Тягур Михаил Игоревич. За большевистские педагогические кадры! 1936-й год

За большевистские педагогические кадры!

1936-й год.

Так вышло, что довелось мне в этом году по заданию одного из наших профессоров полистать газету нашего института за 36-й год на предмет поиска статей, связанных с нашим факультетом. А затем сдавать их в набранном виде вместе с отчётом.
И какое-то время спустя, подумав, я решил: чего эти тексты зря на моём компе хранится? Пусть и другие почитают. Всё-таки - свидетельство эпохи.

Газета издавалась в Ленинградском Государственном педагогическом Институте имени А. И. Герцена (ныне - РГПУ им. Герцена), называлась "За большевистские педагогические кадры!" В разное время издавалась с разной периодичностью - когда реже, когда чаще. Ниже - её материалы за 1936 год, как-то связанные с истфаком ЛГПИ (ныне - факультет социальных наук).
Вначале даётся дата публикации, потом сам текст, потом, если нужно, мой комментарий. Собственно, в комментариях я дал лишь биографические сведения некоторых людей, тексты писавших или в них упоминающихся.

13 февраля 1936 г.

Пишите сочинения на конкурсную тему

За годы пребывания в ВУЗ'е студент должен не только овладеть необходимыми для преподавателя знаниями и умениями. Существенно и ответственной частью всякого подлинного и высшего образования является ознакомление с методикой исследовательской работы в избранной студентом специальности.
Эту задачу должны ставить перед собой семинары на старших курсах или лабораторное работы исследовательского порядка. Через этот вид работы должны пройти все студенты.
Но от сильных студентов, от отличников учебы должно и можно требовать большего. Каждый отличник начиная со второго года должен взять на себя дополнительную работу научного характера.
Основной формой научно-исследовательской работы, оправдавшей себя на ряде факультетов, являются научные кружки. Оживить их деятельность там, где они прекратили в последнее время свою работу (напр. истфак) или работают плохо (геофак) - такова задача в ближайшие дни. Новое положение о научных кружках, разработанное НКП облегчает осуществление этой задачи.
Но рядом с оживлением работы научных кружков необходимо обратить внимание и на новую для нашего института форму втягивания студенческого актива в научную работу - сочинения на конкурсную тему.
Совет института утвердил для каждого факультета конкурсные темы на текущий год. Писать на конкурсную тему может каждый студент. Каждому студенту, тем самым, предоставлена возможность испытать свои силы в области научной работы. Необходимая помощь будет оказана со стороны соответствующих кафедр.
Дело теперь за студентами!
Отличники истфака, кто из вас берётся за разработку темы: "Крымская война (кризис крепостной России)"?
Попытайтесь на примере этой темы реализовать одну из задач, поставленных руководителями партии перед историками СССР. Напишите такую работу о кризисе Николаевской России -
- "где бы история народов СССР не отрывалась бы от истории общеевропейской и, вообще, мировой истории" (из замечания товарищей Сталина, Жданова и Кирова по поводу конспекта учебника по "Истории СССР").
Не менее актуальные темы намечены и по другим факультетам: для студентов педфака - "Критерии оценок успеваемости" и "Проблема игры и труда" (для дошкольников); для литфака - "Фауст у Гете и Пушкина", для геофака - "Северный морской путь и его освоение", для физмата - "Особенные точки плоских кривых", для деффака - "Изучение чтения и письма в специальной школе"1)
Итак, не медлите. Включайтесь в конкурс и начинайте работу?

В. Бернадский

1 По естественному факультету в этом году конкурс не об'является.

КОММЕНТАРИЙ
Несколько слов о Викторе Николаевиче Бернадском. Родился в 1890-м году, умер в 1959-м. Родился в Петрограде, закончил гимназию с золотой медалью, поступил на историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета. В гимназические годы участвовал в деятельности политических кружков, в 1907 году вступил в партию эсеров. В 1908-м арестован, полгода просидел в предварительном заключении, потом освобождён за недостатком улик. В 1911-м арестован за участие в студенческих волнениях, исключён из университета, выслан в Новгород. В 13-м сдал экзамен экстерном, получил диплом первой степени. В 13-19-х годах работал в учебных заведениях в провинции, в 21-24-м - в Ленинградском педагогическом техникуме имени К. Д. Ушинского и в школе N 200 при нём. С 24-го - в ЛГПИ. В 39-м стал кандидатом наук. В 41-м пошёл добровольцем в народное ополчение, но по возрасту был возвращён в институт. С июля того же года стал временно заведующим кафедрой истории СССР. В 43-м утверждён на эту должность как на постоянную. Какое-то время преподавал в блокадном Ленинграде, потом был в эвакуации, в августе 44-го вернулся в Ленинград. В 49-м в разгар "Ленинградского дела" был освобождён от заведования кафедрой, но остался преподавать на факультете. Потом, в 55-м стал доктором наук. И в 56-м - профессором.
В 36-м, как я понял, был старшим ассистентом ЛГПИ имени Герцена.

29 февраля

Леонид Скляров

ТОРЖЕСТВО

Забыты лапы рысьи и больница,
Густая пихта хмурится опять...
Над головою тенькает синица
И лисья тропка убегает в падь.

И двадцать лет, ушедших безвозвратно,
Привык он пальцем согревать курки,
Привык встречать в дыму голубоватом
Рычанье зверя, когти и клыки.

Весь день идти по утреннему следу
И бредить мыслью давнею одной:
Что сломит лет, кто принесет победу
Над этой первобытной тишиной?

И вдруг просвет. Где плавал сумрак серый,
Где жимолость царапала бока -
Вставала насыпь на пути барьером,
Скользила по рельсам розовый закат.

Шумели сосен острые верхушки,
И дятел второпях заговорил,
А кустом рябины у опушки
В припадке страсти бились глухари.

Когда ж во мгле повеяло как дымом
Прохладой, прелью, запахом земли,
Послышалось почти неразличимо
Пыхтенье, нараставшее вдали.

