Синий "Рендж Ровер" (примечание переводчика: Range Rover - марка премиальных внедорожников) был припаркован у дома Мейсонов слишком близко к грузовику Джет, фактически заблокировав его.
София хлопнула дверью и зашагала к Джет и Билли, встретив их на середине подъездной дорожки.
- Я тебя искала! - ее щеки горели, а глаза лихорадочно блестели.
- Какое счастье, - пробормотала Джет, не останавливаясь. - Послушай, София, я бы с радостью поболтала, но мне нужно найти маму и...
- Ты рассказала Люку Мейсону! - зарычала та, и в углу ее рта показалась пена. - Я просила тебя не говорить ему, а ты рассказала! Про таблетки. Зачем ты это сделала, Джет?!
Голова Джет пульсировала, словно поврежденные части черепа сталкивались друг с другом, высекая искру ярости. Образ Софии двоился и троился, мир раскалывался на куски, а время неслось на семнадцать лет назад. Жаркий день, холодный кубок в руке.
- Ты права, это я во всем виновата, - огрызнулась в ответ Джет. - Виновата в том, что ты травила свекра, чтобы он перестал ходить в офис и не обнаружил все те махинации, которые проворачивал твой муж.
Глаза Софии расширились, ноздри раздулись; она переводила взгляд с Джет на Билли.
- Да, - подтвердила Джет, - об этом мы тоже знаем.
- И об аварии Генри, и о счетах из больницы, - добавил Билли. - Обо всем, София.
София не моргала, словно забыла, как это делается.
- Люк Мейсон делал это ради нас, ради всех нас! Компания шла ко дну, и он единственный, кто смог выправить ситуацию. Он спас ее!
- Обманывая людей? Не выплачивая налоги? - Джет шагнула ближе, в упор глядя в глаза Софии. - Кто-то сжег это чертово здание, и, скорее всего, из-за того, что натворил Люк Мейсон. Так что я не уверена, что он действительно спас компанию. Ее больше нет!
- Люк - хороший человек. - София упрямо вскинула подбородок.
- Я так не думаю, София! - взревела Джет.
Она позволила ярости вырваться наружу, позволяя ей победить.
- А теперь ты можешь...
- Ой, а ты, значит, хорошая?! - София насмешливо фыркнула.
Она ткнула пальцем слишком близко к груди Джет.
- Ты сама-то хороший человек, Джет?
- София, убери свою гребаную машину!
- Я говорила тебе, что сделаю, - София понизила голос до опасного шепота. - Если ты расскажешь Люку. Я тебя предупреждала.
Джет глубоко вздохнула и встретилась с ней взглядом.
- Не смей, - произнесла она еще тише и угрожающе.
София повернулась к Билли и открыла рот. Между ее зубами натянулись нити слюны, похожие на тонкие сталактиты.
- София, не надо!
Джет одной рукой оттолкнула ее, с силой впечатав локоть Софии в ребра. Та грубо отпихнула Джет в ответ; девушка спиной влетела в "Рендж Ровер".
Взгляд Софии нашел Билли и замер на нем.
- Ты знаешь? - спросила она его.
- Билли, не слушай! - закричала Джет. - Пошли, нам нужно уходить!
Билли посмотрел на Джет. В его глазах отразился ее ужас, и взгляд парня помрачнел.
- Пожалуйста, не слушай, - взмолилась Джет.
Слезы защипали глаза, подгоняемые виной, которая клокотала в желудке.
- Давай уйдем.
- А ты знаешь настоящую причину, по которой твоя мать тебя бросила? - произнесла София почти с улыбкой.
- София, пожалуйста, замолчи! - взмолилась Джет.
Она оказалась в ловушке между ними двумя.
- О чем ты? - голос Билли дрогнул и прозвучал совсем тихо.
Джет моргнула, стараясь навсегда запомнить то, как глаза Билли теплели только ради нее. Она берегла этот образ, потому что понимала: больше этого не будет. Только не после такого.
- Это всё по вине Джет, - София явно наслаждалась моментом. - Твоя мать уехала из-за нее.
- София, прекрати! - крикнула Джет.
Но было уже слишком поздно. Это было понятно по лицу Билли, по зародившемуся в его глазах шторму и веявшему от него холоду.
- Билли. - Она потянулась к его руке.
Он не взял ее. Его плечи напряглись.
