Татилия
Пётр и Наталья

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками Юристы. Круглосуточно
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Новый год - праздник, очевидно, семейный. Но что делать, если семейного круга нет? К тому же у вас нет девушки, а все друзья уже нашли себе компанию. Что делать? Конечно, собирать вещи и ехать на край света! Зачем? Возможно, именно так больное сознание Пети решило обуздать своё одиночество, встретившись с ним лицом к лицу. Но надолго ли?
  
   Знаете что пугает больше всего? Это не какие-то пресловутые ужастики в три часа ночи по телевизору, а рутина. Настоящая, ужасающе обыденная рутина. Не буду ходить вокруг да около. Хотя возможно, и буду. Я решил записывать произошедшие со мной события сюда. На бумагу. Почему на бумагу, а не, например, на диктофон? Наверное, так мне будет проще складывать мысли в кучу. Да и диктофона у меня нет. Предвижу вопрос, телефона тоже. Я его выкинул. И вообще, я не хотел писать ничего подобного. Но пишу. И если кто-нибудь прочтёт сей пересказ и задаст мне мысленно множество вопросов, пускай. Дела мне до этого нет. Думайте что хотите. Весь этот рассказ нужен лишь для того, чтобы я не забыл. Мне вот вообще нельзя забывать! Вот вообще! А напишу я о Наташе. Которая перевернула всю мою жизнь вверх дном. Ну конечно, о девушке! А вы думали о ком ещё? Женщины они вообще такие. Ради них и из-за них делали многое. А сколько ещё сделают!
   Кгхм. Я отвлёкся. Я вообще часто отвлекаюсь. Ах да, нужно, наверное, представиться? Знайте меня.. ну пускай Петром. А что? Хорошее такое имя. Главное простое. Петя он и в Африке Петя. Легко запомнить. Петя Синичкин. Описывать себя никак не буду. Кто меня знает, тот, я надеюсь и так помнит как я выгляжу. А случайному человеку, зачем это знать? Скажу лишь то, что был я простым таким Петей. Ну вот ничем не примечательным, как все люди на земле. Наверное, даже как все другие Пети. Просто представьте себе вот классического такого Петра.
   Жил я тоже вполне себе обычную жизнь. Жизнь Пети гордой большой буквы Г. Г - Гражданин. Лет мне двадцать семь. Тот самый возраст, в который человек вроде бы уже и должен найти нужный ему вектор, так сказать направление в жизни. Но в свои двадцать семь я не нашёл ничего и не понял ничего. Более того! Я вообще мало встречал людей которые вот прям поняли, нашли этот самый 'вектор'. А им было лет даже больше чем мне. Хотя они-то конечно будут всё отрицать. Мол, по плану всё оно, идёт. Как в песне Егора Летова. А она, знаете ли, на все времена хороша!
   К своим годам я успел жениться. Развестись. Сменить пару городов, несколько профессий и даже накопить долги, а после успешно их отдать. Последним я как раз и занимался последние три года. Спал и ел где попало и что попало. Зато отдал! А после психанул и, накопив неплохую сумму, рванул за город. В этом я, к слову преуспел более чем отлично! Рванул я, так что проехал Урал и, наверное, ещё что-то. Писать, что именно и куда я в итоге приехал, не стану. Знайте только то, что жопа это была глухая-глухая! Я, в общем-то, так и хотел. А здесь как раз и повод. Новый год! Уже даже не вспомню, когда последний раз его праздновал. А отпускных хватало на месяц с лишним. Как раз! Можно, конечно, было поехать к родным, но, по правде говоря, я вообще не хотел никого видеть. Идея об одиночном путешествии засела в голове настолько плотно и, вытесняя все другие, что сомнений и не оставалось. Я устал. Жуть, как устал. И успел убедить себя в этом ещё за три года до поездки.
   Конечно, стоило наверняка взять с собой какую-нибудь боевую подругу. Но у меня и обычной то не было. После развода я, конечно, пытался строить какие-то отношения, но всё либо заканчивалось быстрее чем начиналось, либо я в сотый раз убеждался в том, что нужно мне нечто другое. Уж точно некий иной тип привычных всем отношений. Что просто спать с кем попало, а после пытаться внести в такие отношения осознанность, это вообще не лучший план. Поэтому я просто забил. Забил на бессмысленный поиск и глупые мальчишеские ожидания. Забил на себя и даже бриться я стал тогда, когда в зеркале начал виднеться не ещё пока что молодой парень, а какой-то мужик. Да, растительность на лице меня жутко старила, она вообще по-моему кого угодно старит. В общем, случайный читатель, ты уже мог понять, что бабы у меня не было. Да и не предвиделось.
   Машины у меня тоже не было. Продал ещё за давно, и всё ушло в долги. Ехал я в эту глушь на поезде. А что? Во-первых, это красиво. Во-вторых, аутентично. В-третьих это настроение. Естественно я заранее договорился по телефону с какой-то местной о жилье. Бабка была счастлива сдать мне свою квартиру на целый месяц. И даже не задавала мне никаких вопросов! Хоть я был славянин, один, без животных и даже представьте себе не курил!
   'Приезжай внучок, а там посмотрим.' - говорила она.
   Взял я с собой, да по минимуму. Всё нужное хотел купить уже на месте. Рюкзак и набор Т.М.Ш. - трусы, майка, штаны. В комплекте со станком для бритья и пеной у меня, в общем-то, был только гель для душа он же и для головы гель, и посуду при желании помыть им можно, можно и машину помыть, если честно. Ну а что ещё нужно? Парнем я был скромным. Непривередливым. Одет был тоже, по погоде. Пуховик, тёплые штаны. Под верхом кофта с капюшоном и футболка. Ну конечно, ещё еды я взял на всю дорогу.
   А дорога была долгой. Почти неделю я из вагона не вылазил. Мог, конечно, и вылезти. Но декабрьская холодина и знаменитые гранёные стаканы с почему-то особенно вкусным чаем, меня отговаривали. Я даже проверял, чай был вполне себе обычным, пакетированным. Брал я чёрный. Пил без сахара, как-то давно попробовал и вошло в привычку, но вот пить его без лимона это свинство. Потому я и лимон с собой взял! Даже два!
   Успел переговорить, наверное, со всеми. Причём не по своей инициативе. Никого интересного, конечно, там не было. Мужик, у которого помер дед и завещал ему дом на краю света, спал у меня на верхней полке. Напротив, семейная пара, что едет проведать родителей. В общем, бабки, деды, да какая-то неинтересная мне молодёжь. Нечего и рассказывать. Хорошо хоть спать никто не мешал, в перерывах от вонючих носков мужика с верхней полки и его храпа.
   А давно я вообще стал использовать слово 'молодёжь' в отношении кого-либо? Мне вроде и самому ещё не так много лет... Даже не тридцать, хоть это и называется третий десяток. Да я и сам вполне подхожу под это слово. Возможно, я слишком постарел за эти годы. Конечно, больше ментально, чем физически.
   У меня не то чтобы много бумаги, да и светлячки эти постоянно дохнут. Ходи лови их потом по новой. Чем их кормить-то? Так что постараюсь дальше быть более кратким...
   25 декабря. Утро.
   Поезд пришёл на перрон вовремя. Вовремя в 5:30 утра. Здешняя погода расщедрилась на пургу, солнце вообще, видимо, забыло, что должно быть, а потому вышел я в хоть и подметённый, но абсолютно пустой вокзал. Вот кому они его метут? Мне? А кто этот несчастный, метущий этот самый перрон? Ответа не было. Вокзал, к слову, состоял из одного здания с кассой, естественно закрытой. Почему естественно? Хер его знает. Закрыто и всё! Мне что ли разбираться? Ну и пара скамеек с навесом здесь тоже была. Архитектура приятно напоминала советский союз. Вернее, это он и был. Ибо ничего, похоже, с тех лет здесь не изменилось. Сердито и дёшево. Радовала и табличка с наименованием данного ПГТ, ну пускай будет 'Сосновка'.
   Вдохнув ледяной воздух полной грудью, чувствуя в ней же некое тоскливое, но почему-то такое приятно свободное чувство одиночества, я побрёл вперёд. Куда-то вперёд. По правде говоря я специально не хотел лезть за телефоном и искать в навигаторе адрес. Я хотел полностью погрузиться в атмосферу этой тихой зимы. Смотреть, как летит снег, как он хрустит у меня под ногами. Смотреть на занесённые им клумбы, сбить пару сосулек с крыши ближайшего дома. Найти заледеневшую лужу и, конечно же, ударить по ней ногой что есть силы! Ведь этот хруст в любом, как мне кажется, человеке пробуждает радость. Вы вообще много таких вещей знаете? Ну которые делают вас чуть счастливее. Я вот нет. А они есть! Это вы просто слишком погрязли в своих мыслях и рутине, чтобы вспомнить каково это - радоваться простой ледяной луже! Так что, случайный читатель, прежде чем осудить меня и подумать мол: 'Делать ему, наверное, нечего в свои двадцать семь, чтобы по лужам прыгать и тратить моё время на философские рассуждения о лужах и радостях жизни. О которых я, наверное, сам для себя знал бы лучше, чем какой-нибудь там Петя! И какие на хуй лужи в декабре?!'. Подумай, действительно ли твой Новый год полон большей радости, чем то, сколько радости и новогоднего настроения мне приносит простая лужа? Если нет, то лучше бы вам этим вопросом заняться! Ведь Новый год он, как известно - раз в год! А пока вы думаете, вот вам стих.
   'Дорога в никуда'
   Охваченный туманом безлюдный перрон. Стоит на нём последний вагон. Лишь безликий кассир, продающий билеты несчастным. Лишь он знает, что всё не напрасно.
   А для них, для них всё неважно. Неважно, что было, неважно, что будет. Разум вскоре всё забудет.
   И нет надежды никакой, прошёл ты свой последний бой. В руках, ещё трясущихся от боли, может, даже поневоле... Держит мятый серый лист, он пуст и чист. Билет из ниоткуда, путь проводит в никуда.
   Остался только ты один. Холодный, мрачный, господин. Под шум колёс и свет свечи, навстречу новому пути. И сам того не понимая, как во снах он, утопая, забывает обо всём...
