Аннотация: Почему ведьмы так невезучи? Что их ведет по жизни? (Очередной приступ депрессии, и очередной непонятный опус о ведьминской жизни)
- Что-то не так?
- Всё не так.
С искрами жизнь моя катится в мрак.
Хочется плакать. Поможет ли делу?
В голове ветер. - Этого ты хотела?
- Счастья хотела. И добра тоже.
В жизни везения чуть больше может.
Но по дороге угли и камни.
- Ноги...
- Что ноги? За кровью не видно ни кожи, ни ткани.
- Душа уснула?
- Был ли у окаянной выбор?
Сколько всего минуло? Сколько еще впереди?
Больно в груди.
Кажется - сердце заворачивается в сталь.
А на деле - всего лишь хрупкий хрусталь.
Новая скорбь с виду - праздничный серпантин, а на деле лезвие.
В стремлении меня обнять ничем не брезгует.
Смотреть бы вперед. Да видны только туманы.
Кто мне ответит?.. Ах, нет. Любой ответ не искрен. Везде обманы...
Так сложно верить... Себе и людям.
Что же случилось? Что проиграли? И чем рискнули?
Сколько еще этому аду длится?
Руки опускаются, темнеют от горя лица.
Столько прохожих... Были друзьями... Когда-то.
Кто же теперь? Они. Я. Где правда?
Словно по осыпи. Вниз. К краю обрыва.
Прыгнула бы за грань. Да чрезмерно уж терпелива.
- Сколько доверия и силы тебе Бог отмерил?
- Спрашиваешь...
- Бессильно сидишь на коленях, а умереть...
- Мечтаю лишь.
Говорили когда-то: терпение - добродетель. Тогда верила...
Теперь проклинаю их лицемерие. Что за дело мне?
Их удивление... Отчего смотреть могу на смерть без слез?
Отчего муравьев и рыб жалею, не стараясь сберечь человечий род?
И что значит теперь ваше убогое "Ведьма!"?
Я дар этот не просила! Только отдать его...
Ныне уже не в силах.
И куда Он ведет меня заковыристой странной тропкой?
Я-то идти не против, но дорожка становится все более и более топкой.
Чем все закончится? Да и хочу ли знать я?
Как же мне надоело ведать чужое, тайное.
Но разболтать не выйдет, сильны Его все запреты.
Впору уж резать вены, а я обнимаю скелеты.
Плакала бы навзрыд, горечь соленой водой смывая,
Но в глаза пепел набит, жжется песок призванья.
Жить бы как все другие... Ах, я так не умею.
В жилах огонь и лед. А право на выбор всучить забыли.
Всего в душе поровну, зла ли, добра.
Ни на один гран больше, недвижимы чаши в Его руках.
Ни в Ад, ни в Рай мне никогда не войти.
Так вероятно и буду бродить по бессмысленному для меня пути.
Все время на грани. Безумие пляшет на дне глаз.
Выпустить бы да забыться. Никто ж не даст.
С ума сойти. Все стало бы гораздо проще.
Да разум слишком боится утратить правления вожжи.
В яде и ненависти не купай - утопи.
Только заставь исчезнуть мысли из головы.
Только заставь не слышать, не видеть.
Не чувствовать боль в груди.
Надень на меня очки. Розовые.
Пусть мир хоть на миг обесцветится, станет бронзовым.
Но только ни один враг, ни друг не сделает мне добра.
В спину будут язвить. Продадут. Предадут. А жизнь оборвать - никогда.
Ведьме ведь не положено от совести мук страдать.
- Что тебя гложет, глупая?
- Глупая жизнь моя.
А вечный круг ее - только вечная западня.
- Вроде бы молода.
- Скажешь тоже. Да и что такое года, когда кто-то Старше тревожит.
Была бы хоть не горда, да попросила помощи.
Но нет, продолжаю идти. В надежде, что Он поможет.
Нет, он тебя не покинет. Возлюбленных не бросают...
Но тебе ли не знать, что участь их всегда незавидна.
Будет любить сильнее всех и первой бросать в огонь.
Будет рыдать, страдая, и в грудь твою вонзать кол.
Для любящих удовольствие/наказание - свою истерзать любовь.
Была бы ты нелюбима, и ведала б мировой покой.
Ну а пока он любит... И планы его велики...
Тебе гореть, воскресать, тонуть, по бездорожью идти
С милой да любящей, нежной его руки.