОПРЕДЕЛЕНО, ТО НЕТ ПОВОДОВ ДЛЯ БЕСПОКОЙСТВА.
  
   - Ты будешь держать меня в цепях?
   - Да.
  И ты знаешь, что я говорю правду.
   - Броковский...
  Если у меня будет шанс.
  Один шанс из сиксилиарда.
  Я им воспользуюсь.
  Потому что даже одна минута без тебя лучше, чем жизнь с тобой. - Я изменила себе.
  Своим правилам.
  Хотела задобрить менялу.
  Но...
  Наоборот поступаю. - Если я решила не иметь с тобой ничего общего...
  То так и будет.
   - Алисиа!
  Твоя Правда не поможет тебе, - мой папа вступает в разговор.
  Язык у него чешется. - Значит, не Правда в тебе, а - ложь.
  Ничто тебе не поможет.
  Ты должна любить.
  Любить всех.
  Ты же - ненавидишь.
   - Папа.
  Я страдаю.
  Мучаюсь.
  Ты мне о своей правде втюхиваешь.
  
  ПРОДАТЬ ДОЧЬ - НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРАВДОЙ.
  
   - Я же говорю, что ты злая.
  Злишься на весь мир, Алисия.
  Прими Правду в сердце.
  Правда тебя согреет.
   - Меня бы платье согрело.
  Для начала.
   - Нет, Алисия.
  Если бы ты любила меня.
  Любила бы сильно, то ты бы не мерзла. - Папа качает головой.
  Смотрит на меня.
  С осуждением глядит.
   - Алисиа!
  Когда придем, то сразу пойдешь на конюшню. - Меняла Броковский время не теряет.
  Инструктирует меня. - Нет.
  Сначала тебя закуем.
  Потом - на конюшню.
  Будешь спать с лошадьми.
   - Лучше с лошадьми, чем с лошаком, - я процедила сквозь зубки.
   - Жеребец Джой повредил кожу.
  Пересадишь ему кожу с ляжки на шею.
  После операции будь с ним ласкова.
  Однажды Джой чуть не потерял глаз.
   - Тебе следует знать, - я наступаю на колючку.
  Кривлю лицо. - Меняла Броковский. - Тебе нельзя держать лошадей.
  Лошадь - как девушка.
  А девушки тебе противопоказаны.
   - Не упрекай меня.
   - Я знаю.
  
  НЕЛЬЗЯ УПРЕКАТЬ ТОГО, КТО НЕУПРЕКАЕМЫЙ.
  
   - Прости меня, жеребец Джой, - меняла вздохнул.
  Тяжело дышал.
  Улыбался беспомощно.
  "Он жалеет жеребца.
  Но меня бил палкой.
  И хотел изнасиловать. - Я недоумеваю. - Может быть, я плохая?
  Действительно, плохая?
  Я хуже жеребца? - Я щиплю себя за ногу. - Нет, Алисиа!
  Если я буду так думать, то так и стану..."
   - Алисиа!
  Мне очень жаль, что твоя мать улетела.
  С твоими братьями и сестрой.
   - Спасибо за доброту, меняла Броковский.
   - Как ты себя чувствуешь?
  Мне нужно, чтобы ты была всегда в форме.
   - Сейчас лучше.
  Ты же пока не бьешь меня палкой.
   - Алисиа!
  Я хотел бороться за тебя.
  Если бы ты дала мне шанс...
  То я бы боролся.
  Но ты не мягкая.
  Ты не безотказная.
   - Что тебе мешает бороться за не мягкую?
  И за не безотказную?
  Скажи на милость, меняла.
   - Алисиа!
  У тебя нет головы.
  На плечах нет головы.
  Ты поддаешься вспышкам.
  У тебя ребяческая злость.
   - В самом деле?
  Почему же я не позволила себя изнасиловать?
  Мне не хватило смелости?
  Меняла Броковский.
  Еще немного, и я разрыдаюсь.
  Разрыдаюсь, что огорчила тебя.
  Мне просто не хватает духа поцеловать тебя сейчас.
  На меня нашло затмение.
  Звездное затмение.
  И звездная болезнь.
  Я возомнила, что я что-то значу.
  Если бы не моя вспышка, то мы могли бы быть сейчас на брачном ложе.
   - Алисиа! - Папа широко улыбается. - Наконец, ты поняла.
  Правда нашла дорогу к твоему сердцу!
  
  ПУСТОЕ СЕРДЦЕ ПРИМЕТ ВСЁ, ЧТО В НЕГО ЗАКИНУТ.
  
   - Фанерже?
  Ты - дурак? - Меняла Броковский хохочет. - Твоя дочь издевается.
  Она сказала с сарказмом.
  Ты же принял её слова за монету.
  За монету чистого серебра.
  Девка задумала хитрость.
  И морочит мне мозги.
  Нам...
   - Что? - Я задумалась о побеге.
  Но то, что меняла догадался, вывело меня из задумчивости.
   - Алисиа!
  Не хочешь взглянуть на лес?
  Лес стал тебе родным! - Папа подошел ко мне. - У тебя начнется новая жизнь.
  Жизнь вне леса.
   - О!
  Да, папа!
  Ты угадал! - Я оборачиваюсь.
  Лес мне кажется грустным.
   - Прибавим шаг, - меняла Броковский подгоняет. - Мне не терпится оказаться дома.
  Мы идём быстрее.
  "Какой позор! - Я начинаю осознавать.
  По-настоящему.
  Потому что до этого момента не верила в реальность.
  Реальность происходящего. - Мой папа продал меня.
  Подруги не пришли на помощь.
  Меня голую ведут по деревне.
  Я стану прислуживать меняле.
  Толстый безобразный Броковский.
  И я ничего не делаю...!" - Я поднимаю подбородок.
  Вижу группу подростков.
  Мальчики.
  УзнаЮ брата Вилеты.
  Мальчишки швыряются в меня грязью.
  Брат Вилеты показывает на меня пальцем.
  Вытирает слёзы.
  Кричит:
   - Ведьма!
  Из-за тебя мою сестру сожгли.
  Тебя тоже сожгут!
  "Сожгли?
  Вилету?" - Я не понимаю.
  Мозг ставит стену.
  Чтобы я не сошла с ума.
  Чувства притупляются.
  Я иду оглушенная.
   - Не портите мой товар! - Меняла Броковский отгоняет мальчиков.
  Товар - это я...
  
  ТОВАР - ДЕНЬГИ - ТОВАР.
  
   - Кастомер, - меняла дает монету парнишке. - Приведи кузнеца Вакулу.
  Скажи, что я прошу.
  Пусть захватит цепи.
  И молот возьмет.
   - Я - мигом! - Пятки парнишки сверкают.
  "Меняла и мой отец не обращают внимания на то, что кричат дети, - я начинаю думать. - Они называют меня ведьмой.
  Откуда узнали?
  Кто проговорился?
  И...
  Ни за что не поверю, что Вилету сожгли.
  Чушь какая-то". - Я почти убедила себя.
  Меняла открывает ворота.
  Мы входим во двор.
  Двор большой.
  Под ногами тесаный гранит.
  По нему ходят куры.
   - В сарай, - меняла Броковский командует.
  Я покорно иду в сарай.
  Сарай заполнен клетками.
  В них сидят куры.
  Кролики.
  И какие-то зверьки лесные.
  Все животные выглядят печальными.
  Кроме одного волчонка.
  Волчонок радостно скачет.
   - У него бешенство, - меняла Броковский пробурчал. - Но на шкуре не отражается.
   - Его нужно убить, - мой отец добавляет.
  Он считает себя знатоком по усыплению. - Убить - милосердие!
   - Да, - меняла Броковский соглашается с моим отцом. - К вечеру сдеру с волка шкуру.
  Она пока не облезла.
  Потом шкура начнет лысеть.
  Волк будет выть.
  От тоски и боли. - Меняла закусил губу.
  Выставляет живот. - Я не желаю бешеных в моём доме.
  Считаю их лишними.
   - Даже бешеные нуждаются в любви! - Я замечаю.
   - Алисиа!
  Вот и будешь любить!
  Животных люби.
  Корми.
  Клетки вычищай.
  С волка ты шкуру снимешь.
  Чтобы он не страдал.
   - Думаешь, что волк перестанет страдать, когда с него шкуру начнут снимать?
   - Шутница! - меняла приходит в хорошее настроение.
  Подзывает работника. - Витолио.
  Моя телега всё еще стоит под навесом.
   - Да, хозяин.
  Мы не знаем, куда её перенести.
   - Ничего страшного.
  Я её продал.
  За ней придёт Безе из Барбос.
  Отдашь телегу ему.
   - Да.
  Конечно, мистер Броковский. - Работник косит на меня глаза.
  Слюна вытекает у него изо рта.
  Глаза блестят.
   - Милый!
  Витолио! - Я подмигиваю работнику. - Я тебя тоже люблю!
  Ужасно обожаю! - Я начинаю смеяться.
  Работник Витолио таращит глаза.
  И убегает.
  Спотыкается о курицу.
  Падает носом в корыто.
  В корыте плещутся помои.
  
  ЛЮБОВЬ НЕ ЩАДИТ КОРЫТО.
  
   - Ээээ!
  Броковский! - Голос моего папы становится медовым. - Мне бы...
  Получить...
   - На! - Меняла Броковский бросает коротко.
  Слово бросил.
  И мешочек с монетами.
  "Плата за меня", - во мне всё сгорело.
  Сгорело вместе со словами брата Вилеты.
   - Дружище! - Мой папа обнимает менялу.
  Порывисто обнимает. - Желаю тебе счастья. - Папа торопится.
  Кабак не может ждать. - Благодарю за то, что ты для меня сделал.
  И сделаешь в дальнейшем". - Папа идёт к воротам.
   - Папа! - Я кричу. - Ты будешь ко мне заходить?
   - В кабаке увидимся, Алисиа.
  Я не хочу знать, как сложатся твои дела.
  Служи честно!
  Работай по Правде!
  Я не собирался...
  Я просто... - Папа машет рукой.
  И исчезает прочь.
   - Я понимаю, - я шепчу. - Папа.
  Надеюсь, что у тебя будет всё хорошо.
  А со своей жизнью я разберусь сама.
  
  Во двор вваливается гора.
  Человек - гора.
  "Кузнец Вакула", - я усмехаюсь.
  Трудно не догадаться.
  Мужик тащит цепи.
  Тяжелые цепи.
  И молот в его руках.
  "Неужели, я смогу носить эти тяжести?
  На себе? - Я разглядываю цепи. - Одна цепочка не столь массивная.
  Наверно, за эту цепочку меняла Броковский будет меня водить.
  Как корову на привязи".
   - Вакула! - Броковский командует. - Я хочу...
  Надень на эту цепи.
  Чтобы не сбежала.
   - Красотка! - Кузнец хмыкает.
  Примеряет ко мне цепи.
   - Мужчина!
  Как тебе не стыдно! - Я не надеюсь на снисхождение.
  Я о нём забыла. - Я - Империйка!
  Вы все имперцы!
  Слава Императору!
   - Слава Императору! - Повторяют бодро.
   - У нас нет рабства.
   - У нас нет, - кузнец Вакула снимает с меня стяжки.
  Руки и ноги мои свободны.
  Никто не подозревает, что я могу сбежать. - А на нашей Дырды есть.
  У нас всё есть.
  И рабство.
  И похоть! - Вакула смеется.
  От его грохота смеха куры начинают кудахтать.
  Я поворачиваю голову.
  Меняла Броковский держит бластер.
  Цокает языком.
  Изображает из себя белку.
  
  ЕСЛИ МУЖЧИНА - БЕЛОЧКА, ТО ДЕВУШКА - ВОЛК.
  
  Меняла показывает, чтобы я не дурила.
  Бластером показывает.
   - Вакула?
   - Да, девка.
   - Чтоб ты провалился! - Я плюю ему в лицо.
  Огромный купец ошарашен.
  Его глаза наливаются кровью.
  Внимание всех приковано к кузнецу.
  Я падаю.
  Перекатываюсь в ноги менялы Броковскому.
  Меняла теряет меня из вида.
  Только что я стояла перед ним.
  И исчезла.
  Бью менялу под коленки.
  Как Вилета била...
  Меняла вздрагивает.
  Из бластера вырывается пламя.
  Огонь сжигает кузнеца Вакулу.
  Я подхватываю цепочку.
  Токая цепочка.
  Но увесистая.
  Цепочкой бью по лицу менялы.
  Он вопит.
  Закрывает лицо ладонями.
  Спасает глаза.
  Бластер падает.
  Я подхватываю бластер.
  Наставляю на дом менялы.
  Сараи не буду сжигать.
  Жалко курочек.
  И кроликов жалею.
  Дом в прицеле.
  Но...
  Я пользоваться оружьем не умею.
  Поэтому не решаюсь выстрелить.
  Выбегаю со двора.
  Я в безумстве.
  На улице - никого.
  
  ЖЕНЩИНЫ РАБОТАЮТ, МУЖЧИНЫ В КАБАКЕ СИДЯТ.
  
  Только стайка мальчишек.
  Я подлетаю к ним.
  Они видят бластер.
  И улепетывают.
  Я успеваю схватить одного.
  Держу за ухо брата Вилеты.
   - Что, миляга, - мой голос страшный.
  Наверно, я со стороны выгляжу...
  Ведьмой выгляжу.
  Меня же тащили по земле.
  Били.
  Затем я обматываю цепь вокруг шеи паренька. - Сжечь меня хотел.
   - Не хотел!
  Отпусти, ведьма! - Паренек ноет.
   - Сейчас попробуешь огонь на вкус.
  
  ОДНО ДЕЛО - ДРУГИХ СЖИГАТЬ, И - САМОМУ НА КОСТЕР ИДТИ.
  
   - Я маме расскажу! - парень дергается.
  Лицо его бледнеет.
  От него запашок пошёл.
  Нехороший.
  Смрад страха.
   - Что с Вилетой?
   - Сожгли её
   - Ктоооо? - Я срываюсь на крик.
   - Барбосы приходили.
  Всех ведьм сожгли.
  Потому что вы порчу наводите.
  Ты одна осталась.
   - Всех?
   - Вилету, Ванду, Клио и Зои.
  Нет их! - мальчишка ликует.
  Сам под огнём, но рад, что другие погибли.
   - Кто сказал, что мы - ведьмы?
   - Лухфец и Фуфельт.
  Они всё знают!
  Умные!
  Я, когда вырасту, стану, как они! - Гордость загорелась в глазах паренька.
   - Как было?
  Расскажи! - Я не опускаю руки.
  Только потому, что не хочу, чтобы брат Вилеты сбежал.
  Но мысленно у меня руки опустились.
   - Как да как?
  Спящих их сожгли.
  Ведьмы хитрые.
  Вас можно только спящими подловить.
   - Что же ты...
  Не спас сестру?
  Не жалко Вилету?
   - Неа.
  Не жалко.
  Она же ведьма.
  У нас денег нет, потому что она прокляла нас.
   - Вилета помогала семье.
  Зачем же она своих будет проклинать?
   - Без неё легче.
  Мне больше картохи достанется! - Братик хлопает себя по животу.
  Показывает, что теперь будет набивать живот картохой. - Ты меня - того.
  Отпусти.
  Я никому не скажу, что ты от менялы сбежала.
   - Иди! - Я отпустила его.
  Вместе с цепочкой.
  Цепи рабства мне не нужны. - Я бы тебя наказала.
  За то, что ты сестру предал.
  Но ты сам наказал себя.
  Уже наказан.
  Потому что ты такой... - Я сглатываю комок.
  Комок слёз.
  Разворачиваюсь.
  Брат Вилеты забежал за колодец.
  Колодец каменный.
  Мальчишка спрятался.
  И начал вопить оттуда!
   - Ведьма!
  Ловите ведьму!
  Ведьма сбежала.
  Алисиа!
  Ворота дома менялы начали открываться.
  И я понеслась.
  Полетела над дорогой.
  Ну да, ну да.
  Как полетела.
  Бежала быстро.
  Очень.
  За мной началась погоня.
  Судя по крикам - вся деревня схватилась за вилы.
  Мне показалось, что я слышу голос моего отца.
  В общем вопле - Ведьма!
  Но...
  Наверно, показалось.
  Я сворачиваю.
  Вбиваюсь в колючие кусты.
  В те, через которые шли с Вилетой.
  Не знаю, нащупала ли я тропку.
  Но пролетаю через колючки.
  Даже не оцарапалась.
  Может быть, кусты расступались передо мной?
  Перед ведьмой?
  Но мои преследователи попали в засаду.
  Слышатся проклятия.
  Я прыгаю в речку.
  Ныряю.
  И плыву.
  В сторону леса плыву.
  Время от времени я выныриваю.
  Глотаю воздух.
  Бластер я выбросила.
  
  ЗАЧЕМ ДЕВУШКЕ БЛАСТЕР, ЕСЛИ НАША КРАСОТА - ОРУЖИЕ?
  
  На косе я выхожу из реки.
  Бегу в лес.
   - Надо успеть! - Я подгоняю себя. - Преследователи побегут по моим следам.
  К лесной избушке.
  Собаки возьмут след.
  Меня там не найдут.
  Понесутся к болоту.
  И там меня не найдут.
  Нигде не найдут. - Я подбегаю к опушке.
  Сердечко колотится.
  Я волнуюсь.
  Вдруг, брат Вилеты обманул меня?
  Может быть, мои подруги живы?
  Но...
  Если бы живы были, то пришли бы мне на помощь.
  Напрасно я думала, что они меня предали.
  Их уже не было.
  Сгорели во сне.
  Надеюсь, что они ничего не почувствовали.
  Не успели почувствовать.
  Отомщу?
  Обязательно!
  Я - ведьма.
  Ведьмы не прощают обид.
  И...
  Живут в одиночестве.
  Урок пошёл мне на пользу. - Я ступаю по мягкой траве.
  Захожу в избушку.
  Она - словно живая.
  Тянется ко мне.
  Я чувствую дух дома.
  Я ищу книги.
  Их всего две.
  Одна - по колдовству.
  Написана от руки.
  Вторая - по боевым единоборствам.
  Называется "Наука побеждать".
  Открываю страницу наугад.
   - Ужас! - Я перелистываю. - Картинки.
  Короткие пояснения.
  Всё убийственное.
  Никаких поблажек. - Я прижимаю книги к груди.
  Они кажутся теплыми.
  Вдали слышен лай собак. - Всё.
  Пора! - Я выбегаю из домика. - Может быть, найти лису?
  И она уведет собак от избушки. - Я думаю не больше секунды.
  Даже - миллисекунду. - Нет.
  Лису жалко.
  Я не стану жертвовать кем-то ради моего благополучия.
  
  ЗЛО НЕ ПОМОЖЕТ МНЕ.
  
  Я убегаю.
  Нахожу ручей.
  Иду по воде.
  Долго бреду.
  Чтобы собаки потеряли след.
  Собак тоже жалко...
  Ручей впадает в речку.
  Я выхожу на берег.
  Прислушиваюсь.
  Тишина лесная.
  
  ТИШИНА - БАРХАТ ВОЗДУХА.
  
  Я иду вдоль берега.
  Останавливаюсь у трех берез.
  Берег высокий.
  Почва песчаная.
  Я выбираю место.
  Место, где буду жить.
  Не навсегда.
  На время.
  Пока не почувствую, что я готова.
  Я закрываю глаза.
   - Пять метров левее, - я понимаю.
  Откуда пришло понимание - не знаю.
  
  НЕ НУЖНО ДУМАТЬ О ТОМ, ЧТО САМО ДАЛОСЬ В РУКИ.
  
  Открываю глаза. - Удобненькое.
  С реки меня не видно.
  От ветра защищено.
  На краю обрыва растет береза.
  Под ней я могу вырыть пещерку.
  Пещерка с видом на речку.
  Подобное жилье должно дорого стоить. - Я приступаю к работе.
  Песок поддается легко.
  Вскоре у меня появляется домик.
  Личная пещера.
  Я уверена, что она не обвалится на меня. - Просторно! - Я могу войти на полусогнутых. - Осматриваюсь.
  Довольна сделанным. - Сначала помыться! - Я вхожу в речку. - Река не та, что проходит через Вечные Грязи. - Я удовлетворена. - Мелкая речка.
  Но на отмели много устриц. - Я подхватываю одну.
  Ловко вскрываю тонким камнем.
  Проглатываю подарок реки. - С голода не умру! - Я улыбаюсь.
  Улыбка робкая.
  Печальная улыбка.
  Боюсь, что она навсегда ко мне приклеилась. - Я возвращаюсь на берег. - Ягоды.
  Грибы.
  Другие лесные чудеса!
  Дикие яблочки.
  Смородина по берегу реки.
  Что ещё желать? - Я выбираю ориентиры.
  Ведьмовство - хорошо.
  Но подстраховаться нужно и памятью. - Все сейчас заняты местью. - Я провожу рукой по бедру. - Самое время, чтобы проверить ловушки.
  Ловушки и капканы на зверей.
  Чужие капканы. - Я иду долго.
  В сторону деревни Барбос.
  Беру правее.
  Чтобы оказаться между Барбос и Вечные Грязи.
  По пути размышляю. - Нужна ли мне одежда?
  Если нужна - то зачем?
  Меня никто не видит.
  Лес бережет меня от царапин.
  Ноги ступают по мягкой подстилке леса.
  Одежда не нужна.
  Да и что за одежда будет?
  Снова юбка из тростника?
  Стыдобища.
  Лучше я буду чувствовать лес.
  Каждой клеточкой своего тела. - Я улыбаюсь.
  Вспоминаю, как убежала от менялы.
  От менялы Броковского и огромного кузнеца Вакулы. - Ловко я упала! - Вспоминаю то падение.
  И повторяю.
  Падаю.
  Перекатываюсь.
  Убираю ошибки.
  Шлифую неточности. - Идеально! - Я горжусь собой. - Это падение я изучила.
  Перехожу к другим падениям.
  Я истязаю себя.
  Довольно долго.
  И чувствую, что уже не истязание.
  А - удовольствие.
  Меня отвлекает изменение в настройках.
  Настройки леса меняются.
  Я чувствую присутствие того, чего не должно быть в лесу.
  А именно - тревогу ощущаю.
  Но не свою.
  
  ТРЕВОГА ПЕРЕДАЕТСЯ НА РАССТОЯНИИ.
  
  Я выхожу на тропинку.
  Лесная тропа.
   - Лиса? - Я опускаюсь на корточки.
  Не подхожу к капкану.
  Передняя лапка лисы зажата в зубьях капкана.
  И переломлена.
  Лиса смотрит на меня.
  Начинает метаться: - Я разве похожа на охотницу? - Мой голос меняется.
  Он завораживает даже меня.
  И...
  Я начинаю петь.
  Песня без слов.
  Мелодия.
  Проходят несколько минут.
  Лиса ложится.
  Не закрывает глаза.
  Смотрит на меня.
  Взгляд не испуганный.
  Но настороженный взгляд.
  Я поднимаю палку.
  Подхожу к капкану.
  Палкой разжимаю зубья.
  Освобождаю лапу лисы.
  Она неестественно выгибается.
  Лисица отползает.
  Но не убегает.
  У неё нет сил.
  И нет возможности убежать.
   - Подожди, - я отделяю капкан от цепи.
  Вешаю капкан на шею.
  Поднимаю лису на руки. - Ты не тяжелая! - Я разговариваю с лисой. - Примерно, шесть килограмм.
  Но для моих тонких рук - многовато. - Я схожу с тропинки.
  Нахожу другое направление к моей пещере.
  Не пойду тем путем, которым пришла к капкану.
  Через метров сто я устаю.
  Опускаю лису на землю.
  И...
  Слышу фырчанье.
  Но не лисица фырчит.
  Я сворачиваю через кусты.
  Вижу другую тропу.
  В сеть попалась косуля.
  Она недовольна.
  
  КТО ЖЕ БУДЕТ СЧАСТЛИВ, ЕСЛИ ПОПАЛСЯ?
  
  Косуля при виде меня замирает.
  Я уже не растягиваю время.
  Спокойно иду к сети.
  Пытаюсь её разорвать.
  Не получается.
  Тогда я снимаю с шеи капкан.
  Острой кромкой режу сеть.
  Через пару минут косуля свободна.
  Она выбирается на волю.
  И...
  Просто щиплет молодые листочки с куста.
   - Больше не попадайся в сеть! - Мой совет - совет посторонней.
  Глупее быть не может.
  Но я должна что-то сказать животному.
  Ещё несколько минут уходит на сеть.
  Я превращаю её в - уже не сеть.
  Изрезала вдоль и поперек.
  Сеть становится непригодной для охоты.
  Я возвращаюсь к лисице.
  Она опустила голову на передние лапы.
  Покорилась своей участи.
  Участи со сломанной лапкой.
  Я поднимаю лисицу.
  Несу в сторону дома.
   - Река.
  Берег.
  Пещера - мой дом! - Я сама удивлена. - Как странно.
  Могла ли я подумать раньше, что жизнь так свернет?
  Я прожила бОльшую часть жизни на другой планете.
  И всё там теперь кажется далеким.
  Далёкое и чужое.
  Я была чужая там, где родилась.
  
  ПРОШЛОЕ НИКОГДА НЕ СТАНЕТ НАСТОЯЩИМ.
  
  Я никогда раньше не думала о том, что я буду бродить голая по лесу.
  Теперь же - само собой разумеющееся.
  Я тоскую.
  Тоскую по подругам.
  Мы были знакомы лишь миг.
  Но миг татуировкой остался в моём сердце.
  Мне не хватает тепла Вилеты.
  Я скучаю по смеху Клио.
  Мне нужны экспансивные жесты Зои.
  Энергичность Ванды.
  Но больше всего тоскую по Вилете.
  По её улыбкам.
  Так почему Вилета медлит?
  Почему не возвращается?
  Её убили.
  Но...
  Ведь невозможное возможно. - Я обманываю себя. - Я изменилась.
  Сильно изменилась.
  Хотя до конца не осознаю.
  Я стала верить в себя.
  
  ВЕРА В СЕБЯ - САМОЕ ГЛАВНОЕ В ЖИЗНИ.
  
  Я - другая.
  Другая девушка.
  Не боюсь последствий.
  Собирайся, Алисиа! - Я говорю сама себе. - Я усмехнулась.
  Горько улыбаюсь.
  За своими мыслями чуть не наступила на зайца.
  Заяц в капкане. - Не повезло зайчишке. - Я опускаю лисицу.
  Дотрагиваюсь до тельца зайца. - Тебя поймала смерть.
  Шея перебита. - Я освобождаю тушку из зубов капкана.
  С ловушкой проделываю то, что и с другим капканом.
  Забираю смертоносность с собой. - Теперь на мне ты, - я поднимаю на руки лису, - два капкана и заяц.
  Я похожа на новогоднюю ёлку.
  Устрашающая ёлка. - Я продолжаю путь.
  Нахожу ещё один капкан.
  С кроликом.
  Кролик - тоже не жилец.
  Уже не жилец...
  Три капкана.
  Два зайца и лисица. - Мне тяжело.
  Но на душе легко. - Я иду по воде.
  Нахожу глубокое место.
  Бросаю два капкана в ручей.
  Забрасываю их камнями.
  Один капкан оставляю себе.
  Для хозяйственных нужд приберегаю.
  Прогулка долгая.
  Я возвратилась к пещере.
  Оставляю лисицу перед входом.
  Нахожу палочку.
  Составляю лапку.
  Привязываю палочку стеблем камыша.
  Любуюсь своим творением.
   - Лис!
  Не знаю, как.
  Но я чувствую, что должно срастись.
  Правильно срастется.
  Только ты не бегай. - Я замечаю на пригорке огонь.
  Огонь шубки лисы. - Твои друзья шли по следу?
  Подруга?
  Друг? - Я присаживаюсь.
  Открываю книгу колдовства. - Даже не колдовство. - Я понимаю. - Книга - как выжить в дикой природе.
  Травы полезные.
  Способы приготовления хлеба из лесного материала. - Я погружаюсь в чтение. - Возможно, что Зои написала.
  Теперь уже не узнаю, кто...
  
  ПАМЯТЬ ПЕРЕДАЕТСЯ ЗАПИСЯМИ.
  
  С книгой я отправляюсь в лесок.
  Сверяюсь с картинками.
   - Часть книги - кулинарная и лечебная! - Я восхищаюсь.
  Собираю траву для лисицы.
  Для заживления лапы.
  Попутно бросаю землянику в рот.
  Земляника и голубика. - Огонь!
  Как добыть огонь! - Я с интересом изучаю. - Огонь мне нужен.
  Он просто необходим!
  Сначала нужно найти камни.
  Красные камни.
  Алые, как кровь.
  Они мягкие. - Я ползаю на коленях.
  Минут десять перебираю найденные камешки.
  Наконец, что-то вроде алых камней даётся мне в руки.
  Я не удивляюсь.
  Сама Зои мне помогает... - Камни кладем в воду.
  Затем мокрые вынимаем.
  И соединяем.
  Когда появится огонь...
  Откуда он появится?
  Я не должна тереть камень о камень?
  Чтобы искры полетели. - Я сомневаюсь.
  Но следую указаниям книги. - Искупала камни. - Я приношу их к пещере.
  Прикладываю камень к камню.
  Они начинают нагреваться.
  Сильно. - Химия! - Я понимаю. - Обыкновенная химия.
  Или обыкновенное колдовство. - Камни раскаляются.
  Я подношу к ним пучок сухой травы.
  Он вспыхивает.
  Я тороплюсь.
  Собираю мелкие палочки.
  И более - не мелкие. - Мой костёр!
  Я сама его зажгла.
  Зажигаю новые звезды! - Я горжусь собой.
  Но не приписываю заслугу себе.
  Книга мне помогает.
  Дальше я поступаю интуитивно.
  Отношу тушки зайцев к реке.
  Разделываю зайчатину капканом.
  Капкан превращается в нож.
  И в тёрку.
  Возвращаюсь к лисице.
   - Один заяц - тебе.
  По-братски.
  По-сестрински. - Я оставляю еду перед лисой.
  
  БЕЗ ЕДЫ ЛАПА НЕ СРАСТЕТСЯ.
  
  Лис начинает трапезу.
  Я занимаюсь вторым зайцем.
  Потрошу его.
  Тушку обмазываю в глине.
  Голубая глина.
   - Может быть, в голубой глине водятся алмазы?
  Оставлю их на потом.
  Потому что
  
  В ГОЛОД ЕДА ВАЖНЕЕ, ЧЕМ БРИЛЛИАНТЫ.
  
  Я бросаю зайца в глине в огонь.
  Поднимаю глаза.
   - У меня в глазах двоится? - Я смеюсь.
  Рядом с лисом сидит второй.
  Первый лис насыщается.
  Второй терпеливо ждёт.
  Даёт больному возможность восстановиться.
  Я принимаю, как должное.
  Откладываю книгу колдовства в сторону.
  Берусь за книгу борьбы.
   - Ого! - Я погружаюсь в изучение. - Круто.
  Всё просто.
  И эффективно.
  Вилета этим приёмом валила меня.
  Нужно только подбить ноги противника, и... - Я забываю о времени.
  Отвлекает только запах подгоревшего мяса.
  Я палкой выкатываю глиняное чудо из огня.
  Разбиваю оболочку.
  Готовая зайчатина дымится.
   - Ресторан в лесу, - я жадно набрасываюсь на лакомство.
  Восстанавливаю силы.
  Косточки бросаю лисицам.
  Первый лис наелся.
  Поэтому второй лис приступает к приёму пищи.
   - Приступить к приёму пищи, - я вспоминаю фразу из далекого галосериала.
  После еды бросаю остатки трапезы в реку.
  Рыбы тоже хотят есть...
   - Лис! - Я обращаюсь к новому лису. - Ты будешь приносить еду для своего дружка.
  И для меня.
  По крайней мере, находи капканы.
  Живых будем освобождать.
  Мертвых...
  Мертвые будут пищей для живых.
  Понял? - Я улыбаюсь.
  Лис наклоняет голову.
  Перестаёт есть.
  
  На меня накатывает усталость.
  Но нужно ещё кое-что сделать.
  По хозяйству.
  Я леплю из глины горшок.
  Чашки делаю.
  И тарелки.
  Расставляю посуду вокруг костра.
  Затем собираю сухую траву.
  Сооружаю постель в пещере.
  Где-то далеко небо окрашивается в красное.
  Слышен грохот.
  Я не вижу огонь.
  Только его - отблески.
  И понимаю.
   - Избушка горит!
  Её нашли.
  Отыскали домик ведьм.
  И подожгли.
  Слишком высокое пламя.
  Наверно, в избушке было что-то горючее.
  Сюрприз для поджигателей.
  
   - НАЗАД ДОРОГИ НЕТ.
  
  Я забираюсь в пещеру.
  И сразу засыпаю.
  Словно меня уносит в космос.
  Я вижу сон.
  Ванда.
  Клио.
  Зои.
  Вилета.
  Они что-то говорят мне.
  Мне становится хорошо.
  Я просыпаюсь.
  Глаза мокрые.
  Выползаю из пещеры.
  Палки в костре сгорели.
  Но от камней идёт жар.
  Нестерпимый жар.
   - Утро!
  Утро в лесу! - Я бегу к воде. - Я раньше не знала, что утро может быть счастливым.
  Я уже не воспринимаю смерть подруг, как смерть. - Я купаюсь.
  Затем иду к костру.
  Пробую на прочность горшок из глины. - Кажется, что глина затвердела. - Я радуюсь.
  Лис с переломанной лапкой открывает один глаз.
  Смотрит на меня.
  Затем снова погружается в сон. - Лечебный сон. - Я вижу, что второй лис исчез.
  Наверно, отправился на охоту.
  Я тоже отправляюсь охотиться.
  Тихая охота.
  Собираю ягоды.
  Нахожу травы.
  Попробую сегодня испечь хлеб.
  Как Зои пекла.
  Хлеб из лесных трав.
  Но...
  Если поверить, то он будет ржаным...
  До середины дня я занимаюсь по книге.
  По книге борьбы.
  Кроме приёмов вырубания противника там есть и другие советы.
  Полезные.
  Например, как бесшумно передвигаться.
  Или задерживать дыхание.
  Но не забываю падать.
  Падаю.
  Перекатываюсь.
  Возвращается второй лис.
  Подходит ко мне.
  Опускает на песок гуся.
  Гусь ощипанный.
   - В деревне украл? - Я осматриваю добычу. - Умничка.
  Ты не убил гуся.
  За это тебя хвалю.
  И по дороге его не сожрал.
  Бережешь еду для своего дружка.
  Или подруги.
  Не знаю - она или он.
  
  ПОРЯДОЧНЫЕ ВЕДЬМЫ ЛИСЕ ПОД ХВОСТ НЕ ЗАГЛЯДЫВАЮТ.
  
  Ты - самоотверженный - Я нахваливаю лиса.
  Он качает головой.
  Я обращаю внимание на его рыльце. - Рыльце в пушку.
  Ты кого-то успел съесть?
  Только не попадайся собакам.
  И людям не переходи дорогу.
  Иначе превратишься в воротник.
  Далеко не чудесным образом превратишься. - Я поднимаю гуся.
  Лис ложится.
  Я готовлю обед.
  Мы его делим на троих.
  Ещё на ужин остается.
  Потому что гусь огромный.
  После обеда я осматриваю лапку лисицы.
  Мне кажется, что я правильно наложила палочку.
  Я собираюсь в лес.
  На проверку капканов.
  Не позволю Дырдырцам убивать животных.
  Они мои.
  Все леса на Дырды - моё достояние.
  Моё наследство...
  Второй лис увязался со мной.
  Он мелькает в кустах.
  С ним находить капканы становится проще.
  Через пару часов я освобождаю газель из сетки.
  К сожалению, в других капканах звери мертвые.
  Вчерашнему лису повезло.
  Я прячу капканы.
  Охотники их не найдут.
  С двумя тушками зайцев, одним волком и барсуком я возвращаюсь.
   - Мяса в избытке, - я замечаю, что раненая лисица переместилась.
  Уже прогулялась. - Будем делать запасы. - Я нарезаю мясо на полоски.
  Нанизываю на прутики.
  Прутики расставляю вокруг кострища. - Соли не хватает. - Я озадачиваюсь. - Лис!
  Где соль?
  Солончак ищи! - Я пытаюсь достучаться до сознания животного.
  Но, наверно, не в те извилины залезла.
  Лис слушает меня внимательно.
  И...
  Приносит палочку.
  Я вздыхаю.
  Отправляюсь на поиски солончака. - Зверям нужна соль. - Я рассуждаю. - Нужно идти по звериной тропе.
  Звериная тропа приводит либо к водопою, либо - к залежам соли. - По пути я повторяю упражнения.
  Приёмы из книги единоборств оттачиваю.
  Их не так много.
  
  ДЛЯ УБИЙСТВА ДОСТАТОЧНО МАЛЫХ НАВЫКОВ.
  
  Тропа расширяется.
  Я выхожу к камням.
  Большие камни.
  Метра три в высоту.
  Перед камнями площадка.
  Площадка вытоптана.
  Следы зверей. - Вот и соль! - Я копаю палкой.
  Выламываю большой кусок.
  Бросаю его в горшок.
  Горшок в походе пригодился.
  Лис лижет землю.
  Мордочка белая от соли.
  К нам выходит косуля.
  Глаза - блюдца.
   - Ты, случайно, не та, которая вчера в сети барахталась? - Я поднимаюсь.
  Косуля поводит ушами.
  Ничего мне не отвечает.
  Лишь косится на лисицу.
  Я возвращаюсь домой...
  
  ДОРОГА К ДОМУ В ДВА РАЗА КОРОЧЕ, ЧЕМ ОТ ДОМА.
  
   - Выздоравливаешь, значит? - Я остановилась у костра.
  Увидела пустые палочки. - Почти половину мяса съел.
  Прыгаешь на трех лапах?
  Или уже опираешься на все четыре?
  Мог бы и подождать.
  Я бы тебя покормила. - Я смотрю на лисицу.
  В лисьих глазах отражается смех.
  Мой смех.
  Лис съел мясо, которое вялится.
  Не всё съел.
  Но половину - точно.
  Я нарезаю новые полоски.
  Ставлю к костру.
  Вечер предлагает быть спокойным.
  Я и занимаюсь.
  Спокойно.
  Занимаюсь изучением колдовской книги.
  И...
  Тренируюсь по книге единоборств.
  В какой-то момент знания переплетаются.
  Колдовская книга помогает понять приемы рукопашного боя. - Напрасно я выбросила бластер. - Я сожалею.
  Но поздно. - Тренировалась бы стрелять из бластера.
  В цель стреляла бы. - Я задумалась. - Или не напрасно?
  Я бы тратила время на стрельбу.
  А мне и так времени не хватает. - Я падаю.
  Перекатываюсь.
  Вскакиваю.
  Наношу удар по противнику.
  По невидимому противнику.
  В который раз уже?
  На этот раз я задержалась.
  К середине ночи заползаю в нору.
  Ног не чувствую.
  Зато чувствую себя лисицей.
   - Эй?
  Обнаглели? - Я наблюдаю за лисьими мордами.
  Две лисицы покушаются на мое личное пространство.
  Они залезли ко мне.
  С переломанной лапкой устроилась слева.
  Другая лиса - справа. - Ладно! - Я сдаюсь.
  Потому что не в силах выгнать друзей.
  Лисицы - мои единственные друзья.
  Остались... - Будем вместе спать.
  Станете меня согревать.
  Хотя в норе и так жарко.
  Я засыпаю.
  Вилета, Ванда, Клио и Зои мне не приснились.
  Наверно, они уже далеко.
  Далеко во Вселенной.
  Интересно - после смерти люди остаются в нашей Вселенной?
  Или существует другая?
  О которой мы не знаем?
  
  ЗНАНИЯ НЕ ПРОБЬЮТ ТОЛЩУ РАССТОЯНИЯ.
  
  Проходит неделя.
  Я превращаюсь в робота.
  Или андроид.
  Дни укорачиваются.
  Лис уже начинает ходить.
  Неуверенно, но ходит.
  Лапка срастается.
  Наверно, обильная еда помогает.
  И вторая лисица растолстела.
  Ходит.
  Переваливается.
  Через месяц меня ждет сюрприз.
  Я возвращаюсь из леса.
  В лесу я - своя.
  Пропиталась запахом лисиц.
  Наверно, другие звери принимают меня за лисицу.
  Белая лисица.
  Лисица блондинка.
  
  ЗВЕРИ ВИДЯТ ЗАПАХОМ.
  
  Я стала уверенная в себе.
  Растворяюсь в пространстве.
  Меня больше ничто не пугает.
  Испугать может только боль предстоящих потерь.
  Но мне терять нечего.
  И я становлюсь лишняя.
  Лишняя для моих лисиц.
  Потому что...
   - Во как! - В один прекрасный день...
  Нет.
  В распрекрасный день я возвратилась из леса.
  Как всегда.
  И - вот!
  Сюрприз.
  Я слышу писк.
  Писк и ворчание.
  Из норы.
  Лисица с зажившей лапкой лежит около входа в моё жилище.
  А здоровой лисицы я не вижу.
  Она была в норе.
  Я просовываю голову. - Здрасте! - Я замечаю копошение.
  Маленькие комочки.
  Сначала я подумала, что лисица умерла.
  И её поедают крысы.
  Вгрызаются в её живот.
  Но затем ведьмино чутье мне подсказывает. - Пять лисёнышей.
  Ты родила пятерню!
  Кто бы мог подумать.
  Значит, ты - самочка.
  А переломанной лапкой - твой муж.
  Ну, прости.
  Я даже не представляла, что лисята похожи на крысят.
  
  ВСЕ, КТО РОЖДАЕТСЯ, ПОХОЖИ НА КРЫСЯТ.
  
  Я осторожно выползаю из норы.
  Начинаю готовить еду.
  Лисице-матери необходимо обильное питание.
  Пролетает ещё неделя.
  Лис со сломанной лапкой выздоровел.
  Бегает свободно.
  Я с ним уходила искать капканы.
  Лис уже знает капканы.
  И научился распознавать ловушки.
  Охотится.
  И может сам содержать свою семью.
  Я начинаю тосковать.
   - Даже для лисиц - я чужая.
  Своя.
  Но чужая.
  Парадокс.
  К концу третьего месяца я стала собираться.
  В путь.
  
  ЛЕС - ХОРОШО, НО ЧЕЛОВЕК НЕ МОЖЕТ ЖИТЬ В ЛЕСУ, ДАЖЕ ВЕДЬМА.
  
  Толчком служит поведение лисиц.
  Мать унесла их с берега.
  Под упавшим деревом в лесу нашла нору.
  Или сама вырыла.
  Туда перемещает своих детенышей.
  И...
  Больше не приходит ко мне.
  Выздоровевший лис посвящает себя семье.
  Изредка прибегает ко мне.
  Из вежливости.
  Сидит.
  Смотрит на мои тренировки.
  И...
  Убегает.
  Ночи мои становятся одинокие.
  Я понимаю:
   - Больше я не получу.
  Я взяла все знания.
  Знания, которые оставили мне подруги.
  За другими знаниями нужно лететь.
  С Дырды пора бежать.
  Я выбираю утро.
  Утро туманное.
  Хмурое утро.
  Потому что
  
  В ПРЕКРАСНОЕ УТРО ГРУСТНО УХОДИТЬ.
  
  Накрапывает дождь.
  Холодный дождик.
  Возможно, что наступают холода.
  Я же не знаю период смены температур на Дырды.
  Книги я закопала.
  Закопала в моей пещере.
  В сухом песке книги могут храниться вечно.
  Если их кто-то найдет...
  Затем я отправляюсь прощаться.
   - Всего хорошего, мои милые! - Я подхожу к норе.
  Лисята подросли.
  Выбегают ко мне. - Пусть ваши дни будут счастливыми!
  
  Я улетаю.
  Улетаю к своим.
  К людям.
  Здесь мне становится тяжело.
  Скоро на меня откроют охоту.
  Я же испортила местным добычу зверья.
  Забирала их капканы.
  Путала ловушки. - Я разговариваю с лисицами, как с людьми. - Я пришла с книгами.
  Ухожу с пустыми руками.
  Обычно говорят, что всё добро умещается в одном чемодане.
  У меня даже чемодана нет.
  И одежды нет.
  Я - как новорожденная.
  Я и есть новорожденная.
   Всего хорошего! - На глаза падает пелена.
  Я ладонью вытираю влагу с глаз.
  Лис.
  Мой лис тычется мордочкой в мою ногу.
  Я приседаю.
  Обнимаю его.
  Целую между ушей.
  Поднимаюсь.
  И ухожу.
  Навсегда.
  Лис бежит за мной.
  Но не долго.
  Провожает до ручья.
  И...
  Возвращается к себе.
  
