|
|
||
Планета "Хоррор"
Фантастический рассказ
Снежинск май 2026
* * *
Наш и исследовательский корабль "Орион" был направлен в созвездие Кассиопеи с разведывательной целью. В этом созвездии мы ещё не бывали, и нам предстояло просто посмотреть что, где и как. Экипаж был чисто русский, так уж получилось при наборе. Командира нашего звали Павел Свиридов, и два его помощника: я Сергей Большаков и совсем молодой парнишка Валерий Ясенов. Его взяли, чтобы он понабрался опыта после академии и назначили на такую высокую должность, потому что он академию окончил с отличием. Кроме нас в экипаж входило ещё двенадцать человек тоже все русские и, по крайней мере, это было хорошо, поскольку не существовало языкового барьера, который иногда портил все цели космического полёта. С международным экипажем часто приходилось пользоваться электронным переводчиком, если состав команды не прошёл языковую школу. Наш космолёт представлял из себя средний класс космолёта, в который входили корабли с экипажем до двадцати человек. Полёт наш проходил довольно спокойно, если не считать поломки определителя скорости. Но он сломался тогда, когда до Земли оставалось очень много километров, а починить его можно было только, когда корабль никуда не летел, а стоял на какой-нибудь планете. Вот и мы сейчас занимались не разведкой Кассиопеи, а поиском любой планеты, где можно было починить определитель скорости.
Летели мы с неизвестно какой скоростью уже давно, но солнечных систем с планетами не находили.
И вот тут неожиданно радар дальнего поиска показал нам впереди, так называемую блуждающую планету, то есть планету не нашедшею для себя солнца, чтобы крутится вокруг него. Что это за планета пока было не ясно и Павел, наш командир сказал:
Подойдём поближе посмотрим, стоит ли на неё садиться.
А я подумал, все равно наверняка мы сядем на эту планету, потому что другой не было, а лететь со сломанным определителем скорости было просто неудобно.
Да так и получилось, правда планета эта внушало страх, так как была черно-синего цвета, такой мы увидели её, когда приблизились на более близкое расстояние. Очевидно из-за облаков, которые покрывали её.
Когда мы вплотную приблизились к планете, то оказалась и не ней есть светлый пятна. Мы стали искусственным спутником этой блуждающей планеты и выяснили, что она вполне подходит для ремонта датчика скорости, поскольку на ней есть равнины с небольшими горками и куда можно спокойно сесть нашему кораблю. Атмосфера вот только не подходила для открытого пребывания на планете, но у нас имелись скафандры, и это проблема можно считать была решена. А вот вредных для нас вирусов и бацилл практически не было, но на всякий случай прививки нам медик сделал.
Так что после двухсотого круга вокруг планеты наш командир принял решение сесть на неё в месте, где было относительно ровно.
* * *
Посадка прошла штатно. Но что там было за кораблём совершенно непонятно. Неясные очертания гор, каких-то ложбин, каких-то равнин и я подумал, что вряд ли здесь есть какая-нибудь жизнь. Как же я ошибался.
Свиридов отдал распоряжение спустить трап и первым трём человекам в скафандрах соответственно спустится на поверхность планеты. По не писаному закону первым должен был спуститься на неизвестную планету либо командир, либо его помощник. В данном случае эта честь была отдана Валерию Ясинову и как оказалась смертельная честь. Пока он был на свету прожекторов корабля, всё было нормально, и спуск начали ещё двое наших. Но стоило Валере отойти от света, и попасть в темноту планеты как раздался его крик и он замолчал. Сколько мы его не вызывали по рации он молчал.
Свиридов сразу скомандовал:
Включить все световые прожектора и осмотреться. Спуск пока на планету прекращаю.
Повинуясь приказу двое шедших за Валерой космонавтов, вернулись на корабль.
А ярком свете фонарей мы увидели лежащего на земле Валеру без признаков жизни, причём его скафандр медленно лишался воздуха и, в конце концов, создалось впечатление, что скафандр пуст.
Ничего себе, воскликнул командир, вот это подарочек. Надо подойти к Валере или к тому, что от него осталось, и всё осмотреть кругом. А так же выяснить от чего он погиб. Хотел было вызваться я, но командир мне это делать запретил иначе, как сказал он, я могу лишиться двух помощников.
В общем, наш экипаж был не из трусливых и пришлось командиру самому выбирать, кто пойдёт, так как хотели пойти все.
Были включены все прожектора на космоплане, чтобы тщательно осмотреть место вокруг гибели Валерика.
Ребята всё тщательно осмотрели и ничего не нашли. Но тут один из осматривающих случайно вышел за полосу света прожекторов и почти тут же крикнул он, меня что-то толкнуло в затылок. Его сразу осветили мощными фонарями, и с затылка у него на землю упало какое-то создание. А на затылке уже виднелся небольшой укус. На всякий случай это место, во избежание потери кислорода, быстро залепили особым пластырем. Неудачника спросили:
Ты идти сможешь?
С вашей помощью могу. Очень сильно болит голова.
Постарайтесь, ребята, сказал Свиридов, прихватить и этого представителя местной флоры и фауны, мы хоть посмотрим, что это за чудо. Только берите его осторожно и если почувствуете боль, сразу выбрасывайте.
Вы знаете командор, послышалось в ответ, у нас такое ощущение, что оно уже мертво. Не выдержала света.
Всё равно тащите. Оно наверняка убила Валеру и надо посмотреть, как с ней можно бороться не только с помощью света.
Ребята помогли раненому подняться по трапу, после чего трап закрыли и потушили все прожектора.
* * *
Так, сказал Свиридов, раненного к медикам, а это безобразие (он указал на существо, ранившего нашего товарища) пока в холодильник, пока оно не стухло. Тут кто-то из наших коснулся голой рукой неизвестное существо и тут же отдёрнул его.
Эта дрянь очень горячая, я чуть было палец не обжог.
Тогда его нельзя в холодильник, пусть побудет в барокамере, заметил наш командир.
Так и сделали. Медики через полчаса выдвинули такой вердикт раненому: "У него просто электрошок. Думаем, через час он оправится"
Ух, ты, воскликнул я, оно ещё и током бьёт.
Да уж, заметил Анатолий Соловьёв, наш врач, похоже, планета ещё та. Сдаётся мне, что датчик скорости мы здесь не починим.
Это мы ещё посмотрим, ответил командир, а раз с раненым вы определились, приступайте к изучению этой пакости, которую почему-то я называю про себя "лягушкой".
И с лёгкой руки командира все стали называть это существо неизвестной планеты "лягушкой".
Через два часа к нам с командиром пришёл врач и сказал, что с лягушкой они с медсестрой вроде разобрались.
Так вроде или разобрались, съязвил Павел.
