С некоторым опозданием, из-за значительной занятости делами, выкладываю ещё один фанфик Александра, на этот раз о МиГ-19
'Первый советский сверхзвуковой'
.
Патрик Федорович Гордон.
Издательство 'Наука'
Монография.
Истребитель МиГ-19
...
В целом вполне благожелательный отзыв летчиков-испытателей о новой машине (еще не прошедшей до конца даже заводских испытаний) и показанные на заводских испытаниях высокие летные характеристики, вызвали 1 февраля 1954 г. совместное обращение Министерства Обороны и Министерства Авиационной промышленности СССР в Совет Министров СССР с предложением о начале серийного выпуска истребителя СМ-9 с двумя двигателями АМ-9, а уже 17 февраля 1954 г. вышло Постановление Совета Министров СССР N286-133 о запуске нового истребителя под обозначением МиГ- 19 в серийное производство на авиационном заводе ?21 в Горьком.
Время было еще суровое: только что закончилась война в Корее, в небе которой дебют МиГ-15 было трудно назвать блестящим, а поэтому без штурмовщины не обошлось. Между Советом министров, Министерством авиационной промышленности и Министерством обороны по поводу судьбы самолетов установочной партии возникла переписка, в которой Совмин в достаточно резкой форме попытался обязать МАП сдать, а Минобороны соответственно принять на баланс первые 50 самолетов и 100 двигателей РД-9Б к ним по чертежам ОКБ-155, а не по чертежам для серийного завода, как это обычно делалось.
.......
Тем временем только 30 августа 1954 г. опытный СМ-9/1 поступил в ГК НИИ ВВС для Государственных испытаний, которые начались 3 сентября. Ведущими летчиками-испытателями были подполковник В.Г. Иванов и майор Н.А. Коровин, летчиками облета -начальник института генерал-лейтенант авиации Благовещенский, полковник Ю.А. Антипов, подполковники Молотков, В.С. Котлов, Г.Т. Береговой, Трещев, майоры Махалин, Солодовников, Лапшин, Уницкий, капитан Цикунов. В общей сложности в гос. испытаниях участвовали восемь пилотов ГК НИИ ВВС, два пилота - от НИП-4 (научно-испытательного полигона) остальные - из строевых частей. Руководил гос. испытаниями инженер Ю. М. Калачев. Из-за разных дефектов полеты несколько раз прерывались, что затянуло испытания до 1 марта 1955 г.
Однако, куда более важным оказалось то, что в процессе гос. испытаний военные летчики вновь отметили недостаточную эффективность рулей высоты при сверхзвуковых скоростях. Проявилось и явление 'подхвата': при переходе на сверхзвук или при маневрировании машина становилась более 'вялой' по тангажу, и летчик, стремясь преодолеть это явление, сильнее тянул ручку управления на себя, чем переводил рули на большие углы. Это вызывало торможение самолета и резкое восстановление эффективности рулей, что, в свою очередь, приводило к молниеносному нарастанию перегрузки. Решить проблему можно было только установкой цельноповоротного стабилизатора. Помимо этого, выявился также почти неизбежный букет 'мелочей', свойственных каждой новой машине и это, в свою очередь, в немалой степени тормозило ход испытаний, которые в полном объеме так и не провели. В частности, не производились полеты с подвесными баками, на штопор и со сбросом фонаря. Реактивное и бомбовое вооружение также не испытывалось. Оно включало два балочных держателя БД-3-56, на которые можно было подвесить 250-кг авиабомбы, либо тандемом по паре 'соток'. Туда же при необходимости цепляли и 760-литровые подвесные баки. Ближе к фюзеляжу за нишами шасси могли монтироваться пилоны для блоков ОРО-57К с 57-мм НУРС АРС-57. Наложило свой отпечаток и вышедшие ранее решения правительства о начале серийного производства: Политбюро и Совмин торопили с окончанием испытаний 'эталонных' МиГ-19, в результате испытания СМ-9/1 были завершены 1 марта 1955 г.
......
Идея установки цельноповоротного горизонтального оперения давно обсуждалась в ОКБ-155 и даже прорабатывались технические решения, однако отработка управляемого стабилизатора совместно с необратимым бустерным управлением представляла достаточно серьезную проблему. До появления МиГ-19 в советских ВВС имелся опыт эксплуатации только обратимых бустерных систем управления на дозвуковых истребителях МиГ-15 (а управлении элеронами) и МиГ-17 (в управлении элеронами и рулем высоты). Рост шарнирных моментов и значительное изменение устойчивости и управляемости (из-за влияния сжимаемости и деформации конструкции) потребовали разработки принципиально новой системы управления для сверхзвукового самолета. При сверхзвуковых скоростях полета резко снижалась эффективность руля высоты, т.к. отклонение руля не вызывало прироста подъемной силы на неподвижном стабилизаторе (эффективность руля падала с ростом числа М). На больших скоростях полета существенно возрастал запас продольной статической устойчивости самолета за счет смещения фокуса. Это приводило к тому, что самолет с рулем высоты на сверхзвуковых скоростях не в полной мере использовал подъемную силу крыла при эволюциях, в результате чего диапазон располагаемых перегрузок и маневренность истребителя ограничивались.
Таким образом, удовлетворительную продольную управляемость на высоких скоростях можно было достичь только применением управляемого стабилизатора, необратимого бустерного управления и автоматического регулирования в системе управления, что позволяло обеспечить маневрирование с максимальными перегрузками во всем диапазоне чисел М.
Лишь на втором прототипе самолета СМ-9 был установлен управляемый стабилизатор. СМ-9/2, построенный путем переделки СМ-2/2, подготовили в январе 1954 г. От СМ-9/1 он отличался удлиненной носовой частью фюзеляжа с уменьшенной площадью входного сечения воздухозаборника, установленным под фюзеляжем третьим перфорированным тормозным щитком, уменьшенным по площади рулем направления, увеличенным форкилем, цельноповоротным стабилизатором, оснащенным противофлаттерными грузами (площадь горизонтального оперения при этом также уменьшилась с 5,5 кв. м. до 5,0 кв. м), снятыми крыльевыми ПВД и отсутствием вооружения.