  КТО В ЛЕСУ РОДИЛСЯ, ТОТ В ЛЕСУ И ЖИВЕТ.
  
  Я иду по ручью.
  Чтобы по моему следу собаки не нашли логовище лисиц.
  Мой путь лежит через поляну.
  Поляна, с которой всё началось.
  Домик сгорел дотла.
  На его месте - воронка.
  Значит, что-то взрывчатое в нем находилось.
  Я не останавливаюсь.
  На ходу зачерпываю ладонью золу.
  Золой обвожу глаза.
  Я знаю, что так глаза выглядят больше.
  Хотя они у меня и так - огромные.
  Но станут огромнее огромных.
  Очень.
  У страха глаза велики.
  А я теперь - Страх!
  Страх во плоти.
  Я выхожу из леса.
  Иду по дороге.
  Голая.
  С голыми руками.
  С распущенными волосами.
  Волосы отросли ниже попы.
  Весь мой багаж...
  Мне больше ничего и не нужно.
  Не нужно, кроме себя самой.
  Навстречу мне скачет мужик.
  Мужик на коне.
  Он останавливается передо мной.
  Наклоняется.
  Чтобы лучше видеть.
   - Девка?
  Ты - чо?
  Очумела? - И вскрикивает! - Ведьма!
  Алисиа ведьма! - Узнал меня.
  "Папа, наверно, всякого наговорил.
  Обо мне напридумывал.
  Чтобы его поили в кабаке бесплатно.
  За то, что он страдалец!" - У меня мелькает мысль.
  Мужик таращит глаза.
  Он испугался.
  Значит, отец придумывал обо мне только плохое...
   - Ты выжила? - Мужик спрыгивает с коня.
  Выхватывает кинжал.
  Я ничего не отвечаю.
  Пришло время мне пробовать.
  Пробовать свою силу.
  Я смотрю мужику в глаза.
  Он останавливается.
  Под моим гипнотическим взглядом замирает.
  
  ИЛИ ПРОСТО ЗАКАМЕНЕЛ ОТ МОЕЙ КРАСОТЫ.
  
  Я моргаю.
  Наваждение снимаю с мужика.
  Мне любопытно.
  Что он скажет.
  Какое обо мне мнение сложилось?
  У деревенских.
   - Ты!
  Ты!! - Мужик трясет головой. - Ведьма.
  Курей моих задушила.
  Воруешь из наших капканов зверей.
  Портишь нам охоту.
  На меня сглаз навела.
  У меня теперь нет силы на женщин.
   - Мой отец? - Я говорю спокойно. - Где он?
   - Фанерже?
  Он сказал, что ты его хотела убить.
  Прячется от тебя.
   - Пусть и дальше прячется.
  Целее будет! - Я усмехаюсь.
  В небе появилась точка.
  Она опускается.
  "Грузовой космофрегат, - я всматриваюсь. - Как раз то, что мне нужно".
  Я отвлеклась на миг.
  И мужик уже летит на меня.
  В руке нож.
  Слюна слетает с губ.
  Он хочет меня убить.
  "По-мужски - убить ножом беззащитную голую девушку" - Я кривлю лицо.
  Жалости во мне нет.
  Мужик сам выбирает свою судьбу.
  Я падаю.
  Перекатываюсь за него.
  Вскакиваю.
  У меня даже излишек времени.
  Мужик только что видел меня перед собой.
  И я пропала.
  Наверно, он думает, что я улетела.
  На метле.
  Я бью его в точку.
  Точка на шее.
  Коротко бью.
  Как тренировалась на березах.
  Мужик падает.
  Словно ему ноги сожгли.
  Бластером.
   - Жить будешь! - Я стою над телом. - Наверно.
  Я не сильно ударила.
  Я переступаю через человека.
  Во всех смыслах переступаю.
  Конь уже стоит поодаль.
  
  ЖИВОТНЫЕ - УМНЫЕ, ПОЭТОМУ НЕ ВМЕШИВАЮТСЯ В ССОРЫ ЛЮДЕЙ.
  
  Я подзываю коня.
  Взглядом подзываю.
  Он послушно подходит.
  Я взлетаю в седло.
  Бросаю взгляд на мужика.
  Он не двигается.
   - Как всё легко получилось.
  На автомате.
  И быстро! - Я качаю головой.
  Пускаю коня в рысь.
  Мыслями пускаю.
  Конь меня понимает.
  Без слов.
  И без поводьев.
  Вскоре мы уже в деревне.
  Я спрыгиваю с коня.
  Говорю ему:
   - Жди здесь.
  Никуда не уходи. - Провожу ладонью по его спине.
  Улица пустая.
  Мне же - без разницы.
  Есть люди, или их нет.
  Они же не мучились сомнениями...
  Не жалели моих подруг.
  Я - что?
  Хуже?
  Я тоже человек.
  И тоже не стану сомневаться.
  Из проулка выходит брат Вилеты.
  С ведром.
  Спешит к колодцу.
   - Бедолага! - Я усмехаюсь. - Влюбился в меня?
  Почему-то всегда ты там, где и я.
  Брат Вилеты открывает рот.
  Бросает ведро.
  И вопит!
   - Ведьма!
  Алисия вернулась из мертвых!
  Люди добрые!
  Сюда!
   - Ты смелый! - Я поднимаю камешек.
  Запускаю камень в полет.
  Полёт заканчивается носом брата Вилеты.
  Кидать камешки я научилась из книги единоборств.
  Оказывается, что можно камни швырять с точностью пули.
  Нос паренька вдребезги.
  Зато брат Вилеты жить будет.
  В отличие от Вилеты...
  
  БЕЗ НОСА МУЖЧИНА ПРОЖИВЁТ, А БЕЗ ПЕНИСА - НЕТ.
  
  Я подхожу к воротам.
  Ворота дома менялы Броковского.
  Они закрыты.
  Я вспоминаю страницу двести тринадцать.
  Из книги единоборств.
  И страницу без номера.
  Из книги ведьм.
  Нуууу, как вспоминаю.
  Они живут во мне.
  Я - ходячие книги.
  Перелетаю через ворота.
  Удивительная смесь ведьминского умения летать и единоборств.
  Я спрыгиваю за воротами.
  Площадка перед домом пустая.
  Из будки выбегает собака.
  Волкодав.
  Его глаза бешеные.
  Но...
  Смотрит в мои глаза.
  Поводит носом.
  И запихивает себя обратно.
  В свой дом.
  Он не понимает - кто я.
  Лисица?
  Ведьма?
  Что я?
  Я и сама плохо понимаю.
  
  ЕСЛИ ПОЙМУ, КТО Я, ТО СРАЗУ ИСЧЕЗНУ.
  
  Я закрываю глаза.
  Присматриваюсь внутренним зрением.
  "Меняла в доме.
  Он спокоен.
  Значит - спит.
  Да и не нужен он мне.
  Он моих подруг не сжигал.
  Потому что в то время был занят.
  Пытался меня изнасиловать..."
  Я прохожу в сарай.
  Куры в клетках беспокоятся.
  Кролики прижимают уши.
  Я для них - лисица.
  Белая лиса.
  Ведьма по кличке Белая Лисица.
  White Fox.
  Я открываю клетки.
  Все подряд.
   - Бегите! - Я приказываю.
  Даю мысленный толчок. - Скоро здесь будет жарко. - Я вхожу на конюшню.
  Там копошатся работники.
  Две штуки.
  Два мужика.
   - Выпускай! - Я смотрю в глаза первому работнику. - Кони.
  Коровы.
  Козы.
  И сами бегите! - Я иду на них.
  Голая девушка.
  С ободками вокруг глаз.
  С распущенными волосами.
  Первый мужик падает.
  Отползает на заднице.
  Как собака, у которой чешется под хвостом.
  Затем вскакивает.
  Словно деревянный.
  Движения у него скованные.
  Он выпускает животных.
  Подгоняет их.
  Второй мужик пялится на меня.
  Не сходит с места.
  "Я же не гипнотизировала его, - я недоумеваю. - Что он хочет?"
  А хочет он простого.
  Человеческого хочет.
  
  КАЖДЫЙ ХОЧЕТ ЛЮБВИ.
  
   - Алисиа?
  Ведьма? - Мужик не боится меня.
  Я чувствую.
   - Я уже в третий раз за сегодня слышу.
  Что я Алисиа.
  И что я - ведьма! - Я смотрю ему в глаза.
  "Он не видел меня раньше.
  Но слышал.
  И сопоставил.
  И...
  Кажется, что он в восторге от меня".
  Я дрогнула.
  Чуть-чуть.
  
  ПРИЯТНО, КОГДА ТЕБЯ ПРИНИМАЮТ, ПРИНИМАЮТ ХОРОШО.
  
   - Ведьма!
  Выходи за меня замуж!
   - Чоооо? - Я теряю всё, что приобрела.
  Что накопила в лесу.
  Бью себя по щеке.
  Прихожу в себя.
   - Я хочу, чтобы ты стала моей женой!
   - Раньше надо было предлагать! - Я успокоилась. - Девушка - не лисица - за хвост не ухватишь.
  Я теперь ничья.
  Ничья жена... - Я щелкаю пальцами.
  Важный приём гипноза.
  Смотрю мужику в глаза.
  Да и не мужик он.
  Парень.
  Просто парень в грязи.
  Грязь старит человека. - Помогай товарищу.
  Спасай животин.
   - Алисиа! - Он не двигается с места.
  "На него мои чары не действуют?
  И мой гипноз? - Я в недоумении.
  Кусаю губки. - Но как-то я на него влияю". - Я смотрю в сторону.
  Потому что портки у парня топорщатся.
  Спереди.
  Неприлично выпирают.
  Надо же.
   - Я - Нельсон! - Парень продолжает улыбаться.
   - Что же ты, Нельсон?
  Я тебе приказываю.
  Ты не уходишь?
  Не чувствуешь моего давления?
  Силы ведьмы не ощущаешь?
   - Только голова кружится.
  Ты - особенная.
  Алисиа!
   - Ты - тоже особенный! - До меня доходит. - Ты не поддаешься.
  Ведьма из тебя не получится.
  Но колдун...
  Слышал о моих подругах?
  Вилета, Ванда, Клио и Зои.
  Их сожгли.
   - Сожалею, - батрак искренне сожалеет. - Я не знал.
  Я из дальней деревни.
  Я бы помог.
   - Врешь.
  - Старался бы помочь.
  Нельзя девушек сжигать.
  
  СЖИГАЮТ ТОЛЬКО МОСТЫ, НО НЕ ЛЮДЕЙ.
  
   - Ты можешь исправить чужие ошибки.
  Нельсон.
  Займи наше место.
  Лесу нужны ведьмы.
  Или ведьмаки. - Я раскрываюсь. - Я закопала книги.
  В пещере.
  На берегу реки.
  Если возникнет у тебя желание, то найдешь их.
  Способности у тебя имеются.
   - Как я их отыщу? - Он спросил жадно.
   - Ведьмак отыщет.
  Книги тебя позовут.
  Если не найдешь книги, то и становиться колдуном не стоит.
   - А ты?
   - Я улетаю.
  Я же ведьма.
  Ведьмы умеют летать.
  И улетать умеем.
   - Я могу помочь?
  
   - ПОМОЧЬ МОЖЕТ КАЖДЫЙ, НО НЕ КАЖДЫЙ РЕШИТСЯ ПОМОГАТЬ.
  
  Нельсон.
   - Да, Алисиа.
   - Принеси мне факел.
  Настоящий.
   - Сейчас сделаю, - работник бежит в сарай.
  Возвращается с тряпками.
  В другой руке - канистра.
  Наматывает тряпки на палку.
  Поливает из канистры.
   - Ведьмак!
  Поджигай! - На меня обрушивается веселость.
  Лихая радость!
  Я хватаю горящий факел.
  Подхожу к дому.
  Поджигаю дом менялы Броковского.
  Очищаю огнем.
   - Ведьмак, - я нарочно дразню его ведьмаком.
  Батрак Нельсон принимает мои слова спокойно.
  Значит...
  Может быть, получится из него ведьмак. - В доме меняла.
  Выведи его.
  Я не сжигаю людей. - Я с факелом выбегаю за ворота!
  Меня поджидает толпа.
  Нуууу.
  Как толпа.
  Человек десять.
  С вилами.
  С ножами.
  С дубинами стоят.
  Размахивают.
  Орут - Ведьма!
  Но не спешат броситься на меня.
  Правильно поступают.
  Десять человек для меня - не соперники.
  По крайней мере, я так считаю.
  
  ЕСЛИ УВЕРЕНА, ТО ЗНАЧИТ, - ПРАВА.
  
  Я вскакиваю на коня.
  Голая с факелом.
  Несусь к кабаку.
  Поджигаю соломенную крышу.
  Кабак вспыхивает, как...
  Как солома загорается.
  Почему же он раньше не сгорел?
  Из кабака выбегают пьяницы.
  Первый - разумеется - мой отец.
  
  КТО ЗА ПРАВДУ БОРЕТСЯ, ТОТ ПЕРВЫЙ В КАБАКЕ И ИЗ КАБАКА - ПЕРВЫЙ.
  
   - Алисиа! - Отец сбивает пламя с шапки. - Одумайся.
  Не по Правде живёшь! - Даже сейчас отец завоёвывает популярность.
  Дешевая популярность. - Иди ко мне!
  Мы тебя простим!
   - Простите меня за то, что сожгли моих подруг.
   - Алисиа!
  Так надо было!
  В том и Правда!
   - Папа!
  А меня тоже сожжете?
  По Правде?
   - Мы тебя судить будем.
  Ты - ведьма!
  По Правде тебе воздадим.
   - Значит, сожжете.
  
  ПОЧЕМУ-ТО ЗА ПРАВДУ СЖИГАЮТ, НО КАКАЯ ЭТО ПРАВДА, ЕСЛИ ЗА НЕЁ СЖИГАЮТ.
  
  Толпа приближается ко мне.
  Я вижу брата Вилеты.
  Его легко распознать по носу.
  Разбитый вдребезги нос.
  В руках брат Вилеты держит молотило.
  Меня молотить собирается.
  Я не колосок пшеничный.
   - Расступись! - Я направляю коня на людей.
  Горящий факел в моей руке помогает меня понять.
  Конь летит по улице.
  Толпа бежит за нами.
  Угрожают.
  Кричат в спину.
  Теперь им можно.
  Лучше всего угрожать, когда знаешь, что тебе за угрозы ничего не будет.
  Самые смелые показываются вдали.
  Погоня продолжается.
  Я спрыгиваю с лошади.
   - Иди!
  Гуляй, лошадка!
  Найди себе нового хозяина.
  Или вернись к прежнему.
  Если он очнется...
  Я бросаю факел на дорогу.
  Лошадь отправляется на лужайку.
   - Ты выбрала правильно, - я хвалю лошадь. - Кто тебя найдёт - тот и будет хозяином.
  Лучше пусть тебя выберут, чем ты будешь сомневаться - кого выбрать. - Я перепрыгиваю через канаву.
  Можно сказать - перелетаю.
  Я стала легкая.
  И бежать мне легко.
  
  УБЕГАТЬ - САМОЕ ПРИЯТНОЕ.
  
  На бегу оборачиваюсь.
  Людей прибавилось.
  Велико их желание повеселиться за счет горя других.
  Погоня разделяется.
  Одни бегут за мной.
  Другие - в направлении деревни Барбос.
  За подмогой несутся.
  И сообщить радостную весть хотят.
   - Ведьма вернулась!
  Теперь у них появилась цель.
  На ведьму можно списать все грехи.
  Все долги лягут на ведьму.
  И все беды объясняются злом ведьмы.
  Ведь ведьме больше нечего делать, как наводить порчу на коров. - Я переступаю границу леса.
  И сразу становится легко.
  Очень.
  Я дома.
  Я жду.
   - Бегуны из вас никакие! - Я стоЮ перед полем.
  Чтобы меня заметили. - Ау!
  Я - подвернула ножку! - Я кричу. - Бежать не могу.
  Не обижайте меня.
  Я - хроменькая уточка!
   - Ведьма!
  Она ногу сломала! - Доносятся крики.
  Развлечение начинается.
  Развлечение для меня.
  Я вступаю на тропинку.
  Первые мужики уже в лесу.
  Их лица горят.
  От крепкого винного смрада листья берез вянут.
   - Ведьма!
  Вот она! - Мужики ликуют.
  Я ухожу по тропинке.
   - Отстаньте от меня, - мой голосок плаксивый. - Я не могу бежать.
  Я вам не сделала ничего плохого. - Я прохожу в малинник.
  
  БОЛЬШЕ ВСЕХ ВИНОВАТ ТОТ, КТО НЕ СДЕЛАЛ НИЧЕГО ПЛОХОГО.
  
   - Где она?
  Только что тут была. - Мужики обшаривают малинник. - Спряталась?
  Упала?
  Пережидает!
  "Да.
  Я пережидаю.
  Жду, когда вы поумнеете.
  Или станете милосердными". - Я возвращаюсь на тропинку.
  Моя погоня шарит в кустах.
  "Лучше бы малину собирали.
  Больше бы пользы было". - Я приседаю на землю
   - О!
  Спасите меня!
  Помогите!
  У хроменькой уточки ножка подкосилась.
  Не могу идти дальше. - Я призываю.
  Из малинника выбегают.
  Впереди несется мужик.
  Вилы наперевес.
  Фермер с соплей.
  Сопля путается в усах.
  Меня чуть не вырвало.
  Мужик торжествует.
  Добыча вот-вот будет в его руках.
  Он бросается на меня.
  Но я перекатываюсь.
  Ещё прыжок.
  Но я снова не попалась.
  Делаю вид, что хромаю.
  Ковыляю по тропинке.
  Мужик - за мной.
  Другие тоже выползают из кустов.
  Я обхожу капкан.
  Мой преследователь его не видит.
  Щелчок.
  И раздается вопль.
  Вопль полный досады.
  Но не боли.
  
  АЗАРТ ПОГОНИ СИЛЬНЕЕ БОЛИ.
  
   - Что там? - Другие волнуются.
  Не видят, что произошло.
   - Ведьма сожрала Фельдмана! - Голос моего папы.
  "Спасибо, папа, что называешь меня ведьмой".
  Я вожу преследователей по лесу.
  Кругами.
  К обитателям из Вечные Грязи приходят на помощь из деревни Барбос.
  Вся планета Дырды ополчилась против меня.
  Наползает ночной туман.
  Я привожу всех к болоту.
   - О!
  Мне не скрыться! - Я кричу для самых тупых. - Меня прижали к болоту.
  Только одна мне дорога - утопиться! - Я прыгаю по кочкам.
  Это болото мне неизвестно.
  Но я нахожу крепкие места.
  Они скрыты под водой.
  В ста метрах от берега останавливаюсь.
  Чтобы до меня не добросили вилы.
  Или камень.
   - Ах!
  Мне дальше некуда идти! - Я простонала.
  Самые безбашенные хватают жерди.
  И пытаются дойти до меня.
  Но проваливаются.
  Барахтаются в грязи.
  Над болотом разносятся проклятия.
  Проклинают, разумеется, меня.
  
  НЕНАВИДЯТ САМЫХ БЕСПОМОЩНЫХ.
  
  Под прикрытием тумана я выхожу на берег.
  И снова продолжаю.
  Идиотизм не умирает.
  Не мой идиотизм.
   - Ах!
  Пойду в своё логово!
  Там у меня брильянты спрятаны.
  Золото намытое самородное!
  Золото мне поможет! - Я несу чушь.
  Но мне верят.
  Потому что в золото все верят.
   Я направляюсь в бурелом.
  За мной продираются.
  Им по-прежнему кажется, что вот-вот и поймают меня.
  Схватят.
  Я делаю круг.
  Выбегаю из леса.
  Как раз к деревне Барбос привела себя.
  В моей голове давно поселился компас.
  Ведьмин компас.
  
  ЧТО ВОШЛО В ГОЛОВУ, ТО НЕ ВЫПАДЕТ ИЗ УХА.
  
   - Цель достигнута.
  Все в лесу!
  Деревня Барбос безлюдная!
  Я остановилась.
  Прислушалась.
  Доверяю своим чувствам. - Никого!
  Только около реки два дома.
  Там дети.
  Борбоские оставили детей нянькам?
  Всех детей.
  Но до тех домов огонь не дойдет! - Я распахнула руки.
  Поднимаю лицо к небу.
  Расставила ноги в стороны.
   - Ноги - на ширине плеч, как на гимнастике, - вошла во двор первого дома. - Смола, - я остановилась около кадушки со смолой. - Нужны тряпки.
  И палка. - Я быстро осваиваюсь.
  Делаю факел.
  Я поджигаю его.
  Вместе с домом.
  Иду по улице.
  Никого не боюсь.
  Душа моя улетает.
  Загораются один домом за другим.
   - Жалко ли мне? - Я плыву над землей. - Стыдно ли мне?
  Поступаю ли я хорошо, что лишаю людей крова?
  Да.
  
  НИЩЕТА РОЖДАЕТ ПРОГРЕСС.
  
  Жители деревни Вечны Грязи должны помочь Барбоским.
  Приютить их.
  Поступаю ли я правильно?
  Опять ДА! - Дохожу до конца улицы.
  Последние дома не поджигаю.
  Чтобы огонь не перекинулся на дома с детьми. - Нет.
  Я не права!
  Поступаю неправильно.
  Месть никого не воскресит.
  Имею ли я право мстить?
  Не имею.
  Но всё равно так делаю.
  Знаю, что творю беду.
  И продолжаю.
  Получаю ли удовольствие?
  Нет.
  Никакого удовольствия.
  Только добавляю безысходности в свою жизнь.
  
  КТО УНИЧТОЖАЕТ - ВСЕГДА ВИНОВАТ.
  
  Я бегу.
  За мной полыхает деревня Барбос.
  Вместе с их дискотекой сгорит.
  Меня проклянут на этой планете Дырды.
  Сами виноваты.
  
  НУЖНО ДЕВУШКУ УЧИТЬ ХОРОШИМ МАНЕРАМ, А НЕ ПУСКАТЬ ЕЁ ВОСПИТАНИЕ НА САМОТЁК.
  
  Я ориентируюсь по запаху.
  И по гулу турбогенераторов.
  Нуууу...
  Ну да, ну да.
  И просто по посадочной площадке.
  За деревней поле.
  В поле - бетонный космодром.
  Маленький!
  На один космолёт.
  Недалеко - ангар.
  Из ангара роботы выносят мешки.
   - Добыча жителей Дырды.
  В обмен на блага Империи. - Я держусь в тени.
  В своей тени иду.
  Крадусь. - Людей нет.
  Все ушли ловить меня.
  Умницы! - Я делаю вздох. - Не знаю, что будет дальше.
  Долечу ли я живая.
  Или космофрегат не предназначен для перевозки людей.
  Чтобы с Дырды никто не сбежал. - Я готовлю пробежку.
  От точки А до точки В.
  Где я - А, а В - космофрегат.
  Но...
  Передо мной вырастает препятствие.
  Сторож.
  "До него метров десять.
  Нужно подойти поближе.
  Только потом вырубать", - я просчитала.
   - Алисиа! - Сторож поднимает руки.
  Его голос мне кажется знакомым.
  Но у меня не осталось друзей на Дырды. - Я - Нельсон.
  Батрак Нельсон.
  Ты меня видела у менялы Броковского.
   - Нельсон? - Я снизила скорость.
  Мои шаги тихие.
  Мелкие шаги.
  Я превращаюсь в лисицу на охоте. - Что же ты не со всеми?
  У них дело!
  Увлекательная игра - "Поймай ведьму и сожги".
  Или ты - самый хитрый?
  Один ты догадался, что я обманула всех.
  И хочу сбежать с планеты.
  Пока другие рыщут по лесу.
   - Алисиа!
  Я пришёл помочь.
  Я не с ними.
   - Золотые слова.
  Чем докажешь?
  Вдруг, твои дружки прячутся в ангаре?
  Или поджидают меня в космофрегате?
   - Сама проверь.
  Ты же - ведьма, Алисиа!
   - Хм.
  Ведьма ты произнёс с уважением, - я начинаю колебаться.
  Чувствую неуверенность. - Но все, кто хотел мне помочь - мертвы.
  Почему я должна тебе верить?
   - Хотя бы потому, что я твой заместитель.
  Ты сама назначила меня ведьмаком.
  Я нашёл твои книги.
  Пещера около реки мне понравилась.
  Я обоснуюсь там.
   - Ты уверен?
   - Да.
   - Будешь зверюшек спасать из ловушек?
  Лечить тех, кто сломал лапку в капкане?
   - Обещаю.
   - А навещать моих лисят?
   - Трижды обещаю.
   - Зачем тебе это?
  
   - ЛУЧШЕ БЫТЬ В ЛЕСУ ВЕДЬМАКОМ, ЧЕМ В ДЕРЕВНЕ ВЕЧНЫЕ ГРЯЗИ - БАТРАКОМ.
  
   - Не боишься, что на тебя начнут охоту?
  Как на меня?
   - Ты же не боялась?
   - Почти убедил меня.
  Хотя бы потому, что больше никто не догадался поджидать меня у космофрегата.
   - Алисиа!
  Подумай хорошенько.
  На космофрегате не улетишь.
  На нём нет воздуха.
   - Вот и проверю, какая из меня ведьма.
   - Космофрегат не пропустит тебя внутрь.
   - Я с ним договорюсь.
   - У каждого свой путь.
  Ты больше не вернешься на Дырды?
  Алисиа...
   - В любом случае - не вернусь.
  Либо задохнусь на космофрегате.
  Либо стану женой Императора!
  
   - БОЛЬШИЕ ПЛАНЫ - БОЛЬШИЕ НАДЕЖДЫ.
  
  - Лучше надеяться, чем в кабаке сидеть.
  Даже, если золотом намазать эту Планету, то всё равно не вернусь.
  Я меняю место.
  Давно надо было думать только о себе.
  Семья оказалась для меня якорем.
  А Империя!
  Империя огромная!
  Можно везде работать!
  Если понадобится, то устроюсь гадалкой.
  Или открою ветлечебницу.
  Я умею разговаривать со зверями.
  Но сначала я должна выжить.
   - Я тебе приготовил покушать.
  В дорогу!
  Прощай, Белая Лисица!
   - Как ты сказал? - Я открываю ротик.
   - Что непонятного?
  Волосы твои - белые.
  Ты вся белая.
  Жила с лисицами.
  Почему бы и не ведьма Белая Лисица?
   - Тогда ты...
  Огромный.
  Увалень.
  Ведьмак.
  Похож на медведя.
  Медведь.
  Медведяк!
   - Звучит неприлично! - Нельсон смеется. - Из тени достает два мешка.
  Один мешок больше другого. - Вода.
  И немного еды.
  Пряники.
  Вяленая оленина
   - Зачем мне еда, если не будет воздуха?
   - Ты начинаешь сомневаться, ведьма Алисиа?
   - Я так шучу.
  Кстати, проверь, чтобы огонь не дошёл до домов с детьми.
  Хотя...
  Надеюсь, что их охраняют не тупоголовые няньки.
   - Всё сделаю, - Нельсон развязывает второй мешок. - Забирайся.
   - Я?
  Йа в мешок?
  Ты меня доставишь в мешке?
  Отдашь палачам?
   - До взлета три минуты.
  Алисиа.
  Либо ты доверяешь мне.
  Либо...
   - Зачем я полезу в мешок?
   - Космофрегат не пропустит человека.
  Повторяю.
  Но он грузит шкуры.
  Шкуры диких животных.
  Ты должна спрятаться среди шкур.
  Тогда есть шанс оказаться на борту.
   - Бортовой компьютер глупый?
  Он не увидит человека среди шкур?
   - Вот, ты и проверишь, Алисиа.
  Никто не проверял.
  Жители Дырды обожают свою жизнь.
  Никуда не сбегали с неё.
   - Только моя семья улетела.
   - У них был свой космокатер.
  
  СО СВОИМ ДОБРОМ ПРОЩЕ, ЧЕМ С ЧУЖИМ.
  
   - Погоня близка, - я кусаю губы.
   - Они увидели, что горит деревня.
   - Нельсон, - я подхожу ближе.
  Смотрю в его глаза.
  Глубоко проникаю. - Я не вижу в тебе неправды.
  Только небольшая хитрость.
  Какой-то секрет.
  Но он ко мне не относится.
  И...
  Ещё чувствую, что ты мне не желаешь зла, - я вхожу в мешок.
  Приседаю.
  Начинаю хихикать.
   - Что смешного?
  Алисиа? - Нельсон кладет мне на голову другой мешок.
  Мешок с едой.
  И набрасывает сверху шкуры.
  - Ты всегда возбужден?
  В доме менялы - возбудился.
  И сейчас...
   - Только потому, что ты была рядом.
  Алисиа. - Голос батрака трещит.
  Нет.
  Теперь Нельсон не батрак.
  Он - ведьмак!
  
  КТО ПОМОГАЕТ ВЕДЬМЕ, ТОТ - ВЕДЬМАК.
  
  Нельсон завязывает мешок.
  Тащит его куда-то.
  "Вот я и попалась? - Я спрашиваю себя. - Доверилась первому встречному батраку.
  Или наша встреча - не случайна?
  Батрак Нельсон ждал меня?
  Чувствовал, что я приду к меняле Броковскому". - Я вздрагиваю.
  Потому что мешок сдавливает со всех сторон.
  Затем его бросают на гравиплатформу.
   - Нельсон? - Я задаю вопрос.
  Но ответ не прилетает.
  Гравиплатформа движется. - Вроде бы, первый шаг сделан.
   - Батрак, - слышу издалека.
  Ведьму не видел?
   - Ещё бы! - Голос Нельсона доносится тускло. - Она мне нос разбила.
  И коленку выбила.
  Я не могу бежать.
  "Нельсон сломал себе нос?
  Чтобы запутать историю?"
   - Куда она побежала?
   - Поджигать дома с детьми.
  Поторопитесь.
  Ведьма Алисиа всех детей погубит.
  На то она и ведьма!
   - Вот услужил! - Я усмехнулась. - Теперь я - Имперская преступница.
  Номер один.
  Душегубка.
  Сжигательница детей.
  Но...
  Нельсон должен быть правдоподобен.
  Иначе ему не поверят.
  Он делает всё, чтобы отвлечь мысли преследователей от космофрегата.
  Иначе кому-нибудь ещё придет в голову, что я хочу сбежать.
  Улететь на космолете собираюсь.
  
  ПРЕСЛЕДОВАНИЕ - ИНСТИНКТ.
  
  Мешок со мной куда-то падает.
  Я сжимаюсь.
  Сгруппировалась.
  Лететь недалеко.
  "Мешки сбрасывают в ангар", - я выжидаю минуту.
  Хочу выбраться наружу.
  Но меня расплющивает.
  Чудовищная перегрузка.
  "О смертельной перегрузке я и не подумала.
  Она убьет меня быстрее, чем отсутствие воздуха", - Мелькает мысль.
  Из носа течет кровь.
  Я падаю в бездну.
  Очнулась от жары.
  "Кругом холодно, а мне - жарко, - я выскальзываю из мешка.
  Поднимаюсь по лесенку.
  Оказываюсь в коридоре.
  Прохожу в ближайший отсек. - Понятно, почему меня ещё не раздавило. - Я вижу банки.
  Стеклянные банки с вареньем.
  Варенье и соленья. - Космолёт бережет груз.
  Не разгоняется до скорости плющенья банок.
  По этой же причине не впускает космос.
  Вечный холод может повредить шкуры.
  И банки точно лопнут.
  Но им воздух не нужен. - Я открываю банку с вишневым компотом.
  Жадно пью сок. - Воздух! - Я прислоняюсь к стене. - Воздух заканчивается.
  Здесь только воздух с Дырды.
  Он куда-то уходит. - Я иду вдоль стенки.
  С каждым шагом всё тяжелее и тяжелее.
  Перед глазами летят кометы. - На что я надеюсь?
  Я не умею управлять космофрегатами.
  Да и не послушается он меня.
  У меня нет допуска. - Я сажусь на пол.
  Холодно.
  Кислородное голодание сжимает горло. - Ведьмы не сдаются!"
   - ИИ!
  Человек на борту.
  Преступница! - Я пытаюсь выжить.
  Меня космолёт доставит до космополиции.
  Или вызовет её.
  С космополицией я разберусь. - Я уверена в себе.
  Но...
  Моя задумка не проходит.
  
  ЛЮБАЯ ХИТРОСТЬ ДОЛЖНА ИМЕТЬ ХОТЯ БЫ ОТКЛИК.
  
   - Железяка.
  Тупая железяка! - Я кричу.
  Мне кажется, что кричу.
  Но слова с трудом пробиваются через гортань.
  Губы высохли. - ИИ!
  Тебя расстреляют.
  Ты - преступник. - Я опускаю голову. - Либо ты не слышишь меня.
  Либо не обращаешь внимания.
  Потому что я не шкура лисицы.
  Либо тебя, вообще, нет.
  Во избежание неприятностей...
  Я ползу к банке.
  Банка из-под компота.
  Хватаю её.
  Бью банкой о стену.
  Силы покидают меня.
  Тогда я бросаю банку на панель.
  Банка разлетается.
  Панель остается целая.
  Я хватаю осколок.
  Из ладони течет кровь.
  Вернее - вытекает из меня кровь.
  Я осколком царапаю панель.
  Плохо соображаю.
  Стекло не берет покрытие панели.
   - Посмотрим, кто кого, - я на четвереньках бреду к ближайшему шкафчику. - На четвереньках ходят?
  Или ползают? - Я открываю дверцу.
  Технический шкаф.
  То, что мне нужно.
  В шкафчике - лопата, ломик, ведро с песком. - Противопожарный шкаф! - Я прочитала на голограмме.
  Хохочу.
  Думаю, что смеюсь.
  Но шипение изо рта мало похоже на хохот. - Кому в голову пришло оборудовать космолёт старинным противопожарным щитом?
  Робот будет бегать с лопатой и ломом по космофрегату?
  И станет посыпать песком возгорания на тугоплавких кисонитовых панелях?
  Кто бы ты ни был, дурак, - Я вытаскиваю ломик.
  Беру и ведерко. - Но ты мне помог.
  Наверно, помог.
  Если у меня получится.
  И...
  Может быть, не всё так глупо.
  В море вероятностей существовала небольшая переменная, что кому-нибудь на космофрегате понадобятся лопата, песок и лом.
  Я не умная.
  Видать, что есть и поумнее. - Я возвращаюсь к щитку.
  Ломиком стучу по панели.
  Панель кряхтит.
  Но поддается.
  Я вспоминаю:
  
   - ПРОТИВ ЛОМА НЕТ ПРИЁМА, ЕСЛИ НЕТ ДРУГОГО ЛОМА.
  
  Я поддеваю угол панели.
  Верхняя часть отлетает.
   - Космофрегат не ожидал, что шкуры оживут и станут ломать Имперское имущество, - я ломиком крушу всё, что за панелью.
  Надеюсь, что панель - важная на космофрегате.
  Кровь стекает по ладони.
  Я рву трубки.
  Соединения лазерных волокон уничтожаю.
  Но ИИ космолёта не реагирует.
  В последней надежде я ползу к хранилищу солений и варений.
  Выбираю банку.
  Банка с маринованными огурцами.
   - Соль и уксус, - я шепчу. - Если вы мне не поможете, то никто не поможет. - Я бросаю банку в нишу.
  Там, где были устройства для панели.
  Ломиком разбиваю банку.
  Маринад стекает куда-то вниз.
  Я падаю на пол.
  Хочу вгрызться в него.
  Кислородное голодание ломает мне мозг.
   - Сколько я протяну? - Я спрашиваю себя.
  И в ответ раздается вой сирены.
  Мигают красные огни. - Всё же я добилась.
  Победила! - Я улыбаюсь. - Что предпримет ИИ?
  Совершит вынужденную посадку?
  Или своими силами справится. - Ко мне подкрадывается холод.
  Адский холод. - Может быть, посадка будет не мягкой. - Из последних сил я доползаю до лестницы.
  И падаю на мешки с добром планеты Дырды.
  Зарываюсь в шкуры.
   - Откуда у нищего батрака Нельсона пряники? - Последняя мысль перед погружением в небытие.
  
  ЛЕТАТЬ - ИЗ ЖАРЫ В ХОЛОД - ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА ВЕДЬМЫ.
  
  Я очнулась от холода.
  Леденящий холод.
  Холод космоса.
   - Космолет не движется, - я даже стучать зубами не в состоянии.
  Мышцы скованы.
  Я заледенела.
  С хрустом я закутываюсь в шкуры.
  По иронии судьбы - шкуры лисиц.
  Сколько же животных я не успела спасти...
  Поднимаюсь по лестнице.
  Воздуха нет.
  Совсем нет.
  Я знаю.
  У меня есть две минуты.
  Только две.
  Потом мозг откажет.
  Я нахожу в себе силы.
  Вижу перед собой бездну.
  Бездна ангара.
   - Космофрегат прилетел на ремонт, - я понимаю.
  Бегу.
  Наверно, бегу.
  Или мне так кажется.
  Может быть, я валяюсь в бреду на шкурах?
  Передо мной дверь.
  Дверь в переход.
  Она закрыта.
   - Открывайте! - Кричу.
  Но звук не распространяется в вакууме.
  Я бью кулачком.
  По голограмме.
  Изо всех сил.
  Из того, что во мне осталось.
  Неожиданно, дверь начинает отходить.
  Я не дожидаюсь полного прохода.
  Протискиваюсь.
  За мной падает завеса.
  Голографическая завеса.
  Я оказываюсь в ловушке.
  Между двух дверей.
   - Воздух! - Я начинаю смеяться. - Тепло!
  Эй!
  Кто бы вы ни были!
  Я покупаю эту квартиру.
  Квартиру между двух дверей.
  Только не открывайте их. - Мои мозги оттаивают.
  Воздух подпитывает кровь.
  Но я всё еще плохо соображаю.
  Поэтому несу чушь.
  
  ЧАЩЕ ВСЕГО ЧУШЬ ОКАЗЫВАЕТСЯ ГЕНИАЛЬНЫМ ОТКРЫТИЕМ.
  
  Меня не слушают.
  Как всегда.
  Внутренняя дверь открывается.
   - Здрасте! - Я развожу руками.
  Меня ждут.
  Два андроида.
  Космополицейские андроиды.
   - Просим пройти с нами, - Андроиды заковывают меня в наручники.
  Силовые наручники.
  Я могу спокойно идти.
  Лишь бы не делала резких движений.
   - Вы, как на танцах приглашаете, - у меня чешется язык. - Кавалеры приглашают дам.
  Только я не дама.
  Я - девушка.
  
  Меня везут.
  Космополицейский катер доставляет куда-то за одну минуту.
  Андроиды доводят меня до кабинета.
  И оставляют.
  Я прикована к столу.
  Наручниками.
  Силовые наручники.
  Оглядываюсь по сторонам.
   - Комната!
  Стол.
  Два стула.
  Больше ничего.
  Если не считать голографических плакатов на стенах. - Я вдыхаю. - Зато у меня отдельная квартира. - Я замолкаю.
  Понимаю, что за мной сейчас следят.
  Проверяют мои рефлексы.
  Оценивают состояние.
  
   - НА КРАСИВУЮ ДЕВУШКУ ПРИЯТНО ПОСМОТРЕТЬ.
  
  Через бездну времени дверь открывается.
  Входит космополицейский.
  Полноватый.
  С проплешиной на голове.
  Щеки висят.
  Под глазами круги от усталости.
  Он падает в кресло.
  Кресло напротив.
  Бросает на стол планшет.
   - Мы всё знаем.
  Всё о тебе знаем.
   - Ой!
  Если ты всё знаешь, то, может быть, подскажешь, где мой медвежонок?
  Плюшевый медвежонок Фодзи.
  Я его потеряла в детстве.
   - Мадемуазель, - полицейский не удивляется. - Я - детектив Крамер.
  Я никуда не тороплюсь.
  Если ты хочешь остаться наедине со своими шутками, то я приду...
  Через сутки вернусь.
   - Нет!
  Господин Крамер! - Я спохватываюсь. - Шутки в сторону.
  У меня кислородное голодание.
  Простите.
  Замерзла.
  И без кислорода путешествовала.
   - Ты с дикой планеты?
  Дикарка?
   - Йа?
  Почему дикарка?
   - В шкуры одета.
   - Многие леди одеваются в шкуры.
  Только у них шкуры сшиты вместе.
  И называются шубой.
   - Я знаю, что такое шуба.
  Но ты не леди.
   - Обидно, дон комиссар Крамер.
   - Детектив Крамер.
   - Простите.
  Я хотела подольститься.
  Но не умею, как.
  
  ЛЕСТЬ ДОЛЖНА БЫТЬ ВЫДЕРЖАННОЙ.
  
   - Тебе вменяется проникновение на торговую баржу...
   - Я думала, что не баржа, а - космофрегат...
   - Порча Имперского имущества.
  Это пока что.
  В остальном ты сознайся сама.
  Чистосердечное признание будет учтено.
  Всё равно мы о тебе узнаем всё.
  Но потом уже не примем признания.
   - Я - Ратха, - я назвала имя папиной любовницы из деревни Вечные Грязи. - Сбежала.
  Меня хотел изнасиловать меняла.
  Толстый потный меняла.
   - Тебя?
  Изнасиловать?
  Но ты как бы не выглядишь... - Он сделал паузу.
   - Потмоу что шкуры закрывают мою красоту, - я поняла.
  Поднимаюсь.
  Насколько позволяют наручники подняться.
  Сбрасываю с себя шкуры.
  Показываю своё идеальное тело.
  Затем поднимаю две шкуры лисиц.
  Одной закрываюсь спереди.
  Другую прилаживаю на спину.
  Связываю шкуры на горле.
  Получается накидка. - Я красивая! - Я опускаюсь на стул.
  "У меня теперь хоть какая-то одежда.
  Полагаю, что многие модницы где-то в Империи содрогнутся.
  Обрадуются, когда узнают, что можно так носить шкуры.
  Чтобы быть одетой.
  И в то же время - раздетой.
  
  МОДА ВЫРАСТАЕТ ИЗ НИЩЕТЫ".
  
   - Крамер, - в комнату входит полицейский.
  Молодой.
  Но выглядит потрепанным.
  Левая рука на перевязи.
  В гипсе рука. - Стриптиз смотришь?
   - Инспектор Могацел!
  Мадемуазель Ратха показывает свою красоту.
  Она только что доказала мне, что её хотели изнасиловать.
   - Я тоже посмотрю, - инспектор Могацел встает за спиной детектива Крамер.
  Они пялится на меня.
  Я смотрю на них.
  "Инспектор - красавчик! - я оцениваю. - Высокий.
  Голубоглазый".
   - Могацел?
   - Да, Крамер.
   - Ты ел сегодня солянку?
  В столовой?
   - Я люблю солянку.
  Но только домашнюю.
  Когда знаю, из чего она сделана.
  В столовой я беру обычно рис.
  Рис и рыбу.
   - Повезло тебе, - детектив Крамер сморщил лицо.
  Провел по нему ладонью. - Я, наверно, подцепил сальмонеллу.
  Живот сводит.
  Судороги живота.
  Ладони потеют.
   - Подожди, Крамер.
  Что дальше будет.
  Может быть, и не сальмонелла.
  А - обыкновенное отравление.
  Сейчас не самое удачное время ложиться в госпиталь.
  Дон космогенерал Гурьо собирается нанести визит.
   - Откуда ты знаешь?
   - Самул сказал.
   - Самул врать только умеет
   - Но мы должны быть готовы.
  Вдруг, он не солгал на этот раз. - Инспектор Могацел изучал меня.
  Казалось, что он не удивлен.
  Внимательно оглядывает меня с головы до ног.
  Сохраняет невозмутимость.
  В руке - блокноте.
  Могацел постукивает по блокноту пальцем.
  "Серый китель.
  Поношенный. - Я в свою очередь пялюсь на инспектора. - Длинные панталоны обтягивают ноги.
  Ботинки из кожи крокодила.
   - Подозреваемая Ратха? - Инспектор Могацел произносит врастяжку. - Будешь признаваться?
  Через пару минут на тебя принесут досье.
  Откуда у тебя кровь на руке?
   - Кровь моя.
  Порезалась, когда ела компот.
   - Компотом и я бы полакомился, - детектив Крамер вздыхает. - Деточка!
  Как же ты могла пораниться о компот?
  