Потом все ближе лязг и перебои
И вот из балки мчится на под'ем,
грая тучей дыма над трубою,
Железа рокотание и гром.

Дыхание м скрежет паровоза...
И на опушке из его груди
Раздался гул раскатистый и грозный,
Казалось - буря по лесу гудит.

Так шел состав неведомый и черный,
Как привиденье в мире глухоты,
И в полутьме груженные платформы,
Поскрипывая терлись о кусты

Все мимо к повороту проносило,
Как ливень, как летучую грозу...
А человек шагнуть еще не в силах -
Стоял и стыл у насыпи внизу.

Кривило рот неповторимой дрожью,
Он как немой царапал ногтем ствол...
Наверно в жизни говорить не может
Простое человечье торжество.

КОММЕНТАРИЙ
А какое отношение этот текст имеет к истфаку?
А очень простое - автор, Леонид Скляров, позднее будет заведующим кафедрой истории СССР. Но это позднее. А пока он даже не аспирант, а лишь студент нашего факультета. Но всячески участвующий во всём, что на территории ЛГПИ как-то связано со стихоплётством.
Поскольку, пусть он не писал о нашем факультете, но был нашим студентом - я его сочинения и отзывы на них включил в эту подборку.
Кратко о биографии. Родился в 1914-м, из крестьян. Окончил педтехникум (1931), работал в школах Воронежской области. Потом - студент ЛГПИ, закончил его истфак в 38-м. В 38-41-х - аспирант. Научруком у него был академик Борис Дмитриевич Греков (тот самый, что был большой специалист по Киевской Руси). В мае 41-го защитил кандидатскую диссертацию. Потом - война. В войну Скляров - младший лейтенант, командир стрелкового отделения на Ленинградском фронте. В 46-м демобилизован. Потом преподавал в разных местах, в том числе и в ЛГПИ. В 50-м году назначен заведующим кафедрой истории СССР (и, как я понял, был им до 66-го). В 63-м стал доктором исторических наук, в 64-м - профессором. Умер в 67-м году.

25 марта 1936 г.

Истфак включился в борьбу за грамотность

Грамотность письменной и устной речи - элементарный признак культурности и основа освоения научных знаний. Преподаватель средней школы должен быть безукоризненно грамотным наряду с хорошим знанием своей дисциплины. Проведенная по предложению НКПр проверка грамотности студентов истфака, вскрыла довольно плачевную картину. Общий итог этой проверки таков: получивших оценку отлично - 2 чел. тт. Гулшев и Шуроввецкий - I-й курс хорошо - 29 чел., посредственно - 66 чел., плохо - 89 чел., очень плохо - 65 чел. Итого плохо и очень плохо - 61,3%, что является недопустимым и нетерпимым. На проверку не явилось 46 чел., из них часть - умышленно. Наименее грамотным оказался IV курс, следующие за ним II-й, затем третий и, наконец, сравнительно наиболее грамотный 1-й курс.
Если средний процент по факультету по категориям плохо и очень плохо 61,3%, то на IV-й курс он достигает 82,2%, на втором 75%, третьем 69,4%. Исключительно неблагополучно положение с грамотностью в группах нацмен IV-го и III-го курсов, где преобладают преимущественно очень плохие оценки, т. к. здесь неблагополучно не только с пунктуацией, но и с элементарной орфографической и фонетической грамотностью. За ликвидацию этого прорывного участка нужно взяться сейчас же упорно, систематически всем фронтом. Студенты, отнесенные к категории плохо и очень плохо, должны ликвидировать свою малограмотность к 1 января 1937 года при 4-х часах занятий в шестидневку по русскому языку с преподавателем. Для категории посредственно устанавливаются 2-х часовые занятия в шестидневку с полной ликвидацией малограмотности к концу данного учебного года. В числе обязательных зачетных дисциплин июньской сессии вводится русский язык. При переводе с курса на курс русский язык будет являться одним из решительных критериев. Дирекция в отдельных случаях будет решать вопрос об возможности оставления на повторный год малограмотных. Студенты IV курса должны выправиться и между 1-10 мая сдать письменный и устный зачет по русскому языку. Итоги этого зачета определят допущение студентов IV-го курса к государственному экзамену.
Но неправильно было бы ограничиться только борьбой за техническую грамотность. Грамотность в широком смысле слова - комплекс связанных взаимно вопросов. Это - борьба за культуру речи, за точность, ясность, правильность устной речи, борьба за богатство и разнообразие словесного материала, за правильность формы, борьба с провинциализмами, решительное выправление речи, испещренной паразитическими словечками. Эта борьба должна вестись всем фронтом преподавателей, решительно выправляющих всякое неправильное построение фразы и неправильное произношение. Нужно разработать ряд более эффективных мероприятий, резко повышающих художественную начитанность студента, окружив студента строгим орфографическим режимом.
Студенческая, партийно-комсомольская и профессиональная общественность борьбу за грамотность должны поставить, как первоочередную задачу, создав большое и серьезное общественное движение за ее разрешение.

Ф. Головачев

30 марта 1936 г.

Л. СКЛЯРОВ

Сон отошел: во мгле рассвета
Играла музыка вдали
И мимо окон на лафетах
Шестидюймовки провезли.
Вскочил я сонный, неумытый -
Упала гильза со стола,
Налетом племени покрыта,
Краснея капсюлем пробитым,
И в мир, где мной была добыта, -
В глухое детство повела:
Проулки, серые заборы,
И в знойный полдень у реки
Расцвел разрыв и на земь рухнул
И через запыленный город,
Бросая склады, упряжь, кухни,
Бегут Каледина полки.
Бегут, сдаются, рвут погоны...
Бой затихал, но чтоб сберечь
Кусок грозы, я нес патроны
И клал в затопленную печь...
а после ругань, слезы, порка -
Отцовская крутая власть,
Зато во всех углах и в створках
Окон, за каждой переборкой,
Война гремела и рвалась,
И нарастала, и шумела,
Как грабодои по весне.
В дыму, средь запаха черемух,
В разгуле смерти оголтелой
К ее я приобщился грому
И вырастал я вместе с ней,
Чтоб через труд и через годы,
Сквозь все, что мне дано постичь -
Накал военной непогоды,
Как эту гильзу пронести
До края дней моих, до края,
Положенного мне пути,
Пока от злобы замирая,
Еще грозят нам самураи
Границу нашу перейти,
Пока от Рейна и Дуная
Сквозь запах леса и травы,
Садов и майский хмель черемух,
Как гильза, смерть напоминая,
В окно плывет ворчанье грома
И дует ветром грозовым.

