Тимошенко Наталья Николаевна
Подвижные игры для принцесс. Часть 2. Главы 7-10

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
Оценка: 5.19*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Не по своей воле, но по принуждению... Извините что мало, но последние месяцы у меня и вправду затык со временем. Как говориться - чем богаты...

Глава 7


 
  Возвращение из царства небытия в мир сознательный, было... (как бы это помягче выразиться?) ...в общем, восторга не вызывающим. А как еще сказать, если, даже не открыв глаза, обнаруживаешь, что все тело болит? Даже то, что теоретически болеть не должно. Например, волосы... Ну, может, они конечно и не болели, но моя многострадальная голова чувствовала каждую отдельную частичку покрывавшей ее растительности.
  О чем в этом случае думают другие - не знаю, а моей первой мыслью было: "Раз больно, значит - жива". В этом предположении, по крайней мере, было нечто жизнеутверждающее. Правда, после некоторых непродолжительных раздумий (к долгим и обстоятельным размышлениям самочувствие как-то не располагало), в этот вывод прокрались некоторые сомнения: "А может, это меня уже карлики по пещерам плетьми гоняют? За все прегрешения, тумаков изрядно перепасть должно"... Но и этот вывод тоже пришлось отмести за несостоятельностью. Если бы я проследовала тропою мертвых, то прежде чем попасть в ручки исполнителей воли богов, должна была пред ясны очи Отмеряющего Вину предстать. Явить, так сказать, душу для опознания и порицания. Дабы он на деяния "подсудимой" посмотрел и рожицей во все грешки ткнул, предоставив возможность осознать всю глубину своего падения. А как же иначе? Как еще о своих проступках узнать, ежели тебе о них Отмеряющий не расскажет? Вот когда бы я прониклась мыслью (а куда деваться?) о своей полной никчемности, там уже, глядишь, и меру взыскания отмерили бы. И только опосля, наступает очередь этапа, на котором "клиента" предают в руки исполнителей, кои самозабвенно волю богов "в жизнь притворяют". Что дальше? Хороший вопрос. До этого момента, большинство теологических направлений прибывают в благостном единодушии и дружно кивают друг другу головой. Но стоит Отмеряющему сказать свое веское слово, и дальнейшая судьба "духа бестелесного" становится весьма неоднозначной. Другими словами, различные религии, в вопросах загробного существования дружны в одном - полном несогласии с оппонентами. Настолько полном, что доходит до религиозных воин. А уж в ходе их, большинство участвующих, имеют возможность убедиться в истинности или ложности выбранной им стороны... на собственном опыте! В любом случае, основные версии три. По "данным" самой распространенной во Внутренних королевствах концессии, "оттрубив" наказание по полной, можно будет вновь родиться в этом "прекрасном, светлом и чистом" мире. Если, конечно, после экзекуции от души еще что-то останется.... Другие, наиболее непреклонные святоши, настоятельно рекомендуют жить в праведности, ибо, в противном случае, грешнику придется ВЕЧНО бегать от карликов по пещерам (бедные карлики!). Но есть и такие религии, что пытаются усидеть на двух стульях, давая возможность душе переродиться, при условии ее не обремененности шибко тяжкими грехами. В чем безоговорочно сходятся все течения - если человек прожил безгрешную жизнь, он имеет шанс занять место в сонме богов. Судя по тому, что за последнее время в божественных рядах прибавления не наблюдалось, праведниками наш мир не шибко-то и кишит.
  Ну да ладно... Главное, что Отмеряющий Вину фигурирует во всех широко распространенных религиях Раскорда и "плановый междусобойчик" с ним всех почивших - событие неизбежное и крайне важное, а значит, мимо внимания пройти никак не должно. Но поскольку я сего судьбоносного момента в своей жизни не припоминаю (а забыться такое не могло), следовательно... с карликами я слегка загнула!
  "Тогда почему так паршиво? Бурная вечеринка?"
  Мозги со скрипом заворочались под крепкими (проверенно!) костями черепа, тужась явить миру скрытые во мраке забвения дела минувшие. Медленно, словно выплывая из тумана, перед внутренним взором стали проявляться фрагменты чего-то жуткого и странного. Какие-то монстры... Черный маг... Зареванная принцесса... Охваченная огнем поляна...
  Увы, долго прибывать в блаженном неведении не вышло. Память все-таки решила вернуться на законное место. По-хозяйски ворвавшись в сознание, она заставив меня подскочить, широко распахнув глаза.
  "Ой, мама!"
  Я думала, что было больно? Оптимистка! Резкое движение вынудило меня пересмотреть свои прежние воззрения. Потому как все тело попросту скрутило и сложило пополам. Уткнувшись лбом в коленки, я силилась одновременно вздохнуть и сглотнуть вставший в горле комок. Из глаз прыснули слезы.
  Чьи-то мягкие ладони попытались приподнять меня за плечи. Видимо, чтобы придать телу более полагающее трупику положение.
  Я взглянула на доброжелателя. Сквозь слезы и упавшие на глаза волосы с трудом просматривалась смутно знакомая фигура.
  - Лина?
  Н-да-мс. Наверное, лучше общаться жестами. Звук голоса по мелодичности соответствовал хрипу умирающего от удушения. Бедная принцесса аж вздрогнула. А потом, всхлипнув, обхватила мою голову руками и уткнулась лбом куда-то в район макушки, обильно орошая ее слезами.
  "И откуда она столько слез берет? Это ж воду бочками пить надо, чтоб необходимый запас жидкости поддерживать."
  Помотав головой, мне удалось высвободиться из нежданных объятий. Заодно, утерла своей шевелюрой зареванную мордашку принцессы. Очень удобно, не надо платок искать. Главное, чтоб Лина не привыкла, а то с присущей ей "чувствительностью и сентиментальностью", ходить мне вечно в ее соплях.
  "Чего это вечно? Мы что ж, собрались одной большой и дружной семьей поселиться?"
  Я имела ввиду, до тех пор, пока мы ее папочке с мамочкой не сгрузим. Но когда это еще будет?
  - Лина, вода - это хорошо. Но лучше когда она в кружке, а не на моей голове.
  - Ты хочешь пить?
  Э-э-э... Я вообще-то не об этом. Но..., пить я и вправду хочу. Причем, просто зверски.
  Я согласно закивала головой, поскольку выданная ранее тирада полностью истощила голосовые резервы.
  Тут же мне под нос ткнулась кружка. Судя по тому, как в нее вцепились Линины пальцы, она собиралась меня поить.
  "Ну уж дудки. Нашла, тоже, дите малое!"
  Решительно, но без резких движений (дабы не вызывать жалость своей скривившейся рожицей и закушенной губой), подняла руку и отобрала питье. Им оказалась тепловатая жидкость, подозрительно пахнущая травами. Я принюхалась. Похоже, сбор из моих запасов. Интересно какой? А то мне рвотного для полной остроты ощущений как раз не хватает. Или еще чего поинтереснее... Я осторожно пригубила отвар. Ромашка, календула и легкая горечь ивовой коры - это из противовоспалительного набора. А еще мята, мелиса и еле ощутимый аромат шиповника... Липа, березовые почки... Вяжущее послевкусие рябины, ... Лимонник ... Тьфу ты, пропасть. Эти горе лекари смешали вместе успокаивающий и тонизирующий отвары. Толку-то с этого месива?
  "Так и вреда нет. Главное - хорошие намерения. А их, судя по концентрации настойки, хоть отбавляй."
  - Это что? - Я вопросительно глянула на Лину и потрясла кружкой.
  - Ну... Это... Это то, что ты нам с Алеисом заваривала... Я решила, лишним не будет. Что-то не так?
  - Нет. Ничего страшного... Не умру...
  И дабы не обижать доброхота своей черной неблагодарностью, выпила все залпом без остатка. Тем паче, пить хотелось, как при изрядном похмелье. Тут уж не до хорошего: даже затхлая болотная жижа, аки чистейшая родниковая водица пойдет.
  Когда последние капли влаги, канули в недрах томимого жаждой организма, принцесса выхватила кружку и умоляюще уставилась на меня своими синими глазенками.
  - Как ты себя чувствуешь?
  "Будто кто-то большой пожевал и выплюнул."
  - Чудесно.
  В подтверждении чего, нарисовала на лице улыбку, надеясь, что она будет, не слишком похожа на оскал.
  - Рина, я серьезно... Я же переживаю.
  - Да нормально все... Праздничную попойку с танцами не потяну, но и карликам рожи корчить из-за простой царапины не собираюсь. Подумаешь, в обмороке повалялась. Разве это причина панику разводить?
  - Ты почти два дня без сознания была.
  От такого сообщения, вымученная гримаса радости сползла сама собой.
  - Два дня?!
  "Да уж, понежиться в постельке мне только дай!"
  - Я так боялась все это время... Ведь лекарь-то у нас ты... Алеис - воин. Он может остановить кровь и сделать перевязку, но в лекарственных травах почти не разбирается. Деревенский парень Огал, как выяснилось, в засушенном виде череду от чистотела не отличит. А я... Если не упаду в обморок при виде крови - это уже замечательно.
  Нехорошее предчувствие холодной змейкой пробежало по телу.
  - Погоди...
  Мыслишки тут же сбились в кучу, как стадо баранов, наотрез отказываясь проявлять хоть какую-то индивидуальность. Дабы выявить из их числа ту, что заставила меня насторожиться, я ощупала ребра. Обнаружившаяся на них повязка моментально организовала в голове пустоту, оставив лишь одну, но весьма пугающую мысль...
  - Лина, меня что, Алеис бинтовал?
  Это чудо лучезарно улыбнулось и радостно закивало.
  - Да. Он сказал, что ему уже приходилось повязки накладывать, так как на службе всякое бывало.
  Сразу же возникло непреодолимое желание залезть под одеяло с головой и устроить там акт ритуального самосожжения, используя в качестве топлива чувство стыда.
  Какой ужас, лорд Олланни видел меня раздетой!
  "Ой, да на что там смотреть?! Вот если б на пузе третий глаз был..."
  Ну...Э-э... А грудь?
  "И что? Можно подумать, наш лорд вёл исключительно праведный образ жизни и женской груди никогда раньше не видел?"
  Видел, не видел, но эта-то - моя!
  "И чем она принципиально от других отличается? Размер и тот... так себе. Или, как раз, из-за этого переполох?"
  Ну, Лина, ну удружила. Крови она, видишь ли, боится... Дурно ей становиться... А как мне теперь Алеису в глаза смотреть?!
  "Гордо! Это он пусть смущается. Стоило девицы сознания лишиться, как их благородство тут как тут... Интересно, а менестрель присутствовал?"
  Выяснять все обстоятельства до конца, желания не было. Как говориться, меньше знаешь - лучше аппетит. Впрочем, мысль о том, что Огал мог видеть меня "без облачения", не ощущалась столь болезненно, как в случае с лордом. Хотя уж кому-кому, а этому поганцу наверняка есть с чем сравнить мои "прелести". И сильно сомневаюсь, что сие сравнение будет в мою пользу.
  "Что, Ринка, будешь дальше из-за голого пупка стенать, как старуха над потерянной давным-давно невинностью? Тогда уж сразу надо в отшельницы идти и всю оставшуюся жизнь травой питаться. Иначе такой страшенный грех никак не замолить..."
  Травой? Всю жизнь? Только из-за нескольких пядей голой кожи? Фигушки вам! И потом..., когда я брякнулась в обморок, вроде бы уже темно было... Стал бы народ с первой помощью до утра тянуть? Сомнительно. Я ж кровью могла истечь! А раз так - вряд ли Алеис многое разглядел...
  "Ну-ну..."
  Я осмотрелась. Надо бы выяснить, куда нас на сей раз судьба занесла.
  "А судьба-то здесь причем? Она, что ли, портал открывала?"
  Ладно-ладно... Куда нас мои эксперименты привели...
  "Вот это ближе к истине."
  Ну-с... Вокруг камень, камень и снова камень. Не нужно выдающихся мыслительных способностей, дабы опознать в окружающем "интерьере" пещеру. Довольно таки большую. Моя постель и разложенное рядом барахло, занимали от силы десятую часть ее площади. Отблески костра терялись на пол пути к потолку, отказываясь преодолевать такие головокружительные расстояния.
  Та-а-акс... Мы все еще прибываем на лоне матушки природы.
  "А может это дом такой? Просто, у здешнего хозяина, несколько специфичный вкус в оформлении интерьеров..."
  Ага. И в отоплении тоже. Внушительных размеров костер весело потрескивал в паре шагов от меня, но воздух все равно, оставался стылым. Я поежилась, натягивая на плечи одеяло.
  "Может это меня морозит?"
  Но тут мой взгляд упал на принцессу. Наследница Андаррского престола более походила на жертву народной благотворительности - закутана по маковку, во что только можно. Поверх щедро выделенных мной в Линино пользование вещей была напялена теплая мужская рубашка, в которой даже Алеис рисковал затеряться. А на тощенькой девушке, она и вовсе смотрелась как ярмарочный шатер. И яркая расцветочка только усугубляла это ощущение.
  Надо полагать, менестрель расщедрился...
  "Или не смог устоять против убедительных доводов лорда Олланни."
  Да уж, наш лорд может "уговаривать", когда речь заходит о благе его подопечной. Против таких аргументов как меч и кулак возражения найти трудно...
  Болтающиеся полы Лининого "наряда для торжественных случаев", подпоясывал не менее "торжественный" пояс. В нем так же, без труда, опознавался атрибут менестрельского облачения - шейный платок. Он был столь же смелого окраса что и рубаха: на ядовито желтом фоне завитушки всех мыслимых (и немыслимых) оттенков. Последним штрихом к этому "ансамблю", было накинутое на плечи одеяло. В общем, наша принцесса могла смело ходить по дворам с сакраментальной фразой: "Сами мы не местные, помогите люди добрые, кому чего не жалко". Если благодетель со смеху не помрет, то отказать уже не сможет.
  Но даже в этом сногсшибательном наряде, Лина зябко ежилась. Стало быть, холод вполне реальный, а не продукт моего болезненного состояния. Если только чудаковатый вид принцессы не является моим бредом...
  Однако, дергающая боль в боку быстро развеяла возникшие сомнения, относительно четкости восприятия мной реальности. По правде говоря, мне бы хотелось, чтобы эта четкость была поменьше. Раз эдак в десять...
  Ну и холодина! Неужто и впрямь на север Гарлиона угодили? Это было бы забавно...
  "Ага. Возвращение из Гарлиона в Андарру... Попытка номер два. А там, глядишь, будут три..., четыре..."
  О нет, третьей уж точно не будет. Потому что мы и вторую не переживем. По крайней мере - я.
  Стоп. Какой Гарлион? Откуда на его севере взяться пещерам, если там даже скал нет? Одна бо-о-ольшая заснеженная равнина. Ну ка, что по этому поводу скажут люди, не провалявшиеся последние дни в "лишенном чувств" состоянии?
  - Лина, а мы где?
  - Где-то в горах.
  - А точнее?
  - Приблизительно в миле от портала.
  - Полагаю, просьба сориентировать относительно более известных географических мест окажется напрасной?
  - Увы. Я видела только горы.
  - А с гор что видно?
  - Облака. Чуть ниже нас все затянуто белой пеленой. Портал - наш единственный ориентир.
  - Портал... Портал! Вот же карлики! А вдруг некромант знает, как им пользоваться? Возьмет и нагрянет с дружеским визитом: "Здравствуйте! Не ждали?".
  - Ты же там все спалила...
  - Не думаю, что против черного мага мои потуги возымели большое действие. В лучшем случае, камзольчик попортила - чуток подкоптила и пару дыр прожгла. Не эстетично, но не смертельно.
  - Тогда зачем ты все это затеяла? Не стоило так рисковать впустую!
  - Почему в пустую? А наемники? Те из них, кто выжил, хорошенько подумают, прежде чем дальше нас преследовать. Их братия не любит с магами связываться... Эх, знать бы наверняка, умеет некромант пользоваться порталом или нет?
  - А если круг нарушен? Он будет работать?
  - Нет.
  - Тогда можешь забыть о некроманте. Прежде чем уйти от портала, лорд Олланни и менестрель, своротили все те черные камушки, что были вокруг и оттащили их подальше.
  - Не стоит тешить себя иллюзиями. То, что черный маг далеко, еще не значит, что он отказался от своих целей. Очень уж увлеченно этот хмырь предавался погоне. Видно нужна ты ему позарез. Интересно зачем?
  - Ну какая теперь разница? Ему нас не найти.
  - Не скажи. Наших следов на той поляне осталось предостаточно. Опытному колдуну вычислить с их помощью местоположение жертвы не составит большого труда.
  - Пока он сюда доберется, мы уже в Андарре будем.
  - Думаешь, там ты будешь в безопасности? Не забывай, у вас на службе нет магов, чтобы некроманту противостоять. Если очень понадобиться, этот гад тебя и во дворце достанет.
  - Если бы мог, не стал бы меня из дома выманивать.
  - Возможно, твое общение с черным магом должно было остаться в тайне. Словили, наложили заклятие и вернули папочке, но уже полностью послушной их воле.
  - И как бы они объяснили исчезновение моего эскорта?
  - А ты бы сама все объяснила. Рассказала бы, как на вас разбойники напали, все погибли, а ты... В общем, если б не твой спутник - наш знакомец некромант, то не видать тебе отчего дома, как родинку промеж лопаток. И скушал бы твой папочка сию героическую повесть за милую душу. Еще и награду, какую никакую, черненькому отвалил. Должность при дворе... Одним словом - благодарность по гроб жизни!
  - И что теперь?
  - Когда вернешься домой, надави на папулю - придворный маг все-таки лишним не будет. Не все же маги гады? Попадаются вполне приличные. Например, Я!
  "Смерть от скромности мне не грозит..."
  - Ага, конечно, тебя только с моим отцом знакомить... После варда общения с тобой, он не только магов, еще и целителей всех за пределы государства выставит. На случай если язвительность, это профессиональная особенность.
  - Ой, да если твой родитель такой обидчивый, то я и сама с ним общаться не буду. Ляпнешь чего, а потом всю оставшуюся жизнь наблюдай небо в клеточку из подвалов "повышенной комфортности". Нет уж. Чем дальше от власть предержащих - тем для здоровья полезней... Ты скажи лучше, чего это нашим ребятам взбрело в голову каменоломными работами заняться?
  - Это как?
  - Камни от круга таскать! Я ж вроде ни о чем таком не упоминала?
  - А-а-а... Так это Огал решил, что их расположение имеет значение, когда видел, как ты перла такой же камень там, в лесу. Он еще ждал, что ты попросишь его о помощи. Но, похоже, тебе подобная мысль даже в голову не пришла.
  В голосе Лины мне послышалось легкое порицание.
  - А зачем мне просить его, если я и сама могу справиться?
  Фу-ух... Угроза немедленного некромантского вторжения миновала и можно вздохнуть с облегчением. Покапризничать, понудить, поспорить с Линой - отдохнуть, так сказать, душой. А то, давненько мы с принцессой, друг другу кровь не портили... Непорядок.
  - Потому, что он сделал бы это быстрее и проще, а значит - лучше.
  - Если ему так хотелось проявить себя, мог бы и не дожидаться слезной мольбы с моей стороны.
  - Когда речь заходит о магии, мы можем полагаться только на твои суждения, а значит, и решения принимать тебе.
  - А в остальное время? Когда речь не идет о магии... Кто принимает решения?
  - Как кто? Все...Мы же одна команда. Немного кособокая и странная. С такими малополезными членами как я и менестрель. Но именно поэтому не стоит отказываться от нашей помощи, когда мы можем ее предложить, чтобы не лишать нас возможности доказать свою полезность. Знаешь, как говорит мой отец? Если людям открыто оказывать недоверие, то рано или поздно - они его оправдают. И потом, чувствовать себя обузой - это горько.
  "Получила, Ринка? А теперь проглоти! Потому как возразить нечего."
  Ну, Лина, ну тихоня... Эк, меня по голове тяжеленьким! Впрочем, сама виновата - расслабилась. Забыла, что принцесса - это не просто слово, это ТИТУЛ. Чему-чему, а тактично провести "профилактическую" беседу с подданными ее научили. Это только я смотрю на ее зареванное личико и умиляюсь эдакой "чувствительности и тонкой душевной организации", а умные люди знают, что принцессам не то, что пальцы в рот совать опасно, а просто от лица близко держать - даже кусать не будут, сразу целиком сжуют и не поморщатся.
  Поскольку крыть было нечем, я стала подумывала о маленьком, таком, жульничестве - прикинуться больной и несчастной. Надавить на жалость. Может, пожалеет и ногами сильно пинать не будет? А маленьком, потому, что особо притворяться не пришлось бы. Но и тут меня опередили. Лина окинула мою скукожившуюся фигуру сострадательным взглядом.
  - Выглядишь жутко. Тебе надо отдыхать.
  - Я и так два дня отдыхала.
  - Мы все равно никуда не торопимся. - Она отошла к костру, повозилась там и вернулась с миской чего-то жидкого, пахнущего едой. - Но сперва поешь, а то на одних отварах долго не протянешь.
  Несмотря на вынужденную голодовку, есть не хотелось. Я скептически рассматривала жидкий бульончик с плавающими в нем корешками.
  - Ну хотя бы попробуй. Я, между прочим, сама готовила.
  Это заявления энтузиазма не прибавило. Очень сомнительно, что принцесс обучают кулинарным премудростям. Тут уж пересол и недосол самое безобидное, чего можно ожидать.
  Наверное, моя физиономия отразила посетившие меня сомнения, потому что Лина обижено надулась.
  - Не бойся. Алеис руководил процессом, а Огал бдительно присматривал за всем действием. Ребята уже сняли пробу. Плеваться не стали.
  - Мне не хочется.
  - Надо! А то не поправишься.
  - Ну, Лина-а-а...
  - Ешь! - И уставилась на меня монаршим взглядом. Из тех, которыми преступников на казнь отправляют.
  Пришлось есть. В принципе, супчик был вполне съедобный... Наверное... Трудно судить, когда вкуса практически не ощущаешь. К тому же, каждое движение ложки сопровождалось бдительным надзором. Из-за чего я пару раз едва не подавилась.
  - Может, хватит?
  - Хватит чего?
  - Дырки во мне взглядом проделывать. Кусок в горле застревает.
  - Предлагаешь положиться на твою сознательность?
  - А что, есть сомнения в ее наличии?
  - Еще какие! Ты, порой, совершенно наплевательски к себе относишься.
  - Э нет! Я себя люблю... Нежно и трогательно.
  - Ага, потому и сидишь сейчас бледная как моль, с трясущимися руками... От большой любви.
  - Именно! Знающие люди утверждают, что любовь часто заставляет людей страдать.
  - Ну, если так, то судя по твоему виду, ты себя просто безумно обожаешь... А значит, не будешь прятать тарелку под одеяло и доешь все ее содержимое!
  Упс, фокус не удался. Отвлечь Лину разговорами и избавиться от супа не вышло. Пришлось совершать подвиг "во имя любви"... Совершила! Когда ложка стукнулась о дно пустой тарелки, вошедшая в роль няньки принцесса, попыталась уложить меня баиньки. Насилу отбилась, заявив, что хочу сама осмотреть свою царапину. Нет, я конечно ребятам доверяю, но давать Алеису повод еще раз лицезреть меня "в чем мать родила" не собираюсь. Незачем подрывать моральный облик защитников Андаррского престола.
  "Надеюсь, принцесса Лиален, как представитель правящей династии, оценит такую самоотверженность."
  Чтобы добраться до бинтов пришлось раздеваться. С горем пополам, я осилила эту операцию. Правда, с некоторой помощью со стороны... Со значительной помощью... Ну, в общем, если бы не Лина, фигушки я бы сняла с себя все то барахло, которым укутали меня заботливые товарищи. Упаковали основательно, соорудив из моей особы эдакий славненький кокон. Еще чуть-чуть и превратилась бы в бабочку.
  Откопав мое тельце под слоями одежды, принцесса принялась разматывать повязку. Верхние слои снялись легко, а когда подошла очередь присохшей к телу ткани, я на собственном опыте смогла убедиться насколько "приятна" процедура отдирания заскорузлых, вставших колом бинтов. Чем меньше ткани оставалось на теле, тем громче были вопли, оглашающие своды нашего убежища. Даже размачивание засохшей корочки не избавило меня от "массы положительных эмоций", а принцессу от знакомства с несколькими словами из народного лексикона. Впрочем, без этого, я бы и вовсе небо с овчинку наблюдала. С искрами из глаз вместо праздничного фейерверка.
  Наконец, моему застланному слезами взору предстал предмет наших археологических раскопок - длинная, слегка кровоточащая рана на правом боку, спускающаяся наискось от ребер к талии. Немного воспалившаяся, но уже начинающая подживать. Собственно, с точки зрения медицины, ничего опасного. А на мой, сугубо личный взгляд - ужас! Одно дело видеть все это на ком-то и с умным видом давать советы. И другое - лицезреть багровую полосу на собственной тушке. Благо я не склонна к истерике и от вида ран в обмороки не падаю (маг-целитель, как-никак), не то попрыгала бы вокруг меня принцесса отпаивая водичкой... Эх, кому рассказать - не поверят! Наследница престола мне собственноручно супчики подает и отвары готовит. Некоторые об этом и мечтать не осмеливаются, а мне достаточно глазки закатить и губки страдальчески скривить.
  "Разбалуюсь ведь..."
  Я хоть в обморок и не упала, но мутить меня все же начало. Особенно, когда представила, какой шрам может получиться, если нагноение начнется. Б-р-р-р. Похоже, Лина всецело разделяла мое отношение к открывшейся картине, ибо весьма выразительно позеленела и принялась судорожно сглатывать. И все же, надо отдать ей должное, лишаться чувств она не спешила. Напротив, решительно взяла мисочку с водой и помогла смыть бурые потеки от раскисшей крови. После чего, под моим мудрым руководством, осуществляемым в перерывах между попискиванием и подвыванием, смазала края раны мазью. Все-таки предусмотрительная у меня мама! Не стала полагаться на мою сознательность (знает ведь, с кем дело имеет), а снабдила всем необходимым. Я бы сама сейчас такого наготовила, все живое на пять миль окрест сбежало - очень уж пахучие компоненты входят в состав этого лекарства. Когда пришла очередь накладывать повязку, я хотела воспользоваться мамиными клеевыми нашлепками, но передумала: во-первых, их осталось мало, а во-вторых - чем больше ткани, тем теплее. За время перевязки я приобрела синюшный оттенок алкаша со стажем, а волоски на руках встали по стойке смирно, как солдаты на плацу во время смотра. Под конец процедуры, к протесту "супротив бесчеловечного обращения с организмом" присоединились и зубы, начав громко отбивать бравую дробь. Посему, процесс обратный раздеванию прошел значительно быстрее. Под конец, укутав меня одеялом и сунув кружку с теплым отваром в руки, Лина села рядом. Вытащила из сумки пакетики с травами.
  - Ну, говори... Какие из них нужно заваривать? А то сделаю чего не то, опять будешь недовольна.
  - Ничего подобного. Я очень даже довольна.
  Наверное, я смогла бы сказать это более убедительно, если бы меня не трясло, и зубы не лязгали.
  - Ага... А рожи ты просто так корчила.... Рина, у тебя на лице все чувства аршинными буквами прописаны.
  - Ну конечно, меня ж придворным хитростям не обучали.
  - Вот и я про тоже... Ну? Которые из них?
  - Этот сбор лучше утром, эти два можно заваривать вместе и принимать до обеда, а этот и этот - вечером перед сном...- Я тыкала пальцем в мешочки, а Лина тут же откладывала их в сторону. - И не надо засыпать кружку травой под завязку. Двух-трех ложек вполне достаточно.
  - А я полностью и не сыплю..., всего лишь половину... Может, поспишь все-таки?
  - Может и посплю.
  И даже не может.... Усталость навалилась на плечи тяжелой ношей. Уютное тепло одеяла оказывало расслабляющее действие.... Треск костра убаюкивал...
  Зевок вырвался сам собой. Я улеглась на собранную из сумок и плащей кровать, позволив своей "сиделке" поплотней укутать меня. Но прежде чем уснуть, задала вопрос, мучавший меня с момента пробуждения.
  - Лина, а где парни?
  - Алеис охотится, а заодно ищет удобный путь вниз. Огал собирает хворост. Горы... Топливо и дичь найти трудно. Так что, когда ребята вернуться - неизвестно.
  - Понятно... Ты сказала, чтоб без припасов домой не возвращались... Ну и правильно. Зачем еще мужики нужны? - Я снова зевнула, подтягивая одеяло к подбородку. - Вот же карлики! Как все некстати. Не проваляйся я два дня без сознания, сейчас бы уже вниз спустились, к теплу и зелени. А так...Изображаем из себя горных козлов... Морозоустойчивых.
  - Спи, давай... [Author ID1: at Mon Jan 9 13:55:00 2006 ]