Конструктивно каждая половина стабилизатора крепилась к балке, которая вращалась в подшипниках, установленных в фюзеляже. Крепление стабилизатора было выполнено при помощи косой оси, проходившей близко от центра давления, что разгрузило конструкцию и сделало реальным применение имевшихся бустеров, электромеханизмов и рулевых машин. Правая и левая половины управляемого стабилизатора крепились к трубе, которая вращалась в подшипниках, установленных в фюзеляже. Как и на опытных СМ-2 и СМ-9/1, на СМ-9/2 для улучшения путевой устойчивости был установлен подфюзеляжный килевой гребень площадью 0,54 кв. м.
В систему управления элеронами, как и в управление по продольному каналу, были включены по необратимой схеме гидроусилители с питанием от бустерной гидросистемы и с дублированием от основной гидросистемы (переключение на основную гидросистему производилось автоматически при падении давления ниже 65 кг/кв. см). Жесткая система управления стабилизатором также имела в качестве основного привода включенный по необратимой схеме бустер с дублированием от основной гидросистемы. Имитация усилий на ручке создавалась пружинным загрузочным механизмом. Снятие продолжительно действующих усилий с ручки управления осуществлялось электромеханизмом 'триммерного эффекта'.
На самолетах СМ-9/2, СМ-9/3 (а впоследствии и на СМ-9/4 и СМ-9У) была установлена третья (аварийная) система управления стабилизатором от электромеханизма, приводимого летчиком в действие при помощи ручки, а также четвертая система (тоже аварийная) - летчик имел возможность при нарушении механической связи управлять стабилизатором электрической кнопкой на ручке управления. Доработанный таким же образом СМ-9/3 отличался от СМ-9/2 лишь укороченной носовой частью и смонтированным штатным вооружением (три пушки НР-23). Предусматривалась и установка ракетного вооружения, в виде двух или четырех блоков ОРО-57К.
Заводские испытания СМ-9/1 задержали начало облетов СМ-9/2, лишь 4 марта 1954 г. Г.А. Седов поднял его в небо. СМ-9/3 построили в июне, и с 16 числа он также стал участвовать в программе испытаний. Помимо шеф-пилота, в облетах второй и третьей опытных машин принимали участие летчики-испытатели ОКБ К.К. Коккинаки, В.А. Нефедов и Г.К. Мосолов. В третьем полете на СМ-9/2, который проводил Коккинаки, начались самопроизвольные колебания стабилизатора. Несмотря на перегрузки и травмы, полученные от ударов о выступавшие элементы оборудования кабины, пилот сумел набрать высоту, а затем благополучно совершить посадку на аэродроме. В аналогичную ситуацию вскоре попал и Мосолов, при этом самолет получил повреждения - кое-где не выдержали заклепки, покоробилась обшивка. Неудачным оказалось расположение тормозных щитков. При их выпуске образовывался вихревой поток, воздействовавший на горизонтальное оперение, и самолет внезапно с высокими перегрузками выходил на большие углы атаки.
С целью экономии времени, устранение выявленных недостатков проводилось прямо на летно-испытательной станции. Так, уменьшение расходов ручки управления позволило расширить диапазон эксплуатационных центровок при взлете и посадке. В одном из полетов на СМ-9/2 Мосолов достиг на пикировании с высоты 9300 м скорости, соответствующей числу М=1,462. Всего на заводских испытаниях СМ-9/2 и СМ-9/3, закончившихся 4 ноября 1954 г, летчики ОКБ-155 и ГК НИИ ВВС выполнили около 80 полетов, которые продемонстрировали хорошие летные качества машины, в особенности отличную вертикальную скорость у земли - до 180 м/с.
В ходе полетов выяснилось, что на дозвуковых режимах истребитель слишком чувствителен к изменению положения стабилизатора. Это было опасно: когда происходила раскачка самолета и пилот начинал управлять цельноповоротным стабилизатором, то запаздывание его действий приводило только к увеличению амплитуды колебаний.
Поэтому в ОКБ приняли решение установить автомат регулировки управления (АРУ-2А). Его счетно-решающее устройство в зависимости от скорости и высоты полета регулировало отклонение стабилизатора и нагрузку на ручку управления: при одинаковых ходах ручки на низких скоростях стабилизатор отклонялся на большие углы, чем на высоких (аэродинамический шарнирный момент стабилизатора на ручку не передавался). Благодаря АРУ летчик почти не ощущал разницы в управлении истребителем при переходе с одного режима полета на другой. Максимальная эксплуатационная перегрузка при сверхзвуковых скоростях полета на высотах более 10000 м возросла в 1,7-1,8 раза (это давало возможность пилоту полностью использовать маневренные возможности самолета). Создал этот автомат А.В. Минаев, разработавший много новинок для систем управления самолетов.
В апреле 1955 г. (спустя 15 месяцев после первого полета СМ-9/1 и 12 месяцев после первого полета СМ-9/2), два первых серийных МиГ-19 были переданы ВВС для войсковых испытаний. Головным в программе выпуска нового истребителя стал Горьковский авиазавод N21, коллектив которого смог быстро набрать необходимый темп производства: уже 3 июля 16 новых МиГов участвовали в воздушном параде в Тушино, после чего машина получила кодовое обозначение НАТО 'Farmer-A' (с англ. фермер). Всего до конца года цеха завода покинули 89 'девятнадцатых'.
На воздушном параде в Тушино, прошедшем в 1956 году, весьма эффектно на МиГ-19 выступила пилотажная четверка летчиков-инспекторов ПВО, возглавляемая командующим авиацией ПВО СССР дважды Героем Советского Союза генерал-полковником Е.Я. Савицким.
От опытного СМ-9/2 серийный истребитель отличался сдвижной частью фонаря без дополнительного переплета, ограничением углов отклонения задних тормозных щитков до 25 град., отсутствием крыльевых ПВД и накладок на фюзеляже в зоне выхода стволов крыльевых пушек, наличием экрана, прикрывающего баки NN2и3, а также наличием комплекса предупреждения о радиолокационном облучении 'Сирена-2'. Основное оборудование МиГ-19 состояло из автоматического прицела АСП-5Н, сопряженного с радиодальномером СРД-1 ('Радаль-М'), УКВ-радиостанции РСИУ-ЗМ, аппаратуры слепой посадки ОСП-48 и т.д. На самолетах ранних серий антенна радиосвязи располагалась на фюзеляже по правому борту за фонарем кабины. Для замены двигателей хвостовая часть фюзеляжа отстыковывалась. МиГ-19 оснащался тормозным парашютом, при использовании которого длина пробега уменьшалась с 800 до 600 м.
