Тихо зеркало дрожало рваным лоскутом,
Огоньки играли слабо в сумраке пустом.
Всё пытались спрятаться на границе дня
И спасти искру надежды тщетно для меня.

Но из чаши, полной мрака, разливалась ночь,
Зыбко холодом ласкала тёмной бездны дочь.
Тихо на ухо шептала: "Всё, теперь ты мой!
Я наполню тебя, милый, нежной пустотой.

Позабудешь в сладкой неге тягость бытия
И познаешь в мраке бездны радость забытья.
Растворишься без остатка в темноте ночной,
Обретёшь отдохновенье, сумрачный покой.

Я укрою тебя тенью от мирских забот,
Где ни боли, ни страданий время не несёт.
Только вечность без границ, только тишина,
Что пьянит сильней любви и мглой окружена"