- Что ты сделала? - прошептал он, обращаясь к Джет, но глядя при этом на Софию.
- Я не хотела, - выдавила Джет. - Я не знала, что она...
- Джет пришла к ней после уроков, когда мы были в предпоследнем классе (примечание переводчика: junior year в американской школе - это 11-й класс). - София заговорила быстро, не давая вставить слова. - Она попросила миссис Финни смухлевать и повысить ей оценку за дополнительное задание. Она давила на жалость, манипулировала ею и...
- Всё не так... - Джет перебила ее.
Она сбилась с мысли и посмотрела на Билли, пытаясь обрести опору.
- Мне просто... мне нужен был средний балл три с половиной (примечание переводчика: GPA - средний балл успеваемости в США, где 4.0 - максимальный балл), иначе я бы не поступила в Дартмут. А я должна была поступить в Дартмут, потому что Эмили... Мне просто нужно было, чтобы за ту работу по вводному курсу матанализа (примечание переводчика: precalculus - школьный предмет в США для подготовки к изучению высшей математики) мне поставили балл повыше, вот и всё.
- Мы всё спланировали, - София шагнула вперед. - Мы с Джет заранее продумали, что именно она скажет твоей матери, чтобы заставить ее пойти на подлог. Джет решила, что смерть сестры - лучший способ...
- Заткнись, София.
Джет вытерла лицо и встала прямо перед Билли, заставляя его смотреть только на нее. Он должен услышать это от нее, а не от Софии, которая превращала слова в оружие, стремясь ударить обоих и при этом не скрывая улыбки.
- Да. Я говорила об Эмили. Рассказала твоей матери, почему мне так важно попасть в Дартмут. А потом... я повторила то, что подслушала в разговоре родителей. Что мама просила твоего отца зайти и проверить Эмили и Люка в тот день. Я сказала, что гадаю: как бы всё сложилось, если бы он зашел? Если бы Эмили была еще жива? Я знаю, это было неправильно, это было ужасно. Я думала, что если твоя мать почувствует вину из-за Эмили, то, возможно, поможет мне. - Джет шмыгнула носом. - Я не понимала, что она так расстроится. Она разрыдалась. Я зашла слишком далеко, я не осознавала... Мне так жаль, Билли. Мне очень жаль.
Она снова потянулась к нему.
Билли весь напрягся и отступил назад. Он покачал головой; его слезящиеся глаза теперь стали совсем влажными, и слезы одна за другой покатились к подбородку.
- Это случилось в тот же самый день, - сказала София, вновь прицеливаясь для удара, - когда она собрала вещи и бросила тебя. Это сделала Джет. Именно она выжила твою мать из города. Может, она и не была единственной причиной, но она стала последней каплей. - София рассмеялась - сухо и жестоко. - Ты был влюблен в нее с самого детства и даже не подозревал, что именно она разрушила твою жизнь!
Джет моргнула; эти слова попали ей прямо в грудь, пробив там очередную черную дыру.
- Мне так жаль, Билли. Мне очень, очень жаль.
Дыхание Билли прерывисто сбилось. Он снова отступил от нее в сторону улицы; слезы затекали в углы его приоткрытого рта.
- Она сделала это? - спросил он, глядя не на Джет, а на небо. Звезд не было - только тучи. - Она действительно изменила тебе оценку?
Подбородок Джет дрогнул, нижняя губа затряслась.
- Да, - прошептала она. - Билли, я...
- Я не могу в это поверить. - Билли провел рукой по лицу, смахивая остатки слез. Он не кричал, даже сейчас. Боль была слишком глубокой для крика. - Я провел последние десять лет своей жизни, гадая, почему она нас бросила. Неужели я настолько недостоин любви, что даже родная мать не смогла... - Он сглотнул подступивший к горлу комок и снова вытер глаза. - А ты... ты всё знала, Джет, и ты не... И это ты. Ты! - наконец выкрикнул он. Его голос надломился, а вместе с ним - и сердце Джет.
- Билли, я...
- Прости, я не могу.
Он развернулся и, шаркая подошвами ботинок по камням, вышел с подъездной дорожки на улицу. Он просто ушел. Не оглядываясь.
- Билли! - позвала его Джет, но ветер в кронах деревьев словно насмехался над ней, крадя ее голос.
