Аннотация: Внимание! Это - ЧЕРНОВИК, так что могут встречаться ошибки в неопределенном количестве. Если у кого-то чисто случайно возникнет желание почитать сие в готовом виде, пишите в коментарии, тогда выложу продолжение, так как это еще только начало.
- Ну вот где ты это взял? Опять залез в лавку портного?
Мать устало вздохнула и потерла пальцами виски.
- Разве я тебя учила этому?
Ну да, она всегда ругала меня за воровство. Какая же она все-таки наивная, до сих пор считает себя аристократкой,
хотя здесь она обычная шлюха...
Вечерами мать любит вспоминать прошлое, особенно, если выпьет чего-нибудь крепкого. Она так часто
рассказывала мне об этом, что я запомнил все почти дословно.
- Мой муж был хорошим человеком, но он не любил меня. Я младше его на двенадцать лет, так что нам даже
говорить было не о чем. Он всегда был занят своими делами, порой мы не виделись по нескольку дней. Я была тогда
совсем юной девушкой и, конечно, мечтала о настоящей неземной любви, такой, как говорится о ней в сказках. Мне
повезло, что я смогла испытать ее. Хоть и недолго, хоть и расплачиваюсь за это до сих пор - я не жалею об этом.
Однажды на постоялом дворе, по дороге от своей сестры, я встретила очень красивого молодого человека. Он, так
же как и я, был там проездом и слишком выделялся среди обычных постояльцев - мелких торговцев и наемников. У
него были прекрасные манеры, я даже не сомневалась, что он благородных кровей. Я просто не могла не поддаться
на его обояние... Я не думала тогда ни о чем. Это были самые лучшие дни в моей жизни. - Мать тепло улыбнулась и
прикрыла глаза. В такие минуты она словно молодела, и я не решался прервать ее воспоминания. - Всего два дня
счастья. Я больше ничего о нем не слышала, даже не спросила его полное имя. Но вскоре я узнала, что жду ребенка.
Как же я тогда перепугалась! Думала, что мой муж выгонит меня за такой позор. Но он лишь спросил, был ли твой
настоящий отец дворянином. Больше он ни разу не заводил этого разговора, и я была счастлива. Мы не в чем не
знали нужды, он никогда не упрекал меня ни в чем и относился к тебе, как к родному. Ну же, не кривись. Ты
должен быть благодарен ему. Никто не виноват в том, что случилось.
Мать верила в свои слова, она их простила. Но я не мог так легко смириться. Отчим и правда никогда не относился
ко мне плохо. Казалось, ему вообще нет до меня дела. Он редко говорил со мной, всегда сухо и коротко.
Предпочитал, чтобы я не путался под ногами, и нанял мне целую кучу учителей. Все было тихо-мирно до одного
дня, который я запомнил на всю жизнь. Моя вторая сущность впервые вырвалась на свободу. Все случилось из-за
пустяка, хоть тогда он и был для меня трагедией. Подаренный мне щенок случайно выскочил во двор к охотничьим
псам и был разорван ими, я расстроился и разозлился так, что готов был рвать их зубами. И сделал это. Даже
несовсем понял как, но зубы у меня появились, и стоял я на четырех ногах. За те короткие мгновения я запомнил
только две вещи: что превращение - это очень трудно и болезненно, а свою сущность надо скрывать. В тот же день
мы с матерью оказались на улице, без еды и крыши над головой посреди зимы. Я не смогу забыть и простить отчиму,
сколько слез пролила тогда мама, как она искала работу, чтобы у нас была хотя бы еда, как нанималась прачкой и
горничной за жалкие гроши, как теперь торгует своим телом в этом дешевом борделе. И уж тем более я не прощу
этого своему настоящему отцу.
Мама все так же задумчиво смотрела в окно, будто совсем забыв о моем присутствии.
- Ты все-таки возьми. Я не крал. - Я сунул ей в ладонь маленький круглый медальон с лилией на крышке и поскорее
вышел из комнаты. Конечно, я сказал неправду. Медальон был украден, но я ничего не мог поделать. В свои
пятнадцать лет я нигде не мог найти работу, да и делать-то ничего не умел. Зато мои скорость и ловкость, гораздо
выше, чем у любого человека, и обостренные звериные чувства позволяли мне проникать в самые труднодоступные
места, двигаясь почти бесшумно и незаметно.
Бесцельно бродя по пыльной дороге я незаметно для себя вышел на рыночную площадь. Я не очень любил это
шумное и многолюдное место и редко здесь бывал. Крикливые торговки громко зазывали покупателей, между их
рядами бродили женщины с корзинками, придирчиво выбирая товар, около труппы бродячих актеров собралась
толпа зевак. Здесь царила какая-то непривычная оживленная атмосфера, какой не встретишь на других улицах.
Около таверны собралась большая толпа юношей и мужчин, судя по одежде и снаряжению, наемников. Они
внимательно слушали рассказ уже не молодого мужчины в кожаной куртке и с изогнутым южным клинком за
спиной, изредка вставляя какие-то коментарии.
- Не знаю, как другие, но эта колдунья точно не врет. - Отхлебнув из кружки, неспеша говорил южанин. У него была
смуглая кожа и длинные с проседью волосы, заплетенные в тонкие косицы. - Она предсказала мне рождение моей
дочери. И если сейчас она говорит, что грядет беда, значит, так оно и есть.
- Колдуньи не врут, это ты правильно заметил, сынок, только вот понимать их тоже можно по-всякому. - Раздался из
толпы скрипучий сухой голос. Я вздрогнул от неожиданности и обернулся в его сторону. Там стоял выский худой
старик с длинными седыми волосами и глубокими морщинами, в потрепанном дорожном плаще, с кривой палкой
вместо посоха.
Южанин и остальные насторожились при виде его.
- Чего тебе, отец?
Старик обвел их пронзительным взглядом, так что все мгновенно притихли.
- Я ищу себе провожатого. Стар я стал нынче, глаза совсем плохо видят, а в здешних местах, я слышал, разбойников
много, как одному пройти?
При этих словах мужчины понемногу успокоились. Высокий рыжий воин подался вперед:
- А куда идти-то?
- Да вот, на реке Моховке живу. Но вы не волнуйтесь, заплачу хоршо, путь-то не близкий.
- Даа, - Рыжий уже развернулся, чтобы вернуться на место. - Далековато. Если бы тут в окрестностях, я бы пошел. А
так...
Все дружно закивали и продолжили прерванный разговор. А я вдруг ощутил на себе цепкий взгляд старика. Мне
подумалось, может, и правда стоит его проводить? В городе мне все равно делать нечего, только под ногами у всех
путаюсь, а так хоть что-то сам заработаю, прогуляюсь, а то кроме этого городишки и не видел ничего... В ответ на
мое предложение старик скептиески хмыкнул, придирчиво меня осмотрел и, наконец, согласился.
Выходили из города мы вечером того же дня, и мне казалось, что эта пыльная дорога заведет меня гораздо дальше,чем я предполагал...