Является ли изобретение сталинских органов ОГПУ-НКВД чем-то уникальным?
В чем, собственно, заключается суть этой разновидности рабства?
Почему эта чудовищная по жестокости и аморальности форма организации производства стала возможна?
Политика модернизации, провозглашенная нашим Президентом Д.А. Медведевым, не предполагает возврат к подобной модели эксплуатации. Вроде бы.
А вот товарищу Сталину идея гулажного труда очень пришлась по душе.
Сегодня трудно установить точно, кто именно подсказал товарищу Сталину эту идею.
Основой её, несомненно, явилась мысль товарища Троцкого о трудовых армиях.
Мобилизовать население на стройки коммунизма с точки зрения техники этого дела больших сложностей не представляет.
Достаточно разделить население на тех, кто строит коммунизм и тех, кто охраняет строителей.
Кто именно в какую группу попадет это уже малозначительный нюанс - ведь одно дело делаем ради общего светлого завтра.
Но у мобилизованного труда есть один принципиальный недостаток - рано или поздно мобилизованные на трудовой подвиг массы могу потребовать компенсацию.
Юридически мобилизованным трудом заняты свободные, так сказать, чистые перед законом лица.
Проработавшие на стройке коммунизма лет десять-пятнадцать за пайку граждане, когда обстановка изменится к лучшему, когда жить станет веселей и страна в целом заживет богаче, могут ведь и возроптать.
Не всё же определяется сознательностью, тем более что классики учили строго о противоположном.
Идея мобилизованного труда в условиях коммунизма это очевидная полумера.
Но от этой идеи до гулажного труда практически один шаг.
Так в чем же сущность гулажного труда?
И вообще, возможны ли, в свете очередной модернизации, его перспективы в нашей стране?
Попробуем разобраться.
Товарищ Сталин, по меткому выражению кого-то, принял Россию с сохой.
Темное, полуграмотное, полное предрассудков и родимых пятен капитализма, население.
Население, как выяснится позже, злостно не желающее строить светлое будущее.
При всем этом народ все же как-то приспосабливался к новой советской власти.
Для подавляющей массы людей власть всегда выступает как нечто непостижимое и загадочное. Как черная дыра, от которой не ждешь ничего хорошего.
Человек входил во взрослую жизнь и умирал с чувством неизбывного страха перед государством.
Собственно, в этом нет ничего удивительного.
Государство последние пять тысяч лет совершенствуется в подавлении человека, а человек все так же приходит в этот мир голеньким и беззащитным.
И вот, наконец, государство досовершенствовалось, доукреплялось до того, что всю свою массу подданных решило негласно и неофициально считать преступниками.
Априори всё население отныне это уголовники: одни - "тюремный народ", а другие - временно находящиеся на свободе. На лозунгах они все - строители коммунизма, а на деле - обыкновенные уголовники.
Хватай любого и сажай.
Все, естественно, не нужны, да и выглядело бы это довольно странно, если сразу всех - и за колючую проволоку!
Но как удобно для решения государственных задач!
Рассылаем разнарядку на места - нужны работники таких и таких специальностей.
Органы, соответственно, отбирают наиболее подходящих строителей коммунизма и начинают искать за ними грешки перед партией и властью советов.
И находят, что самое удивительное!
Дело вовсе не в том, враг ты народа, или друг ты народа, или вообще ты к народу индифферентен.
Дело в том, что в тебе нуждается ГУЛАГ.
Потом строители коммунизма могли долго удивляться - за что?! Им ведь истинных причин никто объяснять не собирался.
Это вообще очень характерная черта советской внутренней политики и ее наследников - не объяснять истинных причин своих политических замыслов и действительного смысла осуществляемых мероприятий.
Глядя на это правительство, постоянно подташнивает от ощущения, что перед тобой мелкие мошенники и жулики, трусливо скрывающие свои истинные намерения.
Итак.
Вот уже тянутся составы на север и на восток, где работы - непочатый край!
Главное, все довольны, все смеются!
Начальство смеется - неограниченные трудовые ресурсы, а ответственности за них никакой. Сдохнут, туда и дорога. Новых подвезут.
Органы смеются - работать легко и приятно. Бери любого и делай с ним, что хочешь!
Добровольные помощники органов тоже смеются - им благодарность и кое-что от уже построенного.
Товарищ Сталин, и он усмехается - как здорово всё устроил! Всех обеспечил работой, а заодно и уверенностью в завтрашнем дне.
И самое главное - всё есть и никто никому ничего не должен.
Это вы теперь нам должны пожизненно!
Что тут важно понять?
Ни будь идеологии марксизма-ленинизма, ни будь общеобязательной под страхом уголовного наказания веры в светлое коммунистическое завтра - никогда б такого не произошло!
Никогда и ни при каких обстоятельствах!
Ну, и без невероятной ненависти, безразличия, презрения и отвращения к народу, к которому формально принадлежишь, такое тоже было бы невозможно.
Государство - преступник, государство - насильник, государство - убийца, - вот что означает гулажное рабство на практике.
Гулажный труд это максимум человеконенавистничества из всех возможных форм эксплуатации.
Не стоит заблуждаться, что с переселением Сталина в мир иной гулажный труд полностью исчез.
Отдельные его элементы существуют до сегодняшнего дня, хотя это и не носит массового характера, как при Сталине.
Пресловутый обвинительный уклон судебной системы есть не что иное, как прямое отражение объективных потребностей современного "российского ГУЛАГа". А значит, и этого российского государства со всем его начальством.
Людей продолжают осуждать не для того, чтобы исправлять, а для того, чтобы эксплуатировать.