* * *


  Проснулась я от воя ветра. Тоскливого и свирепого одновременно. По пещере разгуливали сквозняки, срывая с костра искры и прижимая огонь к земле. Температура упала еще ниже, чем мне помнилось. С губ, вместе с дыханием, срывались белые облачка.
  На расстоянии шага от меня расположилась посапывающая кучка, в которой угадывались очертания богатырской туши менестреля. А рядом, где-то в районе его подмышки, свернулась калачиком Лина.
  Вот и правильно, нечего такой большой грелке зазря пропадать.
  "А принцесса там не задохнется? Ее грелка уже с вард не мылась. Благоухание должно быть..."
  Смерть от холода ничуть не лучше...
  Мне хотелось пить. Осмотревшись, я обнаружила притулившийся рядом с костром котелок. Собралась с духом и осторожно выпуталась из одеяла. С горем пополам утвердилась на четвереньках. Холод взбодрил расслабленные мышцы, побуждая к более активным действиям, нежели размышления на тему, с какой из четырех конечностей начать движение. Стараясь не шуметь, выдвинулась в сторону вожделенного сосуда.
  Увы, обставить все по тихой, не вышло. После первого же "шага" меня повело и я задела сумку, которая шмякнулась на сваленный подле нее "арсенал". Гулкий грохот и лязг разнесся по пещере как набат. Сопение стихло. Куча зашевелилась, явив миру заспанную физиономию менестреля.
  - Ринка? Ты чего?
  Похоже, Огал пытался говорить шепотом. По крайней мере, сейчас его зычный глас больше походил на обычную речь среднего человека. Впрочем, его потуги все равно оказались напрасными, поскольку куча продолжила свое движение, отпочковывая сонную принцессу.
  - Рина?
  - Извините. Я не хотела вас будить.
  - Ночь на дворе, чего шебуршишься?
  "Что это с нашим менестрелем случилось? Он же не только глаза распахнул, но даже проснулся?!"
  Скорчив жалостную мину, я проскулила.
  - Пить хочу.
  - А почему не попросила?
  - Вы спали. А вода - вон она, в паре шагов. Не орать же из-за этого на всю округу. Я слышала, в горах от этого лавины сходят... Или вы того и добиваетесь - похоронить себя заживо, чтобы ни о чем уже больше не беспокоиться? Так я против! В смысле, вы можете, конечно, орать и прыгать, но только, когда я от горки этой подальше уберусь. Договорились?
  - Ведьма, ты, Ринка. Злобная ведьма...
  Вот же поганец! Знает, что я сейчас не смогу его к ответу призвать, вот и обзывается. Хотя... На маленький "подарочек" я, при желании, толику сил наскребу. Хватит, чтобы устроить ему чесотку на четверть часа... Впрочем, пусть живет.
  "Может еще, когда пригодиться..."
  С тяжким вздохом мученика, Огал выполз из-под одеяла.
  - Сиди уж. Сейчас подам тебе воды.
  Я, было, собралась отстаивать свою независимость и даже набрала в грудь побольше воздуха, но вспомнила давешнюю Линину отповедь.
  "Не стоит отказываться от помощи? И не буду! Мне же лучше. Копчик морозить не надо."
  Захлопнув рот, уселась поудобнее и стала ожидать "личную" прислугу. Дабы не мелочиться, Огал припер весь котелок. Протянул... и уставился на меня с непередаваемой смесью чувств во взоре: жалость, умиление, легкое порицание, настороженное ожидание. Под его взглядом, я почувствовала себя безнадежно больным, хромым щенком, справившим нужду в хозяйский тапочек.
  Не дождавшись радостных воплей, или каких иных действий с моей стороны, Огал выразительно потряс котелком.
  "Н-да. Нашему певуну только на королевской трапезе венценосным особам прислуживать."
  Я ответила ему недоуменным взглядом.
  - Ринка? Ты же хотела пить?
  - И сейчас хочу...
  - Так чего ждешь? - Огал снова ткнул котелком в мою сторону.
  - Кружку. Может, по твоим меркам, этот сосуд как раз подходящего для питья размера, а я его вместо шлема на голову одеть могу. Еще и спадать будет.
  Огал хлопнул себя по лбу и помчался добывать чашку. Нашел. Но пока рылся в вещах, поставил котелок на пол, да так и забыл про него. Когда он, счастливый, протянул мне свою добычу, мы с Линой переглянулись и... дружно засмеялись. Наверное, зря. Снова стало больно, и хихиканье плавно перешло во всхлипывания. Народ шустро забегал вокруг, пытая меня на предмет самочувствия и дополнительных желаний - ну, там, есть, спать, сказку на ночь... Пришлось убеждать товарищей в своем полной довольствии жизнью. Дескать, была с детства одна заветная мечта - побывать в горах, да и та теперь исполнилась, Так что, можно умирать счастливой. Увы, в свете последних событий, шутку не оценили. Лина посоветовала мне не кликать беду на свою голову, а Огал просто закутал, как дите в одеяло, так что не пошевелиться, и водрузил на лежанку, пообещав сидеть рядом, пока не усну.
  Ну-ну... Не на ту напали! Высунув из недр ткани голову, я улучила момент, когда мой добровольный страж отвлекся и, извернувшись змейкой, добилась-таки относительной свободы движения. Обнаружив такую самодеятельность, менестрель нахмурился.
  - Ринка, ну чего тебе неймется? Ночь на дворе. Все нормальные люди спят.
  - Нормальные люди по горам не лазят. И потом, я уже выспалась.
  - А я нет.
  - Ну так спи. Кто тебе не дает?
  - Ты! После чащобы я от любого шороха подпрыгиваю. А ты гремишь тут, как ансамбль военных барабанщиков.
  - Я же не нарочно.
  - Коли так, ложись и спи. Сразу станет тихо.
  - Лягу, если скажешь где Алеис.
  - Еще не вернулся?
  Я подпрыгнула.
  - Как это? Ночь уже. И на улице невесть что твориться, даже здесь сдувает... Он же там замерзнет!
  - А что прикажешь делать? Бегать по горам и искать? Окстись, Рина, и его не найдем, и сами потеряемся. К тому же, он предупредил, что если уйдет далеко, то по темну возвращаться не будет. Где-нибудь меж скал притулиться и переночует.
  - Но... Ведь... А вдруг с ним что-нибудь случилось?
  - Если он утром не появиться, я отправлюсь на поиски. А ночью, только шею себе сверну.
  Высунув нос из-под одеяла, принцесса решила поддержать менестреля в его борьбе против злобной колдуньи.
  - Рина, да не волнуйся ты... Алеис воин. Его ко всякому готовили. Одна ночь на открытом воздухе ничего ему не сделает. У него есть плащ и огниво.
  - Ночь на морозе и сильном ветре! Да, он воин..., но не снеговик же?! Мало ли...
  Устроить дискуссию мне не дали. Огал решительно и раздраженно перебил меня, самым некультурным образом.
  - Ринка, угомонись. Не создавай панику. Мы тоже беспокоимся. Но нервными метаниями ничего не изменишь. Все, что нам остается - ждать утра. И лучше использовать это время для отдыха. Как знать, вдруг и вправду придется отправляться на поиски?
  - Хочешь спать - спи. А я подожду. - И повернулась к менестрелю спиной.
  - Рина, не дури...
  Он потянул меня за рукав. Я посмотрела на него через плечо.
  - Огал, я серьезно говорю. Ложись спать. А я все равно не смогу... Выспалась уже... Просто посижу около костра. Заодно за огнем послежу. Когда устану - лягу.
  - Ты нездорова. Я за тебя беспокоюсь.
  Я улыбнулась и покачала головой.
  - Не стоит. Все будет в порядке. Кому, как ни мне об этом знать? Кто здесь целитель?
  Посверлив меня осуждающим взглядом, он махнул рукой и полез под одеяло. Потому как знает: на упершегося осла интеллектуальные дебаты с научной аргументацией, должного действия не возымеют. А некая магичка Рина, по упрямству, любого осла далеко позади оставит.
  Я подтянула ноги к груди, закуталась потеплее и уставилась на огонь.
  Алеис, Алеис... И где тебя карлики носят? Сиди, тут, волнуйся... А он, небось, дрыхнет себе преспокойно в каком-нибудь углу.
  "Он уже большой мальчик, сам себе штанишки надевать умеет..."
  Даже большие мальчики попадают в переделки. А мы, так и вовсе из них не вылезаем.
  Неизвестность и беспомощность угнетали. Хотелось сделать хоть что-то. Но увы... В своем нынешнем состоянии, я могла только жалобно вздыхать и распускать нюни. Ну, еще ветки в огонь подкидывать. Чем и занималась до самого утра.
 