  КОМПОТ НЕ КУСАЕТСЯ.
  
   - Если хотите, - я билась в отчаянье.
  "Что придумать?
  Все мои навыки ведьмы не сработают.
  Ну, усыплю я инспектора Могацел и детектива Крамер?
  А дальше что?
  
  ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК - НЕ ЛЕС НА ДЫРДЫ, ИЗ ПОЛИЦИИ НЕ УБЕЖАТЬ".
  
   - Если хочу? - детектив Крамер заколыхался. - Конечно, желаю, чтобы ты призналась.
  После худшей солянки в моей жизни. - Тон детектива Крамера обыденный.
  Очень.
  В это время инспектор Могацел зашел мне за спину.
  Не торопился.
  Ударил ладонями мне по ушам.
  У меня зазвенело в голове.
  "Чуть ниже.
  На две точки. - У меня мелькнула выдержка из книги.
  Книга единоборств. - И надавил бы он по часовой стрелке.
  Тогда бы убил меня".
  Минуту я трясла головой.
  Но инспектор Могацел не закончил.
  Он схватил меня за шею.
  Сдавил так, что я едва могла дышать.
   - Снова у меня нет воздуха, - я прохрипела. - Господин инспектор Могацел.
   Я не настолько опасная, чтобы меня убили на месте.
   - Можем ещё пристрелить при попытке к бегству, - инспектор Могацел обещает.
  "Коротко и ясно.
  Они идут прямой дорогой.
  Дорога к достижению цели.
  Если я не сознаюсь, то на меня придут данные.
  С Дырды.
  Ведь всем известно, где я подсела в космобаржу".
  Появился третий космополицейский.
  Неужели, я столь важная особа?
   - Крамер!
  Могацел! - космополицейский закатил глаза. - Что я видел!
  Наш дон майор Павловски тискает повариху.
   - Нину? - Могацел и Крамер заинтересовались.
  Воскликнули жадно.
  Переглянулись.
  Для них информация о том, что их майор и повариха вместе - ценнее, чем моё признание?
   - Я иду.
  Слышу чмоканье, - полицейский наслаждался вниманием. - Нина вцепилась в дона майора.
  Словно боялась, что он сбежит
  Они прижались губами к губам.
  В каптёрке целовались...
  Она оказалась в его объятиях.
  А дон майор целовал её страстно.
  Словно умирал от голода.
  Нина ему и говорит:
  "Как ты долго думаешь, Павловски...
  Бросай свою мымру.
  Ты же обещал на мне жениться".
  Гер майор отвечает.
  Нежно проворчал:
  "Еще пару лет, Нина.
  И я буду твоим".
  "Правда?" - Повариха затрепетала.
  "Очень"! - Дон майор ослабил объятия.
  Отстранился от Нины.
  И спросил.
  Осторожно. - Ты никому не расскажешь, что залетела от меня?"
  "Всё в порядке! - Нина протянула.
  Насмешливо смотрела на нашего гер майора. - Котик.
  Не вижу связи.
  Я знаю, что мы с тобой поженимся.
  Надеюсь, что скоро.
  Я два года не буду ждать.
  Фуникулерский ко мне подкатывает.
  Я ему пока не сказала нет".
  Улыбка Нины стала лукавая.
  Напряжение её спадало.
  Они не обращали на меня внимания.
  Я же делал вид, что не замечаю их.
  Будто бы занят составлением таблиц преступности в секторе А.
  
  ДЕЛО ВАЖНЕЕ, ЧЕМ СВАДЬБА МАЙОРА.
  
   - Папула?
  Не врешь? - инспектор Могацел ржет.
   - О доне майоре Павловски нельзя врать, - Папула перекидывал голограммы в планшет на столе. - Я принёс интересное.
  О нашей гостье! - Глянул на меня.
   - Господа!
  Господа!! - Я вскакиваю. - Прежде чем...
  Я хочу сделать один вызов.
   - И кому же, птичка, хочет пожаловаться? - Детектив Крамер смотрит мне в глаза.
   - Пжлста, - я округляю глаза.
  Может быть, моё ведьмовство помогло мне.
  Или помогло то, что накидка распахнулась.
  Но Крамер кивает мне.
  Пододвигает планшет.
  Я набираю координаты с плаката.
  Плакат висит на стене.
  Зеленые голограммы на нём играют.
  "Запишись в Имперскую космоармию, и ты увидишь Вселенную".
   - Капрал Жмых, - появляется голограмма.
  Вызов прошёл.
   - Господин капрал, - я тороплюсь сказать.
  Но меня не прерывают.
  Детектив Крамер почему-то смотрит на меня с жалостью.
  Инспектор Когацел усмехается.
  Просто полицейский Папула открывает рот. - Я хочу записаться в Имперскую армию. - Спасение передо мной.
   - Назови своё имя.
  Приложи ладонь к датчику. - Капрал глядит сквозь меня.
   - Алисиа! - Я прикладываю ладонь.
   - О!
  Ещё и кровь твоя! - Капрал Жмых замечает. - Поздравляю с вступлением в ряды добрых защитников Империи!
  Новобранка Алисиа! - Голограмма исчезает.
  Инспектор Могацел и Папула уходят.
  Без слов.
   - Гер детектив Крамер, - я недоумеваю. - Так просто?
  Вы даже не препятствовали.
  Вдруг, я - преступница? - Сама себя подставляю.
   - Ратха или Алисиа ты была - теперь не имеет значения.
  Законопослушная или преступница.
  Всё осталось в прошлом.
  Если на тебе есть вина, то смоешь её своей кровью. - Детектив Крамер пытается подняться.
  Но передумывает. - Алисиа?
  Ты знаешь, где находишься?
   - В космополицейском участке.
   - Космополицейский участок на границе Империи.
  Через миллион парсек за нами - космосйская Вселенная.
  Мы - на острие иглы.
  Битвы идут жаркие.
  Эх, Алисиа, Алисиа.
  Тебя бы судили.
  Сослали бы уран добывать.
  В шахтах ты прожила бы года три.
  Может быть.
  А на передовой... - Он махнул рукой.
  Подходит к двери. - За тобой прилетят.
  Из штаба округа.
   - Дон инспектор Крамер.
  Ты хотел сказать, что на каторге у меня было больше шансов выжить? - Я не испугана.
  Инспектор Крамер ничего не отвечает.
  Закрывает за собой дверь.
  Во мне загорается звезда.
  Теплое чувство захлестывает меня.
   - Ну и пусть!
  Я теперь больше, чем пустота!
  Я - сама Империя!
  И буду её защищать так, как защищаю себя!
  Я горжусь, что я приняла правильное решение! - Я начинаю себя приводить в порядок.
  
  ПЕРЕД ПОСТОРОННИМИ ДЕВУШКА ДОЛЖНА ВЫГЛЯДЕТЬ НОВИНКОЙ.
  
  Затягиваю лисьи шкуры.
  Не желаю светить грудью...
  Волосы собираю в конский хвост.
   - Мне, наверно, волосы состригут.
  Единственное, о чём я буду жалеть.
  
  
  Я ждала долго.
  Даже начала думать, что обо мне забыли.
  И капрал Жмых не прилетит.
  Он и не прилетел.
  За мной прислали космо бронекатер.
  Андроид в военной форме сопровождает меня.
  Нервничаю ли я?
  Не беспокоюсь.
  Нервы я оставила на Дырды.
  Перед бронекатером в космосе расступаются все.
  Космофрегаты прыскают в стороны.
  Наконец, я оказываюсь на территории военной части.
  За мной закрываются ворота.
  Теперь я не уйду по своей воле.
  Не уйду и не хочу.
  Я захожу в кабинет.
   - Здравствуйте!
   - Не здравствуйте, а - Здравия желаю, дон капрал Жмых.
   - Здравия желаю дон капрал Жмых.
  Слава Императору!
   - Слава Императору! - Капрал поднимается. - Девка ты не глупая. - Смеется. - Заставила меня встать.
  Кто же сидит при Слава Императору. - Опускается обратно в кресло. - Дикарка.
   - Дон капрал Жмых, - я уже поняла, как нужно называть начальство. - Если на мне лисьи шкуры, то не означает, что я - дикарка.
  Я в школу ходила.
  Четыре класса.
  Начальные классы.
  И школа тоже начальная.
  Соответственно.
  А насчет шкур...
  Судьба меня в них загнала.
  Если я без шкур буду, то, по вашему мнению, меня надо называть стриптизёркой?
  Или нудисткой?
  Или натурянкой?
   - Ты - новобранка.
  Новобранка Алисия.
  Много говоришь.
  Ответ твой должен быть четким.
  Я спросил - дикарка?
  Ты должна ответить - Никак нет, дон капрал Жмых.
  Или - Да, дон капрал Жмых.
   - Уяснила?
   - Да, дон капрал Жмых.
   - Что дон капрал Жмых?
  Отвечай, что - уяснила.
  Иначе я не пойму, что ты уяснила.
   - Да, дон капрал Жмых.
  Я уяснила. - Я переминаюсь с ноги на ногу.
  "Капрал не предлагает мне присесть.
  И не предложит.
  Вот она какая, военная жизнь".
  
  К ВЕДЬМОВСТВУ ПРИВЫКЛА, И НЕ СИДЕТЬ В ПРИСУТСТВИИ НАЧАЛЬНИКА ТОЖЕ ПРИВЫКНУ.
  
   - Новобранка Алисиа, - капрал подкрутил седой ус. - Ты, наверно, думаешь, что я к тебе придираюсь.
  Но я тебя за минуту научил, как надо обращаться с вышестоящими.
  Некоторые господа офицеры объясняют кулаком в нос.
  Или в челюсть.
  Я же - словами объяснил.
  Поняла?
   - Поняла, гер капрал Жмых.
   - Худая ты, - дон капрал жмых провел пальцем под носом. - В какой род войск желаешь записаться?
  Можешь выбирать.
  Всё равно в нашей части ничего, кроме космодесанта нет.
   - Я и хотела в космодесанте служить!
  Дон капрал Жмых.
   - Похвально!
  
  ТЫ ХОЧЕШЬ В КОСМОДЕСАНТ, НО ХОЧЕТ ЛИ КОСМОДЕСАНТ ТЕБЯ?
  
  Примут ли?
  В космодесанте нужны особые навыки.
  И данные особые.
  Разденься.
   - Гер капрал Жмых?
   - Не ёрничай, новобранка Алиса.
  Сбрасывай с себя шкуры.
  Отвыкай от стыдливости.
  У нас один душевой ангар.
  Для космодесантников и космодесантниц.
  И спят вместе.
   - Вместе спят?
   - В смысле - в одной казарме.
  Поверь.
  Никто к тебе приставать не станет.
  Не до этого.
  И после боя в душевой не до игр.
  Дойти бы до койки.
  И свалиться.
  До следующей боевой тревоги.
  А то, что я тебя рассмотрю...
  Так у нас фельдшера убило.
  Бомбили нашу часть.
  Я теперь и за фельдшера, и за психоаналитика, и за отдел кадров.
  Может быть, у тебя болезнь дурная?
  Она прячется под одеждой.
  Под шкурами скрываешь язвы.
  И сыпь красную прячешь.
   - Слушаюсь, гер капрал Жмых, - я сбрасываю шкуры. - Нет у меня дурных болезней.
  И добрых болезней нет.
  
  ВСЁ БОЛЕЗНИ - ОТ ПРАЗДНОЙ ЖИЗНИ И ОТ ЛЕНИ, А Я НЕ ЛЕНИЛАСЬ.
  
   - Вижу!
  Кожа чистая. - Капрал подходит.
  Ощупывает мои руки.
  Затем опускает ладони на мои ягодицы.
  Сжимает их. - Мышцы крепкие.
  Но небольшие.
  Протонную пушку на себе не сможешь таскать.
  Зато бегаешь, наверно, быстро.
   - Так точно, гер капрал Жмых.
  Я бегаю, как лисица. - И добавляю. - Волосы мои сострижете?
   - А нафига? - капрал отвечает не по-Уставному.
  Я ещё не знаю, что входит в Устав Космодесанта.
  Но точно не слово "нафига".
   - Я думаю, что волосы будут мешать мне в бою, - мне неприятно, что капрал меня осматривает.
  Так осматривает.
  Больше похоже на лапанье.
  Глаза мои темнеют.
  Я не вижу свои глаза.
  Но знаю, что они от злости становятся темно-синими.
   - Мало ты знаешь о космодесанте.
  Новобранка Алисиа.
  
  ВОЛОСЫ НЕ МЕШАЮТ, ВОЛОСЫ - ПОМОГАЮТ.
  
  Волосы твои - как веревки.
  Если боевого товарища из болота тянуть?
  А веревок нет рядом?
  Подставишь свои волосы.
  Космодесантник по ним выберется.
  Или распушишь волосы во время рукопашного боя.
  Космосй засмотрится на твои волосы.
  Потеряет бдительность.
  А ты его - ножом в бок.
   - Да, гер капрал Жмых.
  Волосы я буду беречь.
  Для дела. - Мне становится легче.
  "Мои волосы останутся при мне.
  Я примерно так их значение оценивала.
  Как и капрал.
  Волосы для ведьмы - источник силы.
  Не бывает ведьм с короткими волосами.
  Волосы отвлекают.
  Особо они полезны при отводе глаз..."
   - Куда же тебя?
  Новобранка Алисиа. - Капрал наклоняется над столом. - С твоими физическими данными ты не потянешь основной десант.
  Будешь чистить котлы.
  И засоры в канализации.
  Если робот ассенизатор сломается.
   - Гер капрал Жмых...
   - Если хочешь что-то спросить, то нужно говорить - Осмелюсь.
   - Дон капрал Жмых.
  Осмелюсь предположить, что я волосами должна канализационные трубы прочищать?
  Залезу голая в трубу.
  И буду собой чистить?
   - Не нравится?
   - Да, дон капрал Жмых.
  Я не в восторге.
  Для чистки котлов и канализации можно нанимать гражданских.
  Если космодесантники станут заниматься хозяйством, то кто же будет врага громить?
  
  КАЖДОМУ - СВОЁ, А КАЖДОЙ - СВОЙ.
  
   - Новобранка Алисиа?
  Неподчинение приказу?
  Ты, кто сейчас?
  "Я сейчас - ведьма из Большого леса", - я закусываю губу.
  И...
  Отвожу капралу глаза.
  Смотрю в его глаза.
  И перемещаюсь неслышно.
  Незаметно.
  По чуть-чуть.
  Выхожу на точку.
  Падаю.
  Бесшумно перекатываюсь.
  И оказываюсь за спиной капрала.
  Подпрыгиваю.
  Забираюсь к нему на плечи.
  Сжимаю ногами его шею.
  Роняю капрала на пол.
  Сижу у него на шее.
  Всё происходит за доли секунды.
   - Дон капрал!
  Осмелюсь доложить, - сейчас звучит, как сарказм. - Я - Новобранка Алисиа.
  А не говночистка.
  Я хочу служить в космодесанте!
  Служить!
  И...
  Гер капрал Жмых.
  Мои указательные пальцы находятся у тебя за ушами.
  Если я надавлю на две точки...
  То ты заснешь.
  Навсегда заснешь.
  Разумеется, я не стану тебя убивать.
  Ты не враг.
  Я просто показываю.
  Показываю, что я могу больше, чем канализацию головой чистить.
   - Капрал, - дверь распахивается.
  На пороге стоит космодесантница.
  Глаза у неё огромные.
  Наверно, потому что она смотрит на нас. - Капрал?
  Я помешала?
  Я не знала, что ты занимаешься любовными играми во время службы.
   - Не игра! - капрал даже не пытается освободиться. - Сержантка Кимра.
  Пожалуйста...
  Стреляй.
  На меня напала космосйская диверсантка.
  
  Я после слов капрала "на меня напала" соскальзываю с капрала.
  Оказываюсь около сержантки.
  Но не за её спиной.
  Чутьё мне подсказывает, что я не успею.
  Слишком быстрый взгляд у сержантки.
  Поэтому я вырастаю перед ней.
  Давлю взглядом.
  Проникаю в неё через её глаза.
  И...
  Отнимаю бластер.
  Затем прилипаю к стене.
  Становлюсь невидимой.
  Почти невидимая.
  
  ТРУДНО БЫТЬ НЕВИДИМКОЙ, НО ЕЩЁ ТРУДНЕЕ, КОГДА НА ТЕБЯ ВСЕ СМОТРЯТ.
  
   - Что за... - Сержантка Кимра скрипит зубами.
  От злости. - Только что здесь была.
  Сбежала?
   - Дверь закрыта! - Капрал поднимается. - Не девка, а - ведьма какая-то. - Капрал смотрит в мою сторону.
  Поэтому я перетекаю по стене.
  Чуть влево.
  Капрал не успевает меня заметить. - Куда она делась?
   - Отыщем, - сержантка Кимра достает прибор.
  Я понимаю:
  "Прибор обнаружения людей.
  Прибору я не смогу отвести глаза".
  Поэтому отлепляюсь от стены.
  Направляю на сержантку дуло бластера.
   - Не с места!
  Я всех сожгу!
   - Ой, ли, - сержантка Кимра подходит ко мне.
  Не подбегает.
  Просто подошла.
  Забирает у меня бластер. - Девочка!
  Отдай игрушку.
   - Йа...
  Я! - Я беспомощно присаживаюсь на пол.
  Меня ждет трибунал.
  Я так понимаю, что военные не прощают обиды.
  И что сержантка выше по званию, чем капрал - тоже понимаю.
  Хотя капрал возрастной.
  А сержантка Кимра...
  Она выглядит моей ровесницей.
   - Капрал? - Кимра уже на меня не смотрит.
  Не считает меня опасной.
  Значит, она уверена, что в следующий раз будет готова.
  Готова к моей атаке. - Зачем врешь?
  Мне?
  Никакая она не космосйская шпионка!
  Где ты видел, чтобы космосйские диверсанты не умели держать в руках бластер?
  А она - не умеет.
  Даже, наверно, не подозревает, как из него стрелять.
  Верно? - Она уже обращается ко мне.
   - Ну, не шпионка, - капрал не смотрит в мою сторону.
  Потирает шею. - Зачем тогда на меня напала?
  Убить хотела.
   - Если бы хотела, то убила бы! - Я заявляю просто.
  В воздухе зависает облако.
  Облако гнева.
  И гнев сержантки направлен не на меня.
   - Капрал Жмых.
  Доложи обстоятельства.
   - Ну.
  Эта.
  Энто. - Капрал мямлит. - Алисиа она.
  Новобранка.
   - У нас большие потери, капрал, - сержантка едва сдерживается. - А ты голую новобранку себе на шею сажаешь. - Сержантка разворачивается.
  Четко разворачивается.
  Красиво у неё получается.
  Сразу видно, что - профессионалка. - Оформи новобранку Алисиа на довольствие.
  Она пойдёт со мной.
  Будет моей подопечной.
  Мест в казарме...
  Свободных мест стало ещё больше. - В словах сержантки слышна боль.
  
  СВОБОДА - ПРЕДВЕСТИЕ ПУСТОТЫ.
  
  Мы выходим из кабинета капрала Жмых.
  Я бегу за сержанткой.
  На нас оборачиваются.
  Но ничего не спрашивают.
  Я понимаю, что сержантку Кимру побаиваются.
  Характер у неё крутой.
   - Сейчас получишь обмундирование.
  Комплект.
   - Да, госпожа сержантка Кимра.
   - Госпожа сержантка Кимра? - Она останавливается.
  Буравит меня взглядом.
  Глядит в глаза.
  Но не на ту напала.
  Смотреть ведьме в глаза - себе дороже. - Что я сейчас сказала? - Сержантка ладонью хлопает по лбу. - Из головы вылетело.
  "Не вылетело у тебя из головы, - я торжествую. - Я тебе глаза отвела.
  Ты и забыла свои слова.
  Обыкновенный гипноз.
  Гипноз без слов.
  Специальную литературу читать надо, госпожа сержантка..."
  
   - Я сначала сказала - Да, госпожа сержантка Кимра, - я с охотой отвечаю. - Ты переспросила.
  Затем хлопнула себя ладонью по лбу.
   - Точно.
  Алисиа!
  Тебя капрал Жмых научил?
  Научил, как длинно нужно обращаться к вышестоящим по званию?
   - Так точно, госпожа сержантка Кимра.
  Дон капрал Жмых меня так научил.
  Как нужно обращаться к вышестоящим по званию.
   - Алисиа.
  Видишь, что я не называю тебя новобранка Алисиа.
  Слова - на войне превращаются в выстрелы.
  Пока ты произнесла три предложения.
  Кто и что сказал, - сержантка двигает губами.
  Подсчитывает в уме, - тебя могли застрелить минимум сто раз.
   - Сто раз?
   - Да, Алисиа.
  Одно дело - положено по Уставу.
  Другое - в боевой обстановке.
  Когда космосйцы палят ракетами космос-космос, то не до ворочанья языком.
  Мы все в космодесанте общаемся только по именам.
  По крайней мере, в нашей военной части.
  Мы - на передовой.
  
  НЕ ВАЖНО, ЧТО ТЫ ГОВОРИШЬ, А ВАЖНО, КАКОЙ СМЫСЛ ВКЛАДЫВАЕШЬ.
  
  Алисиа.
  Ты же можешь сказать слово...
  Например, Кимра...
  Разными вариантами.
  Со злобой.
  Или с подчинением.
  Или без подтекста.
   - Поняла?
   - Да...
  Кимра.
   - Уже лучше.
   - Но...
  Госпожа сержантка...
   - Кимра.
   - Кимра.
  Необычно как-то.
  И дон капрал Жмых говорил...
   - Капрал досиживает до пенсии.
  Он много чего может говорить.
  Раньше хорошо воевал.
  А кабинетная работа не для него.
   - Он меня лапал, - у меня вырвалось. - Заставил раздеться.
  Сказал, что должен осмотреть меня.
  Нет ли у меня дурных болезней.
  Он теперь за фельдшера.
  Затем щупал мои мышцы.
  Особенно - ягодичные мышцы.
  Он на моей попе заморозил дыхание.
   - Раздел и лапал! - Кимра засмеялась.
  Посмотрела на меня по-новому. - Старый пройдоха!
  Дальше что?
   - Он...
  Капрал Жмых сказал, что я не гожусь в боевые космодесантницы.
  И должна собой прочищать канализацию.
  Голая ползать по трубам.
  И волосами убирать дерьмо.
   - Так и сказал? - Кимра развеселилась.
  По моему мнению, она должна была разозлиться на капрала. - А ты?
   - Капрал меня ещё спросил, - я ябедничала.
  Но почему-то разговаривать с сержанткой было легко.
  Как с подружкой. - Он разозлился.
  И спросил - Кто я, вообще?
  Я и показала.
  Завалила его.
   - Где научилась?
   - По книгам.
  В лесу! - Я не стала распространяться.
   - Всё уже не имеет значения, - сержантка произносит.
  Мне кажется, что фраза адресуется не мне.
  И добавляет для меня. - Алисиа!
  Мы должна стать подругами.
  Космодесант - большая семью.
  Но в бою...
  Или в особых случаях ты обязана выполнять приказы вышестоящих.
  Поэтому...
  Новобранка Алисиа! - Она становится начальницей. - Приказываю.
  Никому больше не рассказывать о том, как принял тебя капрал Жмых.
  Жалко старика...
   - Да, Кимра! - Мы останавливаемся.
  Кимра нажимает голограмму рядом с воротами.
  Ничего не происходит.
   - Саутский!
  Открывай! - Кимра приказывает.
  Свой приказ дополняет ударами бластера.
  Бьет прикладом по воротам. - Квасишь, что ли?
  "Да!
  У них большая семья". - Я мысленно хихикаю.
  
  БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ - БОЛЬШАЯ РУГАНЬ.
  
   - Можно было и не стучать, - голограмма отплывает.
  На нас щурится космодесантник.
  Майка.
  Галифе.
  Остальное - босиком.
  Волосы космодесантника взъерошены.
   - Новобранка.
  Алисиа! - Кимра нас знакомит.
  Коротко. - Ей нужен комплект
   - Вижу! - Саутский почесывается. - Голую девку привели.
  До чего дошли.
  Уже голые к нам приходят. - И успокаивает меня. - Поверь, Алисиа.
  И не таких мы видали. - Он освобождает проход.
  Приносит тюк с бельем.
  Бросает его на прилавок.
   - Саутский, - Кимра не повышает голос.
  Даже не притрагивается к обмундированию. - Не как в прошлый раз.
  Алисиа - моя подопечная.
  Я не хочу, чтобы она щеголяла в одежде на три размера больше.
  И в растоптанных сапогах пятидесятого размера.
   - Так бы и сказала, - Саутский не спешит менять комплект. - Но у меня нет.
  Ничего нет.
  Ты же знаешь.
  Нас снабжают кое-как.
  Считают, что мы сами вывернемся.
  А, если и выделяют что-нибудь нам, то по дороге разворовывают.
   - Знаю.
  Саутский.
  Я просто спросила.
   - Я сам покупаю.
  Капралу Дредноуту новые ботинки на складе купил.
  Ботинки должны быть бесплатными.
  Но штабные крысы зажимают.
  Поэтому я кладовщику заплатил.
  А на Алисию уже денег нет.
   - Разберемся, - сержантка Кимра активирует голограф.
  Выводит платежный терминал.
  Я краем глаза слежу.
  "Сержантка заказывает для меня форму!
  За деньги!
  За свои деньги!
  Занимается благотворительностью?
  Зачем она так?
  Но с другой стороны...
  Я не знаю местных правил.
  Не голой же мне ходить в бой..."
  Саутский смотрит на Кимру с обожанием.
  Он оценил её поступок.
   - Подожди, Кимра, - Саутский опускает свою ладонь на ладонь сержантки.
  Кимра ждет, что он скажет. - Не покупай бластер.
  У меня кое-что есть.
  Афанасьев принёс.
  Только для своих. - Саутский уходит.
  Возвращается через три минуты.
  В руках у него бластер.
  Я не разбираюсь в бластерах.
  Но этот выглядит особенно.
  Что-то в нём интересное.
  Изящный бластер.
  Он мне сразу понравился
  
  КРАСИВОЕ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПЛОХИМ.
  
   - Кимра?
  Возьмешь бластер?
  Только он - космосйский.
   - Думаешь, что я не отличу космосйское оружие от нашего? - сержантка улыбается.
  Улыбка мимолетная.
   - Алисиа!
  Принимай оружие.
  Личное.
  Запомни - потеря оружия приравнивается к предательству.
   - Вражеский бластер?
  Меня не накажут?
  За него?
  Разве можно воевать оружием врагов?
   - Алисиа!
  Если к тебе кто предъявит претензии, то обращайся ко мне.
  Ты теперь - моё дело.
  Пока не встанешь на ноги.
   - Спасибо...
  Кимра.
   - Так-то лучше.
  Одевайся.
  Сейчас пойдем на стрельбище.
   - Одеваться?
   - Алисиа!
  Форма прибыла!
  Ускоренная галопочта доставила, - в голосе сержантки веет досадой.
  Досада на меня.
  Что я не заметила приход почты.
  Я разворачиваю пакет.
  Рассматриваю форму космодесантницы.
  Неужели?
  Я была никем.
  Но теперь стану...
  Стану боевой частью Империи.
  Меня немного колотит.
  Кимра и Саутский беседует.
  Наверно, не часто им выпадает время на болтовню.
  Поэтому они погружаются в неё с удовольствием.
  
  ЦЕНИТЬ НУЖНО НЕ ТОЛЬКО КАЖДУЮ МИНУТУ, НО И КАЖДОЕ СЛОВО.
  
   - Кимра!
  Ты должна была возненавидеть меня.
   - Саутский.
  Только не начинай...
   - Я загляделся на тебя.
  И пропустил два прямых в наш космотанк.
   - Я не могу ненавидеть.
  Ненависть ослепляет.
  Мне мои глаза ещё нужны.
   - Кимра!
  Поставлю вопрос по-другому.
  Ты сердишься на меня?
   - Потому что ты пригласил меня на свидание?
  А я не пришла.
  Саутский!
  Ты должен быть обозлен на меня.
  Не я...
   - Да.
   - И как?
  Разозлился на меня?
   - Нет.
  Кимра.
  Я бы всё сделал, чтобы ты была со мной.
   - Знаю.
   - Тебе надоели мои ухаживания?
   - Нет.
  Саутский.
  Если тебе нравится, то - ухаживай.
  Но я врятли приму чьи-то ухаживания.
   - Отлично!
  Тогда идём в постель?
   - Саутский!
  Ты - большой мальчик.
  Тебе не стыдно?
   - Стыдно?
  Мне?
  Космодесантнику? - Саутский хохочет.
  Смотрит на сержантку с вопросом.
  Игра им нравится. - Да.
  Мне стыдно.
  Очень.
  В следующий раз в бой я пойду в юбке.
  Ради прикола.
  Чтобы ты видела, что стыд - не моё призвание.
   - Ой, ли!
  Саутский?
  В розовой юбке.
  Ты не боишься, что тебя примут за...
  За этакого.
  За того примут?
   - Вы меня знаете.
  А, если посторонние будут сомневаться, то пусть позаботятся о своих зубах.
  Кимра.
  Я хочу, чтобы ты жила со мной.
  Хочу - не то слово.
  
  ХОЧУ НАЙТИ СЛОВО, КАК Я ХОЧУ.
  
   - Саутский! - Кимра вздыхает.
  Наигранное сожаление.
  Оно входит в игру. - Если бы ты предложил мне раньше.
  Хотя бы на час раньше...
  Я бы подумала.
  Но теперь со мной Алисиа!
  Я должна заботиться о новобранцах.
  Так что - твоё место занято!
   - Алисиа!
  Ты подвинешься? - Саутский подмигнул мне. - Уступишь мне место рядом с Кимрой?
   - Я только несколько минут в армии, а вы меня бомбите.
  Шуточками забрасываете.
  Я не различаю, где смех, а где - настоящее. - Я надуваю губки.
  Я уже оделась.
  Очень хочет взглянуть на себя в зеркало.
   - Новобранка Алисиа, - космодесантник Саутский понимает брови. - А что бы ты сказала, если бы я тебя оторвал от Кимры?
  Ты же не станешь мне возражать?
   - Ой, Саутский? - Кимра отступает на несколько шагов.
  Она догадывается, что сейчас может произойти.
   - Саутский, - я говорю осторожно. - Твоего звания я не знаю.
  Потому что на тебе нет знаков отличия.
  Так что буду говорить, как с равным.
  С равным мне.
  Госпожа сержантка Кимра - моя начальница.
  Непосредственная начальница.
  И пытаться отнять у неё меня - звучит вызовом.
  Ты хочешь отобрать у госпожи Кимры её новобранку?
  Подопечную прогоняешь? - Я оцениваю космодесантника.
  "Мощён! - Я понимаю. - С налета даже я его не возьму.
  Может получиться коряво.
  Саутский меня проверяет.
  Испытывает на прочность.
  Кимра не возражает.
  Она хочет увидеть меня в деле.
  В то, что я завалила капрала Жмых, сержантка Кимра не очень верит.
  Поэтому придется доказать ей.
  И Саутскому.
  Доказать, что меня голыми руками не возьмешь.
  И на испуг не захватишь.
  Может быть, они устроили мне испытание?
  Как новобранке?
  Проверяют, на что я способна.
  И не сломаюсь ли".
  
  ЕСЛИ ГИБКОЕ И РАСТЯЖИМОЕ, ТО - ЖЕНЩИНА.
  
  Я же - гибкая.
  Подумала о том, что меня голыми руками не возьмешь.
  И...
  Космодесантник Саутский опускает на моё бедро ладонь.
  Вот так.
   - Дон космодесантник! - Моя улыбка - лучезарная.
  Улыбка из книги ведьм.
  Если ведьма улыбается, то деревья кланяются.
  А не какой-то космодесантник.
  Я ловлю его взгляд.
  Теперь Саутский не сможет не смотреть мне в глаза. - Принеси мне кофе.
  С молоком.
  И с сахаром кофе.
  К кофе - банку тушеной говядины! - Я поправляю волосы.
  Мой голос звучит бархатно.
  Как и следует из ведьминого источника. - Иди!
  Саутский! - Я задираю подбородочек.
  Слово "Иди" звучит сигналом.
  Кимра внимательно следит за нами.
   - Алисиа!
  Сахар у меня только коричневый, - Саутский убирает руку с моего бедра.
  Удаляется вглубь ангара.
  Кимра молчит.
  Она еще не приняла решения.
  Решения по мне.
   - Алисиа?
  Новобранка Алисиа? - сержантка Кимра называет меня официально.
  Поэтому я отвечаю ей по Уставу.
   - Слушаю, госпожа сержантка Кимра.
   - Подожди меня за дверью.
   - Так точно, госпожа сержантка Кимра! - Я разворачиваюсь.
  Разворот у меня не получается.
  Не четкий.
  А плавный.
  Словно я в балете.
  Ведьмы не любят острые углы.
  Я покидаю ангар.
  Закрываю за собой дверь.
  Прислоняюсь спиной к столбу.
  "Я подпираю столб?
  Или столб подпирает меня? - Я начинаю философствовать. - Не слишком ли я открываюсь?
  Перед космодесантниками?
  Кимра, кажется, понимает, что я владею гипнозом.
  Пусть лучше думает, что - гипноз.
  Я же буду стоять на своём - колдовство.
  Может быть, не следовало мне выпендриваться?
  Я бы скрывалась. - И тут же спорю сама с собой. - Нет уж!
  В лесах скрывалась.
  И в космодесанте буду скрываться?
  Тогда перед кем же я откроюсь?
  Перед женихом?
  А, если жениха не будет?
  
  ЛУЧШЕ ПОКАЖУ СЕБЯ ВСЮ И СРАЗУ, ЧЕМ БУДУ ПРИОТКРЫВАТЬ ПОСТЕПЕННО И ПО КАПЛЕ".
  
  Настроение моё падает.
  Ко мне подходит космодесантник.
   - Новобранка?
   - Ээээ, - я не знаю, что ответить.
  Потому что не могу прочитать его голограмму.
  Голограмму имени и звания.
   - Лейтенант Фелини.
   - Так точно, монсиньор космолейтенант Фелини, - я вытягиваюсь в струнку.
  Мне кажется, что вытягиваюсь.
  Может быть, со стороны выглядит, что я просто играю?
  Играю телом?
  Я же ещё не выработала вытягивание перед командирами. - Я - новобранка Алисиа!
   - Кто твой наставник?
   - Госпожа сержантка Кимра!
   - Кимра? - По лицу космолейтенанта пробегает мышь.
  Мышь сомнения. - Ты уверена?
  Кимра никого не брала.
   - Уверена, шевалье космолейтенант Фелини.
   - Ты из богатой семьи?
   - Никак нет, гер космолейтенант Фелини.
   - Отставить Уставное, - космолейтенант переходит на конкретику. - Называй коротко.
  Пока так обращайся ко мне.
  Но не вздумай фамильярничать с полковником Дубовым.
   - Поняла, гер...
  Я всё поняла, Фелини.
  Мне Кимра разъяснила.
  Лишнее слово в космодесанте - приравнивается к ста выстрелам.
   - Ну, ты уж, - космолейтенант достаёт из кармана булочку.
  Стряхивает с неё пыль.
  Рассматривает.
  Вздыхает.
  И обратно засовывает в карман.
  Я догадываюсь:
  "Фелини хочет спросить меня о чем-то другом.
  Но не решается".
  Я жду.
  Я - само терпение.
  
  ЕСЛИ НЕ РАССКАЗЫВАЮТ, ТО НАДО МОЛЧАТЬ, ТОГДА - РАССКАЖУТ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ТЫ ДАЖЕ ХОЧЕШЬ УСЛЫШАТЬ.
  
   - Скажи, Алисиа, - лейтенант опускает взгляд на свои ботинки.
  Наверно, жалеет, что убрал булочку.
  По крайней мере, мог бы смотреть на неё. - Если ты не из богатых, то, почему у тебя форма дорогая.
  Не каждому по карману.
   - Кимра купила мне.
  Другой на складе не было.
   - Кимра взяла над тобой шефство.
  Полностью. - Лейтенант кивает. - На неё похоже.
  Береги её.
  "Как?
  Я должна беречь Кимру?
  А не она меня?" - Я молчу.
  И космолейтенант Фелини переходит к главному.
  Главное для него.
   - Алисиа!
  Почему ты снаружи, а Кимра в ангаре?
   - Кимра попросила меня выйти.
   - Она с Саутским?
   - Космодесантник Саутский присутствовал в ангаре, - я отвечаю осторожно.
  Чувствую, как накаляется воздух.
  "Понятно!
  Два петуха бьются за одну курочку".
   - Оооо! - космолейтенант Фелини протягивает.
  Но срывается. - Ах, он скотина!
  Гад!
  Бабник! - Пинком распахивает дверь в ангар!
  Я слышу грохот.
  И вопли лейтенанта Фелини:
   - Саутский!
  Я бы пришел с инспекцией.
  Осмотрел бы склад.
  Склад, который ты захватил.
  И считаешь своим логовом.
  Излазил бы вдоль и поперек.
  Изучил бы накладные.
  Проверил, нет ли воровтства.
  Я нашёл бы к чему придраться.
  Наверняка!
  Подал бы прошение в трибунал.
  Тебя бы судили.
  Обвинили бы в причинении ущерба Империи.
  С заранее задуманной подлостью.
   - Гер космолейтенант Фелини, - Саутский зарычал. - На кого бочку с ракетным топливом катишь?
  Плевал я на твои угрозы.
  Я сам докупаю вещи на склад.
  За свои кровные.
  И ты это знаешь.
  Да пошёл ты...
  Я - боевой космодесантник...
   - Я - тоже...
   - Поэтому гер космолейтенант Фелини, я сразу не набил тебе морду.
  Я уважаю твои заслуги.
   - Кто кому бы набил ещё!
   - Фелини!
  Ты злишься, потому что ревнуешь.
  Ревнуешь Кимру ко мне.
  Или меня к Кимре.
  Не знаю, как правильно говорить.
   - Кимра не твоя!
  Скажи Саутскому, Кимра! - Голос космолейтенанта Фелини доходит до высоких нот.
  Самых высоких.
  Вместо ответа космолейтенанту, Кимра зовёт меня.
   - Алисиа!
  Заходи.
  Посмотри, как Фелини и Саутский будут драться.
  За меня.
  
  БОЙ ДВУХ МУЖЧИН ЗА ОДНУ ЖЕНЩИНУ ПРИРАВНИВАЕТСЯ К БОЯМ БЕЗ ПРАВИЛ.
  
   - Не смею ослушаться, госпожа сержантка Кимра, - я отвечаю.
  На всякий случай - по Уставу.
   - Что потом? - Фелини орёт на Саутского. - Поматросишь и бросишь Кимру?
   - Ты сам - как матрос! - Саутский не прячется. - Фелини!
  Думаешь, что прикажешь Кимре, и она под тебя ляжет?
  Потому что ты выше по званию.
  Да Кимра самому геру полковнику Дубову отказала.
  В грубой форме.
   - Саутский! - Фелини скидывает китель.
  Накаляется.
  Хватает Саутского за волосы. - За твои волосы приволоку тебя на гауптвахту.
  За твои бабьи волосы.
  Роскошные они у тебя.
  Не по Уставу.
  "Космолейтенант Фелини дерется, как женщина? - Я недоумеваю. - Схватил Саутского за волосы.
  Я думала, что мужчины должны драться на кулаках.
  Особенно, космодесантники. - Я присмотрелась.
  Чутье не обманывает меня. - Нет.
  Фелини профессионально держит Саутского.
  За волосы.
  Саутский не выскользнет.
  Возможно, что - удержание за волосы - боевой приём космодесантников.
  Когда они хотят доставить противника живьем.
  В книге единоборств не было подобного приёмчика.
  Наверно, потому, что в книге только убийственные приёмы.
  Так - кто же кого одолеет в драке?"
  Меня охватывает азарт.
   - Алисиа? - Кимра стоит рядом со мной. - На кого ставишь?
   - На космолейтенанта Фелини, - я принимаю спор.
  Неожиданно для себя.
  Всё мне кажется театром.
  Хотя я ни разу в театре не была.
  Теперь оказалась.
  Театр боевых действий. - Фелини кажется опытнее.
   - Зато Саутский крепче.
  Если выиграет Саутский, то ты мне будешь должна.
  Банку тушёнки.
   - Идёт.
  Спорим на банку тушенки! - Я киваю головкой.
  Мы погружаемся в драку.
  Мыслями погружаемся.
  Саутский бьет Фелини ногой между ног.
  Фелини вскрикивает.
  Сгибается.
  
  УДАР КОЛЕНКОЙ МЕЖДУ НОГ БОДРИТ ДО ВОПЛЕЙ.
  
  Саутский время не теряет.
  Подбивает ноги космолейтенанта.
  Фелини падает.
  Саутский садится на него верхом.
  Протягивает ладони к горлу соперника.
  "Неужели, Фелини проиграет?
  И я вместе с ним? - От волнения мои ручки потеют. - Не должен Фелини проиграть.
  У меня интуиция".
  Фелини, словно слышит меня.
  Вбивает кулак в глотку Саутского.
  Оба пыхтят.
   - Алисиа?
  Ничья? - Кимра предлагает. - Пусть тушенка провалится в Черную Дыру.
  Мне надоедает спектакль.
   - Ничья, - я соглашаюсь.
   - Можешь прекратить их драку?
  Мне кажется, что у тебя получится. - Кимра намекает.
  Намекает на то, что я послала Саутского за кофе.
  Подчинила космодесантника себе. - Я бы пальнула из бластера.
  В потолок.
  Но хочу увидеть тебя в деле.
   - Ты же меня уже видела.
  В деле.
  Кимра. - Я хочу отказаться.
  Но понимаю - Кимре не отказывают.
  Никто.
   - Господа космодесантники! - Я хлопнула в ладоши.
  Очень важное отвлечение.
  
  ЕСЛИ ДЕВУШКА ХЛОПАЕТ В ЛАДОШИ, ТО МИР ЗАМИРАЕТ ВОКРУГ НЕЁ.
  
   - Господа космодесантники!
  Вы деретесь из-за Кимры.
  Не смотрите по сторонам.
  Оглянитесь.
  Я - тоже девушка.
  И тоже красивая.
  Мне обидно, что вы меня не замечаете.
  Взгляните в мои глаза.
  Они - бездонные колодцы.
  Мои глаза - небо.
  Они синие, как...
  Как болото синее. - Я присаживаюсь около дерущихся.
  Их глаза должны находиться на уровне моих глаз.
  Саутский оборачивается ко мне.
  Я припаиваю его взгляд.
  Саутский выплевывает кулак Фелини.
  Снимает ладони с его шеи.
  Фелини интересуется.
  Ему интересно, что Саутский нашёл в моих глазах.
  И...
  Вот уже и космолейтенант Фелини тонет в моих очах.
  Саутский поднимается.
  Поправляет волосы.
  Роскошные волосы.
   - Алисиа!
  Твой кофе.
  Как ты и просила.
  С сахаром и молоком.
  Банка тушенки тоже.
   - Саутский! - Космолейтенант Фелини вскакивает.
  Словно только что не дрался. - Ты предлагаешь новобранке кофе и тушенку.
  Что за манеры, Саутский?
  Где ты учился?
   - В пажеском корпусе я воспитан.
   - Алисиа! - Космолейтенант Фелини трясет головой.
  Может быть, почувствовал неладное.
  И хочет вытрясти неладное через уши? - Шансов с годами становится меньше.
  Всё меньше и меньше.
   Чем дольше я остаюсь холостяком, тем хуже мне становится.
  Я не знаю, что хочешь ты.
  Если бы мы пожелали одного и того же...
   - Алисиа!
  Не слушай его! - Саутский кружится вокруг меня.
   - Правда? - Я кокетничаю.
  Хлопаю ресницами.
  Наверно, это и называется кокетством.
   - Если бы мне вчера сказали, что кто-нибудь, кроме Кимры сведет меня с ума, я набил бы ему морду.
  И потом долго бы смеялся.
  Я не хочу умереть холостяком.
  Закоренелая холостяткость - не для меня.
  Я не могу выбрать между тобой и Кимрой.
  Я люблю вас!
  Обеих.
  После войны мы улетим на Дрябоган.
  В Системе Галактик Дрябоган практикуют многоженство.
  Не официально.
  Я буду жить с вами!
  Как муж с двумя женами.
  
