Сухарев Сергей Игоревич
Поцелуй Золушки

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первый рассказ о юной "золушке" - Эмме и королевском ловчем - Людвиге, который расследует череду таинственных убийств, все следы которых ведут к ней. Сможет ли он раскрыть тайну и прекратить смерти? ВНИМАНИЕ! Возрастное ограничение: 18+. Продолжая чтение текста, вы подтверждаете, что вам исполнилось 18 лет. Если Вам не исполнилось 18 лет, пожалуйста, закройте страницу.
ВНИМАНИЕ! Возрастное ограничение: 18+. Продолжая чтение текста, вы подтверждаете, что вам исполнилось 18 лет. Если Вам не исполнилось 18 лет, пожалуйста, закройте страницу.
  Поцелуй Золушки.
   Королевский ловчий был зол. Во-первых, он был голоден, но поесть ему не дали, несмотря на то, что он только что вернулся и планировал хорошенько пообедать. Во-вторых его вызывали к королю. Ничего хорошего это не обещало. В-третьих, его любимые сапоги прохудились и теперь дорогие шерстяные носки были влажными, а ноги мерзли. Это в молодости он не обратил бы внимания на такую мелочь, а теперь, после сорока он ценил тепло и уют. Ловчий шел привычным пружинистым шагом и его движения напоминали опасного хищника. Не слишком чистые после охоты сапоги громко стучали по чистому паркету дворца и слуги, видя это - морщились. Мало того, что придется подметать и мыть паркет, но и возможно - полировать или, о ужас! Менять плитки паркета, на которых стальные набойки ловчего могли оставить царапины. Король заметит - и прощай должность, а может и жизнь.
   Ловчий шел, не заботясь ни о слугах, ни о паркете. Он привычным движением протянул стражнику у входа в королевский зал свой кинжал в потертых ножнах и остановился, терпеливо ожидая приглашения. Дворецкий тихо приоткрыл дверь, выглянув наружу, увидел ловчего и поморщился, заметив не слишком чистые сапоги. Он хотел что-то сказать, но, встретившись взглядом с дерзким посетителем, отвел взгляд и предпочел промолчать. Вместо отправки ловчего на чистку сапог и всего снаряжения, он приоткрыл дверь и беззвучно впустил приглашенного в королевский зал.
   Король сидел за столом и не спеша ел жареного гуся. Горячий жир капал с толстых пальцев короля на блюдо и его немолодое, пухлое лицо озаряла довольная улыбка - гусь был вкусным. Ловчий поджал губы, медленно подошел и, не говоря ни слова, стал рядом со столом, ожидая короля. В животе предательски бурчало. Его величество облизнул свои пальцы и вытер губы чистым платком. Следом он протер им пальцы и повернул голову к ловчему, поморщился, как будто только что заметил его и недовольно сказал:
   - Наконец-то. Где тебя черти носили, Людвиг?!
   Ловчий выдержал паузу, не отвечая. Оправдываться было бесполезно и Людвиг спокойно ждал следующего вопроса. Король хмыкнул и продолжил:
   - Молчишь?! Правильно. А у меня для тебя поручение. Ну или приказ, считай как хочешь. Времени - месяц.
   Ловчий терпеливо молчал. Король задумчиво посмотрел на гусиную ногу с румяной корочкой и продолжил говорить:
   - Убийства. В Королевстве произошла серия убийств, а мои дворцовые люди ничего не могут сделать, подхалимы бесполезные. Ты - сможешь. Подробности тебе Альберт расскажет, а если коротко - то убивают дворян. Молодых. На месте остается лишь зола и...хрустальная туфелька, мать её. Уже пятерых кокнули. Смекаешь?!
   Людвиг молча кивнул. Король усмехнулся и глядя в серые глаза королевского ловчего, сказал:
   - Награду получишь, не сомневайся. Мне главное - чтобы дворян больше не убивали.
   - Понял, Ваше Величество, главное - чтобы дворян больше не убивали. Сделаю.
   - То-то же! Молодец! Свободен, - завершил разговор король и вгрызся в гусиную ногу, с которой снова потек горячий жир на блюдо с геральдическими цветами.
   Ловчий поклонился и вышел, тихо закрыв за собой дверь.
   Дворецкий вопросительно посмотрел на него и Людвиг кивнул. Альберт (так звали дворецкого) решительно зашагал, а за ним, не отставая, шел королевский ловчий. Спустившись на один этаж по винтовой лестнице, они оказались на первом этаже дворца, а затем, попетляв по коридорам, вошли в небольшую комнату, в которой обычно отдыхал дворецкий. На письменном столе лежали какие-то бумаги, стояла чернильница с гусиным пером, а сверху, придерживая листы, лежала королевская печать. Людвиг хмыкнул и присел на деревянный стул с простыми прямыми ножками, а затем спросил:
   - И давно?
   Альберт устало вздохнул, сел за стол и ответил, глядя на бумаги:
   - Неделю как уже. Дворцовая стража расследовать не стала - убийства не во дворце. Послали городских, а толку?! Лесника там нет, умер давно, а желающих работать в Проклятом Лесу не нашлось, так что пытался что-то сделать только глава городской стражи и его люди. Не вышло.
   - Значит в лесу?
   - Первое убийство. На поляне нашли только золу, шпагу и перстень. Молодой парень, из Мелицких. Сначала даже скрыть пытались - мол пропал, а шпага и перстень - не доказательство. Но когда погиб второй - засуетились.
   - Кто второй?
   - Лерик Борко.
   - Ого!
   - Да да. Богатенький ублюдок, да простят меня Боги. Картина та же, только в поле. Выжженный круг, полный золы. Оружие уцелело, цацки, металлические пуговицы - тоже. Пшеница высокая была, но не загорелась. Там были следы.
   - Какие?
   - Как будто кто-то бежал.
   - Один?
   - Нет, следов двое. Закончились в этом круге. Будто один бежал, а второй догонял.
   - А что-то ещё нашли?
   - Нет.
   - А как же...
   - Туфелька?
   - Ну да. Его Величество говорил...
   - Третий, четвертый и пятый случаи. На месте сожжения оставлена хрустальная туфелька. Размеры, форма, материал - одинаковые.
   - Где остальные случаи?
   - Лес, поле, у реки. Свидетелей нет. Вот места, где это произошло, - дворецкий достал карту, сдвинув бумаги и печать, указал места. Ловчий внимательно посмотрел на расстеленную карту, запоминая.
   - Ясно. Что-то ещё есть?
   - Есть, к сожалению. Масса жалоб королю от дворян. Поэтому, если не найти убийцу, то начнутся слухи об ослаблении королевской власти, попытки переворота и казни, много казней - и правых и виноватых, а убийца будет продолжать жечь. Беда!
   - А туфельки сохранились?
   - Конечно, - дворецкий достал из шкафа маленькую хрустальную туфельку и вручил ловчему. Тот оглядел обувь, провел по ней пальцем, понюхал его, а потом убрал в карман.
