Я утру свои слёзы и умоюсь росой,
Прогоню свою совесть и на небо взгляну.
Всё забыть, что творил я, нужно порой,
И отправиться вновь на чужую войну.
Ту войну, что убила меня в голове,
А потом отравила и душу мою.
И, как козырь, храню я огонь в рукаве,
Что б предательски сжечь всё, что было в раю.
Свет и тьма, что есть что, как мне выбор найти?
Что добро, а что зло? Мне неважно теперь,
Ведь из Зоны уже никогда не уйти, Тут нет зла, нет добра. Тут мне легче, поверь...
Нет вопросов таких, что ломают тебя,
Нет ответов, что в шок повергают людей,
Нет той жизни, что, плюнув, забыла меня,
Зона, Зона... Спаси своих новых детей.
Я взял в руки поводья, что б судьбой управлять,
Но Она всё решила опять за меня.
Как ребёнок, которому надо играть,
Выжигала лучом, словно бы муравья.
Но тогда я не умер, не орал, не рыдал,
Лишь рьянее к проклятой земле я припал.
Тут ужасно и страшно, но себе я не лгал...
Это дом мой родной, что всю жизнь я искал.
Как я только вкусил тот кусок пирога,
Что мне Зона давно предложила вкусить,
Понял в тот я момент: мне дорога одна,
И готов Зону-мать я за боль ту простить,
Ведь дала мне приют, научила терпеть
Всё, что выкинут люди для того, чтобы жить.
Она мне объяснила, кто на деле я есть,
Она мне показала, что такое убить.
Я однажды курок на оружии взвёл
И направил на грудь человеку, как я.
В тот момент осознал, кто я, что я нашёл...
Власть и сила в руке, в кой лежит рукоять.
Но мне не было жаль, что я сталкером стал.
Оправдание было: все они, как и я,
Кто к груди мамы-Зоны щекою припал,
Кто привык - его кормит большая змея.
Мы не знаем: зачем всё зовём мы Её?
Но вопросы такие мы забыли давно,
Ведь не хочется думать, что бесцельно живём.
А всё мечемся, словно в никчёмном кино.
Легче вовсе не думать, кто мы и почему,
Ведь иначе как "пулю" не увидим путей.
Мы играем в тупую большую игру...
Зона, Зона... Веди своих новых детей...