Наверно, каждый из ныне живущих знает, как неприятно просыпаться после бессонной ночи, проведённой в клубе, под орущий рингтон мобильника. Вот и я буквально три часа назад вернулась после весело отпразднованного дня рождения моей подруги Насти домой и тут же завалилась спать. Но не тут-то было. Вечно бодрая и вечно жаждущая организовать гулянку Ленка уже терзала мой телефон своим звонком. Делать было нечего. Я прекрасно знала, что если сейчас не подниму трубку, то моя драгоценнейшая подруга подключит к дозвону и своего парня Бари, а тут уже никак от этих двоих не отделаешься. С них станется заявиться ко мне домой и вылить на меня ведро холодной воды.
Я со стоном потянулась к телефону, в тайне мечтая, чтобы кончилась зарядка и он отрубился. Но сегодня небеса не были милостивы к моим мечтам, впрочем, как всегда. И я всё же ответила на вызов.
- Абонент умер, - я постаралась придать своему голосу самый загробный тон, - может перезвоните позже?
Но Ленку моими выкрутасами не так и легко пронять. За несколько лет общения со мной она научилась уничтожать мои отмазки в пух и прах. А на сонную голову придумать вескую причину не пойти на встречу (а в том, что Ленка звонила мне, чтобы вытащить на гулянку, я не сомневалась) я не могла.
- Ариш, давай сегодня встретимся, - мягко начала она.
- Я сплю, - на этом мои ораторские способности на этот момент исчерпались.
- Арин, я позвоню Бари и скажу, что без тебя никуда не пойду, - ну вот, начались угрозы.
- Я сплю, - ещё более дохлым голосом заявила я и для приличия даже два раза всхрапнула.
Ленка начала злиться.
- Арина, - прошипела она. - Быстро подняла свою задницу и пошла умываться.
- Леночка, ну я вчера так устала, - захныкала в трубку я. - Я так хочу спатки, а тут ты объявилась - настоящий тиран и деспот. Иди лучше похулигань с Бари.
- Уже похулиганила, - промямлил в трубку тиран моего сна.
-Что? - от удивления я даже открыла один глаз. - Когда ты только успеваешь? Вот я вчера чуть-чуть повеселилась и уже с ног валюсь. Я тебе ничего.
- Я нефиг было надираться, - поддела меня подруга.
- Это я то надралась? - от изумления, который граничил с шоком, я проснулась. - Да кто мне дал нормально выпить? Сначала за Настёнай следила, чтобы она ко всем прохожим не лезла целоваться, потом Димка с Вовкой стали спорить, кто дольше простоит на голове, потом Бари стал мне, как своей дочери, промывать мозги. При чём он почему-то решил, что мозги лучше промоются, если заливать водку мне в ухо. Так что я из вас всех самая трезвая была.
Ленка чуть-чуть помолчала. Потом вздохнула, явно вспомнив, что она сама вчера творила. Впрочем, за явно, не ручаюсь. Потом опять помолчала. Похоже, она вспоминала все и потихоньку. Кажется, было слышно, как шевелятся её мозги. Я благоразумно решила не отвлекать её от процесса думанья и уже собиралась отрубить трубку, но тут Ленка вернулась на землю.
- Ну что, Ариш, ты идёшь?
Я застонала.
- Так значит идёшь? - для проформы переспросила она, не нуждаясь в моём ответе, продолжила. - В четыре часа в парке.
Я только собрала все свои не сбежавшие мысли и собралась сказать, что я думаю о её самоуправстве, как в трубке раздались короткие гудки. Обессилено завалившись на кровать, ваша покорная слуга честно собиралась уже плюнуть на встречу, как опять раздался звонок. Теперь я, не стесняясь в выражениях (благо, родители укатили к друзьям на дачу), высказала, что я думаю о моих друзьях в общем, и о встречах после дней рождения в частности. Но трубку подняла.
- Ну привет, - раздался как всегда спокойный благожелательный голос Вовы. Познакомившись с ним однажды, мне даже показалось, что этого человека невозможно вывести из себя никаким способом. Но для меня невозможного нет. Вот и приходилось ему иногда психовать, но это было такое редкое явление, как извержение вулкана.