   Полный зимнего настроения, я наткнулся на милый сердцу магазинчик. Что, конечно же, тоже не работал. Почему милый? Ну знаете, эти старые деревянные магазинчики в деревнях. Вот прям из детства. Забитые всем сразу и под завязку полки, от швабры со шлёпанцами до пачки сухариков 'Три корочки'. Желательно со вкусом холодца с хреном. Кто вообще дошёл до такого гениального вкуса? Не хватало только советского автомата с газировкой. Хотя я лично его никогда не видел, но его точно не хватало! Табло на дверях гласило:
   'Пн. Вт. Ср. Чт. Пт. Вс.
   С 10:00 по 18:00'
   'Евреи?' - подумал я. И пошёл дальше уже по навигатору, ведь к тому времени я успел здорово так замёрзнуть. Читатель, наверное, в очередной раз одёрнет меня и спросит. А где, собственно, история про эту самую Наташу? И к чему эта долгая экспозиция обо всём и не о чём? Вы, наверное, даже хотели бы спросить кто такая эта Наташа? А это, знаете ли, очень хороший вопрос! Ибо даже я не знаю кем на самом деле является, эта Наташа.
   Дойдя до одной из немногих здесь многоэтажек. А точнее, до одной из трёх имеющихся. И имеющих в себе целых четыре этажа! Я забрёл внутрь. Код от дверей я знал. Спасибо бабке, та потрудилась сказать мне его заранее. Подъезд расходился эхом от моих шагов. Слишком уж тут было тихо. Хотя чего я ещё ждал в такую рань? Что меня встретят с караваем и оркестром? Ага... Щас! Добредя до нужной... ну пусть квартиры номер сорок три. Хотя здесь их всего не более двух десятков на весь дом. С учётом нескольких не соединённых ничем подъездов. А вам вот важна конкретика что ли? Ну нравится, может, мне цифра эта. Что с того? Будто от номера квартиры в рассказе что-то сильно изменится. Переплетутся по-другому нити судеб и сюжет вот уже совсем не тот, что должен быть. Ибо в нём есть такая страшно варварская неточность!
   Я постучал. Конечно, никто не открыл. Ведь я забыл, что ключ мне оставили в почтовом ящике. Спустился на первый. Открыл ящик. Взял ключ. Снова поднялся. Стал открывать двери, и мне открыли сами. На пороге стояла бабка. Низенькая, сердитая и в халате.
   Кто? Ещё и с ключом моим! - тут же опомнилась она и, похоже, за это же мгновение успела проснуться.
   - Петя. Петя Синичкин. Звонил вам ещё неделю назад. Вы мне квартир.. - не успел я договорить, как меня перебили.
   - А ключ, ключ то у тебя откуда?! Ирод! - заголосила та, разрушая в щепки так приятную мне тишину подъезда.
   - Так вы сами...Мож ты вор какой? А я поди знать должна?! - женщина возмущённо поставила руки в бока.
   - Послушайте! - голос повысил и я, чувствуя, что этот разговор уж сильно затянется.
   - Я вам звонил. Петя я. Петя! Вы мне квартиру сдать хотели! Вот деньги! - я достал пачку купюр и вручил ей.
   Здесь на этаже выше что-то зашебаршило и как будто куда-то убежало. Правда, вот куда там бежать? Но, значения мы с бабкой этому не придали. Её лицо, завидев деньги, быстро переменилось на доброжелательное и гостеприимное. Но только глаза поднялись обратно, бабка нахмурилась.
   - Куришь? - спросила она прищурившись.
   - Нет. - ответил я.
   - Пьёшь?
   - Да. - кивнул я.
   - Девок собрался привести? - ещё подозрительнее спросила та.
   - Вас что ли?.. - тут уже я ответил со скепсисом. Ну какие здесь девки?.. И откуда?
   - Ну хорошо. Вижу человек приличный. Вот ключ. А мой сюда отдай! - бабка сама выхватила у меня из рук свой хренов ключ и закрыв двери, исчезла в недрах своей квартиры. Правда, через минуту она снова открыла и отдала мне уже другой ключ, указав на дверь напротив.
   - Вон. Подруга моя там жила. Да померла. А квартирку мне завещала. Ты смотри не мусори! - бросила напоследок и также исчезла.
   Наконец, открыв дверь уже правильной квартиры, я вошёл внутрь. Квартирка была наиколоритнейшая! Будто со сталинских времён она не изменилась от слова совсем. Понятия не имею какие там были времена и квартиры, но ощущения у меня от этой были именно такие. Мягкая дверь, за ней зачем-то обитая деревом вторая дверь. Никогда этого не понимал, но, наверное, так надо было. За ними обычный и довольно-таки узкий коридор. Пустая вешалка да полка для обуви. Тапки там были. Не стал я выяснять, покойнице ли они принадлежали, но их я не взял. Люблю босиком шастать. Дальше сразу шёл поворот налево, в кухню и эти.. деревянные висюльки в проходе. Уж не знаю, как они называются, на хер они нужны тоже не имею даже малейшего представления. Но сам факт. Они там были! А ещё сразу дал о себе знать пол. Деревянный и скрипучий, строго в определённых местах. Конечно, квартирка не с евроремонтом. Но оно, знаете и не было нужно. По этой же левой стороне дверь в ванную. Обычная такая ванная комната. С ванной. Раковина, туалет, всё в наличии. Что определённо радовало. Вы хоть представляете, что было бы, не будь чего-то из этих трёх вещей? После сразу шла кухня. Ох.. эти кухни.. Небольшое квадратное помещение, где занят был каждый угол. В углу, рядом с дверьми на балкон стоял стол, за ним угловой диванчик. Стол буквально рассчитан был на двоих и не более. Или просто на нормально расположиться одному. Туда сразу лёг мой ноутбук. Ах да. Забыл сказать, ноутбук я с собой тоже взял. Почему на кухне? Ну а что? Удобно! Всё под рукой. Холодильник, чайник, раковина. Вы сильно недооцениваете комфорт простой кухни! В углу напротив стояли кухонные шкафы, а в них раковина и газовая плита. Конечно, над ними, в верхнем углу навесные шкафчики с вытяжкой. В последнем углу, с другой стороны от двери на балкон, стоял холодильник, на нём телевизор. Он был в доме один. И демонстративно выключен из розетки, вилка и шнур свисали с холодильника к полу. Если не заходить на кухню и идти дальше, то там была развилка. Зал и небольшой коридор, в конце которого был проход в спальню, а также, на его же конце, закрытая занавеской из старой простыни, стояли банки со всем на свете. От грибов, варенья и какой-то белой бурды, до очевидно прокисшего компота. Ну, мне по крайней мере, так показалось по странному осадку на дне банки. Впрочем, её я открывать вот никак не собирался. Спальня была, да обычной. Кровать, шкаф да окно с какими-то цветами. Бабка их не поливала, поэтому стояли они засохшие. Стол ещё был, правда, без стула. Лежали там газеты, старые журналы и кружка со стоящими в ней ручками да карандашами.
   Ещё на столе стояло радио, выполненное в ретро стиле. Ну или оно было просто очень старое. Мне оно сразу приглянулось, и я поспешил его включить. Что удивительно, оно сразу и включилось! Более того, сразу на рабочей волне! Спасибо, что этот хлам вообще работал, а в батарейках оставался заряд. Ибо заиграла песня группы Браво - 'Старый отель'. На душе сразу стало как-то.. спокойнее? Сложно объяснить это чувство. Будто время здесь и остановилось. Будто мне уже и не нужно было куда-то спешить. А ведь я спешил. Спешил уехать, спешил разложить вещи, спешил отдыхать. Что было в корне неверным подходом. Ибо в погоне за жизнью я терял самое главное. Возможность получать от неё удовольствие.
   Остатки своих вещей из рюкзака я выгрузил прямо кучей на стол. Разобрать которую было решено позже, но, как вы уже догадались, ничего я не разобрал. Ну а чего вы от меня ждали? Что я разложу всё по полкам? Угу, а ещё что? Может вам и описания нормальные дать? Высокопарные речи? Красивые слова и сравнения? Херня это всё, для рассказчиков без вкуса! Им бы только пощеголять словарным запасом, повыёбываться им надо. Понимаете ли! А настоящему рассказчику всего этого мусора не надо. Ему надо в первую и последнюю очередь рассказать историю! А не языком елозить по тарелке. Это вы - слишком избалованы! Начитались херни всякой. А потом пытаетесь её везде разносить. Вот то на то и выходит. Икон у нас, спасибо если по пальцам руки, а художников херовая туча! И девать им, я вам скажу, некуда себя. Промыслы гениев не объяснить, а нас вы судите по ним. Глупость! Вы теряете искры!
   После я перешёл в зал, тот был с бежевыми обоями и каким-то там на них орнаментом. Люстра на потолке из каких-то пластмассовых кристалликов. Красно-чёрный ковёр на стене! Куда без него? Под ним диван и напротив сервант во всю стену. За его стеклянными дверцами стояли книжки. Казалось бы, ну вот поставь сюда телевизор, хорошее же место! Но нет, сервант на него был пуст. Видимо, нормальный телевизор отсюда вынесли и оставили лишь тот, что на кухне. Хотя.. какое мне вообще дело? Я уже лет семь телевизор не смотрел. Ну вот мне оно было. Да и интернет вам на что придумали? Также всё завершало окно, за ним всё ещё было темно. Впрочем, мне это даже нравилось. Свет включать я не стал.
   Знаете. Я вернулся в комнату с радио. Сел на кровать. Песня играла где-то на середине. Не снимая верхней одежды, я закрыл лицо руками и просто начал рыдать. Не знаю. Может, пробило меня. Может, накопилось за годы. А может, от жалости к самому себе. Думаю пора признаться тебе кое в чём, мой случайный читатель. Я не приехал отдохнуть. Я просто сбежал. Сбежал от доставшей меня работы. Оттого, что каждый мой день выглядит как следующий. Так же как выглядел прошлый. Я изнасиловал себя до неузнаваемости. Нет, конечно, в зеркале это был тот же я. Я не набрал лишних кило, и ничего критичного для стороннего наблюдателя не проявилось. Я, наоборот, даже похудел. Просто я перестал видеть там себя. Возможно, раньше я понимал, чего хочу от этой жизни. У меня даже были интересы, друзья, семья. Но всё это я не просто запихнул на 'потом'. Я чётко понял, что это 'потом' никогда не наступит. Время шло. Шли годы. А в отражении я видел тоже, что видел ещё в самом начале, когда развёлся и стал разгребать проблемы. Уж не буду описывать причины моего тогдашнего положения. А какая разница? Что толку? Ну пусть проиграл я всё в карты. Пусть обманули. Разницы нет. Прошлое оставалось в прошлом. Думать я об этом совершенно не хотел. Хотел я думать о себе. Наконец. Возможно, единственное правильное решение за эти годы. И видя себя, мне было больно. Во что я вообще превратился? Когда я, так сорвавшись, уезжал в жопу страны и чего ради это всё? Ради того, чтобы побыть одному? Это желание очень быстро прошло. О нет. Я не хотел быть один. Никогда не хотел. Ради отдыха? Нет, никакой это не отдых. Это страх.
