ГЛАВА 35. ...Лиссана улыбается, капли с мокрых волос падают на обнаженные плечи, грудь. Проводит тонким пальцем по губам, кажущимся особенно яркими на бледной после купания в холодной воде коже. -- Где же тебя носило, идиот? -- спрашивает лукаво, глаза блестят, и такое обращение не кажется обидным. Он кладет ладони ей на талию и притягивает к себе. Впивается губами в ее губы, целует жадно, не в силах насытиться. Она отстраняется, чтобы вдохнуть в легкие воздух, потом смеется. -- Какой же ты дурак, -- шепчет, запустив пальцы ему в волосы и притягивая обратно к себе, -- дурак... ...Дурак... ...Дурак... ...Дурак... Это слово все еще звенит эхом в ушах, когда сверху обрушивается водопад ледяной воды. Приходится отплевываться, трясти головой, хватать ртом воздух. Похоже, то, что пленник ушел в себя, палачу не понравилось, и он решил вернуть его с небес на землю. Под землю, если быть точным, -- в подземелья королевского замка. Нэйт часто заморгал, пытаясь избавиться от влаги на ресницах, сфокусировал взгляд. Нет, палача уже здесь нет, зато Придворный маг тут как тут. Слуга с ведром направился к двери, выполнив приказ и приведя пленника в чувства, а Корвин, наоборот, приблизился, заглянул в лицо. -- Ну что, будешь говорить? -- поинтересовался своим старческим каркающим голосом. Нэйтан сплюнул попавшую в рот воду. -- Я... вообще... разговорчивый, -- свой голос прозвучал не лучше -- слишком хрипло. Провести всю ночь и половину дня в цепях, будучи прикованным между двух специально установленных для этих целей столбов с растянутыми в разные стороны руками -- то еще удовольствие, никак не способствующее твердости голоса. Антимагические браслеты Придворного мага были туже тех, с которыми имела дело Инквизиция. Грубые края впивались в запястья. А палач, служащий Корвину, очень любил свою работу и пытал с вдохновением и удовольствием. На самом деле, до пыток дошли не сразу. Сперва Придворный маг рвал и метал по поводу преданного доверия, кричал, что Нэйт -- глупый мальчишка, упустивший главный шанс в своей жизни. Потом начал задавать вопросы, не получив ответы на которые, вызвал инквизиторов, потому как сам был не слишком способным менталистом. Инквизиторы заявились с утра, причем в количестве десяти человек под предводительством того самого толстого Олегра -- лучшие менталисты Аренора. Работали до полного изнеможения, двое из них не смогли покинуть помещение без посторонней помощи, остальные вышли на своих двоих, но пошатываясь и будучи насквозь мокрыми от пота. После этого Корвин еще немного поугрожал, ничего не добился и вызвал палача. Нэйт опустил голову, которая по ощущениям весила в четыре раза больше обычного. Но не тут-то было: Придворный маг шагнул к нему, ухватил за мокрые волосы и заставил посмотреть себе в глаза. -- Кто учил тебя? -- прохрипел. На лице явственно читалось отвращение от того, что ему пришлось прикоснуться к пленнику. -- Карлос... Дьерти, -- губы растянулись в улыбке. Корвин нахмурился еще больше. -- Так написано в твоем досье, -- подтвердил, что уже изучил упомянутое, -- но я встречался с Дьерти, он не был способен и на половину того, что показываешь ты. -- А я... способный... -- чертова холодная вода -- он закашлялся. Придворный маг резко и с ненавистью отпустил волосы и отступил назад. Пришлось поднимать голову самостоятельно. -- На что ты рассчитывал? -- Корвин вновь попытался изменить тактику, перейдя от угроз к разговору по душам. -- Я ведь положился на тебя, но неужели ты думал, что можешь целый день исчезать и шататься по замку, а я не замечу? Думал? Черт его дери, Нэйт именно на это и рассчитывал, полагая, что старик слишком занят предстоящей коронацией. Ошибка за ошибкой с тех пор, как прибыл в столицу, и все по вине самонадеянности. А ведь прекрасно знал золотое правило -- никогда нельзя недооценивать противника. Нэйтан снова улыбнулся: -- Я на это надеялся. -- Идиот, -- брезгливо бросил Корвин. Что ж, возразить было нечего. Идиот -- он и есть идиот. -- Скажи, -- старик сделал очередную попытку договориться, -- что ты сделал с лошадьми? В конюшне использовали магию, в этом я уверен. Но какую он так и не понял. Пожалуй, это самая приятная новость за прошедшие сутки. Голова стала еще тяжелее. Все тело болело, а еще было холодно. Из одежды на Нэйте остались только штаны. Голые ступни уже