Надо отметить, что первые серии МиГ-19, поступившие на вооружение в истребительные полки, после короткого периода восторга летчиков, начавших 'ходить за звук', вскоре вызвали у летного состава авиачастей настороженность. Неприятной особенностью МиГ-19 оказалась его высокая посадочная скорость - 230 км/ч (против 160 км/ч на МиГ-15УТИ). При отсутствии 'спарки' это серьезно тормозило освоение машины. Теплоизоляция между двигателями и располагавшимися под ними топливными баками оказалась недостаточна. Установка между фюзеляжными баками NN2и3 и турбинами металлического экрана решала проблему лишь частично, случались оплавления и прогары конструкций фюзеляжа и проводки в хвостовой части самолета. Между тем заводские испытания самолета, проводившиеся в 1955г. также потребовали решения сложных аэродинамических проблем. На серийном самолете МиГ-19, на числах M=0,9-0,96 и больших приборных скоростях, сложный характер обтекания хвостовой части фюзеляжа с местными сверхзвуковыми скоростями и несимметричным положением скачков уплотнения приводил к нарушению путевой балансировки самолета, трудно удерживаемой летчиком. С целью полного устранения продольной неустойчивости серийных истребителей конструкторы разработали еще пять различных вариантов хвостовых коков. В ходе летных испытаний был отработан окончательный вариант хвостового кока с уменьшенной длиной и меньшим весом, который полностью устранил указанное явление. Путем срыва потока на хвосте устранили также появлявшиеся на трансзвуковой скорости удары по педалям. Положительные результаты были достигнуты также с помощью турбулизаторов (пластинок), установленных на хвостовой части фюзеляжа в зоне стабилизатора. Вытяжку лопаток турбин двигателей РД-9Б при максимальных скоростях устранили, применив новые жаропрочные сплавы.
Несмотря на некоторые недостатки, МиГ-19 имел существенные преимущества перед
американским истребителем F-100 Super Sabre. 'Девятнадцатый' обладал очень высокой по тем временам скороподъемностью: на высоте 5000 м на форсажном режиме она достигала 180 м/с, а на максимальном режиме двигателей без форсажа у земли - 115 м/с, что значительно превышало скороподъемность 'Супер Сейбра'. F-100C для набора высоты 10000 м требовалось 4 мин, за то же время МиГ-19 на форсаже набирал более чем 15000 м. Советский самолет имел и более высокую максимальную скорость (1450 км/ч против 1215 км/ч у американского) и лучшую маневренность. 'Янки' был на 3000 кг тяжелее, а его радиус действия был на 200 км меньше.
Только 26 августа 1955 г. передали на заводские испытания четвертую и пятую опытные машины - СМ-9/4 (она имела красный бортовой номер '4') и СМ-9У (она имела красный бортовой номер '5'), но первый полет на 'четверке' К.К. Кокинакки совершил лишь в сентябре, 'четверка', переделанная из серийной машины, отличалась от 'двойки' и 'тройки' лишь носовой частью фюзеляжа (по типу СМ-9/1), небольшим гаргротом, тянувшимся от фонаря до форкиля, увеличенным размером носового колеса и новым составом оборудования. Кроме того, на СМ-9/4 конструкторы резко усилили вооружение, установив вместо 23-мм пушек НР-23 только что прошедшие испытания 30-мм автоматические НР-30, что фактически удвоило вес секундного залпа, который достиг 18 кг! Установка нового вооружения потребовала изменения узлов крепления пушек, доработки гильзо- и звеньеотводов, газоотводных труб, рукавов питания и патронных коробов. Кроме того, как и на опытных машинах, на фюзеляже в районе стволов пушек вновь появились специальные накладки для предохранения от пороховых газов. Были также изменены направляющие патронной ленты в носке крыла и пневмосистема перезарядки пушек. СМ-9У - в целом аналогичный 'четверке' двухместный учебно-тренировочный вариант истребителя, отличавшийся удлиненным на 84 см. фюзеляжем и отсутствием крыльевых пушек.
...
Фактически 'четверка' послужила эталоном для серийного производства следующей модификации фронтового истребителя МиГ-19Д ('доработанный', изделие 61), подготовка к производству серийного варианта которого на сборочных линиях Горьковского, Новосибирского а затем и Комсомольского заводов велась с октября 1955г., однако процесс доводки и гос. испытаний новой машины затянулись и она сменила на конвейерах выпускавшийся до него МиГ-19 только в марте следующего года.
Новый истребитель отличался от предыдущего варианта следующими основными изменениями:
- тремя пушками НР-30 вместо НР-23 (в тех же местах);
- возможностью подвески под крылом двух бомб ФАБ-250 или двух блоков с неуправляемыми снарядами;
- наличием системы дозаправки топливом в полете;
- радиодальномером СРД-З ('Град'), сопряженным с автоматическим прицелом АСП-5Н;
- УКВ-радиостанцией РСИУ-4 ('Дуб') вместо РСИУ-З.
Также были введены изменения в силовой установке, системе управления, в тормозной системе, в системе тормозного парашюта (который по результатам происшествия с СМ-7 перенесли в основание киля), в связи с чем значительно доработали конструкцию крыла и фюзеляжа. В итоге проведенный комплекс конструктивных изменений позволил улучшить маневренность и управляемость самолета. Истребитель стал значительно приятнее в пилотировании, особенно при выполнении вертикальных фигур. У серийного самолета, по сравнению с предшественником, планер потяжелел с 2767 до 2811 кг, оборудование с 531 до 545 кг, а вооружение с 244 до 340 кг.
