39. Боимся мы зря, и на место сбора Проклятые приходят в полном составе. Вроде бы все хорошо. Только Курт странно краснеет при вопросе, как все прошло. Но признаваться не спешит. Кесседи не настаивает, должно быть, рассудив, что, раз все пришли, то и обсуждать нечего.
Сегодня возвращаюсь в коттеджный поселок в отличном настроении. Дело дало сдвиг. Думаю, общение с Джейн того стоило. Если СБ не воспользуется этой возможностью, то пора прекращать с ними всякие дела. Мы просто вложили им в рот конфету и разжевали.
Гилл встречает в холле. Хмур. Вероятно, даже зол.
Проклятые смотрят на него с опаской и, не получив дополнительных указаний, спешат ретироваться в своих комнатах. Последними заходим мы с Кесседи.
-- А вот ты -- стоять, -- Гилл грозно преграждает Райану дорогу и упирается здоровенной ладонью ему в грудь. -- Что за блонди, с которой ты так мило беседовал? -- точно, злится.
Поджимаю губы. Значит, не наврал. Следили. Но как? Ни я, ни Кесседи не заметили наблюдателей. Значит, камеры. Взломали сеть? Есть кто-то свой в полиции?
На Райана грозный тон не действует. Поживи с Коэном с полгода, и перестанешь реагировать и не на такое.
Хладнокровно отбрасывает от себя лапищу:
-- Одноклассница. Какие-то проблемы?
-- Какая еще одноклассница? -- Гилл не зол, он взбешен.
-- Обыкновенная, -- отрезает Кесседи. -- Я говорил, что из Верхнего мира. Тебя это устроило. Понятия не имел, что наткнусь на кого-то знакомого. Я не господь бог, чтобы все предусмотреть.
Террорист отступает на шаг. Смотрит оценивающе. Дышит все еще тяжело.
-- Если следили, что ж не подслушали разговор? -- равнодушно интересуется Кесседи. -- Обсудили одноклассников и разошлись.
Гилл не возражает. Значит, они видели только картинку, но ничего не слышали. Ведь об одноклассниках ни Райан, ни Джейн не упоминали. Отлично, Кесседи!
-- Вы намерены еще встречаться? -- спрашивает террорист уже спокойнее.
Райан изгибает бровь:
-- Предлагаешь, если столкнусь с ней снова, с воплем бежать прочь? Полагаю, это привлечет куда больше внимания и вызовет подозрений больше, чем невинная беседа.
Гилл окончательно сдается.
-- Смотри у меня, -- предупреждает. -- Если ты сливаешь кому-то сведения...
-- Кому? Блондинке в мини-юбке?
Гилл фыркает и уходит в свое логово под лестницей, больше не произнеся ни слова.
Кажется, пронесло.
-- Так-то, умник, -- бросает мне Райан и почти бегом поднимается по лестнице.
Когда вхожу в комнату, в ванной уже льется вода.
***
Следующий день полностью повторяет предыдущий. Нас снова вывозят в город с самого утра.
Провожаю в окно красную крышу коттеджа. Если встреча с СБ состоится, возможно, нам уже не придется сюда возвращаться.
Неужели сегодня все может кончиться? Быстро и почти без потерь?
Поневоле вспоминаю Мышонка. Настроение портится.
-- Кого "пасем" сегодня? -- спрашиваю Кесседи, когда остальные расходятся.
-- СБ?
Этот вариант мне нравится.
-- Во сколько там мы вчера встретили твою подружку? Ты же сказал ей: в это же время?
Райан переводит взгляд на огромные часы с электронным циферблатом, установленные на столбе у дороги.
-- У нас часа два, -- прикидывает.
-- Ну, тогда поехали туда, -- предлагаю. -- Если СБ придет, нам плевать на Гилла. Если не придет, и нам придется возвращаться, скажем, что ты показывал мне город.
Райан кивает, и мы направляемся к входу в подземку.
-- Думаешь, они явятся? -- спрашивает через некоторое время.
Обдумываю ответ, прежде чем озвучить.
-- Ну, должны же они что-то предпринимать.
-- Ага, -- хмыкает Кесседи, -- оптимистично.
Мы больше не разговариваем. Пока спускаемся, ждем поезд, садимся в вагон.
Тайком изучаю Райана, пока не смотрит в мою сторону. Интересно, каким он был в четырнадцать, когда жил здесь и встречался с Джейн? Золотой мальчик из знаменитой богатой семьи, у которого было все. Что сделало его таким, какой он сейчас? Нижний мир? Трудная жизнь? Или Джек Смирроу? Снова ловлю себя на мысли, что было бы чертовски любопытно познакомиться с этим человеком. Был ли он так велик, каким считает его Райан?
