Однажды мистер Фиш заметил вскользь,
Как надлежит холоднокровным рыбам,
Что склеит плавники не на Карибах...
И лещ бы с ними, тут вопрос: "Позволь,
Судьба-природа, истинно ли всех
Ждёт участь - кувырнуться брюхом вверх?"
И припечатал эту позу ямбом,
Добавив, что всплывёт не на Багамах.
Вздохнул, прочистил жабры... Как со дна
Ему вдруг подмигнула глубина
Его же глазом, отражённым тускло
В подносе ржавом: "Слышишь, Заратустра,
Жизнь коротка, искусство вечно, не?
Желаешь плавать в масле на стене?
Дождись луны и загляни сюда же,
В себя, в меня, в луну и много дальше...
Плыви в источник марианских снов.
Оттуда, как из мусорки енот,
Тебя ко славе символизма вящей
Художник мастихином перетащит,
На холст. Высоким штилем, мистер Фиш:
Запечатлев для вечности..." - "Шалишь".
Но вот - Луна...
Он верит и плывёт.
Оглядывается - повсюду вечность,
Народ: "Бла-бла, манера безупречна..."
Забавно, лестно. Молча мистер Фиш
Лелеет в раме гордость полукровки,
Щекотно нюхает скелетик мышь
На речке-говнотечке за парковкой.