- Не стоило тебе рассказывать Люку, - мрачно произнесла София. - Думала, обойдется без последствий, да, Джет?
Джет толкнула Софию, вцепившись рукой в ее пальто. Ей хотелось кричать ей в лицо, хотелось ударить ее, хотелось выплеснуть на нее всю свою боль и боль Билли тоже. Но вместо этого она произнесла слова, которые, как она надеялась, ударят больнее, проделают дыру в груди Софии - такую же, какую та только что проделала в ее собственной.
- Надеюсь, ты всегда будешь так же несчастна, - прошептала она, в упор глядя в темные глаза Софии и не моргая, чтобы та поняла: Джет не шутит.
Девушка отпустила ее и пошла прочь, на улицу. Она не собиралась тратить на Софию больше ни секунды; эти секунды, минуты и часы предназначались для кого-то другого.
- Билли! - закричала Джет, прибавляя шагу.
Он был уже далеко впереди, шел слишком быстро и уже выбрался на главную дорогу.
- Билли, подожди!
Он то ли не слышал ее, то ли не хотел слышать. Он ускорялся, его силуэт расплывался перед глазами Джет, которые наполнялись влагой, разрезая мир на две неровные половины.
Джет не могла позволить всему окончательно рухнуть. Она прислонилась к дереву, пережидая приступ боли и стараясь дышать ровно. Она потеряла Билли из виду, но она не собиралась терять его навсегда.
Она побежала вниз по Черч-стрит под барабанную дробь в голове. Это не могло быть биение ее сердца - оно исчезло, поглощенное той же черной дырой, что и сердце Билли.
Джет бежала за ним. Должно быть, он пошел этим путем, мимо Грин (примечание переводчика: центральный парк Вудстока), домой. Не просто в свою квартиру. Домой.
Под ногами словно разверзлось землетрясение, которое чувствовала одна лишь Джет; оно лишало ноги устойчивости, а безжизненная правая рука болталась из стороны в сторону, оттягивая тело вниз. Девушка продиралась сквозь это состояние, часто моргая. Ей нужно было догнать Билли. Найти Билли. Это было единственным, что имело значение, и никакая внутренняя встряска не могла ее остановить.
Но остановило кое-что другое.
Прямо перед ней на подъездную дорожку выкатился полицейский патрульный автомобиль, перегородив тротуар. Короткий, резкий звук сирены ударил по ушам, а сама машина то расплывалась, то снова обретала четкость в глазах Джет.
Двери открылись. Из машины вышли шеф полиции и отец Билли.
- Джет, - произнес Джек Финни, захлопывая дверь. - Нам нужно поговорить.
- Не сейчас, - шмыгнула носом Джет. Она не остановилась, огибая машину и выходя на траву. - У меня есть дела поважнее.
- Боюсь, у тебя нет выбора, - рявкнул шеф полиции Лу Янковски, поспешно настигая ее. Он схватил ее за правую руку - ту самую, которую она не чувствовала, - и дернул назад. - Маргарет Мейсон, я арестую вас по подозрению в поджоге второй степени. Вы...
- Что?! - Джет словно изнутри выпотрошили, осталась лишь обжигающая, уродливая паника. - Нет, нет. Вы ошибаетесь. Вы не можете меня арестовать, у меня заканчивается время! - Она попыталась вырваться.
- Вы имеете право хранить молчание... - продолжал шеф.
Нет, Джет должна была это прекратить.
- Вы не можете! У вас есть о-о-ор... - ЧЕРТ, как же это слово, юридический термин? Она должна была его знать, обязана была вспомнить, чтобы остановить этот бред. - Выписал ли суд о-о-орд... мне нужно его видеть. О-ордер...
Шеф не слушал; его пальцы уже сжимали наручники, которые он заносил над запястьем Джет.
Джет не могла вспомнить слово, и у нее больше ничего не осталось - она не могла позволить им забрать ее. Сработал инстинкт: ярость, вспыхнувшая за глазами, овладела всем телом, даруя новую силу.
Она толкнула шефа назад, с силой впечатав левую ладонь в его плечо. Тот споткнулся о бордюр, потерял равновесие, и Джет не стала ждать, чтобы увидеть, что будет дальше.
Она бросилась наутек, вниз по улице направо.
- Она бежит! - закричал Лу Янковски ей вслед. - Давай, сержант, за ней!
