Она пришла в город на рассвете, когда люди только просыпались. На улицах было тихо и пусто. Единственный встретившийся ей человек сонно брёл к колонке, чтобы набрать воды во флягу. Сейчас он попьет и отправится спать, а она останется почти одна на улицах города - маленького и чем-то похожего на другие городки своего размера. Она много путешествовала и успела пожить и в Москве, и в Новосибирске, и в Иркутске, если не говорить о бесчисленных маленьких деревнях и городках. "Где же я теперь?" - спросила она себя, но вопрос был риторическим, потому что она всегда знала, где находится. Сейчас - в Лекачине. На самом деле он от других отличался: все-таки самый маленький город страны. Чем-то Чекалин был похож больше на село или деревню. Таких сёл и деревень в России много, она сама побывала не в одном десятке.
На руках у неё спал ребёнок - мальчик лет пяти. Большую часть пути он шёл рядом, но под конец устал, и она донесла его до города. Она была сильной: жизнь требовала этого. "Надо найти жильё," - подумала она. В её кармане лежала лишь горсть монет - рублей пятьдесят, наверное.
Люди стали просыпаться: здесь они рано вставали, с петухами. В огород разваливающегося дома вышла женщина в махровом халате и домашних тапочках. Она шла к умывальнику.
- Доброе утро! - сказал ей пришедшая в город.
- Доброе, - сонно и немного грубо ответила та. - Вы откуда? Заблудились?
- О, вовсе нет!
- Странно. К нам обычно только заблудившиеся приходят.
- Нет-нет, я пришла у вас жить, работать.
- Удивительно, - женщина умылась. - И где жить собираетесь?
- Не знаю.
Женщина вздохнула, подошла к забору своего дома и сказала:
- Пойдёмте покажу, где у нас жить можно. Как вас зовут-то?
- Мария. Можете Машей называть.
- Меня Валентина Всеволодовна.
Они дошли до старой церкви - единственной в городе - и Валентина Всеволодовна показала Марии флигель.
- Здесь вот жить можно, - сказала она всё ещё сонным голосом.
- Спасибо, - поблагодарила её Мария и осмотрела флигель.
"Аккуратненько, даже раскладушка старая есть, - мысленно резюмировала она. - Все же лучше, чем под открытым небом". Мария положила сына на раскладушку и сразу занялась уборкой. Она любила, когда в доме было чисто.
Новость о странной женщине с ребёнком, прибывшей в город, быстро разлетелась по всему Лекачину. Многие пришли посмотреть на неё и, как бы невзначай, весь день ходили мимо старой церкви, высматривая приезжую.
Когда время уже близилось к обеду, во флигель к Маше зашёл странный пожилой человек.
- Так это вы та приезжая, о которой все говорят? - спросил он, даже не поздоровавшись.
- Добрый день. Да, это я. А что? Почему ко мне такой интерес? - спросила женщина.
- Да ничего, просто худо вам тут придётся... Обычно люди уезжают из города, а вы вот приехали. Худо вам придётся...
- Сомневаюсь. Всего доброго.
Мужчина развернулся и вышел из церкви: не попрощавшись.
"Худо! Вот ещё! Худо здесь тем, кто бездельничает, а я на месте сидеть не собираюсь!" - подумала Маша и разбудила сына.
Мальчик встал с раскладушки и вышел за матерью на улицу.
Солнце высоко взошло над горизонтом и сильно пекло. На улице была жара, но Машу это не остановило: женщина направлялась к старой бочке для продажи лимонада, которую она подметила ещё по дороге в церковь. Бочку эту изрядно потрепало время: ржавчина и грязь украшали её. Маша и Ромка общими усилиями сумели откатить её к церкви, где, потратив на это не один день, привели в порядок. Теперь она блестела на солнце, словно новенькая. Горожане удивлялись такому преображению, но ещё больше удивлялись они тому, что такое старьё вообще могло кому-то понадобиться.
Прошла неделя с тех пор, как Маша с сыном поселились в городе. Мало что изменилось у её новоиспечённых соседей за это время, но сама женщина не только преобразила небольшой флигель церкви, но и начала продавать на улицах города прохладный вкусный лимонад. Его она делала сама: на пятьдесят рублей купила два лимона, а сифон одолжил сосед, живший в другом флигеле церкви. С этим она начинала. И хоть её бочка была почти пуста, все же в ней был лимонад: стаканов на шесть.
Сначала горожане с недоверием относились к напитку Маши.
- Мам, почему никто не покупает твой лимонад? - спросил у мамы как-то Ромка.
- Они думают, я их обману, обсчитаю, продам некачественный продукт, - ответила та.
- Но почему они так думают? Ты ведь никого не собираешься обманывать?
- Конечно, не собираюсь. Они просто сами привыкли обманывать, а потому отовсюду ждут обмана.
Ромка не понимал этого: он ещё был маленький.
Но в один жаркий день какая-то пожилая женщина купила у Маши стаканчик лимонада.
- Знаете, - сказала она на следующий день, - ваш напиток - удивительный. Я чувствовала себя вчера такой лёгкой, такой... такой счастливой! Дайте, пожалуйста, ещё.
И Маша продала ей второй стакан. На следующий день женщина купила сразу два стакана, а ещё через день привела с собой подругу. Так у Маши кончился весь лимонад, но зато в её кармане теперь лежали сто рублей. Она продолжила продавать свой напиток.
Первая покупательница и её подруги быстро разнесли по городу весть о том, что лимонад Маши делает выпившего его счастливым. Люди стали выстраиваться за ним в очередь. Каждый день приходило человек по пять: кто-то настроен был скептически, кто-то просто хотел попробовать такого знаменитого лимонада. В один день пришёл тот самый мужчина, заглянувший в церковь в день Машиного приезда.
- Значит, устроились у нас, да? - задал он вопрос, но ответа ждать не стал. - Слышал, лимонад ваш счастливым делает? Бред! Не верю! Но всё равно куплю. Дайте стаканчик.
Женщина продала ему лимонад. На следующий день он пришёл снова.
- Я же говорил, что это бред. Нет, не бред - обман, мошенничество! Вот с отпуска мэр наш вернётся, я ему про вас всё расскажу! - сказал он и ушёл.
- Мам, а почему этот дядя не стал счастливым? - спросил Ромка.
- Понимаешь, сынок, нельзя сделать счастливым того, кто сам этого не хочет.
Вечером того же дня пришла пожилая женщина, ставшая когда-то первой покупательницей Машиного лимонада.
- Признайтесь, есть же у вас какой-то секрет?- спросила она, поздоровавшись.
- Да нет. Просто я счастлива, когда готовлю лимонад,
- И всё?
- Наверное.
- То есть я тоже могу его готовить?
- Можете, если будите счастливы.
С того диалога прошёл уже месяц, а больше Машу и Ромку никто в Лекачине не видел. Они ушли ночью, в день, когда разлилась река. С собой женщина забрала лишь несколько купюр: в сумме тысяч двадцать. Впереди её ждали другие города и сёла.