Билл Хоукинс решил поступать в Институт физики Солнца в Джакарте. В отличие от многих других, он туда поступил. Способности у него были. Не было усидчивости. Но, для гения усидчивость - не главное. А в гениальности своей Билл не сомневался. Потому и не хотел становиться обыкновенным тихоокеанским фермером. Как его отец. Отца он очень уважал. Но фермером быть не хотел. То ли дело, специалист по солнечным излучениям... Престижно, романтично и денежно.
После уединённой китовой фермы, столица мира манила множеством соблазнов. Пляжи, бары, рестораны... И девушки. Белые, коричневые, жёлтые... Все они любили подводное плавание. А Билл, тихоокеанский фермер, занимался этим с детства, плавал ну просто как рыба в воде. Девушкам нравилось. Ещё бы, коралловые лабиринты, экзотические рыбки похожие на бабочек, какие-то диковинные существа, похожие на цветы. Гроты, подводные и надводные, уютные пещерки, попасть в которые можно только по воде. Очень романтично.
Время летело. Ходить на лекции было некогда. К этому особо не придирались, но сессия приближалась. Однажды, попав, совершенно случайно, на лабораторную практику, Билл совершенно отчётливо понял, что гениальность не всегда может компенсировать отсутствие знаний.
Спасло его обаяние. Соседка - довольно бесцветная толстушка, охотно позволила Биллу списать результаты. Так он познакомился с Дороти Старр, своей однокурсницей, и, как потом выяснилось, его тайной обожательницей.
Дороти любила Солнце. И Билла. Хотя между этими двумя объектами было очень мало общего. Но... Даже если девушка разбирается в физике Солнца лучше чем профессора, сей предмет преподающие... Её логика - всё равно логика девушки. А логика девушки гораздо сложнее какой-то там физики Солнца.
Ей не нужны были субтильные однокурсники, рьяно грызшие гранит науки. Ей нужен был Билл. Такой непосредственный, такой смелый... Такой... Такой солнечный. Конечно, сама она на королеву красоты не тянула, но... Конечно, все эти глупые парни хотят симпатичную мордашку и стройную фигурку. Желательно, в бикини. Но... Встречаются, ведь, исключения. Вот, например, Билл...
Билл, однако, исключением не был. И логика у него была совершенно нормальная. Девушка должна иметь симпатичную мордашку и стройную фигурку. Одетую, желательно, в бикини. Рыхлые толстушки, предпочитавшие пляжу электронную библиотеку, вызывали у него недоумение и жалость. Но... Если он не сдаст сессию, то вернётся на ферму, и будет, до конца своих дней пасти этих проклятых китов. Потому - красоткам придётся подождать. А Дороти Старр выпало невиданное счастье - искренняя любовь Билла.
Красавицы в бикини были, конечно, удивлены. Некоторые плакали и устраивали безобразные скандалы. Впрочем, ни одного самоубийства зафиксировано не было. В Джакарте хватало и богатых бездельников, и подающих надежды юных гениев.
А Билл, сжав зубы, искренне любил Дороти. У неё были записи всех лекций. И объясняла она так понятно... И, в конце концов, когда погасишь свет, то некоторые недостатки фигуры совершенно не влияют на конечный результат.
Сессия прошла. Билл сдал. Красотки в бикини вернулись. Они не были злопамятны. Жили одним моментом. Как и Билл. И много случилось интересных историй в уютных пещерках и гротах. Но и отношения с Дороти Билл поддерживал. Безупречная мужская логика подсказывала ему, что за первой сессией последует и вторая. Не позднее, чем через полгода.
Но, поскольку Дороти не любила подводное плавание, исследовать уединённые гроты приходилось с другими спутницами. А с Дороти Билл изучал физику Солнца. Спектр солнечного излучения - что может быть интереснее? Особенно, если вспомнить, какой замечательный загар оставляет этот самый спектр на некоторых очень симпатичных фигурках, одетые в великолепные купальники, разглядеть которые можно только в очень мощные телескопы. Или микроскопы? Ну да какая разница?
Солнечная гравитация, удерживающая на орбитах все планеты Солнечной системы? Чего ж тут непонятного? Вот также и Юи Лю держит вокруг себя многочисленных обожателей. Юи в переводе - всего лишь "Бледная луна". Но гравитация у неё такая, что любой звезде может только присниться. Объяснялось это тем, что её притягательная сила имела бинарную природу. Внешнюю привлекательность очень органично дополняли триллионы её папаши. Ясно, что к такой двойной звезде устремлялись мириады метеоров и планетоидов, жаждущих сгореть без остатка в её сверкающей фотосфере.