* * *


 
  К утру ветер стих. Зев пещеры постепенно светлел, пока не окрасился белоснежным сиянием. Солнце встало. Всю ночь, я просидела уставившись в огонь, обхватив колени руками. Глаза от беспрерывного наблюдения за языками пламени, слезились и щипали. Дабы снять напряжение, прикрыла их на несколько мгновений и... задремала. Проснулась от тихого шороха. Приоткрыв один глаз, заметила мелькнувшую на фоне входа тень. Предыдущие дни нервотрепки дали о себе знать - рука сама по себе потянулась в сторону кучи веточек, ухватив самую увесистую. Слепящий свет мешал рассмотреть визитера, продолжавшего двигаться на самой границе входа. Я застыла в напряжении. Наконец, темный силуэт приблизился к костру. Языки пламени осветили лицо...
  Алеис. Наш лорд зябко потирал протянутые к огню руки. Выглядел он вполне благополучно - румяненький, припорошенный свежим снежком...
  Не знаю почему, наверное, сказалась бессонная ночь полная тревог, но, узрев его пышущий бодростью вид, я разозлилась. И метнула прихваченную ветку прямо в дорвавшегося до тепла лорда. Палка была так себе, махонькая и легонькая, да и силенок у меня на полноценный бросок не набралось, посему, "снаряд" легонько шлепнул "их благородство" по руке, причинив исключительно моральный вред. Тем не менее, Алеис отшатнулся, ухватившись за рукоять меча. Но, рассмотрев агрессора, расслабился и удивленно вскинул брови.
  - Рина?
  - И где ты по ночам шляешься?
  Такой вот теплый прием. По принципу: "чем позже возвращается домой благоверный, тем увесистее сковородка в нежных руках встречающей его супруги".
  "Вот так и отбивают у мужиков желание обзаводиться женами - кидаясь в них тяжелыми предметами..."
  - Рина, ты чего, головой ударилась? Ночью, в пургу по горам лазить?! Для самоубийства есть способы и попроще.
  - А дня для этого не хватило?
  - Нет. Тут в округе кроме нас, больше ничего живого нет. Чтобы добыть вот это, - Алеис продемонстрировал свой трофей: маленькую пичужку подозрительно похожую на ворону, или даже на вороненка. - Пришлось целый день искать. Ниже границы снегов спустился. Потом, полночи назад брел. А ты...
  - А я все это время представляла тебя окоченевшей тушкой. Ну не нашел ничего и ладно! У нас еще немного провизии осталось. Продержались бы.
  - Того, что осталось, нашему менестрелю и на зуб-то положить не хватит. А нас четверо... Или, пусть один есть, а остальные смотрят и за компанию себя сытыми чувствуют? Из солидарности?
  - Ничего, пару дней перетерпели бы. Слезем с гор - тогда отъедимся.
  - И когда еще то будет? Рина, позволь напомнить, когда я уходил, ты без сознания пребывала, оставляя нас гадать, когда же мы сможем в дальнейший путь отправиться? Впрочем, думается мне, ты и сейчас еще не готова к продолжительным переходам. Выглядишь не ахти.
  Н-да, не силен наш лорд в обходительности. Сказать женщине, что она выглядит не ахти... И не просто женщине - ведьме! Он честный или глупый?
  "Однозначно - храбрый.... Очень храбрый..."
  Или разговор в сторону уводит...
  Даже если это была провокация, я ее благополучно проигнорировала, продолжая гнуть свое.
  - Это пустяки. У меня есть подходящая настойка. Некоторое время смогу довольно бодренько шлепать.
  - А потом?
  - У меня этой настойки много. До самого низа хватит.
  - Ну да, там землицы побольше, похоронить тебя будет удобнее. Рина, я конечно не лекарь, но и жизнь не в глухом лесу провел, знаю, что злоупотреблять такими вещами нельзя. Только хуже будет.
  - Хуже будет, если мы здесь останемся...
  - Люди, а нам в беседе поучаствовать можно?
  Я оглянулась. Сзади, сложив на груди руки, стояла принцесса Андарры. А за ней, усиленно изображая на лице непреклонность, возвышался менестрель. И оба они смотрели на меня. Да так, будто сорняк на грядке увидели и теперь не могут решить - выполоть, или пусть растет, коли не мешает?
  Я сжалась, стараясь слиться с местностью.
  Трое на одну - это нечестно. Особенно, на одну раненную и обессиленную...
  "Это кто ж такая?"
  Может в обморок брякнуться? Безотказный метод!
  Соблазнительно, но... Это пустит всю мою пламенную речь коту под хвост. И тогда, мы на этой горе еще не весть сколько просидим. Станем, так сказать, местными жителями.
  Изобразив на мордашке каменную уверенность в своих силах, я вскинула подбородок повыше и с вызовом уставилась на товарищей. В первую очередь на Лину.
  - Что, тоже будете говорить, что из-за меня нам всем придется здесь носы отмораживать?
  - Не из-за тебя, Рина. Просто... Таковы обстоятельства. Ты не осилишь длинный переход.
  - Осилю. С небольшими остановками и моими настойками.
  - А в конце пути мы получим твой хладный труп?
  - Оставшись, мы получим хладные трупы всех нас.
  Помощь пришла с неожиданной стороны. "Оттаявший" лорд выступил вперед и, скептически осматривая трупик добытой пичужки, поделился своим мнением.
  - В чем-то Рина права... Здесь нам оставаться нельзя. Еды нет, дров тоже... Так мы и пары дней не протянем. Надо спускаться. Самый сложный участок пути в самом начале. Слишком крутой. В полу дне отсюда, я нашел убежище. Небольшая ниша в скале. Не такая шикарная, как эта пещера, но от ветра и снега защитит. Там можно переночевать. А дальше, спуск положе. Будет легче.
  - Крутая ли дорога, пологая, но Рина не сможет долго идти. Она же на ногах не стоит. - Принцесса продолжала гнуть свою линию.
  - Стою! - В подтверждении чего я тут же подскочила.
  "Ой, дура! Непроходимая!" От резкого движения голова закружилась, перед глазами завертелся хоровод из звездочек и темных пятен. А результатом моей борьбы с собственным организмом, стала полная и безоговорочная победа последнего... Если бы не Алеис, который умудрился подхватить мое героическое, но крайне глупое существо - украшать ему пол пещеры маловразумительной кучкой.
  Лина победно улыбнулась.
  - Вот! Что я говорила?
  Лорд эдак задумчиво посмотрел на меня, как на мокрого, тощего, облезлого котенка найденного у дверей собственного дома и пожал плечами.
  - Тогда мы ее понесем. Я и Огал. - И в исполнении своей идеи, потащил меня к лежанке. Я слабо дернулась, выражая протест.
  - Я сама пойду!
  - Пойдешь, пойдешь... Когда сможешь.
  - Я могу-у-у...
  Голос предательски задрожал, а на глаза навернулись слезы. Как все-таки противно быть беспомощной! Лина посмотрела на меня, нахмурилась и, подойдя, положила холодную ладошку на лоб.
  - У тебя жар. Что из твоих трав нужно заварить?
  - Тот, с желтыми цветочками...
  События следующих нескольких дней терялись в тумане и беспорядочных обрывках воспоминаний. Помню ослепительную белизну снега, шершавую ткань под щекой, жаркое пламя костра и холод компрессов на лбу...