  ЗА ДВУХ ЖЕН НУЖНО ПЛАТИТЬ В ЧЕТЫРЕ РАЗА БОЛЬШЕ, ЧЕМ ЗА ОДНУ.
  
   - Саутский! - космолейтенант Фелини вступает в борьбу.
  Борьба за меня. - Ты же в чипке хвастался, что девушки раздражают тебя.
  Ты бы не смог с ними жить.
  Спокойно жить.
   - Пустые слова, - Саутский улыбается.
  Невесело растягивает губы в улыбке. - Напрасно ты меня обвиняешь, Фелини.
  Ты же всегда был объективным.
  Верным был.
   - Теперь ты не хочешь быть холостяком? - Фелини спрашивает.
  Его слова искрятся.
  Искры сарказма.
   - Не хочу! - Саутский смотрит на меня.
  Переводит взгляд на Фелини.
   - Саутский!
  Тебе нужна домработница.
  А не жена.
   - Мне нужна хозяйка.
  Хозяйка моего дома.
   - Саутский!
  У тебя нет дома.
  Поэтому ты хочешь Кимру и Алисию сделать любовницами.
  Своими любовницами.
   - А ты, Фелини?
  Ты не хочешь?
  Представь Кимру и Алисию в джакузи.
   - Мальчики?
  Вы - чё?
  Хотите с нами поэкспериментировать? - Кимра расправляет плечи.
  Я вижу, насколько она опасная.
  Умеет быть опасной.
  Я затаила дыхание.
  Жду ответов от космолейтенанта Фелини и Саутского.
   - Эксперимент? - Щеки Саутского загораются.
  От смущения?
  Или от мечты?
   - Мне кажется, что будет весело, - Фелини смутился. - Честно признаюсь.
  Ничего лишнего в сауне не будет.
  Только интрижка.
  Небольшая интрижка.
   - Может быть сейчас? - В глазах Кимры бушует пламя.
  Черное пламя. - Прямо в сауну?
   - Нет! - Саутский берет Кимру под локоток. - Сауна подождет.
  Как и постель.
  Сначала я должен жениться.
  На тебе и на Алисии.
  Только потом я подхвачу вас на руки...
   - Обеих?
  Не удержишь! - Фелини бормочет. - Даже широкая кровать тебе не поможет.
  Ты уронишь наших девушек.
  После того случая.
  После несчастного случая.
  Ты изменился, Саутский.
  Твои чувства отшлифовались.
  Твои представления о семейной жизни затуманены.
  И...
  Признаюсь, мои тоже.
  Я подыскиваю слова.
  Но должен сразу идти напролом.
  Я рассматриваю светлые локоны Алисии.
  И вглядываюсь в глаза Кимры.
  И боюсь, что принесу вред.
  Вред вашей репутации. - Фелини смотрит мне в лицо. - Алисиа.
  Почему ты здесь?
  И сейчас?
  Чтобы разбить моё сердце?
  Тебе мало, что Кимра моё сердце разбивает? - Он спрашивает осторожно.
  
  ДЕВУШКИ - ВАЗЫ, ИХ МОЖНО НАПОЛНИТЬ ЗОЛОТОМ, НО МОЖНО И РАЗБИТЬ.
  
   - Всё!
  Хватит!
  Мне надоело! - Кимра поворачивается к нам лицом. - Алисиа.
  Можешь их успокоить?
  Или нам с ними идти в сауну?
   - Гер космолейтенант Фелини! - Я хлопаю в ладоши. - И...
  Саутский!
  Спасибо, что провели со мной беседу.
  Содержательная беседа.
  Я обещаю, что стану образцовой космодесантницей.
   - И кофе прихвати, - Кимра замечает, - образцовая космодесантница.
  Тушенку не забудь.
  Они тебе понадобятся.
  На стрельбище.
   - На стрельбище? - Я бегу за Кимрой.
   - Времени у нас мало.
  Космойси готовят прорыв.
  На линии наших Галактик. - Делает паузу. - Алисиа?
  Ты довольна?
   - Чем?
   - Как гипнотизировала Саутского?
  И Фелини заманила в свои сети.
   - Честно говоря...
  Да.
  Довольна.
  Я не особо практиковала.
  Потому что жила в лесу.
  Одна.
  И...
  Не все поддаются моим чарам.
   - Ты хочешь сказать - гипнозу?
   - Нет, Кимра.
  Я - говорю - чары.
  Хотя они - гипноз.
  Но мне легче думать, что я зачаровываю.
  Так у меня лучше получается.
  А батрак Нельсон, например, не поддавался.
   - Чары?
  Лес?
  Ты играла во что-то?
  И доигралась?
  Нарушила закон?
  Поэтому сбежала?
  И укрываешься в армии?
   - Кимра?
  Разве в армии укроешься?
  
  МОЖНО БОРОТЬСЯ, А СПРЯТАТЬСЯ НЕ ПОЛУЧИТСЯ.
  
  Я считаю, то не мы выбираем дороги.
  Дороги нас выбирают.
   - Смешно получилось, - Кимра обходит космотанк.
  Он подбит.
  Дуло свернуто в спираль. - Фелини и Саутский.
  Я давно так не веселилась. - И добавляет.
  Не в тему Саутского и Фелини. - Ты потеряла родных?
   - Ээээ.
  Как сказать.
  Мама, мои два брата и сестра.
  Они улетели.
  Не забрали меня с собой.
  Возможно, что - к лучшему.
  Потому что я нашла подруг.
   - В лесу нашла?
   - Звучит странно...
  Но - да.
  В лесу познакомились.
  Кроме Вилеты.
  Вилета в деревне мне помогла.
  Мы - ссыльные. - Меня прорывает.
  Я хочу рассказать.
  Потому что Кимра меня слушает.
  Когда слушают, то легче становится. - Мой отец борется за Правду.
   - Пьёт, значит?
  И не работает?
   - Кимра!
  Как ты догадалась?
  
   - КТО ПО-НАСТОЯЩЕМУ БОРЕТСЯ ЗА ПРАВДУ, ТОГО НЕ ВИДНО.
  
   - Мои подруги.
  Клио.
  Ванда.
  Вилета.
  Зои.
  Они - ведьмы.
  Сначала я подумала, что они прикалываются.
  Придумали, что они ведьмы.
  Но потом я осознала.
  Они - ведьмы.
  
  ЕСЛИ СЧИТАЕШЬ СЕБЯ ВЕДЬМОЙ, ТО УЖЕ - НАПОЛОВИНУ ВЕДЬМА.
  
   - Любопытно!
   - Я тоже стала ведьмой.
  С одной стороны - всё объясняется наукой.
  С другой стороны - колдовство.
  Я в лесу научилась драться.
  На деревьях тренировалась.
  Удивительная смесь, когда колдовство переплетается с искусством самообороны без оружия.
   - Оружие ты осилишь.
  Алисиа.
  Твоих подруг убили?
   - Кимра? - Я даже остановилась.
  Но космодесантница шла вперед.
  Поэтому я побежала за ней. - Ты и об этом догадалась?
  Ты - тоже ведьма?
   - Космойси считают меня ведьмой.
  Мне всё равно.
  
  МОЖНО ВЕРИТЬ ИЛИ НЕ ВЕРИТЬ, ПОТОМУ ЧТО СУДЬБА ВСЁ РАВНО СДЕЛАЕТ ПО-СВОЕМУ.
  
  Алисиа!
  Я космодесантница!
  А не ведьма.
   - Одно другому не мешает.
   - Посмотрим, - Кимра затянула пояс. - Ты можешь строить глазки.
  Но поражать врага на расстоянии выстрела ты обязана.
  Я научу тебя стрелять.
  И драться научу.
  Как хорошо бы ты ни дралась...
  
  КОСМОДЕСАНТ - ЕДИНЫЙ ОРГАНИЗМ.
  
   - Спасибо, - я пролепетала.
   - Алисиа!
  Мы на стрельбище.
  Твоя задача - повторять всё за мной.
  Даже, если у тебя возникнут вопросы - не задавай.
  Делай, как я.
  Повторяю...
  У нас мало времени.
  Вселенную раздувает временем, а нам не хватает его. - Кимра опускается на колено.
  На левое колено.
  Я повторяю её положение.
  Кимра ложится.
  Расставляет ноги.
  Я уже рядом.
  Неожиданно, Кимра перекатывается.
  От меня.
  В сторону.
  Но...
  Для меня неожиданности перестали быть неожиданными.
  Давно.
  Я готова.
  Я перекатываюсь к Кимре.
  Кимра стреляет в танк.
  Подбитый трофейный космотанк.
  Тут у меня вышла заминка.
   - Кимра.
  У моего бластера кнопка где?
  У твоего - голограмма для выстрелов под рукоятью.
  Мой бластер другой конструкции.
   - Алисиа! - Кимра тычет пальчиком в мой бластер. - Кнопка выстрела.
  Голограмма регулировки мощности потока.
  Ниже - диаметр луча.
  Дальше - показание заряда батареи.
  Отсек для батареи.
  Сегодня же изучи все виды бластеров.
  Боевых бластеров.
   - Но их же много! - Я ужасаюсь.
   - Бластеров много.
  Но сделаны они по одному принципу.
  Дуло.
  Спуск.
  Выстрел.
  Когда в бою тебе попадется под руку другой бластер...
   - То я не должна медлить.
  Буду стрелять из любого оружья! - Я кивнула.
  И выстрелила из своего бластера.
  Плазма опалила камень перед космотанком.
   - Алисиа! - Кимра опускает руку на мою шею.
  Слегка давит вниз.
  Вниз и вправо. -
  
  ВСЕГДА ЦЕЛЬСЯ В ЦЕНТР МИШЕНИ, ТОГДА ПОПАДЕШЬ ХОТЯ БЫ В ЕЁ КРАЙ.
  
  Мы упражняемся до зайчиков.
  До кругов в глазах.
  У меня в глазах мелькает.
  Проходят четыре часа.
  Четыре часа непрерывной стрельбы.
  Я чувствую во рту привкус крови.
  Губы пересохли.
  Правая нога затекла.
  Локти болят.
  Но...
   - Кимра! - Я округляю глаза. - Невероятно.
  Я почувствовала, что я и бластер - одно целое.
  Не может быть!
  За одно занятие!
   - Метод долгой одной тренировки, - Кимра поднимается.
  Она свеженькая.
  Как огурчик.
  Молодой тепличный огурчик...
  Только что с грядки огурчик, а не со стрельбища. - Нельзя прерывать тренировку, пока не начнешь чувствовать себя...
   - Спасибо!
  Кимра! - Я воскликнула.
   - Не хочешь больше сбежать?
  Уклониться от Имперской космоармии?
   - Йа...
  И в мыслях не было.
   - Значит, далеко твои мысли.
  Алисиа!
  У каждого появляется мыслишка - "А на фига мне оно нужно".
  Но потом она пропадает.
   - Признаюсь.
  Было подобное видение.
  Но оно исчезло.
   - Тогда полетели?
   - Кимра?
  Куда?
   - К мастеру рукопашного боя летим.
  Он определит твой уровень.
   - Так сразу?
   - Алисиа!
  Пока не стреляют - учись.
   - Да, Кимра, - я подхватываю бластер.
  Погладила его рукоять.
  Благодарила за работу.
  Незаметно от Кимры погладила.
  Но...
  Подозреваю, что Кимра всё видит.
  Потому что она говорит:
   - Правильно, Алисиа!
  Оружие нужно любить.
  Тогда и оно тебя полюбит. - Кимра входит к космолёту: - Бронекатер космодесантный общевойсковой ВС6259- 87 трио. - Кимра подмигивает мне. - Летала?
  Сама?
   - Никогда.
  У нас был космокатер.
  Но папа не разрешал с ним баловаться.
   - Строгий папа?
   - Очень.
  Мне кажется, - меня снова потянуло.
  Тянет на откровенность, - что папа украл космокатер.
  Хотя говорил, что ему подарили.
  За Правду подарили.
   - Любопытный у тебя отец.
   - Очень.
   - Алисиа!
  Боевая техника - проще, чем кажется. - Кимра оставляет тему душевных разговоров.
  Вообще, она быстро меняет направления.
  Очень. - Всё в бронекатере рассчитано на...
  Ну...
  Если контузит космодесантника.
  Или серьезно ранит.
  В любом состоянии можно взлететь.
   - ИИ помогает.
   - ИИ помогает только в экстренных случаях.
  Нельзя надеяться на автоматику.
  И на компьютеры.
  В бронекатере ручное управление.
  Ручка газа.
  Педаль остановки.
  Голографический джойстик руля.
  И карта.
  
  ВОЕННАЯ ТЕХНИКА ДОЛЖНА НАПОМИНАТЬ БИБИКУ ДЛЯ ДЕТСКИХ АТРАКЦИОННОВ.
  
  Слева - пулемет.
  Справа - пушка.
  Под днищем - космомины.
  Гравидвижок спрятан в кожух слева.
  Компенсаторы посадки - статические.
  Не убираются.
  Поэтому бронекатер космодесантный похож на птицу.
  Птица с - всегда вытянутыми - ногами. - Кимра опускается в кресло. - Ах!
  Ещё забыла.
  Кнопка катапультирования.
  Скафандр сам на тебя ляжет.
  Всё рассчитано на сложные случаи.
   - Кимра?
   - Что непонятно, Алисиа? - Кимра морщит носик.
  Она всё объяснила доходно.
  Поэтому вопросов к ней не должно быть.
   - Ты заняла место сзади.
  Сзади меня.
   - Да.
  Ты поведешь, Алисиа.
   - Йа?
  Я же не летала.
   - Сейчас полетишь.
  Кстати.
  К видам оружия не забудь добавить самообучение вождения космофрегатов, космокрейсеров, космояхт.
  Не только наших.
  Но и космосйских.
   - Будет исполнено, госпожа сержантка Кимра, - я нарочно так отвечаю.
  Потому что в недоумении.
  "Нельзя объять необъятного, - я подумала. - Но Кимра считает, что можно.
  И у неё получается.
  Даже получается меня убедить, что я могу водить космодесантный бронекатер".
  Я опускаюсь в кресло.
  Кресло пилота.
  Меня сразу окутывают ремни.
  Справа появляется карта.
  Карта звездного неба.
   - Карта - на всякий случай, - Кимра мурлыкает. - Если космодесантник не сможет говорить.
  Например, челюсти нет.
  А так - словами - назначай маршрут.
  ИИ тебя поймёт.
   - Что я должна сказать?
   - Алисиа!
  Будь внимательней.
  Я же тебя дала цель.
   - Мастер рукопашного боя! - Я вспомнила.
   - Принято! - ИИ запустил движок.
   - Кимра.
  Но он даже не спросил.
  Какой мастер?
  Как его имя?
  Вдруг, он привезет не к тому человеку?
  Например, к мастеру рукопашного боя у врагов?
   - Алисиа!
  ИИ не глупее тебя.
  Если надо уточнить, то ИИ бы тебя спросил.
  Или дал мастеров на выбор.
  Но в данном случае мастер у нас один.
  
  МАСТЕР - ОДИН, А УЧЕНИКОВ МНОГО.
  
   - Почему он не летит? - Через три минуты я спрашиваю.
   - Потому не летим, что ты, Алисиа, не стартуешь.
   - Кимра.
  Под пультом две красные кнопки.
  Почему две?
  Я так понимаю, что одна - на случай аварии.
  Катапультирование.
   - Правильно понимаешь, Алисиа!
   - А вторая зачем?
   - Чтобы подорвать бронекатер.
  Тоже - на всякий случай.
  С собой подорвать.
   - Угу! - Между лопаток меня леденят струйки пота.
   - Стартую, - я потянула на себя ручку ускорения.
  "Кошмар!
  Лечу, неизвестно, куда.
  И неизвестно как!" - Я распахиваю глазища.
  Потому что бронекатер покинул планету.
  Передо мной появляется точка.
  Точка на карте.
  И линия.
  Ради интереса я смахнула джойстик поворота.
  Он не срабатывает.
  Поэтому бронекатер идёт строго по прямой.
   - Кимра.
  А, если мне нужен маневр?
  Срочно.
   - Тогда разбей пульт.
  Бронекатер вырубит ИИ.
  Станет беспомощный.
  Сможешь маневрировать - сколько угодно.
  Там и сям.
  "Я разберусь, - я сжала зубы. - Всё так просто!"
  Через пару минут я посадила космолёт.
  Не так сложно.
  Правда, я резко нажала на педаль тормоза.
  От перепада ускорений у меня чуть глаза не вылезли.
  
  ДУМАЙ О СВОИХ ГЛАЗАХ, А НЕ О ЗВЕЗДАХ.
  
  Астероид оказался большим.
  Большой и пыльный.
  Мы с Кимрой вошли в ангар.
   - Не имеет смысла строить основательные укрепления, - Кимра активирует голограмму дверей.
  Мы снимаем скафандры. - Карта боя меняется.
  Постоянно.
  То, что было вчера нашим, становится сегодня космосйским.
  И, наоборот.
  Поэтому наиболее приемлемы - временные точки. - Так Кимра объясняет потому, что ангар ржавый.
  Не ахти ангар...
  "Йа...
  Я начинаю понимать! - Гордость загорается во мне. - Манера говорить Кимры.
  Общение с Саутским и Фелини.
  Всё подчиняется одним законам.
  Всё в космодесанте давно прописано.
  Поэтому понятно.
  Им понятно.
  Я встану на их волну.
  И буду, как они.
  Одна из них!
  И все вопросы у меня отпадут.
  Сейчас меня удивят.
  Мастер рукопашного боя.
  Какой он?
  Должен быть невысоким.
  Жилистый.
   С резким взглядом.
  И отлит, словно из чугуна.
  Он обязан знать всё о драках.
  Возможно, что он - красавчик.
  Женщины любят сильных мужчин.
  Он тоже влюблен в Кимру?
  И начнет любезничать с ней?
  Мне кажется, что здесь подколы о любви - обыденное.
  Кимра воспринимает, как должное, когда шутят о женитьбах?
  Так расслабляются.
  Но никто не говорит серьезно.
  Посмотрю, как космодесантники взаимодействуют во время боя".
  
  ЖИЗНЬ СОСТОИТ ИЗ ПОВТОРЯЮЩИХСЯ СОБЫТИЙ, НО КАЖДЫЙ РАЗ СОБЫТИЯ НОВЫЕ.
  
  Я переступаю порог.
  "Зал.
  Обыкновенный спортивный зал.
  Как в начальной школе. - Я смотрю по сторонам. - Стол.
  Голограф.
  Три андроида у стены.
  За столом развалился мужик.
  В смысле сидит во все стороны.
  Как капуста.
  Невероятно толстый.
  Китель на животе не сходится.
  Поэтому расстегнут.
  В амбразуру выглядывает брюхо.
  Огромный живот.
  В бороде мужика застряли кости.
  Куриные кости?
  Или кости крысы?
  Он поедает зверьков?
  Щеки висят.
  Руки - как батоны фельдшерской колбасы.
  А, где мастер рукопашного боя?
  Он невидимый?
  Спрятался на потолке?
  Появится передо мной неожиданно?
  Чтобы напугать меня. - Я всматриваюсь в потолок. - Не видно мастера.
  Только заплаты.
  Заплаты на дырах в крыше ангара".
   - Алисиа!
  Мастер боя - Яшинур.
   - Я - шнур? - У меня вырывается.
   - Моё имя - Яшинур! - Толстый космодесантник поднимает своё тело.
  По частям выходит из-за стола.
  Потому что слишком большой. - Ты шутница! - Оборачивается к Кимре. - Новобранка?
   - Да, мастер Яшинур.
  Алисиа своеобразная.
  У неё подготовка есть.
   - Кимра, Кимра! - Космодесантник покачал бы головой.
  Но шея не позволяет.
  Толстая шея.
  И ручки на животе не складываются. - Я - же мастер.
  Я всё вижу!
  Навыки у Алисии имеются.
  
  ЕСЛИ ЕСТЬ СИСЬКИ, ТО И ВСЁ ОСТАЛЬНОЕ БУДЕТ.
  
  "У меня?
  Сиськи?
  Ну да, ну да.
  Сиськи.
  И...
  Он?
  Мастер?
  Мастер рукопашного боя!
  Я его вырублю с одного удара.
  С одного нажатия на точки Пси. - Моему возмущению нет предела.
  Как нет конца и края у болота.
  Но я уже кое-что поняла о космодесанте.
  Поэтому охлаждаю себя.
  Чувствую подвох. - Им самим виднее.
  Если толстого мужика назначили мастером...
  То, основания имеются.
  Может быть, он знает особый приём?
  Один приёмчик.
  Но который действует безотказно.
  Например...
  Например, сдувает противника.
  Газами своими удушает". - Я хихикаю.
  Прячу смех за ладошкой.
  Кимра на меня косится.
  Космодесантник смотрит с любовью...
  
  ЛЮБОВЬ НЕ СПРЯЧЕШЬ, НО МОЖНО ЕЁ ЗАМАСКИРОВАТЬ ПОД СЛОЕМ ЖИРА.
  
  Мастер боя кивает мне.
  Словно прочитал мои мысли.
  И обращается к Кимре:
   - Алисиа умеет ходить бесшумно.
  Мускулы - тренированные.
  На локтях и бедрах - мозоли.
  Большинство её приёмчиков связано с партером.
  Алисиа ползает.
  Перекатывается.
  Вскакивает, как пружинка.
  Или - как чёртик из бронекатера выскакивает! - Космодесантник захлебывается.
  Захлебывается смехом.
  "Он прочитал меня, - я понимаю. - Датчики у входа меня просканировали.
  Искусственный интеллект дал оценку обо мне.
  Если ИИ, то в чём заслуга мастера?
  Так называемого мастера?
  Может быть, просто должность так называется.
  Мастер рукопашного боя?
  И любой на этой должности - мастер?"
   - Алисиа!
  Раздевайся! - Мастер сумел меня озадачить.
  В этом он оказался мастером.
   - Раздеваться?
  Меня уже капрал... - Я натыкаюсь на взгляд Кимры.
  Взгляд задумчивый.
  Словно Кимра меня просвечивает.
  Я замолкаю.
  Потому что обещала Кимре.
  Сказала ей, что никому не расскажу о том, как капрал Жмых меня лапал. - Лапать меня будешь?
  Мастер?
  Предупреждаю!
  Не дамся!
   - Алисиа!
  
  ПРИЛИЧНАЯ ДЕВУШКА НЕ ДАСТ СЕБЯ ЛАПАТЬ БЕСПЛАТНО.
  
   - Тогда почему просишь?
  Хочешь меня разозлить?
   - Хочу.
  Ой.
  Нет.
  Да.
  Алисиа!
  Я не понимаю.
  Я тебе не нравлюсь?
  Ты мне не доверяешь?
   - Ты не похож на мастера.
  Мастер рукопашного боя должен выглядеть иначе.
  Молодой.
  Красивый.
  Смуглый.
  С черными кучерявыми глазами.
  Взгляд волевой.
  Яшинур!
  Но ты...
  У тебя под толстыми стеклами очков глаз даже не видно.
  Не стёкла, а - канализационные люки.
   - Рассмешила! - Мастер Яшинура колышется. - Я не сержусь на тебя.
  Но после твоего ухода не смогу найти себе место.
  Я потеряю сон.
  Твоё появление стало для меня каплей.
  Последняя капля в моих терзаниях.
  Ты - красивая!
  Алисиа!
  Красивая.
  Молодая.
  Стройная.
   - Кимра...
  Госпожа сержантка Кимра еще красивее, чем я.
  Ещё стройнее! - Я перевожу разговор на Кимру.
  Пытаюсь.
   - Кимра - боевая подруга!
  
  ДАВНЯЯ ПОДРУГА - ВНЕ КОНКУРЕНЦИИ.
  
   - Алисиа! - Кимра проводит рукой по рукояти бластера. - Не сомневайся.
  И не думай.
  Будь короче.
  Короче в мыслях.
  У тебя лицо пылает.
  От гнева ты раскаляешься.
   - Я боюсь, - я пробормотала. - Боюсь не соответствовать.
  И что ты не захочешь меня...
  Не захочешь обучать.
   - Алисиа!
  Я советую тебе.
  Не зли мастера Яшинура.
  И не смотри на меня с ненавистью.
   - Кимра!
  Как ты можешь.
  Я...
  Йа не... - Я прикладываю руку к груди.
   - Отлично!
  Прэвосходно! - Мастер Яшинура потирает ручки.
  Смотрит на голограммы. - Стрессовый коэффициент Алисии в норме.
  Хотя щечки - да.
  Пылают. - Яшинура не борется с улыбкой.
  Она его побеждает.
  И разрывает смехом: - Алисиа!
  Если ты ждешь, что я уйду, то - напрасно.
   - Прости, дон мастер рукопашного боя Яшинур! - Я опускаю головку. - Я дала своим эмоциям вырваться.
  Обещаю.
  Подобное не повторится.
  В твоём храме боя не повторится. - Я скидываю обмундирование.
  Остаюсь так, как прилетела.
  Вернее - у меня шкуры были.
  Лисьи шкуры.
  Сейчас я голая.
  Полностью.
   - Алисиа!
  Одежда сковывает движения, - мастер Яшинура объясняет. - Поэтому тестировать тебя будем без одежды.
  Ты без одежды.
  А не я и Кимра! - Мастер Яшинура хохочет.
  Вообще, он - юморной.
  Я чувствую вину.
  "Напрасно, я на него накинулась.
  Пришла в чужой Храм.
  И выставляю свои законы.
  
  НА НОВОМ МЕСТЕ ВСЕГДА МОЛЧИ".
  
   - Алегров!
  Подойди! - Мастер Яшинур отходит к стеночке.
  Кимра присаживается на скамейку.
  Андроид отделяется от стены.
  Останавливается передо мной. - Алисиа!
  Покажи всё, что ты умеешь. - Мастер Яшинур поправляет очки.
  Протирает пальцами стекла.
  Стекла становятся жирными.
  "Против меня - андроид", - я сразу падаю.
  Перекатываюсь.
  Я - словно птица.
  Или - лиса.
  Может быть - заяц.
  Действую четко.
  Молниеносно.
  Оказываюсь за спиной андроида.
  Успеваю нанести один удар.
  Но андроид проворный.
  Он реагирует.
  Уходит от второго удара.
  Мы начинаем кружиться.
  Смертельная схватка.
  "Ну да, ну да.
  Никто не даст мне умереть. - Я подумала. - А, вдруг?
  Вдруг, если не выдержу, то андроид забьёт меня?
  До смерти".
  Время растягивается.
  Андроид запоминает мои уловки.
  А их-то не так много...
  Больше я ничего не могу ему противопоставить.
  Я даже не могу загипнотизировать его.
  Или отвести ему глаза.
  
  НЕЛЬЗЯ ОТВЕСТИ ГЛАЗА ТОМУ, У КОГО ВМЕСТО ГЛАЗ - ФОТОЭЛЕМЕНТЫ.
  
  Я начинаю проигрывать.
  Во всём.
  Андроид опережает меня.
  Играет на опережение.
  Мои уловки он все предугадывает.
  "Я же ведьма! - Я верю в чудо. - Надо придумать. - Я вспоминаю.
  Первая ночь.
  Когда Вилета привела меня к костру.
  Костёр ведьм.
  Я познакомилась с Вандой, Клио и Зои.
  Мы водили хоровод вокруг костра.
  Меня назвали пятым элементом.
  Пятый луч в Ведьминской звезде.
  Ванда была рыжая.
  Вилета - брюнетка.
  Клио - русоволосая.
  Зои - шатенка.
  Я - снежные волосы.
  От песни ведьм огонь костра взвился.
  Костер лизал небо.
  И переливался экзотическими цветами.
  Экзотические - для обычного лесного костра.
  Но то уже был костёр ведьм.
  Но не костёр, на котором ведьм сжигают.
  Я тогда ещё удивилась песне.
  Песня без слов.
  Но звук красивый.
  Тянущийся звук.
  Каждая из ведьм пела так, как считала нужным.
  Мне потом объяснили, что наши голоса задевали струи воздуха.
  И воздух начинал вибрировать.
  Происходило обыкновенное.
  Огонь поднимался от притока нового воздуха.
  Я тогда согласилась.
  Потому что объяснение было простое.
  И логичное.
  Но позже...
  Когда Ванды, Вилеты, Клио и Зои не стало...
  Их сожгли...
  Потому что они - ведьмы.
  Настоящие!
  Я уже называю всё обыденное колдовством.
  Звезды к небу прибиты золотыми гвоздиками.
  Бронекатер летит на ведьминой силе.
  Я сошла с ума?
  Но, разве тот, что собирает бумажные марки - не сумасшедший?
  Или мужик, который танцует, как женщина?
  Он - тоже сумасшедший.
  Все - сумасшедшие.
  Главное - нельзя смеяться над другими.
  И не особо хвастать, что ты лучше других".
  
  ЛУЧШЕ МОЖЕШЬ ТЫ НЕ БЫТЬ, НО БЫТЬ ОБЫЧНЫМ ТЫ ОБЯЗАН.
  
  И...
  Начинаю петь.
  Я падаю.
  Андроид меня пинает.
  Я летаю вокруг него.
  Андроид достаёт меня ударами.
  Он меня уже не избивает.
  Я кружусь.
  И веду свою песню.
  Песня рождается в моей душе.
  Мелодия тягучая.
  Надрывная.
  Завораживающая.
  Краем глаза я вижу, как переглянулись мастер боя Яшинур.
  И Кимра.
  Мой голос возвышается.
  Андроид Алегров начинает пропускать.
  Пропускает мои прикосновения.
  Он замедляется.
  Наверно, анализирует мою песню.
  Не может понять - зачем она.
  И начинает злиться.
  
  АНДРОИДЫ ТОЖЕ ЗЛЯТСЯ, НО ПО-СВОЕМУ.
  
  Он усиливает натиск.
  Мы уже сражаемся на равных.
  Он меня бьет.
  Я касаюсь его пальцами.
  Силы меня покидают.
  Я - не батарейка.
  Не вечный аккумулятор я...
   - Алегров!
  Спасибо! - Мастер Яшинур хвалит робота?
  Андроид замирает.
  Я ползу к стенке.
  Вытираю кровь с губ.
   - Умничка! - Мастер Яшинур гладит меня по головке.
  Моя голова гудит.
  Гудит после драки.
   - Хто умничка? - Я пытаюсь подняться.
  Но не могу. - Йа?
  Или андроид?
   - Вы - умнички! - Мастер рукопашного боя Яшинур претендует на Имперскую премию Мира.
  Никого не хочет обидеть.
   - Он меня побил.
   - Алисиа!
  Ты нанесла сто тринадцать смертельных ударов.
  Смертельных - для человека.
  Сто тринадцать из ста сорока двух.
  Ты - опасная! - Глаза мастера Яшинур светятся.
  За канализационными линзами очков пылают - Поразительный результат.
  Я не удивлюсь, если враги станут называть тебя Ведьма!
   - Ведьма? - Я замираю.
  Смотрю на Кимру.
  Понятно.
  Кимра рассказала мастеру, что я считаю себя ведьмой.
  Кимра округляет глаза.
  Качает головой.
  Показывает, что она ничего подобного не говорила Яшинур.
  "Он догадался?
  Сам догадался? - Я наполняюсь восторгом. - Значит, есть во мне что-то ведьминское.
  С точки зрения науки - ведьминское.
  А Яшинур...
  Да.
  Он - мастер!
  Великий мастер!
  Всё замечает!
  
  МАСТЕР - НЕ ТОТ, КТО ДЕРЕТСЯ, А ТОТ - КТО ПОБЕЖДАЕТ".
  
   - Алисиа!
  Будешь заниматься по двум программам, - мастер Яшинур подзывает робота.
  Медицинский робот. - По своим наработкам.
  Оттачивай их.
  Честно говоря, я не ожидал, что ты справишься с Андроидом.
  Но ты и не справилась.
  Зато озадачила его.
  Ты перестроилась во время драки.
  Ты поняла, в чём твоя ошибка.
  Ошибка твоя - в слабости.
  Ты не побоялась петь.
  Странно выглядело сначала.
  Обнаженная девушка кружится в вальсе.
  Смертельный танец.
  Твои волосы окутывали тебя облаком.
  В бою с космосйями волосы - отлично будут отвлекать врагов.
  Но Алегров - андроид.
  Он не поддался на волосы.
  Но на частоты песни его затянуло.
  Новинка.
  Нужно будет внедрить".
   - Мастер боя Яшинур, - в моём голосе только почтение. - Но как сражаться против андроидов?
   - Андроид - не человек, - Кимра отвечает вместо Яшинур. - Андроида можно автоматикой подмять.
   - Второе направление - обычная подготовка по космодесантному рукопашному бою.
  Он тебе тоже пригодится! - Мастер Яшинур заканчивает со мной.
  Облизывается на Кимру.
  Мне дают передышку.
  Медицинский робот начинает меня ремонтировать.
  Я покорно лежу.
  Не стыжусь своей наготы.
  Но и некого стыдиться.
  Андроидов моя красота не колышет.
  Кимра - тоже девушка.
  А мастер рукопашного боя наступает на Кимру.
  
  МАСТЕР РУКОПАШНОГО БОЯ ХОЧЕТ ПОЛОЖИТЬ ДЕВУШКУ НА ОБЕ ЛОПАТКИ.
  
  Между ними начинается тяни-толкай.
  Разговор - типа болтовни Кимры с Саутским и Фелини.
  У меня передышка.
  Кимра ждет, когда мед робот сделает своё.
  Своё со мной.
   - Кимра!
  Прилетай!
  Сегодня ко мне.
  Мой ангар распахнут для тебя! - Мастер Яшинур берет Кимру под локоток.
  Толстый ловелас.
  "У него шансов на Кимру мало.
  Не больше шансов на неё, чем у Саутского и Фелини. - Я понимаю. - Но петушок не унимается".
   - Прости, Яшинур, - Кимра восклицает.
  Горячо. - Много работы.
  А так бы я...
  Со всей радостью.
   - Конечно!
  Я и не надеюсь.
  Не жду.
  Не жалею.
  Не зову.
  Не плачу.
  Фелини говорил, что ты очень занятая космодесантница.
   - Фелини так говорил? - Кимра фыркает. - За собой бы следил.
  У него Бачек во время обеда котлету украл.
   - Бачек?
  Котлету? - Мастер Яшинур в восторге.
  Я недоумеваю.
  Что за Бачек?
  И почему он ворует котлеты у командного состава?
  
  ЧТОБЫ СТАТЬ СВОИМ, НУЖНО ХОТЯ БЫ КОТЛЕТУ УКРАСТЬ.
  
   - Кимра!
  Я догадывался, что ты мне откажешь.
  Однако...
  Поэтому я начал переписываться.
  Переписываюсь с балериной.
  Она ещё и актёрка.
   - Врёт! - Кимра заявляет. - Хочет завладеть твоим вниманием.
  Девка.
  Ты, наверняка, прислал ей голограмму, где выглядишь мачо.
  Высокий качок с кубиками пресса.
  Ты тоже соврал?
  Позицируешь себя, как чиновник высшего ранга?
  Богатый.
  Молодой.
  Красивый.
  Без вредных привычек. - Кимра бьет по болевым точкам.
  Но мастер рукопашного боя держит удар.
  Он не обижается на замечание Кимры.
  
  НЕ ОБИЖАТЬСЯ НА ОСКОРБЛЕНИЯ - НАСТОЯЩАЯ ДРУЖБА.
  
   - Кимра!
  Я раньше так выставлял себя.
  Молодой.
  Красивый...
  И так далее.
  Мечта девушек. - Яшинур хихикает. - Вселенная знакомств переполнена идеальными личностями.
  Красавцы без изъянов.
  Каждый - успешный.
  Богатый.
  Молодой.
  Ну...
  И сама знаешь - дальше по списку.
  А девушки - королевы красоты.
  Бывшие или действующие.
  Ослепительные красавицы - все балерины и актрисы.
  Без проблем.
  Обеспеченные.
  Здоровые.
  Остроумные.
  Но...
  Все знают, что другие врут.
  И делают вид, что поверили.
  
  СДЕЛАЙ ВИД, ЧТО ДРУГОМУ ВЕРИШЬ, И ОН СДЕЛАЕТ ВИД, ЧТО ВЕРИТ ТЕБЕ.
  
  Мне надоели игры.
  Игры, где все - идеальные.
  И тогда я понял.
  Понял, что мне терять нечего.
  
  ЗАЧЕМ ПРИТВОРЯТЬСЯ СУПЕРМЕНОМ, ЕСЛИ НА ДЕЛЕ ТЫ СЕБЯ НЕ ПОКАЖЕШЬ.
  
  Я рискнул.
  Выставил себя - как есть.
  Дал открытый доступ к своей внешности.
  Показал, какая у меня работа.
  Выдал своё финансовое состояние.
  Оно - никакое.
  И зарплата у меня мизерная.
  Кажется, что кому нужен пожилой, толстый, некрасивый, бедный космодесантник бесперспективный?
  Алисиа!
  Ты же тоже так считаешь? - Неожиданный вопрос.
  Вопрос ко мне.
   - Чо?
  Нет!
  Я так думала.
  Вернее - думала о твоих качествах, мастер Яшинур.
  Теперь я так не считаю.
  Я уже говорила.
  Ты - завораживаешь.
  Ты - полная открытость.
   - Алисиа!
  Поверь моему слову...
  Не пройдет и месяца, как тебя произведут в сержантки.
  Перепрыгнешь через несколько званий. - Мастер Яшинур так похвалил меня.
  Поблагодарил за мои слова.
  И продолжил.
  Рассказывал он только Кимре.
  Я же слушала: - Кимра!
  Я думал, что со мной никто не хочет общаться.
  Я же выбился из общей колеи.
  Но...
  Первый же день превзошёл всем мои ожидания.
  Меня забросали приглашениями.
  Все захотели со мной...
  Я бы сказал - дружить.
  Но дружить - ваше слово.
  
  ДРУЖИТЬ МОЖНО В ДЕВЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ, НО НЕ В СОРОК ПЯТЬ...
  
  Я заблокировал бОльшую часть.
  Потому что там "дружить" понимали совсем уж экстремистки.
  Моё внимание упало на балерину.
  Балерина актриса Мельпомена.
   Я был уверен, что имя её - фальшивка.
  Псевдоним.
  И в то, что она - балерина - не верил.
  Тем более что балерина-актриса.
  Я думал, что под яркой обложкой скрывается обыкновенная заправщица космолётов.
  Нет!
  Конечно, я не против и заправщицы.
  Я не избалован.
  Но не ври.
  Мы начали общаться.
  На голограмме она была-душечка.
  Но и голограмма поддельная.
  Я так считал...
  Красавица.
  Утонченная.
  Лет двадцати пяти.
  Что она могла найти во мне?
  Я - всего лишь мастер боя.
  С окраинных Галактик Империи.
  Балерина использовала утонченный слог.
  Слог древних.
  Мне он нравится.
  Потому что я люблю читать.
  Бумажные книги - моя страсть.
  Им уже больше нескольких тысяч лет...
  Или ещё старее...
  И слог её был ложью.
  По моему мнению.
  Обманщица.
  Но какой смысл ей обманывать меня?
  Зачем она хочет понравиться?
  Я путался в догадках.
  Мы столкнулись лбами на книге Пустоедского "Император Мышь".
  Я не выдержал:
  "Мельпомена!
  Ты же не читала никогда Пустоедского.
  Даже не представляешь - кто он.
  И как сочинял.
  Ты лишь вставляешь в разговор отрывки.
  Тебе ИИ готовит речь.
  И голосом ИИ ты со мной беседуешь.
  Хватит!
  Мельпомена!
  Хватит обманывать!
  
  ЛОЖЬ РАЗРАСТАЕТСЯ, КАК РОМАШКИ НА ЛУГУ, НО РОМАШКИ - НЕСЪЕДОБНЫЕ".
  
  Балерина-актёрка Мельпомена мне ответила.
  Она раскрыла свой код доступа.
  Для меня это было неожиданно.
  Я испытал шок.
  Она не лгала.
  И в жизни ещё красивее, чем на голограммах.
  "Мельпомена? - Я взмолился. - Зачем знаменитая балерина кадришь меня?
  У тебя есть всё.
  Лучшие мужчины валяются в твоих ногах.
  Почему тратишь время на меня?"
  "Яшинур! - Мельпомена ответила. - Моим величайшим счастьем было бы жить с тобой.
  Как муж и жена.
  Мне уже - двадцать пять лет.
  Для балерины - слишком много.
  Для актрисы - середина карьеры.
  Я устала.
  Устала от балОв.
  Богатые чиновники мне наскучили.
  Деятели искусства - кошмар.
  Я - кораблик.
  Кораблик, который мечтает о тихой гавани.
  Яшинур!
  Стань моим мужем.
  Я купила целую звездную систему.
  Мы вместе будем её осваивать.
  Ты ни в чём не станешь нуждаться.
  А на твой вопрос...
  Я выбрала тебя.
  Потому что ты - без сюрпризов.
  
  МЕНЬШЕ ВСЕГО СОСТОЯВШИЕСЯ ЖЕНЩИНЫ ХОТЯТ СЮРПРИЗОВ ОТ МУЖЧИН.
  
  Ты не избалован женским вниманием.
  Не станешь бегать по шлюшкам.
  Не начнешь скупать живопись сомнительных художников.
  Светские приёмы будешь отвергать.
  И я всегда найду тебя дома.
  На диване с книгой.
  Книги бумажные - моя страсть.
  Но я скрывала её.
  В приличном обществе чтение древних книг считается пороком.
  Мы с тобой ночи посвятим друг другу.
  И чтению.
  На диване.
  Со свечкой..."
  Так предлагает Мельпомена! - Мастер рукопашного боя стёр улыбку с лица.
   - Яшинур! - Кимра обрадовалась. - Поздравляю!
  Когда свадьба?
   - Кимра?
  Что ты отвечаешь, когда тебя спрашивают - когда свадьба?
   - Йа?
  Я отвечаю, что - потом.
  Надо подождать.
   - Я так и ответил Мельпомене.
  Разве я могу бросить космодесант?
  Я взял паузу...
  Мельпомена поняла меня.
  Она сказала, что была бы удивлена, если я бы сразу принял её предложение.
  
  НАСТОЯЩИЕ МУЖЧИНЫ ПРЕЗИРАЮТ БЛЕСК РОСКОШИ.
  
   - Как знаешь, Яшинур, - Кимра превратилась в камень.
  "Кимра хочет уйти.
  Но не может обидеть мастера Яшинур.
  Ему не с кем поболтать на астероиде".
   - Кимра!
  Ты не догадываешься о моих чувствах! - Яшинур выпятил губу.
  Нижнюю губу.
  Свою... - Не было у меня ничего.
  И тут - Вселенная свалилась на плечи.
  Накопилось много вопросов.
  Неотложные вопросы.
  Я отчаянно ищу мудрецов.
  Мудрецы найдут на меня время.
  Может быть, дадут какое-нибудь поручение?
  Я расцветаю.
  Когда вижу тебя!
  Кимра...
  Хочу с тобой болтать.
  Долго.
  Но, как только начинает мерцать надежда, ты исчезаешь.
  Словно в норе ползу за кроликом.
   - Яшинур!
  Ты слишком категоричен.
  Иногда выдвигаешь ультиматумы.
   - Нет.
  Я переживаю за тебя.
  Кимра... - Мастер боя превратился в мастер-размазня.
  Бормотал несвязное.
   - Яшинур!
  Не лги себе.
  Ты хочешь Мельпомену.
  Но боишься.
  Боишься сам себя. - Кимра проворчала. - Думаешь, я не могу читать по твоим глазам?
   - Кимра.
  Ты спешишь.
  Пытаешься сбежать.
  А я не успел всё объяснить.
   - Поговорим после моего возвращения.
  Сумеем поговорить.
  
  ВОЗВРАЩАЮТСЯ НЕ К ЛЮДЯМ, А К РАЗГОВОРАМ С НИМИ.
  