Билл бы и сам не прочь, но... Кто он, и кто она! Дикий снобизм китайских финансистов давно вошёл в пословицы. Невозможно представить, чтобы наследница финансовой империи Лю вышла замуж за евроземлянина. Тем более - за вульгарного янки. Светлые идеи глобализма давно пошли прахом. Индийские набобы бились с китайскими финансовыми мандаринами за власть над миром. Удел североамериканцев - качать сланцевую нефть, да ещё китов пасти на тихоокеанских ранчо...
История неумолима, но Билл вполне понимал североамериканских террористов, взрывающих небоскрёбы в Пекине или в Нью-Дели. Ведь ещё каких-нибудь сто лет назад главными в мире были американцы. А теперь... А теперь простому американскому парню нельзя, видите ли, жениться на дочери китайского триллионера. Расисты проклятые!
Самым печальным было то, что Юи вовсе не избегала Билла. У неё была своя голова на плечах, и загорелый мускулистый Билл очень ей нравился. Она, как и он, страстно любила подводное плавание и далёкие уединённые гроты. Но брак их был невозможен. А Билл, как и всякий порядочный парень, когда речь шла о наследнице триллионов, думал исключительно о законном браке.
Скромный такой дворец, где-нибудь на побережье Южно-Китайского моря, куча детишек (наследников империи Лю). Масса горничных и прочих служанок. Билл, как и все романтики, любил помечтать. Но папаша, как быть с папашей? Триллионы-то у него.
Короче, гордый янки выбрал Дороти. Хотя, три дня беспробудно пил. Ведь, как говорят философы, любой прогресс есть одновременно и регресс. В смысле, что если женишься на одной девушке, то уже не можешь жениться на всех других. Но он выбрал Дороти. Соотечественницу. Проявил патриотизм. Лю немного поплакала, потом поклялась отомстить. Всем. Неверному любовнику, гадкому папаше и, вообще, всему этому проклятому миру. У китайских девочек не должно быть таких мыслей. Но... Видимо прогресс и глобализация всё же принесли некоторые плоды... Хотя, может быть, и не для всех съедобные.
Сессия зимняя, сессия весенняя. Сессия зимняя, сессия весенняя. Курс I-й, Курс II-й. III-й. IV-й. V-й. Диплом.
Физика Солнца - особый предмет. Её, как выяснилось, нельзя изучать даже в солнечной Джакарте. Её изучают в непосредственной близости от светила. На Меркурии. На уединённых научных станциях. Настолько уединённых, что сотрудников там только двое. И они должны быть мужем и женой. Причём муж должен быть мужчиной, а жена, как ни странно, - женщиной. Всякие другие варианты понижали вероятность выживания и плодотворной работы. Мировая ассоциация геев, поддержанная мировой ассоциацией лесбиянок, пыталась оспорить эти результаты, но... На физике Солнца держалась вся энергетика Солнечной системы.
Дороти в физике Солнца разбиралась прекрасно, в законном браке состояла. Уже три года. Естественно, она и Билл получили самоё лучшее назначение. Станция "Икар". А жалование... Не жалование, а просто мечта.
Меркурий-Главный был ещё не так плох, хоть и ютился в подземных убежищах. Центр цветной металлургии, двести тысяч населения, бары, рестораны... Девушки тоже присутствовали. С Джакартой, конечно, не сравнить, но... жить можно. А вот станция... Этот проклятый "Икар" оказался даже не на Меркурии. А в космосе. Где-то там поближе к Солнцу. Дороти считала это естественным, Билл - полнейшим идиотизмом.
Это что же получается, три года не видеть никого кроме своей жёнушки? Нет, Билл её, конечно любил. Даже где-то обожал. Но Билл был альтруистом, он хотел осчастливить как можно больше женщин. Ну, хотя бы по разику. А тут... Болтаться в космической пустоте, и никого кроме жены. Ужас!
Но жалование, сказочное космическое жалование. Ради этого стоило потерпеть. И Билл терпел. Держался молодцом. Любил Дороти. Одну только Дороти, и никого кроме Дороти. Это оказалось даже легче, чем он думал. Никого же больше не было. Но однажды...
Билл вытерпел уже больше года, оставалось чуть меньше двух. И вдруг... С Земли пришла лазерограмма. От Юи. Девушка сообщала, что её отец скоропостижно скончался, она теперь наследница и по прежнему любит Билла. Связью заведовал Билл, поэтому о лазерограмме Дороти ничего не узнала. А Билл... Легко представить его чувства.
Жалование, сказочное космическое жалование - да там и миллиона не получалось за все три года! А у Юи - триллионы. И совершенно божественная фигурка. Особенно в бикини. А Дороти и раньше-то особой стройностью не отличалась, а тут на станции растолстела ещё больше. К тренажёрам почти не подходила, всё исследовала эти свои солнечные излучения. И Билла заставляла.