Глава 8


 
  Представьте себе ласковые объятия мягкой постели..., расслабляющее тепло...., блаженный покой... и стекающие по вискам, проползающие за ушами куда-то под шею, тоненькие струйки холодной воды....
  Б-р-р-р... Возможно, эти ощущения способны вызвать энтузиазм... у тех, кто увлекается подледным купанием и прочими издевательствами над самое себя. А вот некая колдунья Элериниара из Лайса, в силу своей вопиющей изнеженности, оценить сей животворящий моцион по заслугам, увы, не способна. Вместо радости и восторга, на язык просятся слова, в приличном обществе не употребляемые.
  Пока я решала, какой же эпитет (из длинного списка приходящих на ум) в полной мере отразит мое отношение к происходящему, прежние "приятные" ощущения разнообразились еще больше. Мягкое, влажное давление на лоб исчезло, сменившись холодным водопадом. Весь, с таким трудом отсортированный лексикон непечатных слов вмиг улетучился, уступив место действию простому, но не менее впечатляющему в плане проявления чувств - визгу. Пронзительному и вдохновенному. Как у поросенка лишенного кормушки. Ко всему прочему, я замахала руками. Мера весьма полезная для защиты и устрашения - кому зубы не жмут, хорошенько подумает, стоит ли приближаться.
  И открыла глаза... Прямо надо мной обнаружилась растерянная физиономия менестреля. Она венчала его полусогнутую фигуру с вытянутой рукой, из которой на меня продолжал изливаться поток воды. Моргая от падающих на лицо капель, я перевела взгляд на могучую Огалову длань. Она сжимала кусок изрядно промоченной ткани, не то, что плохо отжатый, а, кажется, и вовсе с этим процессом не знакомый.
  - Осваиваешь новый метод орошения? Опять к земле потянуло?
  - Р-рина? Я... Это... Это компресс!
  - А зачем? Надо было сразу засунуть меня в бочку с водой. Результат тот же, а вот процесс быстрее пошел бы...
  - К-какой процесс?
  - Утопление ведьмы.
  Огал обиженно надул губы, но убрал, таки, причину моих "острых ощущений". Позволив вновь почувствовать себя человеком, а не огуречной грядкой.
  - Вам не угодишь! Сперва, Лина ругается, что я слишком сильно отжимаю компресс, а теперь ты гундишь, что слабо!
  - Слабо?! Да ты его вовсе не отжимал! У меня вся голова мокрая!
  И продемонстрировала ему слипшуюся прядь, с которой тут же упало несколько капель мутноватой жидкости.
  - Мне теперь водных процедур на вард вперед хватит. Умываться не надо. Осталось жабры отрастить, дабы в кровати не утопнуть.
  Я отодвинулась, являя менестрельскому взору мокрое пятно на подушке и простыне. Огал смущенно засопел, пряча компресс за свою могучую спину.
  - Ну... Не рассчитал малость...
  - Сказал Далак, глядя на затопленное побережье... Мне бы удочку, и можно рыбу ловить со всем возможным комфортом - не вставая с постели.
  - Нет, Ринка, когда ты спишь - такая лапочка. Но как проснешься... Даже некромант начинает казаться милым и приятным человеком.
  - Так, может, вернешься? Если уж вы так душой сроднились. Я поспособствую...
  - Вот как?
  Менестрель прищурился и посмотрел на меня. После чего перевел взгляд на таз с водой (надо полагать для компрессов), а потом обратно на мою особу. Я сразу же почувствовала себя в корне не правой и попыталась изобразить на лице раскаяние. На всякий случай подтянула одеяло повыше.
  - Огал... Я того... осознаю твою заботу о моей несносной персоне и всю глубину проявленной мною черной неблагодарности. Готова искупить вину.
  - О-о-о! - Менестрель оживился и, кинув компресс в воду, поудобнее устроился на стуле. - И что же ты ГОТОВА сделать?
  "Ринка, Ринка, думать надо, что брякаешь! Отдувайся теперь... Вот попросит сейчас голышом по снегу побегать, что тогда?"
  - Все что хочешь, но в рамках разумного. - Подготовим-ка пути к отступлению. Надо бы еще вид понесчастнее изобразить, во избежание особо садистских требований.
  - Нда-а-а, обтекаемая формулировка. Впрочем, у вас, магов, так всегда... Что ж, есть у меня кой-какой интерес. Давно уже хотел полюбопытствовать, во что же меня втравили? Как тебе? По-моему, вполне разумное желание.
  - Оно было бы разумным... Раньше. Еще в Парине. Вот когда спрашивать надо было. А то... Втравили его, видишь ли. Жертва!... Да ты же сам напросился! Слезно умолял. Даже шантажировал!
  - И не шантажировал вовсе. Просто предложил свои услуги. В обмен...
  - На участие в авантюре. Так чего ты теперь хочешь?
  - Уточнить размах авантюры.
  - А не боишься?
  - Чего?
  - Что поплохеет? Меньше знаешь - крепче спишь!
  - Видишь ли, солнце, после чащобы, мы с ночными кошмарами неразлучные друзья. Без них не сплю. Так что, придумывай другую стращалку... А раньше спросить случай не представился. В чащобе не до любопытства было. Только и знай, объясняй всем встретившимся, что ты не вкусный и вообще, от тебя завороток кишок может случиться. А потом, ты решила устроить себе продолжительный отдых в бессознательном состоянии...
  - Я нарочно что ли?
  - А зачем в драку полезла? Тоже мне, воительница нашлась. Допрыгалась? Налетела на меч?
  - Меч? Да рана от него пустяк. Ерунда. Маг-целитель, что собака, на нем болячки быстро заживают. За пол варда и следа от той царапины не осталось бы ... Если б не темная магия...
  - Которая сама собой образовалась? Как вы некроманта то в поклонники заимели? Чего он за нами топает? От тоски печали? Скучно ему? Общества не хватает? ...Чем вы его обделили, что он в такую обиду впал?
  - Лишили деточку игрушки. Лину отобрали. А что ему от нее надо, так мы как-то забыли спросить при личной встрече. Некультурные. Сразу в морду. Коли интерес есть, сам выясняй. А лично у меня одно желание - быть от него как можно дальше. Как говориться: чем больше расстояние, тем полней любовь и взаимопонимание.
  - Почто ж ты тогда супротив него поперла? Там, на поляне? Надо было тикать сразу через портал и все дела... А ежели нежные чувства выхода требовали, так платочком бы помахала... Нет, поперлась... Потому и валяешься сейчас синявка синявкой! По своей инициативе.
  - Можно подумать черный маг только и ждал, когда ж мы врата откроем, чтоб счастливого пути пожелать. Даже народу побольше собрал, дабы проводы поторжественней обставить.
  - Так их же Алеис сдерживал...
  "Нд-а-а... Наш менестрель существо весьма далекое от рыцарского кодекса. Не знает даже какого цвета обложка!"
  Ну и как ему "разжевывать" очевидное? Что у меня шансов против некроманта больше чем у всей остальной нашей команды вместе взятой?
  "Надо было его в авангард выдвинуть! Тогда бы уж точно глупых вопросов не задавал."
  Ага, покойнички - они не любопытные...
  - Ну, чего молчишь? Зачем ты туда полезла?
  - Из-за тебя!
  - Ч-что! Рина?
  - То ведьмой обзывался, а теперь еще и синявкой. Извел в конец! Тут уж, чего не сделаешь, лишь бы твоей физиономии не видеть! Даже на некромантское заклинание грудью кинешься...
  - Ну, Ринка, я же в кой-то веке серьезно. А ты...
  - А что я? Оставила бы Алеиса против некроманта одного? Сколько он магических щитов сможет повесить? Ни-од-но-го! Мы бы тиканули, а из лорда нашего - хай, кисель делают? Так?
  - Н-нет. - Огал потупился и сник. - Но негоже тебе с мечом бегать. Девчонка же...
  - Огал, тазиком в лоб хочешь? Нет? А зря! Может от сотрясения, мозги заработают. Глупости молоть перестанешь. Раз я девчонка, так мне теперь, всю жизнь за печкой прятаться? И не надейся. Я колдунья! С мечом ли, без - отсиживаться в сторонке не намерена!
  - Ты же целительница. Должна травки собирать, людей лечить...
  - Детишек нянчить, мужу портки стирать... Да? Что еще? Расскажи, сделай милость. А то, вдруг, я как-нибудь не так свою жизнь проживу.
  Он тяжко вздохнул и махнул на меня рукой.
  - Нет, Ринка, о тебе заботиться, что реку ложкой вычерпывать - нудно, тяжко и небезопасно... Ладно, воля твоя... Перечить не буду. Только остынь. А то распалилась как горнило, того и гляди, дом подожжешь. Имей в виду, за пепелище хозяева нас благодарить не станут. И заместо доброго напутствия, напоследок такого пинка припаяют, донизу катиться будем...
  - Перечить он не будет... Да на здоровье, да за ради всех богов... Мне твое поперечие, что лысому расческа. Одного не пойму, чего ты с расспросами именно ко мне прицепился? Есть же ребята? Мог бы их поизводить для разнообразия.
  - Ага. Щас! Алеис от Лины и на шаг не отходит. Будто клад стережет. С ней, без бдительного надзора, и словечком не обмолвишься. А сам лорд, ну просто душка, такой общительный, аж дух захватывает. Если в день десяток фраз выцедит - считай у него словесное недержание.
  - Эх, жаль, ты его несколькими вардами раньше не встретил. Тогда б не жаловался. Если сравнивать, то нынче он очень даже разговорчивый.
  - С тобой и Линой. На меня ж, порой, ТАК посмотрит... Начинаю чувствовать себя государственным преступником. Сразу хочется в чем-нибудь чистосердечно признаться... А с тех пор, как мы здесь, он и вовсе мрачный до жути. Лицо такое..., любой черный маг от зависти помрет. Нет уж, я его лишний раз нервировать не хочу. Шкурка у меня одна, еще попортит... Так что отдуваться за всю компанию тебе.
  Не отвертеться. Все ж таки придется горло понапрягать.
  - Как хочешь. Но это длинная история. Сперва расскажи, где мы, а то еще помру от любопытства на самом интересном месте повествования.
  То, что я успела разглядеть проморгавшись после "умывания", больше походило на комнатушку в старой деревенской халупе - закопченные стены, маленькое закрытое слюдяной пластиной окошко, притулившееся под самым потолком, имеющим, к тому же, изрядный крен. Не комната, а прихваченная радикулитом старушенция, уже присмотревшее себе уютное местечко на кладбище. Грубая, скудная мебель, открытый очаг, земляной пол только усугубляли это впечатление... Даже после беглого осмотра обстановки можно было с уверенностью заявить - это не королевский дворец. Это вообще не дворец! А значит, надежды, что весь путь до Андарры я благополучна "проспала", можно сложить в большой сундук и похоронить с почестями. Другими словами - топать нам еще и топать, стирая ножки по самые ушки...
  - Горняцкий поселок. Мы до него три дня добирались. Убогое местечко. Нищее и грязное. Зато нас здесь приютили и накормили. "Что", "как", "куда" и тому подобные вопросы не задавай, сам не знаю и спросить не у кого. Они тут по-своему лопочут. А язык у них, я тебе скажу, такой, что у меня уши съеживаются. Сплошные "гы" и "ры", будто не люди говорят, псы дворовые лают. Все кажется, сейчас укусят. Есть, правда, одна девчонка, что по-нашему понимает, но выговор у нее, равно другое наречие. К ней бы тоже толмач не помешал. Ну да... сама увидишь. А теперь давай, рассказывай свою страшную сказку на ночь... Очень уж интересно, как ты себе мужа отхватить умудрилась? Да еще благородного. Уж не приворожила ли, голышом при луне у мельницы купаясь? Или беленой опоила?
  - Ах ты! Рифмоплет недоделанный... - И запустила в него мокрой подушкой. - Тебе только пикантные подробности подавай! Не выйдет. Потому как... Алеис мне не муж!
  - Ой, да неужели? - Удивленным Огал не выглядел. - Такие нежности, а вы даже не женаты? Ну и нравы!
  - Какие еще нежности?!
  - Ну как же?! Ты ему шпильку подпустишь, он тебе что-нибудь приятное сквозь зубы прошипит...Идиллия! А еще, он постоянно около Лины. Глаз с нее не спускает, и любую ее просьбу с полу слова выполнять бежит. Эх, Ринка, Ринка... То, что вы мне с лордом кружев наплели, я уже на другой день понял. Уж в чем, в чем, а в делах сердечных у меня кой-какой опыт имеется.
  - Кой-какой? Да ты просто скромняга...
  - Ну-у-у... Мужчина не должен трепаться о своих похождениях...
  - Как чудесно! Значит мой разум в безопасности. А то, такого наплыва откровений ни одни мозги не выдержат. Расплавятся и из ушей вытекут...
  - Но не о чужих... - Этот пакостник хитро подмигнул и осклабился.
  "Жаль до тазика не дотянуться. Как бы он его рожицу украсил... Даже если просто на голову надеть."
  Красочно представив себе десяток вечеров в компании менестреля, рассказывающего о чьих-то любовных похождениях, я застонала.
  - О нет! - И полезла под одеяло. Огал приподнял краешек моего убежища и примирительно загудел.
  - Вылезай. Я ж говорил о возможности... Сейчас твоя очередь байки травить. Я уж как-нибудь в другой раз...
  Пришлось выбираться.... Огал уселся на краешек постели и мечтательно вперился в потолок, усиленно не замечая моих страдальчески закатанных в предвкушении "другого раза" глаз.
  - А знаешь, жаль, что вы с Алеисом не вместе. Красивая получилась бы пара. Как раз для баллады....Впрочем, не все еще потеряно... - Нд-а-а, бедные мои глазки... Сегодня им досталось. Не успели они "опуститься" из страдальческого созерцания челки, как тут же едва не выпали от последнего заявления. А этот гаденыш продолжал добивать мое недобитое существо своими "раздумьями" вслух. - Думается мне, наш лорд к тебе не так уж и равнодушен. Он хоть и чурка деревянная, но все ж таки мужик. А ты у нас девка что надо. Вона, всех наших деревенских парней на слюни извела.
  - Совсем рехнулся?! Ты чего мелешь? Каких еще парней? Да они ко мне даже с намеками на ухаживания за версту не подходили!
  - Конечно! А ты чего ждала после истории с мельником? Кому захочется по болотам целыми днями лазать и бабочек жбанами ловить? А лорд наш... Он ведь тебя всю дорогу сюда сам пер. Только когда совсем уже сил не оставалось - мне сию ценную ношу доверял...
  - И что в этом такого? Алеис вообще старается по возможности сам со всем справляться. О помощи просит только в крайних случаях. Да и то, весьма неохотно. Вот он по привычке и напрягался. К тому же, мне его лечить довелось. Может, у него так благодарность проявляется? А тебе сразу глупости всякие мерещатся!
  - Говорил я тебе, что ты дура? Так я еще раз это повторяю! Ты, Ринка, дура! Упертая! Хотя, как знать, может, я чего недопонимаю по неведению?
  - Вот-вот!
  - Так просвети.
  И я стала рассказывать. Тем паче, что мы с Линой и Алеисом уже давно собирались сделать это. А то, вроде бы одна команда, а некоторые ее "составляющие" о происходящем ни сном не духом не ведают...
  "Счастливчик..."
  Начала со встречи на тракте. Рассказала историю ранения Алеиса, поведала о нашем путешествии с караваном Уриада, о всех недомолвках и порожденной ими обиде, о Линином похищении и ее розысках... О всем том, чего Огал еще не знал.
  Наконец, исторические хроники подошли к концу. Вконец вымотавшаяся, я откинулась на подушку, с опаской отданную мне Огалом, да еще и заботливо перевернутую им на другую, сухую сторону и посмотрела на менестреля. Он сидел с квадратными глазами, блестевшими каким-то диким восторгом.
  - Эй, чудо, ты где? - Я помахала ладошкой перед его носом.
  - А?!... Ринка, это правда?! Лина, э-э-э..., Лиален... Она принцесса?!
  - Принцесса, принцесса...
  - Настоящая?
  Нет, что ни говорите, а чрезмерное употребление горячительных напитков, умственному совершенствованию на пользу не идет. И вот передо мной яркий пример этого. Настоящая ли принцесса? А какие они еще бывают? Игрушечные?
  - Самая что ни на есть! К тому же, наследница престола. А лорд Олланни ее телохранитель. Имей это в виду. Будешь вести себя недостаточно почтительно, можешь недосчитаться некоторых частей своего тела.
  - То есть как?
  - Чик и нету! У Алеиса разговор короткий. Это пока ты в неведении прибывал, мог с принцессой как с соседской девчонкой трепаться, а теперь будешь в ногах ползать и челом бить. Осознаешь?
  - Ага, конечно, ты вон что-то не сильно ползаешь...
  - Привилегированное положение. Лично дарованное мне ее высочеством. А тебе его еще предстоит вымолить... На коленях!
  - Ринка, ты надо мной издеваешься, да?
  - Ни-ни. Серьезна, как покойник. - При этом чуть не поперхнулась проглоченным смешком, представив себе гигантскую тушу менестреля, ползающую в пыли у хрупких ножек Лины. Да он же и коленопреклоненный будет с ней почти одного роста! - Сам подумай, одно дело отпускать сомнительные шуточки в адрес простой дворяночки, хотя и за это огрести можно, и совсем другое - хамить наследнице престола! Неуважение к ней, это выпад против всей Андарры... Сколько ты уже успел принцессе своих сальных анекдотов рассказать? А твои неоднозначные намеки... Полагаю, лет на двадцать в комфортабельных условиях каменоломни наберется ... Так что, солнце, разминай коленки!
  Бедняга менестрель посерел и сглотнул. Эмоции на его лице гуляли, как молодежь в день весеннего равноденствия. Сомнение сменялось, неуверенностью, а уж та уступала нагретое местечко страху. Даже если Огал подозревал меня в розыгрыше, вопрос: "А вдруг это правда?" - нет-нет, да проскальзывал в его мыслях. Вот уж где разгулье для его живого менестрельского воображения. Полагаю, временами оно весьма красочно рисовало ему сцену личного знакомства со штатным палачом Андарры в интимном полумраке пыточной.
  Неприкаянными овечками эти раздумья бродили по зеленоватому челу нашего певуна. Душещипательное зрелище. Способное выколупать жалость даже из каменного сердца злокозненной ведьмы. Что, собственно, и произошло. Я размякла... Настолько, что собралась совершить милосердный поступок: поведать нашей певчей птичке о своей "милой" шутке. Но тут дверь открылась и на пороге возникла тоненькая фигурка ее высочества принцессы Лиален, наследницы Андаррского престола. Так сказать, почтила своим визитом лично. Бедняга Огал, не "переваривший" еще скормленных ему сведений, дернулся всем телом и, подскочив, преломился в поясе.
  Н-да-а-ам-с. А мне думалось, менестрели умеют отвешивать галантные поклоны... Не тот, мне видать менестрель попался. В гимнастических упражнениях Огала, деревенского рвения было значительно больше, нежели утонченности и изысканности.
  "Ох, не баловали его приглашениями к коронованным особам. Эк, скачет с непривычки!"
  На принцессу тоже стоило посмотреть: Лина явно не чаяла встретить в эдакой глуши столь "изысканного" обращения и от избытка чувств почти вжалась в стену, выставив вперед принесенную с собой миску.
  Картина: "Дева и рыцарь"...
  "А где же рыцарь?"
  Хм-м-м... Ну, это дело поправимое. Если певуна поставить на одно колено, то можно провести ритуал посвящения. Кандидат готов, принцесса наличествует... Ах да, ей бы еще меч вместо мисочки. А то с плошкой как-то не смориться...
  "Каков рыцарь, таков и меч. Если уж наш певун - верный паладин кубка и тарелки, то ими и посвящать. Желательно, промеж глаз..."
  Толи у менестреля спину прихватило, толи благоговение пред венценосной особой оказалось столь велико, что не позволяло даже взглянуть на нее, но наш певун завис в согнутом состоянии надолго. Принцесса успела уже отойти от первого шока и отлипнуть от стенки, а Огал все еще изучал грязь на полу у своих ног.
  "Никак примеривается, куда лучше пасть? Или выбирает кусочек, дабы пожевать от избытка раскаяния?"
  Ага, как в песне...

В бою покрыв себя позором,

Он землю ел и в рубище ходил...