   - Спасибо, - ловчий поднялся со стула и кивнув дворецкому, вышел.
   В Проклятый Лес Людвиг решил заглянуть после обеда в трактире. Связь между убийствами очевидна, но вот первые два случая - без туфельки, странно. Вопрос в том, что такие туфельки не продавались и не делались в Королевстве. Ножка - маленькая, может быть это даже не обувь, а знак, послание?! Где-то он слышал про такие...Но где?!
   Когда Людвиг доел куриный бульон с лапшой и выпил кружку пива, он вытянул ноги и закрыл глаза на пару минут. Где-то звенела посуда, кто-то шумно сморкался, слышался пьяный смех, а потом он услышал похвалу похлебке из-за соседнего стола:
   - Ммм..вкусно! Прямо как в сказке!
   Ловчий открыл глаза и поглядел направо, откуда донесся звук. За соседним столиком уплетал свою похлебку немолодой мужчина. Блаженство на его лица и быстрые движения ложкой подтверждали его слова. Ловчий вспомнил - вот она, отгадка! Сказка! Туфелька была в сказке про Золушку. Правда там она никого не сжигала. Мда...
   Ловчий вздохнул, расплатился за еду и пиво и направился к первому месту убийства - в Проклятый Лес. Так его звали уже лет пятнадцать-двадцать. До этого он был безымянным и значился лишь как королевские угодья для охоты. Но как ни странно, именно лет пятнадцать-двадцать назад король почему-то перестал в нём охотиться. Ловчий устроился на свою должность недавно и теперь пытался сопоставить эти факты. Получалось не очень. До леса он добрался довольно быстро. Его пегая кобыла была не слишком шустрой, но выносливой и рысцой мягко донесла его до опушки, где он и остановился. Дальше Людвиг пошел пешком, привязав кобылу к дереву. Он не боялся, что её задерут волки - к седлу был привязан оберег от волков и даже если бы лесные хищники проходили мимо и не ели целую неделю, они бы ни за какие блага не приблизились к лошади. Кобыла фыркнула, провожая королевского ловчего и он, махнув ей рукой на прощанье, углубился в лес.
   Лес выглядел паршиво. Королевский ловчий отлично знал как должен выглядеть нормальный лес. Этот - нормальным не был. Везде была паутина и полузасохшие деревья, трава почти отсутствовала, а где была - желтела, живности не видать, даже неугомонных белок. Да и птицы не поют, а насекомых нет совсем. Он подошел к одному из деревьев, провел пальцем по коре и понюхал свою руку. Пахло странно - какой-то неуловимый запах....алхимии что-ли?! Деревья в лесу выглядели больными, но упрямо стояли, всё ещё борясь за свою жизнь. На елях и соснах хвоя частично опала и сухие иголки устилали землю. Ходить бесшумно по такой поверхности не сможет никто. Ловчий поджал губы и морщась от хруста хвои под ногами дошел до нужного места. Найти его было легко - это была опушка. Когда-то здесь были густые кусты, от которых теперь остались лишь почерневшие и обугленные ветви. Травы тоже не было - выжженный круг, в котором была только зола, обозначал место. Ловчий аккуратно собрал с края круга часть золы в небольшой сосуд с пробкой, который тут же убрал в сумку. Осмотрев место, он хотел было уже уходить, как вдруг замер - на самом краю выжженного круга лежала запонка. Людвиг не спеша подошел, стараясь не наступать внутрь выжженного круга, веточкой вытащил из круга серебряную запонку. Рассмотрев её, он убедился, что дворецкий не врал - на запонке был отчетливо виден герб семьи Мелицких. Видимо запонку стража просто не углядела. Ловчий убрал её в карман, не спеша обошел круг золы по краю и наконец нашел следы. Их было много, но трое следов отличались - двое самые старые, а третий - свежее, располагались отдельно от других. Видимо кто-то приходил позже, но этот кто-то был не из стражи, потому как следы стражи были самыми свежими и грубыми, да и сапоги, которыми оставили следы были одинаковыми. Странный след был осторожным и шел из самого леса, в то время как следы стражи шли снаружи, со стороны опушки. Это были сапоги, но не такие как у стражников - гораздо изящнее и уже. Может быть это убийца приходил ещё раз? Нет. След разительно отличался от тех двух и тем более от следов стражников. Интересно. Ну а два других следа были более-менее ясны. Один - след сгоревшего Мелицкого, а вот второй.... второй след был уже, меньше и мог быть женским. Третий и второй след не совпадали и Людвиг поморщился - загадка не решалась с наскоку.
   Людвиг вздохнул, отряхнул свой бело-серый плащ от упавшей на него с деревьев хвои и двинулся обратно - к лошади. Вокруг кобылы волчьих следов не было и он, похлопав лошадь по шее, дал ей овса из седельных тюков, а потом повел напоить к речке, которая текла неподалеку. Она шла мимо королевского дворца, пробегала мимо луга, входила в лес и заканчивалась на болоте. Из болота она никуда не уходила, поэтому и речкой её назвали лишь по приказу короля. В народе её звали Болотная, а на картах она красовалась под названием Чистая. Подойдя к реке, Людвиг нахмурился и остановил лошадь, которая уже хотела напиться. Вода выглядела странной - поверхность воды кое-где была покрыта пеной и от реки отчетливо несло алхимией. Ловчий тихо выругался и покачал головой - королевский алхимик, не иначе. Теперь понятно, что с лесом. Дитрих давно химичил, но очевидно только сейчас - окончательно потерял совесть. Поскольку король давно не охотился в этом лесу, Людвиг и не был в нём, а поэтому и не видел всего этого ужаса. Неудивительно, что лес сохнет, а живность сбежала. Пить такую воду? Нафиг-нафиг! Жизнь ещё дорога. Ловчий зло посмотрел на речку, потом на дворец и дал себе обещание заглянуть к алхимику для разговора. Потом он достал фляжку с пояса и напоил лошадь. Кобыла удивленно посмотрела на него и Людвиг пожал плечами:
   - Прости, Герда, больше нет. В конюшне обязательно напою.
   Он вытер флягу о свои темно-зеленые штаны, повесил её на место, вскочил на лошадь и не спеша отправился обратно в город. К алхимику его вели два дела - ругаться и просить помощи. Начал он с ругани. Так всегда было эффективней.
   - Дитрих, мать твою! Ты совсем обурел?!
   Алхимик удивленно вылупил свои глаза из-под толстых стекол очков и возмутился:
   - Что случилось-то?! Ты о чем!?
   - Опять химичишь?! А если король отравится водой из речки? А?!
   Дитрих вздохнул и ответил:
   - Выбросы не превышают разрешенные его Величеством нормы. Всё по-закону. Да и не будет король пить из этой реки, куда чернь ссыт.
   Ловчий прикрыл лицо ладонью, а потом спросил:
   - Ты речку видел? А лес?! Там же просто вымерло всё! Хрен с ней с рыбой, но лесу - конец! Ты хоть понимаешь?! И давно ты в реку химию сбрасываешь?
   - Всего пять лет.
