Раз к лесному ручью наклонившись попить,
Услыхав два "ку-ку" от опушки:
“Ты, скажи-ка, пернатая, сколько мне жить?”, -
Я банально спросил у кукушки.
Эх, кукушка, спросить тебя много б о чем,
Тоже вдосталь, наверно, хлебнула...
Вдруг, вспорхнув, села птица ко мне на плечо,
И в согласие клювом кивнула.
Заблестели доверчиво бусинки глаз
Не в зрачки, - прямо в душу мне глядя,
Мол, не бойся, - никто не подслушает нас, -
Подбодрили, - мол, спрашивай, дядя.
И тогда я спросил, - сколько рядом мужчин,
Что пошли бы со мною в разведку,
И найдется на свете такой, хоть один,
Кто отправит мне "черную метку"?
Сколько женщин несчастных осталось за мной?
(Может сколько-то есть и счастливых?)
Сколько мама ночей говорила с луной,
В ожиданьи письма терпеливом?
Я спросил, - сколько пролито дочерью слез,
С верой в то, что отец возвратится;
Сколько жизней еще в этот мир я принес
Просто зачатых, - чтоб не родиться?
Я спросил у нее, - сколько стоит любовь,
Не в деньгах, - в предрассудков оковах,
В неуемности страсти, холодности слов,
В невозможности видеться снова.
Сколько будет друзей, что придут проводить
За порог погребального зала?
Будет та среди них, с кем Вселенская нить
До последнего пира связала?
Не банальным мне вдруг показался вопрос,
Что всегда задавался так просто, -
Сколько все же успею шипов я и роз
И собрать и отдать до погоста...
Целый час куковала кукушка в ответ.
Выполняла ответственно дело...
Только много ль на свете осталось мне лет
Ты кукушка сказать не посмела.