Аннотация: О наннском строительстве и сарматском хлебе.
24.10.284 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы, посёлок Энна
Гедимин проснулся до света. Он лежал на ворохе лапника. Сверху, на скафандр и сфалт, кто-то положил трофейный кожух от шатра - аккуратно накрыл сармата по самый шлем. Другой кожух прикрывал дверь в "новый дом". За ним ворочались, ворчали вполголоса. Кто-то бурчал в "старом доме", шумно пил воду - нанны, за ночь "переварив" инъекции флония, приходили в себя.
"Это зачем?" - сармат привстал, с недоумением глядя на кожух. В посёлке было тепло - ни ветра, ни снега. Да и какой снег под куполом на всю долину...
"Скажу, чтоб больше не клали," - Гедимин хлебнул Би-плазмы и тихо поднялся. В полумраке у озерца разглядел силуэт, подошёл ближе. Сури Шерстобит сидел на охапке веток и молча смотрел на чёрную воду. На ней не было поплавков - вчера нанны договорились сеть не ставить. "Побереги рыбу," - ворчала старая Эрки. "Ещё пригодится."
- Сури? - Гедимин остановился. - Что случилось?
Нанн посмотрел на него искоса и отвёл взгляд.
- Ничего, Хедмин. Ты чего рано встал? Тебе отдых нужен.
За спиной шумно вздохнули. Глойвер Камнеруб спустился к воде с охапкой пустых бурдюков, положил их на камень и шагнул к Сури.
- Погоди горевать. Наше сельцо тут не последнее. Найдём.
Сури резко повернулся к нему. По лицу прошла волна.
- А если нет? Если из Шерстобитов я последний?
- Тогда будешь думать, - Глойвер опустился рядом. - Как из последнего стать первым. А сейчас - не торопись.
Сури издал странный звук - то ли усмехнулся, то ли всхлипнул.
- Первый? Думаете, потяну? Я и дела-то почти не знаю. Под ногами путался да скотину гонял...
- Все гоняли, - отозвался Глойвер. - Никто мастером не родился. Разве что Хедмин. Ну, на то он и эск. А мы не эски.
Сури нервно хихикнул.
...Утром хрустели под жёрновом зёрна, стучали колотушки - нанны уплотняли плетёные стены, крепили новую крышу. Варташ и Глойвер ворочали каменные плиты. Гедимин сунулся было помочь, но нанны аккуратно его отодвинули.
- Лишнее, Хедмин. Это мы сами умеем. Ты смотри за чужаками.
На краях котловины появились посты - два вороха веток на крепких широких уступах. На одном сидела племянница Гиллис и мрачно смотрела на небо. Чёрные точки летали неторопливо, то кружили, то отклонялись в сторону, но не снижались над ущельем - маскировка работала.
Внизу нанны расстелили на земле кожух от шатра, вынесли тюки. Внутри шуршало. Красноволосая Син из клана Жукобоев - она уже не шаталась, и щёки уверенно розовели - высыпала зерно, набрала в горсть. Эрки и Гиллис открыли другие тюки и теперь стояли молча, дожидаясь ответа.
- Это понизу посеем, - Син кивнула на северный край долины и осторожно высыпала зерно обратно в тюк. - Вон то, мелкое - поверху, вдоль скал. А это можно и не пробовать. Здесь не приживётся - земля не та.
Гиллис шумно вздохнула.
- Вот досада! А бобы? Бобы-то прорастут?
Син с сомнением покачала головой.
- Поди знай. Я в горах не сеяла. Сюда б кого из старших...
"Посеем," - Гедимин смотрел на лесистые склоны, ещё прикрытые снегом. Защитный купол задерживал тепло от жаровен и дыхания, низина медленно прогревалась - и снег на дальнем краю уже подтаял. "Что они взяли? Минзу, бобы и эту хесскую мелочь... Может, оно и вырастет. Но - к осени. А до того им что есть? Рыбы не хватит."
Варташ невесело ухмыльнулся.
- Конечно, не хватит, Хедмин. Ни рыбы, ни дичи. Но лес вокруг большой. Проживём на шишках. А там и зерно созреет.