Доктору это не очень понравилось и он сказал в ответ:
Тут с человеком мы до конца разобраться не можем, а вы командир хочешь, чтоб за два часа мы с неизвестной лягушкой разобрались!
Ладно, ладно, не дуйся, извинительно произнёс наш командир, лучше давай рассказывай, что вы там откопали в этой лягушке.
Во-первых, Валерик был убит электричеством, эта лягушка генерирует до двенадцати киловольт, во-вторых, она теплокровная и температур у неё очень высокая, порядка шестьдесят градусов по Цельсию. Я не знаю чем это вызвано, но думаю тем, что вообще температура планеты, в частности почвы, тоже высокая иначе бы всё тут покрылось бы льдом. Как на это вы не обратили внимания, кружа вокруг планеты, я, честно говоря, не знаю.(Это был укол в нашу сторону). И, наконец, в третьих убить эту лягушку можно только холодом. Мы с медсестрой добились этого "окутав" лягушку сжиженным гелием из баллончика. Светом её просто можно оглушить примерно на полчаса, а вот убить можно только холодом, ну или выстрелом из оружия. Но баллончиком сжиженным газом это наверняка. Причём любым газом. Тут главное холод до минус девяносто градусов.
А как ваш пациент Андрей?
Да, в общем, нормально, просто двенадцать киловольт это двенадцать киловольт, тут одним выходим из шока не отделаешься. Короче мы пока оставляем его у себя, будем наблюдать.
В целом нам с Сергеем пока всё понятно. Будем думать, как всё же нам починить датчик скорости, а вы пока свободны.
* * *
Старею я, воскликнул Свиридов пора уходить в отставку. А ведь действительно, как мы не заметили, что планету-то никто не обогревает, следовательно, она греет себя сама, своим внутренним теплом.
Но если бы это было так. То наверняка мы бы увидели вулканическую деятельность. Но ведь её не было.
Да это верно, вулканической деятельности мы не наблюдали. И что это значит?
А чёрт его знает, заметил я, скорее всего ядро планеты "варится" сама в себе и наружу ничего не выплёскивает.
Но ведь этого не может быть, согласно всяким учебникам!
Вот оказывается может.
Кроме того видели мы видели островки света в горных районах, но это были не вулканы, а просто какие-то факелы.
Но это в горных районах, а здесь на относительной равнине таких факелов нет.
Да, закончил наш разговор наш командир, ну раз темно, то будем ремонтировать датчик скорости в темноте, освещая всё мощными прожекторами.
У нас их не хватит, датчик расположен почти у носа корабля, и как до него добраться я не представляю.
Знаешь, что, Сергей, очевидно к датчику надо подбираться из нутрии корабля, потом спустить его на землю и тут же в каком-нибудь скатере под светом отремонтировать, а потом поставить на место.
Да наверное так и придётся сделать. Но лезть под самый нос корабля задача трудная из-за того, что там находится множество приборов и датчиков. Как бы чего не повредить, заметил я.
Да эта операция сложная, но другого выхода я не вижу, ответил командир, да, кстати, надо маячок установить на могиле Валеры, как мы всегда делаем.
Да это проще, чем снимать датчик.
Тогда иди и дай команду ребятам поставить маячок. Не забудь им сказать, что надо место, где погиб Валерик, хорошенько осветить. И чтобы все взяли по баллончику сжиженного гелия, так для самозащиты.
Я отдал распоряжение и вот на месте гибели Валерика появился вот такой маячок.
День какой-то сумасшедший, пожаловался мне Павел, с утра смерть Валеры, потом ранение Солоухина и эта мерзкая лягушка. Затем выясняется, что мы прохлопали, почему планета не снежная, а вулканов нет. А в горных районах горят какие-то факелы и дают свет. А у нас на равнине темно как в гробу. Не дай бог тут ещё какая-нибудь цивилизация.
Да какая цивилизация, если мы не обнаружили воду. Без воды цивилизации не существует, заикнулся я.
А кто его знает, ответил мне командир, в космосе всё может быть. Кстати сколько сейчас времени по нашему Земному?
Шесть вечера, ответил я
Ладно, на сегодня приключений достаточно, отложим до завтра и пробу снять датчик скорости из нутри и ещё я хочу послать два скатера, чтоб они посмотрели пространство вокруг корабля. Всё же планета и довольно интересная. А сейчас пойдём-ка сходим к раненому Андрею, узнаем как он после электрического шока.
Андрей лежал на кушетки, так как барокамеру занимала лягушка, над которой колдовал наш врач. Андрей уже улыбался и пытался что-то говорить, но электрошок, это всё же электрошок и хорошо, что от полной его силы спас шлемофон.
А лягушка была интереснейшим созданием. Глаз у неё не было и оно ориентировалось в пространстве с помощью ультразвука, как наши летучие мыши. Электричество вырабатывал специальный орган, который занимал почти всё внутреннее строение лягушки, оставляя место лишь маленьким лёгким и маленькому сердцу. Из этого следовало, что на дальние расстояния это лягушка летать не может, дышит она, как и мы, кислородом, которого в атмосфере планеты было мало, но он всё-таки был.
После посещения Андрея, командир дал команду на отдых, оставив все дела на завтра.
* * *
Спали мы плохо. Просто дело в том, что на ночь мы выключили прожекторы освещающие корабль и всю ночь лягушки пытались пробить своими клювами корпус корабля. Это, конечно, была мёртвая затея, но ведь этого лягушки не понимали. И вообще как у них хватило терпения долбать корпус всю ночь. Поэтому встав в семь часов, приведя себя в порядок, наши ребята вооружились лучевым оружием, включили прожекторы и пошли добивать лягушек, которые от света впадали в анабиоз. Лягушек было много и, потратив на это около часа, ребята плюнули на эту затею и решили, что добьют остальных попозже, всё равно до обеда они в себя не придут.
А Свиридов решил направить по скутеру в разные стороны, чтобы хоть маленько понимать, что из себя, представляет эта планета, и может быть кроме лягушек её населяет кто-нибудь ещё. Он послал скатеров на три часа, сказав, что если они через это время не вернуться, то значит, что-то случилось и в помощь будет направлен ещё один скатер, по малым маячкам, которые оставляли все скутеры.
И ещё он отправил одного человека на нос корабля, чтобы попробовать из нутри снять этот датчик скорости. Только после этого мы с командиром уселись у себя в рубке и стали ждать.
А ждать событий пришлось недолго. Неожиданно внутри корабли раздался грохот, как будто-то, что-то упало сверху, и у нас погас экран правого бокового наблюдения.
Так, кажется, Вячеслав уронил телекамеру правого обзора, давай-ка я с ним свяжусь, заявил Свиридов.
По малой рации он связался с тем, кто был наверху выслушал его и обматерил чисто по-русски.
Этот, козёл, умудрился уронить телекамеру. Там, оказывается, чтобы долезть до датчика скорости, надо сдвинуть в сторону две телекамеры, левую и правую. Вот он правую и сдвинул. Результат налицо.
