Глава 1

-Ааах.

Я резко открыла глаза. Несколько секунд не могла пошевелиться: тело ещё держало оцепенение сна. Сердце билось чаще обычного, в пальцах появилась мелкая дрожь. Образы, из-за которых я проснулась, быстро распадались, но чувство тревоги оставалось. Страх постепенно ушел, но напряжение осталось. Я села на кровати, подтянула колени к груди и обхватила себя руками, голову наклонила к коленям. За окном уже светало. Пасмурное небо висело низко, ровное и серое, как все последние дни. Дождь не прекращался почти неделю, и город успел привыкнуть к этому так же, как привыкал ко всему остальному.

На левом предплечье мягко мигнул ЛОТ.

Личный официальный телекоммуникатор зафиксировал ускоренный пульс, скачок эмоционального фона и кратковременное нарушение сна. Время показал 05:48.

Я посмотрела на тонкий продолговатый экран, встроенный в кожу. Под ним, глубже, находились сенсоры: тонкие нити, связанные с нервной системой. ЛОТ выдавали каждому гражданину с четырнадцати лет. Сначала это казалось событием. Потом становилось частью тела.

Документ, биометрический код, удостоверение личности, родословная, профессиональный индекс, медицинский профиль и счёт в цифровых деньгах - всё было здесь. Соры списывались и начислялись автоматически. Штрафы приходили мгновенно. Новые налоги списывались без подтверждения. Пульс, давление, работоспособность, эмоциональные колебания и общее состояние здоровья передавались в Систему Здоровья в постоянном режиме.

ЛОТ снова мигнул.

Нарушение сна. Вероятная причина: эмоциональная перегрузка. Рекомендовано дыхательное упражнение.

Я закрыла уведомление.

Сон почти стёрся, но один фрагмент остался.

Молодой парень сидел на полу в коридоре, спиной к стене. Голова разбита, на щеке кровь. Он смотрел на меня и молчал. Я узнавала его лицо, хотя не должна была знать. В семейной родословной такого человека не было. В школьных анкетах я всегда писала: детей в семье: один. Так было правильно.

Но во сне я называла его Алекс. Просыпавшись - я тут же забывала, как он выглядит. Все было в тумане.

Я не стала задерживаться на этой мысли. Некоторые воспоминания лучше не проверять на прочность.

Я поднялась, пошла в ванную, включился свет и загрузилось зеркало. Зеркало моментом меня идентифицировало, предложило сегодняшний образ, прическу и макияж.
- Стоп, стоп, давай сначала умоемся. Сказала я.

Режим: вода- умывание отклонен, необходима оплата 10 Соров, С прослушиванием рекламного блока оплата 5 Соров.

Конечно, как списать штраф или обновлённый налог, так без вопроса спишут, а про воду дак спросят, как будто им подписки мало. Подумала я и сказала.

- Смотреть рекламный блок.

Вода стоила дорого. Этот ресурс принадлежал корпорациям, и система всегда предлагала выбор: заплатить полную стоимость или сократить расход, просмотрев рекламный блок.

Поверхность зеркала стала экраном. Бодрый голос начал рассказывать о новом шоу: участники должны были провести сорок дней в подземном бункере без света, связи и права на отказ. Подобные программы стабильно держались в верхних строках рейтинга. Людям нравилось смотреть, как другие справляются с неудобствами, если сами они в этот момент сидели в тёплой кухне. Отводить глаза от экрана было невозможно, если отвернуться то реклама ставилась на паузу, и продолжалась снова после взгляда на экран.

Реклама закончилась. Из крана пошла тёплая вода.

Я умылась, почистила зубы. ЛОТ тут же вывел короткое уведомление:

Потенциальный риск кариозного поражения: зуб 20. Рекомендована профилактическая консультация.

Я машинально выдохнула.

-Да отвали уже.

Экран на предплечье мигнул жёлтым.

Предупреждение: зафиксирована вербальная агрессия внутреннего контура. Рекомендовано скорректировать эмоциональную реакцию.

Я посмотрела на уведомление несколько секунд и закрыла его. До штрафа не дошло. Значит, уровень был низкий.

В последнее время ЛОТ стал реагировать быстрее. Говорили, это обновление системы безопасности: теперь устройство точнее распознавало не только произнесённые слова, но и эмоциональные импульсы, связанные с ними. В колледже нам объясняли, что это помогает гражданам лучше понимать себя и вовремя исправлять деструктивные состояния.

Я закончила умываться, уложила волосы и запустила оценку соответствия социальному эталону.

Зеркало просканировало лицо, осанку, выражение глаз, состояние кожи, общий внешний вид.

Соответствие: 63%.

Средний показатель. Не хороший, но и не опасный.

Я не стала ничего исправлять. Для обычного потока этого было достаточно. Главное - оставаться в пределах допустимой нормы: не выглядеть вызывающе, не демонстрировать пренебрежение, не привлекать лишнего внимания.

На кухне умный дом включил технику. Кофемашина заурчала, наполняя воздух запахом кофе. На стеновой панели автоматически запустилось Информбюро.

Новости нельзя было отключить. В каждом доме должен был звучать голос государства. Можно было только переключить канал на развлекательные программы, но и там повестка оставалась прежней, просто с улыбками, музыкой и призами для зрителей.

Я поставила чашку под кофемашину и старалась не вслушиваться. Диктор говорил уверенно, ровно, привычно. О внешних угрозах. О необходимости дисциплины. О стабильности. О гражданской ответственности.

Я села за стол и открыла на панели расписание.

Финальное собрание начиналось в девять. Присутствие обязательное. Опоздание фиксировалось автоматически. После собрания должны были выдать дипломы, зачитать общие рекомендации и подтвердить предварительные профессиональные назначения.

Я рассчитывала на тихую и стабильную работу. Не лучшую, не престижную - просто такую, где можно выполнять норму, не попадаться никому на глаза и не участвовать ни в чём лишнем. Моя специальность подходила для этого почти идеально: аналитик общественных масс и регулирований. Рядовой сотрудник статистического сектора. Отслеживание индекса настроений, базовая обработка массивов, отчёты по отклонениям. С восьми утра до половины шестого. Пять дней в неделю. Плюс обязательные отработки на благо Общественного развития. Обычная должность для человека из общего потока. Именно этого я и хотела. Тихое место. Понятные правила. Никаких повышенных проверок.

Будущая судьба человека здесь определялась рано, его способностями. Сначала медицинские показатели, потом психологические тесты, интеллектуальные срезы, физическое развитие, поведенческий профиль, семейный статус. Всё уходило в распределительный контур. К десяти годам ребёнок уже понимал, к какому классу относится, даже если взрослые называли это не сортировкой, а ранним раскрытием потенциала.

Дети Великих учились отдельно. О них говорили мало. Для них существовали закрытые программы, скрытые тесты, расширенная подготовка и обучение за пределами государства. Они должны были однажды занять места своих родителей, поэтому их детство не смешивалось с нашим.

МИФ - математико-инженерно-философские классы предназначается для тех, у кого были высокие интеллектуальные показатели, Родословная, как правило, интеллигенция. Это будущие инженеры, научные сотрудники, цифровые специалисты, клерки верхнего уровня, медиаторы культуры, работники искусства и медиа.

ФР физический резерв. Спортсмены, атлеты, охрана порядка, силовые структуры. Им развивали выносливость, реакцию, дисциплину и лояльность. Критическое мышление и творческо-интеллектуальное развитие в их программах считалось второстепенным.

Остальные попадали в ОП общий поток.

Люди без исключительных показателей, или из обычных рядов родословных Будущие рядовые работники, обслуживающий персонал, младшие специалисты, исполнители. Те, кто должен был поддерживать систему в рабочем состоянии, создавать семьи, рожать большее число новых граждан и вовремя платить налоги. ОП самое обширное сообщество. Я была частью общего потока.

В обычной школе нас учили аккуратности, сдержанности и уважению к установленному порядку. Девочек дополнительно готовили к ведению домохозяйства. Мальчиков к бытовым ремёслам и базовой технической поддержке. Успеваемость моя была средняя. Не проваливалась, но и не выделялась. В классе таких было большинство: удобные, ровные, незаметные.

После школы я поступила в колледж. Там профессиональные дисциплины шли рядом с курсами семейной подготовки, социальной этики и норм гражданского поведения. Формально нас готовили к работе. Фактически - к месту, которое система считала для нас подходящим.

Сегодняшнее собрание называлось итоговым.

Для девушек его отдельная часть была посвящена будущей семейной реализации. Напутственные слова, рекомендации по брачному возрасту, показатели совместимости, репродуктивные перспективы. Личные результаты раздавались индивидуально. Можно было сходить на консультацию с консультантом по семейной жизни. Всё это подавалось мягко, с улыбками и словами о значимости личного вклада.

Если сказать проще: нам должны были объяснить, как быстрее стать полезными не только на работе, но и дома. Все во имя нашего единого Бога, именно он, в святых писаниях, снизошёл и дал нам справедливое распределение общества.

Именно так нас учат всю жизнь. Как по мне, это все фарс чистой воды.

Я допила кофе, позавтракала и убрала посуду в раковину. На панели всплыло уведомление от колледжа:

Финальное собрание выпускников. Начало: 09:00. Явка обязательна.

Автоматически подтвердилось прочтение.

Шкаф автоматически выбрал одежду: брюки, рубашку и ветровку-антидождь. Одежда была удобной и соответствующей сегодняшнему дню. Я надела ботинки, взяла заряженный аккумулятор для байка и вышла из квартиры.

В подъезде пахло сыростью и моющим раствором, рядом проезжал автоматический уборщик.

- Доброго дня, Агата. Сказал он. Я промолчала и просто пошла дальше.

На первом этаже экран у лифта показывал утренний индекс благополучия района: 71%. Неплохой показатель. Значит, сегодня проверки на улице будут выборочными, а не сплошными.

Снаружи дождь прекратился. Двор блестел от воды. Мой байк стоял у дальнего края парковки без навеса: вчера я вернулась поздно, и свободных мест уже не было. Сиденье покрылось тонким слоем воды.

Я смахнула воду с сиденья ладонью, установила аккумулятор, байк тут же синхронизировался с ЛОТ. Поприветствовал меня. Навигация уже выстроила маршрут до колледжа, рассчитала плотность пассажиропотока, отметила участки с замедлением и вывела повторное напоминание о финальном собрании.

Маршрут оптимизирован. Ожидаемое прибытие: 08:42. Вероятность задержки: 12%.

Я надела шлем и ещё раз посмотрела на уведомление.

Сегодня всё должно было пройти спокойно. Поздравления, диплом, подтверждение должности, стандартные речи о будущем. Потом в планах встретиться с друзьями, несколько дней до выхода на работу и новая жизнь по расписанию.

Глава 2

К колледжу я приехала вовремя, ровно в 8.42. На удивление быстро нашла место на парковке.

В здании было привычно шумно: гул голосов, быстрые шаги по гладкому полу, у входа - яркие панели с расписанием. Когда я проходила через турникет, ЛОТ автоматически активировал режим обучения.

Академическая группа: базовый поток.
Факультет: аналитика.
Доступ: стандартный.

Я сразу направилась в чилл-зону, где меня уже ждали девочки.

Чилл-зона находилась на втором этаже, в широком стеклянном переходе между учебными корпусами. Там всегда было шумно, тепло и немного тесно. Мягкие кресла стояли островками, в воздухе висели голографические экраны с новостями колледжа, а в углу тихо работала музыкальная колонна, которую кто-то вечно перенастраивал под своё настроение.

Эмилия заметила меня первой и махнула рукой.

- Наконец-то! - крикнула она. -Мы уже думали, ты решила эффектно опоздать на собрание.

- Я почти так и сделала, - сказала я, падая в кресло рядом с ней.

Софи сидела напротив, поджав под себя ноги, и листала что-то на своём ЛОТе. На экране перед ней мелькали варианты будущих направлений.