Мало того, захотела подлететь к Солнцу ещё ближе. Чтобы проверить какой-то там эффект. На станции имелась небольшая космическая шлюпка, вот её Дороти и загрузила всякими мудрёными приборами. Хоть и с трудом, но втиснулась и сама. Билл пытался её отговорить, но она ничего не желала слушать. Эффект ей захотелось проверить.
И Билл понял, что это его последний шанс. Если... Если на станции останется только один человек, то... Тогда им придётся прислать на станцию новую пару. А его заберут. Он попадёт на Землю! К Юи!
Короче, Билл всё рассчитал. Вычислил оптимальный курс, и Дороти, отправилась к Солнцу. Проверять этот свой эффект. Но что-то пошло не так, шлюпка слишком глубоко погрузилась в хромосферу. И сгорела. Как бабочка в огне. Ужасная трагедия.
Один человек, тем более выбитый из колеи гибелью любимой жены, не мог вести все эксперименты, не мог выполнять все требуемые работы. На станцию направили новую команду. Билла со станции забрали.
Естественно, провели расследование. Очень авторитетная комиссия признала: несчастный случай. Увы, такое иногда ещё случается, космос - это вам не джакартские пляжи.
Билл вернулся на Землю. Все ему сочувствовали. Особенно Юи. Если б не она, он, скорее всего, вообще не смог бы пережить ужасную трагедию. Но, что ж делать, Дороти не вернёшь, а жизнь продолжается. Разумеется, нужно было подождать. Когда уляжется горе Билла, когда пройдёт положенный срок траура.
Когда положенное время прошло, назначили свадьбу. Учитывая обстоятельства, праздновать решили скромно. Сняли небольшой атолл в Тихом океане, подогнали парочку плавучих отелей. Приглашения послали только самым близким друзьям и родственникам. Которых, правда, набралось больше тысячи. Верно говорят: "Друзья познаются в беде". И когда у Юи умер отец, она была просто поражена количеством сочувствующих. Друзья и подруги, приятели и приятельницы, про которых она уже и не помнила. Родственники близкие, родственники дальние, про которых она никогда и не слыхала. Все спешили выразить сочувствие, высказать соболезнования.
И, конечно, нельзя было не пригласить их всех на свадьбу. Так что подготовка велась полным ходом, к атоллу подходили всё новые и новые суда с продовольствием, прохладительными и иными напитками.
Подготовку к свадьбе и подвоз продовольствия сильно затрудняли участившиеся тайфуны, цунами, тропические циклоны и ураганы. Где-то поблизости даже извергся вулкан. Природа, казалось, сошла с ума. Но разве такие мелочи могут остановить влюблённых? Особенно, если состояние невесты оценивается в тридцать семь триллионов общеземных платёжных единиц? Капитаны и команды получали невиданные наградные и шли на любой риск. Несколько сот гостей прибыли на атолл ещё за месяц до свадьбы и немедленно начали празднование грядущего события.
Но... Человек предполагает, а бог располагает. Особенно, если этот бог - Солнце. Точнее - богиня. Но обо всём по порядку.
Когда до свадьбы оставалось всего три дня, к атоллу подошёл "Милосердный", самый большой авианосец Общеземных миротворческих сил. Его сопровождали несколько кораблей поменьше: крейсеры там, фрегаты, ещё какие-то штуки, ощетинившиеся пушками и ракетами. А один кораблик, самый маленький и без пушек совсем, подошёл к берегу, опустил трап, и...
Тут даже у Юи глаза на лоб полезли. Она хоть и в непростой семье родилась, важных персон с детства насмотрелась, но чтобы такое... Верховный координатор Солнечной системы, Генеральный секретарь ООН, председатель Китайской народной республики, президент Республики Индия... О всяких министрах и главах менее значительных государств уж и говорить не приходится - человек сто на берег высадилось.
Сердце у Юи ёкнуло. Закралось подозрение, что столько важных шишек зараз - это не к добру. Скромностью излишней она не страдала, роль своей семьи в мировой экономике понимала прекрасно, но... Но такие делегации даже к её отцу никогда не приезжали.
Так и оказалось. Высадилась вся эта братия на берег, да как загалдит: "Земля, Земля! Катастрофа, катастрофа! Дороти, Дороти!" Дороти-то тут причем, упокой Господи её душу. Сгорела ведь бедняжка в хромосфере уж почти год как.
А оказывается... не сгорела. А как-то так заквантовалась в солнечную материю, и сидит теперь там. Выйти назад не может, вот и переживает. А как услышала в новостях, что Билл её ненаглядный на Юи женится, так и совсем взбесилась. А от того на Земле бури, простые и магнитные, цунами с тайфунами в обнимку ходят. А все радиочастоты забиты, по всем радиочастотам эта Дороти вопит, что нельзя Биллу на этой шлюхе Юи жениться, он же одну только её любит, Дороти, то есть.