А ты туда кого послал? спросил я.
Вячеслава Нехлебаева, ответил Павел.
Нет, тебе точно пора в отставку, съехидничал я, это же классный водитель скатеров, а уж никак не монтажник.
Да где я тебе мужиков возьму: четверо на скатерах умчались, остальные шесть лягушек, что нам спать мешали, добивают, вот и посылаешь кого угодно на ремонт этого проклятого датчика.
Мой тебе совет, сказал я, сними с работы Вячеслава и отправь туда Наташу Переведенцеву. С виду она хрупкая, но рука у неё, ой, какая крепкая. Она сделает или хотя бы определит причину поломки. Не сомневайся, я её знаю, она механик что надо, хоть и женщина.
Ладно, договорились, согласился со мной командир и по внутренней связи вызвал Наташу к себе.
Вот что, сказал он ей, ты сейчас чем занята?
Я-то, да чего-то печь на кухне барахлит, вот я её и чиню.
Мужской работы не боишься? спросил её командир.
Да нет, чего её боятся!
Тогда придётся тебе этим несчастным датчиком скорости заняться. Сейчас оттуда спустится Вячеслав и принесёт телекамеру, которую он умудрился уронить с верхних этажей космоплана, посмотри годна ли она ещё к работе. Если нет возьмёшь из ЗИПа такую же и поставишь её на место. Но главное сейчас можно добраться до датчика и посмотреть что там с ним. А вот и Вячеслав, мастер-ломастер. Давай камеру.
А Наталья оценивающим взглядом посмотрела на телекамеру и сказала:
По-моему она вполне работоспособна. Бочок только помят. Надеюсь оптики в ней никакой нет?
Нет, пробубнил Вячеслав, вся оптика выходит наружу корабля, а камера вот с помощью вот этого круга с нарезами привинчивается к ней, а потом крепится, после настройки на подставке с помощью вот этих винтов. Я-то винты открутил и кольцо связывающее камеру с оптикой тоже отвинтил, а потом случайно задел незакреплённую камеру локтем, вот она и свалилась вниз, оправдательно заговорил Вячеслав.
Да это тебе не скатер водить, съехидничал Свиридов.
Вот за место тебя Наташу отправляю наверх, надеемся, что она справится со всеми проблемами: и с датчиком и камерой. Так что давай, Натали, утри нос мужикам.
* * *
К этому времени прошло три часа отпущенные скатерам на разведку местности. Один скатер вернулся с опозданием в пятнадцать минут, а вот второго скатера мы так и не дождались. Свиридов велел двум вернувшимся писать отчёт, а сам дал команду ещё одному скатеру, водителем, которого он назначил неудачника Вячеслава, поскольку это был, пожалуй, самый опытный водитель скатеров и ещё двух членов экипажа скатера он подобрал лучших стрелков, потому что командир понял, что без стрельбы там, где пропал скатер не обойдёшься. Напросился и я в эту поездку. Свиридов меня со скрипом отпустил, сказав, чтобы я там был поаккуратней иначе он останется в одиночестве, а это будет очень скверно.
Я вооружился как мог, взял лазерный пистолет, баллончик с жижжёным гелием и на всякий случай электрошокер.
Летели мы по маячкам пропавшего скатера довольно долго, около часа и ничего примечательного не увидели. Была таже темень, освещаемая только фарами скатера. Так продолжалось до тех пор, пока мы не увидели пещеру. Что понесло в эту пещеру пропавший скутер было не понятно, но нам ничего не оставалось, как следовать маячкам. Проход в пещеру был сначала узким, а потом мы влетели в большой зал, и нам представилась такая картина: первое что бросилось в глаза это искорёженный скатер, рядом с ним лежащий то ли мёртвый то ли в шоке наш один космонавт, а второй сидел в этом искорёженным скатере и палил из лучевого автомата в какое-то большое существо похожего на нашего земного осьминога. Но стрельба особого успеха не имела, существо медленно приближалась к поломанному скатеру.
Что тут происходит? хором поинтересовались мы.
Вы видите, что одно такое чудо сделало со скатером и с Сергеем. Мы его на веки успокоили, но тут полно лягушек и вот Сергей лежит то ли мёртвым то ли в шоке я не знаю, но я стараюсь не подпускать к нему близко лягушек. Вот одна опять ползёт к Сергею.
Юрий, а так звали второго человека в искорёженном скатере быстро перевёл огонь на лягушку и она остановилась.
Надеюсь, что навсегда, промолвил Юрий и опять перевёл огонь на существо похожее на осьминога. У этого
чуда панцирь похоже трудно пробиваемый даже из лучевого оружия. Давайте залпом из пяти, нет четырёх ружей, я вижу, что у Большакова только пистолет, выстрелим одновременно в это чудо. Посмотрим, что будет.
А произошло следующее: панцирь "осьминога" раскололся, и оттуда посыпались все внутренности осьминога, причём всё это сопровождалось искорками молний, похоже, что этот осьминог, тоже убивал электричеством.
Уф, сказал Юрий, наконец-то мы его добили. А то я стреляю, стреляю, а толку никакого. Как полз он к скатеру, чтоб доломать его, так и полз.
А кто так искорёжил этот скатер? поинтересовался Вячеслав
Да вот этот осьминог, что лежит рядом. С ним надо поосторожней, он жив, но только в шоке. Только так мне удалось его успокоить, но перед этим он разрядил свою электроэнергию на Сергея и вот я теперь не знаю, жив он или мёртв. Да ещё эти лягушки. Посветите фонарями не ползут ли новые в Сергею.
А почему ты сам не выскочил из скатера, когда его ломал осьминог? спросил я
Этот гад пустил молнию, и мои ноги парализовало, ответил Юрий.
Интересно, промолвил до сих пор молчавший Владимир, чем же эти твари питаются?
По-моему сказал Юрий, они пожирают друг друга. Я тут заметил, как к одной убитой Сергеем лягушки, подлетела другая, схватила её своим клювом и куда-то улетела. Наверно она позавтракает убитой.
Эта не планета, а какой-то сплошной хоррор, произнёс Вячеслав. Каждый хочет сожрать собрата. Ну, а вы что молчите как будто это вас не касается, обратился к сидящим в скатере Владимире и ещё одного Сергея.
А что говорить, высказался второй Сергей, надо моего тёзку забирать и канать от сюда, пока нас не сожрали или лягушки или эти осьминоги.
Не знаю как вам, произнёс я, но нам надо кроме лежащего Сергея забрать с собой одного осьминога и пару лягушек. Пусть наши медики их обследуют.
Мы осторожно перенесли Сергея в наш шестиместный скатер и рядом с ним посадили Юрия, у которого парализовала ноги. Затем взяли про резиновый, кусок ткани, который на всякий случай забросил в багажник я, раз всё тут замешано на электричестве. И вот она пригодилась.
