Виктория Качур
"Птица-рыба"
Сферы, плоскости и грани -
Для блестящих и счастливых.
Тихо плещутся пираньи
В фиолетовых заливах,
Все доверчивы и кротки,
Но один случайный промах -
Свищут птицы-зимородки
В темнолистых синих кронах.
Для валторны и гобоя
Сняты ноты с пыльных полок,
Белое и голубое
Зазвучали в трубах полых.
Ноты прятались от зноя,
Но пришлось отведать розог.
Где ты, рыба-паранойя?
Где ты, птица-отморозок?
Прочитав этот стих, я ощутил реальное дежавю. Такое впечатление, что я написал его лет 15 назад. Нет, правда, я не шутю. Мои тогдашние интонации и видеоряд. Стих - сей игрушка, которая радует своими яркими красками в сером быте будней.
Он (cтих) течет, переливается, блестит и разбивается на тысячи брызг. Брызги шампанского, господа. Ну, конечно птицы-отморозки и рыбы-паранойи. Ярко. Серпантин красок и образов.
Процитирую себя.
Как взрыв разноцветных, потерянных линий
Весной, но вернее - испуганный танец -
Взлетели и только молитвенно синий
Сложили на черный и чувственный глянец.
Лyкуллы и прочие римские знати
Простёрли на паперть костлявые руки,
И жутко под небом ругались, не кстати,
Колючие, грязно спесивые звуки...
Сшибались и падали горестным цветом,
Кликуя малиновых, красных и белых,
Дразнить приглашая вниманье поэта
Кусков серпантина беспечное тело.
Конечно, цитировать себя некрасиво по отношению к обозреваемому поэту, но очень уж захотелось. Серпантин, он и в Африке - серпантин.