Аннотация: - Россию спасет только абсолютная монархия и сильный государь! - Конечно! Тебе сахара сколько?
- Россию спасет только абсолютная монархия и сильный государь!
- Конечно! Тебе сахара сколько?
- Две. Если можно, конечно, - добавил Димка.- У вас сахар есть...
- Бери, - я кивнул на поднос с печеньем, сам взял чашки. - У нас теперь лакеев нет.
В кабинете ничего не изменилось. Как будто не было войны, революции...
Димка хрустнул печеньем.
- Я спасу Россию!
- Тебе помочь? - проворчал я. Несладкий чай был слишком горький. Хорошо хоть, пока хватало угощать гостей.
- Да!
- Нет.
- Ты сам предложил!
- Что ты собрался делать?
- Застрелю Годунова.
- Кого? - я напряг память. Ленина - помню, а кто там еще из партий... - Это кто?
- Как кто? - обиделся Димка. - Борис Годунов. Народ безмолвствует... Ну?
- Он же умер. Сам.
- Я вернусь в прошлое. Убью Годунова - спасу Дмитрия. Династия Рюриковичей не оборвется. Будет великая Россия!
- Великая, великая, - кивнул я. - Как ты в прошлое попадешь?
- У меня машина времени есть.
- Уэллса перечитал?
- Ладно, - что-то придумал Димка. - Ты же в технике разбираешься?
- В военной. Немного.
- Пойдем, посмотришь.
- Ну ладно, - я поднялся. - Только я Веру предупрежу.
- Только... У тебя солдатская шинель есть?
- Зачем?
- Ну... - Димка замялся. - Как хочешь. Честь офицера... Мне не понять. Я ж простой юрист...
Димка привел в какие-то трущобы. Редкие прохожие злобно косились на меня. Ну да. Что офицеру делать в таком месте, кроме как по службе идти кого арестовывать?
- А чего - тут? - буркнул я.
- Так получилось, - Димка мимо неубранных сугробов зашел в вонючий подъезд, поднялся на второй этаж. Одна комната. Из мебели - грубый стол у окна и пара табуреток. В углу - матрац. Даже кровати нет. - Не обращай внимания. Вот она!
Больше всего машина времени напоминала трехколесный велосипед. На спинке крепилось какое-то хитрое устройство, похожее на щиток электростанции. На стене напротив - такой же щиток, только намного больше.
- Вот, - сказал Димка. Уселся на велосипед. Взял из угла винтовку. - Садишься и улетаешь.
- Слезь, - потребовал я, заподозрив неладное.
Машина на стене загудела.
- Стой! - закричал я.
Димка вместе с велосипедом исчез.
Закрутилась стрелка на циферблате генератора. Замерла на рубеже пятнадцатого и шестнадцатого веков. Циферблат был от часов, номера столетий наклеены поверх старых цифр. От десятого до двадцать первого века. В начале девятнадцатого Димка приклеил портретик Наполеона. Артист.
Я прошелся по комнате. И что мне делать?
В дверь грубо постучали.
- Генка, ты?! - закричали из коридора.
- Нет.
- А где Генка?!
- Не знаю.
- А ты кто?!
Я открыл дверь.
- Золотопогонник, - поперхнулся мужик в майке и штанах на подтяжках. Вытер ладонью нос. - Ты какого пришел, а? Тебя звали? Генку куда дели, сволочи?
- Будете ругаться - с лестницы спущу, - предупредил я.
- А ты руки не распускай! - отошел назад мужичок. - Кончилось твое время! Смотри, кто кого спустит! И ваще!
Я захлопнул дверь.
Теперь еще какой-то Генка. В комнате было холодно. Как здесь Димка жил? И когда он вернется, интересно? Дождется он еще чаю с сахаром... Подожду два часа. До двенадцати.
Я сел на табурет. Посмотрел на узор мороза на стекле. Подумал, как там отец в деревне. Привезет продуктов или там тоже бардак, как везде...
Через час опять постучали. Вежливо, но очень настойчиво.
Стучали трое в шинелях.
- Революционный патруль, - представился мужчина лет тридцати. Козырнул. Показал удостоверение. - Ваши документы.
- Проходите, чего стоять? - я пропустил патруль в квартиру. Протянул бумаги. - Извините, чаем не могу угостить.
- Воевали? - уважительно вернул документы патрульный.
- Мало. Меня ранили почти сразу.
- Извините, что вы здесь делаете? Вы - хозяин квартиры?
- Нет, - я пожал плечами. - В гости зашел.
- К Дмитрию Кони? Где он сам?
- Вышел.