   - Больше не буду докучать.
  Мне нужно смазать андроидов. - Мастер рукопашного боя смотрел в сторону.
   - Не лги!
  Яшинур. - Голос Кимры негромкий. - Ты не говоришь прямо.
  Я знаю, что ты не умеешь врать.
  Но ты - бессовестный.
  Одну девушку хочешь в жены.
  Другую - в наложницы.
   - Кимра!
  Ты расстраиваешь меня.
   - Яшинур.
  Не набрасывайся на меня.
  Не обвиняй.
  И не проси у меня прощения.
  Я обязана понять.
  И поняла. - Кимра нахмурилась. - Твои чувства берут верх над смыслом.
  Над здравым смыслом.
  Прими предложение Мельпомены.
   - Я часто безрассуден! - Мастер Яшинур усмехнулся. - Ты намекаешь, что годы мои идут к закату.
   - Не буду комментировать.
  Яшинур.
  Ты - шутник.
   - Кимра!
  Спрошу напрямик.
  Ты и Фелини - любовники?
   - Нет.
   - А с Саутским?
  Вы барахтаетесь в постели?
   - Яшинур.
  У меня не было любовников.
  Никогда.
   - Но мужчины хотят, чтобы ты ушла к ним?
  Бросила космодесант?
  И стояла бы у плиты?
   - Да. - Кимра кивнула. - Не обвиняй меня.
  Яшинур.
  Не требуй от меня многого.
   - Кимра!
  Я сражаюсь.
  Сражаюсь с раздвоением личности.
  Подобное было мне незнакомо.
  Я к тебе привязался.
  Я раньше не испытывал боль.
  Сейчас на твоём лице написан бунт.
   - Не бунт.
  А - озабоченность.
  
  НЕ ПУТАЙ РАВНОДУШИЕ С ГЛУБОКИМИ МЫСЛЯМИ.
  
   - Ты не ответила мне прямо.
  Кимра!
   - Ты не ответил прямо Мельпомене.
  Яшинур! - Кимра передразнивает.
   - О!
  Заботы! - Мастер протянул.
  На лице его мелькает пренебрежение. - Думаю, что тебе не повредит, если я стану мужем балерины.
  Маленькая худенькая балеринка.
   - Яшинур!
  В твоих глазах загорелось желание! - Кимра отступает к двери.
  Я - за ней.
  Потому что уже могу стоять на ногах.
  Неуверенно. - Мастер!
   - Кимра!
  Всё будет по-новому!
  Так и должно быть!
   - Прости, Яшинур!
  Я не знаю, как для меня должно быть. - Кимра смеется.
  Я бы на её месте взбесилась.
   - Весь мир для тебя!
  Кимра! - Мастер признается.
  Он смущен. - У тебя красивые ноги.
  Длинные! - Он пальцем обводит груди Кимры.
  Кимра спокойна.
   - Яшинур!
  Твои руки дрожат.
  Так что желание - напускное.
   - О!
  Кимра!
   Давай, обнимемся. - Он стонет. - Больше нет сил.
  Я не могу вечно притворяться спокойным.
  Люби меня!
  Пожалуйста!
   - Алисиа!
  За мной! - Сержантка Кимра хватает меня за руку.
  Выдергивает за дверь.
  Ставит на неё блок.
   - Кимра!
  Вернись! - С другой стороны беснуется мастер рукопашного боя Яшинур.
  Он колотит в дверь.
  Затем тихие удары сменяются грохотом.
   - В дверь бьют тараном? - Я бегу за Кимрой.
   - Яшинур позвал на помощь Андроидов.
  У нас есть время.
  Куча времени.
  Две минуты до взлета.
  Через пару минут Андроиды выломают дверь.
  Бронированная дверь рассчитана на прямое попадание космоторпеды...
   - Хорошо, что я успела, - я восстанавливаю дыхание. - Успела одеться.
  Иначе полетела бы голая.
  Опять...
  Кимра?
   - Да, Алисиа, - мы стартуем.
   - Мастер Яшинур...
  Он всегда столь буйный?
   - Сегодня он - тихий.
  Он - облачко по сравнению с господином космополковником Дубовым.
  Дубов - это да!
  С ним попотеть придется.
  
  КТО КАК ВОЮЕТ, ТОТ ТАК И ОТДЫХАЕТ.
  
  Мужикам нужно выпустить пар.
   - Только на тебя?
   - Есть и другие космодесантницы.
  Алисиа!
  Подожди немного.
  И на тебя насядут.
  Поэтому - учись у меня.
  Как нужно разговаривать с космодесантниками.
   - Мне не понравится, если они будут тыкать пальцами в мои груди! - Я вытянула ноги.
  Застонала. - У меня от мастера Яшинур голова разболелась.
   - Тебе нужно проветриться, Алисиа!
   - Проветриться! - У меня кожа превратилась в сталь. - В космосе прогуляться?
  Кимра?
  Ты шутишь?
  На что намекаешь?
   - На марш-бросок перед ужином.
  На него намекаю.
   - Марш-бросок?
  Кимра?
  Я устала на стрельбище.
  Затем меня Андроид мутузил.
  Какой-марш бросок?!!
  Я не тряпка, которую можно обматывать вокруг задницы.
   - Ты имеешь в виду юбку?
   - Что юбка?
   - Алисиа!
  Ты сказала о тряпке, которую обматывают вокруг задницы.
  Эта тряпка называется юбка.
   - О юбках я знаю!
   - Алисиа! - Голосок Кимры стал медовый. - Я знаю, что ты устала.
  Очень.
  Но...
  Ты говорила, что жила в лесу.
  Представь, что на тебя начали охоту.
  Ты - заяц...
   - Лучше - лисица...
   - Ты - лисица.
  Охотники с бластерами.
  По твоему следу бегут собаки.
  Имеет право лисица на усталость?
   - Право на усталость имеет.
  Но не должна воспользоваться своим правом...
  Иначе - раздерут на клочья.
   - Так и у нас.
  Если преследуют.
  А у космодесантницы закончился запас.
  Бластер пустой.
  За ней гонятся космосйси.
  Та же самая история с лисицей.
  Лисица и гончие.
   - Космосйев нужно встречать лицом к лицу.
  Грудью в грудь.
  Нельзя бежать от врага! - Я расправляю плечи.
  В левом плече хрустнуло.
  "Медицинский робот не долечил меня..."
   - Алисиа!
  Космойси не дураки.
   - Космойси - глупые!
   - Алисиа!
  Расстояние - лучшая защита.
  Ничего нет плохого, если убежишь.
  Или спрячешься.
   - Позор трусихам!
   - Алисиа!
  Мертвый космодесантник пользы не принесет.
  Но...
  Если выживет, то отомстит.
   - Попахивает трусостью.
  Кимра, ты меня, извини, конечно.
  Но тебе лучше знать.
  Прикажешь - отступать.
  Я отступлю.
  Вилета меня тоже так учила.
  Учила беречь себя.
  Отступление - шаг вперед!
  Или начну последний бой...
   - Алисиа!
  Твоё рвение похвально! - Кимра смотрит на меня.
  И не видит.
  Она глядит в своё прошлое. - Если новобранка не горит желанием вонзиться в бой, то - ноль цена новобранке.
  Бывают моменты, когда бежать - подло.
  Но ты должна отделять подлость от маневра.
  Понимание придёт к тебе.
   - Кимра!
  Я была резка.
  Всё из-за моего недопонимания.
  Прощу прощения.
   - Алисиа!
  И ты прости меня! - В голосе Кимры не слышно раскаяния.
  Я настораживаюсь.
  И...
  Вдруг, меня начинает крутить.
  Заворачивает в трубочку.
  И разворачивает.
  
  КАК ТОЛЬКО УСПОКАИВАЕШЬСЯ, ТАК СРАЗУ И СКРУТИТ.
  
   - Я не понимаю! - Я пытаюсь смахнуть слёзы.
  Слезы перегрузки.
  Меня выжимает, как лимон. - Кимра! - Я кричу! - Ты меня вышвырнула. - Я обнаружила, что на мне уже сидит скафандр.
  А бронекатер светится точкой. - За что?
  Я же...
   - Алисиа!
  Марш-бросок! - Передо мной появляется голограмма.
  Кимра не улыбается. - Включи движок в ранце.
  Он дотянет до астероида.
  На астероиде гравитация одна целая и одна десятая g.
  Гравитация в норме.
  На астероиде пройдешь марафонскую дистанцию.
  Сорок два километра.
  В полной боевой выкладке.
  До точки.
  На точке тебя ждет космодесантный гравибиль.
  На нём вернешься на базу. - Ко мне прилетает ящик.
  Прилепляется за плечами.
   - Сорок два километра?
  Кимра?
  Что творится?
  Что за дрянь ко мне прилипла?
   - Боевая космодесантная переносная станция дальней связи.
  Вес - восемь килограммов.
  Сейчас к тебе подлетит ещё и ракетная установка.
  Семнадцать килограммов.
   - Фигушки! - Использую слово "фигушки" из лексикона Кимры.
  Только она говорит - "офигеть"... - Без ракетной установки обойдусь! - Я начинаю суетиться.
  Понимаю, что мне некуда деваться.
  
  КУДА СБЕЖИШЬ ИЗ КОСМОСА?
  
  Обратно в космос?
  Я вижу свечение.
   - Ракетная установка?
  Без неё обойдусь. - Я делаю маневр.
  Ракетный переносной комплекс пролетает мимо.
   - Хм! - Говорит Кимра.
  И затягивает комплекс обратно.
  На бронекатер.
  Кимра негласно соглашается, что ракетный комплекс мне в тягость...
   - Кимра!
  И не надейся!
   - Алисиа!
  К ужину ты должна успеть!
  Иначе останешься без сладкого!
   - Кимра!
  Я убью тебя! - Я завизжала.
   - Если хватит сил.
  После марш-броска! - Последнее слово осталось за сержанткой.
  Она отключила связь.
  Бронекатер улетел.
  В прыжке исчез.
   - Ненавижу! - Мои зубы скрипят.
  Я злюсь.
   Но благоразумие берет верх. - В чем-то Кимра права.
  Надеюсь, что не во всём она права.
  Я - ведьма.
  Я - Белая Лисица.
  Если не я, то кто же? - Я рассчитываю расстояние до астероида.
  Он висит золотым апельсином.
  Нахожу маячок гравибиля.
  Но...
  Вектор моего полёта на гравибиль не выйдет.
  Датчик показывает расстояние.
   - От моей высадки до гравибиля - сорок два километра.
  Ровно. - Я успокаиваю дыхание. - Меня спасут.
  Если что.
  Я уверена.
  Но до крайности я не должна дойти.
  Сама себя перестану уважать.
  
  ЛЮБИ СЕБЯ, И ТОГДА ТЕБЯ ВСЕ ПОЛЮБЯТ.
  
  Я закрываю глаза.
  Потом на закрытие глаз не будет времени...
   - Я в лесу.
  Лес это - космос!
  Космос - лес!
  Только на планете лес не везде.
  А в космосе лес - повсюду.
  Даже подо мной - лес.
  Я должна пройти сорок два километра.
  Без питания.
  Невозможно.
  Если по пять километров в час, то - восемь часов хода.
  Без остановок если.
  Невозможно успеть до ужина.
  И до завтрака не успею. - Я решаюсь.
  Снимаю датчик полёта.
  Рассчитываю, что пролечу мимо астероида.
  Интуиция мне подсказывает, что так надо.
  Интуицию я называю чутьем.
  Чутье ведьмы.
  Я пытаюсь отцепить ящик с дальней связью.
   - Милый!
  Ну, отлипай же от меня!
  Я тебя сниму.
  Потом на гравибиле за тобой прилечу. - Прекрасная мысль посещает мою головку. - Без тебя мне легче будет.
  Ты же толстый.
  Целых восемь килограммов. - Я переворачиваюсь.
  Но космос равнодушно наблюдает.
  
  КОСМОС МНОГО ВИДЕЛ.
  
  Ему нет разницы, в каком я положении.
  Везде одинаковое.
  В космосе нет ни низа, ни верха.
   - Придётся тащить дальнюю связь, - я включаю двигатель.
  Топлива хватит только до астероида.
  До точки высадки.
  А дальше - сорок два километра! - Я смеюсь. - Не дождетесь! - Я разворачиваю направляющую.
  Кажется, что пролечу мимо астероида.
  И пролетаю над ним. - Ещё несколько секунд...
  И я окажусь в точке невозврата.
  Астероид мне будет только сниться.
  Я улечу в свободное пространство. - Сжимаю губы.
  Освобождаюсь от движка.
  И отпихиваю его.
  В сторону от астероида кидаю.
  По инерции меня несет в обратном направлении.
  На астероид.
  Через три минуты мои ноги касаются поверхности.
  Я падаю.
  Перекатываюсь.
  Падать и перекатываться - моя профессия.
  Научилась...
   - Дурацкий ящик дальней связи, - я поднимаюсь. - Мешает. - Я смотрю на голограмму.
  Ликую! - Получилось!
  Я сократила дистанцию.
  Мне идти двадцать три километра.
  Вместо сорока двух! - Я прыгаю от радости.
  
  СЧАСТЬЕ - КОГДА НАДЕЯЛАСЬ НА ПЛОХОЕ, А ПОЛУЧИЛА ТОЛЬКО ПОЛОВИНУ ПЛОХОГО.
  
  Я делаю шаг.
  Один маленький шаг - надежда на жизнь.
  Я несколько раз пытаюсь связаться с гравибилем.
  Мелькает у меня мыслишка.
  Вдруг, гравибиль прилетит за мной?
  Военная космодесантная хитрость.
  Но гравибиль молчит, как щенок, которого отдали в приют.
  Первые две мили я повторяю.
  Повторяю в уме приёмы рукопашного боя.
  Из книги.
  Ещё три мили уходит у меня на книгу ведьм.
  И двух миль хватает связать их воедино.
  Всё.
  Мне уже трудно думать.
  Я смотрю вперед.
  Звезда тусклая.
  Свет не ломает глаза.
  Я считаю шаги.
  Сбиваюсь.
  Переставляю ноги, как дровосек.
  Золотой дровосек из сказки.
  Сказка о потерянном времени.
   - Что человек?
  Или кто человек?
  Зачем мы?
  Какая от нас выгода Вселенной? - Не мои мысли.
  Но они долбят череп.
  Впервые в жизни голова болит от мыслей.
  Я уже не думаю.
  Мысли испаряются.
  Становится легче.
  Я понимаю.
  Впервые в жизни от мыслей избавилась.
  Еще через три мили я начинаю смеяться.
  Смеюсь целую милю.
  Километры смешались с милями.
  Расстояние перестало быть реальным.
  Его не существует.
  Может быть, и меня нет?
  Я стараюсь не моргать.
  Через некоторое время мысли возвращаются.
  Но уже другие.
   - Может быть, я сейчас - настоящая?
  А раньше была ложная? - Я пытаюсь ущипнуть себя.
  Но щипок не проходит.
  Я падаю.
  Иду на четвереньках.
  Коленки немеют.
  Поднимаюсь.
  Продолжаю.
  Ног не чувствую.
  Смотрю вниз.
  На всякий случай.
  Может быть, я уже лечу.
  И...
  Натыкаюсь на что-то.
  То, что кажется чуждым среди камней.
   - Гравибиль?
  Правда что ли? - Я сверяюсь с датчиком. - Так быстро?
  Нет.
  Не быстро.
  Четыре часа двадцать две минуты я шла.
  Все до сантиметра.
  Или до дюйма.
  Всё - моё! - Я вваливаюсь в кабину. - Домой. - Я чувствую, как отлепилась рация дальней связи.
  Но легче мне не стало.
  Я с ней как бы срослась.
  А теперь её нет за плечами... - Может быть, гравибиль не понял точку назначения "домой"? - Я пытаюсь разобраться.
  И.
  Отрубаюсь.
  Вырубаюсь.
  Вообщем - теряю сознание.
  
  ПОТЕРЯ СОЗНАНИЯ НАЗЫВАЕТСЯ СНОМ.
  
  Но не успеваю насладиться отдыхом.
  Три минуты.
  И меня вытаскивают из гравибиля.
  Скафандр слетает с меня.
   - Алисиа!
  Казарма там! - Кто-то помогает.
  Словами помогает.
  Я бреду по азимуту.
  Раньше я это слово не слышала.
  Но теперь по нему иду.
  Кто-то мне вбил азимут в голову.
  Бластер мне кажется неподъемным.
  Я снимаю его с плеча.
  Тащу за собой.
  Бластер стучит о камни.
   - Выдержал космос, а - камни и подавно выдержишь! - Я смеюсь.
  Какой-то мужик пытается меня остановить.
   - Отстань! - Я прохожу мимо него.
  Он что-то орёт в спину. - Да пошёл ты... - Я махнула рукой.
  Вхожу в барак.
  Понимаю, что барак здесь называется казармой.
   - Мне нужен душ.
  Я высохла.
  Как рябина высохла.
  Или - как рыба!
  Рыба на сковороде... - Я качаюсь между кроватей.
  На ходу меня качает.
  По пути избавляюсь от одежды.
  Бластер бросаю на койку.
  Оказываюсь в душевой.
  Два голых мужика стоят под струями воды.
  Дальше - космодесантница намыливает себя.
  С одного космодесантника стекает кровь.
  На руке - рваная рана.
  "Мне сказали, что после боя в казарме нет сил на рассматривание друг друга.
  Им нет дела до меня.
  Мне - до них.
  И никакого стыда! - Я встаю под душ.
  Жадно глотаю воду.
  Голова проясняется.
  Но только для того, чтобы я поняла. - Одежду - в стирку.
  Зря я разбросалась личным обмундированием". - Я выхожу из душевой.
  Собираю разбросанную одежду.
  Засовываю её в стирку.
  Подхватываю бластер.
  Личное оружье - всё-таки.
  
  БЕЗ ОРУЖИЯ СПАТЬ СКУЧНО.
  
   - Хде?
  Где моя кровать! - Я спотыкаюсь.
  Падаю на койку.
  Нет сил разбираться.
  Чьё и ни чье.
  Я проваливаюсь в Черную Дыру.
  Черная Дыра сна.
  Меня разбудила труба.
   - Кто трубит?
  Кому не спится? - Я разлепляю глаза. - Что за мужик на полу? - Я чувствую себя неплохо.
  Как мороженая хурма чувствую себя.
  Поэтому осознаю, что на полу спит космодесантник.
  Голый.
  Тот самый, с которого текла кровь.
  Как бы валяется возле кровати.
  Я переступаю через него.
  Прикрываюсь ладонями.
  Бегу к стиралке.
  Космодесантники уже просыпаются.
  Скользят взглядами по мне.
  Подмигивают.
  Я нахожу своё обмундирование.
  Влезаю в него.
  В конце казармы вижу Кимру.
  Сержантка сидит на кровати.
  Расчесывает волосы.
   - Кимра!
  Я того... - Мой язык заплетается.
  Не знаю, с чего начать.
   - Алисиа!
  Вот твоя кровать! - Кимра показывает на койку рядом. - Ты спала на кровати Ржевского.
  Он ранен.
   - Какая жалость, - я пробормотала.
   - Но он не стал тебя будить.
  Заснул на полу.
   - Йа...
  Я...
   - Алисиа! - Голосок Кимры становится сахарным. - Ты послала господина полковника Дубова.
  Вчера.
  Он останавливал тебя.
  Ты не отдала ему честь.
   - Не отдала честь? - Я повторяю тупо.
   - Не козырнула.
  Он хотел повесить на тебя взыскание.
  Но ты ушла.
  Махнула на него рукой.
  И сказала - Отстань!
   - И добавила - Да пошёл ты! - Около нашей кровати останавливается космодесантник.
  И начинает ржать.
   - Ой!
  Что будет?
  Меня отдадут под суд?
   - Хуже!
  Тебя расстреляют! - Космодесантник продолжает смеяться. - Алисиа!
  Я - Добровский.
   - Сын космополковника Дубова? - Я протираю глаза.
   - Почему ты так решила? - Космодесантник замолкает.
   - Космополковник - Дубов.
  Ты - Дубровский.
  Дубрава.
  Одна роща.
   - Ага!
  Понял прикол! - Он сгибается от хохота.
   - Дубровский!
  Не пугай новобранку! - Кимра поправляет мой локон.
  Убирает его со лба. - Девочке и так достанется.
  Алисиа!
  Ты изменила маршрут.
  Не прошла сорок два километра.
   - Кимра!
  Я выполнила боевую задачу.
  Вышла на точку.
   - Ты выбросила движок.
   - Я за ним слетаю.
   - Не надо.
  Уже доставили.
  
  ДВИЖОК САМ СЕБЯ МОЖЕТ ПРИНЕСТИ, НО НЕ ХОЧЕТ.
  
   - Меня выгонят?
  Из космодесанта прогонят? - Мысль почему-то пугает меня.
  А не должна бы.
   - Из космодесанта не прогоняют! - Дубровский разглядывает меня.
  С интересом. - Вчера ты натворила!
  Алисиа!
  Мы в душевой думали, что ты нас разорвешь.
  Вваливается девка.
  Безумная.
  Волосы всклокочены.
  Тело в синяках.
  Бормочешь что-то под нос.
  Сумасшедшая - и только.
   - Я думал - От космосйев отбился.
  А от новенькой не отобьюсь! - В разговор вступает Ржевский.
  Раненый. - Перепугала всех нас в душевой.
  Потом стала требовать мазь.
   - Мазь?
  Я не помню! - Опускаю голову.
   - Ты кричала, что у тебя между ног натерлось.
  После марш-броска.
  До крови стёрла.
  Даже показывала.
  Называла скафандр дурацким.
  Что-то типа - "Зачем скафандр, если п... натирает".
  Хорошо, что Мишель тебя успокоила.
  Дала Тромбуциниал.
  Ты намазалась.
  И ушла.
   - Я это не помню, - я повторяю.
  Поднимаю глаза. - Что будет-то?
   - А будет то... - Ржевский срывается с места.
  Хватает меня.
  Я бы упала.
  Перекатилась.
  Достойно ответила бы.
  Но почувствовала.
  Спиной почувствовала - Не надо.
  Не было в космодесантнике злости.
  Ржевский и Дубровский подбрасывают меня!
   - Качай Алисию!
  С вступлением в Имперский космодесант! - Меня передают с рук на руки.
  "Что называется - пошла по рукам", - я пошутила.
  Молча пошутила.
  Меня подбрасывают.
  Меня расхваливают.
  Меня принимают!
  На глаза наворачиваются слезы.
  Я понимаю:
  "Не зря всё было.
  Всё прошлое только - трамплин.
  Трамплин в космодесант.
  Здесь моё место!"
  Меня поставили на ноги.
   - Труба.
  Того.
  Она гудела! - Я говорю.
  Чтобы что-то сказать.
   - Сигнал к подъему!
  Но нас не особо он касается.
  Мы должны выспаться.
  Чтобы быть бодрыми.
  Вот, если боевая тревога, тогда - да! - Кимра останавливается около меня. - Алисиа!
  К ужину ты успела.
  Но не пошла.
  Это - преступление.
  Поэтому получишь двойной завтрак.
   - Спасибо! - Я пролепетала.
  Мы выходим из казармы. - Кимра.
  А космополковник Дубов...
   - Господин космополковник Дубов.
   - Господин космополковник Дубов...
  Он строгий?
   - Очень.
   - Вчера на меня разозлился?
   - Два раза очень!
   - Он меня...
   - Алисиа!
  У тебя появилась возможность.
  Уникальная возможность.
  Приятная.
  Дон космополковник Дубов сам тебе всё скажет. - Кимра отстаёт на два шага.
  Я вижу космодесантника.
  Выглядит он...
  Сурово выглядит.
  Брови седые сдвинуты.
  
  БРОВИ - ВОЛОСЫ, КОТОРЫМ НЕ ХВАТИЛО МЕСТА НА СПИНЕ.
  
  "Коренастый!
  Напоминает гнома". - Я выпрямляю спину.
  Стараюсь отбивать шаг.
  Но не умею.
  Подхожу кое-как:
   - Гер космополковник Дубов.
  Я.
  Йа...
  Новобранка Алисиа.
   - Сержантка, - космополковник подзывает Кимру. - Твоя подопечная не знакома с Уставом.
  Устав Имперского Космодесанта.
   - Обучим!
  Монсиньёр космополковник Дубов. - Кимра вытягивается.
  Руки - по бедрам.
   - Новобранка! - Полковник прожигает меня взглядом. - Тромбуциниал помог?
   - Шо?
  Ой!
  Виновата!
  Так точно!
  Сир космополковник Дубов.
  Натёртость между ног успокоилась.
  "Он осведомлён обо всём", - мои щеки наливаются зарей.
   - Выбросила движок, - космополковник загибает мизинец.
  На левой руке. - Раз.
  Сменила маршрут.
  Самолично.
  Проявила инициативу - Два. - Загибает мизинец на правой руке. - Дошла до гравибиля - Три. - Второй палец загнут на правой руке. - Не отдала честь командиру - мне - Четыре. - Два пальца на левой руке тоже загнуты. - Космополковник смотрит на ладони. - Что же у нас получается?
  Новобранка Алисиа!
  Два - за!
  Два - против!
  Ничья получается.
  Наказанию ты не подлежишь.
  Но и поощрение не получишь. - Командир разворачивается.
  И уходит.
   - Пронесло! - Кимра проводит рукой по лбу.
   - Ещё как! - Мой голос дрожит. - Теперь о моей стертой промежности известно всему гарнизону.
  
   - ПРОСЛАВИТЬСЯ МОЖНО РАЗНЫМИ СПОСОБАМИ!
  
   - Кимра!
  Хоть ты надо мной не смейся. - И спрашиваю с надеждой. - Сегодня хоть марш-броска не будет?
   - Марш бросок?
  Не будет.
  Хватит и одного.
  Но тебя ждет нечто хуже!
   - Неужели? - Нервный смех пробивает дорогу во мне.
   - Будешь отдыхать.
   - Разве отдыхать - плохо?
   - Отдыхать - прекрасно!
  Тоска какая-то.
  Но...
  В качестве отдыха - у тебя тренировка у Яшинур.
  И стрельбище.
  Затем - свободное время.
   - Что мне делать в свободное время? - Я улыбаюсь.
  И осознаю.
  "Нечего мне делать в свободное время.
  Я никого здесь не знаю".
   - Вечером в город пойдём.
  В увольнительную...
  Может быть, на танцы.
   - Круто было бы!
  На танцах на планете Дырды...
  Мне понравилось.
   - Или мороженым полакомимся.
  В кафе. - Кимра вздохнула.
  "У Кимры нет денег, - я понимаю. - Все свои сбережения на меня спустила.
  На обмундирование для меня".
   - Кимра? - Я чувствую себя виноватой.
   - Да, Алисиа!
   - Хочешь, я тебя тоже научу?
  Кое-чему?
   - Например? - Глаза Кимры загораются.
  В них тонут звезды.
   - Ведьмовству научу.
  В смысле фокусам.
  Разным.
  И отводу глаз.
   - Только с одним условием.
  За мороженое и кофе я плачУ! - Значит, у Кимры немного денег осталось.
   - Йа...
  Я отдам.
  С первой получки! - Я обещаю.
  Кимра смотрит на меня.
  Внимательно разглядывает.
  Как паука осматривает.
  Затем крутит пальцем у виска.
  
  МЕЖДУ ПОДРУЖКАМИ ДЕНЬГИ НЕ СТОЯТ.
  
  Мы продвигаемся к столовой.
  Медленно.
  Потому что к нам подходят.
  Останавливают.
  Болтают с Кимрой.
  Расхваливают меня.
  Я - звезда!
  После вчерашнего.
  Но...
  "Лучше бы я оставалась в тени, - я досадую. - Оказывается, что я не люблю публичности.
  Мне бы в норку забиться".
   - Кимра! - Космодесантник катит колесо.
  Колесо большое.
  Останавливается около нас.
  Он невысокий.
  Худощавый.
  Волосы кучерявые.
  Лицо узкое.
  И бледное.
   - Мастак, - Кимра шепчет мне на ухо. - У него не получается с девушками.
  Знакомиться не умеет.
  Робеет.
  Ты с ним поласковее.
   - Как умею, - я пробурчала. - Я тоже не умею знакомиться.
  Ни с кем.
  Я - одиночка. - И громко говорю космодесантнику:
   - Привет!
  Йа - Алисиа!
  Новобранка.
   - Я наслышан, - космодесантник опускает голову.
  Щеки его розовеют.
  Он не смотрит на меня. - Я...
  Я - Мастак.
  Имя это...
  Мойо... - И поворачивается к Кимре: - Йа.
  Я...
  Кимра!
  Мне нужен совет.
  Совет девушки.
  Твой совет.
   - Я - вся - внимание! - Кимра улыбается космодесантнику.
   - Я...
  Йа посещаю курсы, - он лепечет. - "Как понравиться девушке".
  Так называется первая ступень.
  Вторая - "Как затащить девушку в постель".
  Но я пока буксую на первой.
  
   - ЕСЛИ НЕ МОЖЕШЬ ОСИЛИТЬ ПЕРВУЮ СТУПЕНЬ, ТО СРАЗУ ПЕРЕХОДИ КО ВТОРОЙ.
  
   - Кимра!
  Ты шутишь! - Жалкая улыбка космодесантника. - Нам на курсах дали задание.
  Нужно составить обращение к девушке.
  К девушке, которая понравится.
  Я...
  Того.
  Набросал кое-что.
  Дашь оценку?
  С твоей точки зрения.
  Потому что ты - девушка! - Он показывает записи.
  Кимра читает.
  Вслух.
  
  ПОТОМУ ЧТО - БОЛЬШЕ ДВУХ - ГОВОРЯТ ВСЛУХ.
  
   - Я опрокину тебя навзничь, - Кимра читает первое.
  Её брови лезут на лоб.
  Но она сдерживается.
  Космодесантник Мастак переступает с ноги на ногу. - Начну целовать тебя.
  Пылко.
  Жадно.
  Ты возбудишься.
  Поэтому нам долгих приготовлений не понадобится.
  Мы будем любить друг друга.
  Из искры в нас взорвется.
  Взорвётся пламя.
  Мы утолим страсть.
  На смену огню придёт нежность.
  Мы будем утешать друг друга.
  Без обид.
  Без переживаний.
  Ты будешь в моих объятиях.
  Почувствуешь себя удовлетворенной.
  Впервые.
  Впервые в жизни!
  Ты скажешь, что твоё тело должно отдохнуть.
  Оно требует пощады.
  У тебя закружится голова.
  Твои веки нальются нефтью.
  Ты заснешь.
  В моих объятиях успокоишься.
  И будешь спать.
  Как убитая. - Кимра дочитала.
  Скосила глаза на меня: - Мастак!
  Тебе бы сценарии писать.
  К галосериалам.
  А по поводу этой речи...
  Для первого знакомства...
  Я бы чуть изменила некоторые слова.
  Слова "искра", "взорвется", "пламя".
  Они тревожные.
  Мы же воюем.
  Пламя для нас - беда.
  Значит, горит бронекатер.
  И искры.
  Например, искрит гипердвижок.
  А о слове "взорвется" даже думать страшно.
  Веки пусть наливаются не нефтью.
  Нефть - не поэтично.
  Веки наливаются золотом.
  И концовку подправь.
  Спать - как убитая...
  Нельзя кликать беду.
  Мы же - космодесант!
  Лучше спать - как младенец!
   - Спасибо!
  Кимра! - космодесантник Мастак исправил всё быстро.
  Бубнил под нос.
   - Мастак?
   - Да, Кимра.
   - Колесо кому катишь?
   - Капрал Жмых его присмотрел.
  Он отсылает посылки в деревню.
  Родным.
  У его брата комбайн сломался.
  Колесо нужно для комбайна брата капрала Жмых.
   - Ну да, ну да! - Кимра погладила космодесантника по голове. - Жизнь везде!
  Ты, Мастак, извини.
  Мы с Алисиа на завтрак опаздываем.
  
  ПРОПУСТИШЬ ЗАВТРАК - ПРОПУСТИШЬ ДЕНЬ.
  
   - Конечно, конечно! - Космодесантник засуетился.
  Смотрит по сторонам.
  Мимо пробегает космодесантница.
  Я узнала её.
  Мишель.
  Она вчера мне дала мазь.
  Стыдно сказать - мазь для смягчения натертостей в промежности.
  Я втягиваю голову в плечи.
  Мишель на меня не смотрит.
  Она озабочена.
  Несет ведро.
  В ведре плещется ракетное топливо.
   - Мишель! - Космодесантник Мастак оживляется. - Подожди.
  Я помогу тебе. - Он оставляет колесо.
  Бежит за Мишель.
   - Ой!
  Что будет! - Кимра прикладывает ладошки к щекам.
  Хватает меня за руку.
  Тащит в столовку.
  Мы проходим несколько метров.
  Я оглядываюсь.
  Успела подсмотреть.
  Мишель ставит ведро на бетонную плиту.
  И...
  Отвешивает космодесантнику Мастак пощечину.
  Да ещё какая пощечина.
  Мастак отлетает.
  Падает.
  Убегает на четырех.
   - Не понравилось Мишель послание Мастака, - я пропищала. - Вот так удар у неё!
  Я попрошу мастера Яшинур, чтобы меня научил так бить.
  Пригодится.
  Только для своих.
  Потому что для врагов мои удары смертельные.
  
  СОИЗМЕРЯЙ НЕ СИЛУ, А МОЗГИ.
  
  Мы входим в столовую.
   - Кимра!
  Алисиа! - Идите к нам!
   - Спасибо, мальчики! - Кимра машет рукой.
  Компания космодесантников...
  Мы подходим к окну выдачи.
   - О!
  Натали! - Кимра расцветает. - Ты сегодня дежурная по кухне?
   - Моя очередь! - Натали кивает. - Салат не рекомендую брать.
  Капуста в нём подозрительная.
  Присылают нам, Черная Дыра, знает что.
  А перловка - безопасная.
  И тушенка к ней...
   - Свиная? - Кимра морщится. - Жирная.
  Без мяса?
   - А как же! - Натали проводит рукой по груди. - Говяжью тушенку по пути разворовали.
  До нас не дошла.
   - Будем питаться подножным кормом.
   - Кое-что припасла, - Натали подмигивает. - Только для моих подружек.
  Наливает в тарелки что-то.
   - Суп? - Кимра смотрит.
  С подозрением.
   - Суп-лапша.
  Из сухих концентратов.
  Трофейные.
  Космосйские...
   - Ага! - Кимра протягивает.
  Многозначительно.
  На её подносе тарелка с перловкой.
  Перловка плавает в жире.
  Свиной жир.
  И тарелка с супом.
  Вражеский суп.
  Кимра не уходит.
  Ждёт меня. - Натали.
  Алисиа вчера пропустила ужин.
   - Для нашей боевой подруги!
  Ловко ты вчера космополковника Дубова отделала! - Натали наваливает мне двойную порцию перловки.
  И миску супа подаёт до краёв.
   - Спасибо...
  Натали! - Я пролепетала.
  "После лесных изысков, - я иду за Кимрой... - Полезет ли перловка в горло?
  Я избалована диким мясом.
  И ягодами.
  Но...
  Перловку придется съесть.
  Иначе Натали обидится.
  Она - можно сказать - перловку от сердца оторвала.
  
  ПОДАРОК НУЖНО СЪЕДАТЬ ЦЕЛИКОМ И СРАЗУ".
  
   - Кимра! - Мы усаживаемся у окна.
  Столик для двоих.
  "Кимра не идёт к космодесантникам.
  Я так и думала". - Разве можно есть вражеское?
  Вдруг, оно отравленное.
   - Алисиа!
  Ты сама потом себе ответишь на этот вопрос. - Кимра отвечает отстраненно.
  Она задумчивая.
  Я понимаю, что это - её обычное состояние.
  Ничем Кимру не развеселить.
  По крайней мере, я не смогу...
   - Кимра.
  Давай, кашу вместе съедим.
  В меня не залезет! - Я предлагаю.
  Но Кимра не отвечает.
  Я приступаю к трапезе.
  "Перловка - вкусная, - я делаю открытие. - Очень.
  Свиной жир добавляет ей аромата.
  Прекрасный завтрак!" - Я насыщаюсь.
  Может быть, мой организм после вчерашнего марш-броска требует усиленного питание.
  И после избиения Андроидом.
   - Алисиа!
  После завтрака полетишь к мастеру Яшинур, - голос Кимры звучит из пещеры. - Затем - на стрельбище.
  Бластер у тебя есть.
   - Да, Кимра! - Я понимаю, что расспросы бесполезны. - К ужину возвращайся.
  После ужина - увольнительная.
  Как я и обещала.
   - Да, Кимра! - Я повторяю.
  Кимра поднимается.
  Ничего не говорит.
  Уходит из столовки.
  Я принимаюсь за непонятное.
  Уничтожаю вражеский суп.
  Считаю до трёх.
  На счете три ко мне подсаживается космодесантник.
  Я заприметила его.
  Он на меня поглядывал.
  Я поняла, что он подойдет.
  И он подкатил.
  
  ДЕВУШКА ЗНАЕТ, ЧТО К НЕЙ ВСЕГДА ПОДОЙДУТ.
  
   - Привет, красавица! - Губы космодесантника тонкие.
  Нос прямой.
  Возможно, что он из аристократов Империи. - Алисиа!
  Я - Бойлок.
  Космолейтенант Бойлок.
   - Войлок?
   - Не Войлок, а - Бойлок, - космодесантник кривит губы.
  Почему-то я чувствую к нему антипатию.
  Проще говоря - не нравится он мне. - Мой дядя - Начальник штаба округа.
  Если что - обращайся.
  И... - Он кладет свою ладонь на мою ладошку. - Пойдём ко мне?
  Я живу отдельно.
  В офицерском домике.
  Тебе понравится.
  Ты проснешься от света.
  Свет звезд будет ласкать тебя.
  На мгновение ты растеряешься.
  Повернешь свою головку.
  Замечательная головка.
  И увидишь...
  Я обопрусь на локоть.
  Буду следить за тобой.
  Внимательно.
  Улыбнусь.
  Протяну руку.
  Уберу прядь волос с твоего лба.
  И скажу:
  "Алисиа!
  Мне нравится смотреть, как ты спишь. - Мой голос будет ласкать тебя. - Хочу убедиться, что ты не исчезла.
  Что ты - не призрак".
  Ты ответишь мне:
  "Милый!
  Я всегда буду в твоей постели.
  Если ты захочешь".
  Я усмехнусь.
  Снисходительно.
  Ты погладишь мой подбородок.
  Перейдешь к шее.
  Поцелуешь в плечо.
  Вздохнешь.
  Потом улыбнешься.
  И признаешься.
  "Дон космолейтенант Бойлок!
  Я схожу с ума!
  Как только увидела тебя в столовой".
  Я отвечу:
  "Я знаю!"
  "Я догадывалась, что ты знаешь, - ты скажешь. - Скинешь с себя одеяло.
  Предстанешь передо мной обнаженная.
  Во всей своей красоте!
  Ослепительная красота! - Мой дон космолейтенант.
  Я смущаюсь. - Ты промурлыкаешь".
   - Дон космолейтенант Войлок!
  Ты тоже учишься на курсах "Как понравиться девушке"? - Я вылизала тарелку.
  Вкусно! - Я бы убрала слово "призрак".
  Не хочу быть призраком.
  Оно выбивается из монолога.
  А так...
  Составлено грамотно.
  Спасибо, что уделил мне внимание, гер космолейтенант Войлок...
  Бойлок. - Я слежу за его глазами.
  И...
  Отвожу его взгляд
  Я же - ведьма!
  Не забываю.
  
  ВЕДЬМА МОЖЕТ ПРИРУЧИТЬ, А МОЖЕТ И ОТЛУЧИТЬ.
  
  Я роняю тарелку.
  Железная тарелка грохочет на полу.
  Космолейтенант смотрит на неё.
  В это время я улетаю.
  Не на метле.
  На своих ногах улетаю.
  Я покидаю стол.
  Бесшумно.
  Но движусь не в сторону выхода.
  Я за спиной космолейтенанта Бойлок.
  Убегаю стремительно.
  Уловила момент, когда космолейтенант обернется.
  Присаживаюсь.
  Он не видит меня.
  Снова смотрит на выход.
  Я же прячусь за статуей Бомбардира.
  Космолейтенант Бойлок комкает салфетку.
  Бросает её на стол.
  Порывисто поднимается.
  И уходит.
  Я выжидаю три минуты.
  Затем возвращаюсь к своему столику.
  Убираю за собой.
  Отношу посуду на кухню.
  Я на удивление - спокойна.
  Выхожу из столовки.
   - Кимра не сказала мне, как получить бронекатер.
  Куда обращаться.
  Не пешком же я пойду по космосу. - Я останавливаюсь.
  Ко мне подбегает космодесантник.
  Тот самый.
  Космодесантник Мастак.
  Смотрит в землю.
  На его щеке отпечаток ладони Мишель.
   - Алисиа!
  Кимра просила передать, - Мастак бормочет. - Космокатер для тебя готов.
  "Спасибо, Кимра, - чувство благодарности разливается в моём сердце. - Я уже подумала, что ты бросила меня..."
   - Космокатер на космодроме.
  Ты легко найдешь его.
  Космодром.
  Он за дубовой рощей.
  А основные космофрегаты - дальше.
  У речки.
  Но они тебе сейчас не нужны...
  Космокатер номер 6840.
  Код активации - Алисиа!
   - Что Алисиа? - Я не понимаю.
   - То, что бронекатер узнает тебя.
  Он на тебя настроен.
   - Спасибо...
  Мастак. - Мне становится жалко его.
  "Может быть, я лезу не в свои дела, - я сомневаюсь. - Мне не положено.
  Возможно..."
  Но...
  Я уже не могу остановиться.
   - Мастак?
  - Да, Алисиа.
   - Подними голову! - Мой голос становится лесным.
  Завораживающий голос.
  В нём слышно эхо лисьего тявканья.
  Не поэтично.
  Но - красиво...
  Космодесантник поднимает голову.
  Ещё бы!
  Кто он против ведьмы?
  Я снимаю резинку с волос.
  Волосы освобождаются.
  Снежной лавиной рассыпаются.
  По плечам стелются.
  И ниже.
  Намного ниже плеч.
  Я смотрю в его глаза. - Мастак!
  Ты умеешь разговаривать с девушками.
  Девушки от тебя в восторге!
  Всё, что ты скажешь им - будет использовано для тебя.
  Ты - уверенный в себе!
  Каждая хочет свидания с тобой! - Я снова собираю волосы.
  Хлопаю в ладоши. - Отомри!
  Мачо!
   - Алисиа? - Космодесантник Мастак хлопает ресницами.
  Они у него - белесые.
  
  БЕЛЫЕ РЕСНИЦЫ ДЕВУШКИ - КРАСОТА, А БЕЛЫЕ РЕСНИЦЫ ПАРНЯ - СРАМОТА.
  
   - Что Мастак?
   - Поверь мне!
  Я умею разговаривать с девушками. - Мастак преображается.
  Из робкого превращается в вальяжного.
  Похож уже не на селедку.
  На кота похож.
  На сытого кота. - Ты от меня в восторге!
  И пойдешь на свидание со мной...
   - Конечно, милый! - Я округляю глазища.
  Мысленно ругаю себя:
  "Не хватало ещё, чтобы Мастак в меня влюбился.
  Придется исправлять". - Мастак!
  Я не для тебя.
  Мне так жаль.
  Но ты меня очаровал.
  Как и очаруешь Мишель.
  Ты ей нравишься.
  Она без ума от тебя. - Я отвожу ему глаза.
  И исчезаю.
  Незаметно.
  Для него незаметно.
  
  НЕ ПОДУМАВ - НЕ ДЕЙСТВУЙ, А СДЕЛАВ - НЕ ВИНИ СЕБЯ.
  