   Я боялся, дорогой читатель. Боялся новых отношений. Боялся, что, убрав всё лишнее, оставив себя оголённого, словно живые нервы на воздухе, я не захочу это принять и делать что-то, чтобы это исправить. Я сам не заметил, как иллюзорная шторка того, что в привычном нам мире принято называть жизнью, мне дороже себя самого. Может, я думал, что всё пройдёт? Как обычно, со временем. Но при этом я не делал ничего, чтобы это прошло. Возможно, я зациклился. Закопался настолько глубоко, что потерялся. Может, потому я и сбежал? Посмотреть на всё со стороны? На себя и своё будущее. Мне двадцать семь, а я очень боюсь за своё завтра. Меня до глубины души, пугает это завтра.
   'Красота цветения'
   Это как же можно было думать?
   Что тревога уступает место красоте.
   И страшная дорога отведёт меня
   Напрямую к высоте.
   Что не растеряю я патронов,
   И раздам проклятья всё.
   Из холодных мрачных окон,
   На полях, забытых по войне.
   Горестно кричать, моменту лучшему.
   Постарайся жить им и будешь худшим.
   Вершины покорять, моменту лёгкому!
   Откажись от правды, будь свободным.
   Мы выбрали жечь с благовониями яд.
   Оставляя постель, что стала местом утрат.
   Преспокойные дни, в которых я утонул.
   Не заменят мне жизнь, которой я не вернул.
   31 декабря. Утро.
   Я нажрался. Как свинья. Пил я ровно до этого дня. Пил как в последний раз. Даже не знаю зачем. Я никогда столько не пил. Я даже не помню, что было до 31-го. Помню, что, только перестав рыдать, я успокоился и решил помыться да сходить в магазин. А там мне продали водку. На этом, пожалуй, можно и остановиться. Время пролетело мгновенно. Стало ли мне легче? Нисколько. Стало только хуже. Как же началось моё утро? Сейчас и расскажу.
   Проснулся я на кровати. Что было впервые за всё время моего запоя. До этого находил я себя в основном в ванной комнате. Ну или других участках этой квартиры. Радио извергало, наверное, самую подходящую мне песню. Кино - Последний герой. Не помню, выключал ли я его вообще? Наверное. Не могло же оно так долго работать? Лежал я в одних трусах и старался не шевелиться, пялясь в потолок. Даже не моргать. Что угодно могло спровоцировать головную боль. Одеяло и простынь с подушкой, валялись где-то на полу.
   Наверное, я и дальше бы так лежал, часами слушая радио. Если бы не то, что заставило моё сердце облиться холодной кровью и пропустить пару отчётливо отдающих в голову стуков. Я слышал телевизор. Что в нём такого? Спросите вы. А то, что не включал я телевизора. И в розетку он не был воткнут. Что я почему-то помнил исключительно точно. Ну, возможно, я действительно его включил и допился до той степени, что вообще всё перепутал. Но когда переключился канал и пошла реклама вечерней новогодней программы, где фигурировала 'Ирония судьбы'. Я с трудом сглотнул.
   Возможно это старуха, всё это время являвшаяся моим собутыльником, просто смотрела телевизор. Или зашла полить цветы, которые никто не поливал. Возможно. Возможно что угодно. Убедив себя в том, что будь то грабитель, он не стал бы смотреть телевизор и переключать на нём каналы. И уж точно не стал бы задерживаться дольше, чем положено всем уважающим себя грабителям. В конце концов, телевизор можно посмотреть и дома. А вот на этой версии, что моё возбуждённое сознание генерировало неиссякаемым потоком, мне снова стало не по себе. И действительно... Кому нужно задерживаться в квартире покойной старухи, где живу я? Никому не известный, случайный человек. Так, ещё и смотреть этот телевизор!
   Я встал. Медленно. Двигаясь так, чтобы тревожить один только воздух. Голова хоть и болела, но видно выброшенный в мою кровь адреналин хреначил так сильно, что я боли не замечал. Хотел было взять что-то в руки, да спальня была пуста на продолговатые предметы с тупым концом. Быстро было решено идти дальше. В коридор. И эти сучьи половицы... Одна из них заскрипела так, что я был готов поклясться, это было услышано. Но реакции не последовало никакой. Возможно, неизвестный уже стоит за углом в повороте на кухню и ждёт меня. Но и этого я не узнал бы, не пойдя дальше. Помедлив и вскинув все за и против, схватив банку солёных огурцов, занеся ту над головой, я резко повернул на кухню. Всё моё существо застыло в камне. Душа ушла куда-то в пятки, а глаза бешено вытаращились на сидящую за кухонным столом незнакомую мне девушку.
   Её янтарные глаза с вертикальными зрачками недобро покосились на меня. Она стряхнула пепел от сигареты в пепельницу, что стояла на подоконнике. Закинула ногу на ногу и сделала ещё одну затяжку. Моргать я боялся. Я боялся даже вдохнуть воздуха. Наверное, я допился до ручки и ко мне вместо белки, пришло что-то пострашнее. Иначе я не знаю, как объяснить наличие у Незнакомки, лисьих ушей и хвоста! Конечно, сразу на ум пришла новая версия. Больная на голову косплейщица, пробралась в мою квартиру, нарядилась и сидит, курит на кухне! Вот только ни хера это была не косплейщица.
   Её, тёмные в тон чёрным как смоль волосам, лисьи уши двигались вместе с выражением лица. Сейчас они настороженно торчали тёмными кончиками кверху. Видно было и белоснежный пух внутри них, что немного, но выпирал. Часть волос была собрана в высокий хвост на затылке и были они достаточно длинными. Лицо светлое, аккуратное, с утончёнными и выразительными чертами, по форме мягко заострённого овала, без резких углов, что нисколько не теряли в ней женственности. Глаза цвета яркого янтаря были крупные, миндалевидные с приподнятыми внешними уголками, из-за чего взгляд казался одновременно хищным и каким-то по-своему очаровательным. Ресницы длинные, выразительные, усиливающие томность этого взгляда... Нос небольшой, тонкий, и с мягкоочерченным кончиком. Губы аккуратные, средней полноты, с подчёркнутым изгибом. Подбородок узкий, подчёркивающий стройность лица. Образ казался одновременно невероятно милым и одновременно опасно хищным. Вертикальные острые зрачки глаз, только усиливали этот эффект. Хвост, пышный и большой, перемещался вслед за её положением на кухонном диванчике. Если было нужно, ложился на колени или просто лежал рядом на сиденье, свесившись слегка более светлым кончиком вниз к полу.
   Фигура... Так как сидела девушка в довольно-таки нескромной на детали серой майке, под которой точно было бельё, с не менее нескромным декольте. А поверьте, с этим у неё никаких проблем не было. Ибо грудь её была отнюдь не маленькая. Я бы даже сказал размер ну минимум четвёртый. А я, поверьте, в вопросе разбираюсь. И это была, наверное, одна из самых приятных глазу... Кгхм.
   Несмотря на формы, хоть было не видно нижнюю часть её тела из-за стола, сомнений в том, что и там у девушки тоже всё на местах, не было никаких. При этом она была весьма стройна и даже вполне спортивна. Судя, конечно, по талии и рукам.
   - Ты будешь меня дальше глазами пожирать? Или всё же опустишь эту стекляшку и, наконец, сядешь за стол? - нарушая это длительное молчание, промолвила она, стряхнув пепел. Голосом я вам скажу, уверенным и чётким. Окончательно ставя точку в вопросах милоты и серьёзности. Здесь дама была крайне серьёзная.
   - Ты кто, блядь, такая? - спросил я, словно леший, впервые увидевший в своём лесу человека. С недоверием, опаской, злостью. И таким же лицом. Банку я хоть и держал уже не так высоко, но не отпускал.
   - Я, блядь, Наташа. - тут же парировала та.
   - Какая на хуй Наташа?.. - уже менее уверенно в своих гневных порывах, ответил я.
   - Ну Наташа. Обычная такая. А что? Хорошее такое имя. Главное простое. Наташа она везде Наташа. Легко запомнить. - неожиданно она подмигнула и как-то совсем расслабившись, затушив бычок в пепельнице, откинулась на диванчике и раскинула руки в стороны. Настолько, насколько позволял угол этого дивана.
   - Ты присаживайся, не стесняйся.
   И я действительно присел. Медленно опустив банку огурцов, но не выпуская её из рук, я подставил табуретку к столу, сев напротив. Мои глаза не сходили с этой.. девушки.
   О, дорогой случайный читатель. Я понимаю, что ты сейчас скажешь. 'Ну вот и всё! Автор мне понятен окончательно. Его фетиши тоже. Сюжет очевидно скатился в какое-то аниме. Ну какие к чертям девочки-лисички? Тебе что, четырнадцать?'. А я вам отвечу. Там девочки-лисички не матерятся и уж точно не курят! Да и вы забыли главное. Всё было бы смешно и прозаично, если бы это не была реальная история. Было бы совсем просто и смешно, если бы всё это я просто выдумал. Однако, не выдумал же!
   Поставил я банку на стол и только глазами выглядывал из-за неё. Наташу это не обрадовало.
   - Я тебе чай сделала. - кивнула та в сторону стоящей на кухонной гарнитуре кружки.
   - Ч-чай? - заикнувшись спросил я. Наташа утвердительно кивнула.
   - А... Так ты ж напился. Щас. - девушка поднялась и, подойдя к одному из навесных шкафчиков, начала искать, наверное, уголь? Таблетки, не знаю я.