   - Пять лет?! Всего?! Да ты охренел! То-то я и гляжу король в ту сторону даже не смотрит, когда выбирает куда ехать охотиться. Там же не на кого! Только на умирающие деревья и иголки под ногами. Мда...
   - Ты меня ругать пришел или по делу? - ядовито спросил алхимик.
   - Ладно. Что с тебя взять. Лесу уже конец. Будет у нас местом, куда мелких преступников водить будем - для острастки. Может тюрьму там построят. Впрочем, я действительно пришел по делу.
   - Тогда выкладывай.
   - Вот, посмотри! - Людвиг протянул алхимику небольшой стеклянный сосуд с пробкой, в котором виднелась зола.
   - Зола. Это из леса?
   - Ага. Проанализируй, от чего она.
   - Я это быстро! - обрадовался алхимик. Он высыпал золу в большую стеклянную банку, залил водой, потом поставил её на огонь и добавил в неё какой-то порошок. Цвет воды внезапно поменялся на красный. Алхимик позеленел.
   - Ну, что там? - нетерпеливо спросил Людвиг.
   - Секундочку, - попросил алхимик и долил что-то ещё. Жидкость стала чуть светлее и пошла пятнами желтого цвета. Алхимик побледнел и погасил огонь под банкой.
   - И что же это? - с фальшивой улыбкой спросил ловчий.
   - Это...это...человек. Был. Точно человек. Ошибки быть не может. Видел как цвет поменялся?!
   - Хм...спасибо. Я пошел. А на "Чистую" речку ты сходи. Там такая вода, что можно черпать и продавать как средство от тараканов. Может разбогатеешь.
   Ловчий, кивнув алхимику на прощанье, покинул лабораторию и вышел на улицу. Пора было заняться остальными местами.
   Поле, где не было туфельки, он осмотрел вторым. Жесткая щетина срезанной серпами пшеницы обнажала землю и Людвиг мог видеть поверхность. Он искал следы и нашел их. Как и говорил дворецкий, следов было двое - судя по расстоянию между шагами, кто-то сначала шел, а потом ускорился, а затем побежал. Справа к этим следам шли другие - более грубые, от сапог. Они тоже сначала шли, потом бежали. Людвиг заметил две вмятины на дорожке первых следов - видимо беглец споткнулся и упал на колени, затем встал и побежал снова. Затем следы пересеклись и оба бегуна упали на землю. Хм... а вот и пятно. Выжженный круг было видно издалека и именно к нему вели следы. Людвиг осмотрел золу и на этот раз ничего не нашел. Торчащие из земли по краям круга остатки пшеницы не пострадали, словно рядом и не горело ничего. Ловчий покачал головой и набрал золы в стеклянную баночку, а потом вернулся в город. Алхимик с мрачным выражением лица повторил процедуру исследования и выдал тот же результат. Людвиг молча кивнул и ушел не прощаясь. Он шел по городу и размышлял. Значит это правда - сожгли людей. Как это могло случиться? Судя по следам никто не тащил с собой бочки со смолой и дрова, пшеница не пострадала, а значит...это могла быть магия. Хреново. Тот, кто может в мгновение ока сжечь человека и не пострадать сам - опасный противник. Надо наведаться к придворному чародею, хоть и не хочется. Надо!
   Придворный чародей по слухам был очень вредным старикашкой. Ему платили много, а делал он мало, потому как был постоянно чем-то занят. Он никогда не отказывал королю, но вот остальные люди почему-то считали его заносчивым и жадным. Людвиг потоптался около узорчатой деревянной двери в магическую башню, а затем, собравшись с силами, решительно постучал. Ответа не последовало, хотя наверху башни горел свет и чародей явно был на месте. Ловчий постучал снова - никакого ответа. Он уже собрался ударить ногой, но тут цветочные узоры на деревянной двери внезапно изменили рисунок и перед обалдевшим Людвигом возникло злое деревянное лицо, которое спросило:
   - Чего надо?!
   - По поручению короля, ловчий Людвиг. Дело есть. Королевское! - добавил он, немного нервничая - деревянная рожа была страшная. И это - дверь. А внутри что же будет?!
   Дверь бесшумно отворилась внутрь и в нижнем помещении башни тут же зажегся свет, а с самого верха он услышал недовольный старческий голос:
   - Поднимайся, раз королевское.
   Ловчий хмыкнул и принялся подниматься по каменной лестнице, ведущей наверх башни. Ступени были не слишком крутыми, но когда он поднялся наверх, ноги порядком устали - башня была не маленькой, а ловчий - не слишком молод. Людвиг постоял немного перед дверью на верхний этаж, отдышался и решительно вошел внутрь. Верхний этаж башни был не велик, но тесно там не было - вдоль стен стояли книжные шкафы битком набитые толстыми фолиантами, в центре комнаты разместились столы с какими-то инструментами и книгами. Незаправленная кровать стояла у окна, а рядом с ней расположился стол, на котором валялись свитки, лежал чистый пергамент и стояла чернильница с разноцветным пером. Чародей стоял к Людвигу спиной, частично закрывая своим телом обнаженную мраморную статую. Ловчий кашлянул и придворный чародей повернулся, открывая для взгляда Людвига красивое женское тело, застывшее в камне.
   - А это голем или скульптура? - начал ловчий, но чародей перебил его:
   - Давай к делу, я очень занят.
   Ловчий кивнул и коротко рассказал то, что ему было известно, а затем протянул колбу с золой. Чародей задумчиво посмотрел на содержимое стеклянного сосуда и пожал плечами:
   - Анализировать это?
   - Ну да. Магия есть? Или просто зола?
   - Есть. Можешь убрать колбу.
   - Значит убил маг?
   Тирстен (так звали чародея) отрицательно покачал головой и ответил:
   - Не факт. Ведьма, маг, чародей, волшебник, долбанули со свитка, магический посох, жезл с зарядами огня, колба с магическим зельем, магический выброс, продолжать?!
   - Кхм... я думал тут всё проще. А что за выброс? Остальное-то понятно.
   - Ну...это когда человек или зверь не может контролировать свои магические силы и они проявляются спонтанно или при определенных условиях. А так - человек как человек, магии ноль, не определить пока не взорвется.
   - Взорвется?!
   - Ну....не так конечно. Активируется. Триггернет. Сработает условие. Произойдет неконтролируемый внезапный всплеск магической энергии. Называй как хочешь. Ну и заклинания разные бывают. Иногда это дождь - обычно этим деревенские священники балуются, иногда это извержение вулкана - помнишь как в Луртии город звездой накрылся?
   - Да уж. А это тоже из-за всплеска?
   - Ага. У одной из жительниц убили сына прямо у неё на глазах. Дебилы. Из-за кучки идиотов целый город лавой нахрен залило за две минуты - там рядом был вулкан, потухший лет двести назад. И она погибла и нападающие и все остальные в городе. Поэтому и пришлось разработать специальные амулеты. Я тогда был сильно моложе и ещё преподавал в Академии. Собрали магов, изучили проблему, нашли решение. Правда в нашем королевстве такой один - я большую часть перед переездом в это королевство в Луртии оставил, а для новых нужен ингредиент, которого здесь нет.
