Хорошо обставленная кухня, в трехкомнатной квартире. Обстановка обычной семьи со средним достатком За столом сидит грузный мужчина в майке и вытянутых трико - СТЕПАН (30 лет). Перед ним на столе большой бутерброд с маслом и колбасой. Рядом стакан горячего чая. Степан подносит бутерброд ко рту, в этот момент раздается звонок в дверь.
СТЕПАН (громко): Открыто.
Несколько секунд сидит, ждет. Снова звонок в дверь. Степан привстает из-за стола, выглядывает в прихожую.
СТЕПАН (кричит): Открыто говорю!
Слышен скрип открывающейся двери. Затем оханье и топтание в прихожей.
СТЕПАН (вполголоса): Кого черт принес?
В кухню заходит худощавый мужчина в потертом пиджаке и мятых брюках - ПЕТЯ, 30 лет.
СТЕПАН: А Петруха! Заходи, заходи дорогой.
Степан поднимается навстречу гостю. Петя останавливается в дверях кухни.
ПЕТЯ: Да я по делу.
Степан улыбается. Движением руки приглашает Петю к столу.
СТЕПАН: Проходи, присаживайся. Тапочки одень.
Петя продолжает стоять в дверях кухни, опершись на косяк.
ПЕТЯ (мнется): Я вот хотел...
Степан возвращается за стол, садится, откусывает бутерброд и запивает его чаем.
СТЕПАН (с набитым ртом): Пришел, значит?
Петя опускает глаза, кивает.
СТЕПАН: Рад, что не забываешь старого друга.
Петя, наконец заходит в кухню и опускается на край табуретки.
ПЕТЯ: Стёпа, понимаешь, мне деньги нужны.
Петя проводит ребром ладони по горлу.
ПЕТЯ: Край как!
СТЕПАН (удивленно): Чудак ты, Петя. Где ж я тебе деньги возьму? Ты за окно посмотри...
Петя срывается с табуретки и идет к окну. Степан встает из-за стола берет Петю за плечи и усаживает снова на табуретку.
СТЕПАН: Я не в прямом смысле. В фигуральном!
Степан берет стакан чая, протягивает его Пете.
СТЕПАН: Хлебни.
Петя мотает головой.
ПЕТЯ: Не хочу.
СТЕПАН: Ну, не хочешь, как хочешь. Хозяин барин.
Степан делает глоток и ставит стакан на стол.
СТЕПАН: Посмотри, что в мире творится. Американцы совсем обнаглели. Террористы опять же, стабильности никакой. Откуда деньгам взяться то?
ПЕТЯ: Ты же обещал!
СТЕПАН (задумчиво): Ну...обещал.
Берет со стола пачку Мальборо. Закуривает.
СТЕПАН: Мало ли. По пьяни, что не скажешь.
ПЕТЯ: Угостишь?
Степан открывает пачку, заглядывает в нее. Показывает Пете.
СТЕПАН (с сожалением): Извини, последняя осталась.
ПЕТЯ (в сердцах): Представляешь, не на что даже сигареты купить!
Степан утешительно похлопывает Петю по плечу.
СТЕПАН: Ну-ну. Не переживай. Да и курить вредно. Мы вот с Катькой вчера в ресторане были, и, представляешь за соседним столиком чудак один сидел! Смолил не переставая!
Степан затягивается и выпускает дым в потолок.
СТЕПАН: Так вот, я Катьке и говорю. Я мол, у тебя меньше курю, чем этот крендель, а ты все недовольна.
ПЕТЯ: А когда?
СТЕПАН: Что когда?
ПЕТЯ: Когда сможешь?
СТЕПАН: Ах, ты опять о деньгах. Да не знаю я! Честью клянусь. Вот как только появятся, сразу приходи.
Степан подходит к холодильнику открывает дверцу и достает бутылку коньяка. Ставит коньяк на стол. Достает две рюмки.
СТЕПАН: Будешь?
Петя подхватывает табурет и присаживается поближе к столу.
СТЕПАН: Ах да, у тебя же язва. Ну, тогда я один.
Степан неторопливо наливает рюмку коньяка, выпивает. Вторую рюмку убирает обратно в шкаф. Петя вместе с табуреткой отодвигается от стола.
ПЕТЯ: Язва у Вовки.
Степан хлопает себя по лбу.
СТЕПАН: Ах да! Точно! Не позавидуешь Вовке. Ни выпить, как следует ни остреньким закусить.
Степан наливает себе еще рюмку. Берет столовую ложку, подходит к холодильнику, снова открывает его и лезет ложкой куда-то вглубь холодильника.
ПЕТЯ (с вызовом): А у меня язвы нет!
Степан, наконец, вытаскивает из холодильника ложку. В нее он зачерпнул красной икры. Выпивает рюмку, закусывает икрой.
СТЕПАН: И хорошо, что нет! Молодец! А вот у меня сердечко пошаливает. Как то в последнее время неспокойно на душе. Катаклизмы всякие в мире творятся.
Степан убирает бутылку с рюмкой.
ПЕТЯ: Стёпа, ну ты обещал!
СТЕПАН: Ты опять за свое? Петь, ну как ребенок ей Богу! Обещал деньги - значит будут!
ПЕТЯ: Когда?