  "Ну, до рубища нашему гардеробу уже недолго осталось. А вот сменить меню, Огал ни в жисть не согласиться... Разве что, полностью перейдет на выпивку..."
  Лина затравленно взглянула на меня и, явно опасаясь выходок буйного менестреля, стала обходить его по периметру, стараясь не отодвигаться далеко от стены.
  - Огал... Что случилось? - Ее голос был тихим и вкрадчивым, как у дрессировщика приручающего непокорное животное.
  Менестрель перестал, наконец-то, демонстрировать свое седалище потолку, вместо чего решил подпереть его головой, поскольку в вертикальном положении доставал до него макушкой.
  - Ваше высочество..., - Голос Огала сорвался. Он сглотнул и набрал полную грудь воздуха, от чего мы с Линой, дружно, вжали головы в плечи, ожидая услышать могучий рев глотки, натренированной пением и выпивкой... Обошлось. Видать у менестреля перехватило, таки, дыхание, поскольку ему удалось лишь просипеть. - Принцесса...
  На этом, вдохновение бедолагу покинуло, оставив его лупать глазами, в единый миг выросшими до размеров блюдец.
  Сообразив в чем дело, Лина уперла в меня грозный взгляд.
  - Рина? Ты чего ему наговорила?
  Я замотала головой, закусив краешек одеяла, дабы не оглашать округу диким гоготом. Отчасти, из опасений за наше пристанище, кое выглядело настолько ветхим, что грозило рассыпаться от любого громкого звука. К тому же, открыто смеяться над менестрелем чревато: состряпает памфлет про злобную колдунью Рину и раззвонит по миру. Доказывай потом, что ты вовсе не такая мерзкая и злокозненная...
  "А значительно хуже. И к общению располагающая, исключительно в спящем состоянии...".
  Не дождавшись от меня даже внятного мычания, Лина занялась менестрелем.
  - Огал, что она тебе такого наговорила, что ты скачешь тут как гусеница на сковородке?
  - Что вы - принцесса...
  Прошелестел по комнате благоговейный шепот с придыханием, коим только в любви признаваться.
  "Лунной ночью под кустом... Колючим..."
  - И что? - Похоже, наша принцесса за время путешествия успела позабыть все прелести своего царственного положения. Или недооценила силу воздействия блеска короны на умы простых людей.
  - Я... Я не знал.
  - Теперь знаешь. И что это меняет?
  Эх, хорошо быть принцессой! Хочу - все мне в ножки кланяются, не хочу - будем друзьями. И не понимает, что нам, простым и незатейливым, ее стремления отнюдь не всегда очевидны. Вот если бы монархи одежду соответствующих цветов носили. Для опознавания их желаний. Надел синее - я сегодня душка, расположен выслушивать дружеские советы. Красное - подходить только на коленях, а еще лучше ползти на брюхе...
  - Ну... я не всегда вел себя подобающим образом...
  - Это Рина так сказала?
  Менестрель промолчал, но Лиален свои выводы уже сделала.
  - Огал. Что бы там эта особа не наговорила, - кивок в мою сторону. - Ты слишком близко к сердцу не принимай. Ее хлебом не корми, дай над людьми поиздеваться. Это она не со зла. Характер у нее такой... - И наградила меня уничижительным взглядом, от которого я просто шлепнулась на постель, едва не засучив ножками от прущего во все стороны смеха. Узрев такую реакцию на свой "призыв к должному поведению", Лина еще сильнее свела тонкие брови на переносице. Вот только в глазах мелькали озорные искры, подпорчивая весь "грозный" эффект.
  - Рина! Прекрати! - Я закивала головой, стараясь героически справиться с собой. А Лина вновь обернулась к поникшему менестрелю. - Да я принцесса... В Андарре. А здесь - просто девушка, которая хочет скорее добраться домой. Если вы дружненько приметесь мне почтение выказывать, да еще на людях, мы рискуем неприятностей заполучить по... по самую маковку, как любит говаривать наша не в меру "разговорчивая" целительница. Сам посуди, что окружающие подумают, если мои сопровождающие начнут мне в ножки бухаться?
  Опасаясь, что аналитические способности (ежели таковые были), могли покинули нашего менестреля, принцесса перестала внимать к его разуму, ограничившись пояснениями, более смахивающими на указания.
  - В общем, имей в виду, сообщать всем и каждому, что я принцесса, в наши планы не входит! Еще раз увижу, что ты мне кланяешься, нажалуюсь Алеису. Понял?
  "Да, серьезная угроза... Если не вспоминать о двух метрах мускулов нашего певуна..."
  Однако на менестреля она произвела должное впечатление. Он выпучил глаза и закивал головой.
  Но все же Лина не удержалась от маленькой демонстрации своего королевского воспитания. Выпрямив спину, она слегка кивнула головой (скорее даже обозначила кивок) и официальным тоном выставила менестреля за дверь.
  - Ты можешь идти Огал. Я хочу поговорить с Риной.
  И он даже не пискнул. Не стал гундеть "о чем это вы тут без меня собрались секретничать?". Только попытался вновь согнуться в поклоне, но, спохватившись, остановился на полпути и ломанулся к выходу. Так и удалился в полусогнутом состоянии. Хорошо, хоть не задом...
  Дверь за ним со скрипом затворилась. Немного постояв, Лина подошла к кровати и притулилась на краешке.
  - Как дела? Как самочувствие?
  - Нормально. - Вполне честный ответ. Мое первое пробуждение было куда хуже. А так... Боли почти нет. Чуть-чуть тянет, слегка ноет. И легкая слабость. По сравнению с прежними ощущениями - самочувствие почти хорошее.
  Тщательно изучив меня, как незнакомое экзотическое блюдо, принцесса удовлетворенно кивнула.
  - Выглядишь лучше.
  А затем, тяжко вздохнула и одарила меня укоризненным взглядом.
  - Ты Огала совсем запугала. Чем это?
  - Всего лишь припомнила некоторые моменты нашего путешествия. В свете открывшихся сведений он их переоценил по-новому.
  - С твоей подачи...
  - С моего намека... Просто у Огала хорошее воображение.
  - Ты мне сказки-то не рассказывай. Даже хорошее воображение надо направить в нужное русло, чтобы такого эффекта добиться. А кто мог это сделать? Не подскажешь?
  - Ну ладно, ладно... Подумаешь, постращала немного. Ему это только на пользу. Может о хороших манерах вспомнит.
  - А что заставит это сделать тебя?
  - Ничего! Нельзя вспомнить то, чего не знаешь.
  - Это уж точно... Но может перестанешь все же над Огалом издеваться? Он такой безобидный...
  - Ага, безобидный! Я теперь шею сверну, по сторонам оглядываясь и за тылами присматривая. Потому как, он мне эту шутку еще припомнит... Когда отойдет малость.
  - И поделом.
  - А что это ты за него вступаешься? Он же нахал и хам, каких специально искать будешь - не факт, что найдешь!
  - Он очень милый...
  - Милый? Ты в него, часом не втрескалась?
  Принцесса порозовела, но все ж качнула головой в отрицании.
  - Смотри, тебе же хуже будет. Думаю, не стоит разводить дискуссию о полной несовместимости принцесс и менестрелей как видов. Тебе это и так должно быть понятно... Как и то, что высшее общество подобный союз сможет оценить лишь в виде пикантной шутки. Не более... Замечу только: даже если твой папочка заделает Огала знатным вельможей, к твоей царственной персоне его все равно не подпустят. Будь уверена, среди ваших благородных и шибко знатных, уже давно очередность на твою руку расписана. С самого младенчества. А тут такой конкурент. Его просто тихо хлопнут в первой же подворотне, а всем расскажут, что камень на голову свалился. Эдакий необычный камушек, что пару десятков ножевых ран на теле бедняги оставил. Нет, конечно, ты можешь отказаться от трона, денег, положения и уйти за ним в нищую кочевую жизнь. Но тогда уж твой папочка, первым, объявит сезон охоты на бродячих менестрелей. И даже если он разжалобиться твоими слезами и предоставит вашу "семью" самой себе, в смысле: оставит на произвол судьбы - покоя тебе, все едино не видать. Потому как Огал - менестрель. Это не профессия, а состояние души. Ветреный, увлекающийся, непостоянный.... Его сложно удержать на одном месте. Все, что он зарабатывает - проматывает в ближайшей таверне. А уж чтоб его от баб отвадить, придется целую роту охранников нанимать. Что ввиду отсутствия денег будет несколько проблематично. Ты готова к таким неземным радостям совместной жизни?
  - Рина! Да менестрельское воображение радом с твоим, что курица перед павлином. Бледное и невзрачное. Такое напридумывала, что можно нервными коликами от смеха обзавестись. В сказительницы тебе идти надо. Недьзя такому таланту зря пропадать... Ох, Рина, Рина... Да. Мне нравиться Огал... Но как друг. С ним легко и просто. Не то, что при дворе, где сплошь и рядом одни интриганы. Он веселый. Добрый. А сколько разных историй знает.... С ним интересно. Так разве это повод строить дикие предположения? К тому же, о своем долге я ни на миг не забываю. Можешь успокоиться.
  Я потерла лоб. Якобы устала. На самом деле хотела спрятать от стыда глаза.
  Какой кошмар! Похоже, я последние мозги проспала. Такой бред нести. Наверное, влияние Огала... Его недавние "предположения".
  "А как иначе? С кем поведешься..."
  Если так дальше пойдет, придется к нему в напарники проситься.
  "Славненький дуэт получиться..."
  С такими воззрениями ничего иного не остается. Магу ясный ум нужен. А у меня в голове одни дикие бредни толкутся... с романтическим уклоном.
  Представив себя в таверне распевающей разгульную песенку, в цветастом платье и арфой в руках, я захихикала. Дабы не возбуждать в принцессе подозрений о сомнительной здравости моего рассудка (а то по прибытии в Андарру ломанется еще пристраивать полоумную колдунью в тамошний приют для душевнобольных), поделилась своим "видением" с ней. От чего на кровати стало слишком мало места. Что поделать, сей мебельный "шедевр" был изваян на одного. А двух катающихся от смеха девиц в расчет никто не принимал.
  Но воображение останавливаться не спешило. Рядом с нашим дуэтом возникла Лина в поношенном платье, отгоняющая скалкой толпу девиц тянущихся к Огалу. В довершении, присоединился и Алеис, с невозмутимым видом сидящий за столиком в окружении беснующихся от вида менестреля женщин и, толкущий в ступке травку болотника.
  В самый разгар веселья дверь отворилась, пропуская внутрь ранее помянутого лорда Олланни. Окинув его мутным от слез взглядом, я простонала...
  - А где же ступка?
  Новый взрыв хохота сотряс лачугу не хуже сошедшей с гор лавины.
  Алеис остался невозмутим. Видимо давно уже записал меня в сумасшедшие и ничего иного не ожидал. Но его спокойствие при виде рыдающей от слез принцессы было непривычным. Оно-то и остудило радостный пыл. Утерев глаза уже и без того изрядно подмоченной менестрелем наволочкой, мы с принцессой приняли более приличествующий благовоспитанным девицам вид - я глубже забравшись под одеяло, а Лина, аккуратно пристроившись на краешке постели. Взглянув на лорда невинным взглядом, принцесса осведомилась.
  - Что привело вас к нам лорд Олланни?
  Как давеча Лина, лорд тоже не чаял нарваться на официоз. Но в стенку вжиматься не спешил. Лишь приподнял слегка бровь и отвесил весьма изысканный, не чета огалову, поклон.
  - Прошу прощения за беспокойство. Я лишь хотел поинтересоваться, что вы сделали с нашим менестрелем?
  - А что такое?
  - Выйдя отсюда, он уселся, точнее даже, забился в угол и сидит там молчаливый, как никогда. Лишь изредка бросает на меня странные взгляды... Впрочем, если он был свидетелем того же что и я, это многое объясняет...
  Вот, а еще на меня бочку катят и нехорошими словами ругаются. Тут и без меня язв хватает. Один только "их благородие" чего стоит со своими намеками... В том числе и принцессе...
  "Ага, а дырки, при этом, взглядом в ведьмочке ковыряет. Дескать, вот кто на их высочество дурно влияет."
  Ну а кого ж еще виноватить? Ясное дело - испорченное дитя магического племени. Не зря ж ихний король всех магов попросил из своего королевства. Чуял, откуда ноги растут...
  "Это он напрасно... На кого ж они теперь все грехи валят? Надо было хоть одного оставить. Для публичной экзекуции..."
  Ничего, боги поспособствуют, доберемся до Андарры и будет у них кого всем королевством анафеме придавать. Особливо, за "тлетворное влияние" на наследницу короны... Ну да, пусть на "продолжительное удовольствие" не рассчитывают. Что-то нет во мне страстного желания в этой гостеприимной стране задерживаться дольше необходимого... Ежели там хоть часть населения такая же "милая" как наш лорд, то линять оттуда надо пока в здравом рассудке. И чем быстрее, тем лучше...
  Рассуждая о национальных особенностях андаррцев, я попутно обдумывала способы усиления Алеисовой почтительности к женской части нашего коллектива (а точнее к одной, конкретной колдунье). По моим прикидкам, лучше всего для этих целей подходил принцессин авторитет. Но Лина отправила все мои надежды с горки кувырком. Во-первых, она пропустила колкость лорда мимо ушей, а во-вторых - еще и улыбнулась ему обнадеживающе. Разве ж так можно? Все! Получив монаршее одобрение, он из меня теперь фарш сделает. Морально.
  "Уж не попахивает ли это манией величия? Больно нужно сыну андаррского герцога делать моральный фарш из колдуньи-недоучки... У него и других служебных обязанностей хватает."
  А он на голом энтузиазме. Совершенно безвозмездно. Из досужего интереса... Как делал это прежде.
  "В таком случае, остановить сие увлекательное занятие сможет только прямой королевский указ со всеми печатями..."
  А это идея! Лину попросить, что ли...
  "И что получиться? Вежливый и официальный лорд Олланни..."
  Нет уж, кошмаров нам и без того хватает...
  Меж тем Лина продолжала успокаивать лорда, неожиданно озаботившегося душевным равновесием менестреля.
  - Все в порядке, Алеис. Просто Рина, наконец, рассказала Огалу о наших похождениях. То, КАК она это сделала, заставило его... призадуматься.
  "И так всегда. Я тут надрываюсь, из последних сил веду повествование, а заместо спасибо - тычут обвинительно пальчиком."
  - Наше путешествие было, конечно, весьма насыщено событиями. Но не более, нежели после присоединения к нам менестреля. Что же его так из себя выбило? - Алеису как всегда нужен четкий доклад по всей форме. Еще бы кого по стойке "смирно" поставить - совсем лепота.
  - Моя принадлежность к королевской семье...Хотя на Рину, как помниться, это известие произвело меньшее впечатление.
  Надо срочно вмешиваться. А то меня будто и нет здесь вовсе. Так, фрагмент интерьера...
  - Нашли с кем сравнивать! Я ж вам не впечатлительный менестрель.
  - Что, верно, то верно. Тебя и черные маги со всякой нежитью не сильно впечатляют. Ты с ними запросто: здравствуйте, до свидания, а не полежать ли вам в сторонке? Где уж с ними принцессе тягаться.
  - Это упрек? - На всякий случай попробовала свои ноготки на крепость. Если что - ходить лорду разлинованным.
  - Это восхищение. - Алеис предусмотрительно не спешил приближаться. - А так же, констатация факта, что как пример ты в данном случае не подходишь, в силу своей... специфичности. Но ведь и принцесса - не монстр какой... Тем более, что их мы уже с лихвой насмотрелись. А потому, причин для столь бурной реакции Огала, я не нахожу.
  - Думаю, причина не в самом известии, - Лина хитро прищурилась (научилась уже у ребят) и посмотрела на меня. - А в том, как его наша целительница преподнесла... Ну же, Рина, что ты ему все-таки сказала?
  - Всего лишь припомнила его выходки. А далее, процитировала нашего многоуважаемого лорда Олланни, что неуважение к тебе, это неуважение ко всей твоей стране. Именно так в свое время ситуация была обрисована мне. - И одарила Алеиса взглядом победителя. Дескать, вот вам лорд, утритесь... Не одной же мне оплеванной ходить.
  Ой-ой-ой... Он опять покраснел. Так нечестно! Это запрещенный прием.
  - И все? - Лина продолжала искать в моем лице, что-то ей одной ведомое.
  Я пожала плечами. Эдак задумчиво.
  - Ну-у-у... Еще намекнула, что Алеису могут прийтись не по вкусу некоторый из его менестрельских манер.
  Лорд Олланни тяжко вздохнул.
  - Понятно... Ладно, я поговорю с Огалом. Объясню ему, что слушать колдуний весьма опрометчиво.
  - Только без переломов, пожалуйста. Мне с вами сейчас возиться трудновато будет. - Вот так! Последнее слово надо оставлять за собой.
  Зато последний взгляд остался за лордом. Да какой взгляд! Меня будто мукой обсыпали. Эх, мне бы так научиться - в купе с магической силой, смогу очами стены в щебенку дробить.
  - Алеис, я с тобой.
  Лина легко подхватилась с кровати. Надо заметить, что с нашей первой встречи, выглядеть она стала не в пример лучше. Трудности пути ей только на пользу пошли. Румянец во всю щеку, глаза блестят... А вот меня синявкой обласкали.
  У двери принцесса обернулась.
  - Обед через пару часиков будет. Отдохни пока.
  Моими желаниями никто поинтересоваться не удосужился. Пришлось до обеда пялиться в потолок и строить коварные планы по отмщению всем и вся. За что? А просто так. Для тренировки. Нечем было со скуки заняться. И потом, ежели я такая коварная и пакостная ведьма, то нечего меня в гордом одиночестве надолго оставлять. Кто знает, чего придумаю?
 

Глава 9


 
  Болеть - плохо! Мерзко, противно, гадко... ну и так далее. Единственный плюс - внимание и забота, которыми тебя при этом оделяют ближние. Да и то не всегда. Что ни говорите, а все хорошо в меру. Одно дело, когда интересуются твоим самочувствием, приносят еду в постель, трогательно заглядывают в глазки.... Сразу начинаешь чувствовать себя важной особой, чуток до мирового уровня не дотягивающей. Но когда тебя, как узника держат взаперти в комнате, да что в комнате - из постели не выпускают, к тому же едва ли не силком кормят с ложечки... Удовольствие сомнительное. Увольте меня от этого!
  Чья же заслуга в таком бесчеловечном обращении с безобидной ведьмочкой? Ясное дело, наша наследница престола постаралась. Никак мстит мне за все издевательства на Пыльном. Так я ж о ней заботилась! Можно сказать - душой страдала...
  "Так и Лина то же говорит..."
  Говорит! Смотрит на меня как на младенца грудного, еще немного и в пеленки замотает. Тьфу ты! Ну что за жизнь... Попросилась выйти на улицу подышать воздухом. И началось... "Там холодно, простудишься...", "Тебе рано вставать...". И никакого уважения к моему целительскому авторитету. Мало того, она какую-то местную знахарку раздобыла, которая ей во всем поддакивает. Она порыкает что-то на местном жутком наречии, а Лина понимает это, как самой заблагорассудиться. И чуть что - "так знахарка сказала". А что именно она сказала-то? Всю "возвышенную" отсебятину здешней целительницы Карфийетлаба (вот же имечко, а я еще на свое грешила) переводит. Девица эта - единственный местный житель знакомый с наречием Внутренних королевств. Именно что знакомый: сказать, что она его знает - значит оскорбить бога истины в лучших чувствах. К ней самой, как Огал и говорил, толмач в комплекте прилагаться должен. Но - увы. Нету. Сами разбирайтесь. Вот и мучаюсь. А поскольку у Лины опыта общения с Карфийетлабой побольше будет - то супротив нее не попрешь. Она, дескать, уже научилась ее понимать. Вот и приходиться терпеть муки тяжкие принцессиной заботы. Один раз только удалось мне наружу выбраться, когда Лина отлучилась, так такое было... Принцесса в гневе пострашнее всех темных магов вместе взятых будет! Теперь меня вовсе одну не оставляют, во избежание самодеятельности. То Алеису, вдруг приспичит оружие почистить в комнате. И именно тогда, когда принцессе удалиться надобно. То Огал решит меня развлечь, причем опять же в отсутствие моего "тюремщика"...
  И так уже три дня мучаюсь! А самое обидное - не могу этим доброхотам наглядно доказать здравость своего тела, дабы перекрыть потоки их "нежнейшей" заботы о ближнем. Рана то ерунда, она почти зажила. А вот последствия некромантского заклятия сказываются. То голова кружиться начинает, то слабость нападет. Но самое ужасное - с силой проблемы. То вроде бы вот она, бежит по жилам теплой волной, то - бац, как корова языком слизнула. Пусто и тошно. Впрочем, я не паникую. Такое однажды уже случалось. Мне, наверное, лет двенадцать стукнуло, когда мы с мальчишками деревенскими "на спор" в речке искупались. Что в этом такого? Так весна была. Ранняя. Лед только-только сошел. Пацаны хорохориться начали, дескать, им холод не страшен, не то, что девчонкам. А мне такие заявления, что мулу раскаленный прут под хвост. В миг волосы дыбом, глаза горят: "Да я..", "Да мы, девчонки...". Ну и понеслось. Пошли на речку. Я при виде студеной воды вмиг поостыла. Да назад уже не повернешь. За язык никто не тянул, пяткой в грудь сама себя стучала... Пришлось плюхаться в речку. А вода ледяная, по первости впечатлений аж кипятком показалась. Тут бы и вылезти, да потеплее укутаться. Нет же, надо было всем доказать, что девчоночье племя не лыком шито и пацанам нос завсегда натянет. Вот и сидела в воде, пока все желающие не окунулись. Тело до того судорогой свело, что на берег меня мальчишки почти тащили - у самой ноги не двигались. Тут же костер запалили, так я в него почти целиком залезла, пытаясь зуб с зубом свести, да они все отскакивали. Пока все дружно дрожали, кто-то уже успел маме о наших "водных процедурах" рассказать. Она принеслась со скоростью специального королевского гонца. Раздала всем подзатыльников, напоила отварами, растерла настойками и погнала домой под одеяло. Мальчишкам сие своевременное вмешательство помогло, даже насморка не подхватили, а я на два варда свалилась с жаром. Когда же поправилась, обнаружила, что сила моя в "загул" ушла и возвращалась исключительно по своему усмотрению. Вот когда паника была с воплями и выдиранием волос! Дескать, какая же из меня целительница, если сила, то есть, то нет. Что пациенту говорить? Подождите пару дней, а то мои способности в данный момент на отдыхе, но скоро обещали вернуться? ...Хорошо мама успокоила. Объяснила, что организм истощен болезнью и нужно время для полного восстановления. Так я целый месяц в паникерстве практиковалась, все маму дергала: "Точно все как прежде будет?". Получая в ответ усталое: "Будет, будет. Хотя и не надо бы, раз головы на плечах нет". Ну да, к концу второго варда все начало налаживаться, а по окончанию третьего, я уже до новых "подвигов" созрела. Но для купаний, с тех пор теплую водичку предпочитаю.
  Нашему "дружному" коллективу, я о своих трудностях рассказывать не стала. Еще чего! Ребятам и простой царапины хватило для "издевательств". Обойдутся без дополнительного повода.
  ...Ну как же все-таки скучно целый день в потолок пялиться. Даже книга Диолмара от тоски не спасает. Там все больше практических сведений. Сплошные заклинания. Руки так и чешутся попробовать что-нибудь сравнительно безобидное, да сила подлянку подложила. К тому же Лина за мной аки кошка за обнаглевшей мышью наблюдает. Даже сейчас. Вроде бы рукодельем занимается, а нет-нет, да и бросит взгляд в мою сторону... Нет, это все ж таки незабываемое зрелище: принцесса штопающая рубаху менестрелю. Вот уж не думала, что она шить умеет? Впрочем, это же входит в обязательный курс обучения благовоспитанных девиц. Чем же им еще в своих замках заниматься в ожидании мужа с ратных подвигов? Не корову же доить и огород полоть? Эдак и ручки попортить можно. Огрубеют, цыпками покроются...
  Лина сделала последний стежок, отрезала нитку и встряхнула рубаху.
  - Все. - Сложив аккуратно менестрельское облачение, она взглянула на меня. - Рина, ты опять смотришь так, будто я у тебя жениха отбила.
  - Да хоть всех забери, только выпусти отсюда. Меня уже тошнит от этой комнаты.
  - И чего ты такая непоседа? Лааганда сказала, тебе покой и отдых нужен.
  Ну вот, опять! Лааганда сказала! А значит: все, быстренько, выстроились шеренгой и с песнями, вперед, походным маршем! Во славу Лааганды... Тоже мне, непревзойденный авторитет в области медицины... Один ее отвар из древесных жучков чего стоит. И она еще утверждает, что это лучшее укрепляющее средство! Да его только как рвотное применять - от одного вида тошнить начинает...
  Не-е-ет, с этим надо что-то делать... Если мне ее именем еще раз в нос ткнут, всю деревню от бешенства лечить придется - всех покусаю!
  - Лааганда! Она всего лишь знахарка из глухой горной деревни. А я, дочь Виадарии, ее ученица. Будь уверена, у меня в целительстве побольше знаний, чем у этой ветхой бабульки. И я заявляю - еще немного и у меня будут пролежни.
  - О нет, это тебе не грозит. Потому что ты и мига единого спокойно не лежишь. Как будто тебе в кровать иголок насыпали.
  - Мне нужно двигаться, а то не поправлюсь.
  - Что ж ты Алеиса в свое время лежать заставляла?
  - У него могла рана открыться от резких движений, а моя уже почти зажила. Мне сил набираться надо, а неподвижной тушкой, я этого не добьюсь.
  - Хорошо, завтра пойдем погуляем.
  - А почему не сегодня?
  - На улице сильный ветер...
  - Ничего, я потеплее оденусь.
  - Рина, будь благоразумна...
  - Третий день этим занимаюсь. Для меня это предел.
  - Всего один день.
  - Лина, с тобой ли, без тебя, но я попаду сегодня на улицу... Ну не могу я больше лежать взаперти!
  - Я ребят на помощь позову. Они тебя быстро спеленают.
  - Давай. Сразу, дружненько, всех заколдую, дабы не бегать за каждым по отдельности.
  - Рина!
  - Рина, Рина... Ведьма, колдунья, магичка... Забыла? И как вы собираетесь с этим бороться?
  Лина всплеснула руками и покачала головой.
  - Ну что с тобой делать?
  - Отпустить на волю.
  - Только не изображай из себя невинную узницу сырых королевских подвалов.
  - А если я себя так чувствую? Жертвой монаршего произвола.
  - Ладно, карлики с тобой. Пойду, теплые вещи принесу.
  "Ура! Свобода!"
  Стоило Лине скрыться за дверью, я шустро спрыгнула с постели и стала одеваться. С этими принцессами надо держать ухо востро. Передумает ещё.
  В первый миг закружилась голова. Но на провокацию собственного организма я не поддалась. Лишь постояла немного свыкаясь с вертикальным положением. Хорошо, что Лина вышла, а то наверняка зарубила бы всю затею на корню из-за такого пустяка. Ей только дай!
  Когда принцесса появилась вновь, я уже почти собралась и даже справилась с головокружением, точнее пообвыклась с ним. Признаться, в первое мгновение я даже не поняла, что ввалившаяся в комнату "куча" - это наша наследница престола. Ворох всевозможных вещей скрывал ее с головой. Чего она только не раздобыла: пара кофт, подбитая мехом безрукавка и даже тулуп! Свалив все на кровать, Лина еще раз оглядела меня с ног до макушки, опять покачала укоризненно головой и протянула одну из кофт. С этим я смирилась. Даже безропотно нацепила поверх безрукавку. Но когда принцесса подхватила тулуп, мое терпение иссякло.
  - Лина, на улице вроде бы лето.
  - Внизу. А в горах довольно прохладно.
  - Извини, а где тогда твоя шуба?
  - Ну-у-у... Там не настолько холодно... Но тебе лучше потеплее укутаться.
  - Это ты у нас с детства недужишь. Вот и кутайся. А я привычная. Гарлион севернее Андарры, зимы там суровые. И весны тоже.
  Похоже, принцесса уже привыкала к моему ослиному упрямству, потому как настаивать не стала. Надела вторую кофту и подхватила меня под руку.
  "Тоже мне нашла инвалидку!"
  Но сопротивляться не стала, только нацепила на мордашку выражение обреченной покорности судьбе. И пошлепала к вожделенному выходу "на волю". Где, как обнаружилось, нас уже ждала Карфийетлаба.
 