17 апреля 1936 г.

Трибуна литкружковца

Работать, как МАЯКОВСКИЙ

В годовщину смерти Маяковского хочется не нести "стихов заупокойный лом" к "решеткам памяти", не декламировать зарифмованные рацеи о мастерстве, о массивной фигуре поэта и басовьих перекатах голоса его. Хочется сказать о том, что поражает не меньше его мастерства в работе великого "агитатора, горлана, главаря". Поражает величайшая работа над словом, колоссальнейший труд над каждой строфой, строчкой, над каждым образом. Величайший поэт нашей эпохи, с необ'ятной поэтической культурой и эрудицией положительно болел за каждое слово. Поэт в десятках вариантов троекратно исправлял уже напечатанное произведение прежде, чем сдать его в печать снова.
Поэтому он имел полное право сказать:
"Поэзия -
та же добыча радия.
В грамм добыча,
в год труды
Изводишь
единого слова ради
Тысячи тонн
словесной руды"
Он смотрел на весь мир глазами подлинного поэта-мастера, умеющего высекать искры поэзии из самого черного материала и воспламенять ими самый неподатливый труд "слова-сырца". Маяковский смеялся над теми, кто плакался на отсутствие тематики, на серость жизни:
"В затылок
в кудластый
скребется поэт,
а тем
под кудрею -
и нет".
Это относится и к нам, берущимся за литературную работу. Печать тематической узости, убогости стихотворных приемов и техники лежат на всем нашем творчестве. Мы скребемся в "кудластых затылках" и выдумываем туманные ситуации и сюжеты, превращая стахановцев-кривоносов в легендарных наездников у былинных богатырей, одетых в жалкие поэтические вериги. Мы, бия себя в грудь, и, указуя перстом на свое сердце, отрекаемся от романтизма, еще недостаточно понятого нами, и делаем все это с рабским подражанием и даже оборотами, и даже рифмами классиков, перенося их почти без изменений в свои стихи.
Зато мы ужасно не любим замечаний товарищей и руководителя на занятиях литгруппы. Выбросить из стиха строчку, а тем более строфу, для нас все равно, что лишиться одного из органов своего тела, а то и прямо - умереть. Вместо подражания громадному труду, постоянному беспокойству и заботе о слове, какие были у Маяковского, мы читаем на литгруппе стихи, читанный на той же литгруппе год назад и за год ни на иоту не исправленные.
Разве в шутку сказано:
"Мой стих
трудом
громаду лет прорвет
И явится
весомо,
грубо,
зримо,..."
Нет! Сюда вложен весь разум, все сердце, кровь и плоть поэта, вся его жизнь, отданная поэзии социализма. Вот об этом труде и хочется сказать в годовщину смерти Маяковского. Этого труда нехватает нам - литкружковцам. Мы должны приучить себя браться за дел со всей серьезностью, со всей ответственностью и строгостью.

Л. Скляров

30 апреля 1936 г.

Л. Скляров

Старатель

Наперерез крутая завируха,
Звенит стеклом измолотым пурга.
Десятый день гудит и воет глухо,
Роняя с плеч густые клочья пуха
Скрипит неумолкаемо тайга.
В закатный час пурга, что кровь багряна;
Ты слышишь: зверь вытягивает вот
Звончее и раскатистей бурана,
И вдаль идешь, где стынет лед Алдана.
Кругом костер пылает вихревой, -
Идешь минуя шахты и забои,
По насту нерасхоженных путей,
Где глушь и мрак, звериный разбои,
Но где наверняка перед тобою
Блеснет богатство в сизой мерзлоте.
И твой напор, никем непревзойденный,
Как эта буря станет нарастать,
Пока не полыхнет огнем бездонным
Тяжелый жар крупинок на ладони -
Ты бросил кров, чтоб у костром дремать.
Старатель, дай мне жилистую руку
Плечом к плечу со мною ты пройди -
Я знаю твои радости и муку -
И я иду сквозь вой и завируху
Отыскивать удачу впереди,
И я иду дорогою заносов
Накатанные обхожу пути,
Чтоб выпорхнул напев звонкоголосый
Чтоб слов горячих, золотая россыпь
Могла звездой кремлевской расцвести.

"Кусок грозы"

Л. Скляров во втором номере литературной газеты описывая бой, вводит такие строки:
Бой затихал, но чтоб сберечь
Кусок грозы, я нес патроны,
И клал в затопленную печь.
Интересно знать, удалось ли Склярову уберечь этот "кусок грозы". Если да, то сколько для этого понадобилось патронов.

