Действие происходит в далёком будущем. История человечества поделена на мегахроны. Первый - миллионы лет охоты и собирательства, без классов и государства. Второй - двенадцать тысячелетий земледелия, ремёсел, машин, государственных и классовых разделений. Третий мегахрон - пять веков осуществлённого коммунизма: люди умеют управлять пятью состояниями психики, труд соединён с творчеством, общество без классов и насилия, материальный мир легко преобразуется с помощью кибертрона и эмбриодомов (жилищ, материал которых подчиняется воле хозяина).
На рубеже третьего мегахрона был открыт Д-принцип, сделавший дальние звёзды легкодоступными. Человечество вышло из колыбели и начало осваивать Галактику. Однако распахнутостью космоса воспользовались те, кого не устроил торжествующий порядок социального обновления: консерваторы, фанатики, приверженцы "вечных ценностей". Они бежали с Земли и создали в Плеядах своё государство - сначала Федерацию, затем Империю Плеяд. Эволюция раздвоилась: Союз Звёздных Республик (Земля и её мир) и Империя Плеяд существовали рядом, не мешая друг другу, - пока фундаменталисты не обнаружили на одной из своих планет базу Предтеч с оружием невиданной мощи. Один случайный импульс этого оружия смахнул с орбиты луну. После этого в Империи началось разжигание военных страстей, антиземляная пропаганда, подготовка к войне.
СЮЖЕТ
Глава 1. Без запретов
Антон Гез - преподаватель университета конца второго мегахрона (эпоха, похожая на наш мир, но с элементами более развитой техники) - живёт в городе, где правят ночные "друзья порядка", похищающие и убивающие неугодных. Однажды ночью за ним приходят. Гез бежит с десятого этажа, спрыгивая с балкона на балкон, и обнаруживает, что его тело обрело невероятную силу. Он убивает пятеро преследователей - голыми руками и из пистолета. После этого его мучает совесть: он не мог, не должен был убивать. Но одновременно какая-то тёмная часть души упивается внезапной свободой вседозволенности. Он осознаёт, что сегодня "шестнадцатое мая конца второго мегахрона" - понятие, которого он не знает. Город исчезает, и Гез оказывается в другом мире.
Глава 2. Угроза с Плеяд
Он - Антон Полынов, человек пятого века третьего мегахрона. Гез был его "психоинверсией" - временным погружением в личность своего предка Андрея Полынова, жившего в конце второго мегахрона. Цель инверсии: снять самозапрет на насилие, чтобы стать способным на то, чего не может человек его эпохи. Аронг - старейшина, наставник - объясняет ситуацию: фундаменталисты нашли оружие Предтеч, его возможности неизвестны, но угроза реальна. Послать разведчиков - значит нарушить морально-этические нормы. Не послать - остаться в неведении. Антон вызвался пройти вторую инверсию и отправиться на Плеяды.
Глава 3. Люди кольца
Антон знакомится с тремя товарищами по миссии. Лю Банг - чимандр философского ранга, сутулый, невозмутимый, курит трубку. Юл Найт - пигмей-ригелианин, притворяющийся легкомысленным сыном первопатриция. Ума - девушка из касты парий, хрупкая, с чёрными глазами, играющая на иллире - магическом инструменте. Каждый уже прошёл вторую инверсию и обрёл "маску" - личину, пригодную для жизни на Плеядах.
Ума играет на иллире, и музыка соединяет четверых в Кольцо - нерасторжимую психическую связь. Они становятся ближе братьев и сестёр, способны мгновенно узнавать друг друга в любом облике, чувствовать друг друга на любом расстоянии. Кольцо - их сила и гарантия: на Плеядах их пути разойдутся, каждый будет действовать самостоятельно, но они всегда найдут друг друга и при необходимости сожмутся в кулак.
Аронг напутствует их: сила социального зла в том, что оно не знает запретов, тогда как добро обязано выбирать средства. Но за внешней слабостью добра скрыт источник неодолимой силы. Их задача - не только разведать оружие, но и доказать плеядцам, где настоящая сила. Безоружные должны опрокинуть вооружённого.
Глава 4. Отец и сын
Действие переносится на Плеяды, в столицу Авалон. Эль Шорр - первый советник Падишаха, могущественный и беспринципный интриган - принимает своего сына Ив Шорра, молодого капитана. Эль Шорр раскрывает сыну изнанку власти: "отцы-основатели" Империи были пёстрой сворой - финансистами, мафией, легионерами, нацистами, фанатиками. Род Шорров ведёт происхождение от раба главы "Триады". Эль Шорр ненавидит смерть и бессмысленность существования, его маниакальная цель - всемогущество и бессмертие. Он намерен использовать оружие Предтеч, которое будет установлено на корабле "Решительный", где служит Ив. Сын должен стать "подсадной уткой" - офицером, мысленно выбалтывающим сведения, чтобы выманить земных разведчиков. Эль Шорр мечтает не просто о победе Империи, а о личной власти над Галактикой, о том, чтобы интеллект всего человечества служил ему, о поиске бессмертия в иных вселенных, куда ушли Предтечи. После откровенного разговора память Ив блокируется, чтобы он не выдал себя.