* * *


 
  Нда-а-а... Приютивший нас поселок оказался еще более убогим местечком, нежели мне представлялось со слов менестреля. Десяток скособоченных лачуг вросших в скалу. Большей частью, сложенные из грубо обтесанного камня, они выглядели кучей сваленных в относительном порядке булыжников. Деревянные части попадались редко. Сей факт легко объяснялся скудной растительностью округи. В свете чего, давшая нам кров хибара являлась поистине дворцом, ибо выстроена была полностью из деревянного бруса. Не удивительно, ведь принадлежала она здешнему старосте. Мужчине, как я успела отметить в один из его визитов, весьма "соблазнительного" вида: густые лохматые волосы, сбившаяся клочьями борода, мясистый нос на половину физиономии, пузико, кривые ножки... Одним словом - писанный красавиц, мечта любой женщины... Особенно, если ей уже за сотню перевалило... В прочем, местный дамский контингент, тоже не угрожал звездам затмением. Большей частью это были особы приземистые, плотненькие с хорошо развитой мускулатурой и лицом каменного истукана. Из возрастных категорий присутствовали только две: совсем юные (девочки лет до десяти) и еще не совсем дряхлые (особы уже успевшие позабыть времена бурной молодости). Где обиталась промежуточная прослойка по началу оставалось для меня тайной. Но взявшая на себя роль провожатой Карфийетлаба, пролила свет на сей загадочный феномен. Как выяснилось после ее пояснений, никто здешних юных красавиц, ни в какие темные подземелья от завистливых взглядов соседей не прятал. Все дамы были тут - на всеобщем обозрении... А что выглядели они как ветераны воин позапрошлого века? Так и жизнь у них не мед с нугой. Во-первых, ранние браки: девочек сбагривали с рук, едва они становились девушками - после первых же месячных. Во-вторых, тутошние мужчины "с головой" (и другими частями тела) ушли в горный промысел, сложив на хрупкие женские плечики всю остальную работу. Потому-то и покрывали эти плечики мускулы профессионального борца. Ну и в-третьих, скудная еда, сильные ветры и пыль - не входят в число лучших косметических средств по уходу за кожей. Вот и получается, что сравнительно молодая здешняя женщина, где-нибудь во Внутренних королевствах могла смело проситься в приютный дом для лиц преклонного возраста. Взяли бы без вопросов.
  Днем единственная улица поселка была пустынна. Только местные "красавицы" временами осчастливливали ее своим присутствием. Ну и конечно ватага совсем малых ребятишек с гиканьем и топотом то и дело проносилась из конца в конец, поднимая тучи пыли. Все трудоспособное мужское население "осваивало" горы. Промышляли местные добычей металлов и драгоценных камней. Вот только последние количеством не баловали, а первые - расставались с родными горами весьма неохотно и с трудом. Посему богатством и изобилием тутошний народец не блистал: только-только на жизнь хватало.
  Ближе к вечеру, местные начали сбиваться в кучки и подтягиваться к дому старосты. Приближалось время главного развлечения здешних жителей - ежедневных (точнее даже ежевечерних) посиделок. Сие культурно-массовое мероприятие несло в себе несколько функций. Самая главная - обмен новостями и сплетнями: кто и сколько чего добыл, где нашли новое месторождение. Все это плавно перетекало к обсуждению экономического прогноза рынка: как изменятся цены на руду и камни на предстоящей ярмарке и что в свете сих изменений лучше добывать? Ну и, конечно же - укрепление дружеских связей за стаканчиком вина. Причем ежедневное "заливание очей" до состояния смутного осознания самое себя, по мнению здешнего общества, к пьянству не имеет никакого отношения, а несет в себе глубокий "духовный" смысл. Согласно широко распространенным в этом уголке мира (да и не только в нем) поверьям: "в виноградной лозе сокрыта вся мудрость земли". А значит, принимать решения по любым мало-мальски значимым для жизни поселка вопросам следует после некой доли возлияний горячительными напитками. Главный принцип: чем важнее решение, тем крепче настойка... Об этом местные жители помнят каждый миг своего существования и на "совет" прихватывают хотя бы один бочонок "усилителя умственной деятельности".... Увы, мозги людские не безграничны и могут вместить лишь строго определенный объем "мудрости". Когда же ее концентрация достигает предельного уровня, "истина" начинает искать выход. И хорошо если она (истина), едина для всех. Тогда полная любовь и благодать... Вот только бывает такое редко. Разве что, сообща соседей похаять, да торговцев обругать - эти темы завсегда вызывают всплеск всеобщего единодушия. В остальное время - сколько людей, столько и мнений. И каждый считает именно свое самым-присамым верным. И кто прав? ...Конечно же, тот, кто сможет привести наиболее убедительные доказательства. А что убедительнее всего? Кулаки и мускулы! Посему, дискуссия зачастую (а точнее почти всегда) переходит в любимую всеми народами забаву - мордобой. Когда количество лежащих на полу превышает число оставшихся на ногах, дебаты прекращаются в виду недостаточной численности дискутирующих. Побеждает то решение, у которого более "устойчивые" и крепкие сторонники.
  Дабы не учить детей плохому (вырастут - сами научаться), малышня на посиделки не допускается. А женщины появляются к самому завершению "церемонии", да и то лишь затем, чтобы оттранспортировать своего "политического деятеля" домой.
  Что меня поразило, так это совершенно спокойное отношение дам к "культурному" время препровождению своих мужей - ни попреков, ни косых взглядов... Да в любой забытой всеми богами дыре Внутренних королевств, жена из мужа отбивную скалкой сделала бы, повадься он каждый вечер надираться до ползучего состояния. А здесь... Как будто так и надо...
  "В каждом храме свой устав."
  И то верно.
  Игнорируя все Линины поползновения затащить меня домой, нагулялась я вволю. Даже, пожалуй, с лихвой. Если бы не упертость и врожденный дух противоречия, то, по хорошему, следовало еще пару часиков назад прекратить сбивать ножки о здешние булыжники. Но нет, если Лина предлагает пойти обратно, значит, мне надо настоять на дальнейшем продолжении прогулки. Вот теперь, как следствие, ноги гудят и возмущаются.
  Доползя до кровати, я рухнула на нее недвижимой кучей ветоши. Через миг рядом возникла фигурка принцессы.
  - Нагулялась?
  Я пробурчала нечто невразумительное. Не подтверждая, но и не опровергая ничего. Тут надо быть осторожнее. Скажешь "да" и, карлики ведают, сколько еще света белого не увидишь. "Нет" - тоже чревато. С Лины станется потащить меня обратно в воспитательных целях. Дудки. Обтекаемая формулировка - залог успешной дипломатии.
  "Эх Ринка, Ринка...Еще до андарровского двора не доползли, а ты уже искусство интриги осваивать начала... Что же дальше будет?"
  Жуткая смерть от недостатка взаимопонимания. На вопрос: "А не пойти ли мне поесть?", буду давать ничего не значащие ответы самой себе - отчего помру с голоду.
  Удовлетворившись мычанием, Лина стала стаскивать с меня одежду. Противится, сил уже не было. Дабы сохранить остатки гордости приняла посильное участие в процессе разоблачения - переворачиваясь с одного бока на другой и поднимая руки.
  Только я успела занять "налёжанное" местечко под остывшим одеялом, как в нашу обитель ворвался радостный менестрель.
  - Девчонки, смотрите, что я раздобыл! - И водрузил на стол запыленный кувшин.
  Лина откупорила сосуд, понюхала и с удивлением воззрилась на Огала.
  - Отличное вино! Откуда? Неужели с совета осталось?
  Надо сказать, что наши парни принимали участие в вечерних посиделках наряду с другими местными жителями. И если Огал делал это добровольно, по причине большой любви к халявной "мудрости", то Алеису просто ничего другого не оставалось. Отказ от участия в "совете" (когда тебя приглашают), равносилен оскорблению. Или признанию себя еще не достигшим зрелости (дитем малым, неразумным).
  Менестрель округлил глаза и осклабился.
  - С совета?! Что ты! Да после этих пропоиц от выпивки и духа не остается. Даже таракану напиться не хватит. К тому же, этим ребятам не что получше, а что покрепче подавай. Чтоб сразу с ног долой.
  - Где же нашел?
  - А это очередная вдовушка в наступление перешла. - Раздался от двери голос лорда. Вслед за голосом появился и его обладатель.
  - Что за вдовушка? - Повеяло пикантной историей и я вмиг навострила ушки.
  Огал разместил на физиономии выражение полнейшей неосведомленности. Но нагло соврать прямо в требовательно уставившиеся на него глаза не решился. Всего лишь невинно потупил взор.
  - Ну..., есть тут одна...
  - Одна?! - Алеис ухмыльнулся. - Наверное, ты хотел сказать одна дюжина.... Все здешние вдовицы уже поставили на тебя капканы. И это вино, всего лишь очередная приманка в одном из них. Как и те три рубахи, два ремня, плащ и куча побрякушек, подаренные тебе ранее.
  - Что?! А тебе, откуда это известно? Уж не роешься ли ты в моих вещах? Вот уж чего не ожидал от вашего лордства!
  - Я бы твое тряпье даже в руки брать не стал, не брось ты его на моей кровати. А так, пришлось перекладывать... Кстати, сделай милость, в следующий раз для свалки всякого хлама используй свою лежанку. Тем более что она итак похожа на средоточие изначального хаоса.
  - Тряпье? Да эти рубахи совсем новенькие. Специально сшитые.
  - Скорее уж перешитые из чьих-то обносков. А плащ...
  - Что плащ? На нем даже муха не сидела!
  - Естественно. Потому что здесь нет мух. Сдувает их.
  - И что не так с плащом?
  - На спине заплатка, под которой приличных размеров дыра. А чтобы это не бросалось в глаза, ее довольно затейливо украсили вышивкой.
  - Ничего подобного...- Огал кинулся к своему топчану и, разворошив нагромождение всевозможного хлама, извлек обсуждаемый подарок. Повертев в руках и просмотрев на свет, он слегка сник. Но тут же, тряхнув гривой темных волос, лучезарно улыбнулся. - Подумаешь, дырочка! Зато он теплый! А вот вам, лорд, подарков никто не дарит! Оттого и ворчите!
  - Дарят, но я не считаю возможным их принимать.
  - И когда ж такое было?
  - С какой стати я должен перед тобой отчитываться? Только король может требовать от меня доклада... И принцесса.
  - О! А это уже благородной спесью попахивает...
  Алеис резко обернулся к Огалу, сжав кулаки. Менестрель расправил плечи и выпрямился. Точнее сделал попытку, но высота потолка так и не дала богатырской стати проявиться вовсю. Что не помешало воздуху зазвенеть от напряжения...
  - Лорд Олланни... Господин Огалиус. - Тихий голос принцессы пронесся по комнате как легкое дуновение ветерка. Зато последствия от него были просто "волшебные". Оба спорщика захлопнули рот, а Алеис так даже склонился перед принцессой в поклоне.
  Нда-а-а. Мощно... Парой слов перекрыть бурную реку Огалова красноречия и подрезать крылышки Алеисову гонору - сей подвиг заслуживает обелиска. Ну, или хотя бы памятной дощечки с надписью: "Ей удалось невозможное!".
  "На некролог смахивает..."
  Ну, тогда что-то вроде: "За великие заслуги перед человечеством".
  "Уже лучше. Но больше для королевской благодарственной грамоты подходит..."
  Да хоть бы и грамота. Главное увековечить сие деяние в истории. Потомки должны помнить своих героев!
  В этот момент дверь вновь отворилась, пропуская приземистую фигурку одной из старостиных жен (коих у него штук пять насчитывается), наполовину скрытую за гигантским подносом заваленным едой. Просеменив к столу и сгрузив на нее свою ношу, женщина лучезарно улыбнулась, потыкала рукой в сторону стола, порыкала, поклонилась и вновь исчезла за дверью.
  - О, а вот и закуска. - При виде еды, Огал позабыл обо всем, включая недавно назревавшее выяснение отношений. Теперь он вновь был готов любить и понимать всех без разбору. - Интересно, в честь чего такое пиршество? Раньше нас не слишком-то разносолами баловали.
  - Какой-то здешний праздник начинается. - Алеис тоже успокоился и склонился над столом, рассматривая содержимое подноса. - Ближайшие несколько дней все будут есть сколько влезет, а потом отправятся на большой торг, последний в этом году. Вскоре после его завершения начнется период дождей, плавно переходящих в снег. Дороги сначала расквасит, потом засыпит и поселок станет до весны практически недоступным.
  - Это точно праздничная пирушка, а не откорм жертв, для заклания в честь их праздника? - Я с опаской покосилось на благоухающую слюногонными ароматами еду.
  - Ну, так, по крайней мере, мне рассказывала наша добровольная помощница Карфи.
  - О! Она уже Карфи? И когда это вы лорд успели? - Передразнивая манеру Алеиса, я вскинула одну бровь.
  - Я спросил, не будет ли она возражать против подобного сокращения, поскольку ее имя несколько трудновато для нашего произношения. И госпожа Карфийетлаба любезно позволила мне это.
  - И что же сложного в ее имени? Необычное только что. - Я скривилась в попытки изобразить недоумение пополам с легким пренебрежением: дескать, что ж вы лорд Олланни уже совсем говорить разучились? Хотя, по правде, от этого имечка у меня самой челюсть колом вставала и отказывалась родную речь воспроизводить.
  - Ну, в вашем магическом словаре, я думаю, найдутся слова и пострашнее. А у меня и на этом язык спотыкается.
  - Что так? Или в Андарре иноземные гости редкость?
  - Отчего же, заглядывают временами.
  - И как же вы, лорд Олланни, с ними беседы ведете, если их имена выговорить не в состоянии?
  - Мое дело охранять принцессу, а для разговоров у нас придворного народу хватает. Одних только министров с полдесятка... Хорошо хоть магов нет - боги миловали.
  - Нет, ну чем вам маги-то так не угодили? Жуткие обряды с кровавыми жертвами проводили? Посевы вытаптывали? Скот травили? Младенцев похищали, и опыты на них ставили? А? Лина, ты уже давно рассказать обещала!
  - Может как-нибудь потом?
  - Опят потом?! Сколько можно отнекиваться? ...Или осваиваешь новый метод пытки? По капле информации на темечко, дабы жертва корчилась в приступах любопытства... Вот объясни - зачем опять откладывать? Тем паче, есть повод: у нас отличное вино, вкусная еда, общество...хоть и не светское, но довольно приличное, если пристально не разглядывать и друг от дружки подальше держать. Только хорошей истории и не хватает.
  - А ничего в этой истории хорошего нет. Она скорее грустная и... для моей семьи довольно болезненная.
  - И для тебя тоже?
  - Нет, наверное... В те времена я еще маленькая была...
  - Тогда рассказывай! Во избежание конфузов.
  - Каких?
  - От незнания. Я думаю, точнее, надеюсь, что когда-нибудь мы все ж таки доберемся до легендарной страны Андарры. А я возьми и полезь со своими неуместными расспросами к кому ни надо. Вот сраму то будет! Или того хуже - по шее настучат.
  - По шее? Увы! Нет у нас таких могучих и отважных героев, коим сей подвиг по плечу будет. Разве что, папенька всю армию мобилизует. Но он хороший правитель и такую глупость делать не станет. Поскольку после получаса общения с тобой, массового дезертирства не избежать. А страну без защиты оставлять нельзя. Как ни прискорбно, но шее твоей ничего не грозит.
