Аннотация: О хесских обещаниях и о наннских кошках.
11.02.285 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы, город Энна Рассвет в тот день был ярким. За ночь тучи уползли на гребень Туманных гор, и там громыхало и посверкивало, - а над зубцами Энны небо горело зеленью с синеватыми проблесками и напоминало Гедимину активную зону ирренциевого реактора. Впрочем, на воспоминания у сармата времени не было - он поднялся с первыми проблесками зари, а нанны - и того раньше. И к рассвету Глойвер - в сложной невидимой "броне" из защитного поля - вместе с ним забрался на башню. На юге, на выжженной земле, белел воткнутый в пепел флажок на древке стрелы.
- А подходить-то боятся, - Глойвер по-кошачьи довольно сощурился. - Правильно делают! Хедмин, гляди в оба. Ты-то надел броню?
Сармат с недоумением кивнул на свой скафандр - он его и не снимал с тех пор, как отремонтировал после стычки с Гиайном.
- И вторую надо бы, - проворчал Глойвер. - Ни на миг я гиенам не верю!
В этот раз Гиайн не маскировался - стоял на виду у красноватой скалы-останца. Её когда-то оплавило, и мох с трудом цеплялся за слишком ровную и твёрдую поверхность камня, - красные выступы и грани ярко горели на солнце. Лучи падали и на воронёную броню существа с головой гиены - её отполировали до блеска, так, что Гедимин невольно покосился на собственный скафандр и сравнил качество чистки - не в свою пользу. На сапогах из мягкой кожи виднелся сложный вышитый орнамент. Они тоже были чистыми - будто Гиайн не шёл сюда по склону, усыпанному скользкой хвоёй, а летел по воздуху.
Глойвер ступил на землю - поодаль от Гиайна, метрах в трёх, и спустил Гедимина с плеча. Существо смерило их взглядом и слегка приподняло губу над острым клыком.
- Не то нанн с ручным сарматом. Не то сармат с питомником дикарей...
- Зато с тобой всё понятно, гиена Вайнега, - отозвался Глойвер.
Гиайн хмыкнул.
- Непонятно, на что вы надеетесь. Отсидеться за кучей камней? В прошлый раз не вышло.
- Это всё, что ты можешь сказать? - голос Глойвера звучал ровно, но Гедимин чувствовал, как его рука дрогнула и напряглась. Гиайн ухмыльнулся, показав клыки.
- Я могу предложить вам выживание. Вашей Энне, всем, кто в ней собрался. Можете сидеть в камнях, ваше право. Если не будете лезть наружу и мешать нам.
Глойвер резко выдохнул.
- Было сказано, гиена: ни один нанн в ваших шахтах работать не будет. И в этом мы будем мешать вам, пока живы.
- Пока живы, - со значением повторил Гиайн, недобро скалясь. - Ты не знаешь, дикарь, во что ввязался. И тебе, и всем вам лучше было бы делать, что велено, на местах, к которым вас приставили. Но вас особо не в чем винить. Вы делаете то, что надумал этот сармат...
Гедимин мигнул.
- Ты понимаешь, нанн, что для него это эксперимент? - Гиайн приподнял морду, глядя Глойверу в глаза; по защитному полю скользнули красные разводы ЭСТ-излучения. - У него даже есть шансы на выживание. А у вас - нет. Если дойдёт до штурма Энны, живых там не останется.
- Пока что не выживают те, кто суётся к Энне, - отозвался нанн с недоброй ухмылкой. - Что должно поменяться, гиена?
- Увидишь, - ответил Гиайн, убрав клыки, и почему-то именно теперь Гедимину стало не по себе. - В последний раз, нанн: хотите жить - сидите тихо. Мы разрешим Энне существовать, вам - добывать пищу... может, даже будем отправлять к вам тех наннов, кто совсем неспособен к разумным действиям. Условие одно. Этот сармат из Энны уходит. Пока он ваш вожак, вы каждый миг под угрозой. Живых в Энне не останется, нанн. Запомни...
- Всё сказал? - только и спросил Глойвер, подсаживая Гедимина к себе на плечо. Гиайн молча шагнул в тень дерева. Что-то протяжно скрипнуло в кустах, мелькнули пёстрые перья. Красная скала уже не блестела - облачный язык сполз с горы и заслонил солнце.