Торжество верхоглядства

Р. Закруткин во 2-м номере литературной "З. Б. П. К" поместил статью под весьма заурядням заголовком - "Литературные заметки". В своей статье автор подвергает критике ряд вещей, напечатанных ранее в нашей газете. Достаточно вчитаться поглубже в "критические перлы" - Р. Закруткина, чтобы убедиться в том, что добросовестная и обстоятельная критика творчества начинающих подменяется здесь поверхностным скольжением по отдельным строчкам и беспомощным топтанием на месте.
Начиная свой разбор с рассказа Писарева, Р. Закруткин восклицает: "Все в нем надуманно и неправдоподобно". Мы не отрицаем того, что этот так и несть, но почему же все "неправдоподобно" и "надуманно", почему Писарев не мог избежать этого, в чем его ошибка? - Эти вопросы возникают сами собой, однако, ответа на них Закруткин не дает, более того, он находит нужным задать еще ряд "коварных" вопросов:
"Зачем Писарев ввел эпизод с шахматами? "Зачем Рассветов, подобно Ленскому" пешкою ладью берет в рассеяньи свою?".
Разве наш студент не умеет любить?" и т. д. и т. п.
Свои вопросы Закруткин неожиданно заканчивает, заявляя, "впрочем всего не перечислишь". Вряд ли из этого вопросника Писарев поймет чего нужно избегать в своих рассказах.
Особо необходимо отметить те характеристики, которыми Закруткин наделяет стихи, помещенные в литературной газете. Вот они:
"Расставание" - Стрелкова написано четко, хорошо, но слишком по ученически".
"Торжество - Склярова написано хорошим, четким языком".
"Полустанок" - В Михайловского сделано хорошо, в особенности в первой своей части и т. д.
Многих комментариев не требуется. Все это говорит не только о бедности лексикона критика, но о деляческом, казенном подходе к молодому автору. Попробуйте разобрать чем же, собственно отличаются стихи Стрелкова от стихов Склярова. Везде хорошо и четко.
Почти четверть статьи Закруткин посвящает распространенному пересказу стихотворений Склярова и под конец решает поговорить о его недостатках. Из всех недостатков он нашел нужным выделить один: Скляров говорит в стихотворении о "груженных платформах", которые "поскрипывая терлись о кусты". Исходя из этого Закруткин пускается в долгие философствования о том, что нельзя согласиться с этим, так как "лесонасаждение всегда и везде находится по меньшей мере метров на пять-шесть от полотна железной дороги" (Кстати, в стихотворении речь о тайге, а не о лесонасаждении). Дальше он опять продолжает: "И где это Скляров видел такие гигантские кусты (заметьте кусты, а не деревья!), которые могли бы касаться своими разветвлениями платформы..." Этого, пожалуй, достаточно, для того, чтобы показать стиль статьи Закруткина. Вывод ясен: начинающий писатель требует такой критики на свои произведения, которая помогла бы ему расти в творческом и идейном отношении обзоры, написанные по небезвзвестному принципу "галопом по Европам" щедро пришивающие литературные ярлычки на каждого начинающего - только усложняют и задерживают этот рост.

К. Грищинский

22 мая 1936 г.

Показ творческих сил

За несколько лет впервые в колонном зале состоялся несовсем обычный вечер. Не артисты гостеатров, не профессионалы писатели, не бойкие эстрадники вышли на клубную сцену. Нет. Литературная группа института выступила с показом своих творческих сил.
Вечер открыл вступительным словом поэт Троицкий. В кратких словах руководитель группы отметил проделанную работу и состав литгруппы.
После Троицкого встает Закруткин и кратко представляет присутствующим выступающего.
- Сейчас прочтет стихи Антонов. Антонов работает в литгруппе два года. Первые его стихи стояли на низком уровне и были слабы. Сейчас Антонов путем упорной работы начинает овладевать стихом, познавать его секреты.
Антонов прочитал два стиха - "Маяковскому" и "Бунину". Эти стихотворения сравнительно выделяются из общей массы серых стихов, в большом количестве написанных Антоновым.
После Антонова выступил Фролкин. Он прочел два лирических стиха "Разговор с ветром" и "Самолет" Первый стих трактует старую тему любви по-старому. Стих "Самолет" сделан лучше и в нем чувствуется, что автор вместе с пилотом переживает трудный и ответственный момент при совершении фигур высшего пилотажа. "Это сердце отлетело на такое расстояние". Автор болеет, беспокоится и радуется удаче пилота.
Стихи о пограничниках прочитал Ржаниннский. Они малы по размерам, но в них схвачены острые и живые положения.
Каргин и Грищинский читали прозу. Каргин хорошо чувствует природу, умеет создать лирическое теплое настроение на отдельных страницах. В рассказе "Оксана" Каргин отдельными чертами показал героиню ярко и доходчиво. Но сильно сказывается влияние Горького, его раннего романтического периода.
Грищинский прочитал рассказ на производственную тему. Это вернее очерк. Автор умеет характерными штрихами подать человека, подать напряжение, с которыми люди стараются выполнить норму плавки. Грищинский все же должен давать в рассказах людей не только на фоне чугуна и шлака, но и на фоне богатой и красочной всей действительности. тогда его герои будут ещё живее и ближе к нам.
Михайлов читал стихи "Зорик", "Рождение картины" и др. Заметно старание Михайлова чисто субъективно подойти к решению темы. Но груз торопливости , недоделанности ещё лежат на его стихах. Михайлов должен сейчас заняться поиском своей темы, своей специфической действительности. Только тогда и начинается поэт, когда он нащупает, откроет "свою жилу" стиха.
Скляров читал "Донские стихи", "Торжество" и "Старатель". Погоня за украшательством, за образными насыщениями стиха зачастую вредит автору, но стих Склярова "это уже стихи"- как сказал Шубин.
В заключении читали свои стихи Троицкий и Шубин. Им аплодировали долго и увесисто.
Такие вечера очень редки в нашем институте. Многие еще скептически относятся к литгруппе и ее делам. Просто не хотят замечать, не хотят содействовать росту литкружковцев. Литгруппа пользуется гораздо худшей репутацией, чем хореографическое дело при клубе. А надо бы изменить это отношение, эту холодную отчужденность. И тогда литгруппа, ощущая чье-то внимание, чей-то взор будет работать еще более плодотворно.

Николай Чибис

11 июня 1936 г.