  Через пять минут я стартовала.
  Словно служу в десанте уже год.
  Полёт доставляет мне удовольствие.
  Жаль, что он короткий.
   - Алисиа! - Мастер боя Яшинур кланяется мне.
  Я тоже ему поклонилась.
  Он не удивлен моему прилёту.
  Наверно, Кимра его предупредила. - Сначала ты тренируешься с Базилио.
  Он обучит тебя классическому рукопашному бою космодесантников.
  Потом - твой любимый - Алегров.
  Я думаю, что он учел вчерашний урок. - В уголках рта Яшинур прячется улыбка.
   - Я тоже извлекла полезное, - я раздеваюсь.
  Сбрасываю с себя всё.
  Как и вчера. - Из вчерашней драки извлекла. - Я рассматриваю Базилио.
  Андроид Базилио - точная копия Андроида Алегрова.
  Мастер Яшинур опускает себя в кресло.
  Андроид приносит ему чайничек.
  Чайник фарфоровый.
  Мастер Яшинур наливает чай в чашку.
  Она тоже - фарфоровая.
  С розочками...
  Я приступаю к тренировке.
  Андроид Базилио сначала показывает мне приём.
  Потом мы его отрабатываем.
  Вместе.
  Андроид Базилио не избивает меня.
  Избивать будет Андроид Алегров.
  Я погружаюсь.
  Получаю наслаждение.
  Потому что у меня получается.
  Ведьмино чутьё ведет меня.
   - Алисиа! - через некоторое время мастер Яшинур поднимается. - Достаточно с Базилио.
  Три часа прошло.
   - Три часа? - Я распахиваю глазища. - Не может быть!
  Я думала, что всего лишь час занимаюсь...
   - Не думай!
  Потому что Алегров не даст тебе время задуматься. - Мастер Яшинур улыбается.
  Я отвлекаюсь на его улыбку.
  И...
  Получаю удар в печень.
  Отлетаю на три метра.
  Оказывается, что Андроид Алегров уже начал.
  Начал без меня.
   - Ах, ты! - Я перекатываюсь.
  Чудом ускользаю от ноги Алегрова.
  Начинается драка.
  Темп задает Алегров.
  Скорость немыслимая.
  И чудовищная.
  Я не обращаю внимания на пропущенные удары.
  Слежу только - чтобы мои доходили до цели.
  И всячески стараюсь увертываться.
  С Андроидом Алегровым получается наоборот.
  С Базилио я время не замечала.
  Оно пролетело фанерой над космодромом.
  А с Алегровым время замораживается.
  Мои глаза застилает пелена.
  Скачут кровавые мальчики.
  В глазах.
  Дыхание где-то далеко.
  Мне не хватает воздуха.
  Я дерусь, словно в открытом космосе.
  Тело привыкло к боли.
  Удары кажутся тупыми.
  И нечувствительными.
   - Молодцы! - Из колодца долетает.
  Мастер Яшинур хвалит всех.
  Меня.
  Базилио.
  Алегрова.
  Всех похвалил.
  Очень толерантно...
  Я трясу головой.
  Понимаю, что тренировка закончена.
   - Скоко? - Мои губы разбиты.
  Но мастер Яшинур меня понимает.
   - Пятнадцать минут.
   - Я думала, что три часа Алегров меня избивал, - я смеюсь.
  Кровь пузырится на губах.
  
  БЕЗ КРОВИ НЕТ ПОБЕДЫ.
  
  Ко мне подкатывает мед робот.
  Начинает меня лечить.
  Я лежу на каталке.
  Голая.
  Распластанная.
  Но не побежденная.
   - Алисия! - Мастер Яшинур склоняется надо мной.
  А только что сидел за столом.
  Значит, и он обладает талантом передвигаться бесшумно.
  Бесшумно и быстро.
  Несмотря на его вес.
   - Да, мастер Яшинур.
   - Я переслал голограммы.
  Голограммы сегодняшних занятий.
  Они в твоём бронекатере.
  Сделаешь работу над ошибками.
  Завтра жду тебя.
  Измененной жду.
   - А я думала, что я выступила хорошо.
  Сегодня. - Я поворачиваю голову.
  Мед робот возвращает её на место.
   - Алисиа!
  Ты была великолепна.
  Потрясающие успехи.
  Я уверен, что станешь мастером рукопашного боя.
  
   - Я - ВЕЛИКОЛЕПНА, И ЭТО - САМОЕ ГЛАВНОЕ!
  
   - Неудивительно!
  Алисиа.
  Ты - порывистая.
  Вспомни, с чего началось.
   - Помню.
  Смутно! - Я солгала.
  Не хотела открываться.
   - Твоё поведение всё объясняет.
  Объясняет твою агрессивность.
  Ты уверена, что ты уверена в себе.
  У тебя нет сомнений.
  Отсутствуют сомнения.
  Ты считаешь, что ты всегда права.
  Ты избаловала себя.
  Избаловала похвалами.
  Судя по всему, ты выросла без отца.
   - У меня есть отец.
   - Я говорю отстраненно.
  
  МОЖНО ИМЕТЬ, НО В ТО ЖЕ ВРЕМЯ НЕ ИМЕТЬ.
  
  Ты - как лошадка.
  Породистая.
  Тебя трудно обуздать.
  Ты - нахальная.
  Настырная немножко.
  И агрессивная!
   - Мастер Яшинур.
  Ты повторяешься.
  Уже говорил, что я агрессивная.
   - Ты к тому же - нетерпеливая.
  Не терпишь, когда события разворачиваются не так, как тебе надо.
   - Наверно...
  Мастер Яшинур. - Я кусаю губки. - На чём основываются твои слова?
  Я чувствую, что ты - мощный.
  Знающий мастер.
  Но объясни мне...
  Дуре объясни.
  Почему ты так решил?
  Что я агрессивная, не терплю возражений, настырная...
  Ты меня знаешь только сутки...
  Я тебе не нравлюсь?
   - Алисиа.
  Ты загипнотизировала космодесантника.
  Мастак.
   - Откуда тебе известно? - Я поднимаюсь на локтях.
  Но мед робот бросает меня на спину. - Йа...
   - Мы всё друг о друге знаем.
  Мы - космодесант.
  
  БЕЗ ДОВЕРИЯ МОЖНО БЫСТРО СГОРЕТЬ.
  
   - Одно дело - доверие, другое - подсматривание.
  За мной и в душе подглядывают?
   - Не только за тобой.
   - Никакой личной жизни.
   - Алисиа!
  Что означает - личная жизнь - каждый понимает по-своему.
  Но так...
  По крайней мере, мы уверены, что космосйский диверсант тайком ночью не перережет нам глотки.
   - Объяснимо.
   - Ты внушила Мастак, что все девушки от него в восторге.
   - Ну да...
  Какое это имеет дело к космодесанту?
   - Самое прямое.
  Мишель...
  Она плоско относится к мужчинам.
   - Плоско?
   - Никак.
  Но Мастак её переубедил.
  С твоей помощью.
  Мишель поверила, что она любит Мастака.
  Поэтому у Мишель раздвоение личности.
  Начинается личность двоиться.
   - Так быстро?
   - В космодесанте всё быстро.
  И...
  Кому нужна любовь под гипнозом?
   - Йа...
  Кажется, что я начинаю понимать, - меня словно прокололи.
  И шприцом высасывают из меня уверенность. - Я исправлю.
  Мастак снова станет неуверенным.
  И Мишель...
  Она будет прежней.
   - Алисиа!
  Ты мне нравишься!
   - Мастер Яшинур?
   - Нравишься, как космодесантница.
  Не подумай иное.
   - Ну да, ну да.
  У тебя Мельпомена.
  И Кимра.
  Мне через них не пробиться! - Я шучу.
   - А я и не пущу тебя в своё сердце, - мастер Яшинур шутит в ответ.
  Или не шутит.
   - И свою нетерпеливость я исправлю.
  И агрессию засуну.
  Подальше засуну агрессивность свою.
  Я стану другая.
   - Ни в коем случае! - В глазах мастера Яшинур плещется испуг.
  Неподдельный. - Не ломай себя.
  Не меняй.
  Тогда от тебя ничего не останется.
  
  БУДЬ СОБОЙ, И ВСЁ ПРИЛОЖИТСЯ.
  
   - Но мне показалось, что ты был недоволен...
   - Ни в коем случае.
  Я отметил твои качества.
  Но не сказал, что они - вредные.
  Наоборот...
  Они тебя окрыляют.
  И агрессивность...
  И самоуверенность.
  И отсутствие сомнений.
  И всё остальное.
  
  ЕСЛИ ЧЕЛОВЕКА ОЧИСТИТЬ, ТО ОТ НЕГО НИЧЕГО НЕ ОСТАНЕТСЯ.
  
  Мы всю жизнь копим.
  Собираем свою коллекцию добра и зла.
  И она - неповторимая. - Мастер Яшинур смотрит на голограммы. - Ты уже в норме, Алисиа.
  Так себе норма.
  Отправляйся на стрельбище.
   - И о стрельбище ты знаешь! - Я поднимаюсь.
  Мед робот выдергивает из меня трубки.
  Я одеваюсь. - Мастер Яшинур?
   - Да, Алисиа.
   - Спасибо!
  Искреннее спасибо.
  А то я уже начала сомневаться.
  В себе сомневаюсь.
  Что я иногда не права.
  А ты сказал, что я всегда права! - Я открываю дверь.
   - Я не так сказал, что ты всегда права, - мастер Яшинур кричит мне вдогонку.
  Но я смеюсь.
  Мы всё понимаем.
  Уже можно общаться без слов...
  На стрельбище я стреляю по-разному.
  Уже не из своей головы беру варианты.
  Мне подсказывает ИИ бронекатера.
  Я изучаю выстрелы из разных положений.
  Стоя.
  Лежа.
  С колена.
  Стрельба на ходу.
  Стрельба с хода по движущимся целям.
  И так далее.
  Получается на троечку.
  Из пяти.
  Но я довольна.
  Хочется ещё потренироваться.
  Но наступает время ужина.
  Я вскакиваю.
  С сожалением покидаю стрельбище.
  Возвращаюсь к казарме.
  Кимра болтает с космодесантниками.
  Мишель опирается спиной об ангар.
  Взгляд её блуждает.
  Она растеряна.
  Мастак вьется около Мишель.
  Втюхивает ей про любовь.
   - Кимра! - Я киваю ей.
  Кимра мне улыбается.
  "Ей всё известно, - я понимаю. - О том, как я тренировалась - знает.
  И о разговоре с мастером Яшинур тоже осведомлена.
  Что ж...
  Не так плохо.
  Не нужно объясняться".
  
  БЕЗ СЛОВ - ПОНЯТНЕЕ, ЧЕМ СО СЛОВАМИ.
  
  Я освобождаю волосы.
  Они летят снежным вихрем.
   - Красотка! - Кто-то произносит с восхищением.
  За моей спиной восторгаются...
  Я не оборачиваюсь.
   - Мишель.
  Мастак!
  У меня к вам разговор. - Я держу взглядом их двоих. - Побеседуем за казармой. - Я хлопнула в ладоши.
  Мишель и Мастак повелись.
  Мы отправляемся за барак.
  Там крапива.
  Она выше меня.
  Крапива жалит мои ладони.
  Я берегу лицо.
  Не нужны мне крапивные красные пятна на моём идеальном лице.
   - Мастак! - Я срываю стебелёк травки.
  Жую его.
  Йо!
  Мойо!
  Стебель крапивы жую.
  Во рту не так жжет.
  Но губы...
  Губы распухают. - Мастак! - Я зашипела. - Всё из-за тебя.
  Из-за твоего темперамента.
  Буйный у тебя темперамент. - Оп!
  Мастак слетает с крючка.
  Крючок гипноза.
  Оглядывается.
  На лице написано недоумение.
   - Как я здесь оказался?
   - Мастак! - Я смотрю ему в глаза.
  Восстанавливаю мост.
  Мост, который только что сама разрушила. - Ты пришёл за крапивой.
  Ты узнал, что из крапивы варят суп.
  Вкусный.
  Хочешь приготовить суп.
  И понимаешь, что космодесантницы - не для тебя.
  Ты будешь кадрить только девушек вне нашего гарнизона.
  Не космодесантниц.
  Потому что суп из крапивы. - Я сбиваюсь с мысли.
  Но Мастак и Мишель ещё держатся.
  За мой взгляд уцепились: - Мишель.
  Ты возвращаешься к заводским настройкам.
  К своим прежним.
  Мастак тебе ничего не говорил.
  И он не интересует тебя.
  Потому что не интересуется космодесантницами. - Я выдохнула. - Никакого раздвоения личности у тебя нет.
   - Йа.
  Я тоже хочу суп из крапивы. - Мишель быстро-быстро моргает.
   - Девушкам нельзя суп из крапивы, - я пробормотала. - Кожа девушки от крапивы зеленеет.
  Как у лягушки становится кожа... - Я расправляю плечи.
  "По-моему, я сделала ещё хуже, - я понимаю. - Вдруг, какая-нибудь космодесантница влюбится в Мастака?
  А он её не будет отвечать.
  Не ответит взаимностью.
  Потому что я так его загипнотизировала...
  Наколдовала так". - Я в растерянности.
  Но злость помогает мне.
  
  ЗЛОСТЬ РЕШАЕТ ВСЕ ПРОБЛЕМЫ.
  
   - Никто из космодесантниц в Мастака не влюбится, - я киваю "подопечным". - Всё.
  Возвращаемся к своим. - И выхожу из-за барака.
   - Мастак! - Кимра зовёт Мастака.
  Но смотрит на меня. - Зачем тебе крапива? - Кимра усмехается.
   - Алисиа научила! - Мастак показывает охапку крапивы.
  Когда только успел набрать?
  Космодесантник везде успевает... - Суп из крапивы!
  Приготовлю.
  Всех угощу!
   - Я - мимо!
  Я траву не ем, - космодесантник с золотыми волосами бросает окурок.
  Уходит.
  Быстро.
  Можно сказать - убегает.
  А ведь только что любезничал с Кимрой...
   - Алисиа!
  Пора на ужин! - Кимра берет меня под руку.
  Зовёт и космодесантницу. - Мишель!
  Ты с нами?
   - Да, подружки! - Мишель бросает взгляд на меня.
  И подстраивается к Кимре.
  Мы втроём направляемся к едальне.
  Кимра - посредине.
  Мы загораживаем всем дорогу.
  Танк не проскочит.
   - Мастак стал более уверенным в себе, - Кимра наклоняет головку.
   - Ну да, ну да, - я опускаю взгляд.
   - Алисиа!
  Будь осторожна.
  Со своими экспериментами.
  Ты понимаешь?
   - Да, Кимра.
  Я понимаю тебя!
   - Ты за бараком губы накачала? - Кимра веселится.
  Хорошо ей.
  С её губами.
   - Нечаянно крапиву пожевала.
   - Нечаянно?
  Алисиа!
  Как можно нечаянно что-то жевать?
   - Вот так, Кимра.
  Я думала, что жую соломинку.
  Соломинка оказалась стеблем крапивы.
   - А мне нравится! - Мишель поворачивает головку.
  Глядит на меня.
  С обожанием смотрит. - Губы у тебя стали, как у Гермионы.
  Она играет в сериале "Отчаянные вегетарианки".
   - Нам папа запрещал смотреть сериалы, - я фыркаю.
  Чувствую, что губы надулись до размеров батискафа.
  До космического батискафа.
  
  ГУБЫ МОГУТ РАЗДУВАТЬСЯ ДО ОБЛАКОВ.
  
  Ужин проходит под интересом.
  Интерес ко мне.
  Вернее - к моим губам.
   - Алисиа! - Кимра ловит момент.
  Шепчет мне. - А твоими способами?
  Ведьминскими...
  Разве, нельзя вернуть губы прежние?
   - Не нравятся? - я обижаюсь.
   - Нравятся.
  Но вопрос - понравятся ли они космосйям?
   - Причём здесь космосйси? - я впихиваю в себя салатик.
  Кимра сдерживает смех. - Я не в лесу.
  В лесу я бы нашла душнила-травку.
  Она бы мои губы сразу сдула.
  Но здесь только бетон.
  Бетон и пыль.
   - Может быть, холодное снимет отёк? - Кимра заботится обо мне.
  Вернее - о моих губах. - В кафе закажем лёд.
  И мороженое.
  Оно тоже - холодное.
   - Спасибо, Кимра, - я бросаю салатик.
  Сегодня я его не победю...
  Не побежду...
  Губы мешают.
  Выхожу из столовки голодная.
  Полуголодная.
  Мишель остаётся.
  Она болтает с космодесантницей Клавдией.
  Обе хохочут.
  
  СМЕЙСЯ СЕЙЧАС, ИНАЧЕ СМЕХ НАКОПИТСЯ И РАЗОРВЁТ.
  
   - Мы не предъявляем претензии друг к другу.
  Не лезем в чужие дела.
  Потому что можно поругаться...
  А потом...
  Потом не успеешь попросить прощения. - Кимра уже не улыбается.
   - Кимра.
  Ты на меня не сердишься?
  
   - СЕРДИТЬСЯ - БОЛЬШОЕ ИСКУССТВО.
  
   - Я хотела, как лучше, - я прикладываю ладонь к груди. - Я сделала Мастака самоуверенным.
  Внушила ему.
  Он поверил.
  Теперь же я загипнотизировала...
   - Алисиа!
  Говори - Наколдовала.
  Мне так больше нравится.
  Потому что "гипноз" - скучно.
  И непонятно, что за гипноз-тифоз.
  А колдовское девушкам по душе.
   - Йа...
  Наколдовала.
  А в крапиве расколдовала.
  Наполовину.
  Я сделала так, что Мастак не будет приставать к космодесантницам.
  Но за воротами нашего космогарнизона - он будет мачо.
   - Я думаю, что Мастак должен быть благодарен тебе.
   - Правда? - Я даже рот раскрыла. - Это - что?
  Похвала?
   - Алисиа!
  Мы встретились в кабинете капрала Жмых.
  Я была шокирована.
  Ты же голая сидела на его шее.
  На шее капрала...
  Мне не понравилась ситуация.
  Но потом...
  Моё мнение стало меняться.
  Ты - словно хрустальная.
  Я вижу тебя насквозь.
  И...
  Военная форма тебе к лицу.
  Ты сразу влилась в наш коллектив.
  Звучит - официально.
  Но и ручей журчит тоже официально. - Кимра либо путалась в словах, либо она - поэтичная натура. - Ты стояла с распущенными волосами.
  Спиной к свету стояла.
  Я разглядела тебя до капельки.
  До каждой царапины.
  И моя подозрительность исчезла.
  Ты можешь натворить бед.
  Но только из желания добра.
  
  НЕЛЬЗЯ ВИНИТЬ ТЕХ, КТО СТРЕМИТСЯ ОСЧАСТЛИВИТЬ ДРУГИХ.
  
  Ты же помогла Мастаку.
  Думала, что помогла.
  Хотя тебя никто не просил.
  Так трогательно...
  Ты летишь по жизни.
  Не идёшь, а - летишь.
  Я переворачивала свои мысли.
  Но не видела ни слова лжи.
  
  МОЖНО ОБМАНЫВАТЬ, НО НЕ У ВСЕХ ОБМАН - ОЗНАЧАЕТ - ЛОЖЬ.
  
   - Я бы никогда не догадалась, - я откликнулась.
  Тихо говорила. - Я думала, что ты прямая.
  Прямая и самоуверенная.
  Твои мысли...
  Твои чувства скрыты.
  Глубоко. - Я стиснула пальцы. - Не знаю, должна ли я это говорить.
  И хочешь ли ты слышать о себе.
  От меня слышать... - Я торопилась. - Но я должна была сказать.
  Чтобы не было между нами стены. - Я замолкаю.
  Чувствую, что Кимра напряглась.
  Даже дыхание затаила. - Кимра.
  Я хочу сказать...
  Иначе... - Я осеклась.
   - Если сказала - космотанк, то говори и о снарядах для него. - Кимру потянуло на иносказания.
  Загадками говорит.
   - Я доверяю тебе!
  Кимра! - Я вздохнула.
  Глубоко.
  Как после долгого погружения, вздохнула...
   - Алисиа!
  Я тоже тебе стала доверять.
  Через пять минут и тридцать одну секунду после нашей встречи.
   - Шутишь? - Я покачала головой.
  Кимра не ответила мне.
  Мы подошли к нашему уголку.
  Уголок в казарме.
  Кимра наклоняется.
  Из-под кровати достаёт ящик.
  Открывает.
   - Алисиа!
  Время увольнительной идёт.
  Оно - самое дорогое время.
  Выбирай себе одежду.
  Для выхода в город.
  Только не это, - Кимра хватает платьице.
  Белое платьице.
  На нём - синие цветочки. - Оно моё. - И добавляет к нему туфли.
  Красные туфли на высоченных каблуках.
  Каблуки-шпильки.
   - Разве на этом можно ходить? - Я тычу пальчиком.
  Показываю на тончайшие каблуки.
   - Я хожу на ногах, - Кимра сбрасывает с себя одежду.
  Не стыдится космодесантников.
  Но они на нас и не смотрят.
  Режутся в карты.
  У них тоже свободное время.
  И космодесантники глотают его.
  Жадно.
  Кимра быстро натягивает платье.
  И туфли... - Опппа! - Кимра разводит руками. - И никакого мошенничества.
  Алисиа!
  
  КОСМОДЕСАНТНИЦА ДОЛЖНА ВСЁ ДЕЛАТЬ БЫСТРО - ДАЖЕ ПЕРЕОДЕВАТЬСЯ.
  
   - Кимра!
  Я загляделась на тебя.
  Ты стала другая.
   - Лучше стала?
   - Лучше некуда...
  В смысле была - лучше некуда.
  И сейчас - лучше некуда.
  Тебе всё идёт: и космодесантная форма, и гражданское платье.
   - Алисиа!
  Чудесные у тебя губки.
  Поделишься? - Чубатый космодесантник поворачивает голову.
  Теперь нами заинтересовались.
  Кимра притягивает взгляды.
   - Тульчио! - Кимра отвечает за меня. - Сбегай за казарму.
  Пожуй крапиву.
  У тебя губы станут ещё чудеснее! - Кимра смеется.
  Все заржали.
  Я воспользовалась передышкой.
  "Какое?
  Какое же платье выбрать?
  Откуда у Кимры столько шикарнейших одёжек?
  И туфли.
  Туфли обалденные.
  Но я не умею ходить на каблуках.
  Ведьма, а не умеет.
  Что же мне надеть? - Я в недоумении.
  Но понимаю, что должна выбирать быстро.
  
  ДАЖЕ ТА, КТО ВСЮ ЖИЗНЬ ХОДИЛА В ДРАНОМ МЕШКЕ ВМЕСТО ПЛАТЬЯ, ИМЕЕТ ТОНКИЙ ВКУС.
  
  Я закрываю глаза.
  Начинаю щупать шмотки.
  Одни одёжки холодят ладонь. - Не для меня!" - Я понимаю.
  И...
  Горячо стало в ладошке.
  Я вытаскиваю платье из ящика.
  Но глаза не открываю.
  По тому же методу нахожу туфли.
  Туфли, которые сами в руку легли.
  От них исходит тепло.
  Я распахиваю глаза.
  Космодесантники пялятся на Кимру.
  Что мне и надо.
  Я захватываю добычу.
  Пролетаю в душевую.
  Там никого нет.
  Кто же станет мыться сразу после ужина?
  Я бросаю взгляд на туфли.
   - Обалдеть! - Меня бросает в жар. - Каблуки ещё выше, чем у туфелек Кимры.
  И тоньше. - Я в отчаянье.
  Но упрямость не позволяет вернуться.
  И найти другую обувку.
  Стремительно переодеваюсь в платье. - Ведьма я или не она. - Подхожу к зеркалу.
  На меня смотрит девушка.
  Девушка из другого мира.
  Сначала я не узнаЮ себя. - У меня появились другие черты.
  Мимолетное.
  Незаметное почти...
  Но...
  Разрез глаз немного напоминает - как у Ванды.
  Скулы обострились - как у Зои.
  Ушки розовеют - как у Клио.
  И...
  Волосы распущены - как у Вилеты.
  Только Вилета - брюнетка.
  Спасибо, ведьмочки! - Мне в глаза что-то попало.
  Что-то влажное.
  Я проморгалась. - Вы не оставляете меня.
  Нашли путь из...
  Из другого Мира.
  Ко мне прилетели.
  Мы вместе и навсегда! - Я опускаю взгляд ниже. - Белое платье.
  Маленькое.
  Белоснежное - под цвет моих волос.
  Никакого контраста.
  Но выгляжу - сногсшибательно. - Я присматриваюсь к туфлям.
  Но уже не боюсь их.
  Надеваю.
  На голую ногу. - Может быть, надо что-то подкладывать?
  Но у меня этого что-то нет. - Я не двигаюсь.
  Смотрю в зеркало. - Алисиа!
  Пора.
  Ты умеешь летать, - я сама с собой разговариваю.
  Вернее - веду беседу с той Алисией, которая в зазеркалье. - Представь, что ты родилась в этих туфлях.
  По лесу бегала в туфлях на высоченных тончайших каблучках.
  
  МАЛЬЧИКИ РОЖДАЮТСЯ В РУБАШКАХ, ДЕВОЧКИ - В ТУФЛЯХ.
  
  Я делаю шаг.
  Меня покачнуло.
  Не слабо шатает.
  Я хватаюсь за шланг.
   - Отставить! - Я кусаю губы. - Если кто-то ходит на высоких тонких каблуках, то и я смогу.
  Иначе я - ни ведьма, ни космодесантница. - Я подстегиваю себя.
  И снова пытаюсь.
  Уже не чувствую туфли.
  Но...
  Иду.
  Останавливаюсь.
  Подхватываю свою космодесантную форму.
  Она уже - моя!
  Как и я - её!
  Выхожу из душевой.
  Пытаюсь отвести от себя взгляды.
  Взгляды космодесантников.
  Но парней много.
  А моих глаз - пара.
   - Алисиа? - Тульчио присвистнул. - Ты ли это?
  Бутончик.
  Тебя подменили?
   - Ага! - Я складываю обмундирование на свою кровать.
  С мольбой смотрю на Кимру.
  Она кивает мне.
  Потому что понимает.
   - Пока, мальчики! - Кимра машет ручкой.
  В ответ мы получаем рёв.
  Рёв стада быков.
  Я и Кимра выбегаем из казармы. - Алисиа!
  Не сюда! - Кимра хватает меня за руку. - Мы пойдем другой дорогой.
  Не через главные ворота.
  Иначе нас заклюют.
  Не дадут уйти.
  Ты слишком уже...
   - Нет, Кимра.
  Это ты - слишком уже.
  Очень. - Я иду за своей командиркой. - Из суровой космодесантницы превратилась в девочку-недотрогу.
   - Я и - как космодесантница - недотрога.
   - Ой! - Я подхватываю игру. - В твоих глазках плавает наивность.
  Даже не глазки, а - глазища.
  Губки бантиком.
  Смотрите, женихи.
  Я только что сбежала из своего поместья.
  Папенька не углядел.
   - А ты, Алисиа, выглядишь прожженной!
  Губы - вызывающие.
  Как актерка из запрещенного галосериала.
   - Ты смотришь запрещенку?
  Где? - Я наливаюсь интересом. - Покажешь?
   - Алисиа!
  Ты же говорила, что тебе отец запрещал смотреть галосериалы.
  Поэтому - начинай с новостей.
  Когда устанешь, тогда и будешь любоваться запрещенкой.
  Если захочешь. - Кимра подводит меня к кустам.
  Разводит их руками.
  В кустах - проход.
  Ведет он к дыре в заборе.
  Мы перекидывается шуточками.
  Нам нравится перевоплощаться.
  Кимра - скромница.
  Я - развратница.
  По игре, конечно.
  
  ИГРА НИКОГДА НЕ СТАНЕТ РЕАЛЬНОСТЬЮ.
  
   - Зачем нужна сложнейшая система защиты, если её можно обойти через дыру в заборе? - Я наклоняюсь.
  Пролезаю в пролом.
   - Эта дыра в заборе защищена от посторонних сильнее, чем секретная Имперская лаборатория. - Кимра выпрямляется.
  Мы уже на другой стороне. - Но только наши командиры делают вид, что не знают о проходе для самоволки.
  Мы же притворяемся, что командирам о проходе не известно.
  Полное доверие.
  В космодесанте все друг о друге знают.
  Но...
  Если другие захотят в эту дыру...
  То их парализует...
   - Как ужасно!
  У меня мурашки по телу побежали! - Я оглядываюсь. - Где мы?
   - Мы - в дальнем уголке городского парка.
  Пройдем парк насквозь.
  Он - небольшой.
  Надеюсь, что нам не помешают.
  Посидим в кафешке.
  Как и задумали. - Кимра кусает губы. - Алисиа.
  Ты вольна делать, что хочешь.
  Но...
  Если я прикажу, то подчиняйся.
  Немедленно.
  Понятно, новобранка Алисиа?
   - Так точно!
  Я всё схватила на лету, госпожа космосержантка Кимра. - Я вытягиваюсь по стойке Смирнааа!
  Понимаю, что сейчас нельзя шутить.
   - Я тебе приказываю, новобранка Алисиа!
  Никаких стычек с гражданскими.
  Даже, если тебе кажется, что момент подходящий.
   - Так точно, мадемуазель сержантка Кимра.
  Разреши уточнить?
   - Уточни.
   - Если нам будут угрожать.
  Изнасиловать...
  Или убить...
   - Тогда мы убегаем.
   - Но, Кимра, - я забываю об официальности. - Почему?
   - Потому, Алисиа, что мы гуляем.
  А гражданские...
  Обычные девушки не заговаривают парням зубы во время прогулки.
  Не отводят им глаза.
  И не показывают своё превосходство в драке.
  А убегать, Алисиа, мы умеем.
  Без всякого колдовства убежим.
   - Так точно, госпожа сержантка Кимра, - я превращаюсь в палку.
   - Алисиа! - Кимра смеется!
  Смех её нарастает.
  Она наклоняется.
  Хлопает себя ладонями по коленям.
  Я жду.
  Я - само терпение.
  
  ОЖИДАНИЕ РОЖДАЕТ РАЗОЧАРОВАНИЕ.
  
   - Прости, Алисиа! - Кимра вытирает слёзы.
  Слёзы смеха. - Ты так смешно выглядишь!
  Платьице легкомысленное.
  Туфли на каблучищах.
  А отвечаешь по-военному.
  Несоответствие содержания и формы.
  А оно...
  Это несоответствие рождает смех.
   - Ты сама начала, - я надуваю губки.
  Ну да, ну да.
  Нууууу.
  Как надуваю.
  Они у меня и так надутые.
  Крапива своё дело знает.
  Мы выходим на дорожку.
  Народу прибавилось.
  На нас оглядываются.
  Взгляды приветливые.
  Но появляются и негативные.
   - Конрад, - возрастная женщина дергает своего мужчину за локоть. - Не пялься на них! - И когда мы поравнялись, шипит.
  Шипит так, чтобы я и Кимра услышали. - Шлюхи.
   - Высшая похвала! - Кимра показывает большой палец. - Звание шлюхи надо заслужить!
   - Безобразие! - женщина уводит своего мужчину.
  К его разочарованию тащит от нас.
   - Кимра!
  Ты так умно сказала! - Я наслаждаюсь.
  Я впервые одета прилично.
  За всю мою жизнь. - Что звание шлюх нужно заслужить.
  
  ВСЁ ДАЁТСЯ С ТРУДОМ, ДАЖЕ НЕПРИЛИЧНОЕ.
  
   - Алисиа!
  Как тебе на каблуках?
  Не падаешь?
   - Я их не чувствую.
  Словно босиком иду.
  Потому что я себя так убедила.
  Будто летаю.
  Или - наколдовала.
   - Полезное колдовство.
   - Я могла бы и губы убрать, - наклоняюсь.
  Срываю травинку. - Трава называется - Копыто осла.
  Конечно, оно не душнила-травка.
  Но отёки убирает. - Я отшвыриваю "Копыто осла". - Я подожду.
  Мне прикольно с большими губами.
  Я - действительно, как актёрка?
  Из запрещенного сериала?
   - Очень.
  Даже лучше, чем они! - Кимра кивает.
  И прислоняет губы к моему уху.
  Шепчет. - Алисиа.
  Ты...
  Того.
  Когда наклоняешься, то смотри по сторонам.
  Чтобы на тебя не глазели в это время.
  Потому что платьице коротенькое.
  Ты только что засветила свою попку.
  Слишком.
  Мы не в лесу.
  Поэтому к нам уже бегут.
  Женихи.
   - Женихи? - Я распахиваю глаза.
   - Они считают, что они - наши женихи.
  Но я так не считаю...
   - О!
  Какие козочки! - Парни уже около нас.
  Оба - красавцы.
  Красавцы по деревенским меркам.
  А, кроме деревенских, я парней не так много видела.
  "Один - золотоволосый.
  Золотые кудри.
  У Ванды тоже было золото волос". - Я улыбаюсь.
  Натянуто.
  Ведь я - как бы из сериала вышла.
  Из запрещенного.
  
  ЗАПРЕЩЕННОЕ - ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО И РАЗРЕШЕННОЕ, НО ТОЛЬКО ЗАПРЕЩЕННОЕ В ДЕСЯТЬ РАЗ ДОРОЖЕ.
  
   - Мадемуазель! - Золотоволосый обнимает Кимру.
  Словно они давно знакомы.
  С детского садика.
  Кимра выскальзывает из объятий.
  Но недовольство не выказывает. - Ты - недотрога! - Парень понимает правильно.
  Так Кимра и выглядит. - Я - Конрад.
   - А я - Венский!
  Я выбираю тебя!
  Губастенькая! - Друг рыжеволосого лизнул меня в щеку.
  Я не успеваю отреагировать.
  А должна была.
  Но потеряла бдительность.
  А, вдруг, он бы в меня воткнул?
  Нож или штык воткнул бы. - Ты - моя!
   - Йа?
  Я...
  Алисиа я. - Я блею.
  Но должна быть резкая.
  Как актёрка.
  Из тех самых галосериалов.
  Из сериалов, которые я не видела.
  Никогда.
  "Не нравится мне игра, - я бы отвела глаза.
  И от меня парень отстал бы.
  Но самой становится интересно.
  Как ведут себя на свидании.
  Парни и девушки. - А Кимра развлекается.
  На скамейку они присели.
  Болтают.
  Кимра даже позволяет ему лапать её.
  За коленку трогать".
   - А, ты - красивый! - максимум, что я выдаю.
  Парень, действительно, красавец.
  В классическом стиле красавец.
  Глаза - бараньи.
  Черные глаза.
  Навыкате они.
  Лицо удлиненное.
  Кожа чистая.
   - А то! - Он привык к лести.
  Прижимает меня к березе.
  Я спиной чувствую прохладу леса.
  Лес вливается в меня.
  Он признаёт меня своей.
  Узнал.
  Понял, кто здесь ведьма.
  Я подпитываюсь.
  "Не хватало только, чтобы ко мне звери пришли.
  Зайцы.
  Волки.
  Медведи.
  Лисы..." - я усмехаюсь.
  Венский принимает мою усмешку на свой счет.
  
  ЧЕМ БОЛЬШЕ В СЕБЕ УВЕРЕННОСТИ, ТЕМ БОЛЬШЕ ПОДОЗРИТЕЛЬНОСТИ НАСЧЁТ ДРУГИХ.
  
   - Что смеешься?
  Не нравится что-то во мне?
   - Всё нравится, - я лгу.
  "Он думает, что зажал меня.
  Прижал к дереву.
  Поэтому я не сбегу.
  Но из этого положения - лучше всего убегать. - Я попутно тренируюсь.
  Мысленно. - Сползаю по березе.
  Ухожу влево.
  Поднимаюсь за спиной ухажера.
  Проще простого..."
  Но я никуда не ухожу.
  Приказ Кимры - веселиться!
   - Полетим ко мне, - Венский не теряет время.
   - А моя подружка? - Я лепечу.
   - Конрад с ней разберется.
  "Ну да, ну да.
  Не нашелся ещё воин, который разберется с Кимрой", - я, молча сарказмирую.
   - Какой ты быстрый!
  Парниша! - Я прислоняю палец к его губам.
  Теперь я - актёрка.
   - Ты хочешь меня! - Венский пытается наложить свои губы на мои.
  Но я увёртываюсь.
  Он целуется с березой.
  Выплевывает шелушинки коры. - Увидишь мою Усадьбу.
  Потом можешь лететь.
  На все четыре стороны.
   - Я так и думаю.
  Но захочешь ли ты, чтобы я улетела?
  Если бы был, хотя шанс.
  У меня.
  Что ты влюбился.
  Тогда бы и я полюбила тебя.
  О!
  Венский!
  Я чувствую себя ненужной!
  А ты - глубоко...
  Глубоко красивый!
  И умный!
  Очень!
  Ты со мной играешь.
  У тебя всё не серьезно!
   - Меня никогда ни к кому не влекло.
  По-настоящему.
  Но ты, киска, зацепила меня.
  
   - У КИСКИ ОСТРЫЕ КОГОТКИ ЦАРАПКИ-ЗАЦЕПЛЯЛКИ!
  
   - Правда? - Глаза парня плывут.
  Смотрят в разные стороны.
  "Я его заколдовала?
  Случайно?
  Или он поплыл от моей красоты.
  И колдовство здесь ни при чем?"
  Я проверяю.
  Царапаю его щеку.
  Остаются три яркие полосы.
  Венский мычит.
  От счастья мычит.
   - Алисиа!
  Тебе весело? - Кимра машет мне рукой.
   - Очень! - Я ускользаю от Венского.
  Он спешит за мной.
  Я подхожу к Кимре.
  К Кимре и её Конраду.
  Я же почувствовала, что пора уходить. - Кимра?
  Припудрим носики!
   - Золотая!
  Твой носик в припудривании не нуждается. - Мой ухажёр захохотал.
   - Серебряный!
  Зато, твой нос нуждается в ремонте! - Я щелкаю по носу Венского.
  Парни размышляют - оскорбила ли я, или флиртую.
  Кимра берет меня за ручку.
  И...
  Мы скрывается в припудривальнице.
  Попросту - туалет.
  Туалет в парке.
   - Даже в окно не придется вылезть, - Кимра пожимает плечами.
  Мы выходим через заднюю дверь.
  Бежим по тропинке.
   - Кимра!
  Я с утра не верила, что могу ходить в туфлях.
  Вечером не верила, что буду стоять на туфлях на высоченных тонких каблучках.
  А сейчас - не чувствую туфли.
  Колдовство.
   - Всё кругом колдовство, - щечки Кимры горят. - Алисиа?
  Тебе понравилось?
   - Что понравилось?
  Как меня Венский прижал к березе.
  И тестировал на мне своё дыхание.
  Кстати, не очень свежее дыхание. - Я засмеялась.
   - Но ведь прекрасно почувствовать гражданскую жизнь! - Кимра закатывает глаза.
  
  НАСТРОЕНИЕ - КАК ГРАВИБИЛЬ НА ВЗЛЕТЕ.
  
   - Моё любимое кафе-мороженое! - Кимра приводит меня в павильончик.
  Небольшое кафе.
  Но оно мне кажется дворцом.
  Потому что я раньше никогда в кафе не бывала.
  Как покупательница не бывала.
  Только допивала за посетителями остатки кофе из бумажных стаканчиков...
   - Огаой! - Кимра подзывает официанта. - Мне и моей подруге что посоветуешь?
  Сегодня.
   - Мадемуазель Кимра, - Андроид высвечивает голограмму. - Фисташковое с клубникой!
  Вкус сезона.
   - Сейчас сезон фисташек?
  Или клубники? - У меня вырывается нечаянно.
  Но Андроид мне не отвечает.
  Он - старая модель.
  Насвистывает "Когда мы были тугодумы..."
   - Алисиа?
  Ты хочешь фисташковое с клубникой? - Кимра растерялась.
  Немного.
  "У Кимры не хватит на две порции, - я понимаю. - Фисташковое с клубникой дорогое.
  По нашим деньгам дорогое.
  Если я закажу хит сезона, то Кимра скажет, что ей перехотелось мороженого".
   - Ненавижу фисташки!
  И клубнику не люблю! - Я задираю подбородочек.
  Выбираю самое дешевое из меню. - Зато сливочное мороженое в вафельном рожке - моя тема! - Я киваю важно.
  Если честно, то - сливочное мороженое в вафельном рожке - я даже не представляю, что это.
   - Два сливочных в вафельных рожках! - Кимра расслабляется.
  Посылает мне благодарный взгляд.
  
  НЕЛЬЗЯ НАЖИВАТЬСЯ НА ДОБРОТЕ ПОДРУГИ.
  
  Андроид Огаой приносит два рожка.
  С мороженым.
  Мы начинаем пировать.
  Весело болтаем.
  Обо всём говорим, кроме войны.
   - Алисиа!
  У тигрят пятна с возрастом меняют цвет.
   - Да ты что! - Я округляю глаза. - Не может быть.
   - А местные ёжики на зиму сбрасывают иголки.
  И катаются лысенькие.
  Как мячики.
   - Вот это да! - Я даже забываю о мороженом.
   - Ты ешь!
  Лижи! - Кимра подбадривает меня. - Ещё пару закажем.
  У меня денег хватит.
   - Кимра!
  Я не...
   - Алисиа!
  Ты хочешь меня обидеть?
   - Самое последнее, что я бы хотела сейчас - тебя обидеть! - Мы снова смеёмся.
  Вдруг...
  Кимра поднимает глаза.
  Смотрит мне за спину.
  - Конрад и Венский.
  Они нашли нас.
  Всё торжество испортят. - Кимра комкает салфетку.
  Бросает её на стол.
   - Кимра!
  Алисия!
  Дайте полизать! - Венский присаживается рядом со мной.
  Тянет руку к мороженому.
   - У меня был парень, - я начинаю мягко. - Он отнял у меня хлеб.
  Ты тоже хочешь меня обделить? - Я свожу губки в кружочек. - Мальчики должны угощать девушек.
  А не наоборот.
   - Мы - мужчины!
  Мы устанавливаем свои правила! - Конрад умудряется лизнуть у Кимры.
  Лизнул мороженое.
  Зрачки Кимры расплываются.
  Становятся Черными Дырами.
  У меня тоже поднимается волна.
  Хотя я - спокойная по жизни.
  Но...
   - Конрад!
  Судьба родила тебя мальчиком.
  Мальчики по природе крупнее, чем девочки.
  Мужчины пользуются своим превосходством.
  Не даёте нам возможности сравняться с вами.
  Вам нравиться нависать.
   - Алисиа!
  Ты какая-то нудная! - Венский поднимается.
  Опускает руку на моё плечо.
  На левое. - Придётся с вами по-другому.
   - Поднимайтесь! - Конраду тоже надоели игры. - Летим на фазенду.
  В Усадьбу Венского летим.
  Возражения не принимаются. - Он запускает пятерню в волосы Кимры.
  Намекает, что потащит Кимру за волосы.
  Если она начнет сопротивляться.
  Я ловлю взгляд Кимры.
  Получаю добро.
  
  ТЕЛЕПАТИЯ НЕ НУЖНА, ЕСЛИ МОЖНО РАЗГОВАРИВАТЬ ВЗГЛЯДАМИ.
  
   - Венский!
  Конрад! - Я отпускаю свои волосы в полёт.
  Вокруг меня поднимается метель. - Вы не так нас поняли. - Я превращаюсь в облако.
  В обаятельное облако.
  Отвожу глаза парням.
   - Но вы же от нас убежали.
  Мы должны вас наказать! - Конрад убирает пальцы из волос Кимры.
   - Если бы вы любили нас, то не позволили бы убежать, - я заявляю.
   - Если бы вы заикнулись, что хотели бы убежать, то мы бы с вами сыграли на раздевание! - Венский гонит пургу.
  Пурга моих волос.
   - Конрад!
  Венский! - Я хлопнула в ладоши.
  Сигнал к атаке.
  Дальше пошла тяжелая артиллерия.
  Колдовство.
  Или гипноз. - Мы не хотели вам мешать.
   - Нам?
  Мешать?
   - Вы же увлечены друг другом, - я встаю на тропинку.
  Скользкая тропинка.
  Потому что грязная. - Вам интереснее друг с другом, чем с нами.
   - Вообще-то - да! - Венский тянет.
  Даже не подозревает, что мысль не его.
  Но он с ней соглашается. - Конрад.
  Ты сделал мне больно.
  Потому что ушел от меня.
   - Я рядом был! - В глазах Конрада скачет боль.
   - Ты ушёл от меня к Кимре, - Венский напирает.
   - Тогда ты, Венский, променял меня на бабу!
   - Я не баба! - Я пропищала.
   - Конрад!
  Я не мог понять, что тебе нужно.
   - Я и сам не могу понять себя, - Конрад признается. - Когда мы ловили карпов, то я понимал.
  Но потом...
   - Я очень виноват.
  Я стал требовательный.
  Чересчур.
  Я прибегал к юмору.
  Думал, что юмор спасёт меня.
  Но мне было не до смеха.
   - Венский!
  А я уже решил, что ты останешься пнём.
   - Что-то в виде пня! - Венский улыбается. - Так было до поездки к актёркам.
  Они снимались в откровенном.
  После купания я понял...
  В гравибиле уже понял, как хочу отдохнуть.
  Хочу на рыбалку с тобой.
  Конрад.
  При всём моем опыте катания с ледяных гор я никогда не испытывал желания ловить карпов.
   - Венский!
  Не бросай ради меня свои интересы!
  Дело не в карпах.
  Дело в желании.
  Для того чтобы выбрать, нужна тишина.
   - Конрад!
  Я тоже не спрашиваю.
  Йа...
  Я должен сказать...
  Уже не жду, что всё само собой разрулится.
  Только потому, что карпы не клевали.
  И...
  Да перестань облизывать губы! - Венский закричал. - Не делай овальные глаза.
  Не притворяйся, будто не понимаешь, о чём я...
  Ты изучил меня до самой маленькой родинки.
  До пятнышек.
  Поэтому знаешь, что я имею в виду.
  Я скажу тебе обо всём.
  Честно.
   - Я в ответ тоже буду честен.
  И благороден!
  