-- Кэм? -- Кесседи бесцеремонно толкает меня локтем в бок.
-- А? -- спохватываюсь.
-- Где ты витаешь? Приехали.
-- А, -- повторяю тупо.
Выходим.
-- Так о чем думаешь?
-- Честно? -- не хочу врать. -- О тебе и Джейн.
Усмехается.
-- Далась она тебе. Понравилась, что ли?
Мотаю головой.
-- Интересно, что вас связывало.
-- Что-что, -- Райан морщится. -- Я был самым популярным мальчиком в школе, она -- самой популярной девочкой. Король и королева балла, и все такое. Почему бы нам не поиграть в любовь?
"Поиграть в любовь". Скажет тоже.
-- А ты не задумывался, что бы было, если бы не случилось Нижнего мира? Ну, между тобой и Джейн.
Пожимает плечом, руки в карманах.
-- Поженились бы, нарожали детей, которые бы тоже стали самыми популярными в школе, -- отвечает с издевкой. -- Да разбежались бы через пару лет. Отец очень хотел, чтобы я пошел по его стопам. Так что, полагаю, сейчас я бы учился в университете где-нибудь на Новом Риме или Лондоре. Ну а ты?
-- Что -- я? -- до этого иду, смотря под ноги. Теперь поднимаю голову.
-- Где бы был сейчас ты? Думал об этом?
-- Заканчивал бы школу.
Кесседи замедляет шаг, смотрит пристально.
-- Слушай, а сколько тебе лет?
-- Через месяц семнадцать, -- отвечаю и только потом понимаю, что это было ошибкой. Надо было соврать.
-- Я думал, ты младше, -- говорит ожидаемо. -- Мелкий слишком.
-- Уж какой вырос, -- огрызаюсь. Черт.
Мы поднимаемся наверх. Проходим оживленную улицу. Переходим дорогу.
-- Вот это кафе, -- указывает Райан на непримечательную вывеску.
-- "Шоколадница", -- читаю. -- Милое место для свиданий подростков.
-- Ну а что? Мне надо было в четырнадцать звать ее в бар?
-- Ага, -- усмехаюсь, представив эту картину. -- И вас вывели бы оттуда под вопли посетителей, охраны и шокированных родителей.
-- Умник, выключи воображение, -- отмахивается, смеясь. -- Я сказал, что был популярен в школе. Но еще я был воспитанным мальчиком.
-- Ты и сейчас воспитанный мальчик.
-- Но сейчас я бы все-таки предпочел бар, чем попить какао.
Дружно смеемся.
Как вышло, что мне так легко в его обществе? А что будет, если СБ прямо сейчас "возьмет" Гилла и Сантьяго, когда мы укажем им место? Увижу ли я Райана когда-нибудь?
-- Пойдем внутрь, что ли? -- предлагает Кесседи.
-- Зачем? -- сомневаюсь.
-- Какао пить, что же еще, -- улыбается, направляется к кафе.
Догоняю.
-- А если мы ошиблись, и вместо СБ придет Джейн?
-- Значит, купит себе какао сама, -- беспечно отвечает Райан. -- На нее нам Гилл денег не дал, -- потом становится серьезнее: -- Ты же умник, и обычно твои идеи работают. Так что и эта должна сработать.
-- Хорошо бы, -- бормочу. Вот только вчерашней уверенности в гениальности идеи у меня нет.
***
Мы сидим около получаса за самым дальним столиком в углу. По словам Райана, именно здесь они встречались с Джейн после школы пять лет назад.
Какао в заведении, и правда, отличное. Наверное, это и называется вкус детства.
Болтаем о том, о сем. Абсолютно расслабляюсь. Сползаю по спинке удобного диванчика вниз. Не думаю ни о чем. Нет ни СБ, ни Нижнего мира, ни террористов. Мне хотелось бы просидеть тут вечность.
-- Как выглядит твой полковник? -- вдруг спрашивает Кесседи, сидящий лицом ко входу, разбивая мою идиллию вдребезги.
Мгновенно собираюсь. Сажусь прямо. Оглядываюсь.
-- Именно так, -- бормочу. Закусываю губу, чтобы не расплыться в победной улыбке. Сработало! -- Как ты понял, что это он? -- понижаю голос до шепота.
Райан не сводит глаз с приближающегося к нам мужчины в дорогом пальто с небрежно обвернутым вокруг шеи шарфом.
Отвечает, не глядя в мою сторону:
-- У него на лбу написано, что он эсбэшник.