В парторганизации истфака закончился обмен партдокументов

Коммунисты исторического факультета прошло обмен партдокументов и почти все уже получили новые партбилеты. К обмену партдокументов мы готовились целый год и все же пришли с существенными недостатками, которые ярко были вскрыты в личной беседе каждого коммуниста с членом бюро РК тов. Коленовым. Некоторые коммунисты накануне обмена говорили, что, очевидно, при вызове в РК они будут подвергнуты строгому политическому экзамену, а потому ещё и ещё раз нужно прочитать устав, повторить историю партии, посмотреть последние номера журналов "Большевик" и т. д., забыв о том, что коммунист обязан не компанейски, а постоянно изучать историю партии, устав учить не по-книжному, а жить по уставу.
Никакому "строгому экзамену", коммунисты в РК не подвергались; тов. Коленов очень чутко, внимательно подходил к каждому коммунисты и тут же давал советы и практические указания. Историю партии мы прослушали в академическом порядке, зачеты сдали на "хорошо" и "отлично", но при обмене партдокументов выяснилось, что мы ее все же плохо знаем. Вот несколько фактов: тов. Кикот не мог сказать кем и когда был выдвинут лозунг "Пролетарии всех стран соединяйтесь!", тов. Симоненко не знал, когда РКП(б) переименована в ВКП(б). Тов. Лифщиц не знает, сколько республик входит в ССР.
Казалось бы, что это вопросы элементарной политграмоты, но некоторые коммунисты их не знают. Тов. Коленов интересовался всеми вопросами партийной академической и бытовой жизни каждого коммуниста.
Тов. Копочева рассказала ему о пропагандистской работе, говорила о том, что пропагандисты мало связаны со своими слушателями, большинство из них встречаются только на занятиях.
Тов. Избеков говорил, что он почти всегда на партийных собраниях просит слово, но из-за недостатка времени ему не дают высказаться. Тов. Коленов выслушал эти жалобы внимательно и предложил парторгу тов. Литвиненко изжить эти недостатки. Выяснилось и то что мы мало знаем людей. На вопрос тов. Коленова, кого бы вы из комсомольцев порекомендовали в партию, - многие коммунисты просто пожимали плечами и отвечали "кто его знает". Почему же появляются такие ответы? Потому, что мы очень мало работаем с комсомольцами, не знаем лучших, могущих быть принятыми в партию.
В порядке практического указания тов. Коленов предложил Кикотину и Шафриной добиться отличных показателей в учебе, Симоненко, как пропагандисту, для повышения квалификации - посещать партийный клуб и т. д.
Пройдя обмен партийных документов, мы обязаны еще лучше поднять партийную работу на всех участках нашей жизни.

Попов

16 июня 1936 г.

Итоги работы политкружков

Кружки партийного просвещения тов. Милявского (исторический факультет) и тов. Михайлова (естественный факультет) в истекшем учебном году добились значительных результатов в своей работе. В первом полугодии в кружке тов. Михайлова слаба была активности слушателей, занятия не всегда проводились на должной теоретической высоте, не все кружковцы изучали первоисточники марксизма. В целях оживления работы партком заслушал доклад тов. Михайлова, рассмотрел его план работы, дал практические указания. Партком потребовал изжития "казенного" подхода к слушателям, обязывал научить кружковцев работать над ленинским материалом, прорабатываемый материал на кружке увязывать с практикой партийной жизни, на занятиях больше применять наглядных пособий и т. д.
И действительно, после указания парткома кружок стал работать гораздо лучше. Повысилась активность на занятиях, выступления кружковцев стали содержательны.
Как добился тов. Михайлов таких результатов?
Чтобы научить кружковцев работать над ленинским материалом, он поручил отдельным слушателям делать небольшие сообщения по какому-нибудь важному принципиальному вопросу с обязательным привлечением работ Ленина. Михайлов иногда практиковал разбор отдельных ленинских произведений ("Задачи русской социал-демократии", отдельные главы "Что делать" и т. д.). Использовался и опыт кружковцев; например, тов. Фонарева зимой ездила на каникулы к родителям в Иванов, где встретила стахановку Виноградову. Живой рассказ о том, как Виноградова возглавляет стахановское движение значительно оживил работу и повысил интерес к занятиям. Разнообразные и интересные методы работы дали хорошие результаты. Политически выросли в кружке Козлов член партии (II курс естественного факультета) Васильева, а Кузьмин, кандидат партии, по отзывам тов. Михайлова вполне может быть пропагандистом.
Захаров (аспирант 1 года обучения) хорошо занимается в кружке и теперь он хочет подать заявление в сочувствующие.
Правда, работа в кружке т. Михайлова улучшилась по сравнению с прошлым, но, однако, кружок имеет ещё много существенных недостатков. Тов. Михайлов мало применяет наглядных пособий: карты, плакаты, диаграммы и т. д. Кроме того, он мал встречается со слушателями вне занятий. И самое главное - 100% активности тов. Михайлов ещё не добился; в кружке слабо работают Афанасьев - кандидат партии (I курс), Митрофанова (II курс) и другие. На эти недостатки тов. Михайлов должен обратить особое внимание.
Кружок т. Милявского (истфак) является одним из лучших в нашем институте. Тов. Милявский является хорошим пропагандистом. Занятия у него всегда содержательные. Занятия проводятся разнообразными методами. Кроме учебников и ленинского материала Милявский много привлекает газетных и журнальных статей, широко использует наглядные пособия, борется за культуру речи слушателей.
Под его руководством после каждого занятия один из слушателей проводит политинформацию по текущим вопросам, что еще больше оживляет работу кружка. Тов. Милявский приучает слушателей слушателей выступать не по-книжному, а с принципиальной классовой заостренностью, с практическим применением явлений нашей институтской жизни. Это достоинство кружка тов. Милявского. Лучшими слушателями в его кружке являются тов. Чернова, Крикуненко, Шрамко (парторг I курса истфака), Кузнецов, Гудков и другие.
В целях улучшения работы партийной сети необходима организация парткабинета, где бы пропагандисты и слушатели могли хорошо подготовиться к занятиям и получить консультацию по тем или иным вопросам. Необходимо будет организовать и фонд дефицитной литературы для пропагандистов.

Попов.

29 июня 1936 г.