Несмотря на большое количество доработок, внедренных на МиГ-19Д, истребитель по-прежнему продолжал преподносить неприятные сюрпризы. Многочисленные аварии и катастрофы не способствовали росту популярности машины. На серийных самолетах вновь проявлялся дефект, связанный с автоматом регулировки управления (АРУ) и гидроагрегатами системы управления. Немало было и случаев отказа гидроусилителей. Происходило это не только в процессе сдаточных испытаний, но и при эксплуатации 'девятнадцатых' в строевых частях. Лишь после проведенных изменений в конструкции самих гидроусилителей, удалось избавиться от этого дефекта. Встречались случаи остановки двигателей при стрельбе из пушек на высотах больше 15000 м, разрушения стяжных болтов крепления двигателей, заклинивания звеньев патронной ленты, несинхронного выпуска закрылков, отказа гидроусилителей, самопроизвольного включения и выключения в полете загрузочного механизма управления. Как существенный недостаток представители ВВС отмечали очень большое время, необходимое для подготовки самолета к полету. Так, на предварительную подготовку уходило 2,5 часа, а к повторному вылету готовились около двух часов. Для фронтового истребителя это было явно многовато. Имело место специальное разбирательство в ЦК КПСС и Совете Министров СССР. В результате, в октябре 1956г. появилось совместное постановление 'О повышении эксплуатационной надежности самолетов МиГ-19'.
...
(СМ-9В, СМ-9/3В, СМ-9/3ВК, ОКБ-918)
(СМ-7 - МиГ-19П)
...
Как уже упоминалось ранее, в середине 50-х гг. военные несколько потеряли интерес к 'девятнадцатому'. В 1956 г. главкомат ВВС снизил общий заказ промышленности не только на фронтовой истребитель МиГ-19Д, но и на перехватчик МиГ-19П (было заказано всего 200 перехватчиков). И тому были вполне определенные причины. Фактически по летным данным перехватчик даже несколько уступал фронтовому истребителю. Максимальная скорость составляла 1432 км/час, практический потолок - 17250 м, высоту 10000 м машина набирала за 1,2 мин, дальность полета с подвесными баками не превышала 1520 км.
...
Ситуацию с только недавно принятым на вооружение истребителем вполне отчетливо понимали и в Правительстве, и в ОКБ. Уже 6 июля 1955 г. был издан приказ МАП ?461сс, согласно которому коллективу ОКБ-155 поручалось улучшить летно-тактические данные самолетов МиГ-19 и МиГ-19П. Одним из путей по улучшению лётно-технических данных машины была оптимизация конструкции и аэродинамических свойств воздухозаборника. Использованный на МиГ-19 воздухозаборник со скругленной обечайкой, создававший подсасывающую силу при дозвуковых скоростях, при сверхзвуковых скоростях значительно увеличивал лобовое сопротивление самолета.
Недостатки дозвуковых 'носов' первыми осознали американцы, применившие на своем F-100 'Супер Сейбр' воздухозаборник с острой передней кромкой. В сочетании с высокими аэродинамическими характеристиками планера при невысокой тяговооруженности у земли (равной 0,495) это позволило получить максимальную скорость 1390 км/ч. На этом фоне МиГ-19 со значительно более высокой тяговооруженностью (0,86) развивал всего лишь 1452 км/ч на высоте 10000 м.
Осенью 1955 г. на летные испытания поступил первый экземпляр самолета, оснащенного новым воздухозаборником, получивший обозначение СМ-10. Первую машину, СМ-10/1, переоборудовали на заводе N155 из серийного МиГ-19. На ней, прежде всего, заменили воздухозаборник на новый, с острой обечайкой и центральным телом (конусом). Его ход составлял 250 мм, а в убранном положении он выступал из воздухозаборника всего лишь на 200 мм. Носовая часть фюзеляжа до шпангоута N2 была удлинена на 670мм. Подвергся изменению и хвостовой кок, габариты и вес которого удалось заметно снизить. Установили новые обтекатели на щитках шасси, на подфюзеляжном гребне и на звеньесборниках. Установили трубки ПВД-4 на крыле. Фюзеляжная пушка была демонтирована. Планировалось также поставить более мощные опытные двигатели РД-9БФ. В центральном теле воздухозаборного устройства разместили радиодальномер СРД-1М, сопряженный с оптическим прицелом АСП-4Н. Но из-за задержек с доводкой форсированных двигателей пришлось довольствоваться серийными РД-9Б. Несмотря на принятые для экономии массы меры, самолет потяжелел на 80 кг. СМ-10-/2, также являлся переделкой серийной машины и в целом соответствовал первому прототипу.
Основной объем заводских испытаний на самолетах СМ-10/1 и СМ-10/2 провел летчик-испытатель ОКБ К.К. Коккинаки. Максимальная скорость 'двойки' достигла 1750 км/ч, а практический потолок - 18 000 м. Таким образом, значительное приращение по скорости (300 км/ч) было достигнуто фактически только за счет введения регулируемого воздухозаборника без существенных конструктивных изменений, повышения взлетного веса и значительного увеличения мощности силовой установки.
На следующих двух образцах, собранных на Горьковском заводе, СМ-10/3 и СМ-10/4, конус на входе в канал воздухозаборника управлялся непрерывно, в зависимости от скорости полета, угла атаки и угла отклонения стабилизатора. На самолетах монтировали новый электромеханизм АПС-4МД, позволивший увеличить более чем в четыре раза (по сравнению с МиГ-19Д) скорость перекладки стабилизатора на новый угол атаки. Радиодальномер СРД-1М заменили на СРД-5А, антенна последнего размещалась в носовом конусе. Появилась станция 'Конус', а ответчик 'Хром' заменили на 'Барий'. Для стабилизации самолета по каналу крена установили одноканальный автопилот КАП-1. В августе 1956 года на СМ-10/4 вместо КАП-1 установили автопилот ЭАП-47И (АП-28). Двигателями РД-9БФ был оснащен только СМ-10/4, на котором для повышения живучести при возросших температурных режимах, по рекомендации ЦАГИ изменили схему продува хвостовой части. Оба самолета были оснащены крыльями увеличенной площади, по типу крыла МиГ-19ВК, облегченной конструкции, изготовленными из крупных цельнофрезерованных панелей. Аналогично были выполнены хвостовые части самолетов, получившие, помимо этого, новые цельноповоротные стабилизаторы и рули направления, выполненные из панелей с ячеистым заполнением. Шпангоуты фюзеляжа NN9,15 и 20 были усилены. Все эти меры позволили уменьшить массу планера самолета по сравнению с серийным МиГ-19Д, и практически избавиться от задней центровки, присущей МиГ-19. В апреле 1957 года на испытания вышел двухместный СМ-10У.
...
