Они шли вдоль Кутузовского проспекта, еле передвигая ноги от разливающейся по всему телу усталости. Дом, где находилась цель, находился в пяти кварталах.
- Хорошо, что менты не обшмонали, - сказал он.
- Да, - ответила она. - Эти козлы так просто не отпустят.
- Отпустят? Да ты бы у них выла, а я подпевал. Ты бы молилась, что-бы родиться обратно.
- Знаю, знаю. Чёрт, я совсем забыла. Стрелка забита в Тёплом Стане. Пойдут, наверное, другие.
- А я помню всё.
Он поправил рюкзак и провёл рукой по бороде. Устало сказал:
- Ширнёмся?
- А "машина" с собой?
- Конечно. Две.
- Ооо. Блядь, я уже на измене.
- Да я вижу по тебе, поэтому и сказал.
Пара зашла в подъезд многоэтажки, где не оказалось кодового замка. Зором вытащил два одноразовых шприца, наполненных жидкостью и один дал напарнице. Закатили рукава и сделали инъекции. Выкинули под лестницу "машинки" и присели на ступени, ведущие в цокольный этаж. Зором кинул объёмистый рюкзак возле себя. Расслабленно откинулся на ступенях и хмуро глянул на напарницу.
- Детонаторы остались? - спросила та, заметно оживившись и блестя глазами.
- Сорок штук.
- Ого!
- А больше не надо. Им хватит.
- Да, это верно. - Она прислонилась к нему. - Милый...- Прижалась ближе, вздохнула. - Я заебалась.
- Я тоже. Другим не легче. Не ссы, Маруська, Чапай шо нибудь придумает. - Он провёл рукой по её груди, плавным движением опустился ниже и стал гладить промежность, засовывая руку глубже.
- Колготки не порви, - хрипло прошептала она.
- Не порву. А порву, так не помрёшь.
Её рука стала гладить его ногу и схватила эрогированную выпуклость. Залезла рукой глубже.
- Отсоси, - попросил напарник.
- А я? - прошептала Акчоругенс.
- Я не буду кончать. Под ширкой могу стояка гонять два часа.
Минет длился десять минут. Затем, тридцать минут шло совокупление.
Кончили.
- Чёрт, я ожила! - радостно сказала напарница.
- А я скоро сдохну, - ответил Зором.
- У тебя всегда одна песня. Сначала отсоси, а потом пошла на хй.
- Да ладно, хорош пздеть. Тут все свои.
- Свои. Пока ещё на этом свете. - Она закурила чёрную "Мо".
Посидели, покурили, встали и вышли из подъезда. Двинулись дальше.
- Вижу объект, - хрипло сказал Зором.
- Я тоже, - ответила Акчоругенс.
Медленно, еле передвигая ноги, вошли в офис, горящий огнём полуарочных окон, как "Титаник" иллюминаторами. Охранник оглядел их облик и пропустил сквозь металодетектор. Сигнал автоматики не сработал.
- Всё чисто, прошептала она.
- Не сглазь, - проскрипел Зором и вытащил из шубы кольт сорок пятого калибра, блеснувший пластиком ствола.
Стали возле двери. Постояли с минуту.
- Слушай, а ты можешь массажировать ноги? - спросила она.
- Я могу массажировать морду, - ответил он.
- Мне сделал массаж ступни бывший френд, и я кончила.
- Да?
- Кончила валять с ним дурака.
- Ага, - посмотрел на часы. - Рановато. Жаль не взяли ружей.
- А на черта они?
- Не помешали бы. Сколько их там, неведомо.
- Хватит всем и того, что есть.
- А я не уверен. - Погладил бороду. - Подождём ещё.
- Медленно прошли по коридору. Вернулись.
- Попустило? - спросил Зором.
- Не то слово. Хенеси бахнем? У меня с собой бутылка.
- А стакан?
- С горлА.
- Давай.
Выпили четырьмя глотками бутылку "Хеннесси". Он глянул на часы и сказал голосом, сжигающим за собой мосты:
- Пора.
- Я готова.
- Прикрывай, если я не справлюсь.
- Конечно. Всё отработано.
Толкнули дверь и яркий свет ударил в глаза. В центре большой комнаты стояла ёлка, за столом сидели сотрудники фирмы.
- Ооооооо!!! - закричал директор. - Дед Мороз и Снегурочка!
- Да, да, это я, старый дурак, вам подарочки принёс, - привычно стал отрабатывать текст Мороз и выкладывать на стол подарочные пластиковые пистолеты и ёлочные гирлянды.
Снегурочка скромно улыбалась и глядела лучистыми глазами на торжество 365-дневного цикла.