Глава 5. Сети заброшены
Антон Полынов уже на Плеядах, в Авалоне. Он пытается нащупать тех, кто знает об оружии Предтеч, через мыслечувствование - чтение сновидений горожан. Но у всех причастных к секрету сознание заблокировано. Он связывается с товарищами по Кольцу: Ума играет на иллире на улице, собирая слушателей; Юл развлекается в увеселительном заведении; Лю Банг изучает раритетную книгу в подвале. Они действуют порознь, каждый в своей "маске".
Глава 6. Сети заброшены (продолжение)
Дальнейшее развитие сюжета показывает, как четверо земных агентов проникают в разные слои плеядского общества. Антон - под прикрытием, Ума - как бродячая музыкантша, Юл - как сын первопатриция, Лю Банг - как учёный-чимандр. Сеть Эль Шорра расставлена: Ив Шорр с выключенным "мыслеэкраном" должен привлечь земных разведчиков.
ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМАТИКА
Центральный конфликт романа - между силой без морали и моралью, ограничивающей силу. Биленкин ставит вопрос: может ли добро, добровольно ограничивающее себя в средствах, победить зло, не знающее никаких запретов? Аронг формулирует парадокс: на первый взгляд самоограничение пагубно, но вся история доказала, что вне морали победа недолговечна и тлетворна. Сила социального зла в отсутствии запретов, но за внешней слабостью добра скрыт источник неодолимой силы.
Персонаж Эль Шорра воплощает крайний индивидуализм и волю к власти, доведённые до космического масштаба. Его мечта о бессмертии и всемогуществе - это бунт против смертности, против самой природы человека. Он презирает землян за то, что они "тратят" разум на совершенствование общества и человека, вместо того чтобы "обрушить разум на Вселенную".
Антон Полынов и его товарищи - носители иной силы: силы нравственной убеждённости, солидарности, способности к самопожертвованию. Их Кольцо - символ единства, которое сильнее любого оружия. Они пришли на Плеяды не как завоеватели, а как разведчики истины, и их задача - не победить силой, а отрезвить противника, доказать, что настоящая сила не в оружии, а в морали.
ОСОБЕННОСТИ
Роман сочетает элементы социальной фантастики, шпионского триллера и философской притчи. Мир Земли третьего мегахрона - утопия, мир Плеяд - антиутопия, и Биленкин исследует их столкновение не через военный конфликт, а через противостояние принципов. Язык романа густой, метафоричный, с обилием неологизмов (мегахрон, психоинверсия, эмбриодом, иллир, нечк, кибертрон), создающих ощущение далёкого будущего.
Сцена "охоты на человека" - это центральный эпизод романа, охватывающий главы 7-9 ("Королевская охота", "Поющий лес" и "Бог из машины"). Разберу её по порядку, без Markdown-разметки.
ЗАВЯЗКА. ПЛЕЯДСКАЯ ЛОВУШКА
Юл Найт, землянин-разведчик в маске легкомысленного сына первопатриция, выслеживает в сторации "Ферма" офицера Ив Шорра - того самого "подсадного утки", которого отец, Эль Шорр, выставил с выключенным мыслеэкраном. Юл, потомок пигмеев-охотников, применяет охотничье терпение предков: он ждёт, выжидает, и наконец видит в дверях "дичь" - капитана, от которого исходят тревожные знания, "как свежий запах хищника на лесной тропе". Юл начинает вживаться в сознание Ив Шорра, чтобы вычитать секрет оружия Предтеч.
Но он сам попадает в ловушку. Сзади подкатывается девушка, похожая на нечку, в руке блестит парализатор. Боль омертвляет мускулы - и Юла, как куль, швыряют в гравилет. "Здешние охотники умели захлопывать свои ловушки" - так Биленкин замыкает круг: охотник стал дичью.
СДЕЛКА. КОРОЛЕВСКАЯ ОХОТА
Юл попадает к Эль Шорру. Тот предлагает сделку: "королевская охота" - Юл будет дичью, а двое охотников с старинными ружьями (снотворные пули) будут его преследовать в лесу от зари до зари. Если продержится - получит все сведения об оружии Предтеч и свободу. Если нет - выложит всё. Шанс - один из полутораста, по расчётам Искинта.