Новая модификация фронтового истребителя, названная МиГ-19бис, оснащенная двигателями РД-9Б, серийно производилась на сборочных линиях Горьковского, Новосибирского и Комсомольского заводов параллельно с МиГ-19Д с апреля 1957г.
Серийный истребитель отличался от СМ-12/3 следующими основными изменениями:
- двумя пушками НР-30 в крыльях, с боезапасом по 120 выстрелов на орудие;
- установкой автопилота АП-28И2, имевшего режимы демпфирования по трем осям, а также режим автостабилизации;
- установкой автомата углов атаки и сигнализации перегрузок АУАСП-1/19, сопряженного с автопилотом и автоматом регулирования управления;
- возможностью дополнительной подвески под крылом двух ракет типа Р-3;
- отсутствием самолетного инфракрасного визира СИВ-52;
- установкой прицела АСП-6Н;
- штангой ПВД в носовой части фюзеляжа;
- наличием радиовысотомера малых высот РВ-2;
- наличием автомата управления выработкой топлива из баков СПУТ1-2;
- установкой бесшторочного катапультного кресла К-12 конструкции ОКБ завода N 918;
- новыми подвесными топливными баками;
- установкой на основных стойках шасси тормозных колес КТ-61, а на носовой стойке - КТ-87;
- увеличением давления в амортизаторах стоек шасси;
...
/СМ-8 - МиГ-19ПМ, СН, СМ-11/
...
В апреле 1955 г. командующий авиацией ВМФ Е.Н. Преображенский обратился к руководству авиационной промышленности с просьбой создать палубный самолет, модифицировав для этой цели МиГ-19. В виду отсутствия в 1955г. в составе ВМФ СССР авианосцев, а также и утвержденных планов по их строительству, идея не была поддержана и работ в этом направлении в то время не проводилось.
Повторно к идее создания на базе МиГ-19 палубного истребителя вернулись в конце 1956 года, после появления в составе флота авианесущих кораблей. Истребитель должен был помещаться на платформе лифта-подъемника с габаритами 16,4х10м, размещаться для хранения в ангаре высотой 5,3м, стартовать с палубы при помощи катапульты и садиться с использованием системы тросов аэрофинишера, зацепляясь за них посадочным гаком.
На палубных вариантах СМ-9/3К и СМ-10К было предусмотрено использование усиленного крыла увеличенной площади, по типу ВК, складывание внешних частей крыла при помощи гидропривода, с расположением линии складывания консоли крыла между закрылками и элеронами, сразу за аэродинамическим гребнем. Для обеспечения начального угла атаки (~7 град.) при взлете предполагалось либо носовую стойку удлинить на 500мм. и разработать механизм ее 'укорачивания' при уборке, либо использовать убираемую хвостовую опору. Для размещения посадочного гака подфюзеляжный гребень заменили двумя симметрично расположенными более короткими гребнями другой формы. Рассматривалась возможность оснащения крыла щелевыми закрылками вместо щитков-закрылков типа ЦАГИ, и одно- или двухпозиционными двухсекционными предкрылками (имеющиеся катапульты могли разогнать самолет до ~140км/ч, аэрофинишер рассчитывался на посадочную скорость ~150км/ч; скорость отрыва МиГ-19Д с полной нагрузкой - 305км/ч, посадочная скорость - 235км/ч).
Макеты палубных вариантов были предъявлены комиссии ВВС флота в июне 1957 года. Несмотря на все имеющиеся недостатки проект СМ-10К был принят, и ВМФ СССР заказал разработку и изготовление 4 опытных образцов. Другой возможности получения в достаточно короткие сроки палубного истребителя в тот момент в СССР не было.
На СМ-10К усилили узлы крепления крыла и шпангоуты NN7,9,15,20, 22-26 и 30, а также конструкцию люков и обтекателей стыка крыла с фюзеляжем. Крыло было оснащено однопозиционными двухсекционными предкрылками, но сохранило щитки-закрылки. В кабине установлено катапультное кресло К-12ДК с доработанным заголовником. Первые два самолета были подготовлены к стартам с зацеплением за челнок катапульты при помощи бриделя, с расположением крюков для зацепления бриделя на шпангоуте N9. Оба были оснащены и телескопическими носовыми стойками, и выпускаемыми хвостовыми опорами. Третий самолет предполагалось запускать другим способом - при помощи тяговой штанги на передней стойке шасси.
Летом 1958 года начались испытания опытных образцов палубного варианта МиГ-19К в Новофедоровке, на полигоне взлётно-посадочных систем ВВС ВМФ СССР. К этому моменту на полигоне были испытана и подготовлена к работе паровая катапульта, способная разогнать 12 тонный самолет на дистанции 40 метров до 190км/ч, испытывалась вторая, рассчитанная на 18 тонн, и на дистанции 80м способная разогнать самолет до 250км/ч, а также строилась третья, для перспективных авианосцев, рассчитанная на самолеты массой до 36 тонн, и на дистанции 100м способная разогнать машину такой массы до скорости 280км/ч.
В октябре 1958 года Г.М. Шияновым была осуществлена первая посадка самолета с зацеплением за тросы аэрофинишера, а в декабре - старт самолета с катапульты. Испытания показали принципиальную возможность запуска самолета при скорости челнока 140км/ч с использованием хвостовой опоры. При скорости челнока 250км/ч были опробованы старты с зацеплением за челнок катапульты штангой.
СМ-9В, СМ-9/3В, СМ-9/3ВК, ОКБ-918
СМ-7 - МиГ-19П
(abstract)
...
Если в первые месяцы эксплуатации скороподъемность и потолок истребителей МиГ-19 и МиГ-19Д вполне удовлетворяли военных, то уже с середины 50-х гг. их величины считались недостаточными. Причина заключалась в том, что именно с этого времени в воздушном пространстве СССР стали систематически появляться воздушные шары с различной разведывательной аппаратурой, а затем и высотные разведывательные самолеты RB-57. Появилась информация и о том, что фирма 'Локхид' разрабатывает разведчик (U-2), способный летать на высоте до 25000 м.
В этот период в Советском Союзе не было ни одного самолета, способного бороться с высотными разведывательными самолетами. Поэтому Совмин выпустил соответствующее постановление, согласно которому ОКБ-155 на базе фронтового истребителя МиГ-19 должно было спроектировать, построить и передать на испытания специальный высотный вариант самолета МиГ-19В. В этом же постановлении ставилась задача выпустить уже в 1956 100 таких машин.