- Сегодня последнее большое собрание, - сказала она, даже не поднимая глаз. Представляете? После этого дня нас могут разбросать даже по разным городам.

- Не драматизируй, - Эмилия откинулась на спинку кресла. Мы всегда будем общаться. Давайте пообещаем себе: куда бы нас ни занесло, мы останемся близки. Я вас обожаю.

- О-о-о, Эми, это очень мило, - сказала я, взяв её за руку.

Софи наконец оторвала взгляд от ЛОТа, глубоко вздохнула, взяла нас за руки и улыбнулась.

Над чилл-зоной прозвучал мягкий сигнал, и все экраны одновременно сменили изображение.

Общий сбор. Главный зал. Явка обязательна.

Все встали и пошли в главный зал. Над сценой висела огромная проекция эмблемы колледжа, а под ней - длинная тёмная кафедра, за которой уже находились кураторы.

Наш куратор, профессор Марк Майер, стоял чуть сбоку. Как всегда собранный, спокойный, с выражением лица человека, который знает больше, чем говорит. Это всегда раздражало. Особенно сегодня.

Когда в зал вошёл представитель администрации, шум начал стихать сам собой.

-Доброе утро, студенты, - произнёс представитель администрации, остановившись у кафедры.

Голос у него был ровный, приятный, без попытки звучать слишком торжественно. На экранах за его спиной появилась надпись:

Итоговое распределение. Базовые потоки.

- Сегодня для вас завершается важный этап жизни годы учёбы, труда, приобретения знаний, опыта и первого вклада в общественное развитие. От имени администрации поздравляем вас с окончанием обучения и с началом нового, ответственного пути.

Сегодняшний день - это не только праздник получения образования. Это и момент осознания вашей будущей роли в обществе. Каждый из вас вступает во взрослую жизнь, где особенно важны трудолюбие, честность, ответственность, уважение к людям и готовность приносить пользу своей семье, своему городу, своей стране.

Полученные знания должны стать не просто личным достижением, а основой для созидательного труда. Впереди у вас - работа, участие в жизни коллектива, помощь тем, кто рядом, вклад в развитие общества. Пусть ваш труд будет добросовестным, ваши решения - зрелыми, а поступки - достойными уважения. Информация о распределении появится на ваших ЛОТах по окончании собрания.

Особое значение во взрослой жизни имеет и создание крепкой семьи. Семья - это опора человека, источник любви, заботы, преемственности и будущего. Наставляем вас обрести верного спутника жизни, построить дом, наполненный взаимным уважением и теплом. Стать достойными родителями и передать своим детям лучшие человеческие качества: честность, трудолюбие, уважение к Великим и Богу, а также любовь к родной земле. Информация о списке подходящих партнёров также появится в ваших ЛОТах по окончании собрания.

Желаем вам уверенности, мудрости, здоровья, достойной работы, крепких семей и добрых дел во благо общества.

После слов представителя администрации выступили ещё несколько кураторов с напутственными речами. Но все мысленно уже ждали оповещения. Все словно зомбированные смотрели только в свои ЛОТы.

У всех студентов в зале одновременно биликнули устройства. В зале началась суматоха. Кто-то радостно вскрикивал, кто-то, наоборот, начал злиться или плакать. Но большинство просто смиренно приняли информацию.

Я посмотрела в свой ЛОТ.

Пусто.

Очень странно. Сеть никогда не давала сбоев.

Эмилия в этот момент отвлекает меня показывая мне свой ЛОТ

- Смотри: Социальная коммуникация. Фу-ух, на это я и рассчитывала. Так, далее кого же мне рекомендуют в сожители? М-м-м, неплохая подборка. Все из общего потока, отлично. Очень даже симпатичные. Софи, Агата, что у вас?

- Историко-исследовательский сектор. Буду менять прошлое в угоду будущему, - сказала Софи. - А рекомендации партнёров даже открывать не буду. Не упрощу ему задачу, пусть сам найдёт меня.

- Софи, ты как всегда в своём репертуаре, - сказала Эмилия.

Через несколько секунд на моём экране появилось сообщение.

Статус: Министерство информационной философии.

Я несколько секунд просто смотрела на экран.

- Это что? - спросила я.

Эмилия перегнулась через подлокотник.

- Что это значит?

- Тебя распределили в первый эшелон? Из общего потока? - спросила Софи, но по её лицу было видно, что она сама в это не верит.

Я нажала на уведомление. Экран мигнул.

Доступ к описанию ограничен.

И всё.

- Скорее всего, какая-то ошибка, - сказала Эмилия. - Такое уже когда-то бывало. Надо уточнить у профессора.

Профессор Майер, стоявший у сцены, вдруг поднял взгляд прямо на меня.

Вот это мне не понравилось.

Он что-то сказал одному из кураторов, затем спустился со сцены и пошёл между рядами. Я сразу почувствовала, как Эмилия напряглась рядом.

- Он идёт сюда, - прошептала она.

- Вижу, - сказала я.

Профессор Майер остановился у нашего ряда.

- Агата, - сказал он спокойно. - Пройдёмте со мной.

Я подняла на него глаза.

- А можно сначала узнать, куда именно?

- К представителю администрации.

- А можно сначала узнать, почему?

Он посмотрел на мой ЛОТ.

- Потому что ваш статус требует отдельного оформления и отдельной беседы с администрацией. Прошу, - профессор указал рукой в сторону выхода.

Эмилия сразу взяла меня за руку.

- Мы можем пойти с ней?

- Нет, - ответил Майер без грубости. - Это индивидуальная процедура. Она не займёт много времени.

Эмилия быстро обняла меня одной рукой.

- Напиши сразу, как сможешь.

- Обязательно. До встречи, девочки, - сказала я и пошла вперёд, перед профессором.

У боковой двери Майер приложил ладонь к панели. Дверь открылась почти бесшумно, и мы вышли в административный коридор.

Здесь было намного тише. Стены светлые, пол идеально чистый, вдоль потолка мягкие линии освещения. Такие коридоры всегда выглядели одинаково: будто их проектировали люди, которые не хотели, чтобы кто-то задерживался здесь дольше положенного.

- Профессор, - сказала я, стараясь идти рядом, а не позади. - Что значит мой новый статус? Я же из общего потока.

- Не мне отвечать на эти вопросы, Агата, - ответил профессор.

Майер остановился у матовой двери без номера. Только небольшая серебристая пластина сбоку:

Административный представитель. Распределение.

Он постучал один раз и сразу открыл.

Кабинет оказался просторным, но не слишком роскошным. Большое окно выходило во внутренний двор колледжа, где на дорожках уже собирались группы студентов. На столе не было почти ничего, кроме тонкой панели, чашки с кофе и небольшой голографической проекции с моим именем.

За столом сидела женщина лет сорока, в светлом костюме и с короткими рыжими волосами. Она подняла взгляд и улыбнулась так, будто ждала именно меня и вообще не видела в ситуации ничего странного.

-Доброе утро, - сказала она. - Проходите, пожалуйста.

Майер сделал шаг в сторону.

- Учащаяся Агата Броун доставлена.

-Благодарю, профессор. Вы можете остаться.

Я села в кресло напротив стола. Спинка была мягкой, но расслабиться не получилось.

Женщина коснулась панели, и проекция с моим именем развернулась в несколько строк.

- Меня зовут Лидия Арн, административный представитель распределительной комиссии. Я понимаю, что уведомление могло показаться вам неожиданным.

- Оно показалось мне очень странным, - сказала я. - Меня никогда не готовили выше общего потока.

- Да, верно. С этим действительно есть трудности, но это исключительный случай.

Она произнесла это так спокойно, будто мы обсуждали расписание элективов.

- Это не ошибка? - спросила я.

- Нет.

Я кивнула, хотя легче от этого не стало.

- Тогда что именно со мной происходит?

Лидия Арн сложила руки на столе.

- Ты, наверное, знаешь, что распределение в высшие эшелоны чаще всего даётся либо по происхождению и родословной, либо за исключительные выдающиеся качества.

- Но у меня обычная семья. И качеств сверх необходимого для общего потока нет, возмутилась я.

- Действительно, ваши качества - интеллект, стремления, потенциальный вклад в общественное развитие - все на среднем уровне.

От этих слов мне стало немного неприятно.

- Но тогда почему я здесь? - перебила я.

- Всё дело в твоей родословной. У тебя очень интересная история семьи. Твои родители были сосланы из-за действий твоего брата. Чтобы дать тебе нормальную жизнь, они, когда ты была совсем маленькой, оставили тебя на воспитание у своих близких друзей. По окончании срока ссылки твоих родителей арест с родословной снимается. Именно по этой причине тебя сейчас переводят.

Я сидела и молчала. Ощущение было такое, будто меня обдали горячим паром. У меня даже немного закружилась голова. Минуту я просто сидела, слышала удары собственного сердца и не могла ничего воспринять. Не могла ничего сказать. Только смотрела в одну точку - на маятник, стоявший на столе.

Я перевела взгляд на неё. Понемногу начала приходить в себя. В голове появилось миллион вопросов.

- Агата, вам необходимо принять статус. Дайте своё согласие.

- Вы что?.. Вы как можете спокойно говорить о таком? - начала я, сильно повышая голос. - Вы своими словами мне весь мир обрушили. Всю мою жизнь

У меня начали подкатывать слёзы, в горле образовался ком, и я больше не могла говорить.

- Агата, я понимаю, что сейчас вам очень тяжело. Многое изменилось.

- Многое? Да вообще всё

- Так. О родословной и ваших родителях вам более подробно расскажет ваш опекун. Я лишь сообщаю официальное распоряжение. Успокойтесь и дайте своё согласие как ответственный представитель нашего общества, - голос Лидии стал строже и выше.

Я закрыла лицо руками, провела ладонями по шее и посмотрела в потолок.

- Ладно. Хорошо. Я даю своё согласие. Что ещё необходимо?

- Прекрасно, Агата. Завтра в 8:00 на ЛОТ придёт оповещение о дальнейших действиях. Сейчас я поздравляю вас с новым назначением. Всего доброго.

Профессор проводил меня до двери. Не помню, как я дошла: всё было словно в тумане. Я села на свой байк, задала пункт назначения - дом - и включила автопилот. Помню только, как по дороге ветер бил в лицо и сдувал слёзы с глаз.

Глава 3

Приехав к дому, я заглушила байк, почти не глядя поставила его у подъезда и быстро поднялась наверх, в квартиру. В голове всё еще звучали слова из Лидии Арн: о том, что меня распределили в МИФ, о моей родословной. Это должно было быть поводом для радости, но вместо радости внутри было все напряжено.

Дверь открылась почти сразу. Дома меня ждала мама. Она, видимо, услышала шаги еще на лестнице и вышла в прихожую.

- Милая, здравствуй,- сказала она и улыбнулась. - Ну что? Как всё прошло?

Я сняла куртку, бросил ее на пуф у входа, после этого посмотрела на неё.

- Мама, меня распределили в МИФ. Поджав губу сказала я.

Мама поменялась в лице, улыбка ушла с ее лица, она присела на край кресла.

- О боже, - прошептала она. -Я знала, что когда-нибудь этот день наступит.

- Значит, ты знала, - сказала я.

- Знала не всё. Но достаточно, чтобы бояться этого разговора. Подожди здесь. Я сейчас приду.

- Мама

- Пожалуйста, подожди, - сказала она и ушла в свою комнату.

Мама встала и ушла в свою комнату.

Мама вернулась через несколько минут. В руках у неё был тонкий конверт из плотной серой бумаги. Он выглядел старым, но аккуратно сохранённым.

Она присела на диван. Я тоже села рядом, хотя мне хотелось ходить по комнате. Мама долго держала конверт на коленях, не решаясь открыть.

- Прежде чем я начну, - сказала она, - ты должна знать главное. Я всегда тебя любила. Ты моё счастье. Самое большое, что было в моей жизни. Я была рада растить тебя, учить, переживать за тебя, ругаться из-за твоих поздних возвращений и ждать тебя с учебы. Для меня ты всегда была моей дочерью.