   - Кхм....это сильно усложняет мои поиски.
   - Не слишком. Я могу дать тебе такой амулет. Если это действительно всплеск, то он тебе точно пригодится. Вернешь потом.
   - Мне его носить? Или... что с ним делать-то?!
   - Можешь носить на шее, можешь в карман положить.
   - А потом?
   - А потом, если это "всплеск", то он станет светиться.
   - Понял. Где амулет?
   Тирстен подошел к чернильнице, открыл ящик стола и достал оттуда шестиконечную звезду, вписанную в круг на металлической цепочке. Звезда была прозрачной и слегка блестела. Людвиг взял амулет в руки, убрал его в карман, поклонился и собрался уходить, но вдруг остановился. Он ткнул пальцем в сторону статуи прекрасной голой женщины и спросил:
   - Зачем Вам эта статуя? Живых девок могли бы пригласить. Вы же не бедны. Или денег жаль? В городе есть неплохие бабенки, я знаю адрес...
   Тирстен прижал ладонью к своему лбу и страдальчески закатил глаза:
   - Это моё хобби, понятно?! Я делаю скульптуры. Медленно, без магии, только инструментами. А баб в моей башне не надо. Я повидал всякое за свои годы. Живые и, чтобы сразу закрыть вопрос, мертвые женщины мне - не нравятся, тем более, что некромантия под запретом. Скульптура - это совсем другое. Она не постареет и не будет трахать мозг, не изменит и не бросит тебя, не заразит срамной болезнью. Она всегда прекрасна, радует глаз и молчит. Доволен?!
   Людвиг смутился и пробормотал:
   - Извините, я ляпнул не подумавши. Я никому не... - начал он, но Тирстен устало прервал его:
   - Да похрен. Меня и так считают долбанутым чародеем, так что на репутацию мне давно начхать. Сколько не делай добра этим сраным людям, они всё равно найдут то, что позволит им тыкать в тебя пальцем и шептаться между собой. Достаточно того, что ты будешь хоть немного отличаться от них и вуяля - ты уже нелюдь и чудовище. Ладно, ловчий, свали уже, мне надо работать.
   Ловчий кивнул и быстро зашагал на выход. Спуск дался ему гораздо легче чем подъем и ему было ужасно стыдно за себя. Чародей оказался вовсе не уродом, а просто усталым профессионалом с безобидным хобби, а он, вот досада, этого сразу не понял и вел себя как....как все остальные в королевстве. Стыдоба то какая! Надо будет...хм..извиниться при случае, жаркое с вином прислать или шкуру какую - пол в башне каменный, как раз пойдет постелить у кровати. Надо же - скульптор! Кто бы мог подумать?!
   Дверь нижнего этажа башни был открыта и Людвиг, выйдя из неё, взглянул наверх. Окна на вершине башни горели мягким золотистым светом. Ловчий вздохнул и направился в своё "логово" - небольшой домик у городской стены, который ему выделили, когда приняли на службу. Надо отоспаться и с утра обследовать остальные места, где произошли убийства.
   Утро началось как обычно - отлить, умыться, перекусить в таверне неподалеку, а потом - за дело. Осталось всего три места, которые Людвигу осталось проверить, ведь именно там нашли хрустальные туфельки. Ловчий задумчиво повертел в руке хрустальную обувь, сунул её в карман куртки и подошел к своей лошади. Она мерно хрустела овсом и ни о чем не беспокоилась. Людвиг даже немного позавидовал ей - простая жизнь, нет тревог, кроме оводов летом и что пожрать. Эхх... Ловчий не спеша влез на лошадь и тронул её бока сапогами, а Герда медленно начала движение и пошла вперед, к городским воротам. Надо было ехать в лес. К счастью - не в тот же, а в нормальный - с травой, птицами, белками и запахом хвои. Впрочем, это не меняло того факта, что там магией убили человека. Так что лес не при чем, дело в людях. Идею о том, что всплеском был зверь, Людвиг отбросил сразу. Следы-то были человеческие. Других не было, а значит - человек. Какие же причины заставили убивать? Или что было катализатором "всплеска"? Эти мысли мелькали в голове королевского ловчего, пока он ехал к Западному лесу. По дороге ему встретились знакомые охотники, он небрежно кивнул им, они поклонились в пояс. На телеге за ними виднелась туша огромного кабана - их в лесу было много и несмотря на то, что мясо было жестковато, оно пользовалось спросом. Эти туши разоряли посевы и огороды и король разрешил не брать за них пошлину, а бить нещадно. Прибыв на место, ловчий не нашел ничего нового, кроме следов. В этот раз следы убийцы двигались рядом с жертвой не спеша - шаги были небольшими, словно они прогуливались. Аналогичная картина оказалась и в остальных местах. Не найдя ничего нового, Людвиг вернулся в город и крепко задумался. Общее у этих мест было то, что все они были далеко от жилья и людей. Доказательств в принципе было мало, но с учетом того, где начались убийства, искать надо в Проклятом Лесу. Может быть там что-то или кто-то найдется. А ещё - надо посетить усадьбу Мелицких, вдруг там что-то знают. Но это - потом.
   На этот раз Людвиг оставил свою лошадь в городе. Неизвестно, сколько он прошляется по лесу, а Герду и кормить и поить будет некому. Поэтому он вручил поводья королевскому конюху и добавил сверху пару серебра - чтобы не возмущался. Людвиг взял с собой флягу с водой, сухари, амулет в виде звезды, свой кинжал и спички. Это новое изобретение королевского алхимика выручало его не раз - они работали гораздо лучше чем огниво и кремень.
   Лес встретил Людвига тишиной. В ней хруст иголок под ногами был слышен издалека и Людвиг, вздохнув и пожав плечами, направился быстрым шагом по тропинке, которая вела вглубь. Дикие звери не пугали его - он знал, что в этом лесу их нет. Почему? Потому что жрать нечего, а вода - отравлена алхимией. В таком лесу мало кто может выжить - только человек. Он не ошибся - спустя час ходьбы он наткнулся на поляну, которая была покрыта зеленой травой и цветами, а в центре стояла деревянная избушка. Строение было отнюдь не ветхим - дерево пахло свежей смолой, доски ещё не потемнели, а стекла (ну и дела! Они же состояние стоят!) блестели в окнах. Нехорошо. И очень странно.
   Окошко распахнулось и из него выглянула старуха. Её лицо когда-то было миловидным, но возраст брал своё - морщины бороздили кожу, глаза были тусклыми, волосы - седыми. Она улыбнулась и Людвиг вздрогнул - части зубов не хватало. Старуха хихикнула и сказала:
   - Не пугайся, милок, я не кусаюсь. Трудно это - с такими то зубами. Заходи, поговорим, чайку налью. Не просто же так ты по Проклятому лесу шляешься один и без охраны.