Мы, прямо скажем, с трудом затащили на ткань находящегося под шоком осьминога и бросили его в багажник, предварительно ещё раз саданули его электрическим шокером, чтобы в дороге он не очухался и не начал нас убивать своим электричеством. Ещё мы захватили пару лягушек, то ли мёртвых, то ли под шоком мы не разбирались, лишь бы скорее улететь из этой пещеры.
* * *
А в это время на космоплане проходили следующие события.
Наташа утёрла нос мужикам и установила причину поломки датчика скорости. Датчик был устроен так: основная его электроника находилась внутри корпуса корабля, а наружу торчал только такая трубочка с линзами внутри, которые определяли свет звёзд и их расположение. По этим данным электроника датчика и определяла скорость космоплана. Сначала Наташа отсоединила от трубочки с линзами сам датчик, не поленилась спустилась вниз и на специальном тестере проверила электронику датчика. Электроника была не нарушена, значит, как решила Натали, всё дело в трубочке, которая находилась вне корабля. Она не поленилась, одела лёгкий скафандр, с одним баллоном кислорода, и опять полезла наверх. Там она вскрыла обшивку корабля, где крепились трубочка с линзами датчика, сняла его, и ей стало всё ясно. Просто в трубку попал малюсенький астероид, величиной со спичечную головку, но с огромной кинетической энергией и переломал все линзы. Трубочка имела форму буквы "Г" и крепилась снаружи на поверхности корабля. Наташа смело открутила маленькую часть корпуса и сняла трубочку. После этого она опять закрутила часть корпуса, а дырочку залепила специальным пластырем, чтобы воздух атмосферы не проникал в корабль и снова спустилась вниз, за запасной трубочкой с линзами.
Тут её "поймал" Свиридов и попросил доложить как дела. Наташа всё ему рассказала и добавила, что через полчаса датчик будет исправлен.
Молодчина, сказал Свиридов, утёрла нос мужикам и ты достойна награды.
Какой награды Свиридов не сказал, но Натали знала, что командир слов на ветер не бросает. Впрочем, особо трудной задачу, которую она делала, Наташа не считала.
В общем, заменить трубочку и вновь запустить в работу датчик скорости, было делом пятнадцати минут. А установить телекамеру правого обзора это ещё десять минут. И сияющая Наташа спустилась с "облаков" корабля на "землю".
* * *
А внизу её ждал Свиридов с огромным букетом цветов выращенных в нашей оранжереи. Наташа удивилась, потому что считала, что это была обычная работа, и ничего в ней такого это кого не было.
А на Земле я тебя представлю к награде, так сказал ей наш командир, потому что ты смогла сделать то, что не смогли сделать мужики, хотя эта их работа и обязанность. И ещё я хочу сделать тебя вторым своим помощником, поскольку после смерти Валеры это место вакантно. Так что иди переодевайся и занимай место второго помощника в рубке корабля.
Не успел Сверидов закончить свой монолог, как тут явились мы со скатером полном народу и живых, и полуживых и даже может быть мёртвых, поскольку жив Сергей или мёртв мы не знали. Датчик на груди его показывал, что он жив, но видно было, что он "принял" слишком большую дозу электричества от осьминога.
Доктор наш с медсестрой быстро освободили барокамеру от всех тварей поместив их в пластмассовый ящик не пропускающий электроток , а в барокамеру поместил Сергея, предварительно сняв с него скафандр. Юру он тоже освободил от скафандра и тщательно осмотрел его ноги.
Похоже, Юрий, ты останешься без одной ноги, так сказал врач. Мы с Миланой (это медсестра) постараемся сделать всё, чтобы сохранить тебе обе ноги, но ведь мы не боги. Сейчас Милана займётся тобой, а я займусь Сергеем, поскольку он в глубокой коме и нужно поскорее его вывести из неё, иначе может случиться непоправимое.
Милана, позвал доктор, которого звали Александр, медсестру, займись Юрием, ты знаешь, что надо делать при электрических ожогах и параличах. Особое внимание удели правой ноге, уж больно мне не нравится её белизна.
А этих куда? спросил Вячеслав и показал доктору тварей, которых мы привезли.
Ни чего себе, сказал доктор, осмотрев осьминога, этого надо в ящик с двойным корпусом, а лягушек отправим в тот же ящик, в котором они уже есть. Посмотрим, как они уживутся друг с другом. А вообще-то этих тварей тащить мне хватит, у нас тут не зоопарк, в конце концов. Их надо сохранить до Земли, пусть там специалисты с ними разбираются.
Ладно, это "ладно" прозвучало у Свиридова, как приказ, оставляем медицину одних, пусть они тут разбираются сами, а мы все пошли по рабочим местам.
Свиридов и я за ним отправились в рубку. А рубка наша как будто преобразилась. Во-первых, на столе стоял букет цветов, во-вторых, тот бедлам, что творился у нас в рубке, куда-то исчез. Все бумаги стопочкой лежали около кресла командира, и у моего кресла тоже была аккуратненькая стопка бумаг. А в кресле, где раньше сидел Валерик, сидела Наташа Переведенцева и что-то читала на каком-то листе.
Вот познакомься, сказал мне командир, это твой и мой новый помощник. Зовут его Наташа, впрочем, я думаю, вы знакомы. Представляешь, она за полчаса утёрла нос всем мужикам, и теперь датчик скорости у нас работоспособен и правый экран обзора работает как надо. Кстати, Наташа, что ты читаешь.
Инструкцию для помощника командира, ответила Натали.
В общем, не надо меня было представлять новому помощнику командира, поскольку я, да и она периодически обменивались при встречах недвусмысленными взглядами. А то, что у нас в рубке появилась женщина, я понял сразу, когда увидел какой теперь порядок в рубке. Я сейчас вызову, Кстати, раз датчик починен можно и улепётывать с этой планеты, заметил Свиридов.
Неужели вам командир не интересно побольше узнать об этой планете, надо бы её хоть немножко, но обследовать, в конце концов, мы ведь разведывательный корабль, заявила Наташа.
Разведывать что к чему, конечно можно, вступил в разговор я, но сам посуди, командир у нас уже имеется один труп, второй пока не ясно выживет или нет, а третьему врач грозит ампутацией ноги. К тому же мы потеряли один скатер. Так что думай стоит, продолжать разведку или нет.
Свиридов помолчал несколько минут и ответил так:
Во-первых, какого чёрта понесло их в эту пещеру, а во-вторых надо почитать отчёт ребят, которые вернулись вовремя и, что самое главное без потерь. Тогда и решим на счёт разведки этой планеты. Сейчас я вызову Петрова, капитана и водителя этого скутера, поговорим с ним, почитаем отчёт, а там решим.