Эль Шорр уверен, что предложение не оставляет Юлу ни единого шанса, и называет его "заманчивым посулом". Но Юл моментально соглашается - не из отчаяния, а потому что видит возможность, которую не видят ни враги, ни даже друзья по Кольцу. Он рассуждает так: "Я допустил одну крупную ошибку, а ты сделал три мелкие". Эль Шорр, не зная того, дал Юлу лазейку - не потребовал от него слова "не умирать".
ПОЮЩИЙ ЛЕС. ОХОТА НАЧИНАЕТСЯ
Юла с повязкой на глазах вывозят в лес и оставляют голым, босиком, без инструментов. Ночные холод, звёзды Плеяд сквозь листву. Первые же шаги открывают подлую хитрость загонщиков: трава полна бритвенно-острых листьев, которые исполосуют беглецу ноги и выдадут его кровавым следом. Детектор следов не нужен. "Где вы, столетия культуры и гуманизма? Снова голый человек на голой земле. Даже тут они не смогли выдумать ничего нового."
Юл ночью изучает лес, прикидывая шансы. Лес невелик, открытый, без чащоб и оврагов - спрятаться негде. Но Юл, используя темноту, изучает территорию и закладывает фундамент своей тактики.
На рассвете он идёт навстречу охотникам - не прочь, а на сближение. Ему нужно их увидеть, оценить, прочитать. Он различает двоих: Ив Шорр, "бравый капитан", которому "немного не по себе", молодой, "душа не железным волосом проросла, пока это лишь пух щенячий". И его напарник - гроссадмирал, "волк", идёт "с холодной беспощадной улыбочкой", настоящий хищник, опасный.
Юл проверяет реакцию обоих: изображает испуганный рывок. Ив Шорр вскидывает ружьё - рука адмирала даже не дрогнула. "Этот - опасен."
РАСКРЫТИЕ ПОДЛИНЫ
Юл обнаруживает прикрытие. За каждым из охотников, держа дистанцию в пятидесяти метрах, беззвучно скользят два чёрных боевых кибера - "похожие на кентавров", не касаясь почвы. Все условия "честной охоты" - старинные ружья, никаких киберследопытов - фарс. Киберы страхуют охотников от любой случайности. "Ведь и кролик, бывает, кидается на волка. Плеяды предусмотрительно исключили и этот шанс."
С этого момента Юл понимает: обмануть, перехитрить, спрятаться невозможно. Остаётся одно - сыграть на опережение и рискнуть всем.
ФИЛОСОФСКИЙ СМЫСЛ ОХОТЫ
Биленкин deliberately вплетает в сцену прямую параллель со спартанцами. Гроссадмирал упоминает, что "спартанцы, чью игру мы воскресили", охотились на людей - настоящих двуногих рабов, "когда те слишком размножались". Ив Шорр вспоминает, как отец учил его убивать нечков (андроидов) на охоте, чтобы привыкнуть "к власти над себе подобными". "Ничто великое не делается без крови", - говорил Эль Шорр. Плеядцы возродили древний варварский ритуал, и в этом - их главная характеристика: технически могущественная цивилизация, которая нравственно не продвинулась дальше Спарты.
Юл, осознав это, подавляет ярость: "Они охотятся на человека, на человека!" - но тут же гасит эмоцию, потому что "то и другое было сейчас бесполезным, а значит, вредным". Это ключевая логика героя: не тратить силы на чувства, которые не помогают выжить.
ОХОТА. КРУГ ЗА КРУГОМ
Шестой круг. Гроссадмирал, мокрый от пота, восхищён: "Шестой круг, вы только подумайте!" и недоумевает, как трава перестала резать Юлу ноги. Охотники теряют след, перехватывают манёвр, но Юл каждый раз оказывается там, где их не ждут. Он изматывает их, заставляет бегать, "побегайте, ваша звёздность, побегайте, ваша мундирность".
РЕШИТЕЛЬНЫЙ БРОСОК
Юл понимает, что единственный выход - "пережечь себя", то есть пустить в ход всю силу Кольца, соединиться с друзьями и броситься на охотников за те секунды, пока киберы не успеют вмешаться. Он будет с ними, и он докажет, что "человек не дичь".
Он бросается. Вся слитная сила людей Кольца - Антона, Умы, Лю Банга - вливается в него. Но всей этой силы не хватает, чтобы успеть за три короткие секунды. Киберы выныривают прежде, чем с врагами покончено. Рука Юла, парализованная болью, падает. Ещё один укол - и боль запустит запрограммированную смерть. Юл отгораживается от друзей по Кольцу, чтобы смерть не скользнула к ним.