Я смотрела на нее молча, не было сил что то сказать.

Она открыла конверт и достала фотографию. Бумага пожелтела по краям. На снимке были четверо: мужчина, женщина, молодой парень и младенец на руках у женщины.

Мама протянула мне фото.

- Это твоя биологическая семья, - сказала она. - Твоя мама, твой отец и брат. А это ты. Совсем маленькая.

- Брат? - переспросила я.

- Да. Он был старше тебя на тринадцать лет. Поэтому ты его и не помнишь.

-Как его звали?

Мама помолчала.

- Алекс

Я повторила имя про себя.

- А родителей?

- Твою маму звали Виктория. Отца - Виктор.

Я смотрела на фотографию и пыталась представить, какими они были. Как говорили, как смеялись, как держали меня на руках. Но всё это оставалось чужим. Я этого совершенно не помню, почему, я же тут не младенец, мне тут года четыре.

- Почему я оказалась у тебя? - спросила я.

Мама опустила глаза.

- Твоя семья принадлежала к высшему эшелону. К МИФ. Твой отец был урожденным, из одной из старых семей. Твою мать распределили туда по исключительным интеллектуальным способностям. Она была очень талантлива. Умная, наблюдательная, собранная. И в то же время всегда умела задавать вопросы, которые не всем нравились.

- Она была против власти?

- Она была критически настроена. Не демонстрировала ничего радикального. Но она многое видела и многое понимала. Это качество передалось и твоему брату.

- Ты знала их хорошо?

- Вики была моей сестрой, - сказала мама. - Но мы жили в разных мирах. Я была после распределения из обычных работяг, а она после распределения поднялась намного выше. Мы редко виделись. Не потому, что не хотели, просто так была устроена жизнь. Разные сектора, разные разрешения, разные круги общения. Но я любила её. Всегда.

- Почему ты никогда не говорила?

- Потому что любое лишнее слово могло навредить тебе.

Я подняла на неё взгляд.

- Мне? Я была ребёнком.

- Именно поэтому. Ребёнок может случайно сказать то, что услышал дома. А потом кто-то задаст вопросы. Откуда ты знаешь это имя? Почему интересуешься этой семьёй? Кто тебе рассказал? - Мама вздохнула. - Я не хотела, чтобы твоё прошлое снова нашло тебя.

- Но оно всё равно нашло.

- Похоже, да.

Она помолчала, потом продолжила:

- Насколько мне известно, твой брат начал открыто критиковать существующий порядок. Он собрал вокруг себя группу молодых людей. Они хотели добиться права участвовать в управлении, предлагать изменения, иметь голос. Возможно, сначала они думали, что действуют законно. Возможно, они верили, что их услышат.

- И что случилось?

- Высшие расценили это как измену. Алекса арестовали. Позже его казнили.

- А родители? - спросила я.

- Их лишили статусов. Все связи, все привилегии, все разрешения были аннулированы. Потом их сослали на северные земли. Формально - в исследовательскую группу по изучению льдов. Фактически это была ссылка.

- Они знали, что их отправляют навсегда?

- Думаю, да.

- И перед отъездом они отдали меня тебе?

- Да.

- Это было поздно вечером. Я хорошо помню тот день. Твоя мама пришла одна. На улице шел мокрый снег, хотя по календарю было еще рано. Она была в тёмном пальто, без сопровождения. Я испугалась уже тогда, когда увидела её на пороге. Она держала тебя на руках. Ты спала.

- Что она сказала?

- Сначала ничего. Просто вошла и попросила закрыть дверь. Потом отдала тебя мне и сказала: Береги её. На север ей нельзя. Я начала задавать вопросы, но она почти не отвечала. Сказала только, что у них больше нет возможности тебя защитить.

- А отец?

- Он ждал неподалеку. Ему нельзя было подниматься. Слишком заметная фигура. Твоя мама боялась, что за ними следят.

Я сжала фотографию чуть сильнее и сразу ослабила пальцы, боясь помять её.

- Почему они не оставили мне письмо?

- Оставили.

Я резко посмотрела на неё.

- Что?

Мама встала, снова подошла к конверту и достала из него маленький сложенный лист.

- Я не отдавала его тебе раньше. Не могла. Лидия просила передать, если ты когда-нибудь узнаешь правду и если это уже не будет угрожать твоей жизни.

- И ты решила, что сейчас не угрожает?

- Я не знаю, - честно ответила она. - Но после распределения в МИФ скрывать дальше бессмысленно. У нас с папой не было детей и быть не могло. Мы давно с этим смирились. А потом появилась ты. Маленькая, с огромными глазами. Я взяла тебя на руки и поняла, что не смогу отдать никому другому. Нам помогли поменять тебе документы, чтобы ты стала нашей дочерью по всем базам нашего сектора. Это казалось единственным способом тебя спасти.

Я думала что следящие потеряли тебя из виду. Или решили, что маленький ребенок не представляет интереса. Мы жили тихо, не привлекали внимания. Ты росла обычным нашим ребёнком.

- Но они знали, - сказала я.

- Если с тебя сняли санкции, значит, знали. Знали, кто ты и где находишься. Просто молча наблюдали.

- Почему тогда ничего не сделали?

- Не знаю. Возможно, ждали твоего распределения. Возможно, у них были свои причины.

- А санкции? Что значит, что их сняли?

- Обычно такие санкции сохраняются, пока живы те, на кого они наложены, или пока система считает род неблагонадежным. Если тебе официально открыли путь в МИФ, это может означать, что твоих родителей больше нет в живых.

- Но как ты могла не говорить мне об этом раньше? Я почувствовала, что говорю слишком резко, но остановиться не смогла. Почему столько лет ты хранила молчание?

- Потому что берегла тебя.

- От правды?

- От последствий правды. Что бы ты сделала? - Мама посмотрела на меня прямо. - Начала бы искать их? Расспрашивать людей? Лезть туда, где тебя могли опознать? Ты всегда была упрямой. Ты бы не остановилась.

- Может, и не остановилась бы. Ты решила за меня.

- Да. Тихо сказала она.

- Решила. И если ты спросишь, жалею ли я, я отвечу честно: не знаю. Я жалею, что тебе больно. Жалею, что ты узнаёшь всё так поздно. Но я не жалею, что ты выросла живой.

Я не нашлась что ответить. В её словах не было оправдания, только усталость и страх, который она носила в себе много лет.

- Я злюсь. Сказала я наконец.

- Имеешь право.

- Я не знаю, на кого больше. На тебя, на них, на эту систему, на себя за то, что ничего не замечала.

- На себя не надо, ты была ребёнком.

- А ты? Как ты жила с этим?

Она слабо улыбнулась.

- Тяжело. Я не знала что с моей горячо любимой сестрой.

Я снова посмотрела на письмо. Бумага была тонкой, аккуратно сложенной вчетверо. На внешней стороне не было имени.

- Можно я прочитаю его одна?

- Конечно.

Мама поднялась.

- Я буду на кухне.

Она сделала несколько шагов, потом остановилась.

- И ещё, милая. Я понимаю, что после этого разговора многое изменится. Но прошу тебя помнить: мы с отцом любили тебя не вместо них. Мы любили тебя вместе с тем, что ты когда-то была их дочерью. Мы не хотели стереть их. Мы хотели сохранить тебя.

Я кивнула, не поднимая глаз.

Я осталась одна в комнате. Передо мной лежала фотография. На ней моя биологическая мать держала меня на руках, отец стоял рядом, а брат смотрел в камеру с едва заметной улыбкой. Четыре человека, из которых я не помнила никого. И всё же теперь они были частью моей жизни не как чужие имена из старого дела, а как семья, о которой мне наконец рассказали.

Если ты читаешь это письмо, значит, правда всё-таки дошла до тебя.

Мы не знаем, сколько тебе сейчас лет, какой ты стала, что любишь и о чём мечтаешь. Но мы хотим, чтобы ты знала главное: мы не бросили тебя. Наступили обстоятельства, которые были сильнее нас. Мы не смогли победить.

Тебе многое из прошлого, о нас, сможет рассказать твоя тетя, которую ты называешь мама.

Твой отец Виктор Вайнер был ректором обучающего центра для наследников Высших. Я же преподавала в центре изящные искусства. Мы познакомились когда меня распределили быть учителем. В скором времени мы поженились. На тот момент твой отец был в моем списке потенциальных спутников жизни. Но у нас все вышло по любви. Я полюбила его спокойствие и острый ум. Он был совершенно моя противоположность. В скором времени у нас появился твой брат Алекс. Алекс был очень развитый, но унаследовал моё неумение смирятся, что и сыграло в последствии свою роль

Если наступит момент и с тебя снимут санкции. Скорее всего тебе вернут наш дом на третьей улице, там ты сможешь больше узнать о нас.

А пока вверяю тебя самому надежному человеку в моей жизни. Знай, что мы тебя очень любим.

Если тебе станет одиноко, положи руку на сердце. В нём есть наша любовь.

Твоя мама

Я долго сидела молча. Мой ЛОТ то и дело показывал уведомления:

Уровень эмоционального состояния: критический. Рекомендации по эмоциональному уравновешиванию

Я даже не открывала их.

За окном уже наступал вечер. Сегодняшний день пролетел слишком быстро.

Вот это денёк подумала я и устало провела ладонью по лицу.

На кухне сидела мама. Она держала в руках кружку с остывшим чаем и смотрела куда-то в окно. Я подошла, присела рядом и молча обняла её.

- Ты моя мама, - тихо сказала я. - Ты меня вырастила. Я тебя очень люблю.

Мама сразу обняла меня в ответ, крепко, по-настоящему.

- И я тебя люблю, моя доченька.

За окном снова пошёл дождь, на этот раз очень сильный. Капли барабанили по стеклу и заглушали голос информбюро на стене.

Я немного отстранилась и посмотрела на свой ЛОТ. Экран опять мигнул.

- Эмилия и Софи стучатся ко мне целый день, - сказала я. - От них уже миллион сообщений и дозвонов.

Мама мягко улыбнулась.

- Ответь им. Они волнуются.

Я открыла ЛОТ. Там действительно было бесконечное число сообщений.

Эмилия: Агата, ты уже уехала после собрания?

Эмилия: Твоего байка нет. Ты уехала?

Софи: Как всё закончится найди нас. Всё расскажешь.

Эмилия: Агата, ответь! Бооожечки!
Следом шёл целый ряд смайликов.

Эмилия: Я вижу твоё местоположение и состояние. Ответь мне.

Эмилия: Почему у тебя высокий уровень стресса? Агата, ну ответь.

Софи: Ты там о нас уже забыла?
И снова смайлики.

Я вздохнула, глядя на этот поток сообщений.

- Ответь им, тебе нужно немного проветриться. Они хорошие девочки и твои лучшие подруги, они тебя тоже поддержат.

Я повернулась к ней и улыбнулась.

Выйдя из кухни, я набрала сообщение.

Девочки, давайте встретимся, собираюсь и выхожу.

Ответ пришел почти сразу.

Эмилия ИИИу, собираюсь тож..

Софи Сбор в 19.00

Сначала я пошла в ванну

- Активировать душ.

Система отозвалась: Режим Душ активирован.

Я замерла на секунду.

Странно. Не попросила оплату. Что-то новенькое.

На меня полилась горячая приятная вода. Она быстро прогрела кожу, и я на несколько минут просто закрыла глаза, позволяя себе выдохнуть. Долго стоять было нельзя, лимит никто не отменял, даже если система сегодня почему-то вела себя подозрительно щедро. Минут через пять я быстро вымыла голову и тело и вышла.

Со стены автоматически включился режим сушки. Тёплый воздух мягко обволакивал всё тело, скользил по волосам, высушивая их почти без моего участия. Даже уложить их получилось немного лучше обычного.

Я посмотрела в зеркало и привела себя в порядок: закончила с укладкой, накрасилась. По итогу, как обычно, ждала запуск системы соответствия социальному эталону, но она молчала.