- Куда?
- Простите, он мне не отчитывается.
- Как же так, товарищ, - вышел вперед правый патрульный, под сорок, с усами. - Пригласил в гости и ушел невесть куда?
- Он - хозяин квартиры? - продолжил "главный" патрульный.
- Думаю, да. Что вам от него надо?
- Он подозревается в убийстве хозяина квартиры.
- Димка? Бред.
- Очень хорошо. Если увидите - посоветуйте ему придти самому и дать показания. Теперь о вас. Вы угрожали гражданину физической расправой?
- Я?!
- Сосед ваш пожаловался. Не хорошо.
- Он оскорбил меня и моего друга.
- Надо было подать жалобу в комиссариат. Теперь придется отвечать. По закону. У меня нет времени с вами возиться. Дайте слово чести, что я вас здесь найду во второй половине дня, приду с комиссаром. И приготовьте пять рублей серебром для штрафа.
- А то арестуем, - пообещал усатый патрульный. - А в тюрьме сейчас очень холодно.
- Даю слово. Может быть, мне куда-то подойти?
- Нет. Комиссар тоже патрулирует. Легче его сюда направить, чем поймать на месте. Следите за языком, господин офицер.
Я вздохнул. Подумал, а не потребовать ли пятерку у Димки...
- Ну как? - спросил Димка, появляясь верхом на своем велосипеде. - Получилось?
- Что? - спросил я. - У тебя совесть есть?
- Ну, извини, - развел руками Димка. - Монархия спасена? Революции нет?
- Ничего не изменилось. Ты где был?
- Годунова застрелил, - опустил голову Димка. - Как же так. Зря убил, получается?
- Кто такой Генка?
- Какая разница? Я человека убил.
- Может, промахнулся?
- Да нет, - вздохнул Димка. - В голову. Со ста шагов. Там все как брызнуло...
Димка позеленел. Судорожно сглотнул.
- Я думал, цель оправдывает средства... Даже такие. Получается, зря.
- Дим. Ты - юрист. Способный. Но не техник. Откуда у тебя машина времени?
- Умный, да? Генина она. Кулибин современности, черт. Ему денег не хватало на какие-то запчасти. Ко мне на улице подошел. Слово за слово - оказалось, он тоже за монархию. Только он Николая Первого хотел убрать. Чтоб, значит, Крымской войны не было...
- Вы других способов не придумали?
- А каких? Убеждать? Кого и как?
- И где он?
- Закопал я его. За городом. Видно, охрана была у Николая хорошая. Я поэтому тебя и позвал. Чтоб, если раненый вернусь - хоть перевязать мог. Да и вообще. Присмотреть за машиной.
- Тебя кто-нибудь видел?
- В смысле?
- Когда ты Генку нес?
- Черт его знает...
- Убегать тебе надо. Ищут тебя.
- За Генку? Да, - Димка невесело усмехнулся. - Пожалуй, не отмажусь. Во влип.
- Уезжай. За границу. Сейчас трибуналы. Расстреляют, потом разбираться будут. Есть, где спрятаться пока?
- Есть, - кивнул Генка. - Я в будущее сбегу. Лет на сто вперед. Там никто не найдет.
- А если назад захочешь?
- У меня сутки будут. Пока генератора хватит. Ладно. Чего тут ловить. Полетел я.
- Ружье забери, - я протянул винтовку. Димка дернулся, как от заразы. Я повесил оружие ему на шею. - Пригодится.
- Моим... А, ничего не говори. Давай. Прощай.
- Давай.
Я сходил домой, принес Карамзина. Проверить - вдруг что-то изменилось? Может, волна изменений постепенно идет.
Факт в истории был.
"Случился гром, и молния, и человек на трехногом коне". Годунов упал замертво, а через неделю очухался. Ошибся Димка? Вряд ли. Скорее, Лже-Годунов появился. Логично. Не то время выбрал юрист.
Я подошел к окну.
Дверь вышибли. Трое, с винтовками.
Первым подскочил в солдатской шинели, сбил ударом с ног, пнул сапогом.
- Встать, мразь! - приказал второй, в кожанке, заплеванной семечками.
- Вы кто? - я попытался подняться.
"Солдат" пнул еще раз. Попал в раненое плечо. Я крутнулся ему под ноги, уронил. Прыгнул на спину, ударил ладонью в затылок. Перехватил винтовку второго, в кожанке. Рванул за приклад, вырвал, передернул затвор, пытаясь заметить третьего хоть краем зрения.
Третий ударил сзади по голове. Я свалился на пол, выронив оружие. Откатился подальше - уперся в стену.