-- Да? -- рассматриваю приближающегося Коннери собственной персоной. -- А по мне, так шарфик спасает.
Райан дарит мне убийственный взгляд, и не отвечает.
Полковник подходит к нашему столику.
-- Кэмерон, -- приветствует меня кивком.
-- Полковник.
-- Райан Кесседи, я полагаю? -- обращается к моему спутнику. Протягивает руку. Райан отвечает на рукопожатие, но с некоторой заминкой. Он явно не ожидал, что встреча будет происходить именно так. -- Могу я присесть?
Вы можете даже сжечь нас на центральной площади и сказать, что это меры по обеспечению государственной безопасности, вспоминаю свои мысли при первой встречи с Коннери.
-- Вы -- босс, -- отвечаю. Подвигаюсь на диване, освобождая место.
Коннери садится. Медленно переводит взгляд с меня на Кесседи и обратно.
-- Как вы решили дело с Джейн? -- первым нарушает молчание Райан.
Полковник приподнимает светлые брови. Кажется, он не ждал инициативы.
-- Волнуешься?
-- Интересуюсь, -- отбивает тот пристальный взгляд.
-- С ней все нормально. Пришли. Побеседовали. Велели забыть о твоем существовании и обещали арестовать, если кому-то разболтает о встрече с тобой и нашем визите.
-- Запугали, значит, -- хмыкаю.
-- Предупредили, -- Коннери абсолютно серьезен. Надеюсь, у Джейн хватит мозгов под ее великолепными волосами, чтобы послушаться. -- Итак, -- переплетает пальцы на столешнице. -- Питер рассказал мне о вашей встрече в Нижнем мире, -- смотрит непосредственно на Кесседи. -- Ты спас ему жизнь, это дорого стоит, -- выжидательная пауза.
-- И чего же? -- Райан чуть склоняет голову.
-- Смотря чего ты хочешь?
-- Хочу будущего для моих людей, -- отвечает без заминки.
-- А для себя?
-- А я разберусь.
Коннери кивает, не пойму, то ли Кесседи, то ли своим мыслям.
-- Будет тебе будущее, как только покончим с террористами, -- обещает. Слишком легко обещает. Хмурюсь. -- Так что у вас есть?
-- Место нахождения их логова, -- говорю, привлекая к себе внимание.
Коннери поворачивается ко мне.
-- Главный там? -- впивается взглядом.
-- Нет, -- качаю головой. -- Но там его подручные, которые знакомы с ним лично.
-- Этого мало.
У меня отвисает челюсть.
-- Как -- мало? -- возмущаюсь. -- Допросите их с "сывороткой правды", и они все вам выложат. И про старые теракты и про новые планы.
-- "Сыворотка правды" давно не панацея, -- отрезает полковник. -- Сведения можно внушить. Гипнотизеров хоть отбавляй. Нам нужны доказательства.
-- То есть, -- не верю своим ушам, -- вы хотите сказать, у нас ничего нет?
-- У вас есть многое, но этого недостаточно, -- Коннери смягчается. -- Добейтесь встречи с главным. Тогда наша сделка будет завершена. Если он согласится вас принять и будет обсуждать теракты, этого хватит для ареста.
-- Они долго работали с Коэном, но даже ему не устраивали личных встреч, -- возражает Райан. -- Никто не станет знакомить нас с главным.
Коннери прищуривается. Смотрит хищно. Он непреклонен:
-- Ну, так сделай так, чтобы тебе поверили больше Коэна.
-- То есть, то, что мы предоставим вам место нахождения правой руки главаря, вам мало?
Полковник смотрит на Кесседи снисходительно:
-- Отрубить человеку руку -- это замедлить его и доставить неудобства, но не уничтожить.
-- А если мы провалимся? -- интересуется Райан. -- Что тогда?
-- Придется рубить руку, -- спокойный ответ.
-- Погодите, -- вмешиваюсь. -- Мы не можем сейчас, как ни в чем не бывало, вернуться. Они следят за нами. Вероятно, через камеры. Возможно, о нашей встрече им давно известно.
-- Кэмерон, ты за кого нас принимаешь? -- кажется, мне удалось обидеть полковника. -- Камеры этого заведения под нашим контролем. Сейчас они показывают, как вы спокойно попиваете какао. Вдвоем. Больше здесь никого нет.
Пожалуй, оставлю при себе мнение о том, за кого принимаю, и что думаю об их профессионализме. Замолкаю. Кусаю губы. Мы по уши в дерьме.
-- Хорошо. Допустим, -- говорит Райан. Он, что, правда, рассчитывает добиться встречи с боссом? -- Как мы с вами свяжемся?