онемели на ледяном полу, торс и руки в зоне его видимости были облеплены запекшейся кровью так, что масштаб повреждений оценить не представлялось возможным. Однако Нэйтан предполагал, что все, что было, еще только начало: ему не сломали пока ни одной кости, а в человеческом теле их двести шесть, -- у палача огромный простор для действий. -- Я все равно узнаю, -- настаивал Корвин. Он говорил лишь о конюшне, не найдя магического воздействия на обитателях замка. А это было еще одной приятной новостью. -- Узнайте, если сможете, -- усмехнулся Нэйт. Придворный маг не даст ему выйти отсюда живым, так к чему продолжать эти бессмысленные разговоры? В дверь постучали. Корвин отошел, приоткрыл дверь, выслушал доклад подчиненного и вернулся к пленнику, но став злее. -- Ты как-то предупредил своего дружка?! Нэйт бы пожал плечами, были бы у него свободными руки. Не было у него никакого "дружка", но о ком говорил старик, понял сразу. Хорошо бы, если Эрик оказался умнее и удачливее, чем он сам. Нэйтан молчал, чем разозлил старика пуще прежнего. -- Это ты?! Говори! -- он опять вцепился в волосы, задирая голову пленника и заставляя посмотреть на себя. -- Я, я, -- хрипло рассмеялся Нэйт. -- Всё я. Знать бы еще, что -- он. Но это не важно, стоило признаться в чем угодно, лишь бы увидеть такое выражение лица у Придворного мага. -- Чертов ублюдок! Голова мотнулась, он снова закашлялся. А Корвин, полный решимости, зашагал к выходу, впечатывая каблуки в пол. -- Рон, живо! -- закричал в коридор, призывая палача. Рон, огромный детина выше Нэйта на голову и шире вдвое, тут же появился в дверях. -- Продолжай, -- прорычал Придворный маг, -- и не щади. Мне надо узнать, что за заклятия наложены на лошадей, а также, где прячутся Ригли и Финистер. Понял? -- Да, лорд Корвин, -- пробасил Рон, у него даже голос был грому подобен. Затем старик спешно покинул камеру пыток. Похоже, если бы он остался, то не удержался бы и выполнил работу палача сам. Нэйт улыбнулся, пока еще мог это делать. Все-таки у Эрика (или у лорда Ригли, что более вероятно) хватило сообразительности скрыться после того, как они выдвинули обвинение против наследника, которое никто не принял всерьез. А такие обвинения без доказательств -- ни что иное как измена. Ясно как день, что Корвин искал их не для дружеского чаепития: если бы Ригли и Финистер не исчезли, их бы уже арестовали. А Рон тем временем загремел инструментами.
Катрина часто заморгала, возвращаясь в реальность.
-- Почему ты остановился? Еще рано!
Раньше после выхода из воспоминаний первое, что она делала, это разнимала руки и отодвигалась подальше от узника. Теперь же Катрина только сильнее сжала пальцы Нэйтана, заглядывая ему в глаза.
Нэйт смотрел в ответ серьезно. Покачал головой.
-- Лишние подробности тебе ни к чему.
Катрина прикусила губу, несколько секунд раздумывая, как его переубедить.
Он все еще держал ее за руки. Или она его?
-- Ты обещал от меня ничего не утаивать, -- не нашла аргумента лучше.
Нэйтан иронично приподнял бровь.
-- Ой ли?
-- Именно, -- огрызнулась Катрина.
Он улыбнулся, стоя на своем, но при этом продолжая открыто смотреть ей в глаза.
-- Леди, должна же у меня быть хоть какая-то гордость?
Катрина собиралась снова возразить, но осеклась. Господи, кто же знает, что с ним там делали... Там? Вовсе не "там", а где-то здесь, в этих же подземельях. Возможно, прямо за стеной...
-- Не делай такие глаза, -- усмехнулся он. -- У меня даже шрамов не осталось. Перворожденный, сила целителя... и далее по списку, -- закончил уже совсем весело.
Катрина натянуто улыбнулась: то, что она недавно видела, совсем не располагало к веселью.
-- Я рада, что ты остался жив, -- пробормотала она.
Опустила взгляд на их переплетенные пальцы. У него они всегда были теплыми. Всегда. Даже в этом холодном подземелье.
Нэйтан отреагировал на ее слова иначе, чем можно было бы предположить. Он встряхнул ее за руки.
-- Ну хватит, -- голос прозвучал резко, Катрина вскинула на него глаза. -- Я показал тебе это не для того, чтобы вызвать жалость, а чтобы ты охватила целостность картины. Не о чем жалеть. Небольшая неприятность, и только.
Она невольно вспомнила его детство и тут же загнала эти воспоминания обратно. Нет, жалости он не потерпит. Да и, положа руку на сердце, Катрина испытывала вовсе не жалость -- уважение, даже восхищение.