- Откуда ты такой непохмельный наштамповался, - вместо приветствия, не скрывая зависти, заявила я.
- Уметь надо, - в излюбленной манере ответил мой друг. - Ты идёшь сегодня в парк?
- А что, есть варианты?
Вовка многозначительно хмыкнул. Нда, с нашей Ленкой откосить возможности почти не было.
"Легче от армии", - со знанием дела однажды заявил Бари. Вова и Дима его всячески поддержали.
Мы попрощались. Я повалялась ещё чуть-чуть в постели и начала вставать. Процесс это был нелёгкий и трудоёмкий. Я, с трудом вставая по утрам, с уважением относилась к потугам Ленки. Дело в том, что Ленусек умудрялась встать пораньше, чтобы навести макияж, помыть голову, уложить волосы и, самое главное, проснуться. Настёныш, как истинная блондинка (не крашенная, кстати, а натуральная) тоже старалась с утра выглядеть хорошо, но до подвига Ленки ей ещё было далеко. Впрочем, Настя, из-за своих светлых волос даже без косметики умудрялась выглядеть хорошо, не затрачивая на это никаких усилий. Ленке, как натуральной брюнетке, было сложнее, но она успешно одерживала верх в борьбе за красоту.
Ваша покорная слуга, то бишь я, была редкостной лентяйкой и пофигисткой. Больше всего в жизни я любила спать и танцевать. По утрам я любила больше спать, а до собственной красоты в это время суток мне не было никакого дела. Главное, разлепить глаза, а всё остальное не важно. Если удастся накраситься хотя бы тушью, то это признак подвига или же я заболела и встала пораньше.
В общем, сейчас маленькое создание с кричащими признаками похмелья на лице ползло в ванную. Окунув своё непрезентабельное лицо в холодную водичку, я призадумалась, о том, что же мне делать и сколько сейчас времени. Эта актуальная для меня мысля так увлекла мой мозг, что вернулась к реальности я только когда водичка из-под крана намочила мне всю голову и стала стекать за шиворот. Ругнувшись, я вытащила свою голову из-под крана.
"Ари-и-ин, а давай поедим", первым подал голос мой желудок и чтобы показать, как твёрдо он настроен, разразился громогласным урчанием. Против такого довода я ничего не могла сделать и послушно побрела на кухню. В холодильнике, как и следовало ожидать, мышь повесилась и её хладный трупик уже пованивал. Но я из упорных, и потому полезла в морозилку. И мои усилия были вознаграждены. Аккурат по середине лежал огромный шмат сала. Тут я вспомнила, что последний раз ела только вчера утром. Слюнки потекли, образовывая лужицу на полу. Постояв, ещё немного у сала, я поняла, что ещё чуть-чуть и я утону в луже, так и не позавтракав. Не задерживая свой желудок поисками хлеба и ножа, я кровожадно вцепилась в шмат. После того, как последний запас продовольствия был уничтожен, я с облегчением съехала по холодильнику на пол. Но тут же подскочила. Кошмар, полчетвёртого! Мне же добираться час! Да меня же мои порешат за такое опоздание.
Я со скоростью пули бросилась собираться. И уже через три минуты выскочила из подъезда, на ходу натягивая кроссовок и солнечные очки. Автобус, как ни странно, пришёл сразу же, как я подошла к остановке. Да и вообще мне сегодня на редкость везло с транспортом. Выйдя с автобуса у парка, я недоверчиво покосилась на безупречно ясное небо. Небеса сегодня то ли смилостивились надо мной, то ли готовили большое западло. Второе было реальней, но верить в это не хотелось.
Я, не сбавляя скорости, рванула в парк. Не найдя моих друзей на нашей любимой скамейке, я отправилась в кафе, зная, какой скандал Ленка может закатить из-за не купленного ей мороженного. Бари же, добрая душа, не мог не потакать капризам своей любимой девушки и одним красноречивым взглядом уговаривал всех идти в кафе.
Я не прогадала. Шумная компания, состоящая из моих друзей, заняла наш любимый столик в дальнем углу кафе. Я уверенно направилась к ним.
- С сильным похмельем вас! - жизнерадостно поздоровалась я.