   Людвиг хмыкнул и подошел к дому, помедлил немного и взялся за ручку деревянной двери. Она открылась без скрипа - мягко, словно петли кто-то специально смазывал. Внутри избушки было уютно - под потолком висели травы, стол был накрыт чистой белой скатертью, на полу пестрел яркий половичок. Пахло приятно и внутри было светло. У дальней стены стояла беленая печка, а у стола - две скамьи. Людвиг присел на ближайшую. Старушка представилась:
   - Меня Юстиной зовут. Я травница местная. Меня тут все знают.
   Ловчий кивнул и представился в ответ:
   - Я Людвиг, королевский ловчий. Недавно работаю.
   - Кого же ты пришел сюда ловить, милок? Зверей в лесу уж много лет как нет - разбежались или передохли. Трудно здесь, но зато налог не надо платить - вот и живу здесь.
   - Одна?
   - Почему же? У меня дочка есть - умница. Эммой зовут. Она мои травы в город возит и продает. Я-то уже плоховато хожу, зато травки мои - целебные и дорогие, хорошо в городе покупают. Кому от хвори, кому - в помощь.
   - В смысле? В какую такую помощь?
   - Да не пугайся, это я про усиливающие травы. Ну, которые помогают мужчинам и женщинам быть выносливее и веселее. В кровати. Понял?
   Людвиг слегка покраснел и кивнул.
   - А что за дело тебя сюда привело, милок?
   - Дело? Ах да, важное дело - убийство.
   - И кого же ты убить собрался? Меня?! Или дочь мою?! - старуха испуганно вздрогнула.
   Людвигу стало стыдно, он быстро-быстро отрицательно замотал головой и сказал:
   - Что Вы, что Вы! Я расследую убийство, которое в этом лесу произошло. Молодого парня сожгли на опушке.
   Старушка ахнула и всплеснула руками:
   - Батюшки! Кошмар-то какой! На костре сожгли? Изверги! За что?
   - Да нет. В том-то и дело, что не на костре. Магией!
   - Охохо. Я про магию мало знаю, я - травница. Да и дочка моя - не волшебница. А про случай этот я не знала. Плохо это. Как нам теперь жить-то? Вдруг и нас - сожгут?!
   - А сколько же Вам лет, Юстина?
   - Да шестьдесят пять в этом году отпраздновала. Но ничего, поживу ещё.
   - А что же Вы едите с дочкой?
   - А она с рынка городского привозит.
   - Привозит? На чём?
   - На тележке. Лошади-то нет у нас. Да и была бы - чем её здесь кормить? А травки наши - они не на корм лошади, они - наше богатство. Только они нас и кормят.
   - Понятно. А Эмме сколько лет?
   - Молодая она. Всего двадцать годков ей.
   - А муж Ваш где?
   - Умер. Лесником он был здешним. Да горе у нас случилось.
   - Какое?
   - Двадцать лет назад, а может чуть больше, запамятовала я, лес ещё был хорошим. Мы с мужем жили здесь - он за лесом смотрел, а я травы изучала. Детей у нас не было, уж не знаю почему, но - не дали нам Боги деток. Он, конечно, горевал, но со мной не расстался, я тогда была чудо как хороша, не то что сейчас - старуха, по-другому не скажешь! А потом случилась беда.
   - Кхм...и какая же?
   Прохладный ветерок прошелся по спине Людвига и он обернулся. Оказалось, что это открылась дверь. На пороге стояла молодая девушка. Она была хороша - чуть румяные нежные щеки, большие голубые глаза, волнистые золотистые волосы, розовые губы и прекрасная фигура. Людвиг сглотнул слюну. Медальон на его груди тревожно замигал красным, но он не мог оторвать взгляд от Эммы и поэтому пропустил начало удара. Юстина двигалась очень быстро и только рефлексы, отточенные до автоматизма, спасли Людвига. Тонкий и узкий нож прошел сквозь одежду, лишь слегка оцарапав ребра Людвига справа, вместо того, чтобы убить сразу. Ловчий крутанулся на месте, пропуская нож дальше и уходя с линии атаки, а затем отточенным движением выбил его из руки старухи на пол. Нож упал, а Эмма, которая стояла на пороге замерла от ужаса. Юстина, морщась от боли в руке крикнула:
   - Беги, дура!
   Людвиг на мгновение растерялся. Бросится за Эммой? Или закончить со старухой? Он рванул за девушкой, но Эмма уже выбежала из домика, хлопнув дверью перед носом Людвига и момент был упущен. Юстина схватила кочергу и попыталась ударить ловчего в спину. Пришлось уклоняться, перехватывать кочергу и тут он внезапно почувствовал, что его ноги и руки становятся ватными, а в глазах мутнеет. Он рухнул на пол и мог лишь бессильно наблюдать как старуха заносит над ним кочергу. Словно сквозь сон он услышал девичий крик:
   - Нет, мама! Не надо! - и потерял сознание.
   Очнулся он от того, что никак не мог удобно лечь - что-то мешало. Оказалось - связанные руки и ноги. Он хотел что-то сказать, но не смог - во рту был кляп и он лишь замычал.
   - Очнулся, злыдень! - недовольно сказала старуха. Людвиг с трудом открыл глаза и увидел стоящую рядом Юстину и её дочь Эмму. Девушка морщила лобик, а старуха с ненавистью глядела на пленника. Ловчий замычал, но старуха не вынула кляп, а спросила:
   - Доволен?! Что теперь с тобой делать-то? В реку?! Или просто кровь пустить и выкинуть?!
   - Мама! Что ты говоришь! Это же человек! Что он нам сделал?!
   - Что сделал?! Да он за тобой пришел! Он тебя убить хочет!
   - Мммм!!! - возмущенно замычал Людвиг.
   - Вон как злится-то, что не получилось! Видишь?!
   - А может ему самому дадим сказать?
   - Нет! Он будет врать и изворачиваться! Ты давай собирайся, бал скоро. Надо ещё успеть принца поцеловать!
   - Мама! - покраснела девушка, - а может не надо?!
   - Надо! Эти уроды надо все надо мной надругались двадцать один год назад! Теперь один остался. Неужели ты не поможешь матери отомстить?!
   Девушка опустила голову и сказала:
   - Куда деваться-то. Теперь пути назад нет. Где платье?
   - В шкафу. А этого придурка я здесь подержу. Не буду с ним ничего делать, раз ты не хочешь. Я ж не злодейка. Он не смог ничего пока сделать - поэтому его и не буду убивать. Пока. Ты как с бала пойдешь - отпущу его на все четыре стороны. Ну или в лесу где привяжу, поближе к городу - его попозже найдут, когда мы уже далеко будем.
   - Правильно, мама. Те - виновны, а этот - ещё нет. Ну а вдруг принцу я не понравлюсь и он целоваться откажется?!
   - Ты на себя в зеркало погляди. Он влюбится сразу. Ты - молодая, красивая, да и духи я тебе дам специальные, ну и отвара волшебного выпьешь - все мужики будут мечтать просто рядом постоять, а уж поцеловать - никто не устоит, если предложишь.