   Глаза впивались в её хвост... И искали там подвох. Крепление, да что угодно! Одета она была к слову в шорты, вполне ясно и точно подтверждающие моё ранее предположение по поводу её фигуры. Оно оказалось более чем верным. Длинные ноги, бедра... Хвост... Хренов хвост, что шёл из места, где по идее находился копчик, не давал мне покоя. И я, резко дёрнув рукой в его сторону, схватился за него. Наташа испуганно вскрикнув, не то от неожиданности, не то от самого факта такой варварской бестактности с моей стороны. Молниеносно влепила мне пощёчину. Да такую, что красный след не сходил ещё часа два. Но я выдержал, открыв рот, смотрел на красную от злости и стыда Наташу.
   - Ты чё, алкаш недобитый! Совсем ошалел?! Я ему здесь и порядок навела! И квартиру всю вылизала, чай приготовила, таблетки поднесла, а он, сука, руки распускает! - тут в меня полетели и пачки таблеток.
   - настоящий... - прошептал я сам себе.
   - Естественно настоящий! Или у вас принято себе в задницу хвосты искусственные пихать? - всё ещё злая и красная Наташа, недовольно поставила руки в бока.
   - Не принято, конечно, но пихают.. а.. эти.. ну.. уши?.. - мой взгляд невольно упал на них, хоть я уже и знал ответ на этот вопрос.
   -Даже не думай! Ты хотя бы сначала спроси, приличия ради! А потом дёргай! Свинья... - заключила она и села обратно, нервно выковыривая из пачки очередную сигарету.
   Я закрыл лицо руками.
   - это ж надо было так наебениться... - страдальчески прокряхтел я. - говорила мне бабушка... Не пей, внучек. Не пей...
   Я снова поднял глаза на порождение моего больного воображения. Мыслей было одновременно и много и не было их вовсе. Я пытался понять, что именно это за диагноз и лечится ли он вообще? И выйдет ли у меня исправить столь бурное и агрессивное порождение? Но мои разгорающиеся бумагой в костре мысли, снова прервали.
   - Значит так! Я в благородство играть не собираюсь. Вот те список. - Наташа вытащила откуда-то бумажку и плотно впечатала её ладонью в стол. - Купишь это всё! Пока магазин работает. Считай будем в расчёте. А сейчас пей таблетки и иди в душ. А то несёт от тебя через две комнаты... И побрейся ещё.
   - А ещё какие-нибудь пожелания будут?.. - простонал я, даже не взглянув в бумажку.
   - Харош, скулить! Ты вообще должен быть счастлив. Что такая, как я, снизошла к тебе. Убираюсь, готовлю и уделяю время. - строго, но, наверное, вполне справедливо заметила Наташа, загибая пальцы.
   'Ну не могло же моё сознание ещё и в квартире убраться? Чай заварить, дать мне по роже и список покупок накатать.' - думал я и только сейчас заметил, что было действительно убрано. Причём хорошо убрано. Посуда вымыта, тарелки расставлены. Полы чисты, окна даже помыли! Так что даже виднелось тусклое зимнее солнце и легко летящий за балконом снег. Пыли нет. Бутылок от выпитого мной алкоголя, тоже нет. А на все эти вещи я даже трезвый был неспособен.
   Я встал, не сказав ни слова, и пошёл в ванну. Хотелось умыться холодной водой. Прийти в себя и хотя бы осознать произошедшее. Что тяжело было делать в присутствии этой женщины. Да и ходить перед ней в одних только трусах, как-то неудобно. Пусть даже та и выдуманная, она всё-таки девушка!
   Вот только стоило мне закрыть двери в ванную комнату как... Я уже не помнил кто такая Наташа. Меня будто холодной водой облили. Мозг чётко понимал, я общался с кем-то сидящим на кухне. Но с кем, он понять не мог. Я помнил образы, эмоции, боль от пощёчины ныла, как и десяток секунд ранее. Вот только причина этих эмоций и боли в моей щеке, оставалась мне неизвестной. Я резко открыл двери и выглянул в кухню. Наташа сидела, как и прежде, заворожённо смотря рекламу по телевизору. Причём так внимательно и вдумчиво, будто там рассказывалось не о средстве для потенции, а о чём-то вселенски важном. Будто от этой информации зависит чья-то жизнь и там вершатся судьбы мира. Ну или я всё это надумал и та просто жесть, как любит рекламу. Она даже про тлеющую в её пальцах сигарету забыла... А та уже стала пеплом ровно наполовину. Однако я не чувствовал, что в моей голове были какие-то пробелы. Всё было так же странно и страшно, как и до похода в ванную.
   Я снова закрыл двери. И снова я чего-то не помнил. Будто и помнил но... Оно лежало где-то на краю памяти, вот-вот и свалиться в бездну беспамятства. Это ужасно раздражающие чувство, когда ты должен помнить о чём-то очень важном, но почему-то именно сейчас ты об этом забыл! И я забил. Открыл кран и погрузил ладони в ледяную воду. Тут же сполоснул ей лицо. Легче не стало. Тогда я открыл кран душа и погрузился весь в этот ледяной омут. Холодно было недолго, почти сразу вода стала горячей, и мозги, наконец перестроившись будто выдохнули.
   Из воды я вышел бритый, чистый и одетый. Одежду я там и нашёл. Наверное, оставил, когда-то, когда пил. К моему удивлению она была даже чистой. Вновь повернув в сторону кухни, все пробелы из моей памяти, улетучились с той же быстротой, как и появлялись, стоило мне только уйти из этой злополучной кухни. Наташа сидела на том же месте и смотрела 'Иван Васильевич меняет профессию', с открытым ртом. Меня это даже позабавило, правда, потом я вспомнил о том, что меня так-то должно смущать появление незнакомой девушки в моей квартире. И меня ещё многое должно смущать в этой девушке. Однако было убрано. Налит чай и как будто зла мне она не желала. По крайней мере, многое на это указывало. Может она и порождение моей пропитой башки, но порождение определено приятное. Во многих смыслах. Странным было и то, что она курила. Сам я никогда сигарет то в рот не брал, не то что их курить. Вряд ли моя фантазия вот так восполняет эту потребность.
   Подняв с пола таблетки и взяв из пачки одну, я подошёл к кружке чая. Уж не знаю, что это были за таблетки, наверное, простой аспирин, я не стал проверять. Но тут меня смутило ещё кое-что. Собственно сам чай. А именно пакетик с заваркой и кусок лимона в абсолютно точно холодной воде. Потому та даже не окрасилась в цвет заварки.
   - это.. что?.. - тихо спросил я, повернувшись к ней.
   - Чай. - уверенно и невозмутимо ответила Наташа, не отрываясь от телевизора.
   - Я вижу, что не кофе. Почему ты его в холодную воду кинула?..
   - Я залила его водой из чайника. Яж не виновата, что он у тебя сломан. - отмахнулась она.
   Тут взгляд лёг на электронный чайник, что стоял на электронной плите. Благо ни то ни другое не было включено.
   - Иди сюда. - спокойно сказал я, указывая на место рядом с собой.
   Та без лишних слов поднялась и встала рядом. Ростом она была к слову с меня. Обычные метр семьдесят с чем-то. Я нажал на кнопку у крышки чайника. Первые пару секунд не происходило абсолютно ничего. Та даже успела подарить мне очередной свой взгляд, полный сомнений в моей адекватности. Но когда чайник медленно начал шипеть, а после и кипеть. Наташа попятились назад.
   - Что это за чары?! - вскрикнула та, указывая на чайник, её ушки тут же встали торчком, а хвост трубой.
   - Электричество. Ещё лет сто назад придумали. - также спокойно ответил я, мысленно пытаясь понять, кем же на самом деле была эта Наташа.
   - Аа... Тобиж принцип работы основан на преобразовании электрической энергии в тепловую посредством резистивного нагрева, закон Джоуля - Ленца, ТЭНом с высоким сопротивлением? - выдала та, причём без запинки.
   Здесь уже настало моё время ахеревать. Ибо всего этого не знал даже я. Вернее знал, но не цитатами же из учебника! Очевидно, что она была не совсем человеком. Очевидно, что чайник с рекламой по телевизору для неё нечто невообразимое. Потому возник вполне очевидный вопрос.
   - Кто ты такая? Наташа. - с серьёзным лицом спросил я.
   Та невольно перевела взгляд на моё лицо. Всё ещё находясь под эффектом от невероятных технологий.
   - Ты сам не догадался? Умник. - она поставила руку вбок и сделала очередную самоуверенную мину, даже бровь вскинула.
   - Я бы сказал, что ты кицунэ. Либо порождение моей больной фантазии. Или моей алкогольной горячки. Или всё разом в одном чане с приправой в виде псих-расстройства. Но я, если честно вообще ни в чём уже не уверен... - сказал я и опёрся на кухонную тумбу, слишком уж близко ко мне стояла эта лисица.
   Ну а что вы прикажите мне с ней делать? Ну да, давайте, скажите это. Мол, рассказ у меня нереалистичный. Мы не очень верим. Нам бы, понимаешь, этого, объяснений надо. Убедительности. Да? Ну вот, допустим, сошли вы с ума. И встретилось вам на кухне такое. Что вы будете делать? Давайте, накиньте вариантов. Не стесняйтесь. Что? Ментов вызвать? Скалкой её огреть? Может начать задавать ей 100500 вопросов? Ну просто нет нормального ответа на этот вопрос. А если у вас он и есть, то мне он тогда ну вот точно не подходил. Либо я просто не додумался. Это вам не рпг-игрульки на компьютере с тремя вариантами выбора. Тут думать надо!
   - Слушай. - она выдохнула. - Давай вот как мы поступим. Я не могу рассказать кто я. Но могу рассказать почему.
   - И что ты хочешь взамен? - ещё серьёзнее спросил я.
   - У тебя склероз? Вон список! На столе лежит! - гневно бросила она и ткнула пальцем в бумажку. - ну.. ладно.. есть ещё одно..
   Видя, как она по какой-то неясной мне причине мнётся и не торопиться продолжать. Я просто налил себе уже горячей воды в кружку, запив предыдущую таблетку. И стал заваривать ещё одну, но уже ей. В целом я даже как-то смирился. А что ещё делать? Прыгать и тыкать в неё пальцем с удивлённым лицом? О таких гостях надо узнавать аккуратно. Постепенно. Спокойно и методично. Как врач в дурдоме.
