- Мужчина!.. -
Оборачиваться не хотелось. После "вчерашнего" вообще ничего не хотелось. Пивка бы вот только...
И было бы с чего пить... Из-за Некрасова... ... "Мороз Красный нос"... Венька, филолог хренов, утверждал, что своей известностью Некрасов обязан исключительно Корнею Чуковскому, тот, дескать, его вытащил... Я, идиот, что-то бухтел о мощи таланта, масштабе, актуальности и прочей ерунде... Венька, наверное, всё-же был прав... Рядом с Некрасовым были величины не меньше, а вот - неизвестны, или известны мало...
И денег нет... Ох... У кого взять? Полтинник спас бы... Ох...
- Мужчина!.. -
Господи! Я обернулся. Передо мной стояла девчушка невысокого роста. Джинсики в обтяжку, короткая меховая куртка, улыбающееся озорно-дурашливое лицо. Микрофон в правой руке приготовился ткнуться мне в рот.
За ней стоял длинный тощий тип с кинокамерой на плече. Кинокамерой он целился в меня.
- Здравствуйте! Мы с телевидения. Передача "Доброе утро". Скажите, пожалуйста, какой сегодня день?
- ?...
- Сегодня знаменательный день! День рождения русского поэта Некрасова. Николая Алексеевича! Знаете такого?
Господи, опять Некрасов! Наваждение какое-то...
- Знаете-знаете, по глазам вижу, в школе-то проходили, небось!..
Она расставила руки в стороны:
- Не ветер бушует над бором, не с гор побежали ручьи - мороз-воевода дозором обходит владенья свои! А вам не слабо что-нибудь вспомнить, ну же, по глазам вижу - хотите!
Она сделала знак долговязому. Тот чем-то щёлкнул в камере.
Чёрт бы вас побрал с вашим телевидением! Нашли декламатора!
Ну ладно, думаю, получайте. Память выцепила восьмистишие. Мне всегда нравились стихи Некрасова, многое помнил наизусть.
Стараясь не дышать на "пигалицу" (безуспешно!), я начал:
- Вот солдат идёт, под мышкою
Детский гроб несёт детинушка,
На глаза его суровые
Слёзы выжала кручинушка...
На протяжении "читки" лицо телевизионщицы постепенно из детски-непосредственного трансформировалось в, если можно так выразиться, бабски-стервозное. И уже лихорадочно свёртывала она свой провод, и уже шагал широкими шагами восвояси долговязый оператор.
Ба, вспомнил я вдруг, да ведь рядом Светкина работа, она ж мне должна! Как раз полтинник! Как я раньше-то не вспомнил, дурья башка!
И я с торжеством прокричал вслед удаляющейся парочке:
- А как живо было дитятко,
То и дело говорилося -
Чтоб ты лопнуло проклятое!
Да зачем ты и родилося?
Николай Алексеевич Некрасов, случись он тут, непременно вставил бы этот случай в свои уличные зарисовки. Уверен.