Я сегодня проснусь не уставший,
Приоткрою, зажмурясь, окошко.
Лист кленовый увижу, опавший,
Или снега хрустящую крошку.
Я возьму это чудо в ладони,
Захочу вдруг осмыслить природу,
Для нее не совсем посторонний,
Хоть венцом не считал себя сроду.
Запущу в себя воздуха сладость,
Наслаждаясь дрожанием тела,
Не испитую детскую радость
Попытаюсь вернуть неумело.
Лист, кружась, упадет на землю,
Снег растает холодной водою.
Я вращению Тайны завнемлю,
Размышляя башкою седою.
Лист пожухлый и сброшенный кленом,
Словно Феникс из пепла воспрянет,
И большим опахалом зеленым
Летом тенью прохожему станет.
Не сумеет водица остаться
В одиночестве гордом с собою -
Ей положено в корни впитаться,
Чтобы влагою влиться в живое.
Значит, я здесь тоже не просто
Отбываю присутствия годы -
Человек невысокого роста,
Существо неизвестной породы.
На просторах вселенских пылинка,
Лишь звено в бесконечной цепочке,
В божьем оке зачем-то соринка,
Вопросительный знак, но не точка.
И, подобно тем листьям шумящим,
Что расстанутся осенью с древом,
Мне придется в страдании вящем
Вновь обресть материнское чрево.
Словно снег, по весне умирая,
Растворюсь в ожиданьи подземном,
Чтоб найти себя узником рая
Или свечкой во мраке тюремном.
Буду ждать терпеливо и долго,
Чтоб опять, распахнувши глазищи,
Подчиняясь закону и долгу,
Возвратиться свободным и нищим.
Я пока еще сплю и не знаю,
Листья, снег ли увижу, вставши,
Что, глаза в новый день открывая,
Я ребенком проснусь, не уставшим.