Тут, наверно, стоит рассказать про моих сумасшедших друзей.
Организатором всех наших буйных вылазок была Лена. Высокая, стройная брюнетка с большими карими глазами и наивным выражением лица. Но не стоит обманываться её милым видом. Наивной и милой девочкой она была до знакомства со мной. Моё пагубное влияние сделало своё дело. Теперь это была такая же язва, как и я. Редко хоть одна прогулка проходила без происшествий. Можно сказать, что мы с Ленкой спелись. Гроза улиц нашего города, как называл нас в шутку Вовка.
Но, естественно, ничего бы не получилось без нашего блондинистого чуда по имени Настя. Эта девушка, как и Ленка, производила впечатление милого и отзывчивого создания. Но суровая жизнь научила её язвить получше нас с Ленкой.
Настя внешне была полной противоположностью Лене. Если Ленка была высокой, то Настя была "метр в прыжке на батуте". Блондинка с большими размерами э-э-э нужных частей тела, голубыми глазами, длинными ресницами и ослепительной улыбкой - для завершения образа ей не хватало только принца на белом Кадиллаке. Кстати, как настоящая блондинка, о принце она как раз и мечтала. За что и получала порцию острот от Димы.
Кстати, о Диме. О! О Диме я могла говорить вечно! Даже не о нём самом, а о его милых ушках, которые так симпатично торчали в разные стороны. Да, уши Димы - было моей самой любимой темой для подколок. Может раньше Дима и мечтал о пластической операции, после которой у него будут такие же уши, как и у всех, но после моих нападок, парень, похоже, убедился, что уши - его украшение. За что, кстати, и схлопотал ещё одну порцию острот.
Что же касается самого Димы, то это был обычный парень заурядной внешности, не обременённый никакими особо яркими талантами. Высокий, долговязый со светлыми коротко подстриженными волосами и голубыми глазами не был заметен в толпе. Но его отходчивость и спокойное (ну в какой-то степени) восприятие моих шуток позволило нам более менее сносно общаться. Может, причиной был массивный кулак Бари. Кто его знает.
Кстати, о Бари. О, это тоже была незаурядная личность в нашей разношёрстной компании. Высокий, смуглый брюнет с короткими волосами. Первое впечатление о нём было удручающим. Могу побиться об заклад, но даже самые отпетые хулиганы без признаков мозгов, увидев хмурую физиономию Бари, теряли желание нарываться. Но не смотря на суровый внешний облик, Бари - просто милашка. Правда, когда я высказала эту мысль Диме и Вове, они как-то странно посмотрели на меня и покрутили у виска. Но я не рассталась с мыслью, что за грудой мышц прячется очень ранимая душа ангела. С чего я это взяла? Да только ангел может, обладая такими физическими данными, воздержаться от искушения убить меня за мои иногда не в меру жестокие шутки. А Бари - ничего! Даже ни разу не замахнулся. Наверно, ещё лучшей выдержкой среди нас может похвастаться только Вовка.
Вовка - один из тех немногих, кто входил в круг моих близких друзей. Вовку я знала лучше, чем кто-либо из нашей компании. Высокий брюнет со смуглой кожей и хорошей физической формой - он чем-то внешне напоминал Бари. Но это были два совершенно разных человека. Такого спокойного человека, как Вовка, я ещё не встречала. Мало того, что он умудрялся почти не реагировать на мои вечные остроты, так ещё успокаивал меня, когда я сильно разойдусь. В компании Вовка был лёгок на подъём, часто соглашался на чистой воды авантюры. В большинстве случаев он спасал нас от последствий. Нам с Ленкой и Настёнай, как главным заводилам, потом приходилось в течении часа выслушивать нудные нравоучения нашего друга. Под конец этой весьма изощрённой пытки мы уже сто раз успевали пожалеть о своей авантюре, в чём, строя невинное выражение лица, мы хором пытались убедить мучителя. Вовка с надеждой, что в наших неразумных головах что-то останется, отпускал нас восвояси. Но буквально на следующий день мы задумывали и реализовывали очередную глупость и, опять же, выслушивали очередную порцию нотаций. А о том, что Вовка поддерживал нас в разработке наших авантюр, парень тактично умалчивал.