Странно, подумала я.

Я помахала рукой перед зеркалом, ожидая хоть какой-нибудь реакции системы. Но ничего не произошло. Ни комментария, ни оценки, ни привычного сухого замечания.

- Хм ладно. Пробормотала я и вышла из ванной.

В комнате я остановилась у шкафа и обратилась к ЛОТу:

- Подбери образ для встречи с подругами.

Почти сразу на полку выехал комплект одежды. На этот раз ЛОТ предложил длинный сарафан и лёгкую блузу.

Я посмотрела на них с сомнением.

- Интересный выбор, - сказала я вслух. - ЛОТ, учитывай погоду. И то, что я поеду на байке.

На несколько секунд в комнате стало тихо. Потом полка снова сдвинулась, и первый комплект исчез. Вместо него появился куда более подходящий вариант: плотные брюки, майка, рубашка и непромокаемая куртка.

Похоже, сегодня даже ЛОТ сходил с ума. Видимо, за компанию со мной.

Одевшись, я вышла в прихожую. Следом из кухни появилась мама.

- Я пошла. Думаю, буду не поздно, хорошо? - сказала я, застёгивая куртку.

- Хорошо, Агата, - ответила мама. - Мы тебя любим. И, пожалуйста, не попадай в неприятности. Я за тебя переживаю.

На улице всё ещё шёл дождь, довольно сильный. Я натянула капюшон, надела очки-шлем. На их экране уже был проложен маршрут до дома Эмилии.

Дорога заняла совсем немного времени. На первом этаже многоквартирного дома, где жила Эмилия, находилось небольшое кафе. Уютное, тёплое, с приглушённым светом и кучей укромных уголков. Мы часто там зависали: болтали, делали вид, что учимся, спорили о всякой ерунде и заказывали одно и то же, потому что в следующий раз точно попробуем что-нибудь новое.

Когда я вошла, подруги уже были на месте.

Эмилия сидела у нашего обычного столика и пила свой неизменный большой коктейль. Рядом Софи лежала головой на сложенных руках прямо на столе.

Я подошла к ним молча, села рядом. Эмилия чувствуя мое подавленное настроение, обняла меня. Софи подняла голову. Мы сидели так несколько минут.

- Ну давай, рассказывай. Всё и в подробностях, - прервала общее молчание Эмилия

Примерно полчаса я пересказывала им всё: про МИФ, про родословную, про свою семью и вообще про весь сегодняшний день. Девочки слушали молча. Даже Эмилия, которая обычно не выдерживала и перебивала каждые две минуты, сидела почти не шевелясь. Софи поднявшая голову со стола смотрела на меня ошарашенно, с открытым ртом.

Когда я закончила, за столиком на несколько секунд повисла тишина.

Первой заговорила Софи:

- Да-а Ну всё, теперь ты заживёшь. Точно лучше всех нас.

Я посмотрела на неё с сомнением.

- Не уверена, что это работает именно так.

Эмилия наклонилась ближе и внимательно посмотрела мне в глаза.

- Ты же нас не оставишь? Ну совсем?

Я сразу покачала головой.

- Девочки, я вас не оставлю. Вы же мои. И я вас всегда буду любить.

Эмилия выдохнула с таким видом, будто на мгновение почувствовала ту самую стабильность, которая обычно была ей совсем не свойственна. Но сегодня, похоже, она была ей особенно нужна.

- Отлично. Тогда можно продолжать тебя доставать сообщениями.

- Как будто ты собиралась прекращать, - усмехнулась Софи.

Я немного смогла с ними успокоится и отвлечься. Мы сидели в кафе уже более полутора часов.

Софи вдруг выпрямилась на стуле и посмотрела на нас с тем самым выражением лица, после которого обычно начинались сомнительные идеи.

- Давайте пойдём в ЗОНУ. Нам уже можно. И я знаю, как туда попасть.

Эмилия, теребя пустой стакан после коктейля.

- В ЗОНУ? Ничего себе. Ты только сегодня окончила колледж, а уже готова пуститься во все тяжкие? Думаешь, там сегодня нет проверки?

- Говорят, нет, - уверенно ответила Софи. - И людей сегодня будет много. Просто отдохнём. Нам это нужно. Особенно Агате.

Она улыбнулась и посмотрела на меня.

- И сколько времени ты вынашивала этот план? - спросила я.

- Достаточно долго, чтобы понять: сегодня нам обязательно надо туда попасть, - заявила Софи.

Немного подумав, я пожала плечами.

- Ну что ж давайте. Даже не знаю, что ещё сегодня может со мной произойти.

Мы втроём вышли на улицу. Дождь уже перестал, но воздух всё равно был влажным и прохладным.

- Софи, как добраться до места? - спросила я.

- Точку я вам уже загрузила, - ответила она, довольная собой. - Все на своих байках.

Эмилия посмотрела на свой байк, потом на мой.

- Нет, я хочу свой оставить. Агата, можно с тобой?

- Конечно. Запрыгивай.

- Софи села на свой байк, надела очки

Софи села на свой байк и надела очки-шлем. Мы с Эмилией тоже устроились на моём.

И тут у меня громко заурчало в животе. Я даже не сразу поняла, что это было, а потом вспомнила: за весь день я так ничего и не съела.

Эмилия тут же наклонилась ко мне ближе.

- Агата, всё хорошо?

- Да. Просто я, оказывается, сегодня даже не ела.

- Так не пойдёт, - сразу сказала она. - Давай вернёмся в кафе. Или заедем ко мне, мама точно будет рада тебя видеть.

Я посмотрела вперёд, туда, где Софи уже нетерпеливо ждала нас на своём байке.

- Наверное, нет. Софи на месте будет одна. Не хочется её подставлять.

Эмилия помолчала, потом тихо призналась:

- Если честно, мне и самой не очень хочется туда ехать. Странное какое-то чувство.

Я повернулась к ней через плечо.

- Давай съездим ненадолго. Если что, сразу уедем. И Софи заберём, а то кто за ней присмотрит?

Эмилия вздохнула, но всё же обняла меня за талию.

- Ладно. Поехали.

Я надела очки-шлем. Точка уже была загружена в маршрут. Ехать оказалось недалеко - минут двадцать.

Через двадцать минут мы были на месте. Софи уже ждала нас, сидя на байке у края тротуара.

- Ну и район, - сказала я. - Выглядит довольно удручающе.

- Места встречи часто меняются из-за облав, - спокойно ответила Софи.

Эмилия остановилась на полшага позади.

- И мы, конечно же, туда пойдём.

- Пойдём, пойдём, - кивнула Софи.

У двери без вывески стоял молодой мужчина лет двадцати пяти. Высокий, атлетичный.

Он заметил Софи и усмехнулся.

- Софи. Поздравляю с окончанием колледжа. Решила наконец отдохнуть по-взрослому?

- Спасибо. Да, решила,

Софи повернулась к нам и махнула рукой в его сторону.

- Девочки, это Кирилл. Мой сосед по площадке.

Эмилия медленно посмотрела на неё.

- Понятно, почему ты была так уверена, что мы попадём внутрь.

Софи только улыбнулась.

Кирилл не стал делать вид, что не слышал. Он окинул нас быстрым, оценивающим взглядом, но без грубости. Скорее проверял, понимаем ли мы, куда пришли.

- Девочки, слушайте внимательно, - сказал он. - Это ЗОНА. Здесь блокируются все ЛОТы. Внутри люди из разных каст могут находиться вместе без идентификации. Никто не видит ваш статус, родословную, уровень допуска.

Он говорил спокойно, почти буднично, будто объяснял правила пользования гардеробом.

- Если сегодня вы хорошо проведёте время, с кем-то познакомитесь или даже решите стать ближе, завтра лучше не пытайтесь переносить это наружу, сказал Кирилл. Здесь все делают вид, что каст не существует. Просто надо понимать: человек, с которым ты танцевала здесь, завтра, даже если будет такое совпадение, пройдет мимо тебя и сделает вид, что не знает. ЗОНА работает только потому, что все принимают это правило. Внутри вы можете быть кем угодно. Снаружи каждый возвращается в свой мир. Понятно объясняю?

Кирилл указал на узкую панель возле двери. Она была встроена прямо в бетон и почти не выделялась, если не знать, куда смотреть. Вместо логотипа на ней светилась тонкая серая линия.

- Проведите ЛОТами по глушителю. После входа ваши ЛОТы будут заблокированы. Разблокировка - только при выходе. Внутри не пытайтесь вручную включать связь, проверять профили или отправлять запросы в городскую сеть.

Софи первой приложила запястье к панели. Серая линия мигнула белым, потом снова погасла.

- Видите? Ничего страшного.

Эмилия сделала то же самое, хотя по её лицу было видно, что она мысленно уже составила список причин, почему это плохая идея.

Когда я поднесла ЛОТ к блокировке, по коже прошёл короткий холодный импульс. На секунду привычные значки исчезли.

Кирилл открыл дверь.

- Добро пожаловать в ЗОНУ.

Сначала меня накрыл приглушённый свет: тёплый, рассеянный, почти дымчатый. Помещение оказалось гораздо больше, чем я ожидала. Пространство тянулось вглубь, теряясь в полумраке; где-то далеко светилась длинная стойка бара, над которой медленно переливались мягкие неоновые полосы.

По залу были разбросаны сидячие зоны: низкие диваны, круглые столики, кресла, отделённые друг от друга лёгкими перегородками и тенями. Местами люди сидели тесными компаниями, где-то кто-то стоял у стен, кто-то двигался ближе к музыке. Народу было много, но не настолько, чтобы стало душно или тесно.

И люди здесь правда были разными. Молодые, взрослые, почти пожилые; в дорогой одежде и в простых куртках; уверенные, расслабленные, настороженные. Где-то вспыхивал смех, где-то спорили вполголоса, а над всем этим стоял ровный гул разговоров, смешанный с музыкой.

Мы немного постояли у входа, привыкая к полумраку и постоянному гулу. Огляделись, Софи повела нас вглубь зала, будто уже успела наметить маршрут.

Мы заняли небольшой столик в одной из сидячих зон. Отсюда было видно почти весь клуб: бар вдалеке, танцпол ближе к центру, лестницу на второй уровень и несколько затемнённых ниш у стены.

- У нас заблокированы ЛОТ. Как мы вообще хоть что-то оплатим? - заметила Эмилия.

- Не парься, - сказала Софи. В таких местах есть специальные деньги. Говорят, когда-то у нас все люди могли ими расплачиваться, а за границей ими до сих пор пользуются.

- Ты про что? - уточнила я.

Софи оглянулась по сторонам, будто собиралась показать нам что-то очень редкое, и достала из кармана несколько купюр и монет.

- Это доллары. Смотрите: вот бумажные пять долларов, а это центы. Они металлические, кругленькие.

Она даже покрутила одну монетку между пальцами и довольно усмехнулась.

- Где ты их взяла? - удивилась Эмилия. - Ничего себе.

- Места знать надо, - с довольным видом ответила Софи. - Мне Кирилл помог достать.

Я посмотрела на купюру в её руке. Она выглядела почти игрушечной, но при этом почему-то очень настоящей.

- То есть это как соры?

- Ну, не совсем, - сказала Софи, убирая деньги обратно. - Начисление соров зависит даже от твоей родословной, статуса, истории семьи и ещё кучи всего. А доллары как бы сказать они просто есть.

- Просто есть? - переспросила Эмилия.

- Да. У тебя в руках - и всё.

- А как Денежный департамент их учитывает? - спросила я. - Они же у тебя просто в кармане.

Софи пожала плечами.

- Не знаю. Наверное, никак.

Мы с Эмилией немного опешили. Я, конечно, знала, что раньше всё было иначе, но всё равно это с трудом укладывалось в голове. Деньги, которые не привязаны к человеку, к его данным, происхождению и разрешениям, казались чем-то почти невозможным.

Софи, заметив наши лица, махнула рукой.

- Ладно, давайте не будем об этом. Мы не для того сюда пришли, чтобы сидеть в углу.

