Мальчик-с-пальчик     Мальчик-с-пальчик долгие годы припеваючи жил в городской малогабаритной квартире с родителями - стариком и старухой. Что ни день выпивал сто миллиграмм, а то и сто пятьдесят. Деньги зарабатывал тем, что играл в прятки на деньги. Но однажды его позвал на кухню престарелый родитель на серьезный разговор.   - У меня к тебе, сынуля, серьезный разговор, - так и сказал он, потягивая из кружки прокисшее пиво.   - Слушаю, батюшка, - ответил Мальчик-с-пальчик, посаженный стариком на подоконник.   - Понимаешь, мы со старухой уже немолодые люди и силы у нас уже не те, что были прежде. Поэтому мы в последнее время сильно беспокоимся о твоем будущем. Короче, довольно дурака валять - пора тебе основательно устраиваться в жизни. Смотри, что происходит в нашей стране - позакрывали к псам все казино вместе с покерными клубами, игорному бизнесу капут. Скоро, наверное, запретят играть и в прятки на деньги.   - Э-э, батюшка, когда это еще произойдет, - легкомысленно дернул ножкой Мальчик-с-пальчик.   - Не перечь мне! Это произойдет гораздо раньше, чем тебе представляется! - рыгнув, грохнул кружкой по столу старик. - Нет, натурально, прокормить-то мы тебя со старухой прокормим, хоть она и инвалид - без мизинца на руке. Кстати, по твоей милости. Но пить каждый день по сто миллиграмм, а то и по сто пятьдесят ты больше не сможешь.   - Скверно.   - В общем, тебе надо заиметь настоящую профессию. Но, скажем, экскаваторщиком или штукатуром ты работать не сумеешь. Из-за своего малого роста. Сборщиком пустых бутылок, как я, по тем же самым причинам тоже. Давай определяйся, к чему у тебя лежит сердце, само собой, в пределах собственных физических возможностей. Парень ты у меня смекалистый.   - Батюшка, а что, если у матушки отрубить еще один пальчик, тогда у вас родится второй ребенок, и вы получите от государства материнский капитал.   - Кхе-кхе, неплохая мысль, - крякнул старик, почесав в затылке. Взял топор и направился в комнату к старухе, но остановился и заметил: - Но в любом случае тебе, сынуля, следует овладеть какой-нибудь стоящей профессией. Капитал капиталом, но содержать сразу двоих оглоедов нам не по карману.   Три дня Мальчик-с-пальчик мерил шагами свою комнатушку и определялся, к какой работе у него лежит сердце. Кроме того, ждал, когда из отрубленного пальчика старухи, жутко стенавшей за стеной по поводу открытой раны, на свет у него появится братик или сестренка. Но, как оказалось, из пальчиков не всегда рождаются детишки. Поэтому на четвертый день он решил отдохнуть и пойти в ближайшую забегаловку, чтобы выпить сто миллиграмм, а то и сто пятьдесят.   В тесноватом помещении было душно и накурено, хоть батюшкин топор вешай. За одним из столиков в тусклых останках уходящего дня, раздробленных решетками на окнах, сидел губернатор Калифорнии, Арнольд Шварценеггер, и поглощал третью тарелку суточных щей. Едва заприметив Мальчика-с-пальчик, он тотчас пригласил его разместиться на своем столике, рядом с солонкой, потому как давно мечтал познакомиться с этим героем русской народной сказки. Видя к себе такое расположение, тот растрогался и поведал губернатору Калифорнии, что зашел в тупик с выбором профессии.   - Да, у каждого свои проблемы, - кивнул Шварценеггер, внимательно выслушав его. - А мне приходится подрабатывать чистильщиком. Понимаешь, малыш, зарплаты губернатора Калифорнии мне катастрофически не хватает. Ну, из-за моих габаритов. Ем я много, пью и того больше. Одежду и обувь мне делают на заказ. А сколько уж я переломал везде всякой мебели, за которую потом заплатил, даже не счесть. Вот и приходится подрабатывать чисткой труб - в основном у одиноких дам и у тех, у которых мужья в отъезде. Сами же они этого сделать не могут.   - Оно, конечно, самим это несподручно, - согласился Мальчик-с-пальчик, выпил малюсенькую рюмочку и занюхал крошкой черного хлеба.   - Еще как! О, чистка труб - великое искусство! Ведь к каждой трубе нужен свой особый индивидуальный подход - они бывают очень требовательными и капризными. Но я обладаю прекрасным австрийским инструментом. Есть у меня и свои пристрастия - я, например, не люблю чистить слишком молодые и слишком старые трубы. Это хлопотно и утомительно. Больше всего, мне по душе трубы среднего возраста.   - И хорошо зарабатываешь?   - Не жалуюсь, - усмехнулся Шварценеггер и щелчком сшиб с мужественного подбородка кусочек кислой капусты, прилипший к коже.   - Э-э, осторожнее! Не кидайся! Убьешь же!   - Извини, малыш.... Видишь ли, в Америке я уже прочистил все трубы, которые в этом нуждались. Теперь вот приехал в Россию. Стало быть, отсюда и управляю Калифорнией.   - Трудно, наверное?   - Да нет, пустяки. Отдаю распоряжения по телефону, но главное - отправляю часть своей выручки в помощь пострадавшим от лесных пожаров, - ответил Шварценеггер и, вздохнув, добавил: - Эх, досадно, что ты образовался из мизинца, а не из среднего пальца.   - Это еще почему?   - Долго объяснять. Если в двух словах, то каждый палец имеет свое предназначение - у мизинца оно самое ничтожное. Ну да ладно... Вот что, малыш, иди-ка ты ко мне в напарники. Будешь мне помогать.   - Звучит заманчиво, - протянул Мальчик-с-пальчик, разглядывая дно пустой рюмочки. - Но справлюсь ли я?   - Даже и не сомневайся. Обучишься ремеслу мигом.   - А что делать?   - Да залезать в дамскую трубу и довершать то, что не получилось у меня с моим австрийским инструментом. Чистишь порой в поте лица несколько часов, но не удается прочистить до конца. Все без толку. Естественно, у клиентуры возникают претензии, а я дорожу своей репутацией.   - Правильно, хорошая репутация превыше всего, - согласился Мальчик-с-пальчик. - Но давай расскажи, как конкретно мне их прочищать?   - Элементарно. Как плясать "барыню" в присядку.   - Ну, это я умею, это я запросто. Только если я вдруг застряну в трубе? Что ж мне тогда там всю жизнь плясать "барыню" в присядку?   - Не дрейфь, малыш. К твоей ноге мы будем привязывать тонкую леску, и если застрянешь, то я выдерну тебя как рыбку из пруда, - хмыкнул Шварценеггер и продемонстрировал жест, каким будет его выдергивать. - Чик - и готово!   - Мне нравится, чтоб чик - и готово! А как с грошами?   - Не волнуйся, не обижу. Признаться, раньше у меня был напарником французский Мальчик-с-пальчик. Но мы с ним не сработались - иногда, бывало, заберется в трубу и вместо того, чтобы работать, бастует, требуя с меня дополнительную оплату. Типа за вредность пребывания во влажной среде. Чересчур меркантильным оказался, недомерок.   - Но мне бы не хотелось быть штрейкбрехером.   - Не волнуйся, я с ним давно расстался. С тобой же, я чувствую, мы поладим. По рукам? - спросил губернатор Калифорнии.   - По рукам! - ответил Мальчик-с-пальчик и протянул ему свою крохотную ладошку.   - Да, такая хреновина. Запомни, после того, как, раздевшись, пройдешь стерилизацию путем окунания в формалин, но перед тем, как лезть в трубу, тебе следует прокричать благим матом На Абордаж!   - Ничего себе! Ну, с окунанием в формалин - это понятно. Но с какой стати мне орать На Абордаж - нет.   - Понимаешь, малыш, традиция. Старая добрая английская традиция, пиратского происхождения.   - Как скажешь, тебе виднее.   С тех пор Мальчик-с-пальчик работает вместе с Арнольдом Шварценеггером чистильщиком. Своей необычной профессии он нисколько не смущается и очень ею доволен. Зарабатываемые им деньги оказались весьма кстати. Ведь старик, рассчитывая получить материнский капитал, поотрубал к шутам топором все фаланги на руках у старухи. Да и на ногах заодно. Отчаялся, что это не принесло никаких результатов, и принялся избавляться от собственных пальцев, надеясь, что здесь с детьми ему повезет больше. Теперь оба они нуждаются в дорогостоящем лечении, и полагаются лишь на своего единственного отпрыска.