Несмотря на то, что базовый истребитель МиГ-19 имел гермокабину, полеты в стратосфере требовали дополнительных мер безопасности и специального оборудования. Поэтому было разработано специальное кислородное оборудование ККО-1 с избыточным давлением в маске. В то же время, в ОКБ завода № 918 под руководством С.М. Алексеева
велась разработка специального высотного компенсирующего костюма (скафандра), так как малейшее нарушение герметичности кабины на большой высоте (даже трещина в фонаре) грозило мгновенной смертью пилоту, костюм был необходим и для катапультирования на больших высотах и скоростях.
На совещании в ОКБ-155 было определено, что проектные работы по скафандру являются приоритетными, и в течение второй половины 1955 года два летчика-испытателя ОКБ, К.К. Коккинаки и В.А. Нефедов, под руководством ведущего инженера В.А. Архипова проводили испытания вариантов костюма сначала в барокамере, а затем и на самолете. В результате проведенных испытаний создали высотный компенсирующий костюм ВКК-2. В обычном полете он не надувался и не мешал работать летчику. При разгерметизации кабины воздух поступал в трубки двойной оболочки костюма, компенсируя потерю давления и предотвращая 'закипание' крови. Испытания костюма в барокамере до условной высоты 25000 м (впервые в СССР созданной в наземных условиях) провел К.К. Коккинаки.
В летных испытаниях нового высотного снаряжения участвовали от ОКБ- 155 Г.А. Седов, К.К. Коккинаки, Г.К. Мосолов, от ВВС С.А. Микоян, В.П. Васин и В.С. Ильюшин. Общая оценка была положительной и после незначительных доработок высотно-компенсирующий костюм ВКК-2 в 1956 году был принят в серийное производство и начал поступать в ВВС. Через некоторое время в комплекте летного снаряжения появился герметичный шлем ГШ-1, а затем ГШ-2, которые в сочетании с высотно-компенсирующим костюмом обеспечивал работоспособность летчиков до высоты 24000 м.
Если проблемы с экипировкой летчика удалось решить довольно быстро, то результаты доводки высотного перехватчика явно не оправдали ожиданий. Определенный негативный эффект оказывала спешка - разведчики и шары уже 'висели' в советском небе и их надо было сбивать. О том, насколько быстро принимались многие решения, говорит тот факт, что опытный экземпляр высотного истребителя, переделанный из четвертого серийного МиГ-19 (обозначенный как СМ-9В с красным бортовым номером '14'), вышел на испытания в сентябре 1955 г. В отличие от МиГ-19 на самолете установили более мощные опытные форсированные двигатели РД-9БФ с нерегулируемыми створками реактивных сопел (сопла имели выходное сечение диаметром 535 мм). Перед турбиной двигателей создавалась повышенная температура газов. Форсажная камера отличалась также воспламенителем, в который подавалась карбюрированная смесь. Увеличение тяги на 10% производилось за счет повышения температуры газов на выходе двигателей (в среднем на 400С) и доработки стабилизаторов горения. Это обеспечивало прирост потолка на 500-700 м, однако существенно снижало надежность работы силовой установки и увеличивало температуру элементов конструкции самолета почти до предельно допустимой величины.
Установка модифицированного двигателя, также, как и его форсирование на самолете, потребовали доработки системы охлаждения внутренней хвостовой полости фюзеляжа. Для этого установили дополнительный носок с увеличенной кривизной в конусовой части хвоста (от ребра), а также дополнительные воздухозаборники сверху хвостовой части фюзеляжа. Повышение высотности потребовало ввести и целый ряд других конструктивных изменений. Для увеличения подъемной силы крыла на высотах свыше 15000 м при скорости, соответствующей числу М менее 0,9, угол отклонения закрылков уменьшили с 15 град. до 10 град. Одновременно перехватчик попытались облегчить, сняв радиовысотомер РВ-2, тормозной парашют, фюзеляжную пушку и бронеспинку в кабине летчика. Это снизило полетный вес на 230 кг.
Заводские испытания опытного СМ-9В провели летчики-испытатели Г.К. Мосолов и В.А. Нефедов под руководством ведущего инженера В.А. Архипова, после чего машину передали в ГК НИИ ВВС. Испытания показали, что практический потолок модифицированного истребителя возрос до 18500 м (вместо заданных 20000 м), а максимальная скорость на высоте 11000 м - до 1572 км/ч, что соответствовало числу М=1,48. 6 мая 1956 г. летчик ГК НИИ ВВС Н.И. Коровушкин, используя метод динамического броска, достиг на опытном СМ-9В рекордной высоты 20740 м. В Акте по летным испытаниям самолета было записано: 'Самолет МиГ-19В практически не отличается от МиГ- 19 по технике пилотирования, а на малых скоростях полета (350-380 км/ч) пилотирование упрощено, и самолет более устойчив, чем прототип'. МиГ-19В запустили в малую серию, а часть истребителей МиГ-19В доработали на ремонтных заводах.
Устанавливавшиеся на самолеты серийные двигатели РД-9БФ имели несколько уменьшенный (по сравнению с опытными) диаметр выходного сечения (498 мм). В процессе эксплуатации выяснилось, что наиболее слабой стороной работы двигателя РД-9БФ на высотах вблизи потолка оказалась недостаточная стабилизация процесса горения. Серийные МиГ-19В отличались также измененным углом выпуска закрылков, который был уменьшен до 8 град. (вместо 10 град. на опытной машине), что еще больше увеличило подъемную силу на высоте свыше 18000 м. Допускалось отклонение закрылков на скоростях, соответствовавших числам М менее 0,9.
Как бы там ни было, но достигнутые результаты рассматривались лишь в качестве промежуточного этапа, и исследования по повышению высотности опытного СМ-9В продолжались. Повышению потолка самолета должны были способствовать дальнейшие конструктивные изменения, многие из которых внедрялись по рекомендации ЦАГИ. По мнению ученых, для того чтобы достать фоторазведчиков, требовалось увеличить размах (и, следовательно, площадь) крыла, изменить его форму в плане, а также профиль концевых сечений. Для этого на участке от перегородки (аэродинамического гребня) до конца консоли установили отогнутую вниз и несколько выступающую вперед переднюю кромку крыла; новую законцовку, увеличивающую размах (до 10,3 м вместо 9,0 м), площадь (до 27,7 кв. м. вместо 25,16 кв. м.) и удлинение крыла (до 3,8 вместо 3,24).