Нужно ещё почитать отчёт Вячеслава, про пещеру и тогда только решать Стоит ли ещё задерживаться на этой планете "Хоррор", как прозвали её ребята со спасательного скатера.
А ты сам напишешь отчёт о своей экспедиции. Садись и пиши. Жалко, что ребята с первого скатера, которого искорёжили эти осьминоги. Пока писать ничего не могут. Но поговорить с тем у кого ранены только обе ноги нужно. Наташа это сделаешь ты. Всё всем я дал задания, а сам поговорю с Николаем.
* * *
Не знаю, как кто, а я люблю писать отчёты. Я их пишу в стиле рассказа, поэтому они у меня не такие скучные как отчёты других.
Но тут, не прошло и пяти мину т, как появился Свиридов в сопровождении Вячеслава и сказал:
Врач запретил разговаривать с больными поэтому я пришёл с Вячеславов и с его слов можно узнать что там произошло, потому что раненный Юрий пока летели, успел кое-что рассказать.
Оказывается они залетели в пещеру потому что там вроде бы они увидели красный цвет и действительно, там было что-то красное, но что конкретно они сказать не могут, потому что на них обрушилась стая лягушек и два осьминога. Осминоги были большими и начали буквально ломать скатер. Двери они не могли отрыть, потому что их крепко держали щупальцы этого одного осьминога. Одним словом началась борьба не на жизнь, а на совесть. Чтобы выстрелять в осьминога пришлось Андрею выбить стекло, но не успел он этого сделать как получил мощнейшим удар электротоком. Тут видим о сработали и лягушки и осьминоги. Через разбитое стекло я выстрелил в осьминога и видать попал в какой-то жизненного важный для него орган, потму что он сразу как-то "просел" повалился набок и замер. Тут произошло неожиданное. Все лягушки что набросились на на убитого осминога и второй осьминог тоже набросились на падшего осьминога и стали его пожирать. Это было отвратительное зрелище. Мы с Андреем решил дать задний ход, но дверь, где сидел Андрей была уже почти оторвана и он вывалился на землю, получив при этом изрядную порцию электричества от лягушек, которые продолжали доедать убитого осьминога. Выйти из скатера я тоже не мог, поскольку приближался второй осьминог. Моя задача была сохранить жизнь Андрею, если он ещё был жив, на что я надеялся, я осторожно опустил ноги на землю и тут же получил удар электричеством от лягушек. Они пока на нас не нападали, поедали тело осьминога убитого мною, но я чувствовал, что как он съедят осьминога так набросятся на нас.
Да ещё этот второй осьминог. Он немного отличался от первого убитого, формой своего тела. Так вот он в пиршестве участие оставил и направился к лежащему Андрею. Полз он не спереди, а сзади и со своими парализованными ногами я с трудом повернулся боком и стал стрелять в осьминога. Но он не поддавался моей стрельбе. Я видел, как по нему текла какая-то жидкость, очевидно кровь. Но своё движение он не оставлял. Периодически я постреливал лягушек, а остальные набрасывались на их тела, продолжая пир.
Ну, а тут появились мы, во главе вашего помощника Сергея, и он теперь всё может рассказать и написать.
Вот и всё, что нам успел поведать Юрий пока, мы летели обратно.
* * *
После этого Вячеслав ушёл по делам. Я принялся писать отчёт, командир принялся что-то читать, а Наташа что-то тоже писала. В общем, все были заняты писарской заботой. Неожиданно Наташа сказала:
Что это все мы писурчуками заделались. Датчик починен, можно улетать с этой мрачной планеты, где только и жрут друг друга.
Ты знаешь, Наташа, я вот читаю отчёт о полёте удачного, так будем его называть, сканера с Алексеем с Виталием и мне очень интересно, что всё-таки ещё есть на этой планете. Поэтому мне хочется побольше узнать о ней. Оказывается тут и реки есть, только с какой-то странной водой не водой. В общем мне кажется, что со стартом надо повременить, а ещё чуток исследовать эту Планету Хоррор. Давайте я лучше сейчас вызову Алексея Ведерникова и пусть он расскажет, как они слетали и что видели.
Давайте, согласилась Натали.
Я тоже не против, согласился с ней я.
Вот и хорошо, подвёл итог разговора Свиридов, вызываю Алексея.
Командир по внутренней связи вызвал Алексея и через минут семь он появился у нас с сияющей улыбкой.
Чему улыбаешься? поинтересовался Свиридов.
Да так, просто смешинка в рот попала, ответил Алексей.
А понятно, так мы ждём от тебя рассказа, как вы слетали, что видели, что слушали.
Понятно, отреагировал Алексей. Он присел на кресло и начал рассказ.
Рассказ Алексея.
Мы включили все имеющиеся в скатере осветительные приборы, за исключением осветителя салона, чтобы его свет не мешал нам видеть то, что впереди.
А впереди была равнина с небольшими холмами. Периодически мы надевали на глаза инфракрасные очки, чтобы посмотреть есть ли какая-нибудь живность на нашем пути. Так мы пролетели минут сорок, ничего интересного не видя и не слыша. Наконец наши фары впереди высветили большой холм, который перекрывал нам дальнейшее продвижение вперёд. Пришлось облетать этот холм. И вот когда мы его облетели, то увидели нечто интересное. Не очень далеко от нас, а местность пошла гористая, на одной из гор на вершине её была видна ярко-красная полоса. Что это такое с расстояния на котором мы были от этой полосы, определить мы не смогли и решили выяснить, что это такое. Полёт до полосы занял около получаса, и мы увидели странную реку. Река эта вблизи была красно-жёлтого цвета и посредине вершины стояла перегородка с метр вышины. Эта река переливалась через эту перегородку и становилась чисто красной. Кто поставил эту перегородку было не ясно, потому что мы сомневались о какой-либо цивилизации на этой планете. Мы взяли пробы воды до и после перегородки. Интересно было то, что до перегородки вода была очень. горячая, градусов 600 по Цельсию, а перевалив через перегородку, она становилась тёплой, градусов 40.
