22-ое марта, четверг, утро.
Пригород Йоэнсуу, Восточная Финляндия
Александр Ковалёв
Центр посёлка был оживлённым, но без какого-либо присутствия порядка. Не создавая пробок машины ехали в большей степени со стороны города. Они притормаживали у магазина, в надежде что он ещё открыт, но большая часть проезжающих даже не сворачивала на парковку, чтобы выяснить что здесь и как. Никого не смущали трупы, которые хоть и лежали в стороне, но были видны. Подъехав ближе, мы заметили, что у большинства из них отрублены конечности. Кто-то перестраховался. У местного грилля стояли люди с винтовками за плечами и своим видом давали понять, чтобы все проезжали мимо. Во втором магазине мы заметили огромное разбитое стекло. Папаша вылез из него с пустыми руками и садился в машину, в которой его ожидало семейство.
- Смотри, всё млин. Вынесли магазин. Вчера ещё сюда ходили.
Сказал Славик, не то чтобы с удивлением. Больше с возмущением.
- Притормози-ка!
Крикнул я.
- Там вот.
Показывая пальцем на пешеходную дорожку уходящую между домами в парк.
- Там вроде мертвяк шёл.
Но никто особо не воодушевился, чтобы выйти из машины и сходить посмотреть.
- Ты местных видишь?
Спросил у меня Славик.
- В машинах не разглядеть особо. Вот эти ребята, что на мопедах сидят у школы, точно местные. Они тут круглый год, день и ночь.
- Ладно Славик, разворачивай. Ясно всё.
Вернувшись домой я сразу-же пошёл к Сами. Открыв дверь он пустил меня к себе. Признаться, я раньше никогда не был у него. Просторное студио, в котором сейчас было темно, не смотря на день. Темно, из-за закрытых ставней. Кругом бардак. Причём было видно, что здесь так всегда. Зато не было вони. У нас в подъезде отвратно попахивало. Вплоть до того, что было стыдно звать гостей. Как выяснилось, вонь шла от соседа Сами. Инвалид колясочник. Вроде-бы приличный на вид человек, хоть и видно что пьёт. Курит у себя. Стоит ему открыть дверь в подъезд, как вонь вырывалась с напором. Прямо напасть. Пару раз в месяц к нему приходили уборщицы и отдраивали всю квартиру до аромата хвои. Он всё-же умудрялся за короткий срок вернуть свой запах. Со временем все свыклись.
- Сами, у тебя сосед живёт за стеной. Запах не попадает в вашу квартиру?
Задал я вопрос, который был интересен давно.
- Нееет. С этим проблем нет. Яркко хорошая персона.
Поспешил заверить меня Сами.
- Тебе стоит с ним познакомиться.
- Даа
По-фински протянул я, но боюсь что меня перекосило так, что он это заметил.
В комнате был включен телевизор, а рядом на кровати спала очередная подружка Сами, укрывшись покрывалом, но с открытой ногой.
- Всю ночь не спали.
Без характерного в таких случаях подмигивания, заявил финн. Его грозная клюшка, которая лежала на виду, говорила о пережитом страхе. Всё-таки первый этаж.
- Сами, пойдём к нам. Дело есть.
Мы поднялись в квартру, забежав по винтовой лестнице. Тут видимо из-за контраста глаза Сами вылезли больше обычного. У нас было светло, шумно. Можно даже сказать празднично. Он тоже никогда не был у нас в гостях. И сейчас рассматривал всё с очевидным восторгом. Женщины усаживали всех за стол и не забыли про финского гостя.
- Тут какое дело..
Не стал медлить я.
- Мы все очень сильно переживаем относительно происходящего. Если будем сидеть на жопе, то возможно уже завтра тут и умрём. Другое дело, что посмотри - мы тут все молодые и красивые, как и ты кстати. Умирать совсем не хочется.
Сами расплылся в улыбке. Верней как.. Он даже когда мусор выносит, то идёт с улыбкой. Сейчас-же было видно, что он хоть и кивает головой глуповато, но мыслит, что дело говорю.
- Мы решили, что надо установить частокол из тех брёвен, что в вагонах. Мне нужна твоя помощь, когда я пойду туда договариваться.
Идея частокола ему тоже очевидно понравилась, но мне показалось, что он думает, что я решил его припахать.
- Сами, у тебя тут в округе много друзей?
- Здесь только басист в посёлке. Знакомых мало. Верней знаю ребят, но особо не общаюсь.
- Что за басист?
Немного смутился я.
- Группа-же у нас. Хэллсинг форрест.
Пояснил Сами с таким видом, что я должен что-то знать по этому поводу.
Я-же пропустил это мимо ушей, поспеша продолжить разговор.
- Сейчас сбегаем к машинистам. Потом к другу твоему. Ты как покушаешь - позвони. Скажи, что мы подъедем.