...Айшер и Варташ молча выслушали Глойвера, переглянулись и тяжело вздохнули.
- Скажи, Хедмин, что ж они нас совсем за дураков держат? Вроде бы повода мы не давали.
Гедимин пожал плечами.
- Не за дураков. За людей, - сказала вдруг Гиллис, до того тихо сидевшая на крыльце. - Потому и тряпка белая. Люди Хедмина выгнали. Он же рассказывал. Мы - не люди, но эти гиены... а, что взять с гиен!
Гедимин быстро отвёл взгляд. В груди шевельнулось что-то холодное. О племенах людей на равнине он не хотел вспоминать. Но нанны, оказывается, не забыли. "А Гиайны ещё и сделали выводы. Saat hasesh..."
- Вот что, родичи, - сказал Варташ, насупив брови. - Не только гиенам над нами шутить. Проверим, на что им хватило ума. Хедмин, не возьмёшься сыграть малую шутку?
Сармат мигнул.
- Какую? - спросил он, хотя сам уже понимал, что Варташ задумал. Только изумлялся, как быстро к нанну пришла эта идея.
- Хотят, чтоб мы тебя выгнали. Обещают всякого добра, - Варташ недобро ухмыльнулся. - Ну так проверим. Завтра на рассвете выйди со мной на зубцы. Я погоню тебя громко и сердито. А ты спустись за стену на виду - а обратно зайди под своим щитом. Только сразу заходи, не медли! И потом сиди в нашем доме, не показывайся до сигнала.
- А сигнала, я думаю, недолго придётся ждать, - добавил Айшер, тронув едва прорезавшуюся щетину. - Эти гиены - невеликого ума. Надо же было нас, наннов, за людей посчитать!
Гедимин слегка сузил глаза.
- Будьте очень осторожны. Я с ночи осмотрю округу... может, оставить вам сканер?
Айшер махнул рукой.
- Оставь лучше невидимый купол над Энной! Пока ты вернёшься, он продержится. Да и не думаю я, что они начнут так быстро. Наши камни летят дальше, чем их стрелы. Чтоб подойти, им нужно время...
12.02.285 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы, город Энна Луч сканера проходил по мёртвой земле круг за кругом. Полоса, опоясывающая город, была "чистой" - только на самую дальнюю кромку экрана выплёскивалась неровная, дрожащая белая рябь.
- Уверен? - тихо спросил Гедимин, вместе с Варташем поднимаясь на скалы. Нанны-караульные были уже там - все, кто мог высоко взлететь и далеко бросить камень, мужчины, женщины, даже подростки. Те, кто не мог, разошлись по укрытиям внизу, в кольце стен. Уже светало, но защитный купол над Энной оставался невидимым. В нём был один проход - "патрубок", спущенный вдоль скалы на внешнюю сторону ущелья.
- Они там готовы. Но и мы тоже, - так же тихо ответил Варташ Камнебой. - Ты там осторожнее, Хедмин. Мало ли что...
Они поднялись на башню - на самое видное место. Вдалеке, над горным хребтом, где по-прежнему лежали тучи, сармат с трудом разглядел чёрные точки. Снаружи облаков, одинокие, неподвижные, - "дроны-разведчики" Вайнега.
- Не сказать бы тебе лишнего, - пробормотал Варташ, глядя под ноги. Сармат хмыкнул.
- Мне всё равно. Главное, чтобы там поверили.
Варташ широко ухмыльнулся - и заревел, как двигатель на форсаже, вскинув кулаки и надвинувшись на сармата. Тот невольно подался назад, дёрнул плечами, радуясь, что от него актёрской игры не требуется.
- Ты, железный пёс, выкормыш железной суки, сердце-камень! Уходи и не возвращайся! - ревел Варташ так, что эхо перекатывалось по ущелью, и размахивал руками, надвигаясь на отступающего сармата. Тот шагнул назад в последний раз - и с резким выдохом развернулся и, махнув рукой, соскользнул по "патрубку" вдоль скалы. Спрыгнул на валун у подножья горы, оглянулся на скальные зубцы - и скатился кубарем в укрытие среди камней. В следующую секунду, уже под маскирующим полем, он полз на когтях к тому же патрубку. Двигался медленно, стараясь не выделяться на фоне камня - но не прошло и минуты, как плюнул на маскировку и рванулся вверх. Дозиметр уже выл - так, что звенело в ушах.
