Аннотация: 'Стыд не дым - глаза не ест', да и гроб давно уж вынесли в подъезд...
"...В 37-м Серебрякова расстреляли, Сокольникову дали 10 лет. В 1939 году его убьют в камере политизолятора: подосланные работники 2-го отдела НКВД и специально подобранные люди из числа арестованных вошли к Сокольникову в камеру, набросились на него и убили. Распоряжение о его убийстве исходило лично от Сталина...
После ареста Леонида Серебрякова на арену выходит сталинский генпрокурор Андрей Януарьевич Вышинский (или Андрей Ягуарович, как его втихую звали). У Вышинского тоже была дача на той же Николиной Горе - но в глубине поселка. Как рассказывает Зоря, года за полтора до ареста отца Вышинский зашел к нему по какому-то вопросу. Что-то они обсуждали во дворе, в конце разговора Вышинский огляделся по сторонам и как бы между прочим сказал: "Ах, до чего же у вас дивный участок, дорогой Леонид Петрович!".
Дальше - череда удивительных совпадений: как только был арестован Серебряков, тут же в правлении дачного кооператива появилось заявление Андрея Вышинского, в котором он просил: "передать мне дачу номер 14, принадлежавшую изобличенному ныне врагу народа Серебрякову". Но самое противное было даже не в этом. Есть еще два обстоятельства, потрясающие своим невероятным цинизмом.
В 1936-1938 гг. Андрей Вышинский выступал в роли гособвинителя на "московских процессах" над бывшими оппозиционерами - Георгием Пятаковым, Николаем Мураловым, Яковом Лифшицем, Карлом Радеком, Григорием Сокольниковым и собственно Леонидом Серебряковым. Параллельно ускоренными темпами Вышинский оформлял документы на дачу Серебрякова. Еще до того, как процесс закончился и все обвиняемые были расстреляны или приговорены к тюремному заключению, дача Леонида Петровича перешла в собственность Вышинского.
Леонид Серебряков, вступая в начале 30-х в дачный кооператив, внес туда денежный пай в размере 17 тысяч рублей. Вышинский, вступая в права пользования дачей и участком, - внимание! - потребовал, чтобы эта сумма была передана ему.
Наглости этого предложения удивились даже наверху..."...
О, близость к власти благодатная, на все мы голоса хвалу тебе без устали поем!
И почести, и льготы так и сыпятся на головы приближенных... золотым дождем.
P. S.
"Стыд не дым - глаза не ест", да и гроб давно уж вынесли в подъезд...
![[]](/img/s/sudenko_n_n/jaguarovich/jaguarovich.jpg)