Она потянула нас ближе к музыке.

Сначала мы просто танцевали втроём. Немного неловко, сдержанно, потом свободнее. Музыка постепенно забирала внимание, заставляла меньше думать о том, кто на тебя смотрит и как ты выглядишь со стороны. Вокруг смеялись, двигались, переговаривались, случайно сталкивались плечами и тут же расходились.

Недалеко от нас танцевали парни. Один из них задел Софи локтем, когда разворачивался с напитками в руках.

- А ты смелый, - засмеялась Софи. - Танцевать со стаканом - это рискованно. Так можно и столкнуться. Со мной, например.

Парень сразу остановился и виновато поднял свободную руку.

- Виноват. Готов искупить. Могу для начала вернуть моральный ущерб коктейлем. Или самым искренним извинением в этом здании.

Софи смерила его взглядом, потом хмыкнула.

- Начни с извинения. Дальше посмотрим.

Он улыбнулся.

- Прости. Я Макс.

Рядом с ним стояли ещё трое. Первый - высокий, темноволосый и очень симпатичный парень, который представился Робертом, но сразу попросил называть его Робом. Второй - Ник, невысокий темноволосый парень с мягкой улыбкой. Третий - светловолосый и почти молчаливый Оливер, который просто стоял рядом и спокойно пил коктейль.

Они выглядели примерно нашими ровесниками, может, немного старше. Не слишком навязчивые, не слишком уверенные в себе - ровно настолько, чтобы разговор не казался неприятным или вынужденным.

Макс быстро взял на себя роль главного говорящего. Он шутил, задавал вопросы, пытался нас развеселить и, кажется, ему это удавалось. Постепенно моё внутреннее напряжение стало меньше. Ник начал разговаривать с Эмилией, и она быстро повеселела. Было видно, что он ей понравился. Оливер всё так же молчал и пил свой коктейль, но время от времени улыбался нашим разговорам.

Роб оказался рядом со мной.

- Первый раз здесь? - спросил он.

- Так заметно?

- Немного, - сказал он. - Почти все в первый раз оглядываются так, будто делают что-то незаконное и в любую секунду ждут проверяющих.

Я невольно улыбнулась.

- Наверное, так и есть. Меня немного тревожит сама мысль, что существует место, где за мной нет контроля и надзора. И при этом многие знают о нём только по слухам. Странное чувство. Всё-таки мы привыкли к другому.

- Но в этом же и есть самое интересное.

- Интересное? - переспросила я.

- Да. Смотри: здесь люди на время свободны от своих привычных ограничений. Кто-то может наконец выдохнуть и просто побыть собой.

Я огляделась. В обычной жизни я почти всегда понимала, кто передо мной: по одежде, манерам, разрешениям. Здесь всё смешивалось. Никто не спешил называть статусы и родословные. Люди просто разговаривали, смеялись, танцевали и делали вид, что за дверями ЗОНы ничего не существует.

- Наверное, в этом что-то есть, - сказала я.

Роб улыбнулся.

- Вот видишь. Уже начинаешь понимать.

Я не была уверена, что действительно понимаю. Но впервые за вечер мне стало чуть легче. Не совсем спокойно, но достаточно, чтобы остаться ещё ненадолго.

Музыка снова стала громче, будто кто-то прибавил звук именно в тот момент, когда я почти привыкла к этому месту. Макс увёл Софи ближе к танцполу, показывая ей какой-то нелепый танец, от которого она сначала закатила глаза, а потом всё-таки рассмеялась. Эмилия стояла рядом с Ником и, кажется, впервые за весь вечер не пыталась выглядеть собранной. Она говорила быстро, оживлённо, чуть наклоняясь к нему, чтобы перекричать музыку, а он слушал так внимательно, будто вокруг не было ни света, ни толпы, ни гула.

Оливер всё так же держался в стороне. Он иногда вставлял короткие фразы, улыбался краем губ и снова замолкал. Казалось, ему было достаточно просто находиться рядом.

Роб остался рядом со мной.

Сначала мы говорили все вместе: шутили, смеялись, обсуждали происходящее вокруг. Здесь люди вели себя совсем иначе, чем за пределами ЗОНы. Кто-то танцевал слишком близко друг к другу, кто-то громко спорил у бара, кто-то целовался прямо посреди зала, не обращая внимания на чужие взгляды. Всё казалось непривычно открытым, почти вызывающим.

Постепенно я начала расслабляться. Не полностью, конечно, но напряжение внутри стало не таким острым. Роб говорил спокойно, без напора. Иногда шутил, иногда задавал вопросы, и рядом с ним было легче не думать о том, что мы находимся в месте, где нас вроде бы не должно быть.

Оливер в какой-то момент отошёл к бару. Я заметила это случайно, но потом уже не могла отвести взгляд.

Он стоял чуть в стороне, полубоком к нам, и разговаривал с каким-то незнакомцем. Из-за расстояния и музыки я не слышала ни слова, но видела, как незнакомец быстро оглянулся, потом передал Оливеру что-то маленькое. Оливер тут же спрятал это в карман, будто движение было привычным и отработанным.

Мне стало любопытно.

Даже слишком.

Я продолжала смотреть в его сторону и вдруг поняла, что уже несколько секунд совсем не слушаю Роба.

- А? - переспросила я, когда заметила, что он ждёт ответа.

Роб чуть улыбнулся.

- Я говорю, ты всё куда смотришь? Ещё не расслабилась?

- Просто наблюдаю за людьми, - ответила я, стараясь звучать безразлично.

На самом деле я наблюдала не за людьми. Я наблюдала за Оливером.

Он уже возвращался к нам, проходя через толпу так спокойно, будто ничего необычного не произошло. Почти одновременно к столику подошли Софи и Макс. Софи всё ещё смеялась над чем-то, что он ей сказал, а Макс выглядел довольным собой, как человек, которому удалось произвести нужное впечатление.

Оливер остановился возле дивана и коротко сказал:

- Я достал Гель. Ну что, давайте?

На секунду мне показалось, что я ослышалась. Макс тут же широко заулыбался. Софи посмотрела на него, потом на Оливера и тихо хихикнула, будто это была какая-то безобидная игра. Эмилия, наоборот, заметно растерялась. Её улыбка исчезла, взгляд стал напряжённым. Ник сначала молчал, но потом кивнул, словно в этом не было ничего особенного. Я сидела в полном недоумении.

Гель. Я слышала это слово раньше. Синтетический наркотик. Оливер достал из кармана несколько небольших металлических капсул. Они напоминали короткие гильзы.

Никто из нас, девочек, никогда не видел Гель так близко. Я была почти уверена в этом по лицу Эмилии. Да и Софи, несмотря на напускную смелость, смотрела на капсулы слишком внимательно. Самым странным было то, что всё это достал именно Оливер. Молчаливый, спокойный, почти незаметный Оливер, который весь вечер казался человеком, предпочитающим стоять в стороне и наблюдать. И вдруг он оказался тем, кто принёс наркотик.

Он взял одну капсулу первым. Сорвал крышку быстрым движением, поднёс к носу и резко вдохнул. Потом откинулся на спинку дивана и расслабившись, на несколько секунд закрыл глаза.

Следом капсулу взял Макс.

- Ну, поехали, - сказал он с усмешкой.

Он повторил движение Оливера, вдохнул и почти сразу поднялся на ноги. Казалось, в нём и до этого было слишком много энергии, но теперь её стало ещё больше. Он засмеялся, провёл руками по волосам и оглянулся на танцпол так, будто музыка только что стала громче лично для него. Оливер через минуту тоже резко поднялся. В его лице что-то изменилось: взгляд стал ярче, движения быстрее. Он кивнул в сторону танцпола.

- Идём. Чего сидим?

Софи смотрела на них с любопытством. Потом потянулась к одной из капсул.

Я перехватила её за руку.

- Софи, что ты делаешь? Не надо.

Она посмотрела на мою ладонь на своём запястье, потом на меня.

- Агата, успокойся. Что ты как маленькая. Мы пришли расслабиться, разве нет? - Она усмехнулась, но в её глазах было что-то упрямое. - И, не тебе ли сегодня больше всех надо отдохнуть? После сегодняшних новостей.

Я резко отпустила её руку. На секунду перед глазами промелькнули воспоминания за сегодняшний день, мне стало не по себе.

Я отдернула руку, на секунду по мне пробежали все воспоминания за сегодняшний день.

- Макс, покажешь? - спросила она.

Макс, конечно, с радостью согласился. Он подошёл ближе, взял капсулу, что-то быстро объяснил ей на ухо, показывая, как держать и когда вдохнуть. Софи кивнула, хотя выглядела не такой уверенной, как пыталась казаться.

Она сорвала крышку и вдохнула. Почти сразу закашлялась.

Макс рассмеялся. Оливер тоже усмехнулся, а Ник, глядя на неё, покачал головой.

- Первый раз всегда так, - сказал Макс.

- Замолчи, - прохрипела Софи, но сама уже смеялась.

Эмилия сидела рядом со мной совсем тихо. Она смотрела то на Софи, то на Ника, будто пыталась понять, что он сделает. Ник заметил её взгляд и пожал плечами.

- Меня это почти никогда не берёт, - сказал он, будто оправдываясь. - Но ладно, давайте с вами.

Я увидела, как лицо Эмилии изменилось. В её взгляде было не осуждение даже, а растерянность. Как будто образ Ника, который успел сложиться у неё за этот вечер, вдруг дал трещину.

Ник вдохнул Гель и откинул капсулу на стол. Несколько секунд ничего не происходило. Потом он улыбнулся, чуть шире обычного, но продолжал выглядеть почти спокойно.

Роб, сидевший рядом со мной, не потянулся к капсулам.

Макс заметил это.

- А ты что?

Роб покачал головой.

- Я сегодня пропущу.

- Серьёзно?

- Серьёзно, - он улыбнулся и откинулся назад. - Полюбуюсь на вас со стороны.

От его отказа мне стало немного спокойнее.

Эмилия тоже отказалась. Даже когда Софи протянула ей капсулу, она быстро покачала головой.

- Нет. Я не хочу.

- Как хотите, - сказала Софи и поднялась на ноги.

Действие Геля стало заметно почти сразу. Макс уже переминался с ноги на ногу, не в силах стоять спокойно. Оливер, который раньше говорил меньше всех, вдруг начал что-то быстро объяснять Нику, показывая в сторону танцпола. Софи засмеялась громче обычного, запрокинула голову и схватила Макса за руку.

- Ну что, идём?

- Вот теперь правильный настрой, - довольно сказал Макс.

Они двинулись к танцполу. Ник задержался на секунду и посмотрел на Эмилию.

- Я недолго.

Она кивнула, но ничего не ответила.

Когда они ушли, за столиком остались только мы втроём: я, Эмилия и Роб. Я поняла что уйти сейчас мы не можем, мы не могли оставить Софи здесь одну. Мы переглянулись с Эмилией. Она, кажется, думала о том же.

Роб не стал оправдываться за друзей. Просто сказал:

- Здесь многие ведут себя иначе, чем снаружи.

Я промолчала, старалась не выдавать своих переживаний. И мы сменили тему для разговоров.

Через некоторое время я почувствовала, что мне нужно отойти. То ли от шума, то ли от людей, то ли просто от избытка всего сразу.

-Я в туалет, - сказала я Эмилии, когда она на секунду повернулась ко мне.

- Пойти с тобой?

- Нет, я быстро.

- Точно?

- Точно.

Софи с танцпола крикнула что-то вроде не потеряйся, но её голос почти сразу утонул в музыке.

Я пошла через зал, стараясь держаться ближе к освещённым участкам. Дорогу к туалетам мне показали вывески: узкий коридор между баром и лестницей, потом поворот налево. Там было тише.

В зеркале над раковиной я увидела своё лицо. Щёки раскраснелись, волосы немного выбились из причёски, глаза блестели от света и усталости. Я умыла руки холодной водой и задержалась на пару минут, просто чтобы выдохнуть. Тут было обычное зеркало, никто из динамика не говорил мне что исправить, не было социального рейтинга, Я просто смотрела на себя, захотелось даже побыть чуть подольше.