Мои друзья, увидев меня, разразились радостными воплями. Разобрать в этих криках какие-то слова было невозможно. Но судя по громкости этих приветствий, друзья были рады меня видеть. Я скорчила вопросительную физиономию и уставилась на ребят. Они как-то резко замолчали, и только Дима, не видевший моего выражения лица, закончил "Век бы тебя мои глаза не видели". За что получил порцию тычков под рёбра и оплеух от Ленки, Настёны и Вовки. Я лишь снисходительно посмотрела на него, мол, на убогих не обижаются; придвинула стул и поместила свою бренную тушку на него.
- Фотки выложила? - это был первый вопрос Настёны. По сложившийся у нас традиции, фотографии после каждой гулянки я выкладывала "в контакт". Почему я? Так из нас всех у меня был самый лучший фотоаппарат. Вот и приходилось подрабатывать местным фотографом. Зато какие кадры получались!
- Ты что, издеваешься? - вполне справедливо возмутилась Ленка. - Да я её с утреца еле растолкала. Или ты наивно полагаешь, что она вчера вечером этим занималась?
Я хмыкнула, представляя себя во вчерашнем состоянии, выкладывающей фотографии в интернет.
Похоже, воображение моих милых ребят тоже не дремало, а услужливо нарисовал эту картину. С чего я так решила? А по внезапно начавшемуся приступу кашля у Вовки , по прячущему глаза Бари. Я уже не говорю про откровенно ржущего Диму. Но насладиться моментом я Диме не дала:
- Дим, ты потише смейся, а то уши заклинит и махать или ты уже не сможешь. Как же ты тогда домой полетишь? - с озабоченным выражением лица поинтересовалась я. - Неужто на автобус потратишься?
Димкино веселье сразу же закончилось, а вот у ребят оно, судя по всхлипам и плохо сдерживаемому хохоту, только начиналось. Но продолжать балаган я не собиралась, считая, что отомстила вполне.
- Арин, - через некоторое время поинтересовалась Ленка. Я уже допила кофе и более менее могла соображать. - Какие у нас на сегодня планы?
- Ленусек, - очень мягко обратилась ваша покорная слуга к подруге. - Я с тебя балдею! Ты вытянула меня в такую рань из мягкой постели, заставила приехать сюда, чтобы спросить о моих планах?
- Ну не по телефону же с тобой разговаривать? - внезапно влез в разговор до этого молчавший Бари. - Так ты ещё местами вменяемая.
Лучше бы он молчал!
Я с праведным гневом в глазах бросилась догонять этого э-э-э невоспитанного человека. Догонять Бари - пустая трата времени. Бегал он не хуже олимпийских чемпионов, но я, как уже говорила, из упорных. Где-то круге на пятом вокруг кафе, я всё же устала и решила если не убить парня, то хотя бы сбить. Схватив первое, что попалось под руку ( а это по стечению обстоятельств оказался рюкзак Бари), я уже замахнулась для броска, когда раздался крик в три голоса:
- Только не рюкзак!
Кричали Ленка, Бари и Настёна. Я в нерешительности замерла и перевела вопросительный взгляд на девчонок.
- А что там?
Моя интуиция редко подводила меня. Вот и сейчас она просто захлёбывалась в крике, пытаясь убедить меня не бросать рюкзак.
Девчонки тоже повели себя не как всегда. Настёна потупила взор, а Ленка вдруг заинтересовалась своим маникюром. Бари же оказался более разговорчивым. Нагло усмехнувшись, он расплылся в улыбке, как обожравшийся сливок кот.
- О! - потянул самодовольно парень. - Там то, чего тебе не хватает для счастья.
Мои глазки алчно загорелись.
- Ключи от Фольксвагена! - радостно взвизгнула ваша покорная слуга.
Улыбка медленно сплыла с лица Ленкиного парня, что уже подняло мне настроение до небес.
- М-да, - потянул Дима, который до этого времени молчал. - Тяжёлый случай. Арин, мы же сказали - для счастья. А не для полного счастья. Даже не так. Тебе этого не хватает для малюсенького счастийка.
Я скептически посмотрела на Диму, выражая взглядом всё, что я думаю о его словарном запасе. Наверно, взгляд получился уж очень угнетающим, потому что Димка растерял запас заготовленных колкостей, смутился и замолчал.
-Димась, - сладким голоском пропела я . - Языкастый ты мой, смотри, чтобы язык в фигу не завязался. Малюсенькое счастийко называется радость, острый ты наш. В толковом словаре можешь посмотреть.
Димка, ожидавший от меня какую-нибудь колкость про уши, сначала замер в непонимании, а потом неприлично выругался. Конечно, кто же ожидал, что его излюбленное выражение я разнесу в пух и прах.
- Ладно, - подала голос Ленка, которой уже изрядно надоел этот балаган. - Ариш, тут у нас напиток завтрашнего дня.
- Рассол! - я рванула к рюкзаку, но Настёна меня опередила.
- Лучше, - тоном спеца по делам пьянок и их последствий заявила моя подруга. - Водка.
Кто говорит, что водкой нельзя похмеляться, тот никогда не напивался до нужного градуса. А нужный градус - это тот, когда водка кажется запивоном. Вот вчера как раз был один из таких случаев, когда мы смогли совместными усилиями добраться до нужного градуса. А значит на утро одним рассолом не отделаешься. Вот именно после таких пьянок мы используем вышеупомянутый напиток, как средство от похмелья. Помогает, кстати.
Когда антипохмельное средство было извлечено из рюкзака Бари и разлито по всевозможным ёмкостям, мы произнесли соответствующий в таких случаях тост " Чтобы похмелье никогда не посещало наши и без того больные головы!". Бутылка полетела в мусору, а ещё одной у Бари в его бездонном рюкзаке не было. Значит, пьянки сегодня не будет. Это не может на радовать. А то последнее время этот способ времяпровождения мог войти в привычку.
Головная боль стала отступать как и у меня так и у моих друзей. Завязался разговор о приближающейся сессии, о суровых преподавателях. Дело в том, что каждый из нашей великолепной шестёрки учился в разном институте. Лена и Настей учились в медицинском, Бари - в военном, Дима - на юридическом, Вовка - на журфаке, а я - на химическом.
Кстати, тут тоже отдельная история. Все пятеро моих друзей к девятому классу уже знали, куда пойдут поступать. Настя с Леной после девятого планировали поступить в лицей, уже строя планы о карьере медика. Для Бари тоже не было сложности выбрать профессию, Димка, который не отличался никакими способностями и наклонностями к определённому предмету, пошёл туда, куда идут такие же обычные парни как и он, то бишь на юриста. Вовка всегда любил писать. Ещё в начальной школе он часто писал статьи для газет. Став постарше, но сотрудничал с подростковой газетой, часто бывал на разных мероприятиях, а потом отписывался о них в свою газету. С выбором профессии у него тоже не было трудностей.
О приближающейся взрослой жизни ваша покорная слуга задумалась только в середине девятого класса. И то с подачи мамы. Та ненароком намекнула мне, что оставаться в школе ещё на два года просто неправильно. Впоследствии она привела мне множество доводов, которые убедили меня в маминой правоте. Тут опять пришлось задуматься о том, куда же поступать. Мама всячески пыталась меня запихнуть в юридический колледж, но тут я стояла до конца. Не то, чтобы у меня плохо было с математикой. Совсем наоборот, математика у меня шла хорошо, но я её не любила. Зато очень любила языки и химию. И, казалось бы, можно было идти вместе с девочками в медицинский, но опять загвоздочка. Я терпеть не могла биологи. А её надо было сдавать при поступлении. В общем, распрощавшись с мечтой стать химиком, а пошла в гуманитарный колледж. Но не бросила заниматься химией. Сначала пришлось обращаться к моим девчонкам, просить объяснить непонятное, нагонять упущенное, потом стало получаться и я, обложившись книгами, стала сама всё больше читать и понимать. В конце концов, в химии я стала соображать не хуже моих подруг.
