С тех пор он приобрел привычки и нрав поэтов. Стал часто плакать. Часто бродил под деревьями при свете луны. Часто в одиночестве бормотал что-то себе под нос. Часто делал колкие замечания. Часто обзывал окружающих идиотами. Во время еды требовал вина, ел курицу и рыбу. Когда не пил вина, то изображал вдрызг пьяного.

В конце концов он написал сотню стихотворений. Его друзья, ученики, бывшие подчиненные - все пришли выразить свое восхищение. Один связался с издательством, другой - с прессой. Телевидение решило после выхода сборника его стихов сделать о нем специальный репортаж. Редакция журнала приняла решение один выпуск целиком посвятить его стихам. Даже заранее был снят зал для презентации первого сборника стихов.

За пятнадцать минут до презентации Лао Ван еще раз внимательно перечитал то, что написал, и решил все сжечь. Друзья, подчиненные, ученики - все одобрили такое строгое отношение к собственному творчеству.

Лао Ван и сам был рад. Он подумал: 'Сжечь стихи - разве это не поэтичнее, чем написать их?'

И тогда он вспомнил о Линь Дайюй