Мы, было, хотели полететь обратно, но тут смотрим, летит какая-то тень, довольно большая. Мы быстро одели инфракрасные очки и видим, что летит ящер очень похожий на нашего юрского птеродактиля. Причём на нас он не обращает никакого внимания, поэтому мы немножко отлетели назад, от греха подальше. Но этот птеродактиль преспокойно сел около потока красной реки, причём с горячей её стороны и начал пить эту воду. После нескольких глотков ящер перелетел на холодную сторону реки и попил оттуда воды. Видимо он хотел улететь куда-то по своим делам, но тут появился второй птеродактиль, который стал пить горячую воду. Всё было тихо и мирно. Но вдруг не понятно, почему между ящурами возникла драка, страшная драка. Причём тот, который испил обе воды изрыгал из себя потоки огня, а второй отвечал огнём, но в меньшей степени. Сразу запахло палёным, а драки продолжалась минут десять и один из ящеров пал, по-видимому, мёртвым на землю. Второй тут же стал, есть свою жертву. Смотреть на это было отвратительно и мы опять было повернули назад, но тут откуда не возьмись налетела целая стоя этих ящеров и вокруг мёртвого ящера разгорелась целая битва. Причём на того кто пал набрасывались остальные и пожирали его. Лично я на это пиршество смотреть не мог, так же как мой компаньон Анатолий. Мы развернулись и со всей скорости по маячкам полетели обратно. Мы всё это засняли на инфроголографический аппарат, так что, командир, вы можете это всё увидеть своими глазами. И в заключении я хочу сказать, что надо драпать с этой планете и, причём как можно быстрей. Когда мы подлетали к кораблю, то мы увидели, что он весь в точках. Это лягушки пытались пробить наш корпус. Хоть он и крепок, но вода ведь точит камень, и не дай бог, где-нибудь корпус не выдержит и лопнет. Так что тикать надо отсюда, где все друг друга жрут, потому что, наверное, другой еды тут нет. Так и нас сожрут и не заметят.
* * *
По всей видимости ты прав та счёт еды, согласился командир. Жрать на этой планете действительно нечего. Ни лесов, ни полей одна пустота. Знаете, что надо посмотреть, как себя чувствуют себя лягушки и осьминог у нашего доктора. Пойдемте, посмотрим и если они сожрали друг друга, но нам действительно надо улепётывать с этой планеты.
Я напомню, у нас было в "зверинце" у доктора пять лягушек и один осьминог.
Когда мы зашли к врачу, Анатоли и его медсестра Полина сидели в креслах и, по всей видимости, отдыхали.
Как ваши пациенты? спросил Свиридов.
Пациенты у нас потихонечку выздоравливают, ответил врач, правда, ведь, Полинушка. По крайней мере. Андрей, который был полностью в шоке, уже пытается садиться, а у Юрия нога, которую я поначалу хотел ампутировать, порозовела. Это хороший признак.
А как наш второй Андрей с самого начала его шарахнули током.
Если считать по времени, то второй Андрей это как раз первый. Он уже сидит, и скоро я ему разрешу хождение с палочкой.
Ну и Андреев у нас развелось, проворчал Свиридов, вот, пожалуйста, третий.
Он показал на Андрея, который только что рассказал нам много интересного.
Ладно, всё это замечательно, но мы пришли поинтересоваться не только ранеными. Как ваш "зверинец".
Не знаю, у меня времени на него оставалось совсем немного. В том ящике с двойным корпусом всю ночь сверкало молнии, по-моему, там шла настоящая битва, вот только за что и с кем я не знаю. Сейчас всё утихло и слышится, временами какое-то постукивание по корпусу и тихонечкое шебаршения.
Давайте приоткроем верхнюю крышку и посмотрим , что там, предложил Свиридов.
А вы не боитесь получить удара в 12 киловольт. Лично я боюсь, сказал доктор
Волков бояться в лес не ходить, так ответил командор.
Слушай. Андрюша, не в службу, а в дружбу сбегай за толстыми резиновыми перчатками мощным фонарём. Всё это у вас должно быть в скатере.
Сейчас, я мигом командор, отреагировал Андрей и убежал к своим скатерам.
Вернулся он через минут пятнадцать и притащил все, что просил командир.
Давайте я рискну, предложил Свиридов.
Нет уж, рискнул сказать я, лично я против, чтобы мы имели парализованным командира. Так что заглядывать буду я.
Я надел перчатки, встал на резиновый коврик, который догадался притащить Андрей и осторожно приоткрыл ящик. То, что я там увидел, поразила меня. Среди кучи костей ползала одна лягушка и, по всей видимости, искала, чтобы ещё сожрать. Я взял мощный фонарь и осветил им лягушку, которая тут впала в шок.
Посмотрите, позвал я остальных, это уже не опасно, эти лягушки переели друг друга. Осталась одна, видно самая здоровая и сильная.
Очевидно, нам надо привести на Землю этот экспонат, вставил доктор слово.
А как мы его довезём, если ей, лягушки, всё время хочется есть, заметил командор. Вы знаете, командор, по-моему они столько едят, потому что надо поддерживать свою высокую температуру, раз на поверхности планеты именно высокая температура и потом ведь надо поддерживать двенадцать киловольт, а это тоже с помощью еды.
Да, пожалуй, Анатолий ты прав, согласился командор, и что же нам делать.
Во-первых, у нас не шестьсот градусов по Цельсию и температура у лягушки должна тоже упасть и от этого с ней что-нибудь да случится, например она впадёт в сон, и во-вторых, орган, который вырабатывает напряжение, тоже действовать не будет. Так мне, по крайней мере, кажется. Но подкармливать это страшилище всё же придётся и не чем-нибудь, а мясом. Правда неизвестно, будет ли лягушка, наше мясо есть, так выдал своё мнение о транспортировки лягушки на Землю врач.
Давайте теперь посмотрим, как себя чувствует наш осьминожик, предложил командир.
Он там один, отреагировал врач, поэтому там всё было тихо.
Вот и посмотрим, как на этих тварей действует одиночество.
Я опять же в перчатках и на резиновом коврике стоя открыл крышку ящика, Где у нас сидел осьминог. Открыл, и все мы ахнули. Осьмино преспокойно доедал одну из своих щупальцев. От этого вида меня замутило, и я захлопнул крышку.
Вот это номер! воскликнул врач. Надо срочно отправлять его в шоковое состояние и дать ему кусок мяса иначе до Земли мы его не довезём. Полина на кухне есть мясо или там всё в консервах. Думаю, курятинка там найдётся. Вот и принеси её, пожалуйста, сюда.
Полина ушла а мы в молчании стояли и думали, как довести это создание планеты Хоррор до земли, чтобы их там как следует изучили. В частности орган, который создавал электричество.
* * *
Узнав как состояние раненых, и насмотревшись на ужасы планеты Хоррор, мы втроём отправились в рубку корабля.
Ну что? спросил я у командора. Пора возвращаться домой. Правда разведки мы особой не произвели, зато обнаружили блуждающую планету Хоррор и даже познали кто на ней живёт и как.
И поимели кучу раненых и одного убитого, Добавила Натали.
Знаете что, ребята, высказался командор, а улетать нам ещё рановато. Я так думаю, что надо поисследовать и тёмные пятна на планете. Мы были на равнине, а меня заинтересовали горные районы этой планеты, так что возвращаться мы ещё не будем, пока не побываем в горных районах. Только мы теперь опытные и знаем, что из себя может представлять эта планета, так что постараемся в горных районах обойтись без раненых и тем более убитых.
Как знаете, командор, отреагировал я, а ты, Наташа, что думаешь?