Защитный купол над Энной весь покрылся чёрными и зелёными пятнами, и они пульсировали, то сливаясь, то расходясь. Гедимин схватился за генератор, поставил на непрерывную поддержку, - "стена" перестала прогибаться внутрь, но пятна стали только ярче. Сармат рывком втянул себя в "патрубок" - дозиметр замолчал, но за спиной полыхало. Купол погас лишь три секунды спустя, когда Гедимин уже стоял на зубце крепостной стены, вскинув руку с полевым генератором. Поле выгнулось внутрь, "растекаясь" по наннам-караульным и накрывая их прозрачной бронёй, и снова сомкнулось над Энной. Оно ещё не успело побелеть, когда все посты взмыли в небо.
- Бей! - заорали со всех сторон. "Залпы" камнемётчиков ушли в четыре стороны от крепости, и грохот из-за горизонта донёсся почти синхронно. Гедимин сдёрнул с плеча сфалт, выстрелил плазменным шаром туда, где ещё виднелась на экране сканера белесая рябь. Её кромка пропала до того, как сармат услышал взрыв. Нанны возвращались под белый купол защитного поля, дозиметр молчал, и вокруг было тихо - так тихо, что было слышно, как где-то на севере шуршат катящиеся камешки.
Варташ, уже освобождённый от "брони", отряхнул руки и невесело усмехнулся.
- Вот тебе и гиеньи обещания!
С зубцов башни донеслись нестройные смешки.
- Накрыли их? - спросил Гедимин, возвращая сфалт в заплечные крепления. Варташ махнул рукой.
- Если и да, то немногих. Они ещё до взлёта попятились. Видели, небось, твой купол - он же тут на полнеба полыхал...
Он, не договорив, шагнул к Гедимину, легко его поднял и прижал к груди - сармат только хрюкнул.
- Хорошо всё-таки, Хедмин, что все мы - не дураки!
17.02.285 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы, город Энна С утра, едва искупавшись, нанны брали у Гиллис и старой Эрки "краску" - сажу, смешанную с жиром - и рисовали друг другу на спине странные знаки. Без знаков не уходил никто, ни старики, ни дети, ни даже младенец (когда его разворачивали, чтоб разрисовать, он махал конечностями и бодро, но неумело пытался уползти). Гедимин перечертил все символы на листок ежедневника и, сверив их, разделил на "мужские" и "женские". И ещё они различались по возрасту носителей - сармат насчитал шесть разновидностей. Все знаки он украдкой попробовал рисовать на своей броне - никакого эффекта не заметил ни сармат, ни дозиметр. А вот символы на коже наннов всё-таки слегка "фонили", хотя "краска" была "чистой".
- Ну от гнуса же, Хедмин-Странник! - Айшер уставился на сармата с искренним недоумением. - Вам, эскам, везёт, вас эта напасть не касается...
Гедимин мигнул.
Насекомых, как он теперь заметил, с потеплением, и правда, прибавилось. Они роились над мелководьем и, покружив над наннами, стягивались к "свинарникам". Хурги всё чаще закапывались от них в жидкую грязь "купальных ям". Каждое утро, а то и дважды на дню, Сури носил к ямам бурдюки с водой, лил прямо на устроившихся там животных - они только блаженно жмурились и пихали друг друга, распределяя удобные местечки. Из ям к поилкам и кормушкам выбирались в грязевой "броне". По утрам старик-Краснорук обходил загоны, что-то подсчитывая на пальцах, и однажды послал наннов помоложе расширить "купальни" - подросшие "поросята" уже не помещались.
Зелень на полях росла стремительно - сейчас ей хватало и воды, и тепла, и нанны ещё добавляли жижу из компостной ямы - растёртая в кашицу Флерва перерабатывала навоз в однородную чёрную массу с маслянистым блеском. Нанны уверяли, что пахнет она совсем по-другому - и "пахнет хорошим урожаем". Гедимин проверять не стал.