-- Лучше скажи мне, -- Нэйтан перевел тему, и его голос зазвучал мягче, -- тебе удалось полностью абстрагироваться от чужой боли?
Действительно, только сейчас до нее дошло, что физически она ничего не почувствовала. Это были именно чужие воспоминания.
Катрина кивнула.
-- Да, ты же показывал мне, как это сделать.
-- Ну вот видишь, -- на его лице появилась самодовольная улыбка, -- я же говорил, что хороший учитель.
-- И хвастун, -- напомнила, не удержавшись.
-- Но хороший учитель.
-- Ладно, неплохой, -- сделала она небольшую поблажку.
Нэйтан закатил глаза.
-- Оценить мастера по достоинству -- тоже искусство.
Катрина рассмеялась. За последний месяц она смеялась больше, чем за всю свою жизнь.
-- Ну что? -- Нэйт прищурился, глядя на нее. -- Продолжаем обсуждать мои положительные качества или не теряем времени и возвращаемся на десять лет назад?
Катрина думала возразить, что о положительных качествах речи, в общем-то, и не шло, но предпочла промолчать. Ей на самом деле чертовски хотелось узнать, как же ему удалось спастись. Вроде бы, головой она понимала, что Нэйтан здесь, живой и здоровый, а все, что он ей показывает, было давно, но, тем не менее, отделаться от волнения не удавалось.
-- Продолжаем, -- решительно кивнула.
Нэйт на мгновение задумался.
-- Так, знаю, с какого момента продолжим, -- определился он.
И ее вновь затянуло в водоворот событий десятилетней давности.
Сознание возвращалось постепенно. Сначала вернулась боль, потом осознание того, кто он и где. Затем пришли голоса, но доносились они словно сквозь плотную завесу, хотя говорящие и были рядом. -- Что значит, ты ничего не добился? За четыре часа? -- рычал старческий голос. -- Господин, я сделал все по высшему разряду, -- басил в ответ более молодой. -- Клянусь вам, он даже так и не закричал. -- Что ты несешь? -- снова старческий. -- Он, что, двужильный? Если все так, как ты говоришь, такое нельзя вытерпеть молча. -- Клянусь, господин. -- И не признался ни в чем... -- старик, задумчиво. -- Да, господин. Сначала насмехался, потом замолчал и так и не проронил ни слова, пока не потерял сознание. Я приводил его в чувства трижды и продолжал. Все без толку. Шаги, будто его обходят вокруг. Недовольное бормотание, такое, что слов не разобрать. -- Позвольте сказать, господин? -- снова бас. -- Говори, -- пренебрежительно, старик. -- Я давно этим занимаюсь, господин. Видел многих людей... -- Ближе к делу. -- Он не только не закричал, клянусь вам, он не почувствовал половину боли. Просто отключался, не терял сознание, а именно не присутствовал здесь. Старик фыркнул. -- Это невозможно без магии, а на нем браслеты. -- Господин, я пытал и магов, и лишенных дара. Клянусь вам, это невозможно в обоих случаях. -- Что-то ты много клянешься. -- Господин? -- Поди прочь! Быстрые тяжелые шаги. Палач решил поторопиться, пока Корвин не обратил свой гнев против него. Теперь Нэйтан окончательно пришел в себя и стал понимать, кто находится рядом с ним. Колени давно подогнулись, и он полностью висел на скованных руках, а Придворный маг обходил его по кругу, недовольно цокая языком. -- Что ж ты за птица, -- пробормотал Корвин себе под нос. -- Ворона, -- прохрипел Нэйт, с трудом разлепив прокушенные губы. -- Что-что? -- старик встрепенулся, зашел спереди, задрал пленнику голову. -- Что ты сказал? Открыть глаза было сложно, но он заставил себя это сделать. -- Ворона... предвестник... смер... ти. Он убьет его, непременно убьет. После всего этого -- убьет без жалости и сомнений. -- Тронулся все-таки, -- вздохнул Корвин, отпуская и отступая. Хлопнула дверь, раздались шаги. Но сил на то, чтобы поднять голову и посмотреть, кто пришел, не было. -- Ну что тут у нас? -- Нэйтан узнал голос принца. -- Ничего, -- проворчал Придворный маг. -- Молчит. Не волнуйтесь, Ваше Высочество. Конюшня оцеплена. Что бы он ни успел сделать, это не имеет значения. Тебя я проверил с головы до ног, на тебя не оказывалось никакого магического влияния, а также на твои покои и другие помещения. Никаких сюрпризов. Завтра коронация состоится. Верноэль подошел ближе, в зоне видимости появились начищенные до блеска носки сапог. -- Убили бы вы его уже, -- высказался принц. -- Рано, -- возразил Корвин. -- Когда человек выглядит... так, навряд ли от него можно