***
 
  Оперенье воскрылий живого креста,
  что плывет в маете на воздушном подспорье,
  от предгорий стремится туда, где просторней...
  Там, где солнце, паря над ладонями моря,
  не заходит и золотом поит глаза,
  омывая ключом нескончаемой рани...
  Оперенье воскрылий трепещет над нами,
  дуновенье касается лба, и сказать
  ничего невозможно о месте и часе:
  золоченая вечность на иконостасе
  держит взгляд, правит пульс и лучится в слезах.
 
 
  Если некуда кануть с крещёного света,
  из плетений судьбы, из узора обетов,
  из несметного строя и слитности струй...
  Но в едином ладу мы созвучны и слепы,
  и сонорными волнами ширится небо,
  и любовью растёт, и в разрывах тоскует.
  Мы зовём, и не слышим, и верим друг другу,
  нераздельны как части крещёного круга,
  неслиянны как стороны света.