  БЛАГОРОДСТВО - ФЛАГ ДЖЕНТЛЬМЕНОВ.
  
   - Алисиа? - Кимра поднимается.
  Хрустит вафельным стаканчиком.
   - Ты права, Кимра.
  Я хотела бы позаниматься.
  Перед сном.
  А меня может сейчас вырвать! - Я киваю в сторону Конрада и Венского.
  Кимра склоняет головку.
  Мы выходим из кафе.
   - Мне кажется, что женихи даже не поняли, что мы ушли.
   - Алисиа!
  Ты будешь их обратно...
  Разгипнотизируешь?
   - Ты этого хочешь?
  Кимра?
   - Неа!
  Тогда они будут приставать к девушкам.
  Как к нам приставали.
   - Может быть, девушкам это и надо.
   - Алисиа?
  Мы - тоже девушки.
   - Ага!
  Но мне не надо всяких Венских и Конрадов.
  Оставим их?
  Они с нами были несчастливы.
  И разозлились.
  Мы нарушили их целостность.
   - Алисиа!
  Парни - не космосйский космокрейсер.
  Целостность парней не нарушить!
   - Мы уже ушли далеко.
  От Венского и Конрада удалились.
  Не возвращаться же к ним.
   - Зато они начали говорить.
  Красиво говорили.
  Как в галосериале! - Кимра приложила ладошку к губам.
  Захихикала. - Алисиа!
  Представь, что я и ты так бы общались.
  Например, - О!
  Алисиа!
  Я не прошу, если ты не готова.
  Не требую, если не знаю. - Голосок Кимры истончился.
  Она подражала Конраду.
  Идеально получалось.
   - Кимра!
  Для разговора с тобой нужна смелость.
  Или глупость! - Я превращаюсь в Венского.
  На время.
  Время игры. - Большая глупость - потакать тебе.
   - Алисиа!
  Ты - как сыворотка.
  Ты - благодатная сыворотка для странностей.
   - О!
  Кимра!
  Ты причиняешь мне боль.
  В моих глазах затаилась обида.
  А, если я не могу тебе дать то, что ты хочешь?
  Тогда - я - ведьма?
   - Не знаю! - Кимра отвечает глухо.
  Она уже соскочила.
  Вышла из образа Конрада.
  Мы молчим.
  Дошли до казарм.
   - Кимра?
   - Да, Алисиа.
   - Спасибо за вечер!
  Мы неплохо развлеклись.
  Никогда мне не было так весело!
  
  ВЕСЕЛЬЕ ВИТАЕТ В ВОЗДУХЕ.
  
   - Я тоже рада! - Кимра избегает моего взгляда. - Чем займешься?
  До отбоя?
   - Просмотрю голограммы.
  Мастер Яшинур дал мне запись.
  Я должна повалить Андроида Алегрова.
  Не век же он меня будет колотить.
   - Уважаю! - Кимра отвечает коротко.
   - Кимра?
  Ты чем-то озабочена?
   - Уже - да.
  Что-то спокойно слишком.
  Космосйи что-то затевают.
  Не люблю, когда...
  Неопределенность не люблю.
  
   - НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ ДАЖЕ КАРПЫ НЕ ЛЮБЯТ!
  
   - Карпы умные.
  Как и ты, Алисиа.
   - Спасибо!
  За сравнение с карпом - спасибо!
  Мы расходимся.
  У каждой свой азимут.
  
  Вскоре я забываю о прогулке.
  Изучаю методы боя Андроида Алегрова.
  "Оказывается, что искать изъяны в тактике противника - так интересно!
  И захватывающе! - Я делаю открытие.
  Открытие для себя. - Я не могу заставить Андроида поддаваться.
  Не изменю его.
  Но могу измениться сама.
  У Андроида нет чувств.
  А, если бы Андроид знал о моих чувствах... - Я прижимаюсь лбом к кристаллу.
  Тяжело вздыхаю.
  Смотрю на своё отражение. - Глаза у меня уже в разные стороны.
  Я и не заметила, как утро подкатило". - Я закрываю голограммы.
  Пытаюсь догнать хотя бы один часик.
  Часик сна.
  Но сон не летит ко мне.
  
  СОН ЛЮБИТ СПОКОЙНЫХ, А НЕ БУЙНЫХ.
  
   - В лесу я всегда спала отлично! - Я зеваю.
  Космодесантники поднимаются.
  Кимра встаёт с песней.
  Настроение у неё весеннее!
  Она подкрадывается к космодесантнику.
  Он увлечен.
  Увлеченно рассматривает муху.
   - Шницель! - Кимра орёт ему в ухо. - Подъем!
   - Ах! - Космодесантник Шницель подпрыгивает.
  Лицо - очумелое.
  Все ржут.
  Я замечаю, что я тоже...
  Смеюсь.
  Хохочу с элементами ржачки.
  Больше всех доволен сам Шницель!
  "Тонкий юмор у космодесантников не приветствуется, - я понимаю. - Да и кому нужны замысловатые шутки?
  
  ТОНКОЕ - ДЛЯ ЭСТЕТОВ".
  
   - Шницель!
  Перестань дрожать! - Кимра похлопывает космодесантника по спине. - От дрожи кошки родятся! - Снова смех.
  Завтрак проходит в том же духе.
   - Алисиа! - Кимра наставляет меня. - У тебя всё идёт по плану.
  Тренировки у мастера Яшинур.
  Стрельбище.
  Как твои успехи?
   - Кимра!
  Ты же всё знаешь.
  О моих успехах осведомлены все.
  Даже Андроиды уборщики.
   - Я имею в виду - считаешь ли ты твои достижения - успехами?
   - Ни в коем случае!
  Я - максималистка.
  Я должна быть лучше всех! - Я проваливаюсь в яму.
  Но тут же выпрыгиваю. - Понарыли здесь.
  Я прохожу дубовую рощу.
  Подзываю бронекатер.
  Мой бронекатер...
  "Любопытно!
  Чем Кимра занимается?
  Когда я тренируюсь?" - Загадка подтачивает меня.
  Не даёт покоя.
  Но я убираю мысли.
  На дальнюю полку забрасываю.
  Как только оказалась в тренировочном зале.
  Мастер Яшинур посмотрел на меня.
  Хмыкнул.
  И...
  Ничего не сказал.
  "Неужели, он настолько мастер?
  Настолько, что понимает, что я настроена решительно?
  И ночь не спала, чтобы выучить ходы Андроида Алегрова.
  И хоть как-то противостоять ему.
  Достойно..."
  
  ДОСТОЙНО ВСТРЕТИТЬ, НЕДОСТОЙНО ПРОВОДИТЬ.
  
  Андроид начал с обычной серии.
  Я её изучила.
  Ночью проштудировала.
  Поэтому ухожу от его ударов.
  Легко.
  И касаюсь его.
  Бью по точкам.
  Точки - смертельные для человека.
  Но не для андроида.
  Андроид Алегров почувствовал перемену.
  Стал менять тактику.
  Он же - ИИ.
  У него сиксилиарды разных вариантов.
  Но...
  Не на все движения Андроид рассчитан.
  Я не даю себя повалить.
  Потому что сама падала.
  Нарочно.
  Падения и уходы у меня отточены.
  До идеала.
  Мы крутимся, как мыши.
  Никогда не видела, как мышки крутятся.
  Но...
  Наверно, так, как мы.
  Или мы - как они...
  
  УЧИСЬ У ЗВЕРЕЙ УЧИТЬСЯ.
  
  В конце мы сталкиваемся по-настоящему.
  Стоим друг против друга.
  И молотим.
  Никто не уступает.
   - Ничья! - Мастер Яшинур останавливает бой. - Алисиа!
  Сегодня тебе не нужно доводить себя до медробота.
  Полагаю, что тёмное намечается.
  А по поводу твоей тренировки...
  Не хочу хвалить тебя...
   - Не хочешь, мастер Яшинур, но придется.
   - Да.
  Ты превзошла все мои ожидания.
  Я много боёв повидал.
  Но подобного - никогда не видел.
  У тебя особый стиль.
  Сама придумала?
   - Сама!
  Иначе Андроида не победить.
  Ведь у него классика записана на чипах.
   - Высокий стиль достоин, чтобы ему дали имя.
  Например - коготь тигра?
  Как тебе?
  Алисиа?
   - Я не хочу быть когтем.
  И ногтем не буду.
  Какой же из меня тигр?
  Может быть, назовём стиль - Белая Лисица?
   - Белая Лисица? - Мастер Яшинур склоняет голову.
  В уголках его глаз сверкают алмазы.
  
  БЕЛЫЕ ЛИСИЦЫ - КРАСИВОЕ!
  
   - Алисиа! - В ангар вбегает Кимра. - Срочно.
  Вылетаем.
  Боевое патрулирование.
  В Скоплении галактик Среднего сектора обнаружены космосйси.
  Легкие бронекатеры вражеские.
  Возможно - разведчики.
  "Кимра в полном боевом снаряжении, - я поняла. - Потому что на ней навешано всё, что придумала военная промышленность.
  Или хотя бы часть лучшего из лучших".
   - Йа...
  Я... - В голову ударило.
  Давление ударило. - Я никогда не была в бою.
  В смысле - я готова.
  Но...
  Так неожиданно. - Я выбегаю.
  Следом - а Кимрой несусь.
   - На этот раз ты рулишь бронекатером? - Я сажусь рядом.
  Кимра рывком поднимает космолёт.
   - Не беспокойся, Алисиа.
  В самый разгар боя я передам управление тебе.
  Навоюешься ещё.
   - Кимра?
  Ты - серьезно?
   - А ты?
  Алисиа?
  
   - КАК Я МОГУ БЫТЬ СЕРЬЕЗНОЙ, ЕСЛИ НА МНЕ НЕТ СТОЛЬКО БРОНИ И ОРУЖИЯ, КАК НА ТЕБЕ?
  
   - Зато ты - ведьма!
   - Кимра!
  Ты тоже...
  Она...
  Очень похожа на ведьму.
  Скрываешь от меня?
  Ведьма под прикрытием?
  Тайная ведьма? - Я опускаю ладонь на бластер.
  Так мне спокойнее.
  Мы перебрасывается шуточками.
  Снимаем волнение.
   - Прибыли! - Кимра сообщает.
  После прыжка отстегивает ремень. - Никакой вражеской активности.
  Либо спрятались.
  Либо улетели.
  Алисиа?
   - Да, Кимра.
   - Твоё чутьё не подсказывает?
  Может быть, ты без приборов найдешь космосйев?
   - Неа.
  Моё чутье ведьмы молчит. - Я прислушиваюсь к себе. - В лесу я чувствовала.
  Зверей находила.
  Да они и сами ко мне шли.
  Здесь - нет.
   - Может быть, у космосйев есть свои ведьмы?
  И колдуны?
   - Почему бы им не быть? - Я пожимаю плечами.
  
   - ЕСЛИ НЕТ ЧУТЬЯ, ТО БУДЕМ ДЕЙСТВОВАТЬ ПО НАУКЕ.
  
  Кимра отключает навигатор.
  Выключает автопилот.
  И...
  Бросает бронекатер в пояс астероидов.
   - Кимра? - Я спрашиваю осторожно. - Здесь не опасно?
   - Алисиа?
  Если бы ты хотела спрятаться в космосе?
  То, где бы замаскировала свой космолёт?
   - В пещере на астероиде.
  Или...
  Ты права.
  Среди летящих камней бы спряталась.
   - Думай, как они, и станешь, как они, - Кимра пролетела мимо скалы.
  Огромная скала.
  Затем бронекатер втискивается между двух астероидов.
   - Кимра!
  Мне показалось, что застрянем, - я выдыхаю. - Ты чуть бортами не чиркнула по камням.
   - Там было много места.
  Целых сорок три дюйма до астероида, - Кимра отвечает невозмутимо.
   - Я тоже так хочу!
  Научусь летать без автопилота!
   - Алисиа!
  У тебя получится.
  Ты же на метле уже летала?
   - Неа! - Я смеюсь. - На метле не пробовала.
  Нужно лететь голой. - Мы снова болтаем.
  
  ОБЩАТЬСЯ НУЖНО, КАК НА ДРУЖЕСКОЙ ВЕЧЕРИНКЕ, А НЕ НА ВОЙНЕ.
  
   - Вот он! - Кимра восклицает. - Засветился, дружок!
   - Где?
  Я не вижу! - Я вглядываюсь в карту.
   - Ионный след.
  Еле видно, - Кимра показывает на голограмму.
   - Это?
  Похоже просто на след от магнитной бури.
   - От магнитной бури - фиолетовое.
  А от движка космофрегата - тоже фиолетовое...
   - Объяснила! - Я потираю ладошки.
  Они вспотели.
   - Алисиа!
  Ты будешь за бортовым бластером.
  Он на автомате.
  Но, если почувствуешь что-то, то переходи на ручное.
  Бей по движку.
  Не дай им улететь.
   - А, если не по движку стрелять?
   - Постарайся по движку.
  Не сжигай врага полностью.
   - Почему?
   - Потому что - приказ, космодесантница Алисиа.
   - Так точно, госпожа сержантка Кимра, - я опускаю ладони на голограммы.
  Голограммы управления бортовым бластером.
  "Кимра хочет взять космосйся живьем?
  Но она так не сказала.
  Что за тайны?" - Я вглядываюсь в космос.
   - Держись, - Кимра бросает бронекатер влево.
  Я ударяюсь лбом о перегородку.
  Перед нами астероид.
  Кимра за ним останавливает бронекатер.
  И...
  Астероид разлетается в клочья.
   - Торпедами бьет! - Кимра цедит сквозь зубки. - Не жалеет денег.
   - Кимра! - Я кричу. - Куда стрелять?
   - Зайдём сзади.
  К нему.
  Тогда и бей! - Кимра ускоряет бронекатер.
  Чудовищная перегрузка вжимает меня в кресло.
  На губах я чувствую вкус крови.
  "Вот он какой!
  Космобой".
   - Внимание!
  Торпеда. - Кимра летит на неё.
  И в последний момент уворачивается.
  Сигарообразный снаряд не успевает отреагировать.
  Взрывается в камнях. - Поберегли бы торпеды.
  Они денег стоят. - Кимра недовольна.
   Мы облетаем малую планету.
  
  КРАСОТА КОСМОСА ЗАВОРАЖИВАЕТ.
  
   - Вижу цель! - Кровь бросилась в голову. - Кимра! - Я активирую бластер.
  Мощное пламя вырывается на свободу.
  Бортовой бластер.
  И...
  Пламя летит мимо космосйского космофрегата. - Уходит! - Я снова стреляю.
  И...
  Опять промах.
   - Алисиа!
  Ты - умничка! - Кимра кладет ладонь на мою ладонь. - Нужно бить на упреждение.
  Представь, где сейчас окажется космофрегат.
  Он не полетит на открытое пространство.
  Там он будет, как на ладони.
  Но и среди камней не станет прятаться.
  Там - опасно.
  Он войдёт в тень.
  Тень планеты его скроет.
  Но не от нас! - Кимра чуть сдвигает мою ладонь.
  Бластер излучает.
  "Кимра выстрелила в пустоту, - я кусаю губы. - Но как раз в том месте оказывается космофрегат.
  Кимра предугадала, куда он прыгнет".
   - Готовенький! - Кимра несется на подбитый космолет. - Надо брать - пока тепленький.
  Алисиа!
  Ты попала!
  Поздравляю!
  Первый твой вражеский космофрегат.
   - Кимра.
  Ты его подбила.
  Твоя же ладонь лежала на моей.
  Ты корректировала.
   - Но твоя рука...
  Алисиа...
  Я старшая по званию.
  Не спорь с командиркой! - Кимра мне подмигивает.
  
  В КОСМОСЕ ТАК МНОГО ТОГО, ЧЕГО МАЛО.
  
  И...
  Кимра прилепляет наш бронекатер к космофрегату.
  Бластером вырезает дверь.
  Бросает в проём гранату.
  Выпрыгивает из бронекатера.
  Влетает в космофрегат.
   - Кимра!
  Подожди!
  Я сейчас! - Я пытаюсь избавиться от ремня.
  Ремень, который меня держит. - ИИ!
  Отстегни ремень! - Я барахтаюсь.
  Словно муха в паутине.
   - В доступе отказано, - ИИ отвечает.
   - Я!
  Я тобой командую!
   - В доступе отказано.
   - Кимра! - Я кричу. - Ты заблокировала бронекатер!
  Чтобы я не полетела за тобой?
   - Алисиа!
  Ты на боевом посту! - Доносится из голографа. - Следи за космосом!
   - Не доверяешь! - Я пробурчала. - Ну да, ну да.
  Я же стажерка.
  А не прожжённая космодесантница. - Я пытаюсь обидеться.
  Но не нахожу причину.
  Кимра оставила меня на бронекатере.
  Всё по Уставу.
  Наверно...
  Через бездну времени Кимра возвращается.
  Но в действительности пролетели две минуты.
   - Кимра!
  На тебе кровь!
   - Не моя! - Кимра включает дезинфектор.
  Очищает руки. - Пришлось кинжалом действовать.
  Бластер испортил бы обивку.
   - Зачем тебе обивка вражеского космолёта? - Я недоумеваю.
  Но ещё больше удивляюсь, когда вижу, как Кимра стирает в голографе.
  Информация о полёте исчезает.
   - Кимра?
  Ты - космосйская шпионка? - Первое, что приходит мне в голову.
   - Нет, - Кимра отвечает коротко.
   - Но ты удаляешь запись.
  Запись из бортового журнала.
   - Уже удалила, - Кимра склоняется над голограммами.
  Затем мы стартуем.
  Вражеский космолёт у нас на прицепе.
  
  ТАЩИ ВСЁ, ЧТО ТАЩИТСЯ.
  
   - Кимра!
  Объясни мне. - Моя рука дрожит.
  Дрожит на рукояти бластера.
  Кимра скосила глаза.
  Усмехнулась.
   - Алисиа!
  Просто смотри.
  То, что кажется чудовищным сейчас, будет обыденным потом.
   - Мы...
  Мы летим в Приграничные Серые Материи?
   - Да.
   - Как ты подробно всё объясняешь, - сарказм срывается с моего языка. - В Приграничных Серых Материях - опасно.
   - У нас бронекатер! - Кимра насвистывает.
   - Приграничные...
   - Алисиа!
  Убери ладонь с бластера.
  Иначе можешь прострелить себе коленку.
   - Да, Кимра! - Я надуваю губки.
  Кимра опускает бронекатер на планету.
  Планета без атмосферы.
  Зато есть ангары.
  В один из ангаров Кимра загоняет наш бронекатер.
  И космосйский космофрегат с ним.
   - Космодесантница Алисиа!
  За мной! - Кимра выходит в ангар.
  Я бреду за ней.
   - Кимра! - К нам спешит бородач.
  "Плечи - шириной с Галактику.
  Мощный дяденька, - я осматриваю незнакомца. - Человек - гора".
  На голове бородача красная косынка.
   - Привет, Джордан! - Кимра обнимает бородача.
   - Напарница? - Он кивает на меня. - Новая...
   - Её имя Алисиа, - на лицо Кимры налетает тучка.
  "Ну, почему?
  Почему я раньше не догадалась! - Меня, словно взрывает. - У Кимры же была напарница.
  Но теперь её нет.
  Я вместо неё.
  Кимра грустит.
  Вот отчего она иногда задумывается.
  И отвечает невпопад.
  А сколько всего их было?
  До меня?" - Между лопаток течет ледяная река.
  
  ДОГАДКИ ЛОМАЮТ.
  
   - Ты - красавица! - Бородач похлопал меня по попке.
  Рука у него - как лопата.
   - Красавица!
  Но не обязательно меня лапать! - Я прищурилась. - Кимра - тоже красавица!
  Но ты же её не трогаешь... - Я задираю подбородок.
  Бородач и Кимра смеются.
   - Джордан! - Кимра становится деловая. - У нас мало времени.
   - А у кого времени много? - Бородач заходит в космофрегат.
  Кимра с ним.
  Я помедлила.
  "Кимра мне сказала, чтобы я шла за ней", - я себя подбадриваю.
  И уже я в космосйском космофрегате.
   - Накосячила! - Бородач кивает головой.
  Я обхожу его.
  И понимаю, что значит - накосячила.
  На полу - два трупа.
  Два врага.
  Вокруг них - море крови.
   - Всё равно в переплавку пойдёт, - Кимра начинает нервничать.
  Посматривает на время.
   - Но ковёр можно было взять.
  Теперь он весь в крови!
   - Джордан! - Кимра погрозила ему пальцем.
   - С натяжкой дам.
  Один космодоллар.
  Только тебе.
   - Джордан!
  Мне нравится, что у тебя лучшие цены.
   - А мне нравится, что ты никогда не торгуешься.
  Кимра. - Джордан запускает руку в карман.
  Передает Кимре космодоллар.
  Кимра прячет его в карман:
   - До встречи, Джордан.
   - Прилетай, Кимра.
  Только старайся аккуратнее.
  Ковры мне нужны.
   - Как получится! - Кимра выходит из космофрегата.
  До меня доходит правда.
  Правда жизни.
   - Джордан?
  Ты - космопират? - Я спрашиваю.
  Гляжу ему в глаза.
   - Ещё какой космопират!
  В десятом поколении! - Джордан звенит гордостью. - Но не женат.
  Если тебе интересно.
  Я уже на склоне лет.
  Пора бы задуматься о жене.
  Ты станешь моей женой?
   - Космопират?
  Ты бредишь? - Я негодую. - Я - честная космодесантница.
  Никогда не стану женой космопирата.
   - Почему, Алисиа?
   - Потому...
  Потому что все космопираты - преступники.
  
   - ПРЕСТУПНИКОВ НЕ СУЩЕСТВУЕТ.
  
   - Ты только что купил космосйский космофрегат.
  Настоящее преступление.
   - Ты мне его продала.
   - Не я.
  А - Кимра.
   - Ты и Кимра - не одно целое?
   - Мы...
  Мы - команда, - я понимаю, что спорить с космопиратом бесполезно.
  Спрашиваю.
  Неожиданно для себя задаю вопрос. - Космопират Джордан.
  Ты о женитьбе серьёзно сказал?
   - Я полюбил тебя.
  Иначе бы не предлагал.
  Я не знаю, сколько продлится влюбленность.
  Может быть, час.
  Не исключено, что и навсегда влюблен.
  Ты - особенная.
  Я догадываюсь, что в тебе что-то не так.
  Может быть, я напридумывал о тебе.
  Ты не знаешь о моём чувстве.
  Потому что не полюбила меня.
  Улетишь, потому что не любишь.
  Ты не способна полюбить.
  Ты раздражаешься.
  Сердишься
  Алисиа...
  Думаешь, что я принуждаю тебя.
  К длительной семейной жизни зову.
  Ты не хочешь.
  Поэтому мне больно.
  Я буду бродить.
  Не найду места в своей холостяцкой пещере.
  Эхо шагов меня сведет с ума.
  Я решусь полететь за тобой.
  Меня схватят.
  Отдадут под Имперский суд.
  Я буду умолять.
  Начну кричать.
  Меня скрутят.
  Потащат силой.
  И всё из-за тебя. Алисиа!
  Ты - единственная.
  Без тебя моя жизнь потеряет смысл.
  Ты смеешься надо мной.
  Ты милая.
  Забавная ты.
  И странная.
  Очень.
  Может быть, ты полюбишь меня.
  Будешь смеяться над своей глупостью.
  Я...
  Йа... - Джордан машет рукой.
  Я стоЮ с открытым ртом.
  Слова космопирата меня завораживают.
   - Джордан...
  Ты найдешь себе.
  Достойную жену возьмешь.
  Космопиратку.
   - Найду! - Джордан хохочет. - Алисиа!
  Я пошутил.
  Всё, что сказал - шутка.
  Я не собираюсь брать тебя в жены.
   - Обидно говоришь...
   - Алисиа!
  Кто ты?
  А кто я!
  Я - космопират в десятом поколении.
  Ты же космодесантница.
  Всего лишь космодесантница.
  Не тот у тебя уровень, чтобы стать женой космопирата.
   - Наглец! - Я кусаю губы. - А Кимра?
  Кимра - сержантка!
  Кимру бы в жены взял.
   - Кимру? - Джордан перестаёт смеяться. - Кимру бы взял.
  Но она не пойдёт за меня.
  Ни за кого не пойдёт замуж! - Джордан отворачивается.
  Я выбегаю из космофрегата.
  
  КОСМОПИРАТОВ НУЖНО ОСТАВЛЯТЬ ЗА СПИНОЙ.
  
   - Кимра! - Я настроена решительно.
  Мы стартуем. - То, что я думаю?
   - Да!
  Алисиа!
  То, что ты думаешь.
   - Ты даже не спросила, что я думаю.
   - Зачем? - Кимра пожимает плечами. - Ты всё видела.
  Я продала космосйский космофрегат.
  Космопиратам его сдала.
  Джордан снимет с него ценное оборудование.
  Остальное пойдёт на переплавку.
  Жаль, что торпеды у них закончились.
  За торпеды Джордан бы доплатил.
   - Но это же преступление.
  Военное преступление.
  Нас за него отдадут под трибунал.
   - Если узнают, то будут судить, - Кимра выключает двигатели.
  Бронекатер движется по инерции.
  Мы снова патрулируем наш сектор. - Но сначала нас выгонят из космодесанта.
  И будут судить, как простых гражданских.
  Урановые рудники нам обеспечены.
   - Кимра!
  Как ты могла?
  Даже подумать страшно.
  Ты предала Империю.
  Императора предаешь.
   - Алисиа! - Лицо Кимры непроницаемое. - Подробнее поясни.
  В каком месте я предала Империю?
  И Императора, где я предала?
  Я - Империйка!
  Для меня нет ничего дороже Империи.
  И нашего Императора!
  Слава Императору!
   - Слава Императору! - Я в смятении. - Разве мы не должны были сжечь вражеский космофрегат?
   - Зачем добро расходовать?
   - Кимра!
  Я не согласна.
  Я остаюсь в стороне.
  И никогда так не поступлю, как ты сделала.
  Даже за деньги.
   - Алисиа!
  Тебе деньги не нужны?
   - Нужны.
  Но я их заработаю.
   - Нашей зарплаты на туфли не хватит.
   - Не нужны мне туфли.
   - Обмундирование...
  Твое обмундирование куплено.
  И бластер космосйский у тебя.
  Тоже за деньги.
   - Не нужно мне обмандирование.
  Деньги на него...
  Преступные деньги.
   - Алисиа?
  Ты будешь голая воевать?
  Чем?
  У тебя же не будет оружия.
  Например, ты должна меня выручить.
  В бою выручить.
  Чем станешь выручать?
  Пустыми руками?
  Голая?
  
  ГОЛАЯ В КОСМОСЕ МНОГО НЕ НАВОЮЕШЬ.
  
   - Так не должно быть, - я начинаю блеять. - Мы не преступники.
   Мы не преступники!
   - Мы не преступники, - Кимра отвечает эхом. - Преступники - те, кто разворовывают в штабе Галактического округа.
  Те, кто вместо говядины нам посылает искусственный белок.
  Те, кто не снабжает нас оружием.
  Даже простого комплекта на тебя не нашлось бы.
  Алисиа.
  Если бы не ЭТИ деньги. - Кимра замолкает.
  Минута проходит.
   - Кимра.
  Ты даже не сказала мне, чтобы я не подавала рапорт.
   - Ты сама решаешь.
  Алисиа.
  Большая девочка.
   - Как всё неправильно! - Я стучу кулачком по коленке.
   - Кимра, - вылетает голограмма командира. - Доложи обстановку.
   - Дон космополковник Дубов, - Кимра отвечает четко. - Докладываю.
  На нашем участке космосйев не обнаружено.
  Всё спокойно.
   - Продолжайте патрулировать.
  Вас через час сменят.
  Ковчегов и Лабу. - Космополковник выключает связь.
   - Кимра.
  Кто ещё знает?
  И так поступает?
   - Все знают.
  И так поступают!
   - Не очень ты откровенна со мной.
   - Алисиа.
  Я тебе показала, что и как.
  Придёт время, и ты поймешь.
  И сама начнешь продавать трофеи.
  Космопиратам продавать.
   - Никогда! - Я горжусь собой.
   - Алисиа!
  О чём с Джорданом болтала? - Кимра не спорит со мной.
  Не уговаривает.
  Она резко меняет тему.
   - Космопират предлагал мне стать его женой.
   - Ты отказала? - Щечки Кимры загорелись.
   - Разумеется.
  Космопираты - вне закона.
   - Ну да, ну да.
   - Потом Джордан сказал, что он пошутил.
  Назвал меня странной.
  И я ему не по рангу.
  Он говорит, что простая космодесантница не пара настоящему космопирату в десятом поколении.
   - Космопираты завышают планку.
  Ценят себя.
   - И...
  Ещё он признался, что взял бы тебя в жены.
  Но ты ни за кого не выйдешь...
  Правда? - Я поворачиваю головку.
  Но Кимра не отвечает.
  Оставшееся время мы молчим.
  Нас сменяют два космодесантника.
  Я и Кимра возвращаемся в гарнизон.
   - Кимра?
   - Да, Алисиа.
   - Я потренируюсь?
  На стрельбище?
  
  БЛАСТЕР САМ ПО СЕБЕ НЕ СТРЕЛЯЕТ В ЦЕЛЬ.
  
   - Мы ещё с тобой не закончили.
  Алисиа. - Кимра направляется к ангару.
   - Не закончили?
  Что ещё?
  Ликвидируешь меня?
  Как свидетельницу?
  Подбитый космофрегат продала.
  Деньги получила.
  Я молчу.
  Что...
   - Саутский! - Кимра входит в ангар.
  Дверь открыта.
   - Поругались? - Саутский сразу всё понял.
   - Недопонимание.
  Лёгкое. - Кимра достаёт из кармана космодоллар. - Легчайшее недопонимание.
  Как облачко.
  Я на дороге нашла.
  Не твоя денежка?
   - Моя! - Саутский принимает космодоллар.
  На лице появляется улыбка. - Как раз вовремя.
  Ты нашла вовремя.
   - Родителям Фарнавы не забудь отправить.
   - Когда я забывал? - Космодесантник становится серьезным. - Бронекатер?
   - Космофрегат.
   - Ого!
   - Алисиа подбила!
   - С боевым тебя, Алисиа! - Саутский обнимает меня.
  Я смущена.
   - Саутский!
  На самом деле Кимра подвинула мою руку.
  Йа...
  И...
  Мне оставалось только нажать на пуск. - Добавляю.
  Хотя сомневаюсь, что можно всё рассказывать. - Кимра двух космосйев убила.
  Кинжалом.
  Зарезала.
  Кровищи - море!
   - Кто бы сомневался, - космодесантник разводит руками. - Кимра - наша! - Саутский выпроваживает нас.
  Закрывает дверь.
  На замок ставит охрану двери.
   - Кимра - наша, - я передразниваю. - Мог бы тебя похвалить.
   - Алисиа!
  А разве "наша" - не похвала?
  Высочайшая похвала.
  Когда-нибудь и тебя назовут нашей.
   - Я поняла.
   - Алисиа!
  Не дуйся! - Кимра обнимает меня за плечи. - Ты еще хорошо держишься.
  Я, когда узнала о делах в гарнизоне, чуть свою напарницу не застрелила.
  Для меня было шоком.
  Мы тогда подбили космосйский бронекатер.
  На второй день моей службы произошло.
  Потом напарница продала его.
  Космосйсям.
  Я бушевала.
  Поклялась, что подам рапорт.
  А сейчас...
  Ты сама видела.
  Никаких сомнений.
   - Кимра.
  Ты не назвала имя напарницы.
  Нарочно не назвала.
   - Её имя осталось со мной, - Кимра приложила ладонь к груди. - Теперь ты о - так называемой - торговле знаешь.
  Что не знаешь - догадываешься.
  Саутский - заведует складом.
  Он и рассылает деньги.
  Кладовщику в штаб округа - раз.
  Семьям погибших космодесантников...
  Два.
  И нам на счета.
  Кое-что остаётся.
  На бластеры.
  На запчасти к бронекатерам.
  На мороженое...
   - Погибшим! - Меня, как мешком ударили.
  Пустым мешком из-под картошки. - Кимра.
  Прости.
  Я же не знала.
   - Ты должна была сама осознать.
  Алисиа.
   - Должна.
  Но не поняла.
   - Космодесантница Алисиа!
  До ужина - час.
  На стрельбище!
  Бегом!
  Арш!
   - Так точно, госпожа сержантка Кимра! - Я разворачиваюсь.
  Бегу на стрельбище.
  
  ЖИЗНЬ НАЛАЖИВАЕТСЯ В САМЫХ ЗАГАДОЧНЫХ ПОЗАХ.
  
  Так прошли два дня.
  Не пролетели.
  А - именно - прошли.
  Тренировки.
  Два разведывательных полёта.
   - Я уже начинаю чувствовать настоящей! - Я признаюсь Кимре.
  Мы болтаем перед сном. - Стреляю - самой завидно.
  А работа с Андроидом Алегровым...
  Мне его жалко.
  Немножко.
  Все болеют за меня.
  А Андроид Алегров - один.
  Без поддержки.
   - За него переживают Андроиды! - Кимра зевает. - Спи, Алисиа.
  Завтра трудный день.
   - Почему ты так решила? - Я даже приподнимаю голову.
   - Чутье.
  У тебя чутье ведьмы.
  У меня боевое чутьё.
   - То есть ты хочешь сказать, что у меня нет боевого чутья?
   - Пока нет.
  И это хорошо.
  Иначе ты бы вся испереживалась.
   - Ну да, ну да! - Я пробурчала. - Ничего у меня нет.
   - Алисиа!
  У тебя есть мы.
  Космодесант!
  А по поводу, что ты уже чувствуешь себя - своей...
  Так ты и была своя.
  С того момента, как переступила границу нашего гарнизона.
  Космодесант своих не бросает.
   - Кимра.
  Спасибо! - У меня в глазах защипало.
  Или в носу.
  Не тот момент, чтобы я отличала нос от глаз.
  Кимра не отвечает.
  Наверно, заснула.
  Я тихонько достаю голограф.
  Изучаю последнюю тренировку с Андроидами.
  Нахожу изъяны.
  Изъяны у Андроидов.
  Я же - идеальная! - Через два часа я убираю голограф.
  И проваливаюсь в сон.
  Снится мне кошмар.
  Будто я приглашена на Приём.
  Приём у Императора.
  Но я не могу найти дорогу.
  И попадаю в аварию.
  Кругом мигалки полицейских космокатеров...
  
  АВАРИЯ - ВСЕГО ЛИШЬ СТУПЕНЬКА В ЖИЗНИ.
  
   - Алисиа!
  Подъем! - Меня начинает трясти.
  Словно я провалилась под лёд.
   - А?
  Шо? - Я вскакиваю.
  И только тогда смогла разлепить глаза. - Кимра?
  Ты в полном боевом обмундировании?
  Что происходит?
  Да выключите свет!
  Он бьет в глаза.
   - Не свет, Алисиа! - Кимра усмехнулась. - Вспышки разрывов торпед.
  Космосйси нападают.
   - Космосйси? - Я давлюсь воплем.
  Вопль энергии.
   - Одевайся! - Кимра бросает на мою кровать броню.
  Тяжелый бронежилет.
  Как и у неё.
  К бронежилету прилагаются гранаты.
  И много других бомбочек.
   - Йа...
  Я не тренировалась с гранатами.
   - Кидай дальше!
  Вот и всё умение.
  Бронежилет сам себя наденет.
  Я вызываю бронефрегат.
   - Бронефрегат?
  У нас же бронекатер.
   - Космосйси его сожгли.
  На взлетном поле уничтожили.
   - Система защиты гарнизона не сработала?
   - Она тоже уничтожена.
  Космойси прошли через неё.
   - Предательство? - Я спрашиваю.
  И сама же отвечаю. - Предатель среди наших.
   - Возможно, - Кимра кусает губы. - Даже страшно представить.
  Один из нас - и предаёт нас.
   - Я знаю! - Я поднимаю бронежилет. - Ты Кимра чувствуешь.
  Я же знаю.
  Я его найду.
  После боя...
   - Не сомневаюсь, - Кимра помогает мне.
  Помогает поднять.
  Дальше бронежилет сам подстраивается под меня.
   - Словно мне на плечи медведь присел! - Я выдыхаю. - Три медведя.
  
  ТРИ МЕДВЕДЯ НА ПЛЕЧАХ - НЕПЛОХАЯ НОША.
  
  Всё сливается.
  Я не могу различать - где и что.
  Кимра уверено ведёт меня.
  Значит, для неё бой не сливается.
   - Алисиа?
   - Да, Кимра.
   - Держись, - Кимра хватает меня за руку. - Нас сейчас затянет.
  По силовому лучу. - Последние слова Кимра уже произносит в полёте.
  Я переворачиваюсь в пространстве.
  Сначала несусь вверх ногами.
  Затем - вперед ногами.
   - Вперед ногами - плохая примета! - Я пытаюсь шутить.
  Мы уже в космофрегате.
  Ещё не упала голографическая дверь.
  Но космофрегат уже стартует.
  Меня вжимает в плиты пола.
  Кимра умудряется проползти дальше.
  Я стискиваю зубы.
  И через несколько секунд я оказываюсь в главном зале.
  За пультом сидит Мишель.
  Космодесантница Мишель.
   - Алисиа!
  Ты загорала? - Мишель не оборачивается ко мне.
   - Загорала? - Я не понимаю.
   - Ты нас жестко затащила!
  И стартовала с перегрузкой. - Кимра отвечает за меня. - Алисию о броню хлопнуло.
   - Я в порядке! - Я ощупываю себя.
   - Кимра!
  Не заступайся за свою подопечную.
  Ты сама опоздала.
  Наверняка с парнями ехидничала.
   - Мишель.
  На тебя парней хватит. - Кимра вглядывается в голограммы. - Так хреново?
   - Правое крыло нам сожгли.
  Если бы я помедлила, то мы бы уже догорали.
  На плацу.
  "Нас подбили?
  А я и не заметила. - Я не знаю, что делать.
  Кимра и Мишель заняты делом.
  Я же - ничего не понимаю.
  Я закрываю глаза.
  И...
  Перед моим глазами открывается картина.
  Спокойная картина. - Мы в лесу.
  Космос - тоже лес.
  Но только лес во все стороны".
   - Космос - лес? - Кимра поворачивает головку. - Лес во все стороны?
   - Я что? - Я недоумеваю. - Я вслух сказала?
  Или ты прочитала мои мысли?
   - Алисиа!
  Твои мысли на лице написаны! - Мишель поддевает меня.
  Я догадываюсь:
  "Шутками космодесантницы снимают напряжение".
  - Алисиа!
  Ты думаешь только об одном.
  О том, как захомутать космолейтенанта Другера.
   - Мишель! - Я взвизгиваю. - Не знаю никакого Другера.
   - Космолейтенант Другер! - Мишель поднимает указательный палец.
   - Я не ослышалась? - Кимра смотрит на меня лукаво.
  Словно нет вокруг дикого боя. - Алисиа?
  Ты согласна мириться с рассеянностью космолейтенанта Другера?
  С его эгоизмом?
  
  МОЖНО МИРИТЬСЯ, НО ЗА БОЛЬШИЕ ДЕНЬГИ.
  
   - За нами два, - я разлепляю губки.
  Не отвечаю на шуточки Кимры и Мишель.
   - Два? - Мишель, словно подменили.
  Она вглядывается в карту. - Ничего не вижу.
   - Ничего не видишь, потому что правый борт выгорел.
  Вместе с датчиками. - Кимра сжимает кулачки.
   - Два кто? - Мишель спрашивает деловито.
   - Не знаю.
  Но они по наши души.
  Я чувствую их.
  Как чувствовала зверей в лесу.
  Эти два не отстают.
   - Справимся? - Мишель смотрит на Кимру.
  Кимра в бою - главная.
  Она же - сержантка.
   - Нет, - Кимра отвечает не то, о чём я подумала.
  Я же думала, что Кимра улыбнётся и произнесёт что-нибудь типа "Конечно!
  Мы же - Имперский космодесант.
  А они - всего лишь - космойси".
   - Мы и от одного не уйдем.
  Нас расстреляют.
  По правому борту возьмут.
  Войдут в зону невидимости. - Кимра перемещает голограммы. - Курс - Цефеиды правого сектора.
  Скроемся в туманности.
  Есть ресурс?
   - Не думаю, - Мишель качает головкой.
  Очаровательная головка. - Но у нас нет выбора?
  Если Алисиа права? - Смотрит на меня.
   - Они разделяются! - Я не понимаю.
  Но как бы вижу.
  Две тени.
  Тени в лесу космоса.
   - ИИ!
  Аварийный прыжок! - Кимра командует.
   - Поврежден правый сингулятор!
  В прыжке отказано.
   - Я посажу в болото? - Мишель сгибается над пультом.
   - Третья планета по азимуту тринадцать, - Кимра говорит непонятное.
  Для меня непонятное.
  Но Мишель уже перенаправляет космофрегат.
  Меня бросает на стенку.
  Кимра и Мишель даже не оборачиваются.
   - Кимра? - Мишель вскакивает.
  Неожиданно.
  Выхватывает бластер.
  "Мишель хочет убить Кимру?
  Мишель - предательница?
  Она - космосйская шпионка"? - Я распахиваю глаза.
   - Внимание!
  Космойси на борту! - Кимра сдергивает с перевязи гранату.
  Поясняет мне. - Вошли через тень.
  Вырезали дверь.
  Алисиа... - Кимра не успевает договорить.
  Мишель направляет на неё бластер.
  И...
  Выстрел.
  Одновременно с выстрелом Мишель и я стреляю.
  По Мишель.
  Предательница не должна уйти от возмездия!
  Мишель превращается в факел.
  Она сгорает мгновенно...
  Я слышу стук.
  За спиной Кимры падает тело...
  Оно тоже горит.
  "Мишель стреляла не по Кимре? - До меня доходит.
  Страшное.
  Крик разрывает меня. - Мишель целилась в космойся за спиной Кимры.
  Я же убила свою.
  Космодесантницу.
  Мишель хотела защитить Кимру".
  Я превращаюсь в статую.
  
  КОГДА ТЫ СДЕЛАНА ИЗ КАМНЯ, ТО ВРЕМЯ ТЕЧЕТ МЕДЛЕННО.
  
  Кимра разворачивается.
  Падает.
  Поднимается.
  Стреляет с колена.
  Я вижу двух андроидов.
  Андроиды не Имперские.
  Космосйские Андроиды.
  И один космой.
  Космой исчезает.
  Испаряется после попадания Кимры.
  Проходят доли секунды.
  Андроид стреляет в Кимру.
  Кимра перекатывается.
  Выстрел задевает верх брони.
  По касательной прошла плазма.
  Броня выдерживает.
  Другой же Андроид целится в меня.
  Нууууу.
  Как целится.
  Всё происходит быстро.
  Я только понимаю, что целится.
  Падаю.
  Выстрел задевает броню.
  Как и в случае с Кимрой.
  Андроид падает.
  Правая рука у него исчезла.
  Кимра всё же подбила Андроида.
  Мы выбрались?
   - Алисиа!
  Снимай броню!
  Взорвется! - Кимра бросается ко мне.
  Нажимает на какую-то голограмму.
  Я чувствую легкость.
  Бронежилет соскальзывает с меня.
  Кимра его отбрасывает.
  Он взрывается.
  В перегородке появляется дыра.
  И вижу...
  На месте руки Андроида появляется новая.
  Скелет руки.
   - Кимра! - Я отталкиваю подругу.
  Но слишком медленно.
  Плазма ударяет в Кимру.
  Несет её к стене.
  Кимра вылетает в дыру.
  Андроид готовится выстрелить в меня.
  Но меня уже на месте нет.
  Я перекатываюсь.
  Два раза меняю направление.
  Андроид уже стоит на ногах.
  Уверенно стоит.
  Очухался.
  Но я уже за его спиной.
  Поднимаюсь.
  "Где мой бластер?
  Бластер далеко.
  Я не училась драться с бластером".
  В моей руке кинжал.
  Кинжал, который мне подарила Кимра.
  Я вонзаю его Андроиду в шею.
  Чувствую сопротивление.
  Кинжал не пробивает пластину под кожей Андроида.
  Андроид поворачивает голову.
  Я бью кинжалом в фотоэлементы.
  Затем просовываю остриё между сочленений псевдо скелета.
  Щелкает.
  Замыкает.
  Андроид замирает.
  Я не испытываю Судьбу.
  Выхватываю у него бластер.
  "Кимра учила, что я должна уметь стрелять из любого бластера.
  А сейчас - проще простого.
  У меня же бластер космосйский.
  И этот - тоже космосйский". - Я сжигаю Андроида.
  Превращаюсь в машину.
  В часть машины.
   - ИИ!
  Курс на Планету.
   - Вероятность перегрузки.
  Требуется подтверждение сержантки Кимры.
   - Я вместо неё.
  Принимаю управление! - Я прикладом бластера разбиваю панель. - Ручной режим! - Неизвестно для кого говорю.
  Потому что режим сама только что включила.
  