Когда вышла обратно в коридор, там стоял незнакомец. Он опирался плечом о стену, будто просто ждал кого-то. Вид у него был очень самоуверенный, надменный взгляд, которым он одарил меня. Я захотела быстро уйти.

Я попыталась пройти мимо.

Он шагнул в сторону, перекрывая путь.

- Куда так быстро?

Я остановилась.

- Мне нужно пройти.

- Так проходи, - сказал он, но не сдвинулся.

Я сделала шаг в другую сторону. Он повторил движение.

Внутри всё неприятно сжалось.

- Отойди.

- Ты же здесь одна, да? - Он улыбнулся. - Не надо так нервничать. Я просто поговорить хочу. Пойдем потанцуем, побудем вдвоём.

- Отвали, сам с собой побудь.

Я сказала это достаточно громко, но коридор был узким, а музыка за стеной всё равно глушила слова. Он наклонился чуть ближе, и от него пахло чем-то резким, сладковатым, смешанным с алкоголем.

- Не груби, идем со мной.

Я попыталась обойти его резче, но он поймал меня за запястье.

В этот момент я испытала страх, резко дёрнула руку.

- Отпусти.

- Тише, - процедил он. Че ты, такая милая и чистая.

- Она сказала - отпустить.

Голос Роба прозвучал сзади так спокойно, что я сначала даже не поняла, откуда он появился.

Незнакомец обернулся, но руку сразу не убрал.

- А ты кто такой? Иди, погуляй.

Роб подошёл ближе. Его лицо изменилось. В нём не было прежней мягкой улыбки, только собранность и что-то очень твёрдое.

- Я тебя предупреждаю, - спокойно сказал Роб. - Ты не забыл, где находишься?

- Не понял

Он наконец отпустил моё запястье, но сделал это резко, будто оттолкнул. Я отступила к стене, а Роб встал между нами.

- Иди к девочкам, - сказал он мне, не поворачивая головы.

Но уйти я не успела.

Роб оттолкнул его руку. Тот почти сразу замахнулся, и в следующую секунду они сцепились. Всё произошло быстро и неловко: удар плечом о стену, глухой звук, чьё-то ругательство, стакан, вылетевший из руки какого-то случайного парня у входа в коридор.

Роб оказался сильнее, чем я ожидала. Он был заметно более физически развит и двигался так, будто не впервые оказывался в подобной ситуации. Не суетился, не тратил лишних движений. Через несколько секунд он уже заломил незнакомцу руку и прижал его к полу.

Я стояла у стены, будто вжалась в нее.

Из зала появились Макс и Ник. Они подбежали почти одновременно.

- Роб, хватит! - резко сказал Ник.

- Отпусти его, - добавил Макс, хватая Роба за плечо. - Всё, он уже понял.

. Роб ещё секунду смотрел на незнакомца сверху вниз, потом всё-таки отпустил и отступил. Макс с Ником сразу оттащили его в сторону, не столько силой, сколько чтобы не дать драке начаться заново.

Эмилия подбежала ко мне и взяла меня за руку.

- Агата, идём.

Она вытянула меня из коридора, и только тогда я поняла, что всё ещё дрожу.

Потасовка длилась, наверное, меньше минуты, но мне показалось, что прошло гораздо больше.

Незнакомец поднялся с пола, поправляя одежду. На лице у него уже не было прежней самоуверенности, но он всё равно ухмыльнулся, будто не хотел показывать, что проиграл.

- Ты, походу, совсем не понимаешь, с кем связываешься, - сказал он Робу.

Роб вытер большим пальцем угол губы. На коже осталась тонкая красная полоска.

- Всё я прекрасно понимаю, - ответил он. - Только что ты можешь сделать за пределами этого здания? Уйти в свой уютный дорогой дворец?

Незнакомец промолчал. Но его ухмылка стала другой - злее и холоднее.

Мне показалось, что Роб знает его за пределами ЗОНЫ. Слишком уверенно он говорил.

- Нам надо уйти, - тихо сказала Эмилия.

Ник кивнул.

- Да. Сейчас.

Мы всей компанией быстро отошли к нашему столику. Музыка всё так же гремела, люди вокруг продолжали смеяться и танцевать, словно ничего не произошло.

Роб снова посмотрел на меня.

- Ты в порядке?

Я кивнула, хотя руки всё ещё дрожали.

- Да. Кажется.

- Сейчас нам лучше уйти отсюда, - сказал Ник.

Никто не стал спорить. Даже Софи, которая ещё час назад уверяла, что вечер только начинается, молча взяла меня под руку с другой стороны.

Мы вышли на улицу. После ЗОНЫ, где было душно и шумно, ночной воздух показался слишком холодным. Я глубоко вдохнула и только теперь поняла, насколько была напряжена.

Мы остановились за углом здания, там, где шум клуба уже превращался в далёкий гул. Сразу у каждого из нас активировались наши ЛОТ.

На удивление, ни у кого не появилось предупреждения о нахождении в несогласованной зоне. Ни уведомления о нарушении маршрута, ни запроса на объяснение, ни даже стандартной отметки о подозрительной активности.

Роб стоял чуть в стороне. В свете фонаря было видно, что губа у него разбита сильнее, чем показалось сначала. Я подошла ближе. Это было странно.

Роб стоял чуть в стороне. В свете фонаря было видно, что губа у него разбита сильнее, чем показалось сначала. Я подошла ближе.

- Тебе больно?

Он усмехнулся.

- Сейчас ты спрашиваешь меня?

- Да. Ты из-за меня ввязался.

- Не из-за тебя, - сказал Роб. - Из-за него. Это разные вещи.

Я опустила взгляд.

- Всё равно спасибо.

- Я бы не смог пройти мимо.

Он сказал это так просто, что у меня почему-то перехватило горло.

Некоторое время мы просто стояли на улице. Ник предложил дойти до ближайшей круглосуточной кофейни, где было светло и спокойно. Сначала я хотела отказаться, но возвращаться сразу домой тоже не хотелось. Не в таком состоянии. Да и Софи явно нужно было привести в чувство.

Я взяла её за руку, чтобы проверить ЛОТ. Показатели здоровья были повышены: пульс, давление, уровень интоксикации. Всё выглядело почти как при отравлении, только система не выдавала тревогу, а просто показывала отклонения.

- Мы вышли минут на сорок раньше, чем должно было закончиться действие геля, сказал Оливер, будто оправдываясь. - Поэтому ЛОТ это видит.

Эмилия посмотрела на него так укоризненно, что ему даже стало немного не по себе.

Пока мы шли, я была погружена в свои мысли. Я не могла простить себе эту идею с ЗОНОЙ. Да, меня никто не заставлял идти. Я считала, что мне нужно было хотя бы на пару часов оказаться вне системы, выдохнуть от сегодняшнего дня. И теперь, когда всё закончилось так, мне было трудно не чувствовать еще большую усталость от сегодняшнего дня.

Мы с Эмилией шли под руку и почти не разговаривали. Она держала меня крепко. Впереди Софи шла рядом с Максом и Ником. Они смеялись и что-то оживлённо обсуждали, хотя Ник время от времени оглядывался на нас. Роб и Оливер шли сзади.

Мне всё время хотелось обернуться, посмотреть на Роба, но я сдерживалась.

Кофейня находилась буквально на соседней улице. Хотя кофейня было слишком мягким словом. Место больше походило на небольшой бар: множество столов, игровые зоны. Во все стены были экраны со спортивными соревнованиями.

Я сразу поняла, что это место для представителей ФР. Здесь все было проще, суровее. Все было на демонстрацию физической силы.

Я остановилась у входа дольше, чем нужно.

Роб заметил.

- Не нравится?

- Не привычно, сегодня самый странный день в моей жизни, что только сегодня со мной не приключилось. ответила я.

-Расскажешь?

- Наверное нет, не думай об этом, неважно.

Роб прошёл к стойке, перекинулся парой фраз с барменом и вернулся уже увереннее.

- Сядем вон там, у стены. Там тише.

- Мы уйдем как только Софи придёт в себя.- Сказала Эмилия.

Никто ничего не ответил на ее фразу.

Мы заняли дальний столик. Эмилия усадила меня внутрь, рядом с собой. Роб сел рядом со мной. Софи посадили напротив, между Максом и Ником, чтобы она не решила внезапно отправиться исследовать бар. Оливер сел с краю и сразу уставился в экран ЛОТа. Он видимо уже пришел в свое обычное, молчаливое состояние.

Я посмотрела на свой ЛОТ ещё раз. Никаких предупреждений. Никаких отчётов. Только обычные показатели и восстановленная связь.

Почти сразу нам принесли кружки Гжанца - тёплого пивного напитка, который тоже считался одной из фишек ФРов. Мне он понравился: у него был приятный аромат пшеничного пива с лёгкой ноткой корицы.

В бар вошли люди в форме проверяющих-стражей. Мы с девочками сразу напряглись. Ну всё, они всё знают. Нам конец, - подумала я.

Ник заметил наши выражения лиц и поспешил нас успокоить:

- Не переживайте. Здесь проверок не бывает. У них просто закончилась смена, они пришли отдохнуть.

Софи, которая ещё не до конца отошла после геля, громко сказала:

- Ого, смотрите, они тоже люди. И тоже отдыхают?

Я закрыла лицо руками.

- Софи, тише.

Стражи сели подальше и не обращали на нас внимания. Они спокойно разговаривали, смеялись и выглядели так, будто действительно пришли сюда просто провести вечер.

Софи наклонилась к нам и, понизив голос лишь самую малость, сказала:

- Наверное, обсуждают, как прекрасно сегодня напроверяли наши кварталы.

По взглядам парней стало понятно, что им эта шутка не понравилась.

- Софиии, пей лучше, - протянула Эмилия. - Не надо.

Софи опустила голову на стол и уткнулась в свою кружку. На несколько секунд за столом повисла неловкость, но Макс быстро перевёл разговор на другую тему. У него хорошо получалось поддерживать беседу и увлекать всех разговором, поэтому вскоре напряжение прошло.

Так прошло около получаса.

Эмилия вдруг посмотрела на мой ЛОТ и коснулась моего запястья.

- Смотри, похоже, у тебя появилась подходящая партия.

Я посмотрела на индикатор и действительно заметила новый знак, которого раньше не было. Потом перевела взгляд на ЛОТ Роба. У него появился такой же.

Значит, система уже распределила нас как подходящую пару, - подумала я. И ведь встретились мы в самом необычном месте.

Роб тоже заметил совпадение, но ничего не сказал - только улыбнулся мне. Я почувствовала, как лицо заливает краска.

Ник и Макс тут же начали шутить, что наконец-то нашли для своего друга подходящую пару и теперь могут за него не переживать.

Я, пытаясь перевести тему, посмотрела на Софи и проверила её ЛОТ. Она, кажется, уже полностью пришла в себя.

- Ну всё, нам пора, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Роб поднялся выпустить нас с Эмилией. Мы с Эмилией тоже встали и помогли Софи подняться. Уходить она не хотела.

- Нам нужно забрать байки у Зоны и ехать домой, - напомнила я.

- Давайте вас проводим, - сказал Ник.

Парни уже начали подниматься, но мы остановили их.

- Спасибо за знакомство, - сказала Эмилия. - Сегодня был действительно незабываемый вечер.

- Всё-таки небезопасно идти одним, мы с вами - возразил Роб и взял меня за руку.

Я мягко высвободила руку.

- Спасибо, правда. Но мы сами справимся. Байки стоят на соседней улице.

Роб ещё несколько секунд смотрел на меня, потом кивнул. Мы попрощались и вышли из кофейни. Было уже за полночь.

По дороге к оставленным байкам первой заговорила Софи:

- Вот это вечер! Наверное, самый запоминающийся за всю мою жизнь. Вы ещё и со мной остались, спасибо. Если родители узнают, они меня точно убьют.