   - Тебе с сахаром? Я просто пью без. - сказал я, посмотрев на снова недовольное лицо.
   - Одну ложку... - пробубнила та снова садясь. - в общем-то.. есть у меня ещё одно желание.. самое важное..
   - Внимательно слушаю. - ответил я, пытаясь остудить чай.
   - Хочу отпраздновать Новый год! Прям как полагается, как принято у вас! Ты сам знаешь! Ты обязан! - выпалила та, тыкая в мою сторону пальцем и почему-то покраснев.
   - Хорошо. Отпразднуем. Конечно, вряд ли прям с размахом. Но будет тебе Новый год. - всё с тем же спокойствием согласился я. Но, кажется, и это ей не понравилось.
   - Ты как-то слишком легко согласился... - она недоверчиво прищурилась.
   - А толку мне с тобой спорить? Во-первых я сам планировал его встретить. Во-вторых, мне интересно, что ты расскажешь. Ну и в-третьих, вдвоём будет всяко лучше, чем если бы я подыхал здесь один. Так что, в какой-то степени я действительно твой должник.. - я коротко улыбнулся.
   - О... Да, я слышала, как ты тут рыдал и матерился. Целая трагедия. Бедный, бедный мальчик. Совсем один-одинёшенек. Уехал за три жопы и плачет. Тебя как зовут-то? Горе ты луковое. - издевалась Наташка, при этом, выдавая не менее неприятно-издевательскую ухмылку.
   Конечно, это меня смутило. И настала уже моя очередь краснеть. Выхватив бумажку и бегло пройдясь глазами по нехилому такому списку всевозможных лисьих хотелок. В основном там были обычные продукты, которые люди покупают на Новый год. Из интересного только водка, шоколадный Дед Мороз, шоколадные монетки, ещё хренова туча разномастных сладостей и блок сигарет... А после него приписка: 'три блока'.
   - Тебя не разнесёт? - бросил я на неё скептический взгляд.
   - Ничего не разнесёт! - воскликнула та, доставая очередную сигарету. - Ты давай это, торопись! Он до двенадцати работает! Живо!
   - Понял я, понял... Будет тебе. Не обещаю, что всё, но куплю. - я вздохнул и пошёл в коридор одеваться, но перед этим бросил - Пётр я. Можно просто Петя.
   Только я обулся, накинул куртку и был готов уже выходить, как меня догнали. В руках у Наташи была какая-то сумка. Выглядела она как обычный старый тканевый мешок картошки, только со странными бретельками и узелками.
   - Петя? Это же не твоё настоящее имя. - улыбнулась она.
   - Как и Наташа, не твоё настоящее имя. Ну вот, правда, кто-кто, но точно не Наташа. Но я-то вопросов не задаю. Хотя а почему не Маша, например? - парировал я.
   - Ну какая Маша? Там где Маша там медведи. Я сказки читала. - с той же издевательской улыбкой ответила она.
   - Чудно. Это всё? А то магазин закроется и ты своих конфет не увидишь.
   - Нет! Не всё! Вот... - она впихнула мне в руки мешок, а после резко и даже как-то дерзко, бросила руку мне на шею, подтянув ближе. И зашептала на ухо так тихо, что я едва улавливал слова. - храни его как зеницу ока.. это очень важная и невероятно сильная вещь.. она не позволит забыть меня.. ты ведь, наверное, уже заметил, да?..
   Девушка резко отпрянула и с весёлой улыбкой выпроводила обескураженного меня прямиком за двери. Я, лишь почесав затылок, побрёл вниз по лестничной клетке. Действительно. Я помнил. Всё помнил. Неужели это был какой-то чудо-мешок с антизабывчивыми свойствами? Тогда я ещё не знал, что на самом деле держал в своих руках. Внутри он был пуст. Обычный, ничем не примечательный мешок. Но волновало меня другое. Эта лиса точно знала что-то такое, о чём я мог только догадываться. И она знала, что я забываю её, стоило мне лишь убрать ту из поля зрения или покинуть одно с ней помещение. Меня пугали эти вещи, но не меньше они меня интриговали и будоражили.
   Знаете, наверное, я тогда впервые за долгое время вспомнил это забытое чувство чуда. Непонятно-необъяснимого, не требующего этих самых объяснений. Требующего только чтобы им радовались и интересовались. Как влюблённостью. А может, я уже и тогда влюбился в эту Наташу? Ой, ну конечно, это было очевидно с самого начала! Ну вот кто будет посвящать целый рассказ женщине, которую не любит? Уверяю вас, таких идиотов надо вот сильно постараться, чтобы найти.
   Тем временем я уже добрёл до магазина. На улице стоял хороший такой морозец. А отсутствие ветра делало медленно летящие хлопья снега, какими-то особенно завораживающими. Магазин был действительно открыт. Что меня немало так удивило. Но ещё больше удивило продавщицу моё появление. Ибо мало того что я не появлялся здесь в трезвом виде вообще никогда, кроме первого своего прихода. Так, ещё я заявился со списком ну явно несвойственных моей физиономии продуктов. Мало того, я был трезв! И старый мешок в моих руках, куда я загружал продукты, доверия продавщице не внушал. Как раз на этом моменте моё сердце пропустило ещё несколько шальных ударов. Всё, что попадало в мешок, бесследно исчезало, один за одним... И в весе этот мешок, вообще не прибавлял. Решая не разбираться в аномальных свойствах мешка картошки прямо в магазине, я быстро расплатился и выбежал прочь. Прихватив с собой ещё несколько дополнительных покупок. Вроде хлопушек и бенгальских огней, в списке их не было, но я подумал, что они определённо понравятся Наташе. Что-то было для меня особенное в её детском восторге, от обычных, казалось бы, вещей. Будто я и сам не против был бы так порадоваться простым вещам вроде чайника или советского фильма. А вы думали здесь будет мысль о том, что нужно ценить всё то, что мы имеем? Даже если этого немного и даже в мелочах можно находить радость жизни? АХАХХА! Хер там! Делайте со своей жизнью что хотите. Мне то какое дело? Я тебя, читатель, даже не знаю! Указывать тебе что ли? Своя голова должна быть!
   Домой я не шёл. Я бежал. И бежал я вам скажу с удовольствием, наверное, вприпрыжку. Мне уже было если честно, всё равно, выдуманная она или нет. Впервые за долгое время в моей жизни происходило что-то интересное. Действительно, интересное, а не когда я придавал лишнюю значимость ненужным мне на самом деле вещам и людям. Даже если я и был болен, выздоравливать я не собирался. Не сегодня. Точно не сегодня. И мне это нравилось.
   В квартиру я ворвался, запыхавшись. Меня сразу же встретили. Притом что лицо её было невозмутимо, руки сложены на груди, хвост этой лисицы опущено мотался из стороны в сторону, как у довольной собаки.
   - Чё лыбишься? Купил? - стараясь быть и дальше невозмутимой, сказала она.
   - Купил. Но... - стоило мне только сказать это заветное слово, как у меня выхватили мешок из рук и убежали на кухню, я, конечно же пошёл за ней. При мне, уже не скрывая счастья на лице, Наташа стала вытаскивать из мешка продукты. Которые, в свою очередь, стали заполнять всю поверхность стола. Мешок был действительно удобным. Правда, я до сих пор не понимал, как он работает.
   - Я там... Ещё кое, что купил. Но.. мне это как вытащить? - спросил я, вставая рядом и пытаясь понять процесс вытаскивания предметов.
   - Запомни, что положил. Подумай об этом и запихни руку. - она протянула мне мешок с широкой улыбкой. Как мне показалось, даже слишком широкой... Я сделал так, как она и сказала. Запихнул туда руку и действительно вытащил бенгальские огни.
   - Ахереть... Про это ты тоже не расскажешь? - в шоке, я поднял глаза на неё.
   - Не-а. - весело ответила она. - Принцип я уже рассказала. А больше знать тебе и не надо!
   Достав остальные предметы под удивлённые возгласы Наташи и вопросы о природе бенгальских огней с хлопушками. Я решил что стоит мне мешать её счастью и просто подождатьдождавшись, пока та исполнит своё обещание и расскажет всё самостоятельно. Конечно, о том что делают эти вещи я ей не рассказал, интересно было посмотреть на реакцию непосредственно, когда будем праздновать. Волновало меня, как всегда, другое. Эти уши... Если их сверху пара. Есть ли ещё одна пара человеческих? Пока Наташа была занята развёртыванием фольги на конфетах, я потянул свои руки к её голове.
   - Можно я.. - медленно мои пальцы прошлись по её щеке вверх, зарываясь во взъерошенные, но шелковистые мягкие волосы. Ушей там не было... Там вообще, ничего не было. Но если бы и были, непременно залились бы краской так же, как сейчас заливалось всё её лицо. Уже во второй раз я позволил себе такую наглость, но вместо ожидаемого мной удара по лицу, та лишь смущённо отвела взгляд. Её острые ушки слегка прижались к голове.
   - Спасибо хоть спросил, на этот раз... - тихо сказала она, а я одёрнул руку. - Могу понять твоё любопытство. И раз ты сейчас такой хороший, сходил в магазин, согласился встретить со мной Новый год. Эту наглость я могу тебе простить...
   - Извини.. это просто.. странно? И слишком интересно. - не подобрав слова получше, сказал я. - Так! Давай готовить!
   Резко переведя тему, я взялся за продукты. За годы самостоятельной жизни я научился готовить много и хорошо. Жаль, что невкусно. Да и позавтракать, в конце концов, было бы неплохо. Первым делом решил сделать самое, как мне казалось, простое. Замариновать курицу. К моему удивлению, Наташа не стала дальше есть конфеты и даже смотреть начавшуюся в очередной раз рекламу. Встав рядом, она принялась делать бутерброды с красной икрой, ветчиной, плавленым сыром и шпротами. Я, конечно, пытался убедить её в том, что эти продукты идут раздельно, а не друг на друге, но это не спасло стол от трёх созданных Наташей шедевров кулинарии. Впрочем, их я съел быстрее, чем они туда попали.
   31 декабря. 18:00.