СТЕПАН: Может через месяцок. Видишь дома еще ремонт делать надо. Такие траты! А дом для человека первее всего! Как там говорится? Мой дом - моя крепость.
Степан поднял палец вверх.
СТЕПАН: Вот так то!
Из соседней комнаты слышен звук шагов. Дверь комнаты открывается и появляется супруга Степана КАТЕРИНА (25-30 лет). Пышная женщина в халате. Лицо заспанное. Катерина зевает.
КАТЕРИНА: С кем это ты? О! Петя зашел! Рада видеть.
Петя встает с табуретки.
ПЕТЯ: Здравствуй Катя.
КАТЕРИНА (Степану): А ты чего сидишь? Хоть по стопочке бы налил. Себе и гостю.
СТЕПАН (доставая бутылку): У него язва.
Степан наливает себе рюмку.
ПЕТЯ (неуверенно): Это у Вовки...
СТЕПАН: Да точно! Это у Вовки язва. (выпивает) Представляешь, Катюша, Вовка, тот самый с которым мы в институте учились язву заработал!
КАТЕРИНА: Это светленький такой? Симпатичный?
СТЕПАН (поморщившись): Нет. Маленький, на азиата похож. Да ты его, наверное, и не помнишь. Он с нами всего год учился.
Катерина идет к чайнику стоящему у плиты и наливает себе чай.
СТЕПАН: А все почему? Да потому, что дома своего нет! Всю жизнь по общагам да съемным квартирам мотается. Жены опять же нет.
Степан подходит сзади к Катерине стоящей у чайника. И шлепает ее по попе.
СТЕПАН: Вот и заработал язву, в дешевых столовках. Я вот тебе Петька так скажу, для человека важнее семьи и дома ничего быть не может! Ты уж мне поверь.
Катерина с чаем и бутербродом садится за стол.
КАТЕРИНА: Совсем заболтал человека. Ну, рассказывай Петя, как жена, детишки?
ПЕТЯ (вздыхая): Да тяжело сейчас. Зарплату задерживают, детишек к школе одеть надо.
Катерина сочувственно качает головой.
КАТЕРИНА: И не говори. Цены растут! Вот на прошлой неделе в супермаркет зашли. А Стёпка вдруг мидий захотел. Я как глянула на ценник - ахнула!
Степан закуривает последнюю сигарету из пачки. Подходит к окну, открывает форточку.
СТЕПАН: Ахнула, но купила! Жена потому что! Понимает, что сытый мужик - порядок...
ПЕТЯ (перебивая): ...в доме!
СТЕПАН: Во! Молодчина! Соображаешь! Ты и своей скажи, чтобы на продуктах не экономила!
Петя встает, нервно ходит по кухне, заложив руки за спину.
ПЕТЯ: Да нам хотя бы детишек к школе одеть.
Степан и Катерина переглядываются.
СТЕПАН: Ты не расстраивайся так. Все образуется. Помнишь, как мы в общаге с хлеба на воду перебивались? И ничего ведь. Все обустроилось, наладилось. Сейчас коньяк попиваем, икорку кушаем.
Катерина подносит к губам чашку с чаем.
ПЕТЯ (делая ударение на последнем слоге): ПопиваетЕ, кушаетЕ!
Катерина застывает с чашкой чая у рта. Переводит удивленный взгляд на Степана.
КАТЕРИНА: Стёп, что это с ним. Разнервничался то как.
СТЕПАН (пожимая плечами): Не знаю. Может язва разыгралась.
(обращаясь к Пете) Петь, у тебя язва что ли...
Петя в ярости подскакивает к Степану, хватает его за грудки и начинает трясти.
ПЕТЯ: Да нет у меня язвы! Понял? Нет, и никогда не было! Ты когда, сволочь, долг отдашь? Полгода уже прошло, а обещал через месяц вернуть! Дома жрать нечего!
Петя отпускает ошарашенного Степана и обессилено садится на пол. Обхватывает голову руками и, жалобно поскуливая, начинает раскачиваться из стороны в сторону.
СТЕПАН (поправляя майку): Ну, нет, язвы так нет. Ишь, разнервничался.
Катерина подходит к Пете, ласково гладит его по голове.
КАТЕРИНА: Шел бы ты лучше домой, Петь. А то натворишь чего, потом локти себе кусать будешь.
Петя встает, пошатываясь, идет к двери. Выйдя из кухни, останавливается, поворачивается к хозяевам.
ПЕТЯ: Уже кусаю. От голода.
Петя снова поворачивается и выходит в прихожую.
КАТЕРИНА (Степану): Не в себе чего-то Петька сегодня. Может с женой поругался. Иди, проводи!
Степан встает и выходит в прихожую вслед за Петей.
ПРИХОЖАЯ
СТЕПАН: Ты через месяц заходи, может, получится, с деньгами то. Я сразу отдам.
Петя, молча, уходит, хлопнув дверью. Степан возвращается на кухню. Подходит к окну, задумчиво смотрит сквозь стекло.
СТЕПАН: Вот люди живут. Нищета, нищетой. И жена у него сварливая, поди, каждый день Петьку за безденежье пилит.
Степан подходит к Катерине, обнимает ее.
КАТЕРИНА (качая головой): Вот и сорвался человек.
СТЕПАН: И язва, опять же.