Новое крыло повышало аэродинамическое качество и подъемную силу на больших углах атаки. Кроме доработки крыла для снижения полетного веса сняли крыльевые пушки с боезапасом, оставив только фюзеляжную. Однако взамен этого на машину пришлось установить дополнительное оборудование. Затем, уже в ходе летных испытаний в первой половине мая 1956 г. двигатели РД-9Б заменили на РД-9БФ. В итоге после всех конструктивных изменений взлетный вес самолета, получившего название МиГ-19ВК (К- новое крыло), не снизился, а даже вырос на 65 кг, достигнув 7250 кг.
После всех переделок, в ЛИИ МиГ-19ВК (бортовой номер '644'), пилотируемый летчиками-испытателями В.П. Васиным (ведущий) и В.С. Ильюшиным смог достичь практического потолка в 18800 м (у этой же машины с этой же силовой установкой со 'старым' крылом он составлял 18500 м). В Отзыве В.П. Васина говорилось, что МиГ-19ВК 'практически не отличается от серийного самолета по технике пилотирования', а кроме того, 'облегчено пилотирование на приборных скоростях 320-280 км/ч, т.к. нет тенденций к увеличению угла тангажа с одновременным креном'. В выводах отчета по летным испытаниям самолета МиГ-19ВК говорилось, что вместо ожидаемого повышения потолка на 1000 м прирост составил лишь около 300 м. Исследования показали, что путем доработки конструкции повысить высотность истребителя практически уже нельзя.
...
Одновременно с разработкой фронтового истребителя и однодвигательного перехватчика для ПВО, ОКБ-155 вело проектирование всепогодного перехватчика. Эта задача была сформулирована в Постановлении СМ СССР N2181-387 от 15 августа 1953 г. и приказе МАП N638 от 26 августа того же года. Самолет требовалось предъявить на гос. испытания уже в июле 1954-го.
Разработку эскизного проекта завершили в декабре 1953 г. По сравнению с фронтовым истребителем СМ-9 перехватчик имел много отличий. Изменились воздушные каналы двигателей (по контурам и по площади поперечного сечения). На каждой консоли крыла установили по одному приемнику воздушного давления; аэронавигационные приборы подключили к правому ПВД, остальные - к левому; носовой ПВД сняли. Вследствие изменения обводов носовой части фюзеляжа расширили кабину летчика и перекомпоновали приборные панели.
Вместо радиодальномера СРД-1М 'Конус' установили РЛС РП-1 'Изумруд-1', сопряженную с оптическим прицелом АСП-5НМ, запросчик и ответчик 'Узел', а также станцию оповещения о радиолокационном облучении 'Сирена-2'. Установка РЛС в носовом отсеке вызвала изменения в конструкции передней части фюзеляжа (до шпангоута N99), которую пришлось удлинить на 360 мм. Ввели общую антенну на фюзеляже для УКВ-радиостанции РСИУ-ЗМ и радиокомпаса АРК-5 и объединенный указатель в кабине для гирокомпаса ДГМК-5 и радиокомпаса АРК-5. Сняли носовую пушку, оставив две НР-23 в корневых частях крыла, а патронные ленты разместили в рукавах в носках крыла (по 120 снарядов на ствол). Под каждой консолью на двух пилонах могли подвешиваться два блока неуправляемых ракет РО-57-8 (ОРО-57К) с восемью снарядами АРС-57 или две бомбы ФАБ-250, а в случае необходимости - два подвесных бака по 760 л; смонтировали прицел АП-57.
.....
Постройку первого опытного перехватчика, оснащенного двумя двигателями АМ-9Б (РД-9Б) с форсажной тягой по 3250 кг и получившего шифр изделия СМ-7 (или СМ-7/1), закончили в июле 1954 г. Опытный перехватчик поступил на заводские испытания практически одновременно с самолетом СМ-9/2. Первый вылет на нем выполнил 28 августа 1954 г. летчик-испытатель В.А. Нефедов. Испытания завершились 15 декабря. За это время было выполнено 43 полета с общим налетом 25 часов 36 минут. Затем машину передали в ГК НИИ ВВС для проведения Государственных испытаний (двигатели АМ-9Б также проходили цикл испытаний на этой машине), которые закончились 15 октября 1956 г.
К этому времени уже было принято решение об установке на самолетах типа МиГ-19 пушек калибра 30 мм, поэтому вооружение СМ-7/1 на гос. испытаниях состояло из двух пушек НР-30 с боезапасом по 120 снарядов на каждую (в дополнение могли подвешиваться два блока по восемь снарядов АРС-57). Оборудование от заявленного в эскизном проекте не отличалось за исключением установки аккумулятора типа 12САМ-28. Два подвесных бака емкостью по 760 л заполнялись горючим не полностью (по 400 л каждый) из-за ограниченной грузоподъемности колес шасси.
По аналогии с СМ-9/3 в конце 1954 г. был построен второй прототип перехватчика (СМ-7/2) с таким же оборудованием, как на СМ-7/1. Поскольку проектирование и испытание фронтового истребителя и перехватчика велись параллельно, то все недостатки СМ-9/2 повторились на СМ-7/1, и последующие прототипы подверглись одинаковым доработкам. Летные испытания продвигались медленно, часто прерываясь для доработок. В апреле 1955г СМ-7/2 также передали на государственные испытания. В ГК НИИ ВВС выявили существенный недостаток в работе двигателей - 'зависание оборотов', наблюдались проблемы с гидравлической системой управления стабилизатором. В одном из полетов на СМ-7/1 из контейнера высосало тормозной парашют и заклинило им реактивное сопло, однако самолет удалось успешно посадить на аэродром.
...