   Курица стояла в духовке. Салат с бутербродами в холодильнике. Картошка варилась в кастрюле, а мы сидели за столом и пили колу, заедая чипсами с сыром, попутно смотря Иронию судьбы по телевизору. Оба продукта Наташу привели в восторг. Как оказалось, до этого она жила этажом выше. С каким-то слепым дедом целый год. Тот её банально не видел. А всё, что слышал, списывал на старость. Да и забывал он любые признаки присутствия Наташи так же быстро, как и я этим утром. А недавно его забрали родственники в столицу, вот она и осталась одна в его квартире. Ко мне же она залезла через форточку. Как я понял, все её познания о мире заканчивались там же, где заканчивалась книжная полка деда и неизменная программа телеканала 'Звезда'. Что за этот год здорово приелась и начала раздражать.
   - Нет, по началу это, конечно, было интересно. Но вы больше чешите языком, чем рассказываете о былых событиях. А ещё эти бесконечные напускные интриги. Ну вот для кого они? Разве нельзя сразу всё рассказать? Идиотизм! - рассуждала Наташа, закинув ноги на стол при этом чища мандарины.
   - Важна не цель! Важен путь! - философски добавил я.
   - Херня это Петь! Зачем тогда цель вообще нужна? Ты путь для чего начинаешь? Чтобы цели достигнуть? Ну вот! Так что не неси херню. - она кинула мне мандарин, а я поймав, тихо смеялся и молча ел. Мне ужасно нравились все её рассуждения. Она находила способы прикопаться к чему угодно. Поставить под сомнения вопросы, которые и не просили даже в них сомневаться. Иными словами, мне просто нравилось болтать с ней о всякой мало важной херне.
   Что было ещё интереснее. Наташа знала, кажется, вообще все языки мира. Понятия не имею знала ли она мёртвые языки. Но инструкцию от пылесоса на албанском она прочла. Обратную сторону освежителя воздуха на китайско-корейском тоже. Впрочем, она могла не только читать, разговаривать и писать так же без каких-либо проблем. Помимо сих чудес, она обладала очень хорошей памятью. Хотя, мне кажется, это больше её личная особенность, чем что-то аномальное.
   Все хотят себе умную, красивую, хозяйственную и верную. Один только вопрос, зачем вы такой чудесный ей нужны? Этим же вопросом задавался и я. Всё я мог притянуть за уши. Поверить в любой фантастический бред этой лисицы. И мне хотелось в него верить. Хотелось быть частью этого странно-абсурдного чуда и так не хотелось его разрушать.
   - И всё же... Почему я? Почему именно со мной ты решила встречать Новый год? Дама ты видная. А остановилась именно на одиноком алкоголике? Хотя такие вроде женщинам и нравятся. - ехидно спросил я, смотря точно ей в глаза.
   - Очень смешно, умник. - закатила глаза лисица. - Отвечу коротко. У нас очень много общего. Наверное, мне просто повезло, что именно ты занял эту квартиру. Вряд ли я бы показалась кому-то другому.
   - Ого. Как откровенно! Так получается я особенный? - самодовольно ухмыльнулся я.
   - Ага. Особенный... Ну вот к кому ещё? К той маразматичной бабке напротив? Или к тем алкашам снизу? - девушка вздохнула и перевела глаза на курицу в духовке. - Пора тебе её вытаскивать...
   Конечно, я тогда понимал, что Наташа мне недоговаривает. Что дело не совсем в празднике. А в чём-то ещё. Но почему-то её глаза были мне до боли знакомы. Пусть там я видел разные эмоции и чувства, но что-то в них было ещё. Что отчётливо откликалось и во мне. Наверное, случайный читатель снова возразит и скажет: 'Что это за сюр? Ну вот это то явно бред уже. Каким таким образом вы смогли за полдня подружиться?'. На что я смело отвечу. Ни хрена вы не понимаете в отношениях между людьми и.. лисо-людьми! А если серьёзно то это был тот редкий тип знакомств, когда и знакомиться то не нужно. Я изначально как бы ни относился к Наташе, был с ней прямолинеен и откровенен. Говорил я ей исключительно правду и то, что, как говорится, на душе лежит. Уж простите, все наши разговоры пересказывать не буду. Однако замечу, всё это было взаимно. 'А чёж она тогда тебе не рассказала, что обещала? О своей чудо-природе.' - скажете вы. А я и не допытывался. Она бы рассказала, позже. В этом я не сомневался, но и вытаскивать из неё это не было смысла. Очень уж осторожно она обходила эту тему. Естественно и ко мне вопросов с её стороны было не меньше. По большей части они касались лично меня. Моих отношений, о причинах приезда в эту глушь, о моём возрасте и взглядах на мир. Это пересказывать я тоже не хочу. Ну вот зачем? Знать это вам не нужно, а что нужно было, уже и так рассказал. Давайте лучше вернёмся к Новому году?
   Курицу я успешно изъял из духовки. На что получил от Наташи радостное удивление получившемуся шедевру, мясо-то я готовил получше любого другого продукта. Было решено перетащить стол в зал, к дивану, равно как и телевизор. Занимался этим, естественно я. И зайдя в зал, удивился не меньше чем та курице... Там стояла ёлка. Искусственная, конечно, но сам факт!
   - Ты где её нашла?.. - спросил я, поставив стол перед диваном.
   - Да под диваном лежала. Не удивляйся. Я уже всё проверила. И твои сумки тоже. - хитро заметила она, выглянув из-за моего плеча.
   - Знаешь... Это как-то жутковато. Самую малость. А ещё ты довольно близко.. - слегка смутившись ответил я.
   - О.. то есть как руки свои распускать, так, пожалуйста. А как мне подойти ближе, чем на два шага, так это уже напрягает? А ведь не зря... - она перешла на шёпот. - такие как я едят людей..
   - Учитывая, что я знаю о кицунэ, из японской мифологии, а там вообще разное пишут в зависимости от источника.. - недоговорил я, как меня перебили.
   - А хочешь, покажу кое-что? Только если не испугаешься. Что скажешь? - как-то странно и загадочно проговорила она.
   - Если ты собираешься меня сожрать то, наверное, не стоило это всех тех прелюдий. - я повернулся к Наташе, что медленно положила руки на мои плечи и опустила голову вниз.
   Спустя несколько секунд, медленно поднимая голову и нечеловечески широко улыбаясь, Наташа обнажила ряды белых острых клыков. Что уж никак не поместились бы в обычную человеческую челюсть. Также медленно она стала открывать пасть.
   - Видимо, в постели ты предпочитаешь работу руками? Хотя... - я сделал вид, что задумался, хоть по спине и пробежал холодок.
   - Идиот! - прорычала она, резко пихнув меня в плечо. Быстро помотав головой в разные стороны, её клыки вернулись к привычным всем зубам. - Тебе что, жизнь не мила? Или у тебя одно в голове? Извращенец...
   - А ты бы хотела, чтобы я в ужасе крича сиганул в окно? Способность удивляться миру присуща, как правило, только детям и дуракам. - сказал я, сложив руки на груди.
   - Мир стоит того, чтобы ему удивляться. - очень серьёзно ответила Наташа.
   - Теперь-то я это понимаю. - улыбнулся я. - А игрушки для ёлки ты там не нашла?
   - Игрушки?.. - не понимала Наташа.
   Пришлось мне объяснять и это. После оставив Наташу разбираться с ёлкой и тем, что на неё вешают. В том же диване находился чемоданчик со старыми стеклянными игрушками. Сделанными ещё, наверное, при царе Горохе. А мне осталось непонятно, как ёлку она на праздник поставить додумалась, а игрушки к ней нет.
   31 декабря 22:00
   Ёлка наряжена, со звездой на макушке. Стол накрыт. Скатерть, блюда. Тарелка бутербродов, шпроты, икра красная. Мандарины, курица в центре стола. Пюре, оливье. Телевизор напротив, там что-то шло новогоднее, но я не смотрел. Да и не помню я, что там было. Готовил в основном я. Наташа помогала. Ибо просто не знала рецептов этих блюд. Хоть до бабушкиного с мамой уровня готовки было как до луны, Наташа бы этого не заметила. Оливье, как и шпроты с икрой, она пробовала впервые. Про мандарины вообще молчу. Она сожрала целый пакет меньше чем за два часа. Это с перерывами на поговорить и порезать овощи на салат. Она в целом довольно бодро и без стеснения ела любые предложенные и не предложенные вкусности. Что, видимо, магическим образом не откладывалось у неё в боках. Так шутить я, конечно, не стал, а ведь хотелось... В общем все атрибуты типичного Нового года были собраны. Пусть и спонтанно, пусть и по просьбе. Я ведь сам был рад. Ибо вряд ли стал так заморачиваться для себя. Накрыл бы чего-то, посмотрел что-то, поиграл бы во что-то на компе, да пошёл бы спать. А как известно: Ничего не должно стоять между мужчиной и его компьютером. Если это 'что-то' не девушка-лиса из форточки.
   Я сел за стол. Наконец, выдохнул. Мешок был рядом, так что я знал и помнил, том, что Наташа находилась в соседней комнате. 'Неужели я действительно с кем-то вот так могу просто отпраздновать Новый год?..' - думал я. Для меня действительно такая, казалось бы, простая и привычная многим возможность, была сродни чему-то особенному. Вы не поймите неправильно. До того как уйти в свободное плавание, я праздновал его каждый год в кругу семьи. Стоит ли мне винить в отсутствии времени и желания на такие радости жизни рутину? Действительно ли рутина была виновна в том, что я перехотел быть собой? А я именно что перехотел. Но здесь возникал и другой вопрос. А кто я вообще для себя такой? В погоне за своим благословением я не находил желания заниматься действительно интересными для меня вещами. Перебиваясь быстро усваиваемым эндорфином из Ютуба и сессионных онлайн-игр. Ведь и время у меня было. Была и возможность. Но я не хотел. Смирился и просто привык к такой жизни. Хотя всегда знал, что это плохо. А кому плохо-то? Наверное, одному моему подсознанию - не желающему жить скотской, по его мнению жизнью. Но не делающему абсолютно ничего, чтобы что-то изменить. И поэтому я и оказался здесь. В очередной раз напоминая тебе, читатель, о том, что я просто захотел убежать. Ибо это стало просто невыносимо. Мне стало противно от такой жизни. Противно от себя. Но ты, читатель, должен знать. Что это не выход. Вернее это-то выход. Но этот выход ничего не решает. Он даже в голове ничего не решает. А только всё усугубляет. Вырываясь из гущи рутины в сплошную пустоту легко, потеряться. А чтобы в ней не теряться, нужно заранее знать, к чему ты идёшь. Строить, так сказать мостики в своей голове и не загоняться. Ибо рутина мне хоть и была страшна, но теперь неопределённость была ещё страшнее.