   - Ох...это же принц....
   - Не переживай. После поцелуя просто беги сюда. И целуй его не на людях, лучше в какой-нибудь комнате уединитесь. Представляю как он вспыхнет! Как сухой веник в печке! И тогда месть будет завершена и мы наконец уедем отсюда. Денег-то теперь у нас много - где угодно хватит начать заново жить. Король должен заплатить за твоего отца. Ведь это он его убил. Тварь!
   - Ты же говорила, что у него сердце остановилось!
   - А я и не врала. После того как эти ублюдки меня изнасиловали толпой, твой отец, как узнал об этом, пошел за справедливостью во дворец. Хоть и хороший он был человек, но наивный. Король рассмеялся ему в лицо. Вот сердце у отца и не выдержало. Король-то ведь тоже на той охоте был, но не остановил их. Он, скотина, единственный из них дожил до наших дней. Поэтому - после принца, поцелуй и его. Пусть тоже умрет. Только платье запасное возьми и спрячь где-нибудь заранее, а то как ты к королю голой пойдешь?! Платье-то на тебе после поцелуя принца - сгорит!
   - Стыдоба-то какая! Вдруг кто-то увидит! Другие-то одни были! Ну, на природе. Там кроме комаров, никого. А здесь - дворец!
   - Поэтому и говорю, с принцем уединись в отдельной комнате. Подальше от остальных.
   - Ой, а платье-то какое....оно же полупрозрачное! И короткое! Ох.. Коленки видны! Да что коленки?! Бедра выглядывают! Стыдоба!
   - Не переживай. Так надо. Принц молодой, он тебя увидит и сразу внимание обратит. Остальные-то на балу будут в платьях в пол и закрытые наглухо. Потанцуй с ним. Пофлиртуй, подразни его и позови ....поболтать наедине. Там и целуй!
   Людвиг бессильно дергался в путах и мычал, но веревки были завязаны крепко - руки уже начали неметь, а кляп сверху завязан тряпицей - не выплюнуть.
   Эмма оделась в новое платье, надела поверх него балахон с капюшоном, взяла дорожную сумку со вторым платьем, выпила какое-то зелье, что дала ей мать и на мгновение задержала взгляд на Людвиге. Ловчий умоляюще поглядел на неё и отрицательно замотал головой. Девушка вздохнула и отвернулась, а потом решительно вышла из избушки. Когда её шаги стихли вдали, Юстина ухмыльнулась и сказала:
   - Вот и всё. Моя месть свершится. Ну а тебе - конец. Нечего свидетелей оставлять, тем более таких как ты. Слишком много ты услышал. Ты как предпочитаешь умереть? Могу настойку дать и просто уснешь, а могу заколоть как кабанчика. Хотя...есть ещё идея. Запру тебя в доме, а дом - подожгу. Чтобы никто потом здесь своими ногами не топтался и не вынюхивал. Хотя можно и до реки дотащить, но слишком тяжело - жирноват ты, скотина.
   Старуха проверила веревки, которыми был связан Людвиг, кляп, и, поднатужившись, положила его прямо в пустую печь. Внутри было сухо и пока не горячо. Людвиг представил что будет дальше и мысленно застонал. Юстина закрыла заслонку печи и стала собираться - через неё было слышно как она, напевая песенку, складывает травы в мешок, собирает склянки с зельями, проверяет, не забыла ли что. Людвиг попытался развязать веревку на руках, но тщетно. В печке было темно и тихо. Сколько прошло времени, ловчий не знал, он даже стал дремать. Внезапно Людвиг услышал громкий звук - удар и грохот, потом крики Юстины и звуки борьбы. Затем всё стихло. Людвиг изо всех сил замычал. Заслонка печки отошла в сторону и ловчий услышал удивленный возглас:
   - А это кто ещё здесь?!
   Из печки, чертыхаясь и пыхтя, Людвига с трудом вытащил придворный чародей - Тирстен. Он развязал веревки и Людвиг с наслаждением вытащил кляп из своего рта. Щурясь от яркого света, ловчий огляделся. На полу, связанная и с синяком на щеке, сидела Юстина. Она злобно смотрела на мужчин и молчала. Дверь в избушку была выбита, а её остатки валялись на полу - видимо Тирстен долбанул магией. Чародей улыбнулся Людвигу и сказал:
   - Извини, что не сразу. Мне надо было всё услышать, да и от моей башни до этой хибары ещё доехать надо.
   - В смысле?! - удивился ловчий, - что услышать и, главное, как?!
   - Твой амулет не только реагирует на "всплеск" и мигает, но и позволил мне всё слышать. Поэтому я сразу не примчался - беседой вашей наслаждался. О, каламбур! Я давно подозревал Юстину в том, что она хочет убить короля, но доказательств не было. Теперь - есть. Людвиг, твоя задача - перехватить Эмму, до того, как она отравит принца и короля.
   Старуха презрительно засмеялась:
   - Ха ха ха, знатоки! Какой, нахрен, яд?! Идиот, ты, хоть и чародей. Я этот мерзкий городишко вот уже несколько лет накачиваю одним хитрым зельем. Ночью в колодец на городской площади его лью. Оно безвредно, само по себе, но постепенно накапливалось, попадая во все блюда дворца, еду дворян, напитки. Но вот если добавить кое-что - будет очень весело. Эмма не знает, но её поцелуй - лишь катализатор реакции. Если она кого-то поцелует, то вещество, которое в её крови - сработает и будет огненная вспышка. Ну а сама Эмма не пострадает, я её специальным чаем каждое утро пою. Так что, опоздали вы, касатики. Она уже на балу небось танцует с принцем. Так что - развяжите меня и можете валить на все четыре стороны. Или вы меня убить решили? Духу не хватит. По глазам вижу. Ну?!
   - Людвиг, ты давай за Эммой во дворец - у избушки мой конь привязан, а я эту ведьму покараулю. Она права - у меня не хватит духу её убить, да и для королевского палача надо что-то оставить. Поспеши!
   Ловчий кивнул, выскочил из избушки и увидел коня чародея. Это было мощное животное белого цвета с изящным, почти дамским седлом и дорогой сбруей. Конь подозрительно посмотрел на Людвига, но тот быстро отвязал его от дерева, решительно вскочил в седло и ударил сапогами по бокам животного. Конь всхрапнул от неожиданности и помчался рысью, а затем галопом через лес. Деревья мелькали по сторонам и ловчий, прижавшись к коню, мчался в город, боясь опоздать. Белый конь молнией пронесся по лесу, проскакал через поле и вдали уже показался город. Скорость была потрясающей и Людвиг мысленно позавидовал чародею - он почти летел над землей, быстро приближаясь к городу. Стража, видя стремительно приближающегося всадника, хотела закрыть ворота, но Людвиг заорал во всё горло:
   - Королевский ловчий! Угроза королю! Открыть ворота, мать вашу!