- Ты вообще-то уже взрослая, - язвительно заметила Эмилия.

- Давай не начинай. Сама всё прекрасно понимаешь.

- Мы влипли в какой-то треш, - продолжила Эмилия. - Сидели бы спокойно у себя, и всё было бы нормально. А если бы Агату не защитил Роб, что тогда?

- Зато Агата встретила свою судьбу, - вмешалась Софи. - Вот это поворот! Агата, почему ты молчишь? Роб очень привлекательный, ещё и защитник. Мне бы такого Эх.

- Агата, тут я согласна с Софи, - сказала Эмилия. - Он тебе подходит.

- Девочки, сегодня был сумасшедший день, - ответила я. - Я пока ничего не скажу. Очень устала.

Мы почти дошли до байков, когда я заметила у входа в ЗОНУ того самого незнакомца. Он стоял вдалеке и смотрел прямо на меня с неприятной усмешкой.

Я остановилась, сама не понимая почему. По спине пробежал холодок. На мгновение мне показалось, что он сейчас подойдёт, но мужчина не двигался - просто продолжал смотреть.

Я первой села на байк.

- Поехали отсюда.

- Агата, я поеду с Софи, на её байке, - сказала Эмилия. - Так мне ближе.

- Хорошо. Езжайте аккуратно.

- Пока, Агата.

Я быстро завела байк и направилась домой. Дорога заняла минут десять. Очки-шлем несколько раз высветили предупреждение о превышении скорости, но я не сбавляла скорость. Хотелось поскорее уехать от сегодняшнего дня. Хотелось побыстрее вернуться в свою простую, привычную жизнь.

В квартире было тихо. Мама уже спала и не встретила меня. Я прошла в ванную и стояла под водой, словно надеялась смыть с себя весь сегодняшний день. Хотелось проснуться утром и обнаружить, что всё снова стало как прежде.

После ванны я почти не помню, как добралась до кровати. Только упала на неё и сразу провалилась в глубокий сон.

Глава 4

Утром меня разбудил ЛОТ - ровно в 7:30. За окном, на удивление, стояло очень солнечное утро. Свет мягко пробивался сквозь занавески. Голова была тяжёлая. Вместе с пробуждением пришло и осознание: теперь я отношусь к МИФ. А значит, вся моя прошлая жизнь закончилась или, по крайней мере, больше не будет такой, как раньше. Вставать совсем не хотелось. Но примерно через пять минут после пробуждения в окно постучал дрон-доставщик.

Я приподнялась на локтях и нахмурилась.

- Странно Я ничего не заказывала.

Занавески автоматически открылись, а вместе с этим слепящий солнечный свет. Дрон завис у окна, ровно на уровне подоконника. Я подошла и открыла окно. В комнату тут же ворвался свежий утренний воздух. Дрон аккуратно выставил на подоконник коробку и сразу отсканировал мой ЛОТ и лицо для подтверждения. Списания не было. Посылка уже была оплачена. Дрон коротко мигнул зелёным индикатором и улетел.

Я закрыла окно и поставила коробку на кровать. Внутри лежала форма, соответствующая моему новому назначению. Я осторожно коснулась ткани пальцами и удивилась. Она была совсем не похожа на привычные шуршащие, почти бумажные материалы из стандартных комплектов.

Блуза - гладкая, мягкая, приятная к телу. Пиджак - плотный, но лёгкий, с натуральной структурой.

После этого я быстро побежала в ванную умываться. И снова заметила странность: ЛОТ не запросил оплату за воду. А по окончании сборов не вывел привычный уровень социального одобрения.

Значит, вчера мне не показалось.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале и несколько секунд просто молчала.

Потом поспешила надеть новый наряд. Да, я всё ещё была потрясена. И немного напугана распределением. Но плюсы, как оказалось, всё-таки находились.

Ткань была невероятно приятной. Пиджак сидел идеально. Обувь из коробки тоже подошла - мягкая, удобная, без ощущения, что мне придётся разнашивать её неделю.

Я повернулась перед зеркалом.

Когда я вышла из комнаты, мама уже ждала меня у входа на кухню. Она посмотрела на меня и сразу улыбнулась - немного грустно, но тепло.

- Какая ты у меня красивая.

Я покружилась на месте, стараясь выглядеть бодрее, чем чувствовала себя на самом деле.

Мама подошла и обняла меня.

- Моя милая, - тихо сказала она, - у меня сердце разрывается тебя отпускать. Но там, возможно, твоя судьба. Твоя настоящая жизнь.

Я крепче прижалась к ней.

- Моя настоящая жизнь, с тобой. Какой бы она ни была. Ты меня вырастила.

Мама ничего не ответила, только погладила меня по спине.

В этот момент на ЛОТ пришло уведомление.

Вводная встреча. Министерство информационной философии. Отдел стратегического развития общества. Начало: 9:00.

Сердце забилось быстрее. Несколько секунд я просто смотрела на сообщение, будто если не моргать, оно изменится или исчезнет.

На меня вдруг накатила такая тоска по моей прежней жизни, что я даже не сразу смогла вдохнуть нормально. Всё происходило слишком быстро.

Мама меня начала успокаивать.

Я кивнула, хотя думать обо всём как раз очень хотелось.

Я пила кофе и смотрела в окно. На улицу, на дома напротив, на солнечные пятна на стенах, на обычное утро, которое почему-то казалось уже не моим. Будто я пыталась всё запомнить. Будто вижу это в последний раз.

Через некоторое время я поставила кружку на стол.

- Мам, мне пора.

Пока спускалась вниз, думала о том, как вообще поеду на байке в таком дорогом и красивом костюме. Испачкать его совершенно не хотелось.

Но на улице меня ждал не байк.

У подъезда стоял чёрный автомобиль. Рядом с ним - мужчина в деловом костюме. Он выпрямился, когда увидел меня.

- Агата Броун?

- Да.

- Я отвезу вас до места назначения. Я ваш водитель, выделенный вам Министерством для вашего удобства.

Я растерянно посмотрела на автомобиль, потом на него.

- Вообще-то мне удобно и на байке.

Мужчина вежливо, но совершенно спокойно ответил:

- Не в данном положении. Прошу, садитесь.

Я села на заднее сиденье с осторожностью. Автомобиль выглядел дорого не только снаружи. Внутри был светлый, просторный и очень удобный салон. Сиденье мягко подстроилось под меня, едва я села. ЛОТ тут же отреагировал, а на панели впереди активировался экран с меню.

- Агата, могу ли я вас так называть? - спросил водитель.

- Конечно.

- Я не знал, что вы предпочитаете по утрам. Но вы можете сказать мне, и завтра у вас будет свежий кофе, чай или другие напитки. Также закуски, завтрак, всё, что потребуется. Прошу, можете просить обо всём.

- Обо всём? - удивилась я.

- В рамках вашего нового статуса - да.

Я посмотрела на экран. Там уже появились разделы: Статусы, Допуски, Маршруты, Персональные привилегии, Сопровождение.

- Сейчас вы можете ознакомиться со своими новыми статусами и допусками, - продолжил водитель. Экрану можно задавать вопросы. Система ответит.

Я чуть наклонилась вперёд.

- А вам? Вы можете рассказать, что меня ждёт?

Он покачал головой.

- Нет. Моя задача - быть вашим водителем. Я не отношусь к вашему классу. Я из ФР.

ФР.

Эта фраза странно задела меня. В памяти тут же всплыл вчерашний вечер и образ Роба. Я отвернулась к окну и попыталась отогнать эти мысли, чтобы не думать о нём весь день.

Автомобиль плавно тронулся с места, а мой старый двор медленно остался позади.

До Министерства мы доехали быстро, в это время я немного изучала меню. Автомобиль остановился на парковке у главного входа.

-Всего доброго Агата. Мои контакты уже есть в Вашем ЛОТ, если понадобится автомобиль, сообщите, среднее время моего приезда 10 минут.

- До свиданья, благодарю.

Я вышла из автомобиля и направилась к высокой лестнице, ведущей к главному входу.

Вокруг здания всё выглядело слишком красиво и слишком идеально. По обе стороны дорожки тянулись высокие розовые кусты, подстриженные так ровно, будто каждую ветку измеряли отдельно. За ними росли тонкие кипарисы, вытянутые вверх, спокойные и строгие. Само здание казалось огромным. Не просто большим, а именно таким, рядом с которым невольно начинаешь чувствовать себя меньше.

Наверху меня встретила тяжёлая деревянная дверь, похожая на старинную. Она совершенно не сочеталась с тем, как быстро на неё отреагировал мой ЛОТ. Датчик распознал меня почти мгновенно, и дверь плавно открылась.

Я вошла внутрь и на несколько секунд остановилась.

Холл был невероятным.

Высокие потолки, величественные колонны, широкие лестницы, гладкий пол, в котором отражался свет. Пространства было так много, что я растерялась. В моих районах всё было иначе: плотная застройка, узкие проходы, люди повсюду, постоянный шум, движение, разговоры, сигналы транспорта. Здесь же царила тишина. Такая чистая и непривычная, что мне показалось: если я сейчас что-нибудь уроню, звук разнесётся эхом по всему холлу и все сразу обернутся. Хотя оборачиваться было почти некому. Людей внутри было совсем мало.

Справа от входа стоял ряд роботов-помощников. Они выглядели одинаково аккуратно: светлые корпуса, мягкая подсветка на панели, неподвижные лица без выражения.

Женщина, вошедшая следом за мной, поспешно обогнала меня, пока я всё ещё рассматривала холл. Один из роботов тут же отделился от ряда и последовал за ней. Она даже не посмотрела на него, просто начала говорить на ходу:

- Обед перенести на тринадцать тридцать. Подтвердить встречу с аналитическим отделом. Связаться с Виктором и подготовить мне отчёт по третьему блоку.

Робот спокойно отвечал короткими фразами, а женщина шла дальше, для нее это была обычная рутина ежедневного утра.

Ко мне тоже сразу подошёл робот.

- Доброе утро, мисс Агата, - сказал он ровным приятным голосом.

Я немного замялась.

- Доброе утро, - ответила я, и почему-то это прозвучало странно.

- Вас уже ожидают. Прошу за мной.

Я кивнула и пошла следом.

Робот двигался плавно, без единого лишнего движения. Пока мы шли через холл, он начал говорить:

- При желании я могу рассказать вам историю этого здания, провести краткую экскурсию, предоставить сведения об основании Министерства информационной философии, а также познакомить вас с основной структурой отделов. На ваш ЛОТ уже добавлен список сотрудников Министерства и коллег. Вы сможете ознакомиться с ним в любое удобное время.

Я машинально посмотрела на ЛОТ. Уведомление действительно появилось, но открывать список прямо сейчас не хотелось. Мне и так было слишком много всего нового.

- Прошу сюда, - продолжил робот. - На лифте будет вам комфортнее.

- Спасибо, - сказала я.

Мы остановились у широких дверей лифта. На стене не было обычных кнопок, только гладкая панель, которая мягко засветилась при нашем приближении.

Робот, кажется, не собирался замолкать.

- Также вы можете запросить карту здания, расписание внутренних перемещений, правила доступа в закрытые зоны, список доступных помещений для отдыха, питания и самостоятельной работы. При необходимости я могу сопровождать вас в течение всего дня. Буду вашим ассистентом по любому вопросу.

Он говорил без пауз, спокойно и вежливо, но от этого становилось только более неловко. Я не выдержала и перебила:

- С кем мне предстоит встретиться?

Робот сразу переключился на ответ:

- Ваша встреча назначена на 9:00. Вас ожидает директор Министерства информационной философии, Берг Паскаль. Цель встречи: вводная беседа, подтверждение назначения и первичное распределение обязанностей.

- Понятно. Спасибо.

Лифт открылся почти бесшумно. Робот повернулся ко мне.

- Прошу, проходите.