Гедимин с сомнением покачал головой.
Глойвер и двое шахтёров с утра наломали плоских камней, натаскали глины. Теперь кожух, "поработавший" мешком, обсыхал на ветру, а Глойвер и Варташ собирали из камней широкий постамент. Осмотрев его со всех сторон, похмыкали и снова взялись за камни - на постаменте выводили округлые стенки.
- Что это? - спросил Гедимин, когда сооружение (в сарматский рост) было почти готово. Варташ весело хмыкнул.
- Не признал, что ли? Печь.
Гедимин мигнул. И правда, получалась печь. Примитивная, гораздо проще тех, что стояли в наннских домах, но на вид рабочая.
- Зачем? Жаровни же есть.
Глойвер повернулся к нему.
- Жаровни - это для шатра. А в доме нужна печь.
Из хижины вышла Гиллис, обошла постамент, одобрительно хмыкнула.
- Дело идёт? Вот и ладно. Сильно не тяните. Сколько ещё мне варить в мешке?! В хозяйстве ни горшка, ни плошки!
- Будут, Гиллис, - пообещал Варташ. - Всё будет.
"Горшки - это хорошо," - Гедимин покосился на горку глины. "Только - что они будут варить?" Он задумчиво щурился на склоны, отведённые под посевы, думал об огромных стадах "коз" и "пони" вокруг наннских поселений. Потом подумал о зерне. На широких ладонях наннов оно выглядело мелким, как пыль. "А ведь город ещё вырастет..."
- Ясное дело, - Варташ, умывавшийся перед едой, отряхнул мокрые ладони. - Мы своих по шахтам не оставим. Ты сказать-то что хочешь?
Гедимин поднял флягу с Би-плазмой.
- Нужен чан, вот что. Закваска разрастётся - на ней хоть как-то протянете. А там придумаем что-нибудь про стадо.
- Эский хлеб? - Варташ недоверчиво посмотрел на флягу. - Вот уж это лишнее. Ты, Хедмин...
- Ша! - из хижины вышла Эрки, за ней выглянула Гиллис. - Ты, Варташ, помолчи. Дело серьёзное. Говоришь, Хедмин, разрастётся?
Сармат кивнул.
- Нужно тепло, субстра... подкормка и закрытый чан. За день отрастает на шестую часть. Может быстрее. Вот такой ёмкости, - он ладонью показал свой рост, - для начала хватит.
- Эский хлеб... - пробормотал Варташ. Эрки громко на него шикнула.
- Ты вот с этой фляжкой по всему миру ходишь? И хватает? Видно, хлеб сытный. Скажи только - варить его можно?
...Три камня для будущего чана вырубил Гедимин. На стоянку их принёс Глойвер. Дальше сармат работал один - спокойно, без спешки, будто всегда только этим и занимался. Пока остывали сварные швы на толстых стенках, сходил за четвёртым камнем - для крышки.
- Ты бери, сколько надо, - Гиллис смотрела, как сармат достаёт "огненные камешки" из жаровни. - Снег ещё лежит. А оно там живое.
Температура в массивном чане росла медленно. Детёныши успели натолочь коры и веток, наломать костей - Сури достал из ямы с отбросами.
- У ящеров кости бестолковые, - ворчал он, глядя, как Гедимин набивает субстратом поддон. - Ни мозга, ни жира. Может, рыбы туда?
- Би-плазма ест всё, - отозвался Гедимин, проверяя плотность задвижки. "Снаружи холодно. Далеко не уползёт."
Половина содержимого фляги плюхнулась на тёмное дно чана. Сармат задвинул крышку. На стенках внутри осталась прорезанная борозда - метка объёма. Гедимин отошёл, потом оглянулся - на чан и на новую печь. На её боках тоже виднелась насечка - паз для короба-дымохода. Эту часть конструкции Варташ вырезал из коры. Печь ещё не устоялась, и короб ждал в стороне. Гедимин остановил на ней взгляд и беззвучно хмыкнул. "Технологии. У всех свои. Всё для выживания."
25.10.284 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы, посёлок Энна
К рассвету Би-плазма растеклась по всему дну чана и помутнела. "Наелась. Теперь - фаза роста. Вода нужна..."
- Хедмин! - Гиллис хлопнула себя по бёдрам. - Куда ж ты ему холодное?! Погреть же надо!
Отобрав у сармата кожаное ведро, она скрылась в хижине. Внутри хмыкнули.
- Гиллис, ветки-то куда?
- Для запаха, - отозвалась наннка, вынося Гедимину тёплый бурдюк. В воде плавали хвоинки.
- А что, у него нос есть? - Сури, принёсший охапку веток (нанны расчищали будущие поля от кустарника), оглянулся на чан.
- У нас есть, - буркнула Гиллис. - И нам это есть. Вот, Хедмин, держи. Как оно там? Растёт?
Жижа, почуяв тепло, оживилась. Вода, плёнкой поблестев поверх белого, ушла в невидимые поры. Мутная масса заколыхалась. Гедимин задвинул крышку.
На землю шагнул Глойвер, выпустил из рук массивный камень и шумно выдохнул. Камни они с Варташем таскали с самого рассвета, раскладывая крупные и мелкие обломки по расчищенной площадке вокруг новой печи. В нагромождении стройматериалов уже угадывались столбы-опоры, слои подсыпки и ходы вентиляции.
- Большой дом, - заметил Гедимин. Варташ невесело ухмыльнулся.
- Только-только впритык. Но для начала и это неплохо.
- Много спешки, - проворчал Глойвер, недовольно хмурясь на склад брёвен. Он рос медленно, хотя нанны не первый день расчищали ущелье, - ни мелкие, ни кривые деревья в работу не годились.
- Очень много спешки! А летом балки поведёт, полы разойдутся - и заново перекладывай.
- Переложим, - отозвался Варташ, положив ладонь на подрастающую бороду. - Лучше дом кривой, чем никакого.
Гедимин слышал ворчание наннов до полудня. К полудню фундамент был готов, и на него уложили неошкуренные брёвна. Глойвер созвал всех наннов строить стены. Получалось, на взгляд Гедимина, очень криво, но неожиданно крепко, хотя на раствор Глойвер скупился - только щели замазывал. Варташ и Эрки размечали что-то на задворках будущего дома.
- Отток нужен в сторону, - слышал Гедимин голос старухи. - Потечёт вниз - воду испоганим.
- В сторону... - протянул Варташ, с сомнением глядя на скалы. - В эту сторону не вдруг что прокопаешь!
Эрки молча сдвинула брови. Варташ, тронув бороду, повернулся к Гедимину.
- Тут, Хедмин, такое дело... Где бы нам взять твой хищный куст? Так вышло - с собой не вывезли. Но ведь рос он раньше в степи! А в горах не растёт?
Гедимин мигнул. "Флерва! Точно же. Им для отстойника..."
- Буду искать, - пообещал он. - Флерва нужна. Если нету здесь - пойду в степи.
Нанны переглянулись.
- Что ж, иди, коли надо, - сказал Варташ, покосившись на сторожевые посты. - Авось отобьёмся.
- В нашей шахте такой штуки не было, - вздохнула, выглянув из хижины, Син. - Я бы заметила.
- И у нас тоже, - сказал Варташ. - Видно, в новых шахтах она не водится. Но в горах обычно не без пещер. Если есть старые норы - там-то она и сидит. Сам бы поискал, кабы не птицы!
Гедимин кивнул. Он думал о подземном лабиринте в окрестностях Ильхагги. "Эта нора достаточно старая. Надо её проверить."
32.10.284 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы
Птицы сегодня молчали - как и вчера, и за день до этого. Тихо было и над скалами, прикрывающими Энну, и над чёрным проломом шахты. Два примолкших Квэгга сидели на каменных "столбах" у высокого шатра на верхней террасе. Полог шатра был опущен, а обитатель стоял снаружи. Когтистые лапы в чёрных наручах лежали на груди, немигающий взгляд медленно скользил по деревьям и скалам и изредка - по грудам камней под шахтой и по наннам, перебирающим обломки. Гедимин, под маскировкой прилепившийся к скале, решил, что взглядом с ним лучше не встречаться.
Охранникам-Нийю тоже было не по себе - и тем, кто стоял с Гиайном на верхней террасе, и тем, кто следил за наннами внизу. В иное время они бы разошлись по шатрам и болтали у жаровен, но Гиайн их видел - и они, не выпуская оружия из рук, изображали бдительность.
Что-то тихо скрипнуло в кустах. Источник звука сармат нашёл не сразу. Пёстрые харайги будто растворились в пёстрых зарослях. На стоянке не было ни одного ящера - все в лесу поджидали чужаков.
- Ва-а! - донеслось с площадки, засыпанной обломками. Свёрток, примотанный за плечом коротковолосой наннки, заворочался.
- Ва-а!
Наннка, обтерев руки об одежду, привычным движением перевесила его на грудь, приподняла тряпки - Гедимин на секунду увидел рыжую макушку и красные щёки. Потом "свёрток" зарылся в слоистую одежду на груди наннки. Она поправила широкие ремни, придержала детёныша одной рукой и снова наклонилась к камням. В лесу разочарованно заскрипели - харайги, сдвинувшиеся было к опушке, растворились в зарослях. Взгляд Гиайна скользнул по женщине и вернулся к шахте. Секунду спустя верёвка, уходящая в темноту, задёргалась. Две кости, привязанные к ней, застучали друг о друга. Это были не рога - здесь сигнализацию сделали из обломков чьих-то челюстей. "Свинья," - определил Гедимин, сверившись с базой сканера. "Но очень крупная."
- Ничего, - буркнул Глойвер. - Зайдём с горы. Сверху даже сподручнее.
- Хедмин, - Варташ повернулся к сармату. - Пленников надо прикрыть. Сразу, первым делом. А гиену мы отвлечём.
Гедимин мигнул.
- Я отвлеку, - хмуро сказал Сури, глядя в землю. - А вы не вздумайте. Вам город держать.
Гедимин смерил его мрачным взглядом.
- Поле укреплю до предела. Обзор будет хуже.
Он вспомнил размеры площадки у шахты. "Купол будет сплошным. Может, с щелями понизу. На несколько минут воздуха хватит. Вентиляцию крутить некогда."
33.10.284 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы
Вдоль скал отряд поднимался по сантиметру - и массивные нанны умудрились не хрустнуть ни веткой, ни камешком. Больше шума было от скафандра Гедимина. Как назло, ветер стих, и каждый щелчок соединившихся пластин казался сармату грохотом взрыва. Он, стараясь не шевелиться, пристально следил за Квэггами. Они спокойно чистили перья на столбах у пустого шатра. Гиайн, всё так же сложив руки на груди, скользил рассеянным взглядом по террасам, площадке, где возились нанны, по чёрному пролому в скале и чёрному лесу. "Луч" его взгляда чиркнул на подлёте по маскирующему полю, но ничего подозрительного Гиайн не заметил.
- Ва-а! - донеслось с площадки. Женщина с живым свёртком за плечами выпрямилась, вытирая руки о грязную одежду. Рыжая макушка показалась из-под тряпок.
- Ва-а-а!
Пёстрая харайга выпрыгнула на край каменистой площадки и замерла, чуть расставив крылья и выгнув шею. Немигающий взгляд остановился на "свёртке". Тот уже зарылся в одежду на груди женщины. Она резко отвернулась, вполоборота наблюдая за харайгой. Ящер переступил с лапы на лапу и заскрипел. Ещё два выскочили на край площадки и остановились, пристально глядя на свёрток. Кто-то из детей, схватив камень, швырнул его в ящеров. Те отпрыгнули - но маленький нанн уже вскрикнул, прижимая руки к груди, и мелко задрожал. В наушниках Гедимина с двух сторон зашипело - Варташ и Глойвер, несущие сармата на руках, тяжело, с присвистом, выдохнули.
Выступ на скале был невелик, но крепок. Нанны осторожно разжали руки. В трёх метрах внизу Гедимин видел воздуховод высокого шатра. Глойвер тронул сармата за плечо, указал на площадку с пленными наннами. Сармат молча поднял сжатый кулак.
Защитный купол выгнулся над площадкой с громким хлопком - но грохот камней заглушил его. Над террасой поднялась пыль. Хрустнул сметённый шатёр - и Гедимин увидел, как каменная глыба, пары метров не долетев до Гиайна, тает в потоке серого пламени. Блескучий "язык", пожирая глыбу, вытягивался к скалам, но лизнуть их не успел - сармат выстрелил раньше. Шар раскалённого газа вздулся, обжигая ступни, чёрный фрил вскипел, испаряясь, защитное поле побагровело, покрываясь чёрными пятнами. Гедимин "держал" его и угрюмо щурился - сквозь грохот камнепада он слышал над лесом удаляющийся ор Квэггов.
Он скатился по ещё не остывшей скале, убрал уже ненужные защитные купола. Над террасой, покрытой огромными камнями и пятнами крови, оседала пыль. Нанны уже тащили кого-то из соплеменников за руки из шахты, и он громко рыдал и пытался что-то сказать.
- Хедмин! - Варташ приземлился рядом, подняв новую тучу пыли. - Оставь нам коготь! Сам с Глойвером и Сури лети вниз. Если поспешить - успеете! Клятые птицы...
Гедимин, ошалело мигнув, еле успел выдернуть ипроновый коготь из перчатки. Глойвер, подхватив сармата, легко усадил его на плечи. Квэгги над лесом заорали громче - сигнал тревоги кто-то услышал.
- Успеем, - выдохнул Глойвер. - Вперёд!
...Вопли хесских птиц над Энной стихли только к ночи. Гедимин долго слышал их сквозь двойной защитно-маскировочный купол. В трёх домах Энны на лапнике и выстиранном тряпье вповалку спали нанны - и рыжая женщина с младенцем, и хромой старик-шахтёр из Камнерубов, и даже седой Краснорук с трясущимися пальцами и слезящимися от пыли глазами перестал уже всхлипывать. Варташ, ухмыляясь в отросшую бороду, смотрел на притихший посёлок.
- Вон там второй дом поставим, - указал он. - Пока снаружи шум, как раз управимся. Ты ложись, Хедмин. Дел завтра много!
Сармат в растерянности покачал головой.
- Откуда ты знал, что когти съёмные? - спросил он, глядя на ипроновое лезвие, возвращённое в перчатку. Варташ хмыкнул.
- Так по уму выходило. А панцирь твой ковали по уму.
Гедимин слегка сощурился.
- Я сделаю лезвие из ипрона. С рукояткой, под твою руку. Пригодится.
34.10.284 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы, посёлок Энна
- Ва-а! Ва-а-а!
Утро началось с сердитых воплей младенца. В этот раз он хотел не есть, а избавиться от "выведенных отходов". "Технологию" нанны давно отработали - Гедимин только мигал, глядя, как молодая женщина и две постарше деловито разворачивают тряпьё у жаровни, заменяют испачканные слои и протирают детёныша тёплой водой. Едва его завернули обратно, он замолчал и вскоре мирно чавкал под материнской курткой. Женщина, вытерев руки, машинально тронула обрезанные волосы - то место, где должна была расти коса - и гулко вздохнула.
- Вырастим, - уверенно сказала старая Эрки. - Тебя тяжкой взяли? Так в Занаге и рожала?
- Моё везение, - проворчала женщина, придерживая свёрток. - Думала, вдвоём помрём. Как Эннис Краснорукова. Она скинула, не доносив - и кровью изошла. А мне повезло. И ему. Даром что родился в яме. Только вырыть успели, накрыть - и мне срок...
Она тронула живот и болезненно поморщилась.
- Так и назову - Утури, сын ямы.
- Не так, - Эрки положила руку ей на плечо. - Погоди именами бросаться. Посмотрим, как дальше пойдёт. "Эннавари" - тоже имя.
- Хедмин, а Хедмин! - Гиллис нетерпеливо стучала черпаком по каменной крышке чана с Би-плазмой. - Что там твой хлеб, доспел?