Я думаю, что командор прав. Мы разведывательный корабль, а значит, нам надо разведать всё до конца.
А я всё-таки за возвращение на Землю, высказался я, медицинский кабинет забит до отказа, ещё, что ли хотим открыть дополнительный кабинет. Хотя двое против одного, то я подчиняюсь приказу командира.
Ну вот и ладушки, подвёл итог голосования командир.
Он взял микрофон громкой связи и на весь корабль сделал следующее объявление:
Внимание, внимание, говорит командор разведывательного корабля "Орион". Дорогие мои сослуживцы орионовцы, через четыре дня мы стартуем, но летим не на Землю, а продолжать изучать эту блуждающую планету "Хоррор". Мы обследуем ещё тёмные пятна на планете, поскольку сейчас изучали светлое пятно. Там гористый район и наверняка нас ждёт много интересного. Может кто-нибудь будет и недоволен моим распоряжением, но мы с моими помощниками решили так. Хотя не все были согласны с этим. Два человека были за продолжение исследование, один против. Но раз большинство голосов за исследование, то мы и будем их продолжать. Старт намечаю на четвёртые сутки относительно этого дня, поэтому объявляю предстартовую подготовку номер 3. Все знают, что это такое, так что уважаемые коллеги приступаем к предстартовой подготовки.
* * *
В общем, стартовали мы, как и рассчитывали через три земных дня и начали виток за витком наматывать на эту планету, которую мы назвали "Хоррор", по крайней мере, иначе никак её нельзя назвать по тому, что мы видели. Мы совершили порядка пятидесяти витков и наконец, зависли над тем местом, которое нам приглянулась. Мы долго рассматривали эту часть планеты, и нам показалось, что там есть какая-то растительность. А раз растительность, а значит, там может быть живут какие-нибудь животные, которые не поедают сами себя. Правда, что это за растительность без солнечного света, нам было совершенно непонятно. Мы выбрали участок более или менее ровный и вроде свободный от непонятной растительности.
Посадка корабля прошла штатно, и Свиридов сразу отправил два скатера с двумя членами экипажа в разные стороны с напутствиями, чтобы через три часа все вернулись здоровыми. Чтобы ни в какие пещеры не лазить и при остановках включать весь свет.
Мы все с нетерпением ждали эти три часа и самое удивительное, что оба скатера вернулись в срок. Капитанов этих скатеров сразу направили писать отчёт, а их помощников направили прямо в рубку, чтобы они рассказали в двух словах, что они видели. Начали мы с компаньона Алексея Ведерникова, Олега Вязова и вот что он рассказал.
Рассказ Олега Вязова
Отлетели мы от корабля совсем немного, как упёрлись в стену каких-то растений состоящих из ствола и иголок на этом стволе. Листьев, естественно, в нашем понимании не было. Мы попробовали облететь этот "лес" сначала с правой стороны, затем с левой, но так и свободного пространства не нашли. Тогда мы вернулись на прежнее место, и Алексей предложил сесть на землю, выключить освещение и посидеть в темноте. Что мы и сделали.
Интересное сразу окружило нас. Во-первых, мы сели на какую-то "траву", в нашем понимании, причём во влажную. То есть мы поняли, что вода на этой планете есть. Далее мы увидели, что всё вокруг излучает небольшой фиолетовый свет, как "деревья", так и "трава".
Раз есть вода, высказал мысль Алексей, значит возможно есть и река и может быть кто-то эту воде пьёт.
Мы спустили анализатор в эту траву-воду, и анализатор показал нам, что воду можно пить, но только после кипячения.
Тут над нами пролетела птица. Не ящер, как на равнине, а самая настоящая птица, причём полёт её был так стремителен, что я едва успел запечатлеть её на инфракрасный голографический фотоаппарат.
После этого минут двадцать ничего не происходило. Затем из "леса" вышло какое-то диковинное животное и стало пожирать эту мокрую траву.
Неожиданно из этого леса вылетела стрела и вонзилась животному в бок.
Вот тебе, пожалуйста, и цивилизация на уровне каменного века, сказал Алексей. А ты всё снимай на голограмму, будет, что показать нашим. Кстати мы не измерили температуру этого животного.
Алесей достал термометр, который определял температуру на расстоянии двести метров.
Температура этого животного, пока он ещё не погиб сто тридцать градусов. Это значит, что здесь прохладней чем на равнине на, которой мы были. И раз есть стрела, то кто-то её пустил.
Тут ещё четыре стрелы вонзились в животное и одна видна, попала в жизненоважный орган животного. Животное захрипело, и повалилась набок. Тут же из леса раздались какие-то вопли, очевидно невидимые нам стрелки праздновали так удачу. И тут же на поляну выскочило штук десять человекоподобных существ, что-то кричащих и прыгающих, наверное, от радости. Самое что интересное, это то, что у них были глаза. Как они видели в темноте непонятно, но я предположил, что они всё видят в инфракрасном свете. Другого предположить было нельзя.
А между тем пляска радости вокруг заваленного животного продолжалась. И вот один из человекоподобных подошёл сзади зверя и потрогал его, а зверь-то ещё окончательно не помер и врезал этому смельчаку ногой прямо в лицо. Удар был на столько силён, что этот смельчак отлетел от зверя метра на три и рухнул на землю. Его лицо превратилось в кровавую массу, и было видно, что тон мёртв. Но и у зверя это было последнее движение: он тяжело вздохнул дёрнулся пару раз в конвульсии и затих.
Сразу человекоподобные стали разделывать как зверя, так и убитого собрата.
Знаешь, что, сказал я Алексею, полетели домой я уже не могу смотреть как, здесь поедают себе подобных. Зря вообще командир нас сюда направил, и зачем была нужна эта посадка в горах, я не очень понимаю.
Но Алексей защитил командора:
Мы разведывательный корабль, и просто обязаны были изучить всю планету. Хотя меня уже тоже мутит от рациона здешних обитателей. Сейчас возьмём пробы травы и спилим пару деревьев.
Мы включили на полную мощность наши фары от чего человекоподобные пришли в ужас и побросав всё разбежались в разные стороны с воплями ужаса. Мы сели на грунт я выскочил из скатера, причём мои ноги оказались по щиколотку в воде, нарвал травы из лучевого автомата срезал под самый корень два дерева и всё это загрузил в сканер. После этого мы развернулись и полетели домой к космоплану.
Так закончил свой рассказ Олег!
* * *
После его рассказа в рубке наступила гнетущая тишина. Она продолжалась минут пять, пока Свиридов не сказал Олегу:
Ладно, Олег, иди и вызови сюда Вячеслава, послушаем, что он скажет.
Вячеслав пришёл минут через пятнадцать и похожий злой как собака.
Командор, сразу начал он, всё-таки скажи, зачем нам надо было лететь в эту тёмную зону планеты. И так было ясно, что тут происходит, а именно пожирание друг друга.