Снова хлопнули две двери, зарычал мотор. А затем в спину ей ударил истошный вой сирены.
Джет летела.
Дыхание вырывалось из груди прерывистыми всхлипами. Мыслей не было; Джет позволила инстинкту - или той черной дыре в голове - забрать и их тоже. Просто бежать. Бежать быстрее. Подошвы ботинок молотили по земле; мир кренился то в одну, то в другую сторону, пытаясь сбросить Джет с дистанции. Полицейская машина была прямо за спиной, преследуя ее по пятам; она почти чувствовала ее горячее дыхание на своих икрах.
Она резко свернула налево, на парковку за публичной библиотекой, и со всего размаху врезалась в капот серебристого пикапа, который как раз выезжал со стоянки.
Водитель гневно засигналил.
Джет моргнула. Она уперлась руками в капот, оттолкнулась от машины и, пошатываясь, скрылась за ней. Оглянулась назад.
Полицейский автомобиль уже объезжал возмущенный пикап, преследуя ее по парковке и набирая скорость.
Вой сирены оглушал, готовый поглотить Джет целиком. Она прибавила ходу, несясь вперед изо всех сил; конец парковки был уже прямо перед ней. Зажатая между кирпичной стеной и воем сирены, Джет ускорилась, уперлась левой рукой в край стены и перемахнула через неё. Не слишком чисто - она зацепилась ногой и покатилась по гравию с другой стороны, но всё же оказалась по ту сторону стены.
Сирена смолкла. Хлопнули две дверцы машин. "Джет, пожалуйста, перестань бежать!" - закричал Джек Финни. Но она уже бежала, оглянувшись и увидев, что оба копа лезут через ту же стену, преследуя её теперь уже пешком. Они не могли её догнать. У неё не было на это времени; ей оставалось жить меньше сорока восьми часов, и она не собиралась отдавать их кому бы то ни было.
Она бежала сквозь деревья, через узкий проулок между двумя зданиями, через улицу. Она взобралась на припаркованную машину, чтобы перемахнуть через забор в чей-то задний двор. Сработала сигнализация, выдавая её местоположение копам. Черт. Она перебралась, на этот раз приземлившись на ноги, и побежала дальше.
Они не могли её поймать. Джет выскочила через открытую дверь гаража какого-то дома под крик "Эй!" ей вслед, обогнула угол и пронеслась через еще одну парковку. Еще один переулок, за аптекой - так близко к Сентрал-стрит, так близко к дому, к Билли. Проход становился всё уже и уже, зажимая её; кирпичи словно вгрызались в неё. Она уже почти ничего не видела, мир вращался, ноги слабели, а ребра сжимались вокруг сердца, пронзая его своими острыми концами.
Джет остановилась за мусорным контейнером, чтобы перевести дух, унять сердце и сфокусировать взгляд, прежде чем потеряет контроль окончательно. Всего две секунды, и она побежит снова.
Джек Финни появился на другом конце переулка - силуэт со странной формы головой на фоне солнца и проезжающих машин. Джет развернулась, готовая бежать назад, но шеф полиции уже был за спиной, зажимая её в тиски.
- Перестань бежать, Джет! - позвал Джек. - Нет. - Слово едва сорвалось с губ, на него не осталось дыхания. - Хватайте её! - закричал шеф.
На стене здания была пожарная лестница. Джет рванулась к ней, соревнуясь в скорости с обоими копами. Она ухватилась за перекладину левой рукой, поставила ногу. Если бы она смогла подняться, она бы разбила окно, забралась внутрь и...
Кулак вцепился в её куртку и волосы. Рывок. Джет рухнула вниз, но не упала на землю: её с силой прижали к стене; рот и щека скребли по кирпичу, чья-то рука легла на затылок - прямо туда, где её голова была проломлена. Шеф прижался к ней всем телом, тяжело дыша ей в шею и силой сводя её руки вместе. Послышался злобный лязг наручников, затягивающихся на её запястьях. Её поймали - слишком поздно.
- Нет. Пожалуйста.
Её последняя надежда исчезла, забрав с собой всё время, что оставалось у неё в этом мире. Всё было потеряно; утекло сквозь дыру, где раньше жило сердце.
- Маргарет Мейсон, - произнес он, задыхаясь. - Я арестую вас по подозрению в поджоге второй степени. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде.