Расскажите девчонкам, как славно пожить женой,
А пред тем невеститься, подружкам на зависть, год...
Мне девицею видимо не повезло,
И не мною, а братьями славен род.
Что ему коса, да кроткие речи в пол?
Мне с рассвета положено шить и прясть,
Мне ходить по досочке сжав подол,
У ворот в рубахе сватов незваных ждать,
Земно поклоны бить - батюшка уберёг,
Сговорил, беспутную, не даром, а за вено,
Не одной теперь мне ноченьки куковать.
Не одной слезами умыть лицо.
А братьям почёт и честь, и первая ложка в рот,
И каждый охотник и удалой стрелец...
Когда-то качала их у груди зимой,
И каждый был ласков, рыдал малец,
А теперь - горды соколы, медвежья стать,
Не пройти им мимо, за косу не потягав.
Только я и помню себя - старшую посестру,
А у них в глазах - лишь девичий стан.
И девичий ум, даром не как у птиц,
И молчанье рыб в закутке печи.
Я им, каждому, крови своей налила испить,
Получи же "спасибо" сестра. И молчи.
Я из дома шла как на казнь, в закат,
Будто загодя знала, чем обернусь.
Мне в кошмарах доныне видится та кровать,
Видятся кровь и тени дебелых рук.
Год прожила, а кажется - один день,
Муж меня крепко берёг от зимней поры...
Но братец мой младший, охотник на ложь и тлен,
Взвиделись ему тени моей любви.
А меньшему словушко только шепни,
Взглядом погладь, намекни да на тайных схрон:
Оба когда-то мечтали чужой земли,
Обоим давно опостылел их славный дом.
Мой милый немногое мог предложить,
Двух слов и тех не умел связать,
Но под крышей его обитали чужие сны,
А в подполах было что посмотреть да взять.
Девицей мне видимо не повезло,
Не мною, но братьями славен наш род...
Я батюшке в ноги поставлю вино
И повинные головы две да на ряд.
Дочерям расскажите, как весело жить с косой,
Небось не одна ещё следом уйдёт в леса...
Единожды из дому вышла я как жена,
Теперь - убираться поганой вдовой;
Не мною, но братьями славился род,
Гори же в огне, проклятая ты коса...