Представьте себе раннее зимнее утро в центре Москвы: улочки и переулки практически пусты, робкая заря бледно-розовыми перстами трогает верхушки крыш, купола и разновеликие колокольни церквей и церквушек.
Теперь добавим тревожную нотку:
Именно в этот час, когда ничто не предвещало... на одной из старых узких и извилистых улочек Китай-города пересеклись пути трех незнакомцев.
Действующие лица: 1.Юноша бледный и слегка всклокоченный, вида уже несколько посиневшего и цуцикообразного. Вероятно страдает от неразделенной любви, легкого голода, похмелья и временного безденежья. Встречал Новый год с друзьями всю неделю. Опрометчиво решил добираться домой на городском транспорте. Местности не знает. Где ближайшее метро не помнит. Плутает по легкому морозцу уже с полчаса. Кульные крохотные наушнички от плейера ушей не согревают. По причине отсутствия прохожих, дороги выяснить не может. Балансирует на грани между легкой истерикой и мрачным отчаянием.
2. Интеллигентного вида тетенька в летах: этакий колобок тепло укутанный, целеустремленно и бодро катящийся по своим делам.
3. Я, студентка, просто красавица(c), влекомая жаждой познания в преддверии сессии, цокаю в библиотеку.
* * *
Юноша [завидев тетеньку, и принимая ее за аборигена здешних закоулков и тупичков]:
- Извините, а как мне пройти до ближайшего метро?
Тетенька [интеллигентно поправляя очки]:
- Вам "Таганку" или "Китай-город"?
Тетенька пускается в пространные объяснения, напоминающие инструкцию по выходу из Миносского лабиринта:
- Идите прямо, поверните направо, сразу после банка по диагонали, в третий переулок по левую руку от вас, там снова прямо, налево, мимо библиотеки, перейдете улицу, и дальше все время прямо.
Юноша [грустнея на глазах]:
- А далеко идти?
Тетенька-Ариадна:
- Нет, минут 15-20. [смилостивившись] Но можно на троллейбусе подъехать.
Юноша [приободрившись]:
- Да нет, я лучше пешком. А станция прямо там?
Тетенька- маститый историк архитектуры:
- Да, вы там увидите на стрелке церковь с шатровой колокольней. Сразу за ней - низкое здание- с ионическими полуколоннами. Это и есть метро.
Юноша [беспомощно обозревает высящиеся там и тут колокольни всех эпох, размеров и стилей, понимая, что нарвался на искусствоведа, но больше спросить дорогу не у кого]:
- Шатровой?
Тетенька - выдающийся математик, специалист в области стереометрии: - Молодой человек, ну хоть что такое восьмигранная пирамида вы знаете?
Юноша:
- ?????
Я [резко снизив скорость]:
- ?????????
Тетенька [тяжело вздыхает]:
- А вигвам - вигвам вы себе представляете?
Юноша [просветлев челом]:
- Да!!!
Тетенька: - Ну вот, церковь - под вигвамом!
Юноша твердой упругой походкой устремляется навстречу своему счастью.
Минуты две мы все идем в одном направлении, но с разной скоростью. Юноша впереди, чуть оторвавшись; тетенька-искусствовед следом; я позади - неспешным прогулочным шагом.
Вдруг тетенька резко тормозит, хлопает себя по лбу и говорит:
- То, что мы вигвамом называем, у индейцев-то на самом деле называется "типи"! А вигвам-то просто длинное вытянутое здание. А вдруг этот молодой человек неправильно меня понял?
[Пораженная до глубины души тетенькиным прозрением, я согласно киваю.]
Тетенька-антрополог бросается в погоню:
-Молодой человек, подождите!
Занавес.
В каждой истории должна быть мораль:
Боже, благослови искусствоведов, ибо благодаря их трудам, живущий в Москве бледный юноша, каждый раз завидев колокольню соответствующей формы, шепчет теперь еле слышно "Шатровая!" Я же, грешная раба Божья, проходя мимо таганской церкви Николы, что на Болвановке, и крестясь на купола, улыбаюсь: "Под вигвамом..."