   Его голос узнали и ворота открыли полностью. Он промчался мимо створок ворот, слившись с конем в одно целое и подковы звонко зацокали по городской мостовой. Конь мчался, поворачивая в нужных местах, выбивая искры из брусчатки, спеша и не останавливаясь, слыша вслед лишь ругань и испуганные возгласы. До дворца Людвиг доехал очень быстро и спрыгнул с коня, не заботясь о приличиях. Стража у ворот уже начала опускать алебарды, но узнав Людвига и услышав его крик:
   - С дороги, король в опасности! - пропустила без проверки и помчалась за ним следом. Ловчий мчался огромными прыжками, мысленно матеря строителей, который возвели красивую каменную лестницу, круто заворачивающую и ведущую вверх - во дворец. Людвиг издали слышал звуки музыки и смех танцующих и веселящихся гостей, звон бокалов и общий шум королевского бала. Стражники пыхтели сзади, не успевая за быстрым ловчим. Вбежав на верхнюю площадку, с которой начинался коридор, ведущий в большой зал, Людвиг остановился, жадно хватая воздух. Его лицо было красным и ноздри раздувались, а грудь ходила ходуном. Опоздал. Ему навстречу, понуро опустив лицо, шла Эмма. Её красивые ножки выглядывали из под короткого платья, а лицо было заплаканным. Она увидела Людвига и пошла ему навстречу. Людвиг застыл. Мысли вихрем пронеслись у него в голове - принц мертв, король тоже, а эти придурки на балу даже не в курсе. Ловчий с трудом успокоил дыхание и спросил:
   - Где принц?!
   - Там, - огорченно указала Эмма на одну из дверей, ведущих в боковые комнаты.
   Ловчий бросился туда, с силой дернул ручку двери, широко открывая её и ожидая увидеть обгорелые внутренности комнаты, наполненные пеплом, который когда-то был принцем. Девичий визг и злой голос принца был ему ответом:
   - Какого черта, Людвиг?! Зачем ты вламываешься ко мне?! Вы, что, сегодня все, белены объелись?!
   Людвиг широко раскрыв от удивления глаза, смотрел на кровать, на краю которой сидел полуголый принц, а из под одеяла выглядывала графиня Деринская, стыдливо подтянув его до самого лица. На столике у кровати стояла бутылка шампанского и два бокала. Ловчий помотал головой и спросил:
   - Ваше высочество, простите, а Ваш отец...
   - Пьянствует в главной зале, иди уже к нему и оставь нас в покое, да что же такое сегодня творится! То дуры полуголые лезут целоваться, то ты...
   Людвиг решительно закрыл дверь, больше не слушая принца, и быстро зашагал в главную залу. Он издали увидел короля, который чокался пузатым хрустальным бокалом, наполненным красным вином, с кем-то из гостей. Людвиг облегченно вздохнул и бросился назад. Эмму он нашел на дворцовой лестнице. Она сидела на одной из каменных ступенек и громко рыдала. Он сел рядом, обнял её за плечи и сказал:
   - Ну ну....всё хорошо.
   Эмма резким движением скинула его руку и всхлипнув, сказала:
   - Я не смогла! Он смеялся надо мной! Как же я так...
   - Что же случилось? - осторожно спросил Людвиг.
   - Принц! - возмущенно сказала Эмма, - он посмеялся над моим нарядом, не стал со мной танцевать и ушел с какой-то молодой женщиной! Скотина! Я же лучше её!
   - Ну-ну...успокойся! А король?!
   - Король, когда увидел меня, велел идти домой и переодеться во что-то более пристойное. И даже не позволил поцеловать ему руку! Никто не хочет со мной целоваться! А я старалась! Пила этот мерзкий чай каждое утро! Оделась как шлюха! Пришла сюда! И всё ради мамы! Уууу! - снова зарыдала Эмма.
   Людвиг вздохнул и помог плачущей Эмме подняться. Он повел её из дворца и жестом показал королевской страже, что справится сам. Запыхавшиеся и красные стражники, буркнули что-то себе под нос и пошли вниз - к постам. Ловчий вел Эмму и размышлял. Девушка была чудо как хороша, но принц и король ею побрезговали. Юстина просчиталась и принц остался жив. Ну и король, само-собой. Убийца найден, но что делать с Эммой?!
   Когда Людвиг дошел до дворцовых ворот, там его уже ждал придворный чародей Тирстен. Он улыбался. Ловчий нахмурился и тихо спросил:
   - Что делать-то?
   Тирстен молча повел их к стоящей неподалеку карете и когда Эмма села внутрь, жестом пригласил Людвига подняться на место извозчика. Ловчий пожал плечами и влез на скамейку, а Тирстен за ним. Чародей стегнул лошадей и карета не спеша тронулась. Людвиг спросил:
   - Что с Юстиной?
   - Она уехала.
   - Куда?
   - В соседнюю страну. Покушение на короля - это очень плохая идея и возможно её будут искать, только если..
   - Если что?
   - Если ты не согласишься с моим планом.
   - Каким ещё планом?
   - Это долгий разговор, - усмехнулся чародей.
   - Я никуда не спешу. Выкладывай. Ну и про дальнейшую судьбу Эммы расскажи. И что мне доложить королю.
   - Вариантов два. Первый - ты сейчас берешь Эмму и ведешь её в королевскую тюрьму, а её мать объявляют в розыск. Эмму казнят, ты получишь премию и будешь дальше служить, помня о том, что из-за тебя погибла молодая глупая девчонка, которая почти ни в чём не виновата.
   - Разве? Она же хотела...
   - Но не сделала.
   - А другие? Те кто сгорел?
   - Про то, что произойдет с первым, она не знала. Она даже любила его. Они встречались, но на беду, он был потомком того, кто изнасиловал Юстину. Именно она решила отомстить за свой позор и смерть мужа руками дочери. Эмма - лишь орудие. Наивное, глупое орудие.
   - Но она не могла не знать про остальных, что с ними будет когда...
   - Её мать может быть очень убедительной. Ну и если ты помнишь, она не хотела этого. Вспомни следы. Она случайно встретилась со вторым и он захотел её поцеловать. Она - не хотела. Ты же видел следы?
   - Видел, - помрачнел Людвиг, - но убегала она только во втором случае. В остальных - спокойно шла рядом.
   - Верно. Но я тоже провел своё расследование. У меня другие возможности и вот что я тебе скажу - яблоко от яблони недалеко катится.
   - В смысле?
   - Третий случай. Она не бежала, потому что попалась и ей грозила смерть. Мой магический соглядатай заметил её издали и тот придурок вел её за руку, чтобы она не вырвалась, а в качестве аргумента использовал одноразовый магический посох из ольхи.
   - Так вот почему я его не нашел. Он сгорел?
   - Именно. Вместе с горячим дворянчиком. Третий хотел её изнасиловать. Ну а если побежит - сделать это с ещё теплым телом.
   - Мерзость. Я бы тебе поверил, но я этого не видел. Ладно. Допустим так, а что со следующим?
   - Четвертый и пятый сами её поцеловали. Она возражала, но умолчала о последствиях. Ну а туфельку её мать подбросила, чтобы запутать следы. Как оценишь?
