Ночью мне спалось плохо, так что утро я встретил с облегчением. Умылся холодной водой, полез было на крышу, но тут вспомнил про диких элементалей и намедитировал ледяную броню.
Не зря. Не прошло и пяти минут, как в бок врезался огненный шар, размером побольше меня. Врезался, со злобным шипением отскочил к концу вагона и превратился в подобие минотавра, только с лошадиной головой. Причём не как у поняш, а как у земных коней. Да и облачён он был в чешуйчатый доспех и шлем с крылышками. Дополняла образ этого местного то ли галла, то ли викинга наброшенная на плечи красная и слегка драная накидка.
- Жеребчик в магической броне, - потерев исходящее паром плечо, пренебрежительно бросил этот элементаль. - А снять, кто ты без неё?
- Шиноби, винный магнат, принц, дуболом... то есть дровосек, - быстро, чтобы не рассмеяться, ответил я. Мало того, что попытка взять на слабо оказалась такой наивной, так ещё и эти крылышки. - Эх, сколько я дров наломал, не считая гвардейцев.
- А имя назови своё, незнакомец! Которое удостоилось стольких титулов, - пафосно провозгласил конеголовый.
- Аритака Снеику, - небрежно махнул хвостом я. - И с кем имею дело?
- Я - Биларей Бетт! Повелитель грома и молний!
- Местный пегас, что ли? - мне не удалось удержаться от взгляда на крылышки и смешка.
Бетт рыкнул, протянул руку в сторону, и в ладонь влетела объятая электрическими разрядами секира.
- Разрази его, верная Штормоломка!
С кончика лезвия в меня полетела молния.
И была отражена. К немалому удивлению элементаля.
- Я такое отражал даже водяной копией, - выбор был невелик. Или отразить, или на пару часиков попасть под власть Рарити. И хорошо, если дело ограничится только модной причёской.
- Да? Отражай это! - и Биларей запустил в меня саму секиру.
Которую я просто взял и перепрыгнул. Чувствуя, как губы расползаются в сумасшедшем оскале. Ибо вдруг стало понятно, чего мне так не хватало в последнее время: настоящей драки.
Пошло веселье. Секира против мечей, копыта против кулаков и копыт, ловкость против роста. И водяной бананхаммер против огненной брони. Последнее оказалось решающим, и победа оказалась за мной.
Так что в вагон-ресторан пришёл я прокопчённым, но счастливым. Быстренько слопав салат, я обратил внимание на читающую журнал Твайлайт. Вернее, на её фырканье. И не только я, но и все остальные.
- Что тама? - задала общий вопрос Эпплджек.
- Снирл критиканствует, - ответила фиолетовая единорожка из-за журнала.
- Может, критикует? - поправила Леди Морт.
- Не, критикой это было бы, если по делу. А так он ругает Мифранзу за то, что её героиня действует исходя из характера и предрасположенности, а не так, как Снирлу хочется.
- А поподробнее? - попросила фесликорнесса.
- Сейчас. Вот, цитирую: "Вместо того, чтобы поехать в дипломатическую миссию, эта дура отправилась строить никому не нужный мост". Это при том, что у Кариды Вик кьютимарка - кельма и камень, да вообще, по жизни она была упоротой... то есть очень увлечённой строительством, а вот в дипломатии вообще ничего не смыслила, да и красноречием не блистала, - выпалив эту тираду, библиотекарша перевела дыхание, отложила журнал и отпила сока.
- А что, минусов у этой, Мифранзы, вообще нет? - воспользовалась паузой Принцесса Смерти.
- Разумеется, есть. Её персонажи либо с самого начала лишь немногим не дотягивают до Солнечных Меринов, либо очень быстро прогрессируют, в результате очень легко решают проблемы и словно зависают в беспроблемном вакууме. Вместе с произведениям. Уже несколько штук так зависло. Если бы Снирл это хотя бы упомянул, его письмена и были бы критикой.
Больше вопросов ни у кого не нашлось.
Весь остаток дня у меня - и ещё пяти моих дублей - ушёл на ремонт крыши вагона. Поезд для столь мелкого ремонта останавливать не пришлось, но вот поднапрячься - да.
Зато ночью спал как младенец. Или даже как шесть.