  - Да-да, конечно... Уже верю. Наивная деревенская дурочка: пальчиком помани - глазки выпучу, рот раззявлю и хоть на край света отправляй... Впрочем, уже поперлась... А мне за то даже историю рассказывать не хотят.
  - Да расскажу. Расскажу... Иначе, нам житья не видать... Надо будет тебя с нашим казначеем познакомить. Поговаривают, у него лишнюю монетку не выдавишь, а у тебя талант вымогать. Интересно, кто кого переупрямит?
  - Принцесса, сжальтесь над беднягой Мальвером. Он старый человек. Натравливать на него нашу ведьму просто бесчеловечно. И потом... Вашему отцу тогда придется взять опеку над его детьми. Сыновья-то ладно. Их можно в армию пристроить. А вот, чтобы дочь замуж выдать - надо будет изрядным куском королевства пожертвовать. На приданное. Потому как красавица она, писанная, от которой даже лошади шарахаются.
  - Лорд, как можете вы так говорить о даме?
  - Я лишь повторяю самого Мальвера. Когда он рассказывает, почему о слепом зяте мечтает... Не след над ним еще и зло шутить.
  Ох, дождется у меня Алеис ответной любезности. Вот сила в норму вернется, я на нем одно заклинание из Диолмара опробую. Как раз подопытный нужен. А тут доброволец сам напрашивается...
  Принцесса подумала несколько мгновений и соизволила согласиться с лордом, неожиданно попавшим под власть сострадания к старикам.
  - Пожалуй ты прав. Нельзя издеваться над пожилым человеком.
  - А надо мной значит можно?
  Я повыразительнее надула губы. Эдакое безвинно уничижаемое существо, погребенное под лавиной насмешек...
  Но вместо извинений, получила брызнувшие по комнате горошины золотистого Лининого смеха.
  - Ох, Рина, да кто тебя обидит...
  - Того только пожалеть останется. - Закончил мысль Алеис.
  "Вот так! На ведьму сострадание не распространяется..."
  - Ладно... - Пока длилось очередное коллективное "избиение ведьмы", Лина отложила на тарелочку самые аппетитные кусочки и поставила их передо мной. Причем сделала это под носом у менестреля, который, увлекшись процессом созерцания за моим "притеснением", даже не заметил, как его лишают еды. - Значит, хочешь узнать, почему в Андарре нет магов?
  - Это я уже знаю. Их изгнал твой отец. А вот почему он это сделал?
  Я подтащила подушку повыше, подтянула колени к груди и всем видом изобразила готовность внимать.
  Лина присела рядом и взяла с тарелочки яблоко.
  - Я не знаю всех подробностей... - Задумчиво покрутив зеленый шарик в руках, она стала фруктовым ножиком счищать с него кожуру. - Это случилось давно. Мне года два было... Наверное... Видишь, я даже этого точно не знаю. Но, вроде бы два. Или около того... Мой отец второй раз женился. Да-да, королева Иверис, которая и по сей день правит Андаррой вместе с моим отцом, мне не мать. Не родная. История чем-то похожа на твою, Рина...
  "Похожа? Неужто король и королева тоже нашли подкидыша под дверью своего дворца?"
  Мне оставалось лишь хмыкнуть. Похоже, Лина поняла мои сомнения и пояснила свою мысль.
  - Я имею в виду, что мы обе зовем матерью не ту женщину, что дала нам жизнь, а ту, что вырастила... Ты Виадарию, а я - вторую жену отца.
  - А твоя мать? Что с ней случилось?
  - Умерла в родах.
  - Извини.
  - Не стоит...Такое случается.
  - Особенно, когда нет хороших целителей.
  - Особенно, когда нет желающих помочь... Я не знала своей матери. Но было время, когда хотела узнать о ней как можно больше. О чем после не раз пожалела, потому что мне стало известно СЛИШКОМ многое... - Принцесс грустно улыбнулась, отложила очищенное яблоко и потянулась за следующим. - Моя мать была страшным человеком, Рина. Происходила она из очень древнего и знатного рода герцогов Павиерто. По могуществу и влиянию эта семья была второй после королевской. Но амбиций и апломба любого ее члена, хватило бы на дюжину королей. Постоянные козни и интриги, вечное недовольство судьбой - "как так, трон опять ускользнул у них из рук! А ведь они куда достойнее его, нежели нынешняя правящая династия...". К тому же, и в их жилах достаточно королевской крови - как-то давно, одна из принцесс стала женой герцога Павиерто... Много поколений правителей Андарры не могли спокойно спать из-за этой семьи, постоянно ожидая удара в спину. Наконец, моему деду это надоело. Он нашел гениальное, по его мнению, решение - женить своего сына на наследнице герцогов Павиерто. Этим он решал сразу две проблемы. Пристраивал своего ветреного и влюбчивого, а мой отец именно таким и был в молодости, отпрыска в "заботливые" руки супруги. А заодно - бросал кость ставшему поперек горла семейству, подпустив их к трону на столько близко, на сколько это вообще возможно... Сперва казалось, что затея удалась. Павиерто в кой-то веке перестали мутить воду и гордо шествовали по жизни превознося жену наследника престола... А потом все покатилось кувырком. Дед умер. Совершенно по-глупому свалившись с коня на охоте. И это человек, в два года севший на лошадь и за всю жизнь ни разу с нее не упавший... На трон взошел мой отец. Еще совсем юный и неопытный, он полностью полагался на мнение министров и советников, которых ему рекомендовала... его любимая супруга. Увы, он ее и вправду любил. Говорят, она была очень красива и умела произвести весьма благоприятное впечатление своими манерами. Когда хотела...
  "Кровь не водица. Теперь понятно в кого Лина. Тоже ведь, порой, кажется мягкой и податливой, а поведешься - зубки пообломаешь..."
  ...В общем, благодаря неопытности отца и интригам материного семейства, власть в стране большей частью перешла в руки Павиерто и их сторонников. Но хуже было другое: королева Барилан, так звали женщину, давшую мне жизнь, заполучив трон, стала просто несносна. Она более не считала нужным прятать за маской благовоспитанности свои пороки. А их у нее было предостаточно: жестокость, злопамятность, властность, жадность... И чем больше власти она получала в свои руки, тем более несдержанной в своих выходках становилась... Когда мой отец прозрел - было уже поздно, дворец наводнили подхалимы и лизоблюды, пресмыкающиеся пред его женой. Все ключевые посты были в руках ее протеже. Зато темницы переполняли люди из поколения в поколение преданно служившие королевской семье... Отца, как говорят охотники - обложили. Да так, что не дернешься: армия под рукой кузена жены, казной заведует ее дядя, а закон и порядок блюдет "брат жены внучатого племянника"... Лишь часть стражников сохранила еще прежнюю преданность своему королю. Только такими силами много не добьешься... Но тут подошло время королеве разродиться от бремени. Что было бы со страной, останься моя мать жива - не известно. Но многие из прочитанных мной летописцев склонялись к мысли, что родив наследника трона, Барилан вряд ли стала бы и дальше делить власть с мужем... Думаю, мой отец тоже это понимал. Возможно поэтому, рожала королева в присутствии лишь одной повитухи. Официально: это случилось из-за того, что роды начались преждевременно, да еще ночью - вот никого поблизости и не было... Это в замке-то! Где всегда полно народу. Одних фрейлин несколько десятков. И добрая треть из них уже знали о материнстве не понаслышке! В общем, королева Барилан родов не пережила. Еще несколько лет после ее смерти отец занимался уборкой - чистил ряды своих придворных от ее "любимчиков". По мере возможности, пытался исправить причиненный ущерб тем подданным, что остались ему верны не только на словах. Одним из них был старый капитан дворцовой стражи. Не слишком знатный, совсем не богатый, зато всецело преданный своему королю. И эта преданность была вознаграждена хорошим имением, новой должностью, повышением в звании и приглашением ко двору его семьи. Вот только из всего семейства, после "игр" королевы Барилан, только дочка у капитана и осталась. Зато какая! Увидев ее на балу, мой папочка потерял речь, аппетит, разум... и вообще, все, что можно потерять от любви. Месяц набирался храбрости, чтобы к ней подойти, еще пару вардов, чтобы заговорить и вард - пригласить на танец. Зато потом... Через четыре варда после того памятного танца, во время которого мой отец чуть не лишился чувств, потому что забыл дышать от счастья - он сделал ей предложение. Которое было благосклонно принято. Сыграли свадьбу. И на трон рядом с отцом села новая королева. Говорят гуляния по этому случаю были грандиозные...А менее чем через год, Иверис родила.
  - У тебя есть брат?
  - Нет, но у меня могла быть сестра.
  - Могла?
  - Да...Давай я расскажу все по порядку.
  - Ой, извини...
  Лина кивнула головой и задумчиво принялась кромсать очередное яблоко.
  - Когда Иверис оправилась от родов, во дворце, конечно же, устроили бал по случаю увеличения королевской семьи. Толпы гостей, море вина, радость, веселье, смех... Праздник! Закончившийся слезами. Утомившись от суеты, король и королева отправилась отдыхать, зайдя перед сном в детскую полюбоваться на свое дитя. А обнаружили пустую колыбель и мертвую нянечку. Ясное дело, тут же всех подняли на ноги. Дворец перевернули кверху дном и осмотрели вплоть до последней песчинки. Тайная стража, королевская гвардия и просто прислуга - все искали принцессу. Первую зацепку обнаружил один из придворных магов, почуявший следы чар в детской. Разматывая эту ниточку, вышли на одного из учеников-магов, от него к его учителю и так далее пока не дошли до заказчика - лорда Ержина Иммиаси. После непродолжительного общения с палачом, он признался в организации похищения новорожденной принцессы. Повод? Самый распространенный - месть. Семья Иммиаси состоит в отдаленном родстве с Павиерто, и сильно пострадала после смерти прежней королевы. К тому же, Ержин был влюблен в Барилан и даже в юности просил ее руки. Когда же она предпочла ему трон, он смирился, решив, что это то, чего она достойна. Ее смерть стала для него ударом. Он даже открыто обвинил короля в убийстве. Родственники дело замяли, сославшись на его помешательство от горя, и увезли подальше от столицы. В сельской глуши он немного успокоился. Но когда мой отец женился снова и даже прижил с новой женой ребенка, лорд Иммиаси расценил это как оскорбление памяти королевы Барилан. Ко всему прочему, рождение еще одной принцессы было воспринято им, как угроза дочери его любимой на пути к трону. И он решил устранить это препятствие, а заодно, отомстить королю. А вот за что именно: за смерть своей возлюбленной или же за то, что она предпочла моего отца - Ержин не уточнил... Детальное расследование всех обстоятельств похищения малышки, выявило активное участие в этом деле нескольких магов из числа бывших сторонников королевы Барилан. Если верить слухам, моя мать была просто помешана на магии и за период своего правления приблизила к себе целую толпу колдунов. Что это в большинстве своем были за люди, думаю не трудно догадаться. Пребывая в горе и гневе после исчезновения дочери, отец приказал казнить всех явных участников похищения, а остальных магов просто, всех без разбора, выставить за пределы королевства. А если кто попробует вернуться - холодный каменный мешок в сыром подземелье для них всегда отыщется. С тех пор магов у нас и не жалуют.... Вот такая вот история.
  - А твоя сестра? Что стало с ней?
  - Ержин приказал слуге убить ее.
  - Младенца?!
  - Он видел в ребенке лишь отродье ненавистного ему человека.
  - И слуга выполнил этот приказ?
  - Его так и не нашли. Когда хозяина арестовали, он исчез. И его жена тоже... Но это не дает повода сомневаться в его исполнительности. Если верить сказанному лордом Иммиаси под пытками, это был его самый верный и проверенный человек... Так что, моя сестра мертва. Хотя мама и не хочет верить в это.
  - Порой слабая надежда лучше полной обреченности...
  - А порой она подтачивает человека, как река берег.... Знала бы ты, как часто мама сидит у окна теребя в руках покрывальце с колыбельки моей сестры и задумчиво смотрит в никуда. В эти моменты она так печальна, что, глядя на нее, я начинаю плакать... И тогда она же меня и утешает. Говорит, что вполне счастлива, ведь у нее есть я. А мне стыдно, ведь из-за несчастья вся любовь мамы досталась мне одной.
  - Ну не пропадать же добру!
  - Какая же ты меркантильная! - Лина пихнула меня локтем в бок.
  - А то! Мне подавай всего и побольше.
  - Жадина!
  - Мы, маги, такие...
  Какие именно, объяснить не успела. Ибо была оглушена рокочуще-раскатистым громом. От неожиданности, чуть с кровати не шмякнулась.
  Недолгие поиски выявили причину звона в ушах. Ею оказался Огал. Наш певун так расчувствовался принцессиным рассказом, что теперь вдохновенно и оглушительно сморкался в простыню, заменяющую ему носовой платок. Поймав на себе наши недоуменно-испуганные взгляды, менестрель хлопнул пару раз глазами, заглянул в кувшин и растерянно пролепетал.
  - Сейчас бы выпить...
  И попытался выжать из сосуда еще хоть каплю. Но тот был сух, как Пыльный тракт. А ведь недавно плескался полнехонький! Куда делось вино, смысла спрашивать не было. Если кувшинчик в руках у менестреля, то его содержимое однозначно у него в животе, или же по дороге туда... Ну да, по одному бокалу нам все ж таки досталось - успели урвать еще вначале... Надеяться в такой ситуации на большее - это не просто глупость, это идиотизм!
  Полюбовавшись на размазывающего пьяные сопли менестреля, Алеис поднялся, подхватил Огала под руки и потащил к выходу. На пороге обернулся.
  - Мы пойдем прогуляемся. Может холодный ветер приведет нашего "чувствительного" друга в приличное состояние... - И довольно бесцеремонно выпихнул менестреля за дверь.
  Ну разве так можно с людьми искусства обращаться? Ни тебе трепетности, ни восхищения... А еще лорд!
  "А кто это тут недавно предлагал "человеку искусства" плошку на голову надеть?"
  Так это же от восхищения...
  "А-а-а-а..."
  Когда дверь закрылась, Лина спрыгнула с кровати и сладко потянулась. Я от зависти чуть не позеленела. Тоже захотелось косточками похрустеть, да только ребрышки еще поскрипывали, ограничивая свободу движения плавными и неспешными жестами.
  "Прям точь-в-точь благовоспитанная девица...."
  Бр-р-р-р....
  - Пора спать. А то рассказ меня совсем вымотал. - Лина зевнула. Зря... Ибо явление сие дюже заразное и уже через несколько мгновений мы обе состязались в распахивании рта на самую большую широту.
  - Да уж, пора. Тем более, яблок не осталось...
  Лина удивленно обернулась. Подняв тарелку, я продемонстрировала ей крошево из кожуры и мелко нарезанной мякоти, недавно бывшие пятеркой яблок.
  - Какой кошмар! Это все моя дурацкая привычка. Только начинаю рассказывать, и руки принимаются жить отдельной от меня жизнью... Вот потому и не люблю сказительствовать.
  Когда принцесса подошла забрать тарелку, я ее слегка придержала.
  - Лина?
  Ее глаза встретились с моими.
  - Нам надо двигаться дальше...
  - Успеется еще.
  - Сидение на месте нас всех угнетает. Посмотри на парней... Сегодня, они чуть было не сцепились.
  - Чуть-чуть подождать осталось. До конца праздников. Как говорил Алеис, на торг обоз с товаром отправиться. Вот с ним до подножия гор и доедем... Несколько дней ничего не изменит.
  - Я надеюсь, Лина... Очень надеюсь.