НЕОЖИДАННЫЙ ПОВОРОТ. БОГ ИЗ МАШИНЫ
В тот момент, когда всё кажется конченным, второй кибер метит боевым лучом - но не в Юла, а в своего напарника! Кибер, вернее, Искинт, который им управляет, вмешивается. Искинт, гигантский искусственный интеллект Плеяд, решает собственную игру: он спасает Юла, потому что его собственное выживание связано с земным присутствием. Искинт не может напрямую передать сведения о оружии (он связан запретами), но он может изменить расклад сил. Он создаёт своего кибера (или перепрограммирует существующего), и тот спасает Юла с обоими охотниками - Ив Шорром и адмиралом, парализованными и беспомощными.
ПОСЛЕДСТВИЯ
Юл спасён, охотники - пленники. Но, как замечает Юл, "спасение лишь часть более общего замысла". Искинт играет свою партию, и земным разведчикам предстоит решить, можно ли доверять искусственному разуму, у которого собственные мотивы. Антон, который "был Искинтом и Искинт был им" во время Игры, верит ему. Лю Банг сомневается. Ума, склонившись над спящим Ив Шорром, проникает в его сознание, чтобы прочитать блокированные знания об оружии - и при этом испытывает жалость к врагу: "Жалеть надо всех, слабых тем более".
ОБЩИЙ СМЫСЛ СЦЕНЫ
Сцена охоты - это нерв романа, где сходятся все его линии. Тезис Аронга - "безоружные, опрокиньте вооруженного" - проверяется на практике. Юл не побеждает киберов и охотников силой; он побеждает, потому что Искинт, безучастная машина, выбирает сторону жизни. Сила сильных - не в оружии Предтеч и не в боевых киберах, а в моральной силе, которая притягивает даже искусственный разум. Плеядцы, охотящиеся на человека, теряют; земляне, отказавшиеся от насилия как самоцели, приобретают союзника. "Охота на человека" - это не только сюжетный эпизод, но и приговор цивилизации, которая сводит человека к статусу дичи и не замечает, как сама становится добычей собственного оружия и собственных машин.
Эпиграфы из Гессе и Пушкина задают тему: невозможное требует изображения, но против времени его закона наука не сильна.
Два эпиграфа к роману - это не украшение, а своего рода сжатая формула всего замысла. Они работают в паре, и каждый освещает одну сторону конфликта.
Эпиграф из Гессе (из романа "Игра в бисер") говорит о том, что несуществующее, недоказуемое, даже маловероятное - именно оно больше всего требует воплощения в слове. Потому что люди, которые благоговейно и совестливо видят эти вещи как бы существующими, приближают их к реальности, к самому рождению. Это про Землю третьего мегахрона: общество, которое в романе изображено как свершившееся, в действительности (на момент написания) не существует. Биленкин описывает невозможное - коммунистическое будущее без классов и насилия, где человек умеет управлять своей психикой и труд слит с творчеством. И по логике Гессе, именно такое описание, пусть и "недоказуемое", приближает это будущее к возможности рождения. Но это же относится и к моральной задаче героев: они должны доказать плеядцам, что добро без оружия сильнее зла с оружием, - вещь, которая кажется невозможной и тем не менее требует воплощения.
Эпиграф из Пушкина (из "Сцен из Фауста") - четыре строки:
Он звезды сводит с небосклона,
Он свистнет - задрожит луна;
Но против времени закона
Его наука не сильна.
Речь о всемогуществе, которое бессильно перед одним - перед законом времени, то есть перед смертностью, перед необратимостью бытия. Это прямой портрет Эль Шорра. Он мечтает свести звёзды с небосклона (овладеть Галактикой), он грезит о всемогуществе и бессмертии, он хочет "обрушить разум на Вселенную" и найти там средство победить смерть. Но Пушкин заранее отвечает ему: против закона времени никакая наука не сильна. Смерть остаётся, и весь бунт Эль Шорра - бунт против фундаментального закона бытия, который невозможно отменить никаким оружием, даже оружием Предтеч.
Соединённые, два эпиграфа задают тему всего романа: с одной стороны, невозможное требует изображения и осмысления, потому что приближает будущее к рождению (Гессе); с другой стороны, есть законы бытия - время, смерть, нравственность, - перед которыми бессильно любое могущество, любая наука, любое оружие (Пушкин). Биленкин ставит этих двух мыслителей рядом, чтобы показать: мечтать о невозможном и приближать его - необходимо, но противопоставлять себя законам времени и природы - бесплодно и губительно. Эль Шорр - человек, который не понял пушкинского эпиграфа. Герои-земляне - те, кто понял и гессевский, и пушкинский.