Под обозначением МиГ-19П (изделие 62) перехватчик СМ-7 в 1956 г. был запущен в серийное производство на заводе N21 в Горьком. Серийные машины отличались от опытных заостренной формой обтекателя антенны АР-18-16. Автомат регулирования управления АРУ-2А заменили на АРУ-2В. На самолетах поздних серий взамен РЛС РП-1 'Изумруд-1' ставилась более совершенная станция РП-5 'Изумруд-5'. На перехватчиках, оснащенных РП-5, в кабине появился экран с тубусом. Помимо вооружения и спецоборудования, от МиГ-19Д самолет отличался отсутствием триммера на руле направления (на самолетах поздних серий триммер устанавливался), и меньшим количеством воздухозаборников хвостового отсека фюзеляжа. В кабине появился довольно громоздкий тубус экрана РЛС, что в сочетании с удлиненной носовой частью фюзеляжа ухудшило обзор. Первые серийные машины выпускались с двумя пушками НР-23, но вместо них вскоре стали устанавливать более мощные НР-30. Запас кислорода на МиГ-19П составлял 10 л (в пяти шаровых баллонах по 2 л).
На истребитель-перехватчик МиГ-19П была установлена аппаратура 'Горизонт-1', предназначавшаяся для управления самолетом при наведении на цель и для передачи с перехватчика на командный пункт кодированных сигналов скорости, курса, высоты и специальных команд через связную радиостанцию. В качестве связной радиостанции использовалась доработанная для совместной работы с аппаратурой 'Горизонт-1' станция РСИУ-ЗМГ 'Клен'. С указанным оборудованием перехватчик иногда обозначался как МиГ-19ПГ Перехватчик получил в НАТО кодовое обозначение 'Farmer-В'. Истребители МиГ-19ПГ выпускались в начальной стадии серийного производства и эксплуатировались в частях авиации ПВО наряду с самолетами МиГ- 19П, которые поставлялись в авиаполки ВВС, ПВО и морской авиации. Со временем систему наведения на цель изменили, при этом аппаратура 'Горизонт-1' и радиостанция РСИУ-ЗМГ на серийных перехватчиках уже не ставились (последнюю заменили на РСИУ-4В). За три года выпустили 417 самолетов этой модификации.
...
...
/СМ-8 - МиГ-19ПМ, СН, СМ-11/
(abstract)
...
Одновременно с совершенствованием фронтового истребителя, ОКБ-155 вело проектирование нового варианта всепогодного перехватчика, оснащенного самонаводящимися ракетами. По аналогии с СМ-10 в конце 1955 г. были построены прототипы перехватчика (СМ-8/1, СМ-8/2) с установкой опытной радиолокационной станции 'Изумруд-6' (c уменьшенным диаметром антенны) или ЦД-30. Антенну станции разместили в центральном теле воздухозаборника увеличенных размеров, для чего диаметр носовой части пришлось увеличить до 910мм. Пушечное вооружение из-за значительного возрастания массы пустого самолета не устанавливалось. Ракеты размещались на пусковых устройствах, которые крепились в точках подвески топливных баков. Самолеты могли нести 2 ракеты типа К-6 или К-7 (будущая Р-3) с ИК системой самонаведения, или две ракеты типа К-8 или К-9 (будущая Р-4) с полуактивной радиолокационной системой самонаведения. СМ-8/3 и СМ-8/4 отличались доработками по типу СМ-10/3 и СМ-10/4, наличием двух дополнительных узлов подвески под крылом для размещения пусковых установок ракет, усиленными стойками шасси, увеличенным давлением в амортизаторах основных стоек и установкой на них колес типа КТ-61.
В ходе заводских испытаний выяснилось, что возросшее лобовое сопротивление значительно ухудшило летные характеристики перехватчика - так, максимальная скорость оказалась на 220 км/ч меньше, а потолок - на 600м ниже, чем у СМ-10 с аналогичными двигателями, а высоту 10000м самолет набирал за 4 минуты.
Заводские испытания СМ-8 проходили в апреле-сентябре 1956 года, совместные государственные испытания перехватчиков проводились с октября 1956 по июнь 1957 года в Жуковском, Владимировке и в Севаслейке (испытания с пусками ракет в Подмосковье не проводились). С 1 по 5 июля 1956 года СМ-8/3 (оснащенный РЛС 'Изумруд') и СМ-8/4 (оснащенный РЛС ЦД-30) были сняты с испытаний и находились на аэродроме в Жуковском в 15 минутной готовности к вылету, с дежурными экипажами, назначенными из летчиков-испытателей НИИ ВВС.
...
По результатам испытаний было признано, что использование ракет Р-4 на самолетах этого типа нецелесообразно из-за значительно возрастающего лобового сопротивления и существенного ухудшения летных характеристик, а также малой дальности обнаружения целей бортовой радиолокационной станцией. Ракеты типа Р-3 возможно было использовать лишь до высоты 16000 м. Обзор из кабины по сравнению с СМ-10 значительно ухудшился. Дальности обнаружения целей бортовыми радиолокационными станциями были признаны недостаточными, отмечалась низкая надежность работы обеих типов станций.
Тем не менее, самолет был запущен в малую серию, и в 1957-1959 годах на заводе N21 было произведено 220 МиГ-19ПМ.
...
Обращение внимания на существенное изменение летных характеристик и режимов работы двигателя на самолете СН (модификация МиГ-17Ф, оснащенного боковыми воздухозаборниками), проходившем заводские испытания в 1953 году и Государственные испытания в 1954 году, привело к началу ряда исследований в области пространственного обтекания и газодинамических характеристик входных устройств различного типа.
В 1955 году по образцу самолета СН по заказу ЦАГИ были модифицированы еще два МиГ-17, получившие наименования СН-2 и СН-3, также имевшие боковые воздухозаборники, а в 1956 году на совместные испытания в ЛИИ и НИИ ВВС были переданы пять экземпляров самолетов, основой для которых послужил МиГ-19, оснащенных разными типами боковых воздухозаборных устройств. Опытные машины получили обозначение СМ-11 (с СМ-11/1 по СМ-11/5). СМ-11/1 имел нерегулируемые полукруглые боковые воздухозаборники, СМ-11/2 и СМ-11/3 регулируемые полукруглые боковые воздухозаборники, СМ-11/4 и СМ-11/5 - регулируемые плоские боковые воздухозаборники с вертикальным расположением клина.
...
В ходе испытаний, проходивших в 1956-1959 годах машины подвергались многочисленным доработкам и переделкам, осуществлявшимся в рамках проводимых исследований.