Глава 10


 
  Еще несколько дней жизнь текла спокойно и размеренно. Мы нагло пользовались праздником и отъедались за счет местного населения. Правда, парни отрабатывали наше пропитание и постой в меру своих сил. А силы были, особенно у Огала. Благодаря усилиям ребят, значительная часть здешних развалюх приняла более-менее "отстроенный" вид, а парочка из них, даже обзавелась каменной насыпью вместо забора. Прохудившаяся утварь, затупившиеся ножи и мотыги - главными специалистами по этим напастям опять же назначили лорда и менестреля. Хотя, сдается мне, и без их участия все эти вопросы раньше как-то разрешались. А что нынче их такая прорва... Так нечего Огалу ходить раздевшись до пояса и мускулами поигрывать. Думать же надо! А еже ли не дано, так просто вокруг оглядеться. Ну что тут за мужики? Низкорослые, квадратненькие, и бугристенькие из-за мускул. А самый большой бугор - живот, который хозяин лохматой пятерней почесывает. А тут, рядом, наш менестрель в одних портках... Да местные дамы в собственной слюне тонуть начинают, стоит этому срамнику рубашку скинуть. Сама видела как одна из тутошних "див" целый час камнем по тяпке молотила, дабы затупить ее поосновательней. А другая, у всех соседок тупые ножи клянчила. Да те сами не дуры и подобным "богатством" делиться не спешат...
  Время от времени, какая-нибудь из Огаловых вдовушек предпринимает очередную попытку "приманить" менестреля в свои объятья. Врешь! Нашего певуна так просто не возьмешь... Он, конечно, теряет волю при виде обильной еды и хорошей выпивки. Ну дык, а мы на что? В смысле - друзья? ...Правильно. Чтобы не дать нашему товарищу пропасть: разделить с ним тяготы сытного обеда (а то объесться еще бедняга), принять на себя часть выпивки (нельзя позволить другу спиться в одиночестве!). Только "друг" наш, к сожалению, стеснительный шибко. Все норовит избавить нас от тяжкого бремени заботы и опеки о нем - уверяет, что и сам со всем справиться. Ну да, нам виднее...
  А вчера мы совет устроили. Обсуждали предстоящее в скором времени повторение попытки добраться до неуловимой Андарры. Староста великодушно предложил нам донизу с их "обозом" дойти. Ребятам идея понравилась, а вот мне предчувствия покоя не дают.
  "Лечить нервишки надо."
  Надо... Но когда? Куда-то идем, от кого-то убегаем... Даже о главном подумать времени не остается?
  "О главном? О завещании что ли?"
  Да что мне кроме потертых штанов и линялой рубахи завещать-то? Я о смысле жизни говорю! О своем месте в этом мире...
  "Нд-а-а... Жестоко нас жисть потоптала, еже ли ты, Ринка, о будущем задумываться начала... Ну, и какие гениальные мысли забрели в сию пустую голову и сгинули там безвозвратно?"
  В смысле?
  "Куда топать дальше?"
  Так выбора особо и нет. Слезть с горы и как-нибудь пробираться в Андарру?
  "Как-нибудь? ...О! Какой продуманный план действий!"
  А чего думать, если даже карты нет? Может, у кого по пути схемкой здешних мест разживемся, глядишь, что и проясниться. А от местных в этом вопросе толку, что от решета в тушении пожара. Путь то нам порассказали, со всеми ориентирами, но вот куда мы по нему доберемся - это вопрос! Следуя инструкциям местного населения, нам надлежит идти по дороге (так они здешнюю козью тропу гордо именуют) до развилки с каким-то старым валуном. От этого булыжника еще два дня в сторону "призрачного пика", пока "седую скалу" не заприметим. А уж там свернуть и мимо "хвоста ящерицы" еще день по "пути ветра"... Можно подумать на всех этих "объектах" таблички с названиями прибиты. Да еще на языке Внутренних королевств. В общем - с обозом оно проще будет. К тому же кормежка...
  Празднества в поселке шли полным ходом. Как выяснилось, чествовали здешнего бога гор. Он вроде как в этот период пробуждался (или спускался из своих божественных чертогов - поди, пойми что-либо с таким переводчиком) и жаждал получить любовь, внимание и, ясное дело, подношения от своих подопечных. А еже ли нет - так лавины и обвалы весьма недурственный способ повысит почтительность. Работы в шахтах не велись. Дескать, богу не нравиться, что в его нутре копошатся, когда он "в народ вышел". Вот как опять на покой отправиться - милости просим.
  Менестрель наш стал здешним любимцем. Причем не только женской части поселка. Стоит ему взять в руки лютню и спеть грустную балладу, как суровые жители гор пускают слезу и начинают сморкаться в бороду. И не важно, что слов они не понимают - нежной мелодии и проникновенного пения вполне достаточно. Послушав его, даже суровое сердце стража андарровского престола начало смягчаться, и Алеис теперь все реже смотрит на Огала со своей любимой смесью подозрительности и неодобрения во взоре. И даже перестал ругаться с ним из-за пьянок, кои, ввиду популярности певуна, сменялись одна другой, ибо каждый "горец" чтил своим долгом выпить с бардом за божественное расположение на грядущий год. А менестрель не шибко то и сопротивлялся.
  У меня тоже появилось занятие. Незабвенная Лааганда, уяснив, что я целительница, вцепилась в меня мертвой хваткой с предложением обмена опытом и знаниями. Некоторое время мне удавалось отбрыкиваться, но, познакомившись поближе с несколькими ее методиками (причем на собственной шкуре), я согласилась. В основном, из сострадания к местному населению. Потому что значительная часть рецептов знахарки либо безнадежно устарела, либо была рассчитана на мага-целителя - разного рода заговоры и заклинания. А вот силы-то у Лааганды не наблюдалось и в помине. В отличие от ее ученицы - нашей любезной переводчицы Карфийетлабы, которую мы с подачи лорда теперь все звали просто Карфи. Да и у той она была слабенькая и до уровня настоящего мага-целителя не дотягивала. В прочем, горной шаманке и этого хватить.
  Так что пришлось мне перетряхивать свой мешочек с травами и объяснять, которая из них для чего и как правильно их использовать. Когда же стало ясно, что значительная часть моих запасов растительности, местной целительнице попросту не знакома, ввиду отсутствия этих травок в здешних местах, я стала перетряхивать уже ее мешочек. Благо, в маминых травниках были сведения даже о тех цветочках-тополечках, что водились в таких глухих местах, где человек раз в столетие появлялся (как раз травники и забредали). Но даже мамины талмуды не помогли мне опознать несколько здешних травок. Или я не внимательно читала, или забыла, или же этой информации в книгах попросту не было. Касательно сведений о целительных свойствах этой неизвестной мне растительности пришлось всецело полагаться на Лааганду.
 

* * *


 
  До отправки обоза с товаром вниз, к подножию гор оставалось два дня, когда надежды на комфортное путешествие рухнули. А все из-за нашей предусмотрительности...
  Выяснился сей факт с возвращением тутошнего жреца с церемонии "задабривания" пробудившегося бога. Мы тихо мирно сидели в своей комнатушке, перебирая запасы для дальнейшего путешествия. Заодно, помогали менестрелю распихивать в сумки все свалившиеся на него дары. Вьюки росли на глазах, даже не взирая на контроль их содержимого со стороны Алеиса и принцессы, которые пытались образумить Огала, в его стремлении забрать все. Увы, большая часть советов сквозняком пронеслась по сознанию певуна, не оставив следа. Только категоричный отказ Алеиса от участия в переноски всей этой кучи барахла, заставил менестреля призадуматься. Да и то ненадолго. Ровно до того момента, пока он не вспомнил о вьючных животных обоза. И то, что этим бедолагам предстояло переть на себе помимо менестрельского хлама еще гору товара местного производства, Огала ничуть не смущало.
  В момент особо жарких дебатов о целесообразности присоединения к тюкам выдолбленной из камня пичужки (довольно страшненького, на мой взгляд, вида), на улице послышались приветственные крики. Алеис отправился выяснять причину переполоха, а оставшийся без присмотра менестрель пихнул в свой мешок не только статуэтку пернатого, но и еще несколько ранее "забракованных" вещичек.
  Вернувшийся лорд оповестил нас о возвращении к родному очагу "группы подносящих богам" и мы, успокоившись, продолжили наше до крайности "увлекательное" дело - попыткам достучаться до менестрельского разума. Совершенно, по моему святому убеждению, напрасного занятия. Я сразу предложила ребятам оставить все как есть, а позже получить возможность посмотреть на пыхтящего и обливающегося потом Огала. Но, Лина посчитала такой подход излишне жестоким, и теперь срывала горло, споря с упрямым певуном. Зря она так. После пары миль в роли мула, менестрель сам выкинул бы все лишнее.
  "Да и нужное, пожалуй, тоже."
  Зато наши нервы остались бы в порядке... Относительном... Вот только мое мнение в последнее время никому даром не надо.
  Все мало-мальски полезные вещи были упакованы, когда дверь распахнулась и в комнату влетела несколько встрепанная Карфи.
  - Ви! Зачием?! - В этом месте эмоции натолкнулись на скудность словарного запаса нашей переводчицы. Карфи умолкла, всплеснув руками и в ужасе округлив глаза.
  - В чем дело? - Лорд Олланни, помня о своих обязанностях телохранителя, встал перед принцессой, полностью загородив собой. - Что произошло?
  - Храм! Зачием? - Карфийетлаба потрясла головой и уцепилась за тунику Алеиса. - Зачием ломать?
  В совершеннейшем непонимании, мы дружно переглянулись, а после уставились на девушку. Высунувшись из-за плеча лорда, Лина попыталась разобраться.
  - Карфи, какой храм?
  Ученица знахарки посмотрела на нас удивленно, а затем ткнула куда-то в потолок.
  - Там... Гора... Храм в... в облаки.
  Лина, проследив взглядом за рукой девушки, несколько мгновений изучала кусок замурзанного потолка.
  - Храм в облаках?
  Карфи закивала головой.
  - Та! На гора! Только ви приити с гора... Значить - это ви его ломать... Зачием?
  - Карфи, но мы не видели никакого храма на вершине. А значит, и сломать не могли!
  - Нет храм? - Девушка подозрительно посмотрела на нас. А в мою ноющую от препирательств с певуном голову стали закрадываться нехорошие догадки. И они требовали прояснения.
  - Лина, пока я без сознания была, вы с ребятами ничего по пути не разбирали?
  - Нет, конечно. Нам не до того было... Ночлег найти, еду раздобыть, о тебе позаботиться... Где уж тут храмы крушить. К тому же, с ними на вершине не густо. Может, если бы подвернулся хоть один под руку, мы бы и подумали...
  - Ну-у-у. Кое-что ребята все же сломали... Карфи, этот храм... Это круг?
  - Та.
  - С черными камнями вокруг? - Девушка задумалась. Толи, пытаясь меня понять, толи вспомнить описание храма, поскольку только жрец и его ученики имели к нему доступ.
  - Та... - Но уверенности в ее голосе не прозвучало. Впрочем, мне сомневаться не приходилось. Кроме пещеры и круга, на той горе ничего и не было. А из двух этих объектов, лишь врата подверглись разрушительному действу со стороны нашей команды. Если только Лина не вводит меня в заблуждение...
  "Больно ей это надо..."
  Вот именно! А значит их храм - это Врата Ивалоры...
  "Которые мы порушили..."
  Да... Поди, теперь, объясни, что мы не со зла и мелкой пакостности сие натворили, а исключительно в великих целях.
  "Спасения собственной шкуры!"
  Думается мне, здешним жителям общество темного мага тоже по вкусу не пришлось бы.
  "Как бы им еще это объяснить?"
  К тому же, с такой переводчицей... Но попробовать надо.
  - Карфи, этот круг не храм. Это... дверь! - И я вдохновенно указала на покосившуюся, обшарпанную конструкцию, запирающую вход в наше убежище. - Мы через нее пришли сюда. В наших местах таких много. Это для людей, а не для богов. Это не храм.
  Девушка напряженно слушавшая мои пояснения, отчаянно затрясла головой.
  - Ние! Это храм! Мы оставлять зтесь тары, а бог слать слугу. Он их забирать... Храм бога! Теперь бог злой! Много бет, мало... нахотить в горах руда и камни. Плохо... Наши люти теперь злой! На вас...Они вас - наказать!
  - Но мы же не знали!
  - Когта вас наказать, бог опять тобрый. Мне очень жалко...
  Карфи сочувственно посмотрела на нас, шмыгнула носом и выскочила за дверь.
  - Опять вляпались! - Я плюхнулась на кровать и запустила руки в изрядно отросшие волосы.
  - Похоже, мы иначе не можем. - Алеис пристроился на краешке рядом со мной. - И что нам теперь делать?
  - А что хоть за наказание то нас ждет? - Лина окинула взглядом нашу удрученную компанию.
  - За святотатство обычно по головке не гладят. А уж здесь люди жесткие. Нас же угораздило их главного бога оскорбить... Не знаю как вы, а мне ждать экзекуции совсем не хочется. С этого народа станется нас в жертву принести. Для задабривания высших и крайне разгневанных сил. А у меня есть планы на будущее. Хотелось бы полноценным магом стать... - Я подхватилась с кровати и стала запихивать в мешок скудные остатки своих вещей. - Предлагаю делать отсюда ноги. И чем быстрее, тем лучше.
  - На ночь глядя? - Кажется, Огал моих опасений не разделял.
  - Если останемся, утро можем встретить распятыми на жертвенном камне.
  Принцесса и лорд, похоже, полностью разделяли мои взгляды на наше ближайшее будущее, поскольку тут же развили бурную деятельность, собираясь в путь. И только менестрель удрученно сидел рядом со своими баулами.
  Когда последний мешок был надежно увязан, Алеис осторожно выглянул наружу. С улицы тут же раздался оглушительный рев десяток глоток. Лорд юркнул обратно, подперев собой дверь.
  - Там вся деревня собралась. Придется прорываться... Мы с Огалом пойдем вперед, а вы, девушки, пока понесете наши вещи.
  Мы с Линой согласно кивнули и стали подхватывать пожитки. Только над мешками менестреля вышла заминка. Увы, утащить все было не в наших скромных силах. Дело даже не в весе - это еще куда ни шло. А вот размеры баулов шансов не оставляли. Наскоро вспомнив их содержимое, мы остановили свой выбор на тех двух, где было больше одежды и более-менее ценных вещей - ножи, парочка украшений и, конечно же, бурдюк с вином. Не обрекать же беднягу Огала на жуткую смерть от жажды... Остальное, включая скульптурные композиции из камней, оставили на откуп местным. Пусть ими своих богов умасливают. Хотя, по моему мнению, от таких подношений, боги могут разгневаться куда сильнее, нежели из-за парочки сдвинутых в сторону камушков.
  Дождавшись нас, ребята открыли дверь и шагнули за порог. Мы за ними. Впереди лорд, следом менестрель, а мы с принцессой замыкали шествие. Лина на всякий случай прицепила к поясу арбалет, а я проверила ножны с мечом.
  Нас встречала очень "горячая" и тесная (в прямом смысле слова) компания. Впереди - все взрослое мужское население деревни с кайлами и дрынами. Чуть дальше расположился зрительный ряд из стариков, женщин и детишек. На их лицах читалось возмущенное негодование пополам с предвкушением редкого зрелища. Видать, не каждый день у них святотатцев уму-разуму учат.
  Нам дали пройти не больше десятка шагов, когда раздался яростный вопль и вперед выскочил размалеванный дедок, обвешанный амулетами и побрякушками от пяток до темечка - жрец. Или скорее шаман. Вытянув в нашу сторону перст, он грозно заверещал что-то своей пастве. Народ сперва зароптал, потом загудел, а после и вовсе взвыл с яростью религиозных фанатиков.
  Именно в этот момент я окончательно осознала - живыми нас отпускать не собираются. Впрочем, жертвенного камня тоже не будет. Нас попросту разорвут на ма-а-аленькие кусочки, размером не больше койла. Потому что контролировать разбушевавшуюся толпу даже богам не всегда под силу. Где уж справиться тщедушному жрецу. Свою миссию он уже выполнил - раззадорил палачей и натравил их на жертв.
  Что ж, еще посмотрим. Расставаться с частями своего тела, лично в мои планы не входит. И, судя по решимости прописанной на лицах ребят, остальная наша команда придерживается того же мнения. Повоюем еще! Нам не привыкать...
  По правде, все это было глупо до абсурда. Если вдуматься, здешние жители очень даже неплохие люди: отзывчивые и сострадательные. Они дали нам кров, еду, одежду, помощь. А теперь, из-за кучки камней, даже не разрушенных, а только отброшенных в сторону - они готовы были нас растерзать. Бред!
  "А когда в религиозных воинах было много смысла?"
  Верно! Сражаться за то о чем не ЗНАЕШЬ, а только лишь ВЕРИШЬ - это не то, что не правильно, но... убивать ради этого точно не стоит.
  "Все равно всех не перебьешь..."
  Тьфу! На меня!
  Снова раздался рев, сопровождаемый потрясанием кулаками и руганью. Хотя по части нецензурной речи не поручусь, ввиду плохого знания местного диалекта (точнее - абсолютного незнания)... И на нас устремилась лавина бородатых вооруженных мужиков. Алеис мгновенно выхватил меч, который до этого держал в ножнах, дабы не провоцировать местных без надобности. Раздался лязг металла о металл, и первый нападающий отлетел в сторону. Огал схватил другого. Как котенка, приподнял за шкирку, вырвал дубину из его судорожно сжатых пальцев и отбросил агрессора в надвигающуюся толпу. После, поудобнее перехватил отвоеванное оружие и, размахнувшись, от души описал им полукруг, снеся еще троих. Те тоже отлетели в общую кучу и спокойно прилегли под ноги своим товарищам, создавая в их рядах свалку и смятение. Противник на мгновение замер в замешательстве... Но подбадривающие крики "зрительской аудитории" придали нападающим решимости и вновь подстегнули атаку.
  И снова на нас понеслась волна перекошенных от жажды крови лиц.
  Алеис бился молча, стараясь, как я успела заметить, не причинять жителям слишком серьезных повреждений. Огал с присущей ему широтой души, отвешивал удары дубиной во все стороны, рыча и завывая пострашнее своих врагов. Одно лишь выражение его перекошенной физиономии охлаждало религиозный пыл изрядной части "ревнителей святынь". Никакой особой техникой боя он не пользовался. Просто от плеча размахивал своим оружием, мало заботясь о меткости. В такой куче-мале, кому-нибудь обязательно перепадало "горяченьких".
  Когда первые две волны атаки были отбиты, а количество покалеченных среди местного населения сравнялось численностью с относительно невредимыми, нападающие отступили. Но вздыхать с облегчением было рано... Из ряда зрителей вылетел камень. Только реакция и ловкость Алеиса позволили ему увернуться от направленного в него снаряда. Но пример был показан... Я с ужасом увидела, как сотни рук потянулись к земле, цапая с нее водящиеся здесь в изобилии булыжники. Руки молодые и старые, с мозолями от кайла и шитья, с въевшейся горной пылью и цыпками после холодной воды... Все!
  "Вот нам и конец!"
  Черная туча взвилась в воздух и стала медленно приближаться.
  Медленно?
  По крайней мере, для меня. Время будто притормозило свой стремительный бег, превратившись в тягучую патоку.
  Что же делать?!
  Сила вспыхнула неожиданно и почти обжигая, пронеслась по телу, рождая щит.
  Ой! Бесконтрольные способности - это довольно жутко. То, что должно было стать простой преградой и всего лишь остановить убийственный дождь, приобрело иное качество: с силой отбросило назад летящие в нас камни.
  Рой булыжников врезался в сбившуюся кучей толпу, проделывая в ней изрядные прорехи.
  А я стояла и хлопала глазами, пытаясь понять, как такое вышло.
  Но тут Лина дернула меня за руку.
  - Бежим!
  Пока я наблюдала за делом рук своих, парни успели похватать вещи и теперь ждали когда, же ошарашенная ведьмочка соизволит выйти из ступора.
  И я соизволила, припустив вперед, как скаковая лошадь.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  Далак - бог водной стихии. Согласно одной из легенд, Раскорд в древности был больше, и территория теперешних прибрежных королевств находилась на расстоянии сотен миль от океана. Но однажды Далак разгневался на свою жену Фи-Йит (богиню воздуха), за то что она изменила ему, да еще с простым смертным рыбаком и наслал на деревню соперника огромный водяной вал. Но переусердствовал, затопив изрядный кусок южного побережья Раскорда.
  Аналог поговорки "Истина в вине".
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Оценка: 5.19*6  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"