   - Умолчание - одна из форм лжи.
   - Согласен. Но виновна ли Эмма?
   - Несомненно.
   - И не заслуживает жалости? Пощады? Снисхождения?
   - Трудный вопрос.
   - Я знаю. Вот и ей было трудно. С одной стороны - мать, которая давила на неё каждый день и готовила её к мести, с другой стороны - эти молодые кобели, готовые завалить симпатичную крестьянку прямо в поле, совершенно не думая о последствиях. Как полагаешь, сколько бастардов гуляет по окрестным деревням? В том числе королевских?
   - Так она... - Людвиг неверяще уставился на Тирстена, - она...
   - Незаконнорожденная принцесса, ты угадал. Именно поэтому ни принц, ни король не подпустили её к себе.
   - Они знают?!
   - Нет, что ты! Это интуиция, чутье, голос крови - зови как хочешь, но факт остается фактом. Принц - тот ещё кобель, он перетрахал половину дворца, а вторую перетрахает чуть позже, но и у него есть чутье. Его не остановили бы никакие слухи, а её платье, да и фигура, многих заставили задуматься, а не променять ли этот скучный бал на веселые скачки в кровати?! Только она их всех послала, а принц - послал её. На автомате, на чутье, сам не зная почему. Ну и король тоже. А вот Юстина - не врала.
   - О чем?!
   - О том, что она весь город сделала бомбой. Ну а дочь - детонатором.
   - Дето..что?
   - Тем, что поможет взорваться бомбе. Фитилем, искрой.
   - А как же всплеск?! Ты лгал мне?!
   - Да. Уж извини. Амулет - он реагирует на магический дар, но этот дар есть у каждого десятого, даже у крестьян. Не сжечь всех, а быть волшебницей. У Эммы он есть. И тут мы подходим ко второму варианту.
   - Какому?
   - Я заберу её.
   - Зачем?! Куда?!
   - Она сможет учиться далеко отсюда, стать волшебницей и забыть этот кошмар.
   - Ясно. Очень благородно, но я не вижу твоей выгоды. Ты же не просто так это делаешь?!
   - Естественно. Помимо той мелочи в золоте, что мне дадут за новую ученицу Академии, я получу большее - будущую благодарность.
   - Не понял.
   - Да что тут не понятного?! Я периодически поставляю новых адепток в Академию. Они помнят меня как доброго дядюшку, спасителя их шкур, благодетеля. Ну а потом, когда они заканчивают Академию, некоторые из них чего-то добиваются и иногда делают что-то мне в ответ. Кто деньгами, кто услугами, кто информацией. Я их навещаю во время учебы и поддерживаю хорошие отношения, учу кое-чему по-мелочи, хвалю, напоминаю о себе.
   - Почему ты всё это мне рассказываешь?! - удивился Людвиг. Чародей усмехнулся:
   - Потому что, если ты выберешь второй вариант, ты меня не сдашь.
   - А если первый?
   Тирстен пожал плечами:
   - Ты не похож на самоубийцу.
   - Убить королевского ловчего - плохая идея.
   - Мне это незачем. Сам подумай что будет с тобой, когда в итоге выяснится, что ты подвел под топор палача королевскую кровиночку.
   - Черт. Действительно. А если третий вариант? Рассказать королю о его дочери.
   - Ты дурак что-ли?
   - Ну, допустим, король окажется сказочным до...бряком и примет дочурку в распростертые объятья. Как думаешь, сильно она будет рада жить во дворце, зная, что её отец изнасиловал её мать? А как насчет насмешек? Не любят у нас в королевстве незаконнорожденных. Затюкают. Трона ей не видать - есть принц, учебы нормальной тоже, максимум - выдадут за какого-нибудь бедного, но гордого дворянчика, который её ещё и поколачивать потом будет. Так себе вариант.
   - Да уж, точно. И первый тоже хреновый. Остается второй.
   - Я знал, что ты неглупый парень. Ну вот и договорились. Сейчас ты спрыгнешь у ворот, а мы дальше. Ну и доложишь королю, что убийца найден, погиб в бою на болоте, оказался злым волшебником-ренегатом. Тебе какое задание король дал?
   - Чтобы убийства дворян прекратились.
   - Вооот! Ты достиг своей цели. Молодец. Награду получишь, проблем не огребешь. Да и девушка цела останется. Ну и я - с новой адепткой Академии.
   Из кареты высунулась Эмма и сказала:
   - Я согласна учиться. Я всё слышала. Но что с моей мамой?!
   Тирстен помрачнел и ответил:
   - Сбежала она.
   - Не ври мне, чародей. Ох не ври! Я же сейчас заору как резаная, а потом сдам вас обоих с потрохами. А потом потребую испытания крови и во дворце останусь. Пусть без перспектив, но живой, а вы оба - на плаху пойдете.
   Людвиг поморщился, а Тирстен засмеялся:
   - Хороша. Далеко пойдешь. Ладно. Твоя мама до сих пор в избушке сидит. Захватим по дороге. Не хотел я этого, но что делать. Устрою её поломойкой или травницей в Академию. Но за тобой должок, девица. Усекла?
   Эмма кивнула и скрылась в карете. Людвиг зябко повел плечами - он на мгновение представил конец своей карьеры - площадь с виселицей или дыбой, веселое улюлюканье толпы, жадно глядящей на развлечение и его самого - на коленях рядом с палачом. Бррр...
   Когда карета доехала до ворот, Людвиг ловко спрыгнул и не оборачиваясь пошел в сторону дворца. Эмма проводила его задумчивым взглядом и задернула шторку окошка кареты. Тирстен хлестнул лошадей и карета покатила в сторону Проклятого леса. Король был доволен. Ловчий выполнил поручение и вот уже две недели в королевстве не было новых убийств дворян. Награду Людвигу выдали серебром - так удобнее. Через два месяца придворный чародей вернулся и привез из поездки подарки: королю - фейерверки для балов, а Людвигу - бутылку редкого вина. Её они вместе с чародеем и распили в его башне. Потом в дело пошли менее редкие вина и они хорошенько надрались. Похмелье было ужасным, но к счастью у королевского алхимика для таких случаев всегда был специальный рецепт. Наутро Людвиг сразу направился к алхимику. По дороге ловчий увидел городской колодец, у которого сидела, сладко ему улыбаясь, его знакомая - Вилена. Он остановился и вздрогнул. Мысль о том, что весь город - одна большая бомба, не давала ему покоя. Да и к поцелуям он теперь относился с бооольшим подозрением. Он стал понимать чародея, который предпочитал любоваться статуями, а не водить баб в башню. Людвиг сжал губы и отвернулся от Вилены, которая недоуменно пожала плечами. Королевский ловчий решительно зашагал в сторону алхимической лаборатории, чтобы сначала убрать последствия пьянки, а уж потом вместе с алхимиком придумать как обезвредить бомбу, спрятанную в каждом жителе столицы. Но это уже - другая история.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"