Билл, конечно, объясняет, что не может же он звезду какую-то любить, ему натуральная девчонка нужна. Чтобы любить. А как же звезду-то любить? Разве что платонически.
- Вот, вот, - загалдели разом все президенты, секретари, координаторы и прочие министры. - Должен ты её, парень, любить платонически, а то осерчает девка, такой протуберанец замутит, что все мы тут сгорим к чертям собачьим.
Ну Билл всё осознал, сказал, что готов Дороти любить платонически. Но при этом хотел бы жениться на Юи. Чтоб было кого любить не платонически. Тут и Юи чего-то лицом помрачнела, и министры опять загалдели. Мол нельзя никак, должен он любить свою Дороти, и никого кроме. А то, сам понимаешь, полный Земле будет протуберанец.
А Юи завизжала, что она тоже так несогласная. Чтоб у её мужа была на Солнце платоническая любовница, а она бы только так была. Для сами знаете чего. В общем, жуткий поднялся крик, гости из отелей плавучих высыпали, как мол так, свадьбы что ли не будет? А с подарками что теперь делать? А с едой как? Триста тонн ведь уже завезли, не считая напитков.
А только поднялось с авианосца звено бомбардировщиков, пролетело над атоллом несколько раз на бреющем, в море бомбы сбросило. Такие фонтаны поднялись, все кто на атолле был до нитки вымокли. Тут уж страсти охладились, и наступил консенсус. Гостям предоставили пить и гулять, всё равно за всё уплачено. И не какими-то там общеземными единицами, а полновесными юанями. Юи, чтобы горе забыть, стала другого мужа приискивать, благо недостатка в кандидатах не было, а Билл...
Билл тоже счастлив. В специально построенном Дворце Солнечной Любви, в специальный сверхчувствительный микрофон с восхода до заката признаётся он в любви своей милой Дороти, шепчет нежные слова, читает стихи. Стихов надо много, потому при Дворце Солнечной Любви состоит большой штат поэтов. Конечно, берут только тех, кто пишет стихи настоящие, любовно-лирические. А которые про политику пишут или всякие там нравоучения, тех не берут. Много и отоларингологов там кормится. А также логопеды и фонопеды. Коучи, опять же, психологи и психотерапевты. И вообще врачи всяческие, колдуны и экстрасенсы. Чтобы целый день в любви признаваться, железное здоровье надо иметь. И отменную дикцию. А то вот скажешь "'гадость" вместо "радость" - вот вам и магнитная буря. А уж что было, когда Билл эту Дороти назвал "самой единственной"... После того случая взяли в штат ещё и филологов.
И... Есть ещё два специалиста, самые важные. В чём они специалисты, никто толком не знает. Их и внешность-то запомнить трудно. Невысокие оба и не низкие. Не толстые и не худые. Неприметные такие. Но если у Билла задор пропадает, они его с двух сторон стискивают. Один кулак к носу Билла подносит, а другой к его спине что-то приставляет. И... И сразу загораются у Билла глаза, в голосе радость и искренняя любовь. А как иначе? Вся Земля, вся Солнечная система на волоске висит.
Бывают у Билла и передышки. Это когда профессора из Института физики Солнца приходят. Науку свою любимую Дороти тоже не забыла, а там, внутри Солнца, сидя, всё время что-то новое узнаёт. Эти беседы бывает и часами длятся.
Билл тогда в себя немного приходит, опять мечтать начинает. Вспоминает, что есть в Джакарте одно такое заведение... И даже не одно. Где можно от любви платонической отдохнуть. И стихов читать не надо. Деньги заплатил, и... Тут уж психологи подключаются. Объясняют Биллу, что истинное счастье мужчины - моногамия и верность. А любовь платоническая намного прекраснее тупого физиологического совокупления. Билл, обычно, всё осознает и понимает. А если нет, так те двое неприметных подключаются. Эти кого угодно убедят. В чём угодно.
А Солнечная система процветает. У солнечных станций эффективность возросла в три раза. С климатом проблем никаких. Ни на Земле, ни на других планетах. На Марсе яблони цветут, на Венере океаны сконденсировались. Вот такая мировая гармония.
Хотя есть, конечно, и недовольные. Откопали какого-то древнего автора, вычитали у него, что "Ни одна мировая гармония не стоит слезинки хотя бы одного замученного ребёнка". И ещё говорят, что лишить молодого мужика радостей секса, это всё равно, как у ребёнка отобрать все игрушки и все конфеты.
Но... Не губить же Солнечную систему ради каких-то глупостей!