Подросли и котята - и, когда никто из наннов не носил их на руках или плече, сновали вокруг "гнезда", ловя друг друга за хвост и пытаясь ухватить пролетающее насекомое. Как-то Гедимин увидел у крыльца толпу разновозрастных наннов - кошка принесла детёнышам придавленную, но ещё живую мышь. Старая Эрки, оставив дела, спорила с кем-то, что "Черныш управится первым". Если бы котята провозились с добычей дольше, дошло бы, наверное, и до ставок.
- Где кошки - там дом, - говорил Варташ, осторожно, одним пальцем, почёсывая котёнка между ушами. Зверёк сидел на его плече, как на здоровенном валуне, и только жмурился.
Вокруг Энны было тихо. Хески не напомнили о себе ни разу с той неудачной атаки в день "изгнания" Гедимина. Даже нанны, вылетевшие за кормом для хург, видели только пернатых ящеров, снующих по кустам и избегающих "общения". На экране сканера давно не было белесой ряби, и движущиеся точки, если и появлялись, оказывались пролётными птицами или обычными животными в местном лесу. Зверьки уже поняли, что выжженная полоса не бесконечна - и то и дело перебегали её то с юга на север, то с севера на юг. Нанны их не трогали.
- Притихли, собачьи отродья, - недобро ухмылялся Варташ, поглаживая короткую, но пышную бороду. - Выждем неделю - и сами навестим их. Много наннов ещё под крылом Гелина, пора им вернуться к живым...
20.02.285 от Применения. Западная Пустошь, Аркасия, Туманные горы, город Энна Гедимин проснулся от странного звука, похожего на громкий стон. Звук повторился, и сармат сел, подхватил с настила плазморез и открыл глаза. Он уже слышал встревоженные голоса наннов и тихий скрежет - кто-то царапал камень.
Пёстрая кошка сидела на валуне, глядела на крепостную стену и кричала, то оглядываясь на столпившихся наннов, то подпрыгивая и проводя когтями по скале. Её уши не были прижаты, но хвост недовольно дёргался.
- Что с ней? - спросил Гедимин у проснувшегося Варташа. Тот, взъерошенный спросонья, смотрел то на кошку, то на скалы.
- Что-то чует...
Сармат покосился на сканер и мигнул - с той стороны "стены", вплотную к ней, на камне сидел второй зверёк. Тоже кошка, но крупнее.
- Да ты ж смотри! - Варташ, едва взглянув на экран сканера, хлопнул себя по лбу. - Хэй, наверху! Кошку заберите!
- Стой! - Гедимин вскинул руку с генератором защитного поля. Сури, уже подлетевший над стеной, спикировал не наружу, а внутрь - и смирно ждал, пока Гедимин соорудит ему "доспехи". Кошка тоже ждала - молча, глядя на Сури и сармата, будто отлично понимала происходящее.
Второй зверёк смирно сидел на руках нанна и спрыгнул только после приземления. Он был той же расцветки, но крупнее в полтора раза, слегка взъерошенный и пыльный, но не истощённый и не напуганный.
- Эльфийская кошка! - вырвалось у Гедимина.
- Чья-то, - отозвался Варташ, ставя перед "гостем" миску с водой. В другую Гиллис спешно положила немного маслянистого варева.
Зверёк деловито обнюхался с кошкой из Энны, понюхал еду, лакнул пару раз из миски с водой и запрыгнул на валун - тот самый, где недавно сидела местная кошка. Он привстал на задние лапы, царапнул стену и оглянулся на жителей с протяжным мяуканьем, больше похожим на вой. Местная кошка завыла в ответ. Она смотрела туда же - сперва на стену, потом - на поселенцев. Хвост нетерпеливо подёргивался.
- Зовёт, - пробормотал Варташ. - Надо идти.
- Я пойду, - шагнул вперёд Глойвер. - Хедмин, поможешь?
Они собрались быстро - Глойвер, Сури, ещё один нанн; Гедимин накрыл каждого из них защитным полем, сам залез к Глойверу на плечо и включил маскировку. Кошки молча наблюдали за их сборами, сидя вдвоём на валуне. Когда Сури протянул к зверькам ладонь, тот, что покрупнее, спрыгнул на неё, другой издал звук "ма" и обернул лапы хвостом.
- Что ж, веди, - сказал Глойвер, поднимаясь над стеной. Снаружи ничего не было видно, кроме леса и выжженной полосы, но кошка уже забеспокоилась, поднялась на лапы и развернулась на юго-запад.
Над мёртвой землёй они пролетели, не приземляясь. Опустились уже "снаружи", в горном лесу, откуда Энна не просматривалась. Глойвер и Сури, нарочито громко шурша ветками и пиная кусты, двинулись следом за кошкой. Она отбежала на несколько метров, приостановилась, дожидаясь - и пошла дальше, стараясь не обгонять наннов более, чем на два-три их шага. И немудрено - даже Гедимин слышал по дальним кустам тихий "скрип" затаившихся хищных ящеров.
- А кошка харайгу может загрызть, - вполголоса заметил сармат, глядя на сканер.
- Может. А может - и нет, - отозвался Глойвер. - А смотри-ка! Псов вокруг не видно. Были, но ушли.
Кошка нетерпеливо дёрнула хвостом.
На подходе к очередным зарослям нанны резко остановились.
- Смотри! - Глойвер указал на мёртвое дерево, будто бы случайно повисшее на ветвях соседей. Гедимин посмотрел и изумлённо мигнул - дерево было частью "механизма", и он сработал бы на первом чужаке, наступившем на сухие ветки среди кустов. Ветки упирались друг в друга, где-то им помогала неприметная верёвка, - кто-то поставил тут ловушку на существ, не умеющих летать.
Кошка оглянулась, протяжно мяукнула и в один прыжок пролетела под бревном, не потревожив "механизм". Из-за кустов послышался шорох, потом - приглушённый бас. Глойвер взлетел над зарослями.
- Хэй, нанны!
- Хэй, Камнеруб! - донеслось из-за кустов. Седоусый нанн, покрытый шрамами, выпрямился во весь рост. Рядом с ним встал красноволосый, с короткой, но пышной бородой. Оба увидели Гедимина и широко улыбнулись.
- Хэй, Хедмин-Странник! И ты живой?
...Все девятеро наннов - весь "отряд", освобождённый когда-то Гедимином из-под конвоя посреди степи - были живы, хоть и исхудали. От их одежды остались лохмотья, которых едва хватало на набедренные повязки. Женщины прикрывали торс сшитыми вместе листьями. Костёр не жгли - согревались горсткой кей-руды, обложенной камнями. Краем глаза Гедимин увидел деревянные миски, ложки, "котелок" из остатков хесского шатра - хорошую кожу не стали тратить на одежду, соорудили из неё посудину.
- И как вы тут, Жукобои? - Глойвер ошалело смотрел на "отряд", очажные камни и пару навесов из косо вбитых древесных стволов. - Всю зиму... и одни, даже без крепости?
- Была у нас крепость, - седой Жукобой невесело ухмыльнулся. - Соорудили по осени меж скал. Зимой тут не побегаешь, и псы к нам не лезли. А весной пришлось уходить. Еле успели - с ними пришла гиена...
Глойвер угрюмо кивнул.
- Пожри их Бездна! - он выразительно потёр свежий шрам на плече. - Зря к нам сразу не пришли. Собирайтесь! Живо долетим до Энны. Там и купальня, и еда есть.
...Две кошки сидели рядом - уже не на камне у "городской стены", а на крыльце "большого дома" Камнебоев. Гедимин видел их иногда, когда кто-то из наннов вставал с места, и ему казалось, что зверьки что-то обсуждают. Но ни единого звука не слышал. Да и не мог - слишком вокруг было шумно.
- Поля в Энне хороши, тут не спорю, - говорил седой Жукобой Стигнару. - К той весне мы их расширим. А пока надо бы заложить дом для Жукобоев. Наших в Энне уже немало.
- Будет и третий дом, и четвёртый, - степенно кивал Варташ, переглянувшись с Айшером. - Энне ещё расти и расти.
- Где вы взяли кошку? - тихо спросил Гедимин у краснобородого нанна. Тот пожал плечами.
- Сами не знаем, Странник. Прибилась по осени. А что с твоими делами? Нашёл людей? Живы?
- Живы, - буркнул Гедимин, отводя взгляд. Нанн открыл было рот, но не стал расспрашивать.