Ладно, нечего меня критиковать, лучше рассказывай что вы видели, негромко приказал командир.
Рассказ Вячеслава Зайцева
Сначала, когда мы летели, мы включили передние фары, чтобы не дай Бог во что-нибудь не врезаться. Сначала всё было голо. Затем стали появляться какие-то палки торчащие из земли. Мы предположили с Алексеем, что это местные деревья и, в общем-то, оказались правы. Нам стало интересно, чем они питаются, поэтому выбрав полянку, мы сели. На полянке была какая-то трава и при выключенных фарах мы увидели, что она испускает фиолетовое свечение. Деревья, эти палки без листьев. Тоже испускали фиолетовое свечение. Входить мы побоялись, потому что всё было в воде, и трава росла в воде и деревья-палки тоже стояли в воде. Мы решили найдём где посуши там и нарвём для исследования эту траву. Ландшафт между тем медленно поднимался в гору. Подлетая к вершине мы заметили красное пятно на вершине, которое маленько освещало всё вокруг. Пятно это было какой-то жидкостью с температурой порядка ста сорока градусов по Цельсию. Мы, не садясь, набрали этой жидкости красного цвета в пробирки для исследование и наглухо закупорили их.
После вершины последовал спад, и где-то на середине горы стала опять появляться эта трава с фиолетовым светом и фиолетовые тоже деревья. Здесь мы сели и нарвали травы и срезали лучевым автоматом пару деревьев. Всё это мы тщательно упаковали в багажнике скатера и полетели дальше. А дальше перед нами открылось большое озеро, на другой стороне было видно несколько гор с красными вершинами и вообще всё озеро было, как бы заперто горами с красными вершинами, что освещало озеро. Не скрою место было очень красивое и мы подумали, что в этом озере наверняка кто-нибудь да водится. Мы, не спеша, время позволяло, полетели вдоль кромки озера в надежде увидеть что-нибудь живое. И действительно мы увидели живое. Это были человекообразные существа, которые из озера вытаскивали невод полный рыбы. Когда невод вытащили на берег, когда из него аккуратно была сложена добыча в нехитрые носилки, неожиданно на рыбаков напали целая стая довольно крупных птиц, очевидно чтобы полакомится добычей рыбаков. А рыбаки схватили палки и стали бить этих птиц. Птицы же старались клюнуть в темечко головы рыбаков. Причём двоим сделать это удалось и два рыбака замертво упали на землю. Но и пятерых птиц лишилась стая, так же как рыбаки понесли урон в улове. Но самое интересное началось после. Убитые рыбаки тут же были освежёваны и остальные стали, кто пить кровь, кто есть внутренности этих несчастных.
Это было отвратительное зрелище, не зря мы эту планету назвали "ХОРРОР" и мы поскорее улетели с этого места. Похоже действительно еды на этой планете не хватало всем её обитателям.
Покинув это ужасное зрелище мы всё-таки облетели озеро видели ещё несколько стай птиц, не ящеров, как на равнине, а настоящих птиц, которые видно летели добывать себе еду. В общем, впечатлениями мы были полными и повернули домой на корабль. Вот, пожалуй, и всё.
Вячеслав поднялся и сказал:
Пойду дописывать отчёт и дам команду, чтобы траву и деревья поставили в оранжереи в воду, чтобы попробовать донести их на Землю какие есть, а не в сушёном виде.
Что же иди, ответил командир, а вообще-то нам надо готовиться к отлёту на Землю. Планету мы изучили достаточно досконально и теперь ты Сергей попробуй определить её координаты.
Да как их определить, если эта планета блуждающая, возразил я.
Хотя бы координаты, где мы её обнаружили. Ясно!
Ясно, ответил я, будет сделано.
Заодно поучишь Наташу, как это делается.
Понятно, а вы чем будете заниматься? спросил я.
Я пойду пройдусь по кораблю, посмотрю чем занять экипаж. Будем готовиться к возвращению домой на Земля. Да я, похоже, действительно маленько переборщил.
* * *
Собственно говоря, Свиридов, хотел посмотреть два места, а не весь корабль. Он хотел побывать в оранжереи, посмотреть на траву и деревья, что привезли ребята и побывать у доктора, чтобы выяснить раненые смогут перенести дальнюю дорогу в подпространстве.
Когда он пришёл в оранжерею, то её хозяйка Даша Хлебникова сразу накинулось на него с упрёками.
Что за гадость вы нам привезли! воскликнула она. Вы только посмотрите, на свету они, что трава, что якобы деревья стали расти не по дням, а по часам, а от их фиолетового света все остальные растения стали гибнуть.
Очевидно, эти местная растительность хочет сожрать земные растения. Здесь все поедают друг друга. Знаете что, у вас есть тёмная комната, запирающаяся на ключ.
Вот и поставьте эти местные баобабы в эту тёмную комнату и заприте на ключ. Пусть они там жрут друг друга.
С удовольствием, сейчас сделаем, ответила Даша, сейчас только пойду за ключами.
В общем, действуй, сказал напоследок Свиридов и вышел и оранжереи.
А у доктора в кабинете все хохотали.
Что у вас такого весёлого произошло, что вы все хохочете? спросил Свиридов.
Да вот Андрей анекдот рассказал вот мы все и хохочем.
Понятно, а я вот зачем к вам зашёл: доктор раненые перенесут довольно длительный полёт в подпространстве, ничего с ними не случится.
Да они все уже почти здоровые. С одного я сегодня вообще собирался снять повязки, а замотанные после шока ещё неделька и тоже смогут ходить. Так что не волнуйтесь, перелёт до Земли, а мы собираемся домой, я так вас понял, все вынесут спокойно.
Это хорошо, заметил командор, давайте смейтесь в том же духе.
После этих слов Свиридов направился в рубку, а у доктора Полина спросила всех:
Что это наш командир не в духе?
А доктор ответил:
Просто он понял, что с этой планетой переборщил, нам дано было указание искать развитые цивилизации, а мы занялись какой-то мурой, вот он и не в духе.
А между тем наш командор зашёл в рубку и по внутренней связи оповестил весь экипаж, что через два дня мы отправляемся домой на Землю.
Я думаю, что это сообщение всех порадовало и все испустили выдох облегчения.
А нас Свиридов спросил:
Ну что, сняли координаты этой планеты.
Снять-то мы сняли, но они постоянно меняются, так что потом её найти будет трудно, заметила Наташа.
А я думаю, никого и не заинтересует искать эту планету, ответил командир. Я действительно переборщил.
То были последние слова командира, и потом он целый день молчал.
А через два земных дня, всё подготовив к полёту, мы стартовали к Земле, к которой подлетим недели через две, две с половиной.
20 июня 2026 г.
Смолюк А.Л.
Конец
|