О, одиночество моё,
ты рода среднего неволя!
Опять оно, навек зерно
того, что прорастает долей,
и тянет душу через свет
меж веками, когда закрыты.
Тебя возьму, как режут хлеб,
чтобы кормить народ несытый.
Своей зовущею рукой,
покоем полевым и дальним
меня манишь, корчуя тальник
стихов, 
где Гадес ждёт немой.

17.12.25