И вот настал волнительный момент, когда надо было выбирать институт. Для меня это был вопрос решённый, и я смело пришла подавать документы на факультет международных отношений. Но тут что-то в мозгу перещёлкнуло и смеха ради я пошла и подала документы на химфак. Заранее зная о огромнейшем конкурсе, я особо не питала надежды о том, что пройду во второй тур, не говоря уже о том, что поступлю. Да и родителям я никогда не заикалась о возможной профессии химика. Да что родителям! Я и сама не собиралась им становиться. Это было что-то вроде любимого хобби. И к приближающемуся экзамену я относилась как к обычной проверке и только для себя. Даже не повторяла особо. В день экзамена, когда уже было известно, что я зачислена на факультет международных отношений, я сказала, что пойду попробую свои силы в химии. Мама тоже отнеслась к этому походу, как к обычной проверке знаний и, скорее всего, не питала никаких надежд на моё поступление. Каково же было моё удивление, когда через неделю мне позвонили из университета и сказали, что по результатам я вошла в пятерку первых и сразу перехожу на третий тур. Честно сказать, сначала я не поверила, не поленилась, съездила в институт и увидела себя в числе прошедших.
К третьему туру, который должен был состояться через месяц, я готовилась куда более усерднее, чем к первому. Данный месяц пролетел как-то слишком незаметно, и в день экзамена я, ужасно нервничая, направилась к зданию института. Но нервничала я зря. Задания оказались на удивление лёгкими и я, быстро справившись, отправилась домой ожидать результатов. Неделя ожидания стала настоящим адом для меня. А так же для родителей и, конечно же, для моих любимых друзей. Вот последним я изрядно потрепала нервы. Мои верные ребята не могли оставить меня одну и каждый день вытаскивали из дома, чтобы развеяться. Надо отдать должное Ленке. Она встречалась со мной каждый день, стойко выносила все мои капризы.
Совместными усилиями мы дожили до конца недели. В день объявления итогов я, устав волноваться и решив, что уже ничего не изменить, с безразличным настроением отправилась в институт. Как выяснилось, неделя волнений прошла зря. Я была в списке поступившись.
Мама, узнав о моём успехе, на удивление спокойно восприняла моё желание пойти учиться на химика. Мамина реакция ещё больше убедила меня в мысли, что профессию я выбрала правильно. И вот уже на протяжении двух лет я занимаюсь любимым делом.
- Ну, - вывела меня из раздумья Ленка. - И какие у нас на сегодня планы?
- А какие у вас планы? - поинтересовалась я.
- О! - решил просветить меня Бари. Он сегодня какой-то на редкость разговорчивый. "Не к добру это, Аринка" - заныла та часть тела, что чуть ниже спины. - А давайте повоюем с американцами!
- Значит, опять пить будете...
- Ну вот какого ты о нас мнения... - уже собирался разразиться длиннющим монологом Вовка, когда Ленка его перебила:
- Я что-то не поняла...
- О, с тобой это часто случается, - вставила свои пять копеек, молчавшая до сих пор, Настёна. Но Ленка пропустила её замечание мимо ушей.
- Что значит "опять пить будете"? А ты что, не собираешься?
- Конечно же нет, - тоном, не терпящим возражение, нагло заявила я. Мои милые друзья на пару секунд выпали в осадок, а потом стали убеждать. При том, все вместе и хором.
- Как это, не пойдёшь?
- Ну и куда ты намылилась?
- Тебя лаборатория дороже нас?
- Арин, не ищи себе проблем, - завершил этот поток вопросов угроза Бари.
- Спасибо, батя, добрый ты, - мило пропела в ответ я, хотя на самом деле так хотелось настучать ему по бубну. Но на отца рука не подымается. Почему на отца? О, тут тоже была забавная предыстория. Как-то Ленка, находясь в благоприятном расположении духа, шутки ради назвала меня дочкой. Я, как любой любопытный ребёнок, поинтересовалась, а где мой папа? Такой, казалось бы простой и невинный вопрос заставил Ленку задуматься и оглядеться по сторонам в поисках достойной кандидатуры. Рядом с моей новоиспечённой мамой стоял только Бари, и мама, не долго думая, познакомила меня с отцом. Сказать, что Бари был удивлён - значит ничего не сказать. Но отец у меня попался отходчивый, и уже на следующий день откликался на "батя".