чего-то добиться. -- Посмотрим, -- не сдавался упорный старик. -- Ты сам-то как, мальчик мой? -- в голосе Корвина появилась неожиданная забота. -- Неважно выглядишь. Пауза. Блестящие сапоги отошли. -- Плохо спал. -- Нет повода для беспокойства. Хоть Ригли и Финистер ушли, они ничего уже не смогут ни сделать, ни доказать. А потом никто не решится на восстание. -- Ты всегда прав, -- вздохнул Верн. -- Вот только... Корвин, ты когда-нибудь думал о высшей справедливости? Кажется, Придворный маг опешил. -- О чем? -- переспросил, будто ослышался. -- О высшей справедливости, -- в голосе наследника появилось раздражение. -- Ну, о том, что нам воздастся за тех, кого мы убили? Старик расхохотался, будто птица закаркала. -- Ну и мысли у тебя перед коронацией, мальчик мой. Короли убирали, убирают и будут убирать тех, кто им мешает. Это закон жизни. Иди и хорошенько выспись, завтра весь Аренор будет следить за тем, как на твою голову возложат корону. -- Ты прав, муки совести ни к чему, -- вздохнул принц. Если бы Нэйт мог, он бы улыбнулся. Значит, сработало. А Верноэль оказался настолько глуп, что не сказал Придворному магу правду о том, почему плохо спал. Принял творящееся с ним за муки совести. Какая уж тут совесть? -- И на всякий случай не ходи без охраны, -- добавил Корвин. -- Ты же сказал, все проверили? -- забеспокоился принц. -- Проверили, проверили, -- подтвердил старик. -- Не нервничай, но предосторожности лишними не бывают. Этот, -- он имел в виду Нэйтана, -- точно ничего уже не натворит, а вот Ригли вполне может подослать шпиона. Сам знаешь, не всегда нужно бояться только магии. Вон Патриэль Финистер боялся только магии, а, гляди, как оно вышло... Снова шаги. Громкий голос старика: -- Эй, позвать сюда стражу для сопровождения Его Высочества! -- шум, возня в коридоре. -- И никуда без охраны, -- добавил Корвин наследнику. -- Лучше перестраховаться. -- И не подумаю, -- заверил Верн, а потом ахнул. Громыхнули доспехи подоспевшего стражника. -- Что с тобой? -- забеспокоился Придворный маг. Нэйт готов был поклясться, что пришел именно тот страж, до которого он успел дотронуться тогда в коридоре. Если Верноэль признается Корвину, что именно он сейчас увидел, у старика есть все шансы догадаться. И тогда коронации уже не помешать. Но изначальный расчет оказался верен: принц не хотел, чтобы Придворный маг решил, что у него истерика. Предпочел промолчать. Тем более, Верн искренне считал, что его совесть еще жива и способна испытывать муки. -- Голова болит, -- огрызнулся принц. -- Здесь воняет хуже чем в конюшне. -- Ложись спать пораньше, -- посоветовал старик. А еще лучше -- пройдись по замку, чтобы повстречать как можно больше зачарованных слуг... Принц, Корвин и стражник вышли, а Нэйтан все-таки потерял сознание. Ни о каком умышленном уходе в себя уже не могло идти и речи.
*** Палач приходил еще раз, но в итоге заявил своему господину, что пытки -- это искусство, а этот пленник безнадежен. После чего Корвин смирился с провалом и отпустил палача с миром. Кто-то что-то говорил, ходил. Шаги, голоса... Нэйт терял сознание, приходил в себя, но всего на мгновение, достаточное, чтобы что-то услышать, но слишком короткое, чтобы успеть понять, что или кто издает эти звуки. -- Он жив! -- в сознание резко ворвался знакомый молодой мужской голос. Знать бы еще, кому он принадлежит и почему знаком. Быстрые приближающиеся шаги. -- Живой? -- голос мужчины постарше. Снова молодой: -- Корвин, если он умрет... -- Нечего меня пугать, -- теперь раздалось старческое карканье. -- Ты мне не указ. То, что я впустил вас сюда -- жест моей доброй воли. -- И приказ лорда Ригли, -- отчеканил молодой, -- будущего короля Аренора! Что-что-что? Ригли, Аренор, король, знакомые голоса... Нэйт, как мог, старался собрать осколки происходящего воедино, но ничего не выходило. -- Снимите его, -- тем временем распорядился рядом голос того мужчины, который был старше молодого и младше каркающего старика. -- Браслеты! -- снова молодой. -- Первым делом браслеты, надо запустить самоисцеление. -- Самоисцеление? -- присвистнул тот, что старше. -- Эй, а куда делся Корвин?! На этом Нэйтан потерял сознание. Кто-то дотронулся до оков на его истерзанных запястьях, и сознание предпочло спрятаться в спасительную темноту.