  СНАЧАЛА ДЕЛАЙ, ПОТОМ - ДУМАЙ.
  
  На мне нет брони.
  Я почти голая.
  Но меня это не заботит.
  Я стараюсь не думать о том, что произошло.
  Но мысль вонзается кинжалом.
  "Всё из-за меня.
  Всё плохое - по моей вине.
  Я убила космодесантницу..."
  Дыра в борту затянулась.
  Почти сразу.
  Я ориентируюсь по маячку.
  По маячку Кимры.
  Краем глаза слежу за картой.
  Карта боевых действий.
  Космос вокруг нашего гарнизона очистился.
  Имперцы прогнали космосйев.
   - Посадка невозможна! - ИИ меня радует.
  В самом плохом смысле этого слова "радует".
  Я его не слушаю.
  Направляю борт на лес.
  Мой лес.
  Потому что все леса теперь принадлежат мне!
  Я снижаю скорость падения.
  Насколько могу.
  Вижу воду.
  И прыгаю.
  Из бронефрегата выпрыгнула.
  Космолёт с чмоканьем вонзается в болото.
   - Я могла бы и не выпрыгивать, - я вижу, что бронефрегат засел.
  Но дальше не тонет.
   Погружаюсь в жижу.
  Выдергиваю себя из болота.
  Так поступал знаменитый герой Фанфарон Брухаусер.
  Он себя за волосы вытащил из болота...
  
  УТОПАЮЩИЙ ХВАТАЕТСЯ ЗА СВОИ ВОЛОСЫ.
  
   - Я - умница! - Я выплевываю грязь.
  Грязь вместе с пиявкой. - Бластер забыла.
  Оставила на борту. - Я оглядываюсь на бронефрегат. - Забрать?
  Но...
  Кимра. - Я выхожу из болота.
  Сверяюсь с точкой маячка. - Хорошо, что хоть голограф не забыла. - Я уже в лесу.
  Поднимаю подбородок.
  Прислушиваюсь.
  Ко мне тоже прислушиваются.
  Принюхиваются.
  И приглядываются.
  Но не люди
  Звери.
   - Не бойтесь.
  Я - своя! - Я наклоняюсь.
  Срываю травку-кислицу. - Пригодится. - Сверяюсь с точкой на навигаторе.
  Уже бегу.
   - Кимра! - Я вижу свою подругу.
  Боюсь подойти.
  Кимра упала с огромной высоты.
  Но бронежилет должен был компенсировать.
  Кимра не отвечает.
  Её глаза закрыты
  Я опускаюсь на колени.
  Нажимаю на голограмму.
  Я уже знаю, что это голограмма сброса бронежилета.
  Освобождаю Кимру от тяжести.
  Вижу рану.
  Некрасивая рана.
  
  КРАСИВЫХ РАН НЕ БЫВАЕТ.
  
  Начинается рана от груди
  Проходит через бок.
  Я ползаю на коленях.
  Ищу травку.
  Целебную траву.
  Набиваю полный рот.
  Пережевываю.
  Накладываю "мазь" на рану.
  Не хватает травы.
  Я снова собираю.
  Время превращается в резину.
  Скоро заполняю рану травкой.
  Кира открывает глаза.
   - Алисиа!
   - Да, моя командирка! - Я улыбаюсь.
  Улыбка сквозь туман.
  Космодесантницы же не плачут.
   - Почему ты здесь?
   - За тобой прилетела.
   - Алисиа!
  Космодесантница Алисиа! - Кимра стонет. - Приказываю.
  Возвращайся на борт.
   - Космофрегат вышел из строя.
   - Воспользуйся спасательной капсулой.
  Тебя найдут.
   - Нет.
  Кимра.
  Без тебя я не улечу! - Я качаю головой. - Утебя кости переломаны.
  Рана через всю тебя.
  Я не могу уйти от тебя ни на шаг.
   - Я приказываю! - Глаза Кимры наливаются гневом. - Улетай! - И теряет сознание.
  
  УЛЕТЕТЬ МОЖНО, НО ТОГДА ВЕРНУТЬСЯ - НЕВОЗМОЖНО.
  
  Я начинаю петь.
  Песня без слов.
  Тягучая песня ведьмы.
  Я сижу около Кимры.
  Уже час сижу.
  Моя ладонь лежит на её лбу.
  Песня моя не замолкала ни на минуту.
   - Дыхание Кимры спокойное.
  Ровное. - Я поднимаюсь. - Надо воспользоваться... - Я расставляю руки в стороны.
  Мои волосы распущены.
  Через пару минут вижу глаза.
  Глаза в кустах.
  Огромные влажные глаза.
  Я захожу в кусты.
  Олениха смотрит на меня.
  Храпит.
  Косится.
  Дрожит.
  Я прикладываю ладонь к её шее.
  Олениха дергается.
  Я шепчу ей.
  Успокаиваю.
  Она перестаёт дрожать.
  Я вывожу её из кустов.
  Подвожу к Кимре.
  Олениха обнюхивает мою подругу.
   - Только осторожно, - я прилаживаю бронежилет на Кимру.
  Возвращаю его. - Не тяни.
  Я одна не дотащу Кимру.
  Понадобится твоя помощь.
  Согласна? - Я подула ей в мордочку.
  Олениха не возражает.
  Я прилаживаю завязь от жилета к оленихе.
  Сооружаю что-то вроде волокуши.
  Через минуту мы выступаем.
  Я поддерживаю Кимру за голову.
  Не нужно, чтобы голова считала все коренья по пути.
  Через уйму времени мы оказывается у болота.
  Я срываю веточку.
  Угощаю олениху.
  Словно она сама не может найти еду.
  В лесу.
  
  ЕСЛИ ОЛЕНЬ НЕ НАЙДЕТ В ЛЕСУ ЕДУ, ТО В РЕСТОРАН ОЛЕНЯ ПРИГЛАШАТЬ БЕСПОЛЕЗНО.
  
  Олениха жуёт.
  Питается.
  Я прощаюсь с ней.
  Снова стягиваю с Кимры бронежилет.
  И уже одна тяну волокушу.
  По болоту.
  В воде и в грязи - легче тащить.
  
  ГРЯЗЬ ВСЕГДА ПОМОГАЕТ.
  
  Сил моих хватает до бронефрегата.
  Он опустился в болото ещё на метр.
  Но вход находится над водой.
  На остатках сил я затаскиваю Кимру в бронефрегат.
  К счастью, спасательная капсула находится у стены.
  Рядом.
   - Кимра!
  Прости! - Я погружаю Кимру в капсулу.
  И отпускаю их.
  Спасательный бот покидает космофрегат.
  Вода заметно прибывает.
  Толчок от старта капсулы нарушает равновесие.
  Зыбкое равновесие.
  Но...
  Я не спешу уходить.
  Нахожу свой бластер.
  Забираю бластер космосйского андроида.
  В полном вооружении покидаю бронефрегат.
  Я возвращаюсь на полянку.
  Присаживаюсь на траву.
  
   - ИЗ БОЛОТА УЛЕТЕЛА, В БОЛОТО ВЕРНУЛАСЬ.
  
  Мысли мои нелегкие.
  Вокруг - тишина невероятная.
  Я не сплю.
  Не могу.
  Или разучилась спать.
  Проходят шесть часов.
  Я всё в той же позе.
  Небо светлеет.
  Опускается бронекатер.
  Побитый.
  Левый компенсатор дымится.
   - Алисиа? - Космодесантник Саутский спешит ко мне.
   - Кимра?
  Как Кимра.
   - Кимра восстанавливается, - Саутский переминается с ноги на ногу. - Кто-то ей насовал грязи в раны.
  Медробот проводит очистку.
   - Я...
  Йа насовала.
  И не грязь.
  А лекарство.
  Я в этом уверена. - Я пробормотала.
  Вытягиваю перед собой руки. - Космодесантник Саутский.
  Прошу заключить меня под стражу.
  Я убила космодесантницу Мишель. - Я кусаю губы. - Я - военная преступница.
   - Мишель? - Голубые глаза Саутского становятся темными.
  Саутский отворачивается. - Алисиа.
  Не мне судить.
  Есть умные.
  Пусть они и... - Он не договаривает.
  Махнул рукой.
  Подхватывает бластеры.
  И мой бластер забирает себе.
  "Значит, не доверяет, - я бреду за Саутским. - А за что мне доверять?
  В гарнизоне предатель.
  Я убила Мишель.
  Могут подумать, что я нарочно подставила её.
  И - что я сама - предательница.
  Плевать.
  Я бы всё отдала, чтобы Мишель вернуть..."
  
  САМОБИЧЕВАНИЕ - ХУЖЕ ТУХЛОЙ РЕПЫ.
  
  Мы стартуем.
  Я молчу.
   - Алисиа? - Саутский спрашивает.
  Я не отвечаю.
  Ему и не нужно моё мычание. - На войне правильно не бывает.
  Все ошибаются.
  Одни - больше.
  Другие - меньше.
  Поэтому мы не называем ошибки ошибками.
  Ошибки обучают нас.
  Если, конечно, ошибка.
  А не трусость.
  Или предательство.
   - Я поняла тебя.
  Саутский.
  Во мне нет предательства... - Я разлепляю губы.
   - С моей точки зрения...
  Алисиа. - Саутский опускает бронекатер на базу. - Ты говоришь, что убила Мишель.
  Но ты спасла Кимру.
  Отправила её в спасательном боте.
  А сама осталась в лесу.
  По-моему, ты не ошиблась. - Саутский выходит.
  Я выползаю из бронекатера.
  Бегу в казарму.
  Одеваюсь по форме.
  И снова бегом...
  Но уже - в лазарет.
  
  УВИДЕТЬ, ЧТОБЫ НЕ ДУМАТЬ.
  
   - Алисиа!
  Ты нарушила мой приказ.
  Приказ командирки.
  Во время боя. - Кимра смотрит мне в глаза.
   - Госпожа сержантка Кимра! - Мой голос обрывается.
  Радость переполняет меня.
  Радость оттого, что Кимра жива.
   - Ты замазала мои раны грязью.
  ИИ оценил.
  Ты спасла меня.
  Алисиа?
  Я слышала песню.
  Или мне казалось, когда я была в отключке.
   - Песня ведьм.
  Она творит чудеса.
   - Получается, что твоё колдовство спасло меня?
   - Нет.
  Госпожа сержантка Кимра.
  
  ЧЕЛОВЕК САМ СЕБЯ СПАСАЕТ, ОСТАЛЬНОЕ - ДЕЛО ТЕХНИХИ.
  
   - Ты думала, что умнО отправить меня в спасательном боте?
  Я же приказала тебе улетать.
   - Но...
   - Никаких но, космодесантница Алисиа.
  "Кимра не упоминает о Мишель", - я превращаюсь в пустоту.
   - Командир в лазарете! - Слышу.
  В палату входит начальник гарнизона.
   - Дон космополковник Дубов! - Я вытягиваюсь в струнку. - Осмелюсь доложить...
   - Осмелюсь доложить гер космополковник Дубов, - Кимра перебивает меня. - Наш бронефрегат был подбит.
  Ещё на взлете.
  Поэтому пришлось маневрировать.
  Нас преследовали два борта.
  Космосйцы сели на хвост.
  Хотели добить.
  Мы не могли сопротивляться.
  Космойси проникли на наш борт.
  В результате их потери - два Андроида и один космосй в чине космолейтенанта.
  Наши потери - космодесантница Мишель.
   - Мишель, значит, - космополковник Дубов опускает плечи. - Ещё и она.
   - Я убила Мишель! - Я говорю спокойно.
  Опускаю уставное положенное "дон космополковник".
   - Ты убила Мишель? - космополковник Дубов пронзает меня взглядом.
  Отводит глаза. - Космодесантница Алисиа.
  Я не первый год в десанте...
   - Гер космополковник Дубов, - Кимра смотрит на меня.
  Мне кажется, что с ненавистью глядит. - Космодесантница Алисиа думала, что Мишель целится в меня.
  У нас было подозрение, что в гарнизоне окопался предатель.
  Вот Алисиа и решила, что Мишель хочет меня убить.
  Мишель же выстрелила в Андроида.
  Во вражеского Андроида.
  Он стоял за моей спиной.
  Убил бы меня.
  Если бы не Мишель...
  Моя вина, что я не...
   - Кимра.
  Отставить.
  Вина, что нам не посылают боевых Андроидов.
  Не выделяют в нужных количествах.
  Не будем посыпать голову пеплом.
  И так натворили. - Космополковник Дубов выходит.
   - Космодесантница Алисиа?
   - Да, госпожа сержантка Кимра.
   - Два наряда вне очереди.
  За невыполнение моего приказа.
   - Слушаюсь, мадемуазель сержантка Кимра.
  А...
  Где эти наряды?
  Что за очередь?
   - На гауптвахту пойдешь.
  Временная тюрьма.
  Для своих.
   - Поняла, - я разворачиваюсь на каблуках.
   - Алисиа!
  Как бы там ни было.
  Как бы там ни будет...
  Спасибо тебе...
  
  НО ОДНО СПАСИБО НЕ ОТМЕНЯЕТ ДРУГИЕ НЕСПАСИБЫ.
  
  - Я знаю... - Я выхожу из лазарета.
  Роботы устраняют последствия ночи.
  Пломбируют дыры в бетоне.
  Оттаскивают поврежденную технику.
   - Космодесантник, - я останавливаю рядового космодесантника.
  Не знаю его имя. - Где барахта?
   - Кто?
   - Тюрьма для своих.
  Провинившихся?
   - Гауптвахта?
   - Наверное.
  Из головы вылетело название.
   - Сгорела гауптвахта.
  Нет её больше.
  Зачем она тебе?
   - Отбывать наказание.
   - А что ты сделала?
   - Не твоё дело, - я отвечаю грубо.
   - Не моё...
  Так бы и не спрашивала. - Он обижается.
  Напрасно я его обидела.
  Я подхожу к ангару.
   - Саутский?
   - Алисиа? - Саутский вытирает руки.
  Они у него в мазуте.
   - Меня госпожа сержантка Кимра отправила на гауптвахту. - Я уже способна произнести тяжелое слово. - Отбывать наказание.
  Моё.
  Двое суток.
  Без очереди.
   - Вне очереди.
   - Но мне космодесантник сказал, что гауптвахта сгорела.
  Нет её больше.
   - Музман что ли сказал?
   - Не знаю.
   - На нет и суда нет, Алисиа.
  Тебе повезло.
  Любит тебя Кимра.
  Могла бы и пристрелить.
  Правда, не знаю за что...
   - Как же мне отбыть?
  Его?
  Наказание?
  Спросить у дона космополковника Дубова.
   - У командира?
  Спросить? - Глаза Саутского становятся оловянные. - Лучше уж повеситься, чем к нашему командиру приходить с подобными вопросами.
   - Йа...
   - Останешься у меня.
   - В наказание?
   - Ага.
  Я потом доложу.
  Сержантке Кимре доложу.
  Будешь здесь его отбывать.
  Бери тряпку.
  Швабру.
  И убирай мазут.
  Бочку прорвало во время налёта.
  Хорошо, что не загорелся.
   - С превеликим удовольствием, - я подхватываю тряпку.
   - Удовольствие маленькое, - Саутский скрывается в ангаре.
  
  ПОСЛЕ ВСЕГО ВСЕГДА ПРИХОДИТСЯ УБИРАТЬСЯ.
  
   - Грязь!
  Мазут!
  Нам везут! - Я обмакнула тряпку в лужу мазута.
  Наклонилась.
  Выжимаю тряпку в ведро.
   - Алисиа? - Надо мной зависает Саутский.
  Смотрит в небо.
  Насвистывает.
   - Саутский!
  Соскучился по мне уже?
  Что-то ты быстро.
   - Алисиа!
  Я хотел сказать, что у тебя волосы запачкались.
  Мазут и кровь.
  Шла бы ты...
   - Шёл бы ты сам.
  Саутский.
  Лесом иди.
  Я не собираюсь сейчас мыть волосы.
  
  ЗАЧЕМ МЫТЬ ВОЛОСЫ, КОГДА СОБИРАЕШЬ МАЗУТ.
  
   - Тебе предписана увольнительная.
  В город.
   - Увольнительная? - У меня сжалось сердечко. - Мне?
  Сейчас?
  Когда кругом разруха?
  И мазут разлит?
   - Ступай к капралу Жмых.
  Он тебе выпишет.
   - Капрал Жмых не только увольнительную мне выпишет.
  Но и с губами полезет.
  С мокрыми губами.
  Целоваться.
   - Размечталась.
  О, женщина!
  Ты, соображаешь, что говоришь?
   - Я не женщина.
  Я - девушка.
  Саутский?
  А кто мазут будет убирать? - Я стояла в растерянности.
   - Понимаю, - Саутский слегка улыбнулся.
  Погладил меня по волосам. - Если ты промедлишь ещё несколько минут...
  То считай себя разжалованной.
   - Куда же меня разжалуют?
  Я уже и так рядовая.
  Ещё рядовая.
   - Алисиа!
  Можно падать до бесконечности.
  Космос бездонный.
   - Ничего не понимаю, - я бросила тряпку.
  В лужу с мазутом кинула. - Меня наказали.
  А сейчас предлагают отпуск.
  Отпуск - как я понимаю - поощрение?
   - Не мне решать! - Саутский снова закатил глаза. - Но, если ты не поняла...
  То можешь обратиться к дону полковнику Дубову.
   - Ты же предупреждал, что лучше повеситься, чем тревожить господина космополковника по ерунде.
   - Беги, Алисиа!
  Беги!
   - Да.
  Но только...
  Капрал Жмых подождёт.
  Мало ли что мне будет в увольнительной.
  Может быть, меня расстреляют...
   - Глупости.
   - Все глупости имеют под собой основу.
  Поэтому...
  Я сначала навещу Кимру.
   - Ты ослушаешься приказа.
   - Ну и что? - Я пожимаю плечами. - Приказы бывают умные.
  А бывают и - на которые не нужно реагировать.
  В крайнем случае - к тебе пришлют.
  Мазута для меня хватит.
  Буду убираться до конца службы. - Я вытираю руки.
  О траву очистила.
  Между плит пробивается травка.
  Её мазут полезен.
  Трава растет из земли.
  И мазут - тоже из земли.
  
  МАЗУТ ТРАВЕ ПОМОГАЕТ РАСТИ.
  
   - Алисиа! - Саутский кричит вслед. - Удачи!
   - К Черной Дыре Удачу! - Я не оборачиваюсь.
   - Алисиа! - Кимра сдвигает брови. - Ты только что у меня была.
  Должна сейчас находиться на гауптвахте.
   - Гауптвахта сгорела, - я присаживаюсь на край кровати.
  Болтаю ножками. - Кимра.
  Меня отправляют в отпуск.
  - Серьёзно? - Глаза Кимры распахиваются.
  И...
  Кимра пододвигает ко мне корзину.
  Корзина с фруктами.
   - Откуда у тебя изобилие? - Я надкусываю персик.
   - Друзья принесли.
   - Ах!
  Друзья!
   - Не издевайся, Алисиа.
  Я понимаю, как тебе тяжело.
  Бывают тяжести, которые не сбросишь за всю жизнь.
   - Торт тоже - от друзей?
  Тортик на столе не помещается.
   - Саутский подарил.
  Чтобы я поправлялась.
   Забирай.
   - Нет.
  Спасибо, Кимра.
  Я сыта. - Я возвращаю персик в корзину.
  Ну, как возвращаю.
  Половину персика.
   - Обиделась?
   - Кимра.
  На подруг не обижаются.
   - А я тебе подруга?
   - Очень.
   - Спасибо, Алисиа.
  Йа...
  Я, наверно, не права.
  Ты столько пережила.
  Мишель уже не вернуть.
  И ты... - Кимра не выдерживает.
  Порывисто обнимает меня.
  И...
  Начинает рыдать.
  Я тоже не выдерживаю.
  Мы вместе плачем.
  Слёзы очищают.
   - Отставить! - Кимра уже улыбается. - Какой позор.
  Хорошо, что нас никто не видит.
  Космодесантницы не плачут.
   - Нуууу.
  Я ухожу?
  В отпуск?
  
  В ОТПУСК МОЖНО УЙТИ, А МОЖНО И УЛЕТЕТЬ ВВЕРХ ТОРМАШКАМИ.
  
   - Внеочередной отпуск, - Кимра кусает губы.
  Становится деловая. - Переоденься.
  Сундук с одеждой, ты знаешь, где.
  Обязательно переоденься.
  Иначе будешь очень заметная.
  К тебе любой патруль придерется.
  Бластер возьми.
  
  В ОТПУСК БЕЗ ОРУЖИЯ НЕ УХОДЯТ.
  
   - И кинжал?
   - Обязательно.
  Кинжал прикрепи на бедро.
  Под платье.
  И на второе бедро - бластер.
   - Будет исполнено, госпожа сержантка Кимра, - я вытягиваюсь по стойке Смирнааа!
  Я не шучу.
  Я отдаю дань уважения своей командирке.
   - Служи Императору, космодесантница Алисиа! - Кимра отворачивается.
  Я бегу в казарму.
  Переодеваюсь.
  На мне беленькое платьице.
  И алые туфли на высоченных каблуках-шпильках.
  Я возвращаюсь к ангару.
  Ангар закрыт.
  Но около ведра с мазутом стоит мой бластер.
  На прикладе.
  Я смотрю по сторонам.
   - Саутский?
   Колдун?
  Как он предугадал, что я вернусь за бластером? - Я долго не думаю.
  
  КТО МНОГО ДУМАЕТ, ТОТ ОСТАНЕТСЯ БЕЗ ВСЕГО.
  
  Подхватываю бластер.
  Направляюсь на космодром.
   - Не так много космолётов осталось, - я выбираю легкий бронекатер космодесанта.
  Роботы недовольны.
  Они его ещё не полностью заштопали.
  Я не люблю ругаться с Андроидами.
  Поэтому стартую быстро.
  Без разрешения командира гарнизона.
  Защитный пояс меня пропускает.
  Без требования идентификации.
   - Ну да, ну да, - я понимаю. - За мной же следят.
  С пристрастием. - Я загоняю бронекатер в ангар.
  Спешу к мастеру Яшинур.
   - Алисиа! - Мастер Яшинур ждёт меня у дверей.
   - Я прилетела...
  Йа...
  Мастер Яшинур?
  Ты никогда не спишь?
  Ты всё время на своём посту.
   - Андроид Алегров ждёт тебя, - мастер Яшинур улыбается.
  "Он всё предугадал, - я скидываю одежду.
  Отцепляю оружие. - Все в гарнизоне меня читают.
  Как книгу раскрытую.
  Одна только ведьма - я - опаздываю читать их".
   - Андроид Алегров, - я поклонилась. - Для меня большая честь работать со мной.
   - Алисиа!
  Я рад служить! - Фотоэлементы Андроида блеснули.
  Он бы смутился.
  Но Андроиды не смущаются.
  Наверно...
  Я делаю шаг влево.
  Из меня выветривается злоба.
  Злоба на вражеских Андроидов.
  На космофрегате в бою я сражалась с ними.
  С космосйскими андроидами билась.
  И думала, что так же разнесу Андроида Алегрова.
  На одной злости.
  Но позже поняла...
  Позже - после смерти Мишель...
  
  НА ЗЛОСТИ НИКОГДА НЕ ПОБЕДИШЬ, ЧТОБЫ ВЫИГРАТЬ БОЙ НУЖНО БЫТЬ СОВЕРШЕННО СПОКОЙНЫМ.
  
  Поэтому сейчас во мне космос.
  Ледяной космос.
  Пустота вечная.
  Я легко уклоняюсь от ударов Андроида.
  Уже кажется, что он замедлился.
  Но табло времени показывает, что - не так.
  Андроид Алегров ускоряется.
  Но скорость ему не помогает.
  Наоборот - вредит ему.
  Алегров допускает больше ошибок.
  Я стала быстрее.
  Мне скорость - в помощь.
  Словно время течет по-разному.
  Для Андроида - одно время.
  Для меня - другое.
  
   - Белая Лисица!
  Четыре минуты двадцать две и одна сотая секунды, - мастер Яшинур качает головой.
  Мы стоим над Андроидом.
  Андроид Алегров повержен.
  Я победила его.
  Безоговорочно.
  Мастер Яшинур кланяется мне.
  Я отвешиваю свой поклон.
  "Мастер Яшинур уже другой.
  Для меня.
  Сначала я видела его толстяком.
  Неряшливый толстяк.
  Некомпетентный.
  Но сейчас понимаю - так должен выглядеть мастер.
  
  МАСТЕР РУКОПАШНОГО БОЯ ДОЛЖЕН ВЫГЛЯДЕТЬ БЕЗОПАСНЫМ УВАЛЬНЕМ".
  
  Я улетаю в гарнизон.
  Оставляю бронекатер роботам.
  Роботы ворчат.
  Косо на меня смотрят.
  Я бегу к капралу Жмых.
  "Здесь всё начиналось, - открываю дверь, - здесь всё и продолжается".
   - Космодесантница Алисиа! - Капрал Жмых открывает рот.
  Похож на чучело. - В первую нашу встречу ты выглядела дико.
   - Дон капрал Жмых.
  Если девушка закутана в шкуры зверей, то она не обязательно дикарка.
  И, наоборот.
  Если на мне платье и туфли...
  Туфли на высоченных каблучках.
  Тончайшие каблучки...
  То я - дикарка.
   - Разве, дикарка - плохо?
   - Дон капрал Жмых.
  Ты меня ошарашил.
   - Алисиа.
  Моё бельё забирает стиральный робот.
  И возвращает накрахмаленным. - Капралу Жмых скучно.
  Он хочет поболтать. - Приятный робот.
  Старого образца.
  Но для прачечных роботов-стиральщиков модернизация не так важна, как для пулеметчиков.
  Он почтенный
  Робот-то.
  Даже пыль вытирает с окон.
  Раскладывает мои вещи.
  Но вчера его сожгли.
  Космосйские роботы издевались над ним.
  А у него даже бластера нет.
  Только - мыльный порошок.
  Алисиа?
  Как ты думаешь - роботы - разумные?
   - За время, которое я провела в гарнизоне, - я не понимаю, куда клонит капрал Жмых, - разума в роботах я не заметила.
   - Потому что ты закрутилась, - капрал Жмых посуровел. - И нуждаешься в консультации.
  Консультация Андроида.
   - Я только что была на консультации...
  Гер капрал Жмых...
  У Андроида Алегрова.
  По-моему, он не выдержал общения со мной.
  Тяжелый у меня характер.
  Алегров теперь лежит.
  Отдыхает.
   - Ты побила Алегрова? - капрал Жмых падает в кресло. - Не может быть!
  Выходи за меня замуж!
   - Сир капрал Жмых!
  Тебе цыганка нагадала?
  В детстве?
  Она предсказала, что ты возьмёшь в жены девушку, которая побьет боевого робота?
  
  ГАДАЛКИ ВРУТ ЗА ДЕНЬГИ.
  
   - Алисиа!
  Ты любишь детей?
   - Дети?
  А что это?
  Я их не знаю, - я призналась. - У меня два брата и сестра.
  Но я никогда не воспринимала их за детей.
  Мы родились взрослыми.
   - Я не могу привыкнуть к мысли.
  К мысли, что ты уложила Алегрова.
   - Дон капрал Жмых.
  Уложила - уже звучит двусмысленно.
  Особенно - по отношению к Андроиду. - Я жду.
  Но капрал Жмых уже далеко.
  Мыслями далеко.
  Наверно, мечтает о первой брачной ночи.
  Со мной первая брачная ночь.
   - Гер капрал Жмых, - я напоминаю, что я ещё здесь.
   - Ах! - Он хлопает ладонью по лбу. - Увольнительная на три дня. - Капрал вешает голограмму на подол моего платья.
  Теперь я в официальном отпуске.
   - Придется задирать платье, чтобы показать голограмму, - я выхожу из кабинета.
  Мы не обмениваемся словами прощания.
  Каждый тонет в своих мыслях.
  
  ЗАЧЕМ РАЗРУШАТЬ ХРУСТАЛЬНЫЕ ЗАМКИ МЕЧТЫ?
  
  Я покидаю гарнизон.
  На этот раз выхожу через главные ворота.
   - Ну и куда? - Я в недоумении. - Я всё время думала о новой жизни.
  О том, как буду жить после.
  И вот я.
  У меня даже денег нет.
  Где остановлюсь ночевать?
  У кого? - Я вздрагиваю.
  Потому что пришло послание. - Кимра?
  Или Саутский? - Я распахиваю глаза. - Мне сделали голографический кошелек.
  И на нем - кругленькая сумма!
  По крайней мере, хватит на ночлег, мороженое и на кино!
  Гуляем! - Мои щечки загорелись. - Никаких мыслей!
  Никаких сомнений!
  Я отдыхаю! - Я подождала космобус.
  Конечная остановка - спутник нашей планеты.
  Горбос.
  Спутник для увеселений. - Я выхожу на последней.
  Музыка и свет набрасываются на меня.
  Несколько минут я просто впитываю.
   - Здесь нет войны!
  Здесь нет, потому что мы останавливаем её там. - Я покупаю мороженое.
  Клубничное.
  Со сливками мороженое.
  Присаживаюсь на скамеечку. - Аттракционы!
  Никогда не каталась на аттракционах! - Я наслаждаюсь мороженым. - На каком прокатиться?
  На колесе Обозрения?
  Хм...
  Когда мы поднимаемся в космос - там выше.
  И обозрения больше.
  Сумасшедшие Горки?
  Имперские горки?
  Но...
  Разве полёт среди астероидов не круче? - Я ущипнула себя. - Вот ты и проверишь, Алисиа!
  Не надо ныть.
  
  КТО КРИТИКУЕТ - ТОТ НА КАРУСЕЛЯХ НЕ КАТАЕТСЯ.
  
  Капля мороженого падает мне на коленку.
   - Я слизну! - Мужик рядом на скамейке наклоняется.
  Слизывает с моей коленки каплю мороженого.
  Чмокает.
  Я в шоке.
  В плохом смысле обалдеваю.
  "Отвести ему глаза? - Перебираю варианты. - Отправить на реку, чтобы он утопился?
  Загипнотизировать?
  Заколдовать то есть...
  Или по-космодесантски ответить?
  Хук слева в челюсть.
  И коленкой между ног?
  Или лучше - упала.
  Перекатилась.
  Оказалась за спиной мужика.
  И...
  Выбила ему глаза?
  Ударом ладони по затылку выбила бы?"
  Мужик моё молчание принимает за согласие.
  Согласие с ним дружить.
   - Красотка!
  Пойдем, побалуемся? - Он кладет руку мне на коленку.
  Дотрагивается до коленки, с которой слизнул.
  Капельку моего мороженого слизнул.
  "Нет, - я решаю. - Кимра учила меня.
  Нельзя ломать отдых другим.
  Дяденька просто развлекается.
  До определенных пределов.
  Он же не выламывает мне руки..."
  Тем временем рука мужчины движется.
  Поднимается выше коленки.
  Я улыбаюсь.
  Рука "жениха" останавливается.
  Лицо искривляется в брезгливости.
   - Ты - мужчина?
   - Нет! - Я писклявлю. - Я не мужчина.
  Я - красавица...
  Как ты и заметил.
   - Но у тебя под платьем...
   - Дурашка!
  Ты же щупаешь ствол бластера, - я поднимаю край платья. - А ты, что подумал?
   - Бластер и кинжал, - мужчина зеленеет. - Ты - сумасшедшая? - Он вскакивает.
  Издаёт неприличный звук.
  Поспешно удаляется.
   - Во!
  Как просто! - Я ликую! - Я только что изобрела третий вид борьбы.
  Помимо колдовства и рукопашного боя.
  Игра в смирение - называется.
  
  НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЙ, И ТОГДА ВСЁ САМО СДЕЛАЕТСЯ К ТВОЕЙ ВЫГОДЕ.
  
   - Девушка!
  Можно с вами познакомиться? - На скамейку опускается...
  Другой мужчина опускается.
  Солидный.
  В белом костюме.
  Золотые часы.
  Кольцо с бриллиантом.
  Наверно, бриллиант.
  Я никогда не видела драгоценные камни.
  Но уверена, что,
  
  ЕСЛИ КОЛЬЦО, ТО - С БРИЛЛИАНТОМ, ЕСЛИ ЧАСЫ, ТО - ЗОЛОТЫЕ.
  
   - Мужчина!
  Не знаю!
  Я ещё не успела долизать мороженое.
  А ко мне ты уже второй - на знакомства.
  Раньше я не была столь популярна.
  Не могу привыкнуть мысли, что я стала популярная.
   - Ты так неуверена в себе?
  Ты - красивая!
  Красота - намного важнее популярности!
   - Красота зависит от возраста.
  А популярность - всегда вечная.
  Даже - чем дольше популярен, чем дряхлее, тем...
  Вообщем, тем...
  А, впрочем, - я пододвигаюсь ближе к мужчине.
  Прижимаюсь бедром к его бедру. - Если я захочу любви...
  То разделю её с тобой.
  Возьмешь меня замуж?
   - Да! - Мужчина воскликнул. - То есть...
  Так сразу?
  Мы даже не знакомы.
  Я сбит с толку.
  Едва соображаю.
  Но ты уже спросила.
   - Мужик?
  Я - дурочка?
  Я пошутила.
  Пошутила, что захочу любви с тобой.
  Какая может быть любовь между ведьмой и ведьмаком?
  Только драки.
  Каждый день драки.
  Я буду варить тебе кофе с ядом.
  Ты станешь подбрасывать мне пауков в постель.
  И змей.
   - Если мы будем спать вместе, то змеи и пауки восстанут и против меня.
  И...
  Почему ты назвала меня ведьмаком?
   - Ой!
  Мужик!
  От тебя за сто миль аура.
  Прёт от тебя батраком.
  И ведьмаком тянет от тебя. - Я опускаю головку.
  Провожу пальцем по груди соседа. - Нельсон...
   - Кто?
  Я - Дарвин.
   - Был батрак Нельсон.
  Мужчина, который помог мне.
  Помог сбежать с Дырды.
   - И что же?
  - Нельсон!
  Хватит дурачиться!
  Неужели, ты подумал, что я не распознаю тебя?
  Я же - ведьма.
  Ты напялил другую внешность.
  В магазине приколов купил уши?
  А бороду с трупа снял?
  В морге?
   - Почему в морге?
   - Потому в морге, что от бороды формалином воняет.
  Мой отец заливал мышей формалином.
  И продавал их в стеклянных баночках.
  Так что с запахом формалина я знакома дольше, чем с тобой.
  
  СЕБЯ ПОД ГРИМОМ НЕ СКРОЕШЬ.
  
   - Ты раскрыла меня, - мужик сдирает с себя лицо.
  Вместе с волосами.
  Под ним обнаруживается Нельсон.
  Нельсон - батрак с Дырды. - Впрочем!
  Я должен был ожидать.
  Ты же - ведьма! - Он засмеялся.
   - Вытащи подушку из-под рубашки.
  
  ИЗ ПОДУШКИ ПОЛУЧАЕТСЯ НИКУДЫШНЫЙ ЖИВОТ.
  
   - Выгляжу дураком! - Нельсон избавляется от подушки.
  Выбрасывает её в утилизатор.
   - Нельсон!
  Признайся!
  Ты же следил за мной.
  И ты вытащил меня в отпуск.
  Значит, ты - влиятельный.
  Очень.
  Не удивлюсь, если ты из Тайной Имперской Канцелярии.
  Вот, только, зачем я вам?
  Простая космодесантница.
   - Простая космодесантница, - Нельсон передразнил меня. - Завалила Андроида рукопашного боя.
   - Убила свою подружку космодесантницу, - на меня навалилась тяжесть. - Я поняла...
  Никакой это не отпуск.
  Не увольнительная.
  Вы меня будете судить.
  За убийство Мишель.
  Не беспокойтесь.
  Я шокирована.
  Сама не переживу...
   - Алисиа!
  Ты среагировала.
  Быстро приняла решение.
  В бою.
  Твой первый бой.
  Посмотри на это с другой стороны.
  
   - СМЕРТЬ СО ВСЕХ СТОРОН ОДИНАКОВАЯ.
  
   - А, если бы Мишель, действительно, была шпионкой?
  И убила бы Кимру.
  Затем - тебя.
  Потом захватила бы ваш космофрегат.
  И так далее...
   - Нельсон!
  Ну, у тебя и сравнения.
   - Алисиа!
  Я не оттуда, откуда ты думаешь.
   - Из леса ты?
   - Если продолжишь так шутить, то я испугаюсь.
  Странная у тебя улыбка, Алисиа.
   - Нельсон!
  Представь со своей точки зрения.
  Ты - жил на болоте.
  Со своими братьями и сестрой.
  Ну и родители.
  Твой отец боролся за Правду.
  Нуууу, как бы боролся.
  В кабаках бы рассказывал о Правде.
  И тому подобное.
  Потом ты становишься ведьмаком.
  Понимаешь, что можешь общаться с животными.
  Затем твоих друзей сжигают живьем.
  Не был бы ты убит горем?
  А потом ты встречаешь свою знакомую.
  Знакомая, которая напялила на себя накладную рожу.
  И под платье на живот засунула подушку.
  Как бы ты себя вел?
  Ты на себя похож.
  Обычно говорят, что на себя не похож.
  Но ты на себя похож.
  Ты устроил мне каникулы.
  Я же была уверена, что меня выпроводят из космодесанта.
  Или ещё хуже... - Я замолчала.
   - Алисиа.
  Ты права.
  Немножко.
  Очень немножко.
  Надеюсь, что ты не станешь возражать?
  Если я тебя приглашу?
  Тем более что ты всё уже поняла.
  Что отпуск тебе подстроили.
  Мы... - Он поднялся.
   - Куда летим?
  В лес?
  Разговаривать с медведями?
  
  ЛУЧШЕ С МЕДВЕДЕМ НА ВЕЛОСИПЕДЕ.
  
   - Мы пройдем пешком, - Нельсон подаёт мне руку.
   - Извини.
  Нельсон.
  Я не умею ходить под ручку с мужчинами.
   - Ты не хочешь показывать свои чувства, чтобы я не смеялся?
   - Нельсон!
  Я не как ты.
  Я - девушка.
  У девушки - вагина.
  У мужчины - пенис!
  Пенис вагине не товарищ.
   - Фуй!
  Алисиа!
  Ты в космодесанте научилась грубостям.
   - Не только грубостям! - Я иду рядом. - А шутки космодесантников - самые смешные.
  Самые остроумные шутки в мире.
  Одним они кажутся грубоватыми.
  Другие ценят краткость шутки и её отточенность.
  Что смешнее - профессор Имперской Библиотеки, который пролил чай на научную работу, или...
  Толстяк поскальзывается на банановой кожуре и плюхается в лужу?
  Дрыгает ногами.
  Ворочается в грязи.
   - Надо провести эксперимент.
  Эксперимент с толстяком в луже.
  И с профессором с чаем.
   - Нельсон?
  Ты - серьезно?
  Или у тебя юмор своеобразный.
   - Прошу, мадемуазель? - Нельсон открывает дверь.
  Дверь передо мной.
   - Кафе?
  Но я только что лизала мороженое.
   - Выпьем кофе! - Нельсон подмигивает мне.
  Словно заговорщик.
  "В кафе никого нет, - я следую за Нельсоном. - Ловушка?
  Ловушка для меня?
  Из меня хотят выкачать ведьмино зелье?
  Если бы оно существовало...
  Кто он - Нельсон?
  От него пахнет и огнём.
  Огонь бластера".
   - Вымоем руки, - Нельсон не спрашивает.
  Он приказывает.
  Я повинуюсь.
  "Мной играют.
  Но я подожду.
  Третий вид боя - ожидание..."
  Я прохожу в дамскую комнатку.
  Нельсон сразу входит за мной.
   - Нельсон? - Я посмотрела на него.
  Снизу вверх смотрела.
  Состроила гримаску. - Ты - извращенец?
   - Нет.
   - Но...
  Признайся, Нельсон.
  Ты выбрал странный способ.
  Способ удивить меня.
   - Думай, как тебе нравится.
  Мы с тобой не простые.
  У каждого из нас свой опыт.
   - Опыта у меня не много.
  Нет опыта общения с мужиками по туалетам.
  
  ДЕВУШКА И МУЖЧИНА В ЖЕНСКОМ ТУАЛЕТЕ - ЧТО МОЖНО О НИХ ПОДУМАТЬ?
  
   - Твои догадки меня не интересуют, Алисиа, - Нельсон меня прерывает.
  Поспешно. - Я не желаю слышать о любви.
  Никогда!
   - Нельсон!
  Ты меня пугаешь.
  Ты - холодный.
   - Алисиа!
  Не ври.
  Я вижу, что ты не боишься.
  Ни капельки.
  Даже не малейшей капельки от мороженого.
  Та капелька, которую мужик слизнул с твоей коленки.
   - Ты подсматривал?
   - Очень, - Нельсон подходит к двери.
  На ней табличка - Технический шкаф.
  Нельсон прикладывает ладонь к голограмме.
  Дверь открывается.
  За ней - коридор.
  Коридор с лампочками.
  Мы проходим за дверь.
  Я молчу.
  Понимаю, что начинается серьезное.
  Прислушиваюсь к своим чувствам.
  Но они молчат.
  Вокруг ничего не происходит.
  "Либо мой дар ведьмы пропал".
  Коридор виляет.
  Слева распахивается дверца лифта.
  Раскрывается без нашего участия.
  За нами следят тщательно.
  К моему удивлению лифт поднимается.
   - Нельсон!
  Я думала, что ты ведешь меня в подземелье.
   - Ну да, ну да!
  Алисиа!
  Подземная тайная лаборатория.
  С учеными в белых халатах.
  С установками непонятного назначения.
  Ты насмотрелась галосериалов.
   - Отец запрещал нам смотреть сериалы.
  Он говорил, что в сериалах Правды нет.
  
  ГДЕ ПРАВДА, ВЕДЬМАК?
  
  Мы выходим из лифта.
  Находимся на крыше.
  Крыша - взлетная площадка.
  Над ней завис космофрегат.
   - Служба Городской канализации, - я читаю на борту. - Нельсон.
  Я понимаю, что космофрегат никакой канализации не принадлежит.
  Вам следует поменять надпись.
  Нужно писать Городская служба канализации, а не служба Городской канализации.
  Да и закрылки уберите.
  Кто понимает, тот видит.
  К подобным закрылкам подвешивают космоторпеды.
  А не унитазы...
   - Алисиа! - Нельсон не реагирует на мою болтовню.
  Он серьёзен.
  Пропускает меня вперед.
  Мы оказываемся на борту.
  Космолёт сразу стартует.
   - Где в открытом космосе вы будете чинить канализацию? - Мне немного не по себе.
  В центральном зале сидит мужчина.
  Лицо худое.
  Взгляд блуждает.
  Отстраненный взгляд.
  Я не могу поймать его глаза.
  Меня начинает бесить.
  "Мужик знает о моих способностях!
  Ещё бы!
  Он не позволит отвести ему глаза".
   - Алисиа!
  Мы - космовоенная разведка!
   - Ах!
  Вот, оно что! - Я понимаю.
  Дотрагиваюсь мизинчиком до кончика носа. - Пиииип!
  Хотите меня завербовать?
  
  
  
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"