Историки-выпускники

Исторический факультет выпускает 44 преподавателя истории. Подготовка и сдача государственных экзаменов по древней, средней, новой истории, истории СССР и педагогике потребовали от выпускников большой, напряженной работы. Подготовка к сдаче государственных экзаменов превратилась в своеобразную переподготовку, переучивание, изживание социолого-схематического наследства, оставленного преподаванием, бывшим 3-4 года тому назад. В течение последнего года выпускники, факультативно слушая ряд лекционных курсов древней истории (акад. Струве, профессор Ковалев), средней истории (профессор Щеголев), историю СССР (академик Греков), заполнили основы конкретной истории, но подготовка к сдаче экзаменов по существующим программам потребовала длительной и напряженной работы над конкретно-историческим материалом, над политической гражданской историей. Эта напряженная подготовка, вернее переподготовка, принесла большую польз: выпускники получили конкретные знания и могут относительно [...] пойти в школу. Особо [...] средняя история, история феодального периода СССР. Ряд выпускников-отличников показали на государственных экзаменах прекрасное, прочное знание конкретной истории, навыки связного литературного изложения, знание исторической карты, хронологии, навыки характеристики исторических личностей, марксистского анализа. К таким выпускникам относятся товарищи Тюшев, Шиханович, Романов, Русских. Испытательная комиссия заслуженно дала этим товарищам высокую оценку. Хорошо сдали экзамены товарищи Ежова, Роднянская, Урываева, Потапова, Моляков, Медведева, Елкин, показавший в ходе экзаменов значительный рост. Имеется несколько плохих оценок по древней истории и истории СССР. Эта "переподготовка" не могла, конечно, полностью устранить пробелы, связанные с социологическим наследством преподавания истории. Незначительна еще у большинства выпускников историческая начитанность, конкретно-исторический материал очень еще свеж, не отстоявшийся, не закрепившийся. Все же необходимая основа для работы в средней школы заложена. При дальнейшей работе над собой, как специально-исторической, так и методической, большинство выпускников могут стать хорошими преподавателями истории, а некоторые - хорошими кандидатами и аспирантами истфака. Преподавательский коллектив истфака окажет нужную помощь своим ученикам и в дальнейшем при постоянной связи с ними. В добрый путь, товарищи-выпускники!

Головачев

25 сентября 1936 г.

Выше политическую бдительность

Процесс над бандой Троцкого-Зиновьева окончен. Миллионные массы нашей страны послали проклятье троцкистко-зиновьевским бандитам и выразили чувство беспредельной любви к нашей великой героической партии во главе с мудрым вождем народов товарищем Сталиным.
В порядке выводов из этого процесса партия требует поднять вопрос политической бдительности на небывалую высоту.
В нашей партийной организации в этом отношении далеко неблагополучно. За последнее время вскрыт ряд фактов, говорящих об отсутствии надлежащего внимания к вопросам политической бдительности. Только благодаря близорукости коммунистов-преподавателей кафедры народов СССР Смолина, Абрамовича, аспирантов кафедры коммунистов Сладкевича и др. долгое время орудовал классовый враг Лозинский.
Было известно, что он бывший меньшевик, что он до преступности халатно относился к своей работе (чтение лекций, руководство аспирантурой), и, несмотря на это, коммунисты на кафедре и учебная часть института создавали ему авторитет. На примере отношения к Лозинскому выявилось явно бездушное отношение к самокритике студентов со стороны бывшего декана истфака тов. Головачева. Большая часть вины в этом деле принадлежит также редактору стенгазеты тов. Явно и редакции печатной газеты института, ибо мы не смогли своевременно выявить и политически оценить безобразия в работе Лозинского.
Не менее характерным фактом нашей слабости в вопросах политической бдительности в вопросах политической бдительности является следующее: в 1934 г. деканом литфака Десницким была дана студенту [Лизонову] для защиты дипломная тема "Троцкий как литературный критик". Еще в 1931 г. в своем письме в редакцию журнала "Пролетарская революция" тов. Сталин писал: "Вот почему попытки некоторых "литераторов" и "историков" протащить контрабандой в нашу литературу замаскированный троцкистский хлам должны встречать со стороны большевиков решительный отпор. Вот почему нельзя допускать литературную дискуссию с троцкистскими пропагандистами".
А ведь предоставление вышеуказанной темы для разработки студенту есть один из видов протаскивания троцкизма в нашу советскую литературу. Это возмутительное дело проглядели и коммунистка профессор Петрова, и быв. коммунистка Ангилович, и парторг тов. Домбран. Больше того, эта тема ведь утверждалась в учебной части тов. Письменским и уже в 1936 г. подписан был диплом института тов. Козыревым.
Благодаря формальному отношению к политической бдительности со стороны быв. парторга педфака тов. Шардакова, был выдан партбилет быв. активному троцкисту Иванову, Сергею Степановичу. Партийное собрание, оценив поведение Шардакова, вынесло ему выговор.
Все изложенное в сегодняшнем номере нашей газеты факты требуют от каждого коммуниста резкого повышения политической бдительности на каждом участке. Только при этом условии наша многочисленная по количеству парторганизация может выполнить резко возросшие перед нашим институтом задачи.
В своем постановлении партсобрание постановило перед парткомом задачу тщательного обследования работы литературного факультета.
Собрание потребовало поставить вопрос о пребывании в партии Абрамовича в организации, где он состоит на учете.

