Поток и робкий и несмелый,
Растратив пыл в вагоне Фоша*,
Застыл водой окоченелой
В тоске, на мутный пруд похожий.
Он побежден! - вообразили,
Ведь очень этого хотели.
В расслабленной меланхолии
Недоглядели.
А он взбурлил от сил натуги
В плавильном тигле революций
И перестал быть для округи
Замерзшим и спокойным блюдцем.
Шутя впитав пивные бунты,
Он побежал водою талой
И затопил собой попутно
Париж с Варшавой.
Продолжил бурное движенье
Шипящим пенистым потоком,
В земли и душ опустошеньи
Победу празднуя до срока.
Европу проглотив в два года,
Вдруг встретил под Москвой плотину.
Спеша смести, направил воды
В удар с животной злобной силой.
Ведь мастеров осталось мало
Иных уж нет, а те далече.
Плотины сруб почти прорвал он,
Волною сотни душ калеча.
Но встали рядом, стиснув зубы,
Взнуздали вод слепую ярость,
Учителя и лесорубы
Перемешались.
Подчас собой латая дыры
В запрудах той воды проклятой
Познали, как навеки сгинул
В водовороте каждый пятый.
Но кто остался, свято верил,
Поток теряет силы тоже.
Настанет час, замрет несмело
В тоске, на мутный пруд похожий.
_____________________________
*Вагон маршала Фоша, в котором Германия подписала капитуляцию по итогам Первой мировой войны.