- Кончай его! - заверещал тот, что в кожанке.
Боец перехватил винтовку штыком на меня, шаганул вперед. Осталось только зажмуриться.
"Чего он ждет?" - подумал я. Открыл глаза.
Никого не было.
Чуть слышно гудел над головой генератор. Он, оказывается, гудит. Только очень тихо.
Я потряс головой. Дверь на месте. Табурет не перевернут. Только болит голова и на шинели следы сапог. Я сел. Переборол приступ тошноты. Может, докатились изменения? А почему меня не зацепило? Я посмотрел на генератор. Как-то он держит машину в другом времени. Хроно-поле какое-то, возможно. Голова отказывалась думать. Но если хроно-поле есть, и оно маленькое, то как раз меня захватило, а бандитов унесло. Комиссарам бы лучше такую шваль ловить, а не штрафы собирать...
Осторожно, на четвереньках, я добрался до подоконника, на котором лежал Карамзин. Бегло пролистал страницы до Годунова. Показалось, что про 1552 год целая глава. Вернулся. Так и есть. "Глава 4. Продолжение государствования Иоаннова Г. 1552". И вся глава, судя по краткому изложению, посвящена взятию Казани. Взрывали. Брали приступом. И взяли, что характерно. На двадцать лет раньше срока.
Я посмотрел на циферблат. Стрелка показывала "двадцать первый век". С другой стороны, если Димка упрыгнул в девятый... Я проверил, как там с Годуновым. Там ничего не изменилось - появился лже-Годунов, убил Дмитрия, вся история один в один.
Очень трудно переваривать такое стукнутой головой. Может, я год перепутал? Может, это какой-то другой город брали подкупом?
- Ты в порядке?
Я подпрыгнул.
Возле генератора стояла машина. Димка уже подбежал ко мне.
- Что такое?
- Гости приходили, - ответил я. - Ты где был?
- В будущем, - помрачнел Димка. - Ничего там хорошего нет...
- Ты там что-то делал?
- Давно приходили? - Димка сжал зубы. Взял ружье. Передернул затвор - выпала гильза. - Красные?
- Просто бандюги. Ты хоть там никого не убил?
- Уже не важно, - ответил Димка. - Я сейчас здесь...
- У тебя получилось.
- Чего?
- Что-то изменилось. Ты что-то сделал в будущем?
- Ну, - Димка шмыгнул носом. - У меня выбора не было. Там все стреляли. Ну и я. Но это ж будущее. А чего Годунов так долго...
- Он тоже сработал. В каком году Иван Грозный взял Казань?
- Тебя сильно били, - опять помрачнел Димка. - Давно ушли?
- Проверь по Карамзину.
- При чем тут Грозный? - разозлился Димка. - Ты не нанюхался, часом? Ну, в семьдесят четвертом?
- Уже в пятьдесят втором. Изменения назад идут.
- Жди здесь! Я проверю, что на улице.
- Ружье оставь!
Димка вернулся скоро. Сияющий.
- Да! Государь самодержец! Правда, Думу созывают, но как совещательный орган при государе!
- Целево-следственная связь, - я успел сформулировать мысли. - Мы о времени наоборот думали.
- Чего?
- Мы думали, что все связи - причинно-следственные, так? Нажми на кнопку - получишь результат?
- Ну.
- Получается, не так. Получается, результат должен быть - и ты жмешь на кнопку.
- Тебе лечится надо. Сволочи. Они тебе совсем мозги отбили.
- Они, скорее, как яблоко для Ньютона.
- Сравнил.
- Ты сюда слушай. Ты убил Годунова. Какие-то события в истории были направлены на то, чтобы Годунов жил и правил. Ты его убрал - и пропали эти цели, история сдвинулась. Ты грохнул кого-то через сто лет - изменилось настоящее.
- Да бред же это, - совсем расстроился Димка. - Факты. Я согласен был собой заплатить за порядок. Но тобой...
- А что факты? Ты чиркаешь спичкой. Спичка зажигается. Два факта. Первый - спичка должна быть зажжена в определенное время. Второй - ты чиркаешь, чтобы это случилось.
- Я чиркаю, чтобы зажглась.
- Именно. Пошли в библиотеку. Почитаем, что здесь случилось.