   Как тут мои рассуждения в очередной раз, влетев с двух ног, вытеснила Наташа, зайдя в зал в чёрном похоронном платье. Скорее всего, вынутом из шкафа бабкиного шмотья. Уж не придумал я ему названия лучше. Было оно в пол. Закрывало горло и руки по запястьям.
   - Смерть? - открыв рот спросил я.
   - Хуерть! Я, кажется, поняла... Ты обладаешь невероятным талантом ломать на корню любой момент и любое настроение! Вот сложно было просто удивиться и сделать комплимент? - рассерженно зашипела она, да так, что хвост позади неё поднимал подол платья. Жалко, что оно было слишком длинным.
   - Ты невероятно красива. Когда похороны? - широко и с насмешкой улыбнулся я, подав ей руку, желая помочь присесть.
   - неисправимо упрямый идиот... - прошептала та и молча села рядом, отбросив мою руку в сторону.
   - Опереться можно только на то, что сопротивляется в ответ! - философски заметил я, сделав очень умное лицо.
   - Двинуть бы тебе... Чтобы ты хорошо прочувствовал сопротивление. Наливай уже! - всё ещё обиженно рявкнула девушка, сложив руки на груди, принялась ждать.
   - А мама говорила мне не разговаривать с незнакомыми тётями. Поэтому я просто пил с ними водку. - также улыбаясь, я налил ей рюмочку.
   Та без закуси тут же её опрокинула. И желание закусить также быстро у неё появилось, в ход пошёл мандарин.
   - Ты бы так не торопилась. А то до Нового года не дойдёт! - рассмеялся я.
   - Это что за дрянь?! И ты это здесь неделю пил?! - Наташа бегло накладывала себе салатов с картофельным пюре. А я отрезал и накладывал ей куски курицы.
   31 декабря 23:00
   Ну... Что вам рассказать? Да. Мы напились. За час? За час. Эту ушастую понесло с третьей же рюмки. А Лепс, что так вовремя появился по телевизору, видимо, на каком-то подсознательном уровне нравится женщинам. Впрочем, под водкой мне тоже много что нравилось. И даже Лепс. Вот уже и свет был выключен... комната погрузилась в приятный полумрак. Только телевизор с гирляндой на ёлке, хоть как-то освещали нас с Наташей, медленно танцующих напротив. Умели ли мы танцевать? Конечно, нет. Но желание держать её за талию было куда сильнее, чем моё стеснение и вообще что-либо. Хотя кого я вообще здесь обманываю? Я вообще не стеснялся. Я отдыхал и наслаждался Новым годом. Ибо на моё собственное удивление, даже будучи в браке, я его вот так никогда не праздновал. А почему? Об этом ни думать, ни вспоминать вообще не хотелось. Ошибки прошлого на то и в прошлом.
   Наташа прижалась сильнее, приобняв меня за шею, и тихо-тихо заговорила.
   - прости мне мой эгоизм.. я не должна была.. я вообще не должна была появляться здесь.. - робким и будто даже всхлипывающим голоском прошептала она.
   - хэй.. ну ты чего?.. Всё же хорошо. Мы встречаем Новый год, как ты и хотела. Так ведь?.. - пытался я успокоить её, поглаживая по спине.
   - Вот именно! Вот именно что хорошо! И я вообще не хочу уходить! - воскликнула она, сжав мою шею крепче.А почему вообще нужно куда-то уходить?.. - совсем не понимал я, душевных терзаний Наташи. Как тут она перешла на совсем уже не пьяный и вполне отчётливо серьёзный тон.
   - Законы этого мира очень и очень странные. Я могу рассказать лишь о том, что здесь. И не более. В противном случае сам мир сделает всё, чтобы пожрать меня. Это работает как защита от дурачка. А само моё в нём присутствие, сродни болезни, с которой организм будет бороться, когда он её, конечно, обнаружит. - теперь девушка смотрела прямо в мои глаза.
   - о чём ты?.. - я сделал вид, будто не понимаю, хотя я действительно плохо понимал такую резкую перемену настроений.
   - Новый год действительно очень и очень хороший праздник. Ткань миров истончается, тайное становится явным. А то сколько эмоций и чувств вы выбрасываете в воздух, даёт таким, как я возможность поколдовать без лишних глаз. И празднуют все, Петя. От духа до лисы. В прошлый такой праздник мне повезло оказаться здесь. Действительно повезло. Мир приятный, удобный. Всё под рукой. Есть еда и вода в доступности. Есть и где поспать без страха быть убитой. И вот наконец цикл подошёл к концу. И я могу воспользоваться этим, чтобы пойти дальше.
   Меня толкнули на диван, я рухнул не в силах и не желая перебивать её. Наташа плавно нависла надо мной, медленно садясь ко мне на колени. Её руки нежно прижали мою голову к её груди, также нежно обнимая.
   - в прошлом вашего мира, произошло нечто ужасное... что-то, что низвергло магию в пыль, оставив от той лишь крупицы... даже ветви мирового древа, приживаются здесь с большим трудом.. однако у меня есть пару веточек..
   - Наташ.. - в голос ей прошептал я.
   - тссс... дурачок.. я же говорила, у нас очень много общего... и неважно, как ты пал Петя.. я прекрасно тебя понимаю.. мужчины ведь плачут в одиночестве... ночью, без света, сидя на кухне с кружкой чего-то в руках..
   Нащупав на столе пачку бенгальских огней и зажигалку от её сигарет, я поджёг их и выставил руку в сторону, протянув ей одну палочку.
   - Жить без выбора - хуже, чем ошибаться. - сказал я и за нами по телевизору вместе со мной закончил говорить президент. Знакомые каждому кремлёвские часы стали отбивать секунды.
   Даже что-то понимающую в магии Наташу, эти искры заставили остановиться и замереть. Она осторожно взяла у меня один за железный кончик, а я поджёг ей зажигалкой другой.
   - я тебе тут тайны мироздания.. а ты радуешься простым искрам.. - она посмотрела на меня, мило и заботливо улыбнувшись.
   - Мир стоит того, чтобы ему удивляться. - я подмигнул. - С Новым годом, Наташ.
   - С Новым годом... и прости меня... - прошептала она и нежно поцеловала меня в щёку. - В жизни должна быть такая ночь, которая запомнится на всю жизнь... я ведь тоже... ужасно одинока... а одиночество болезнь смертельная...
   Почему-то мои глаза стали закрываться сами собой. Я вообще не хотел спать. И вообще, не хотел их закрывать. А веки предательски катились вниз, улавливая исчезающий образ Наташи. Всё произошло буквально за доли секунд, и я окончательно провалился в небытие царства Морфея.
   1 января 7:00
   Меня будто холодной водой облили. Я вскочил с дивана и тут же стукнулся ногой о стол. Завыв, я рухнул обратно в диван. Никого кроме меня здесь не было. Остывшие остатки трапезы на столе. Сожжённые бенгальские огни.
   - Кажется, я хорошо отметил... И не лень же мне было готовить. - сам себе удивившись, я ухмыльнулся, потирая колено.
   Но что-то было не так... Что-то во мне нарастающей тревожностью ныло.
   Я встал. Подошёл к окну. За ним, медленно оседая на сугробы, шёл снег. Всё было правильно. Как и должно было быть. Но мне почему-то это не нравилось. Я пошёл на кухню. Пепельница. Открытая пачка сигарет на столе. Съеденный ровно наполовину шоколадный Дед Мороз и пару развёрнутых шоколадных монет. Отопления не было. Сам не знаю почему. Не было и электричества. Найдя рубильник в коридоре, электричество я вернул.
   Но я не курил. И сладости я не любил. Разве что редко и что-то особое. Я напрягся. Поставил чайник. Сделал чай с лимоном, без сахара. Отпил. Поморщился от кипятка, обжигающего язык. Поставил кружку обратно. Моё сердце молило и кричало. Рвалось на куски, а я и не помнил почему. Я сел за стол. Взял пачку, нашёл в кармане зажигалку. Поджёг и взял сигарету в рот. Она медленно тлела, пока не осела пеплом на столе. Ни одной тяги я не сделал. А стало в этом доме невыносимо тихо. Невыносимо больно и что-то ледяное поступало в грудь. И только боль во всём этом была со мной по-настоящему честна. Может, поэтому мы её так боимся? Боль нужно слушать. А мы боимся быть честными со своей болью. Она единственная, кто будет честна до конца. Чувство одиночества и необъяснимого мне страха пожирало меня изнутри. Не выдержав, я вбежал в зал. Всё было неправильно и правильно одновременно. Я что-то упускал. И это что-то было не столько в окружении, сколько во мне самом. Я уже хотел жить. И силы у меня были. Был и интерес к этой жизни. Но... Эта самая жизнь будто ревниво что-то прятала. Как здесь я заметил под ёлкой странный мешок. Взяв его и открыв, внутри было пусто. Но кое, что я всё-таки из него получил. Я тут же крепко сжал его, прижав к груди. Теперь я боялся только одного. Забвения.
   Бесполезно ведь любить беспросветную даль. А тех ли я вообще в своей жизни любил? Да и за что? На кого я тратил эту жизнь? А на кого хочу потратить теперь? Ведь Наташа была очень интересной. Очень приятной для моего сознания. Необычна по всем критериям. И я хотел прыгнуть за ней, куда бы она там под бой курантов ни прыгнула.
   Но это означало бы проиграть самому себе. Сдаться. Поддаться искушению и нечего, не исправив бежать дальше. Самый сладкий и приятный выбор был в корне неверным. И это меня изводило. Выбрав бы это, я не понял бы ничего. И было бы это неправильно. А ведь оно часто так. Часто приятно быстрое и неправильное по сути своей. Но так хотелось... Бросить всё. Вообще всё. Себя. Мир этот. Знакомых и друзей, семью. Всех, о ком я и словом не обмолвился, но имеющих в моей жизни куда большее место, чем случайная и неизвестная никому Наташа.