Я вошла внутрь. Лифт был просторный, с мягким светом и прозрачной панелью, на которой отображался маршрут. Он поднялся так плавно, что я почти не почувствовала движения.

Робот стоял рядом и смотрел прямо на двери. Мне стало немного не по себе от его неподвижности, и я тоже уставилась вперёд.

Когда лифт остановился, двери открылись.

- Прошу, проходите, - снова сказал робот.

Я вышла. Коридор оказался широким, светлым и почти пустым. На стенах висели большие панели с изображениями старых городов, архивных схем и каких-то фраз, смысл которых я не успела разобрать. Робот обогнал меня и остановился у высокой двери недалеко от лифта.

Дверь тоже выглядела старинной, как и входная, только темнее и строже. Робот приложил ладонь к панели сбоку, и замок тихо щёлкнул.

Он открыл дверь и вошёл первым.

- Агата Броун прибыла на встречу, - объявил он.

Из-за двери раздался спокойный мужской голос:

- Заходите.

Я сделала вдох и вошла.

Робот тут же отступил назад, вышел из кабинета и закрыл за собой дверь.

Кабинет был большим, но не пустым. В нём чувствовался порядок. Большой стол, несколько экранов, мягкие кресла, тёмное дерево, приглушённый свет. Но больше всего меня поразила стена за столом. Она была полностью заставлена печатными книгами.

Настоящими.

Я видела такие только в музее. Сейчас ими никто не пользовался. Всю разрешенную литературу хранили в электронных архивах, на ЛОТах, в общих системах доступа. А здесь была целая стена книг - с корешками, страницами, неровной толщиной, разными оттенками обложек. От этого кабинет вдруг показался не просто дорогим, а каким-то почти невозможным.

За столом сидел седой мужчина в возрасте. Он что-то рассматривал на своём экране, но, когда я вошла, сразу поднял взгляд.

- Добрый день, Агата.

- Здравствуйте, - ответила я.

- Присаживайтесь.

Я подошла к креслу напротив и села, стараясь не выглядеть слишком растерянной.

Мужчина слегка улыбнулся, будто всё понял, но никак это не прокомментировал.

- Мне выпала честь познакомиться с вами и провести вводную беседу, - сказал он. - Скрывать не буду: тем, кто переходит из других групп, здесь бывает непросто. Особенно в первое время. Новая среда, новые правила, новые ожидания. Поэтому мой первый совет - обзаведитесь единомышленниками и соратниками. Это важно.

Я молчала и слушала.

Он коснулся панели на столе, и перед ним открылось несколько строк данных. Я поняла, что это моё дело.

- Итак, - продолжил мистер Паскаль, - вы были перераспределены сюда по своей родословной. После снятия санкций с ваших родителей, что бывает очень редко, детей отдельно обычно не возвращают в повышенный класс. Если говорить о личных достижениях, то обучение вы проходили довольно средне, нейроадаптация будет проходить сложнее.

Я опустила взгляд на свои руки. Захотелось что-нибудь ответить, но я не знала что. Возразить было трудно, потому что я сама о себе узнала правду только вчера.

- Однако, - добавил он, и я снова посмотрела на него, - давайте сконцентрируемся исключительно на ваших достижениях и прошлом обучении, семейные распри мы опустим. Средние показатели в системе общего потока не всегда означают отсутствие способностей. Иногда они означают, что человек просто находился не в той среде, не среди тех задач и не под тем углом оценки.

Он сделал паузу.

- Даю вам направление на нейроадапатцию и обучение новой специальности, с завтрашнего дня сможете приступать.

Я почувствовала, как внутри всё немного сжалось.

- Моя прежняя жизнь для меня закроется? Мои друзья, родители, воспоминания - спросила я тише, чем хотела.

Мистер Паскаль посмотрел на меня спокойно, без раздражения и без жалости.

- Никто здесь не сможет забрать вашего прошлого. Все зависит от вас, на сколько вы сами готовы идти в будущее, не цепляясь за то, где вам уже нет места.

Он несколько секунд молчал, просто глядя на меня.

Послушайте, Агата. Я понимаю ваше состояние. И растерянность, и злость, и недоверие всё это вполне естественно. Вам только вчера сообщили о новом статусе, о вашей семье и о том, кем вы являетесь по происхождению на самом деле. С сегодняшнего дня изменится не просто ваш распорядок - изменится весь ваш жизненный уклад. А вот изменитесь ли вы сами - вопрос куда сложнее. Возможно, всё это время вас сдерживали только обстоятельства. Возможно, прежняя жизнь не позволяла вам стать той, кем вы могли бы быть. Сейчас эти ограничения начинают исчезать, и только от вас зависит, что откроется под ними.

Я молча смотрела на него, не зная, что ответить.

Мистер Паскаль чуть опустил взгляд к экрану, затем снова посмотрел на меня.

- Я знал ваших родителей, - сказал он уже тише. - Они были достойными людьми.

У меня внутри что-то болезненно сжалось, но он не дал мне задать вопрос.

- Но мы не будем обсуждать это здесь и не сейчас, не в этих стенах.

Он коснулся панели на столе, и мой ЛОТ тут же коротко завибрировал.

- Также вам возвращается дом ваших родителей. Формально он всё это время оставался закреплён за вашей семьёй. Теперь право доступа передано вам. Адрес уже отправлен на ваш ЛОТ, допуск активирован.

По поводу вашей дальнейшей должности, - продолжил мистер Паскаль, снова переходя к сухому официальному тону. - Я назначаю вас в службу развития общего потока. Полагаю, вы, как никто другой, сможете разобраться в подобных вопросах.

- На сегодня вы можете быть свободны. Завтра у вас нейростимуляция и адаптация. Все необходимые данные уже отправлены на ваш ЛОТ.

Я встала, попрощалась и вышла из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь.

И только оказавшись по ту сторону, наконец позволила себе остановиться. Я прислонилась спиной к двери и на несколько секунд закрыла глаза. Хотелось просто выдохнуть. Собраться. Понять, что вообще только что произошло.

Но рядом тут же замаячил робот-помощник.

- Ты уже тут, - сказала я, открыв глаза.

Про себя я раздражённо подумала, что даже выдохнуть и прийти в себя он мне, видимо, не даст.

- Я буду с вами в любое удобное для вас время, мисс Агата, - отозвался робот с привычно ровной интонацией. - А сейчас вам необходимо со всем ознакомиться, поэтому я рядом.

На его лице появилась электронная улыбка.

Я закатила глаза.

- Лаадно, пошли.

Мы спустились на лифте на первый этаж, в просторный холл. Всё вокруг по-прежнему казалось слишком большим, слишком тихим.

- Мне нужно посмотреть мой дом, - сказала я, остановившись у выхода.

- Конечно, мисс Агата. Я могу проводить вас или вызвать для вас автомобиль.

- Нет, - сразу ответила я. - Я хочу пройтись.

- Как мне

Я даже не успела договорить.

- Маршрут проложен. Время в пути - семнадцать минут.

- Спасибо. Оставайся тут. Я хочу пойти одна.

- Как скажете, мисс Агата. Всего хорошего. До завтра.

Я только махнула рукой в его сторону даже не смотря на него .

Я только махнула рукой в его сторону, даже не глядя на него, и вышла на крыльцо.

Снаружи воздух показался совсем другим. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Будто вместе с этим выдохом могла выпустить из себя часть напряжения, накопившегося за последние дни.

Потом открыла глаза, спустилась по ступеням и посмотрела в ЛОТ, проверяя направление.

Я пошла по улице. Этот район был мне совершенно незнаком. Здесь было много пространства: широкая дорога, просторная прогулочная зона, аккуратные дорожки, утопающие в зелени. И зелень эта казалась почти нереальной для начала июня. По цветам, деревьям и густым кустарникам можно было подумать, что сезон уже в самом разгаре. Идеально высаженные клумбы источали лёгкий приятный аромат, и я поймала себя на мысли, что мне нравится его вдыхать. Вокруг было тихо. Никакого гула лавок, никакого хаотичного движения. Ни одного рекламного щита с очередным призывом взять что-нибудь в кредит, оформить подписку.

Дома выглядели аккуратными, идеальными. Светлые фасады, большие окна, почти у всех верхний этаж это терраса. Ухоженные входные зоны. Всё вокруг словно было создано для того, чтобы внушать спокойствие.

Но именно в этот момент я почувствовала, как сзади ко мне приближается очень тихо байк.

Я повернулась и увидела официальный байк стражей. На нём сидел офицер.

Я тут же отвернулась, чувствуя, как страх мгновенно сковал всё тело.

Ну вот. Сейчас меня арестуют. Сошлют, как моих родителей. Но я же ничего не сделала. Хотя откуда мне знать? Может, они уже нашли причину. Может, отследили вчерашний вечер в ЗОНЕ. Точно. Всё из-за ЗОНЫ. Господи, меня сейчас заберут прямо отсюда.

Мысли возникали одна за другой, сбиваясь в панический, неконтролируемый поток.

- Агата, привет, - позвал голос за спиной.

- Роб, - тихо произнесла я.

Он остановил байк рядом со мной. Я стояла на краю тротуара, он чуть ниже, на дороге.

- Я увидел тебя ещё у здания министерства, - сказал он. - Решил поздороваться.

- Привет, - коротко ответила я.

Я всё ещё стояла скованно и не знала, как себя вести. Как реагировать? Что говорить? После вчерашнего вечера всё между нами казалось одновременно и знакомым, и слишком новым. Поэтому я решила отвечать коротко. Так было безопаснее.

Повисла неловкая пауза.

- Мне надо идти, - первой нарушила молчание я.

- Куда? Я могу тебя проводить?

- Мне нужно посмотреть мой дом. Он тут недалеко. Конечно, давай.

Роб слез с байка, настроил его так, чтобы тот медленно двигался следом, и мы пошли вместе.

Несколько шагов мы прошли молча. Я краем глаза замечала его рядом и всё никак не могла привыкнуть к тому, что вчера он был в ЗОНЕ, а сегодня шёл рядом со мной в форме стражей, будто так и должно быть.

- Значит, ты офицер стражей? - спросила я наконец. - И давно? Тебе нравится?

- Да, я работаю уже несколько лет. Сразу после окончания колледжа. Сейчас я в патруле, - ответил Роб. - А нравится ли мне сложный вопрос. Особенно при условии, что встретились мы с тобой в ЗОНЕ. Наверное, у меня пока ещё не прилипла фуражка к голове.

- Не жестишь, значит?

- Не жесчу, - улыбнувшись, сказал он. - А как ты тут оказалась? Ты из ОП - и уже в МИФ. Расскажешь свою историю?

- Если ты успел узнать обо мне, значит, наверняка знаешь даже больше меня о моём переходе. Точно ли мне нужно что-то рассказывать? - я слегка улыбнулась.

- Хочу услышать историю от тебя, - сказал он. - А так да, скрывать не буду, некоторую информацию я о тебе узнал.

- И поэтому сегодня ты здесь патрулируешь?

Роб ничего не ответил. Только улыбнулся.

Я посмотрела на него внимательнее, но давить не стала.

- Мою историю мне ещё самой предстоит узнать, - сказала я тише. - Эти несколько дней перевернули всю мою жизнь с ног на голову.

- Надеюсь, в лучшую сторону.

- Это мы ещё посмотрим. Но определённые плюсы я уже успела ощутить на себе.

Мы оба немного засмеялись, и напряжение между нами стало чуть меньше.

В этот момент ЛОТ отозвался мягким сигналом: я достигла конечной точки маршрута.

Я остановилась и подняла взгляд.

Передо мной стоял дом. Уютный, в несколько этажей. На крыше виднелась терраса, утопающая в зелени. Большие окна отражали дневной свет. Возле дома росло множество живых растений: красивые кустовые розы, аккуратные деревца и кустарники с какими-то незнакомыми мне ягодами.

Вся улица была выдержана в едином стиле. Рядом стояли похожие дома, отличавшиеся только отдельными деталями: формой террасы, цветом входной двери, растениями у фасада, узором ограждений.