Враги партии

Среди нас, членов партии в институте, долгое время орудовала плеяда троцкистов: Лозинский, Орлов, Воронова, Ангилович, Иванов. Почему враги партии оставались неразоблаченными?... Потому что мы до сих пор много говорим о революционной бдительности, выносим громкие резолюции, но мало делаем по разоблачению врагов партии и народа.
Такой "метод" работы на практике приводит к гнилому либерализму, дается возможность врагам оставаться в партии.
Благодушие и доверчивость приводят к тому, что на историческом ф-те с 1928 г. кафедрой истории народов СССР руководил контрреволюционер Лозинский. Этот проходимец из года в год читал лекции по истории народов СССР XX века. Лекции его ничем не отличались от бестолковой митинговщины, стояли на очень низком теоретическом уровне.
Студенты об этом заявляли декану истфака т. Головачеву, членам кафедры Смолину, Абрамовичу и Сладкевичу, но они, члены кафедры, коммунисты, не придавали значения сигналам студентов, ссылаясь на непогрешимость авторитета Лозинского и его безупречность, как коммуниста.
Безусловно в том, что Лозинский не был разоблачен раньше виновата вся парторганизация, но в первую очередь повинны: Смолин, Сладкевич (ученик Лозинского, вместе с ним писал учебник по истории народов СССР), Абрамович.
Бывшая аспирантка истфака Воронова с пеной у рта защищала своего мужа - троцкиста Левина, который неоднократно арестовывался органами НКВД. У ней хватало нахальства говорить, что ее муж "честный" работник. Чем иным, как прямым укрывательством врагов народа, можно назвать заявление Вороновой?
Наша парторганизация должна извлечь серьезный урок из того, что в нашей среде долгое время орудовали классовые враги. Нужно по-боевому перестроить всю нашу работу так, чтобы решительно и до конца разоблачать врагов партии и народа.

Попов

КОММЕНТАРИЙ
Перед нами - след политических репрессий тех лет.
О ком речь?
Могу дать сведения лишь о двух людях, упоминаемых в статье.
Лозинский Захар (Залман) Борисович родился в 1898-м году в Могилёвской губернии. Сын ювелира-часовщика. Окончил коммерческое училище. Вошёл в РСДРП. Вопрос только в какую часть РСДРП - в большевистскую или меньшевистскую. Судя по тем сведениям, которые удалось раньше найти людям с нашей кафедры - был большевиком. В статье написано, что был меньшевиком. Что это? Правда, а Лозинский тогда потом заявлял, что был большевиком, чтобы не портить себе анкету. Или - поклёп, вымысел, обычная для тех лет клевета? Не знаю.
Но, как бы то ни было, он активно участвовал в различных революционных событиях в Могилёве в 17-м году, в декабре 18-го возглавил отдел образования и отдел агитации. Был корреспондентом могилёвского РОСТА, сотрудником газеты "Соха и молот". В 26-м окончил Институт красной профессуры в Москве, с 27-го - в Ленинграде. Доктор исторических наук, профессор Ленинградского института философии, литературы и истории, старший научный сотрудник Ленинградского отделения Института Истории (ЛОИИ). Ответственный редактор журнала "Ленинградский современник". Специалист по истории 1917-го года. Когда возникла кафедра истории России и народов СССР (она же кафедра истории СССР, она же нынешняя кафедра русской истории), то он был первым её заведующим. Тут только один неясный момент - когда возникла кафедра. До обнаружения этой статьи считалось, что в 34-м году, когда был создан и сам Истфак. В статье написано, что в 28-м. Видимо, она существовала и до факультета. В 36-м был объявлен "врагом народа", арестован, и 6 ноября расстрелян.
Смолин Иван Сергеевич. Родился в 1904-м году. Из крестьян Вологодской губернии. В 24-28 годах - студент ЛГПИ. В 28-31 - аспирант. С 31-го - преподаватель. Был доцентом нашей кафедры. После ареста Лозинского, хотя, как мы видим, его в статье и обвиняют, что он виноват в столь долгом неразоблачении Лозинского, стал заведующим кафедрой. В 38-41 - был деканом нашего истфака. Когда началась Великая Отечественная, пошёл в народное ополчение, на войне прошёл путь от рядового до майора. После войны преподавал в разных местах. Умер в 1980-м году.
В одном из следующих номеров газеты была большая статья, посвящённая "врагам народа" на литфаке, но, так как в ней ни слова не было об истфаке, я её не скопировал.

26 октября 1936 г.

Надо лучше изучать историю партии

На втором политзанятии, также как и на первом, явка студентов истфака, особенно в кружке т. Гардина, была недостаточная. Ничего лучшего нельзя сказать и о тематическом кружке, руководимом т. Марагиным. Из группы в 40 чел. на занятии явилось 25 чел. и то двое из них - Апш и Бринг - опоздали на 15 мин. Руководитель т. Марагин сам опоздал на 10 мин. Аудитория для работы тематического кружка не была подготовлена, стоял один стол, вокруг которого кое-как разместились слушатели.
В кружке т. Люстерник занятие должен был проводить т. Попов, который узнал об этом только в день занятий. Ясно, что при таких условиях занятия не могли пройти нормально. В этом кружке тоже 1 слушатель отсутствовал.
Выступления слушателей в ряде кружков были не на должной высоте. В кружке тов. Решетникова недостаточную активность кружковцев можно об'яснить тем, что сам тов. Решетников далее не ту литературу, которую надо была по теме.
В кружке тов. Мидьштейн активность слушателей была хорошая, но была крупная недоработка по одному весьма существенному вопросу: никто из кружковцев не смог правильно раз'яснить контрреволюционную сущность теории перманентной революции Троцкого. Это пришлось сделать самой т. Мильштейн.
Положительным моментом является то, что все же кружковцы работают над произведениями классиков марксизма-ленинизма и строят свои выступления на работах Ленина-Сталина.
Особо надо отметить кружок т. Явно, где была 100 проц. явка на занятия, активные выступления слушателей, четкая постановка вопросов и заключение самой т. Явно после всестороннего обсуждения вопросов слушателями.
Подводя итоги 2-го дня политучебы на истфаке, все же приходится констатировать, что комсомольцы второй день политучебы встретили рядом недостатков, недочетов, которые в будущем надо устранить, чтобы комсомольцы истфака изучили историю большевистской партии.

7 ноября 1936 г.