   ' Чувства - это воспоминания, способные преодолеть даже ткань мироздания. '
   Доброе утро, дорогие слушатели! Если сейчас вы уже не спите лицом в салатах, значит, вы с нами на Радио Маяк! С вами я, Василий Шляпин! И наше первое в Новом году вещание! Начнём мы его с хорошей классики! А по случаю, анекдот! - орал голос ведущего радио из соседней комнаты.Попадает мужик в рай, подходит к ангелу и спрашивает:
   - А где Цой? - пауза.
   - А Цой жив! ХАХАХПХП!!! - рассмеялся ведущий, и тут заиграла песня группы Кино - Когда твоя девушка больна.
   ' День как день, только ты почему-то грустишь. И вокруг все поют, только ты один молчишь. '
   Выкрикнул я в мешок три заветных слова. И нет, это не те банальные вещи, о которых вы подумали. Я хотел вытащить ветвь мирового древа!
   ' Потерял аппетит и не хочешь сходить в кино - Ты идёшь в магазин, чтобы купить вино. '
   Показалась белая как снег, гладенькая веточка с множеством ответвлений, похожих на корешки.
   ' Солнце светит, и растёт трава, но тебе она не нужна. Всё не так, и всё не то, когда твоя девушка больна. '
   Но что мне было с ней делать? Артефакт, способный рассекать миры, был в руке. А куда его пихать и как трансгрессировать, инструкции никто не оставил.
   'М-м-м-м, когда твоя девушка больна, М-м-м-м, когда больна...'
   31 декабря 23:55
   Поддался ли я? Не знаю. Прошёл год. Я вернулся обратно. Работал как ужаленный. Деньги почти не тратил, копил, чтобы потом всё передать родственникам. Есть разве что стал нормально, уже не отказывая себе в нормальных продуктах. Часть необходимых вещей закидывал в чудо-мешок и забывал об этом. Всё должно было пригодиться к тому моменту, когда я уйду.
   У меня были всего-то сутки, проведённые с ней. Но эти сутки что-то во мне поломали. Поломали безвозвратно. И причиной тому была отнюдь не Наташа. Ломаться я начал ещё очень давно. Но именно этот день убедил меня в том, что я не хочу это чинить. Как бы это ни называлось. Я захотел верить в чудеса.
   А возьму ли я с собой мешок? Специально ли мне его оставила Наташа? Или водка помешала ей о нём вспомнить? Думал я обо всём этом весь год. И мне хотелось верить, что она забыла его специально. Что всё-таки поддалась чувствам и хотела, чтобы я пошёл за ней. Иначе в чём был смысл? Возможно, мы действительно очень похожи. В это я тоже хотел верить. И я убедил себя во всём этом. У меня был целый год на рассуждения, сомнения, размещения, убеждение и отговорки. Но представься хоть кому-то такая возможность, как бы вы ей воспользовались? Вела меня отнюдь не жажда новизны, иные миры и невероятное путешествие. Наташа не зря так опасалась даже словом обмолвиться. Мешок действительно притягивал тонны проблем. Часто я его ронял, с десяток раз он норовил испариться из моего поля зрения, и часто мне казалось, что я его забыл. И Наташу я забывал, но не забывал я чувства. И каждый раз они возвращали меня к этому мешку. Я хранил его в сейфе. Специально для него и купил. Поставил на полузаметное место, под кровать. Написал записки, которые вроде бы и не должны были намекать на сейф, но намекали на что-то важное под кроватью. В сейфе я хранил и наличку. Мне было страшно, что будь там один мешок, все записки непременно потеряли бы своё содержимое. Ибо первый раз я даже его потерял. На целый месяц. Написал в телефоне заметки, написал и на листочке. Повесил на холодильник, на дверь в ванную, в спальню, на шкафчик на кухне и. Один сдуло в окно. Другой пропал. Третий я и вовсе я постирал вместе с наволочкой. А довести мешок из той глуши было так-то тоже непросто. То у меня украдут на вокзале сумку, благо я не спускал с вора глаз ни на секунду. Я даже не моргал, пока бежал за ним. То мужик в поезде по ошибке взял не свой багаж, а мой. И чемоданы у нас, представьте, были одинаковые. Но и носить мешок с собой было тоже страшно. Вдруг порву? Или что-то в меня влетит? Вы справедливости ради скажите: 'Так это просто паранойя!'. Наверное, вы и окажетесь правы. Однако паранойя, спешу заметить, оправданная! Мешок-то волшебный. Вы часто вообще волшебные мешки встречаете? Я вот первый нашёл. Найдите второй и тогда что-то мне говорите. Умные здесь нашлись. Дочитали и мол критиковать можете? Ага. Щас. Да, давайте, расскажите мне всё, что думаете.
   'Герой тряпка. Повёлся на какое-то пубертатное воображение. Ради него занимается непонятно чем. Рассказывал нам здесь о том как нужно стремиться к лучшему, борясь с худшим. А сейчас вообще скатился в какую-то откровенную фэнтезийную хрень, с не очень-то чёткими и малообъяснимыми мотивами.'
   Я вам, в свою очередь, отвечу. Отвечу. Моя это жизнь, и мой выбор. Не все могут разобраться в себе, не то что в окружающих. А вы тут полезли на моё поле. И ещё рассказываете о том, как его пахать и что на нём сеять! Всё. Достало. Хера с два, я вам больше, что скажу! Сидите и читайте без моих комментариев. Умники, блядь!
   ...
   Пётр действительно ушёл. Он сейчас на нервах. Спать лёг. Но что же делать? Кому и как продолжить эту историю? Ведь не бывает хорошей истории без хорошего рассказчика. Как хорошей книги без хорошего писателя. Или всё это лишь форма восприятия? Важна ведь не столько история. Не столько важна её мораль. Здравый смысл представьте себе, в ней тоже не очень важен. Как и неважно то, за чем вы вообще её читаете. Важно другое.
   У Пети не было мыслей, которые он хотел бы донести. Он хотел лишь вылить свои чувства в то, что их действительно примет. Чистый и белый лист бумаги. Окрасит себя и покажет, что он действительно чувствовал. Что поможет ему прожить и понять. Он не рассказчик. Он очень одинокий человек.
   31 декабря 23:59
   Пётр попрощался со всеми. С семьёй. С друзьями. Со всеми, с кем общался. Всем рассказывал разное и всегда одно. Что уезжает и никогда не вернётся. Закрыв все свои гештальты, дела, вопросы. Не оставив за собой ничего, в новогоднюю ночь он исчез. Использовав оставленную ему Наташей с ведомой только ей целью, белую ветвь древа Оак. Исчез навсегда. Бесследно. Безвозвратно.
   Стоит рассказать больше и дополнить данные Наташей сведения о древе и о происходящем. Теперь ведь уже можно было. Представьте себе себя. Сидящем в комнате. В квартире или доме. В каком-нибудь городе. В какой-нибудь стране. Находящейся на каком-то континенте или просто земле на какой-нибудь планете. Отдалитесь максимально и представьте что-то, что идёт за звёздным небом и даже галактиками. Но не в физическом смысле. А во всех сразу. Это бы и было похоже на то место, где произрастало древо Оак. Именно. В пустоте. В земле. Сквозь материи и пространства, по никому не известным принципам и законам. Оно было разумно. Было неразумно. Строго и мудро. Изменчиво и постоянно. Оно было и это главное. Не было богом, но видело их начало. Не любило природу, но слушало её просьбы. Стремилось выжить везде, куда бы доходили её корни. И этим пользовались те немногие, что удостоились чести его увидеть. Ведь видели его лишь те, кому оно позволяло себя видеть. Многие сознательно искали способы найти его. Использовать или уничтожить. И то и то было полезно в равной степени. Древо было слабо и хрупко. Ведь оно в рамках миров было, в конце концов, просто древом. И простой топор мог бы справиться с тем, что рассекает ткань пространств.
   Стоит рассказать и о мирах. Древо мог принять почти каждый. Но каждый не стал бы терпеть тех, кто приходит по его корням и ветвям. Миры не были разумны. Но само их существо требовало собственной стабильности даже в мелочах. Даже в пыли и мельчайших частицах. И нечто столь необычное, как 'Наташа', было для мира Пети раковой клеткой. События и ситуации сами бы строились так, чтобы извлечь Наташу. Или проще. Умертвить её. Ибо пока та оставалась в мире. То приносила бы собой дисбаланс. Не должно было быть Наташи. И никогда её здесь не было. Но она была. И баланс нарушала. Однако и мир не был так жесток для неё, пока она старалась ограничить своё в нём проявление. Любыми способами. За всё везде нужно платить. За каждый чих, каждый вздох и движение. Всё реагирует и всё ответит, но по-своему.
   Петя не знал, куда он в итоге попадёт. И, возможно, он был прав в том, что готовился. Собирал инвентарь, использовал данный ему мной артефакт. Ибо попал он в место не из лучших. Миром это было назвать сложно. Назвать это место останками миров, тоже можно было с трудом. Это был лес. Какой-то другой. Где даже мировое древо теснилось и кое, как приживалось. Полученные от Наташи ветви, неожиданно для неё самой, вели в конкретные места. И так было всегда. Ведь древо хоть и не видело, куда стремиться произрасти, зато знало в каком направлении было это стремление.
   Выкарабкаться Пете пришлось прямо из земли. Ведь оказался он стеснённый корнями под ней. Так бы он там и умер от удушья, если бы не рыхлость почвы. Высунув голову и наконец вдохнув, он обнаружил себя в лесу. Лесу тёмном. Лесу сумеречном. С вечно тускло звёздным и безлунным небом, что никогда не менялось. Здесь непонятно было, сколько времени проходит. Что вообще сейчас за время суток и было ли оно? Не было даже времён года. Были лишь сумерки, вечные сумерки. Были лишь высоченные сумеречные тёмные берёзы, раскинувшие шапки своих крон, закрывая ими часть неба. Бледного цвета прохладная трава стелилась здесь повсюду, доходя до колена. В одном Пете повезло. Я тоже была где-то здесь. И он обязательно бы меня нашёл. И в итоге нашёл ведь. Но это уже совсем другая история. А зачем он рассказал вам о том, как мы встретились, а не о невероятных приключениях в другом мире? Ах, Пётр...
  
   П.С. Наташа
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"