Мутная белесая масса поднялась на ладонь над вырезанной на стенках чертой, колыхалась и бурлила, поднимая тёмную взвесь со дна и растворяя в белой пене.
- Готово, - сказал Гедимин, наклоняясь за "огненными камешками". "Термоэлементы" пора было убрать - Би-плазма прогрелась и попёрла во все стороны.
- Черпай до черты и на палец ниже, - сказал сармат наннке. Та поддела жижу черпаком, быстро, пока не уползла, сбросила в кожаный мешок. Он затрепыхался. Детёныши столпились вокруг, тыкая в него пальцами.
- Кыш! - отмахнулась от них Гиллис, поднимая на вытянутой руке раздутый, дёргающийся мешок. Глойвер Камнеруб, выглянув из глубоко прорытой ямы под отстойник, проводил Би-плазму взглядом и покачал головой.
- Странный же он - эский хлеб!
Нанны ещё не поели и на работы не спешили - но оставленные вчера объекты и участки обходили, оглядывали и примерялись. Варташ и один из вчерашних шахтёров остановились у навеса, куда складывали самые толстые и прямые брёвна. Их торцы были залеплены глиной с выдавленными значками. Вчерашний пленник стучал по дереву костяшками и сдержанно хмыкал.
Глойвер ещё раз согнулся, осматривая пробитый в камне колодец, и выбрался окончательно. Несколько детёнышей - они сновали между ямой и кухней - обступили было его, но он досадливо отмахнулся. Чем глубже копали нанны, тем чаще Гедимин такое видел. Работы дошли до узких мест - взрослый нанн туда просунуться не мог. Пролезали детёныши - тщательно обмотанные "респираторами" из мокрого тряпья. Варташ и Глойвер следили, чтобы тряпку никто не сорвал, часто выгоняли "работников" наверх, запуская "сменщиков" - и вскидывались, едва кому-то стоило кашлянуть. Гедимин уже не раз предлагал спуститься и докопать, но предводители сердито фыркали. "Как они раньше справлялись с узкой частью?" - думал сармат, глядя, как Глойвер отгоняет детёнышей к кухне. "Видимо, помогали сиригны..."
- Сиригны не появлялись? - спросил он у старого нанна, когда смех, писк и топот переместились к "большому дому". Глойвер тяжело вздохнул.
- Не знаю, когда мы теперь их увидим.
- Многие из земляных погибли?
Глойвер повёл плечом.
- Не их это битва. Мы сразу знали. Никто и не спорил.
- Древесные тоже так сказали, - пробормотал Гедимин, угрюмо щурясь. - Но теперь-то чего? Все битвы уже прошли.
Глойвер невесело ухмыльнулся.
- Битва - не их. А совесть теперь - их. А память у них ох какая долгая. Теперь нескоро вернутся. Мы-то были бы рады...
Гиллис выглянула с кухни, стуча черпаком о черпак, и нанн с кривой ухмылкой тронул Гедимина за плечо и подтолкнул к дому.
- Ешь, Хедмин. Эский хлеб в вареве всё же вкуснее!
Сегодня варево было густым, со множеством разнородных добавок - нанны вынесли от шахты и из иналя все припасы, притащили в лагерь и сложили на лёд разрубленные туши ящеров - и ещё какое-то мясо, тёмно-красное, с белыми прожилками. Гедимин сверился со сканером и задумчиво хмыкнул. "Хурги. Свиньи из Лита. Но сюда это мясо не из Лита ехало. Свинофермы у них где-то поближе..."
- Ешь! - прикрикнула Гиллис на седого нанна. Тот сидел неподвижно над деревянной миской и к ложке не прикасался. Гедимин подумал было, что его смущает Би-плазма в вареве - но она в густой маслянистой жиже практически не распознавалась, да и остальные новички быстро с ней освоились и от еды не отказывались.
- Зря вы меня забрали, - пробормотал нанн, вяло зачёрпывая смесь. - Нет больше Красноруков. И меня - считай, что нет.
Гиллис фыркнула.
- Забрали - значит, было надо. Ешь давай! Там разберёмся, где кого нет.