Коннери доволен.
-- Люблю деловой подход. Я этого ждал, -- он расстегивает пальто и лезет за пазуху. Достает какой-то удлиненный предмет, нечто среднее между ручкой для письма и медицинским инъектором. -- Здесь микрочип, -- поясняет. Кладет странный предмет на стол. -- Последние технологии. Абсолютно незаметен любым сканером, пока находится в теле носителя, -- в теле, значит. Отлично. -- Вводится под кожу, скажем, в палец. Разрезаете, вынимаете, оставляете в доме зачинщика. Как только вытащите, чип активируется, и мы будем знать, куда ехать.
-- Дом? -- переспрашивает Кесседи. -- А если это будет офисное здание в сотню этажей? Арестуете всех, кто внутри?
-- Если ты оставишь чип в холле, то да, -- отвечает полковник на полном серьезе. -- Дело слишком важное. А нам нужна скорость. Если ждать встречи и докладов, главный может уйти. Я надеюсь на вашу сознательность, -- продолжает, -- и на то, что вы активируете чип только тогда, когда точно убедитесь, что это тот человек, который нам нужен.
-- Надеетесь, но никогда не кладете все яйца в одну корзину, -- бормочу.
-- По-другому нельзя, -- неожиданно не отрицает мою правоту Коннери. -- Но, все же, главную ставку я делаю на вас.
-- Угу, -- киваю. На душе тошно. Расходный материал, вот кто мы. -- Как Питер? -- спрашиваю. -- Жив-здоров?
На лице полковника расцветает улыбка. Он рад моей покладистости.
-- С Питером все хорошо. Между прочим, наш врач был очень доволен твоей работой, -- взгляд на Кесседи. -- Сказал, что даже он не вправил бы нос лучше.
-- Передайте ему, что не стоит благодарности, -- хмуро отвечает Райан.
-- Он был, правда, впечатлен, -- настаивает Коннери. -- Сказал, что с удовольствием взял бы тебя в ученики. Такими предложениями не разбрасываются, -- нажимает, -- подумай об этом, парень, когда все кончится.
-- Непременно, -- холодно отзывается Кесседи. -- Полагаю, это все? Наши наблюдатели скоро заинтересуются, почему мы так долго не можем напиться.
-- Полагаю, да, -- соглашается полковник. Берет в руку инъектор. -- Итак, вы согласны? Кому из вас?
-- Мне, -- опережаю Райана с ответом. Мало ли, что они говорят, будто чип не засечет никакой сканер. Лучше проверю на себе, чем подставлю Кесседи.
-- Хорошо, -- Коннери не спорит. Уголок губ Райана дергается, будто он хочет что-то сказать, но затем передумывает.
Протягиваю левую руку ладонью вверх. Полковник подносит предмет к безыменному пальцу. Чувствую легкий укол. На поверхности кожи выступает алая капля. Больше ничего не ощущаю.
-- Он размером с рисовое зернышко, -- напутствует Коннери. -- Неглубокий разрез, и сможешь достать.
-- Хорошо.
-- Итак, адрес? -- просит полковник. -- Когда чип сработает, одна команда отправится брать главаря, вторая должна будет забрать вас и взять остальных террористов. Где вас искать?
Коннери смотрит на Райана, безошибочно определив, что тот контролирует ситуацию куда лучше меня. Но Кесседи пожимает плечами. Ему не знакомо это место, он жил в столице.
-- Коттеджный поселок имени Марии Секильо, -- отвечаю. Голос звучит безнадежно. Отдаем последнее, что было у нас, и не было у СБ. -- Двухэтажный дом с красной черепицей. Двор с двумя хвойными деревьями у ворот. Он там один, -- уточняю. -- Есть еще два с красной крышей, но деревьев там нет.
-- Похвальная наблюдательность, -- улыбается Коннери.
Мне хочется ударить его. Прямо по этой улыбке. Сжимаю ладони в кулаки. Они в карманах, поэтому никто не видит.
-- Не жалуюсь, -- огрызаюсь.
Коннери встает. Застегивается. Поправляет шарф.
-- До встречи, -- прощается. -- И помните, я на вас ставлю.
Не лошади, чтобы ставить. Молчу. Провожаю его хмурым взглядом.
Ставит. Наверное, это должно нас мотивировать на подвиг во имя родины. Не мотивирует.
Несколько минут сидим в молчании. Каждый, думая о своем.
-- А Пит, вроде, ничего, -- вдруг говорит Райан. -- Дурной, но искренний.
-- Это уж точно, -- соглашаюсь. Отворачиваюсь к окну.