- Ну так что? - Ленка выжидательно посмотрела на меня.
- Мне надо в лабораторию, - придав своему голосу самую трагичную интонацию, заявила я. - я там уже четыре дня не была.
- Какая лаборатория, - уговоры возобновились. - Такая погода на дворе. И через неделю на море едем.
- Во-о-от, - начала я переубеждать своих друзей, хотя знала, что это напрасная трата времени. - Меня не будет целых две недели. Надо сейчас хорошо поработать, а потом отдыхать будем.
- Аринка, не пили мне мозги, - Настёна не хотела ничего слушать. - Мы идём гулять и точка.
- Нет, не точка.
- Точка! Кто за то, чтобы сегодня нормально погулять?
Это было нечестно. Конечно же, все подняли руки. Нет, не все. Дима последние десять минут как-то на удивление тихо себя вёл.
-Дим, а ты что молчишь?
Но Димка не прореагировал на мой оклик. Он, похоже, сейчас находился где-то не тут. Слишком уж задумчиво-идиотский вид у него был в этот момент.
После ещё нескольких безрезультатных попыток дозваться до нашего романтически настроенного друга, Бари принял радикальные меры и отвесил Димке увесистый подзатыльник. Тот (Димка, а не подзатыльник) встретился со столом, что ещё лучше помогло нашему другу вернуться в реальность.
- Ты что? - окрысился он на Бари.
- А не... хм, незачем выпадать из реальности, - начал оправдываться Ленкин парень. - мы уже пять минут до тебя дозваться не можем.
Дело в том, что у Димки редко случались приступы задумчивости. Точнее, не случались никогда. Не было такого, чтобы он выпадал из разговора, не шутил или прибывал в дурном настроении. Значит, сейчас случилось что-то из ряда вон выходящее.
- Дим, что случилось? - попыталась узнать ваша покорная слуга.
- Да я сам толком не знаю, - взорвался наш друг. - Как нашёл ту штуковину, так вообще, как будто не тут нахожусь.
- Стоп, - не поняла я. - Какую штуковину?
"Лучше не спрашивай, Аринка, - заголосило моё чутьё на опасности, что находится пониже спины. - Хуже будет!". Но было уже поздно. Вопрос слетел с губ, а Димка, не заставив нас долго ждать, извлёк из кармана медальончик, размером не больше бутылочной пробки. Медальончик был серебра самой высокой пробы (уж у меня на это чутьё). Я даже представить боюсь, сколько такая вещица стоит. Кстати...
- Димочка, -медовым голосом пропела я. - А где ты нарыл столь дорогую бижутерию?
- А она дорогая? - тут же встрепенулась Настёна - наша любительница дорогих украшений.
- Очень, - обрадовала свою подругу ваша покорная слуга. - Ты же знаешь, у меня на такие вещи чутьё.
И тут же вернулась к Димке, который уже понадеялся, что я забыла про него.
- Ну давай, признавайся?
- Да что признаваться. Не поверишь , на улице нашёл. Шёл сюда, рюкзак с плеча снял, чтобы бутылку с водой достать. Смотрю, к шлейкам этот медальон прицепился. Я сначала хотел выкинуть, но потом подумал, что вам показать надо.
Мы ошеломлённо помолчали, передавая друг другу медальон по кругу. Когда же очередь дошла до меня, то я взглянула на вещицу и поняла, что теперь с ней ни за что не расстанусь. Да не то, чтобы я была помешана на драгоценностях, более того, в основном я относилась к ним прохладно. Бывало, конечно, что западёт какая-нибудь вещица в душу, но так, чтобы из рук выпустить не могла, то это никогда.
Что же касается медальона, то это было очень изящное украшение. На серебряной основе красовался миниатюрный золотой дракончик и алмазными глазками. Медальон был на удивление тёплым, хотя, подумав, я списала это на то, что он нагрелся в руках моих друзей.
- Ребят, - не отрывая взгляда от Димкиной находки, позвала своих друзей я. - Я, кажется, не могу отдать медальон.
- Ты что, офанарела? - вскочил Бари, вырвал у меня медальон и громко хлопнул им по столу. - Ну вот, а ты гово...
А дальше меня накрыла темнота.