Л. Скляров

Знамя

Небольших государств
И великих империй
Прапора и штандарты
Цветистой волной,
Бунчуки и хоругви
В серебряных перьях,
Развевались над нашей страной.
А за ними - огонь,
Наступающих топот,
Дальнобойных орудий
Ревущий удар.
И такая,
Немыслимо чёрная копоть,
И такой,
Обжигающий едкий угар,
Чтоб на нем все цвета:
Белый, синий и алый
Полиняли, померкли,
Сотлели как трут.
Только ты
Молодою зарею трепетало
На палящем военном ветру,
Разгоралось всё ярче,
Как буйное пламя -
За Уралом, над Волгой,
В Донецких степях -
Неподкупное красное знамя,
Революции огненный стяг.
За тебя шли на смерть,
За тебя побеждали
Наши братья,
Отцы наши в грозном бою,
И тогда как свободу
Хранить завещали
Несокрушимую доблесть твою,
Ту, которая нынче
Над родиной нашей
Развернулось полотнищем
Алой зари.
Вся в дыму и в огне
Наступающим машет,
Путеводной звездою горит,
Там, где ветер
Большой революции дует.
Ты сжигаешь, ты топчешь,
стираешь ты в прах
Желтый цвет,
Гоминдановский цвет под Шаньдунем,
Белый цвет в Астурийских горах.
За тобою война,
За тобою победа,
За тобою свободы великой шаги,
И опять для тебя
Неизвестные беды
Приготовили наши враги.
Встанут снова они,
Чтоб померяться с ними -
Загремят боевые года.
Для последнего
Смертного боя тогда,
Для последней победы
Ряды мы сомкнем:
Прекрасное знамя,
Революции знамя
Над огромной землей развернем.

23 ноября 1936 г.

Работы сданы в деканат...

На истфаке начали работать кружки по истории народов СССР, по новой, средней и древней истории. Студенты энергично взялись за работу. 16 чел. изучают латинский язык. Готовятся к научной конференции.
Научно-исследовательская работа на факультете недостаточно стимулируется. В прошлом году деканат дал конкурсную работу "Крымская война и кризис крепостничества в Росии. Взялись писать очень многие, затем отсеялись; последними могиканами остались ЛЕВИН, ОБОРИНА, РАТНЕР. С большим энтузиазмом они читали литературу, копались а архивах, много часов истратили на работу, стали в деканат и все... Факультет до сих пор не знает, как написаны работы. МАЛИНКОВИЧ.

4 декабря 1936 г.

Ещё о практике на историческом факультете.

Массовое недовольство своей практикой наблюдается у студентов IV курса истфака. Из 22 человек гр. ВВП, 5 человек практику не проходят, так как работают в школе. Но эту работу методисты не проверяют, на уроках у этих товарищей не были, оценка их уроков не известна. Остальные 17 человек этой группы, проводя активную практику в школе, пропустили 98 часов в институте.
Методист присутствовал не на всех уроках, а не в начале практики, что было значительнее ценнее. В результате студенты не могли учесть ошибки своих первых уроков.
Не лучше положение и в группе бывших экономистов. Здесь методист присутствовал в основном на одном уроке у каждого студента. Основная оценка таким образом исходит не столько от методиста, сколько от педагога школы, а такая оценка может быть весьма суб'ективной.
Положительная форма практики группы Нефедьевой заключается в том, что она сама присутствовала на всех уроках практикантов. Это способствовало изжитию недостатков 1-го урока на последующих.
Учитывая все недочеты, надо все же отметить, что и Бернадский и Фельдман уделяли много внимания урокам.

Студент.

29 декабря 1936 г.

Обзор стенгазет

Повысить действенность

Центральный орган нашей партии "Правда" неоднократно подчеркивала важность освещения партийной жизни на страницах большевистской печати.
Большую и почетную роль в этом вопросе должны играть стенные газеты.
Но далеко не все стенгазеты нашего института выполняют указания "Правды".
Стенгазеты дефектологического, иностранного и рабочего факультетов слабо показывают авангардную роль коммунистов, состояние партучебы и т. п.
И только стенгазета исторического факультета "Историк-марксист" оперативно, ярко освещает богатую содержанием, полнокровную партийную жизнь.
"Историк-марксист" из номера в номер печатает статьи, заметки, вскрывающие недостатки в партработе; показывает опыт работы отличников коммунистов и комсомольцев.
Особенно показателен в этом отношении шестой номер стенгазеты.
В этом номере напечатаны материалы, отражающие отчетное партийное собрание, работу парторга группы ОБОРИНа, комсомольское просвещение и т. д.
Газета резко критикует коммунистов МИРОНОВУ, ОБОРИНА, которые не чувствуют ответственности за порученное ими дело.
Она глубоко вскрывает недостатки в партработе парторганизации исторического факультета.
Основной недостаток заключается, по мнению газеты, в том, что многие коммунисты не занимают авангардной роли как в академической, так и в общественной работе. Об этом газета подробно пишет в статье "Коммунисты не занимают авангардной роли".
Редколлегия истфака в прежних номерах стенгазеты много писала о партийной жизни. Это хорошо, но этого недостаточно. Сейчас редколлегия должна повысить действенность. Необходимо добиться такого положения, при котором по каждому сигналу стенгазеты принимались бы конкретные, реальные меры. Надо не только указывать на недостатки в партработе, но оперативно их устранять. Хорошо будет, если стенгазета наладит систематическую информацию своего читателя о принятых по тому или иному материалу мерах и будет систематически вести отдельчик "По следам наших материалов".
Стенгазета должна с большевистской настойчивостью бороться за высокое качество партийной работы на факультете.

БУНЯЕВ

Оставить комментарий © Copyright Тягур Михаил Игоревич (tiagur-mih@mail.ru) Размещен: 03/09/2013, изменен: 18/02/2016. 51k. Статистика. Статья: История, Публицистика Из старых газет и журналов - разное Скачать:		Ваша оценка:

Тягур Михаил Игоревич За большевистские педагогические кадры! 1936-й год

Тягур Михаил Игоревич
За большевистские педагогические кадры! 1936-й год