"Теперь" революционная ситуация назревала медленнее. В итоге в русской армии не началось разложение, как "раньше", солдаты не перестали слушаться офицеров. Под Мукденом мы проиграли и "теперь", но сохранили армию - японцы не прошли через весь Дальний Восток до Байкала. Порт-Артур сдался позже. Рождественский все-таки добрался до Японии. Правда, лучше бы он опоздал - не было бы Цусимы. "Теперь" мир заключили в мае, и намного выгоднее того, что был "раньше" в апреле. "Теперь" не было июньской революции, к которой присоединилась армия и интеллигенция. Государь не отрекся в июле. Были беспорядки в октябре. Большие, но это смотря с чем сравнивать. Государь согласился на созыв Думы - но остался самодержцем.
- Отлично, - сказал вечером Димка. Я зашел к нему - забрать "Историю..." Сели на табуретах. - Только, я думаю, там немного сложнее. Я Годунова застрелил - изменилось прошлое, но и будущее изменилось, пусть немного. Я думаю, там что-то типа вех. Верстовых столбов. Когда что-то меняешь - меняется все, что между ними. А потом что-то где-то срабатывает и изменения дальше в прошлое и будущее не проходят. Вообще, логично, что и прошлое изменяется. Если принимать, что время - статично, то есть уже есть некая схема, то и все события лежат в этой схеме. Если я убиваю Годунова - до следующей вехи все меняется. Но чтобы оно смогло измениться - оно должно уже иметь основу для изменений, в прошлом относительно момента изменения. О! Время как веревка. Если тянешь - то тянется не только правая часть, но и левая. А вехи тогда - как колышки, на которых веревка привязана. Дергай сколько угодно за один сегмент, он будет меняться, а соседние не захватит. Ага? Ага. Только мы не знаем расстояний между вехами. И что менять надо. Давай разобьем генератор?
- Дим! - я не успел. Юрист уже ударил прикладом в механизм. - Зря ты так. Может, все-таки, простая целево-следственная связь...
Заскрипел замок. В квартиру зашел Димка.
- Что вам угодно? - спросил тот Димка, что был в квартире.
- А вы кто? - удивился вошедший.
В голове помутилось.
- Лешка! Что с тобой?! - в один голос крикнули оба Димки.
- Это кто с тобой? - спросил "пришелец". - Я его знаю, да?
- И я вас знаю, - кивнул "мой" Димка. - Только, простите, вспомнить...
- К зеркалу подойдите. Оба, - посоветовал я, опираясь на стенку.
- Логично! Мы "выпали" из нормального временного потока. А при изменениях "другие" мы все равно родились, только в машину времени не лазили. И теперь у нас по двойнику. Мой адвокат "маленьких людей", живет в трущобах. Забавно. Здорово! Я всегда мечтал о свободе! А ты разве нет? - радостно говорил "мой" Димка, провожая меня домой. Точнее, я шел попрощаться с Верой, чтобы потом двинуть в никуда. Плохо двум одинаковым людям в одном городе. Может даже, в одной стране. - Прикинь, документы в порядке, никто не напряжется. А мы можем в Южную Америку матросами! Можем...
- Заткнись, а? - попросил я. - Мне с япошками приключений хватило. Когда мир заключили - я на той стороне был. Выбирался потом... Домой приехал. Неделю побыл - и ты явился. На кой черт ты приходил?!
- Извини, - сник Димка. - Но Государь...
- Да. Думать об этом очень помогает. Запомнил? Если открою я - откланяешься и уйдешь. Если Вера - кашлянешь, я выйду. Хоть посмотрю последний раз. А потом уже... к чертям...
Димка смутился, когда открылась дверь.
- Э, простите, а можно позвать Веру?
- Она никого не принимает, - ответил Гришка.
- А... Леша дома?
- Дмитрий Иванович, - с осуждением сказал Гришка.
- Кто там? - спросила Вера.
Я вышел к Гришке. Черт с ним, если "я" уже дома.
- Леша?! - закричала Вера. - Живой?!
- Алексей Михайлович, - часто-часто заморгал Гришка. - Вы?
- А что? - спросил Димка.
- А нам сказали, что вы убитый, - сказал Гришка. - И в списки погибших записали. Я говорил - ошибка вышла. Не могли молодого барина убить желтолицые. Не из того теста сделаны!
- У них почти получилось.
- Ну. Я пошел тогда, да? - решил откланяться Димка.
- Да, - я пожал руку. Понял, что вряд ли увижу этого, настоящего Димку еще раз. - Пиши. Может, увидимся.
- Конечно, увидитесь, - сказала Вера. - Он теперь адвокат, знаешь, какой? Заходи, Дим, пирог сделаем.
- Нет, я пойду, - криво усмехнулся Димка. - Спасибо.
- С наступающим! - поздравила Вера.
- Спасибо! Вас тоже. Пусть наступающий тысяча девятьсот шестой будет намного лучше уходящего!