|
Рассказ "Я поэт Леонид Губанов"
Время - вовсе не поток, время - это торт "Наполеон", слои которого проникают и растворяются друг в друге. Вавилонская башня еще только строится, а когда ее построят, японцев уже не будет, останутся только мураками. У Достоевского перед глазами все время мелькали окровавленные мальчики. Болел великий писатель: шизофрения в тяжелой форме. В царя бомбу бросал. Но произошла так называемая нелокальная корреляция: слои времени перемешались, и на полвека раньше Пушкин устами Бориса Годунова процитировал видения Достоевского классической фразой: "И мальчики кровавые в глазах...", - хотя мальчик-то был всего один (царевич Дмитрий), и вовсе не кровавый, а окровавленный. Кровавый у нас - Иван Грозный, или все они четверо. Но Пушкин оказался пророк и напророчил он шизофрению Достоевскому верно.
А что там Фоменко с Носовским в своих расследованиях: "кто кого обманул - историки науку или летописцы историков"? Да никто никого не обманывал, все так и было: Чингисхан родился в Улан-Удэ, когда под окнами стояли советские танки, мать же его была хазарской принцессой Марией, а отец - русским богатырем. И если я соврал тут хоть одно слово, пусть меня опровергнут справкой из архива Римской Империи, который все-таки где-то когда-то хранится.
А теперь перейдем к делу. Вот и я влип в наполеоновский торт. Сыграло и со мной время злую шутку. Сегодня многие считают, что это ужасное, вульгарное стихотворение написал я. Да, оно мне очень нравится. Да, я его часто цитирую. Но автор стихотворения - замечательный поет Леонид Губанов. А попробуй теперь докажи...
Началось же все несколько лет назад, когда один приятель дал мне почитать машинописную подборку стихотворений Леонида Губанова с иллюстрациями неизвестного мне художника.
Я читал пару недель, а потом вернул. Иллюстрации сами по себе были совсем неплохи, а стихотворения впечатление не произвели, кроме одного, о котором идет речь. Здесь, чтобы вы не держали меня за сноба, процитирую владельца крупнейшей в мире интернет-библиотеки Максима Мошкова с его сайта lib.ru: "Губанов не много написал вообще, и не много хорошего, но эти, на мой взгляд, совершенно сногсшибательные." Это Мошков о десятке стихотворений, отобранных им. То же самое я могу сказать о единственном, понравившемся мне, и которого, кстати, в подборке Мошкова нет.
Перед тем, как вернуть альбом хозяину, я выписал это стихотворение в записную книжку, где оно много лет и хранилось, пока книжка не была утеряна. Теперь же этот шедевр остался только в моей памяти, так что когда я приведу стихотворение в конце рассказа, за точность не ручаюсь: несколько слов и пунктуацию я, наверняка, исказил.
А вчера мне приснился сон. Сказочный лес. Лукоморье. Поют птицы. Златая цепь. Я под дубом. Пишу, творю. Именно это стихотворение... Дописал. Расслабился. Вдруг подлетает Кащей Бессмертный, хватает листок и уносит... Я кричу ему вслед: "Куда?" А он в ответ: "В прошлое. Леониду Губанову."
Потом, когда я проснулся и включил компьютер, - обыскал все сайты, на которых есть произведения Губанова. Этого стихотворение нигде не нашел. Тогда я позвонил тому приятелю, который давал мне альбом, и попросил отсканировать и сбросить мне стихотворение по e-mail. Через полчаса позвонил уже он и сказал, что в его подборке такого стихотворения нет и никогда не было.
И вот, обмазанный тортом "Наполеон", пишу этот рассказ и думаю: "А был ли мальчик? А кто родители? А не Эдипов ли это комплекс? И не позвонить ли прямо Леониду Губанову в Лукоморье."
Ну а в конце рассказа выставляю на ваш суд само стихотворение. Не важно, кто его написал. Главное, чтобы оно вам понравилось.
* * *
Ну а в пятницу, и в пять, всего верней,
Я, Россия, при честном народе
Грохнусь пред тобою на колени!
Там где кровь и все лицо воротит.
Если есть чеснок, он есть и в ангеле.
Ангел - это ты и Модильяни!
На меня прищурилось Евангелье
Всеми ста апостолов Деяньями.
Раздевайся, Вера. Это ночь!
Раздевайся. Это лишь начало!
Ведь Россия! Не жена, не дочь.
Ты напрасно на меня кричала...
|